Название: Нарушенные обещания Нарушенные обещания Oblong Pomegranate — Черт возьми, ещё один тур вошел в историю! — восторженно воскликнул черный пантер, съезжая по перилам погрузочной рампы за сценой. Коснувшись ногами земли он обернулся, чтобы посмотреть на остальных участников группы, которые плелись позади него. Те в ответ лишь вяло гикнули и покричали их кричалку, но было очевидно, что ни у кого из них не осталось столько сил, сколько у пантера. Все были измотаны — как долгим изнурительным туром, так и самим недавно закончившимся шоу. «Деяния Тени» славились своими зажигательными выступлениями, и сейчас это ярко проявлялось в том, как енот, козел и бурый медведь отставали от пантера. Их черные балахоны, шипастые перчатки и пропитанная краской для меха шерсть тоже не слишком способствовали комфорту. Пантер выглядел единственным, в ком ещё теплилась искра энергии: он поджидал их у подножия рампы, давая каждому пять, пока они устало ковыляли мимо. — Мне нужно срочно сесть на ту же диету, что и ты… — глубоко вздохнув после "пятюни", произнес енот. — Да, тоже поддерживаю идею Пола, — согласился с ним козел, с легким стоном принимая приветствие, когда пантер шлепнул его по ноющей от усталости лапе ударника. — Я бы согласился просто помолодеть на пару лет, — добавил медведь, поднимая лапу для удара и с легкостью принимая его. — А я всё ещё кайфую от этого выступления! — ответил им пантер, прежде чем повернуться и последовать за пёстрой командой. — Хотя уже скоро отпустит. Но блин, как реально зажигала толпа! Знаю, что такое почти никто никогда не говорит, но я обожаю приезжать в Айову! Местным здесь больше просто нечем заняться, и поэтому они не сдерживаются. Они тут все просто чокнутые! — Да, пожалуй, — прорычал в ответ медведь, в то время как енот с раздраженным фырканьем распахнул дверь в раздевалку. Группа ввалилась внутрь, по пути пару раз задев дверной косяк бутафорскими шипами, но никому до этого не было дела. Едва они переступили порог маленькой унылой комнатки, как тут же принялись сдирать с себя шипастые перчатки, ремни и ботинки, а черные мантии были небрежно сброшены в кучу у двери. По лапам пошли полотенца, чтобы стереть с шерсти пот и большую часть грима, хотя полностью смыть его мог только нормальный душ. Но с этим придется подождать до возвращения в отель, а пока все они довольствовались тем, что разделись до нательного белья и усердно терли полотенцами везде, куда могли дотянуться. — Так, ладно, — произнес пантер, перекрывая стоны и кряхтенье товарищей по группе. — На этот раз моя очередь переодеваться первым. Валите отсюда, пока я раздеваюсь! Это вызвало новую волну ворчания у музыкантов, но все помнили установленный порядок очередности, поэтому никто не стал возражать, и они направился к двери, одетые лишь в майки и облегающие леггинсы. Громко хлопнув дверью за последним из них, пантер расплылся в широкой улыбке и глубоко, расслабленно выдохнул. Окунувшись в относительную тишину, большой черный кот потратил секунду на наслаждение ею, позволяя звону в ушах немного стихнуть. Он не спеша подошел к своей спортивной сумке, расстегнул молнию и достал свежий комплект одежды. Да, душ был бы очень кстати, но времени на поездку в отель уже не было — афтепати начиналось уже через полчаса. Так что придется обойтись капелькой спрея для тела, и ещё пару раз пройтись по шерсти влажным полотенцем. Облегчённо вздохнув, большой чёрный кот качнул бедрами, стягивая пропотевшую майку, с некоторым трудом отделив её от слипшейся шерсти на груди и спине, и слегка встряхнулся, пытаясь поскорее обсохнуть. Бросив её в кучу грязных вещёй, пантер опустил лапу, сунув её за пояс штанов. Снова вильнув бёдрами, он стянул с них эластичную черную ткань, высвобождая ещё больше потной шерсти. Быстрый проход потертым полотенцем и пара энергичных встряхиваний всем телом — это было всё, что он сейчас мог сделать, чтобы хоть как-то обсушиться. Осталась последняя деталь — узкие откровенные стринги, которые всегда предпочитал носить пантер. Просунув лапы между завязками на бедрах, он потянул тонкую черную ткань вниз, чувствуя, как комнату наполняет волна мускусного запаха. Выбравшись из этих крошечных трусиков, кот быстро протер пах и ягодицы уже испачканным полотенцем, и потратил минуту, чтобы мех хоть немного проветрился, покачивая бедрами и проводя по нему лапами, выгоняя остатки застрявшей в нём влаги. И как только пантер в последний раз с облегчением вздохнул, позади него раздался хорошо знакомый ему голос. — Привет, Эрик, — произнес этот низкий рычащий голос, заставив кота подпрыгнуть и резко развернуться на звук. Но как только его взгляд упал на широкоплечего питбуля, затянутого в элегантный костюм в тонкую полоску, с торчащими из-под мягкой шляпы ушами, пантер облегченно выдохнул. — Тебе обязательно нужно каждый раз меня так пугать?! — произнес Эрик, когда его сердцебиение замедлилось после внезапного испуга. — Это то, что у нас, демонов, получается лучше всего, — с намеком на ухмылку ответил питбуль. — Да-да, я знаю, зачем ты здесь, — бросил пантер, отворачиваясь и потянувшись за спреем для тела. — Я всё ещё должен тебе душу для осквернения и всё такое… и знаю, что у меня контракт. Знаю, что просрочил платеж. Ты напоминаешь мне об этом после каждого концерта. Но я был занят в турне, и 95% времени поводил в автобусе со своей группой. У меня физически не было возможности быстренько пробежаться по магазинам за душами для тебя, понимаешь? Зато теперь, когда тур окончен, я могу снова возобновить поиски. Заманить какого-нибудь первого попавшегося фаната и подкинуть тебе — плевое дело. Дай мне ещё пару недель, и я точно кого-нибудь отыщу! — Боюсь, это уже невозможно, — возразил питбуль, закрыв глаза и качая головой. — Если бы ты перед подписанием своего контракта соизволил прочитать написанное в нём мелким шрифтом — как я тебе и советовал — ты бы знал, почему. Я дал тебе навыки, талант, энергию и возможность присоединиться к твоей любимой группе — всё ровно так, как ты и просил. Взамен я попросил всего одну добровольную душу за каждый тур и альбом. Раньше я смотрел сквозь пальцы на своевременность исполнения условий контракта, но кроме всего прочего в нём указано, что после трех просрочек платежей я имею право забрать в качестве компенсации всё, что пожелаю. Тур подошел к концу, и это уже третий пропущенный дедлайн... из четырех возможных, между прочим. Эрик не выглядел особо встревоженным: пока пёс говорил, он щедро опрыскал себя сухим шампунем и влез в новые стринги, а затем и штаны. Молча взяв футболку, пантер набросил её на голову, встряхнулся, опуская ниже, и прижал уши, просовывая лапы в рукава. Медленно развернувшись к питбулю, он одарил его нахальной ухмылкой: — Расслабься, о грешный… не нужно давить и угрожать. Разве я тебя когда-нибудь подводил? — Да, — тут же ответил пёс. — Вообще-то уже несколько раз. — Ну, — продолжил кот, снова дернув ушами и хвостом, — на этот раз всё будет иначе. — Кстати говоря, почему бы тебе не присмотреться к тому юному гиену, который сегодня выходил к нам на сцену? Он вроде как в твоем вкусе. Молодой, жаждущий внимания, симпатичный… Никого тебе не напоминает? Сложив лапы перед грудью, пантер слегка наклонился всем телом набок, задрав хвост и слегка шевеля его кончиком, изо всех сил пытаясь изобразить милого котеночка. Легкое трепетание век лишь усиливало эффект, как и тихое мурлыканье, зазвучавшее в его груди и горле. Питбуль остался совершенно равнодушен к выходкам кота, лишь низко зарычал в ответ, закатив глаза: — Даже если бы я принял его, он вряд ли мог бы считаться «доставленной» душой. Называть случайных встречных — это ещё не значит готовить их для меня. — Хочешь, я тебе их в подарочную упаковку заверну? — с намеком на улыбку откликнулся Эрик, принимая прежнюю расслабленную позу. — Может им ещё и большой красивый бант на грудь повязать? И чтобы твой именной бейджик болтался на ухе? Я ведь находил тебе тех, кто говорил «да», когда ты просил их подписать контракты — чего же ты ещё от меня хочешь? — Пантер выдал пренебрежительный смешок, заставивший питбуля зарычать себе под нос. — Мне надоело с тобой возиться!! — вдруг прогремел он в ответ таким громоподобным голосом, что от его мощи вся комната задрожала, а всякая игривость с морды пантера мгновенно испарилась. — Будь на дворе старые добрые времена, тебя бы уже пытали в адских ямах! Даже со всеми этими новыми правилами и регламентами я ждал куда дольше, чем следовало, прежде чем принять меры — но ты принимал моё великодушие за слабость, а я позволял тебе слишком многое. Никто не смеет пытаться надуть демона и остаться в живых, чтобы рассказать об этом! — Эй, постой-постой, громила! — крикнул в ответ кот, выставив перед собой лапы. — Успокойся, я же не… Но это были последние слова пантера: питбуль бросил на него свирепый взгляд, его глаза сверкнули адским пламенем — и в следующее мгновение большой кот исчез. А откуда-то снизу донёсся слабый приглушенный вопль — правда, расслышать его смог бы лишь тот, кто специально прислушивался. Возмущённые крики доносились из предмета, который сам по себе был едва ли был способен издавать громкие звуки: шагнув вперед, пёс присел на корточки и поднял крошечные черные стринги, валявшиеся на том месте, где до этого стоял пантер. — Плачь, кричи и скули сколько хочешь, Эрик, — обратился пёс к этому нижнему белью, поднеся его к морде. — Тебя никто не услышит! Во всяком случае, никто из тех, кто мог бы тебе помочь. Надеюсь, тебе понравилось вести себя дерзко с демоном? Потому что теперь дерзости в твоей жизни станет выше крыши, и даже больше! Пёс не смог удержаться от смешка над собственным ужасным каламбуром. Ему следовало бы устыдиться его, поскольку он считал себя весьма культурным демоном, но всё же было так приятно высказать последнюю гадость коту, за последние годы доставившего ему столько головной боли. Душа пантера, которая теперь поселилась в его фирменных стрингах, была совсем не в том настроении, чтобы обзывать его по этому поводу. У неё остался голос — исключительно для того, чтобы демон мог слышать эти вопли, но в остальном у несчастной души сохранились только чувства, которые напоминали ей, что она всё ещё вроде как жива. Пантер пытался выкрикивать ругательства, проклятия, а в конце концов начал умолять о пощаде… но его никто не слышал. Питбуль потратил ещё пару секунд на то, чтобы насладиться делом своих лап, прислушиваясь к приглушенным звукам и чувствуя, как его улыбка становится всё шире, пока бывший кот умолял вернуть ему жизнь. Он вовсе не собирался уступать после того, как его самый надоедливый клиент оказался именно там, где он и хотел, — там, откуда тот больше никогда не сможет доставить ему хлопот. Но как раз в тот момент, когда слабый голос кота превратился в рыдания и мольбы, в дверь громко постучали. Это стало для демона сигналом раствориться в эфире: стринги упали на пол, а через дверь донёсся голос енота: — Эй, Эрик, ты там закончил? — Постучав ещё пару раз, он продолжил: — Тут кое-кто хочет с тобой познакомиться. Тот пацан, что за сущие копейки занял твое место и сыграл мелодию даже лучше тебя, хочет с тобой познакомиться. Не говоря уже о том, что мы все выглядим довольно глупо, торча здесь в таком виде, так что давай там поторопись! Не дождавшись ответа, енот выждал секунд пять и постучал снова. — Эй, Эрик, ну же, открывай! Ты и так пробыл там целую вечность! Прошло ещё пять секунд без ответа, заставив енота слегка заворчать перед тем, как выкрикнуть: — Ладно, тогда мы заходим, и тебе лучше не быть голым! Ручка двери повернулась, и дверь распахнулась, впустив в спертый воздух комнаты слабое дуновение свежего. Енот ворвался первым, за ним последовали баран, медведь, а следом ещё одна фигура. Шедший самым последним гиен выглядел весьма юным и явно немного нервничал, оглядывая маленькую, пропахшую мускусом раздевалку. Окинув взглядом груды брошенной на пол одежды и остальное относительно пустое пространство, он растерянно уставился на тоже ничего не понимающих членов группы, с которыми разговаривал минуту назад. Помещение было совсем небольшим, спрятаться в нём было просто негде, но пантера и след простыл, хотя его запах ещё отчетливо витал в воздухе. Енот прошел до середины комнаты и остановился, застыв в каком-то оцепенении. Все четверо тоже замерли, переводя взгляды от стены к стене и не зная, что ещё предпринять. — Эм… Эрик? — с неуверенной дрожью в голосе позвал енот, и остальные музыканты дружно подхватили его зов. — Он ведь никак не мог ускользнуть незаметно, верно? — произнес баран, прерывая снова повисшую неловкую тишину, в то время как остальные участники группы принялись обыскивать углы крошечного помещения. — Да ладно тебе, Эрик, где ты прячешься? Хватит придуриваться и злоупотреблять своими фокусами с изменением внешности! Ещё через несколько мгновений относительной тишины и безуспешных поисков участники группы начали в замешательстве переглядываться, и медведь предположил: — Может он прошмыгнул наружу, пока мы болтали с Эйсом? — Исключено! — возразил баран, но ещё раз окинув взглядом комнату, тяжело вздохнул и признал поражение. — И куда, черт возьми, он мог податься? — Понятия не имею, — отозвался енот, в свою очередь тяжело вздохнув. — Я пойду проверю автобус. Кто-нибудь, проверьте кейтеринг, и, пожалуй, палатку с мерчем. Его товарищи по группе пожали плечами, но все трое начали разворачиваться, направляясь к двери. — Эйс, а ты побудь пока здесь, — бросил енот, проходя мимо гиена. — Мы скоро вернемся. Если увидишь Эрика, задержи его здесь. И постарайся ничего не трогать! Гиен кивнул, и, показав большой палец вверх, быстро ответил: — Ясно, я покараулю! — Извини за эту заварушку, — добавил енот, уже перешагивая порог. — Он никогда раньше такого не делал. — Без проблем! — крикнул гиен в ответ, хотя енот уже скрылся из вида прежде, чем эти слова долетели до его ушей. Тихонько вздохнув, гиен снова окинул взглядом раздевалку, ощущая, как его нюх постепенно привыкает к тяжелым запахам потрепанного снаряжения и сценических костюмов. Но всё же легонько кашлянул, прикрывая лапой морду и снова оглядывая помещёние. Его внимание привлек какой-то предмет, лежащий прямо посреди пола, и когда гиен наклонился, чтобы поднять черные стринги, он услышал позади себя тихий низкий смешок. Гиен уже знал, кому принадлежит этот голос, который буквально вгрызался ему в душу с того первого раза, когда он впервые его услышал... — Это те самые стринги, которые ты хочешь, чтобы я носил? — спросил Эйс даже не оборачиваясь но зная, что демонический пес стоит у него за спиной. — Именно они, — медленно усмехнувшись, ответил пёс, наблюдая, как гиен поднимается на ноги с зажатым в лапе предметом нижнего белья. Из стрингов вырвался очередной приглушенный крик протеста, но слух гиена был не настолько острым, чтобы его уловить. Зато питбуль слышал его громко и отчетливо, и знал, что пантер прекрасно понимает, что именно происходит. Эти крики ужаса были подобны музыке для его ушей, и питбуль расплылся в ещё более широкой клыкастой ухмылке. — Ты будешь носить их на каждом живом выступлении, на каждой сессии звукозаписи и на каждой репетиции группы — без исключений. Стирать их тебе запрещёно! Если кто спросит, говори, что это твои счастливые стринги. Если захочешь приукрасить историю, можешь рассказать любопытствующим, что именно они были на тебе, когда сегодня вечером ты впервые вышел на сцену. — Это что, какой-то странный и извращенный демонический фетиш? — проворчал гиен, глядя на белье, затем переведя взгляд на элегантно одетого пса. — Ты что, будешь кончать, глядя на то, как я их ношу? Потому что это звучит жутковато. Я ведь по другой части, если это то, о чём ты думаешь, и в контракте ни слова не сказано о выполнении каких-то дополнительных поручений! Пёс раскатисто рассмеялся, положил лапу на плечо гиена и ободряюще похлопал по нему. — Ох, если бы всё было так просто! — широко улыбнувшись ответил пёс и убрал лапу, когда гиен бросил на него довольно странный взгляд. — Это трудно объяснить, но ты заключил чертовски выгодную сделку, уж поверь мне на слово! Весь талант, удача, энергия, возможность играть на гитаре в одной из твоих любимых групп — и всё это в обмен на парочку мелких уступок! Ты застал меня врасплох, так что тебе стоит радоваться, что твоя главная обязанность — всего лишь ношение стрингов. Некоторым моим прошлым клиентам приходилось гораздо труднее из-за гораздо меньшего. — Ладно, как скажешь… — пожал плечами гиен, скомкал стринги в лапе и сунул их в карман. Запертый внутри пантер испустил очередной протестующий вопль, умоляя пса о пощаде, но было уже слишком поздно. Улыбка пса лишь стала шире, когда гиен добавил: — Всё это конечно странно, но полагаю, именно на это и подписываешься, связываясь с демонами, да? — О, если бы ты только знал… — со зловещей ухмылкой прорычал в ответ питбуль, заставив гиена слегка вздрогнуть. — И всё же, что случилось с пантером? — поинтересовался гиен после небольшой паузы. — Ты что, типа убил его или вроде того? Он всё-таки был отличным гитаристом. Мне бы совсем не хотелось, чтобы он где-нибудь окочурился только ради того, чтобы я занял его место, пусть он и был их гитаристом всего в двух альбомах. — Ну, не совсем, — медленно кивнув, ответил пёс, слыша, как кот снова попытался кричать что-то из кармана гиена. — Он всё ещё здесь, хотя вряд ли ты его ещё когда-нибудь увидишь. Он перестал уважать тех, кто дал ему все его возможности, поэтому сам виноват, что не сможет продолжать выступать с группой. И всё же я считаю, что теперь её ждёт великое будущее с тобой в качестве нового соло-гитариста! Гиен легонько кивнул, и слегка смущенно улыбнулся в ответ: — Очень на это надеюсь. — Это твой шанс, — продолжал питбуль, снова похлопав гиена по плечу. — Покажи им свои навыки, оставь контакты — и я не сомневаюсь, что они скоро тебе позвонят! Твое имя ещё свежо в их памяти, и когда они не найдут кота, твоё выступление станет первым, о чём они подумают. Не переживай, провалить прослушивание ты не сможешь, об этом я позабочусь. Только помни о стрингах. Гиен в последний раз кивнул в знак согласия, сжимая лапой комочек ткани в кармане, а пёс продолжил: — Пол сейчас вернётся. Удачи, хотя она тебе и не понадобится. Подмигнув напоследок, демонический пёс растворился в эфире, оставив гиена одного смотреть, как енот снова заглядывает в дверь. На морде того по-прежнему оставалось озадаченное и встревоженное выражение, с которым он уходил. — Ну как там, вы его ещё не нашли? — с немного натянутой улыбкой спросил Эйс, и енот медленно покачал головой… --- Как и обещал демон, Эйса без лишних проволочек приняли в группу. Он знал все их песни и играл на гитаре ничуть не хуже пантера, так что спустя всего через пару недель безуспешных поисков пропавшего музыканта голосование было принято единогласно. Первые репетиции прошли гладко: гиен сдержал данное демону слово, нося стринги практически постоянно, и вскоре провонял их до такой степени, что их ткань насквозь пропиталась невероятно едким мускусным смрадом. Пара капель спрея для тела или одеколона обычно перебивала большую часть запаха, а остаточные мускусные нотки обычно всеми объяснялись тем, что от гиен по определению сильно пахнет. И когда группа отправилась записывать новый альбом или готовиться к следующему туру, никто не замечал ничего необычного — в то время как гиен неделя за неделей и месяц за месяцем натягивал на себя эти тесные стринги. Запах от них теперь шел просто удушающий, а вонь мочи, прекума и даже спермы въелась в тонкие лоскутки ткани настолько сильно, что их вряд ли уже возможно было отстирать. И всё это время пантер кричал от боли и омерзения, вынужденный присутствовать в каждой складочке этого едкого и токсичного нижнего белья…