Vinny
«Побег.»
Скачать
#пес #смерть #милитари #война #NO YIFF #разные виды

ПОБЕГ

Vinny


Посвящается Ивану Белову.

Автору, раскачавшему меня на написание этого труда.



Он бежал уже несколько часов. Бежал, пока не подкосились ноги, и пока он не свалился в заросли кустарника. Сердце колотилось где--то у кадыка. Беглец судорожно сглотнул, медленно поднялся на руках и попытался отдышаться.

Внезапный монотонный звук заставил его напрячься и испуганно оглядеться по сторонам. Звук усиливался, и беглец узнал его -- так звучал дизель «Унимога». Преследователи нагнали свою жертву.

Пес затравленно огляделся. Всю заболоченную долину покрывал кустарник, кое--где на более или менее сухих кочках высились узловатые, как пальцы старой карги, деревья. Беглец не знал, как они называются. Да ему было и не до сомнительного удовольствия разглядывать эту одну из многих тысяч заболоченных ложбин долины Пшаман--аль--Кебир. Он знал, что если попадется, то смерть не будет легкой. Побег карается жестко, и нередко прямо на месте.

Звук усиливался. Уже был слышен свист нагнетателя движка «Унимога». Беглец лишь успел укрыться за ближайшим пучком не то высокой травы, не то низкого кустарника, как на поляну выкатился грузовик, подняв собой вал мутной болотной воды. Дики, зажмурившись, пригнулся, молясь всем богам, каких он знал, чтобы проезжающий патруль не заметил его.

Однако его мечтам не суждено было сбыться. Скрипнув тормозами, камуфлированный грузовик остановился. Раздались крики командира, и из кузова внедорожника посыпались автоматчики. Прижавшись к стволу растущего на «его» кочке дерева и стараясь не дышать, беглец смотрел из--за стеблей травы на своих преследователей. Стало ясно -- с ними не разминуться.

Боевиками руководил брат его хозяина -- горный лев по имени Фарух. Его зеленый берет мелькал в первых рядах цепи, которой предстояло прочесывать эту поляну. Как они нашли его -- оставалось загадкой, однако, учитывая богатый опыт Фаруха в подобных «мероприятиях», можно не сомневаться -- это его лап дело...

Раздался крик, и цепь двинулась фронтом в сторону беглеца. На своем пути боевики проверяли каждый куст с завидной дотошностью. Стволами автоматов поднимались листья, которые могли скрывать беглеца, в труднодоступные дебри давались очереди.

Беглец не должен был уйти живым.

Глянув в последний раз на идущих на него цепью автоматчиков, Дик понял, что зря теряет драгоценное время. Щенок начал осторожно слезать с возвышения, образованного корнями дерева, за которым он прятался. В этот момент его лапа соскользнула с обросшего водорослями корня, и беглец с шумом шлепнулся в воду. Первое, что он услышал -- радостный визг Планки. Планки был шакалом--полукровкой, и потому страшно ненавидел собак. Всех вообще. И его, Дика, в частности.

Дик дернулся было в болото, но тут сзади раздался рев Фаруха. Дик оглянулся через плечо и увидел Планки -- тот стоял в кузове «Унимога» и целился в него из своей М16. Раздался сухой щелчок выстрела, и плечо Дика обожгло; он упал в воду болота. Сзади, поднимая веера брызг, подбегали боевики Фаруха. Кто--то резко выдернул Дика из воды, а когда отплевывающегося пса подняли на ноги, отвесив между делом пару капитальных оплеух, перед ним стоял сам брат хозяина. И Дик понял -- будут бить.

Однако Фарух ограничился одним ударом. В голову. После чего Дик сам дошел до грузовика, придерживая челюсть. И так ее и держал до самого дома хозяина.


***


Этого светло--рыжего пса звали Дики, ему было около шестнадцати лет -- точнее он сам не знал, но так говорили охранники -- и за свою недолгую жизнь он видел только Плантацию. И сейчас он совершил страшное преступление.

Он убежал от хозяина!

Дика наказывали и раньше, если он, по мнению охраны, плохо выполнял работу. Несколько раз ему ломали кости в ходе подобных «экзекуций». Пару раз он еле оклемался. Но все былое не шло ни в какое сравнение с тем, что ему устроят сейчас...

Дики надеялся, что хозяин простит его. Надежду подогревало то, что всех беглецов казнили сразу по прибытию на плантацию. Прямо перед особняком хозяина. А Дика бросили в карцер и, казалось, забыли о нем.

Но действительность оказалась хуже самой богатой фантазии. Вечером того же дня Дика выволокли за цепь ошейника из камеры и повели в дом к хозяину. Вот тут беглец по--настоящему испугался! И было отчего. Дом Босса, как его называли охранники, был недосягаем для рабов. Их приводили сюда ТОЛЬКО в двух случаях: если раба продавали -- или если раб провинился. В обоих случаях их больше не видели... и при нынешнем раскладе Дик понимал, что его ведут в дом не продавать.


***


- Я привел его, брат.

В голосе всемогущего Фаруха явственно слышались нотки благоговения.

- Вот эта неблагодарная свинья, да проклянет Всевышний его предков! -- И Фарух сопроводил этот монолог хор--р--рошим пинком под зад Дика. Тот рухнул на пол, больно ударившись головой об пол, потому что сковывавшие его лапы наручники были предусмотрительно застегнуты за спиной.


***


Первое, что увидел Дик, открыв глаза -- это ботинки хозяина. Плантатор сидел в кресле, закинув ногу на ногу. В лапе он держал большую «гавану».

Если судить по костюму, то можно было решить, что этот представитель рода кошачьих сделал себе состояние на торговле нефтью или алмазами. Темно--синий шерстяной костюм от «Гуччи» вкупе с галстуком от «Версаче» и ботинками от «Балли» превращали этого кугуара в звезду подиума. Венчала все это роскошное великолепие феска. Рядом с этим почти небожителем Дик чувствовал себя в лучшем случае кучкой навоза...

Тем временем глаза из--под фески отвлеклись от слежения за плавными движениями колец сигарного дыма и уставились на Дика. И взгляд этот не предвещал ничего хорошего.

- Так вот как выглядит наш нарушитель спокойствия... -- кугуар брезгливо окинул пленника взглядом. -- Подними его.

Этот приказ предназначался Фаруху и был сопровожден небрежным кивком в сторону Дика.

Брат хозяина поспешил выполнить команду. Фарух лапами зажал голову щенка в «замок» и рванул его вверх. Хозяин наклонился к провинившемуся рабу и с видимым удовольствием выпустил тому в морду струю дыма.

- Так ты думал, что сможешь убежать от меня? Я показал тебе, что ты ошибся. -- Тут брови хозяина сложились «домиком», и на морде нарисовалась разочарование. -- Но я не смогу убедить в безнаказанности подобных действий других работников. Ведь на побег может решиться еще кто--нибудь. А это недопустимо!

По тону хозяина можно было подумать, что он объясняет азбучную истину какому--нибудь идиоту.

- Ведь если на плантации не будет порядка, то у нас не будет прибыли. А без денег мы не сможем покупать оружие. Без которого наше милое правительство с его иностранными друзьями сомнет нас. И чтобы это не произошло, мы должны показать всем работникам, что нарушение порядка карается!

Тут хозяин откинулся в кресле и затянулся своей «гаваной». Выпустив пару колец сигарного дыма, он продолжил:

- Но некоторые могут решить, что смерть за попытку побега от тяжелой работы и справедливых порядков нашей плантации -- нормальная цена. И побеги участятся. Учитывая всё это, я решил тебя не убивать.

У Дика отлегло от сердца, еще бы -- милость хозяина была безгранична!

- Ведь ты не виноват, -- продолжал хозяин, -- конец лета, гормоны бурлят. Поэтому я решил избавить тебя от мучений. -- На морде босса было изображено сочувствие. -- Завтра Фарух оскопит тебя. И ты больше не будешь беспокоить меня своими выходками.

У Дика задрожала челюсть.

- Не надо, прошу вас...

Босс небрежно махнул лапой, перебивая все мольбы.

- В подвал его.


***


Подвал хозяйского дома занимал в мировоззрении невольников промежуточное положение между карцером и адом. Сюда попадали лишь те, кто капитально рассердил хозяина. И здесь их заставляли пожалеть об этом. Теперь в этом темном сыром каменном мешке, заваленный всяким мусором, сидел Дик. Забившись в угол и скорчившись в три погибели, он смотрел на решетчатую дверь, через которую его завтра выведут во двор и сделают из него...

Дик не знал, как называются те, кого кастрировали. Но скоро должен был стать одним из них...

Неожиданно за дверью камеры Дика раздалась возня. Камеру открывали. Дик забился в угол -- его время ещё не пришло! Хозяин говорил про завтра! Но его страхи оказались напрасными: охрана пришла не для того, чтобы его вывести. В «его» камеру запустили еще одного пленника.

Новым его сокамерником оказался волк. Дик слышал, что они очень не любят собак. Однако внешний вид новоприбывшего в данной обстановке выглядел странно. Если обычно охранники обирали пленных до нитки, то для волка они сделали исключение. На нем были камуфляж, ботинки с высокой шнуровкой, и -- что было уже совсем невероятно -- на руке у него красовались часы! Однако лапы были скованы наручниками. Увидев наручники, Дик облегченно вздохнул: это не за ним.

Волк спокойно оглядел камеру. Его взгляд задержался на скорчившемся пленнике.

- А это что за фигня? -- В голосе сокамерника Дика не было агрессии. Скорее, удивление.

Однако конвоиры расценили его вопрос по--своему. В дверях появилась сияющая морда Планки.

- Этот тут ненадолго! -- заверил он. -- Завтра же его слегка «подправят» и уберут отсюда!

В ответ на эту реплику Дик всхлипнул. За дверью его реакцию прокомментировал вездесущий Планки, и за тонким тявканьем шакала последовал взрыв хохота. Однако охранникам тоже не нравилось находиться в сыром вонючем подвале, и поэтому они, повеселившись, поспешили отчалить. Дик остался наедине со своим новым соседом.

Волк, демонстративно харкнув, сплюнул в сторону закрытой двери:

- Идиоты, -- констатировал он. После чего повернул голову и посмотрел на забившегося в угол пленника. -- Ты что тут делаешь?

Обладатели камуфляжа в мировоззрении Дика занимали второе место после Хозяина. Поэтому он быстро вскочил, не отряхиваясь поклонился и поспешно стал объяснять боевику в наручниках, почему он здесь. Это настолько удивило волка, что тот отвлекся от разглядывания стен камеры:

- Сбежал? Ты серьезно? И что тебе теперь будет?

Дик постарался, чтобы его голос не дрожал, когда он сообщал своему сокамернику о решении хозяина. Он надеялся, что этот боевик побрезгует его бить хотя бы в последние отведенные ему часы. Однако волк отреагировал вовсе не так, как ждал Дик. Он даже не стал гоготать над его проблемой. Он лишь поднял морду на Дика и флегматично поинтересовался:

- Нафига ты тогда сбегал?

Щенок опустил голову.

- Я слышал, что хозяин решил продать меня купцу с востока. -- Тут Дик сорвался на скулеж. -- А я не хочу на восток...

Волк бросил понимающий взгляд на щенка. На малярийных плантациях востока рабы умирали сотнями. На тамошнем глиноземе не росло ничего стоящего, и поговаривали, что весь плодоносный слой тамошней земли находился там же, где и кладбища рабов. Поэтому умерших невольников хоронили прямо на плантациях -- чего добру зря пропадать... Восточные плантации Катонии вообще существовали лишь за счет горячего желания нескольких упертых плантаторов сравниться по прибылям с плантациями долины Пшаман--аль--Кебир. Рабы же платили жизнями за тупость своих господ. Щенку было, от чего бежать.

- Да, не повезло тебе. -- Тут волк прекратил возиться с наручниками и бросил взгляд на дверь подвала. -- Эх, если б не сторожа...

Дик его не понял:

- Какие сторожа? За дверью? Да где же найдется дурак, который будет сидеть здесь, за дверью, в подвале?

- Так тут что -- никого нет?! -- У волка округлились глаза. -- Ты серьезно? Нас что, вообще никто не сторожит?!

- А зачем? -- искренне удивился Дик. -- Отсюда не сбежишь. Дверь толстая, замок прочный, окошко высоко и зарешечено. На вас наручники. -- Дик кивнул на лапы волка, скованные стальными браслетами.

Боевик нехорошо ухмыльнулся.

- Наручники, говоришь, замок, дверь? А это видел?

И волк поднял к морде Дика наручники с расстегнутым браслетом, который должен был держать его левую лапу. После чего, щелкнув в замке невесть откуда взявшейся проволокой, волк освободил и вторую лапу. Дик стоял с раскрытым ртом: он был потрясен увиденным. Его самого несколько раз заковывали перед избиением в подобные же «браслеты». И он каждый раз тщетно пытался их сорвать, порвать, вырваться из них, наконец, чтобы хоть как--то защититься от града ударов. И каждый раз он убеждался в тщетности своих усилий.

- Чего уставился, никогда канцелярской скрепки не видел? -- Усмехнулся волк. И бросил щенку раскрытые наручники. -- А теперь дверь.

После внимательного осмотра, в ходе которого волк чуть ли не носом водил по всему периметру двери и ощупал едва ли не все щели и трещинки на двери и косяке, он вынес вердикт.

- Петли кованные, прочные, сидят в кладке глубоко, дверь из толстых досок, слегка подгнивших, но в общем крепких, заперта снаружи на засов. Более замков и запоров не видно.

С этими словами волк присел и, повозившись с голенищем своего ботинка, извлек на свет складной нож. Тут уже забывший о своих неприятностях Дик не выдержал и рискнул задать камуфлированному соседу вопрос:

- Как же вы сюда все это пронесли?

- А эти обормоты меня даже не обыскали толком. Пошмонали по карманам и сняли сбрую.

Разложив нож, волк начал пропихивать лезвие через щель между дверью и косяком. Дик не верил своим глазам. Он ни разу не слышал, чтобы кому--то удалось сбежать от Хозяина вот так -- прямо из карцера. Но его новый сосед, кажется, знал, что делает. И как он ловко снял свои наручники! Дик глубоко вздохнул и, зажмурившись, попросил Бога помочь этому волку. Внезапно он услышал, как скрипнули петли двери. Дик, все еще не в силах поверить в свою удачу, открыл глаза -- и увидел, как волк осторожно выглядывает за порог. Быстро оглядевшись, наемник кивком головы показал Дику, что путь свободен. И Дик второй раз в жизни нарушил волю хозяина.

Когда они поднялись по лестнице, ведшей из подвала к приоткрытой двери, Дика охватил страх. Если его теперь поймают, то хозяин будет в ярости, и тогда... Что тогда, Дик даже не мог себе представить, и вот это «неизвестно что» пугало его еще больше. Однако если б он остался, то с ним сделали бы то, чего Дик боялся даже больше смерти.

На верхней ступеньке наемник остановился, повернулся к щенку и поманил его. Подошедшего Дика волк крепко ухватил за шкирку и, приоткрыв дверь, спросил:

- Так, малой, говори, где тут у вас чего находится.

Дик понизил голос до шепота и для наглядности начал показывать направление пальцем:

- Вон там -- выход к болоту, а вон там есть колодец, а там...

Волк его перебил:

- Это все фигня, ты лучше скажи что там. -- И он ткнул пальцем в сторону хозяйских построек.

Дики испугался:

- Нет, туда нельзя! Там кухня для охраны и арсенал, и...

Но волк опять его перебил:

- Кухня и арсенал, говоришь? Вот туда--то нам и надо!

Осторожно приоткрыв дверь, волк нырнул в расположенные рядом кусты. Дик дернулся следом за своим освободителем. Уже в кустах Дик с ужасом осознал, что они вместо того, чтобы нестись со всех ног от плантации хозяина, наоборот -- продвигаются прямо к дому Хозяина!!!

- Нет, не надо туда! Надо бежать! -- захныкал Дик. -- Нас поймают!

Волк резко дернул морду в его сторону и шикнул:

- Цыц!

Он оглядел двор и одним рывком нырнул за другой куст. Дик с ужасом поглядел волку вслед. Однако за недолгое время, в течение которого наемник находился рядом с Диком, он успел внушить щенку веру в правильность своих действий. Поэтому Дик недолго колебался, прежде чем последовать за волком.

Была середина дня, солнце застыло в зените, и все живое пряталось от обжигающего зноя во всех доступных закутках, способных дать тень. Те счастливчики, которые были допущены в господские покои, оснащенные кондиционером, даже к занавешенным окнам старались не подходить. В это время во дворе не было ни души. И волк явно знал это. Прячась скорее для того, чтобы в случае чего было где укрыться, он подошел к дверям хозяйственных построек. Следом из зарослей кустов вывалился Дик. Оглянувшись на него, волк спросил:

- Которая?

Дик понял, что камуфлированный спрашивает про арсенал. Уж очень он неровно к нему дышал -- это еще у двери карцера было заметно. Дик ткнул пальцем, и через полминуты -- ровно столько наемнику понадобилось на то, чтобы открыть замок на двери -- они уже стояли в окружении стеллажей с установленными на них стволами.

- Кр--расота! -- прокомментировал волк эту картину. И тут же ринулся к лежащей на прислоненном к стене столе груде вещей. -- А вот и изъятое у меня!

Наемник с довольной мордой выудил из всей кучи разгрузку и камуфлированную панаму, которую тут же напялил на себя. Подгоняя ремни разгрузки и крепления набедренной кобуры, он продефилировал мимо рядов с оружием, разглядывая стволы. Дик все это время скромно стоял у двери и недоумевал, почему волк не хватает первый попавшийся автомат и не сваливает. Но вот наемник довольно цокнул языком, и Дик увидел, как он извлек из стеллажа винтовку. Залихватски лязгнув затвором и щелкнув курком, чтобы убедиться в работоспособности оружия, волк извлек защелку ствольной коробки и, переломив винтовку, внимательно осмотрел ее ствол и газоотводку. После чего он собрал оружие, прихватил несколько магазинов и направился к Дику.

- М4А1, -- прокомментировал он свой выбор, копаясь в своем рюкзаке. -- Одна из версий старушки М16. Более компактная, более функциональная, -- тут он извлек на свет металлический покрытый матовым пластиком цилиндр, -- ...а теперь еще и тихая! -- заметил волк, навинчивая цилиндр прямо поверх компенсатора.

Дик вообще ничего не знал об оружии. Он, в отличие от своих более благополучных ровесников, которые жили в развитых странах, ни разу не видел боевиков. А в глуши, где он жил, и слыхом не слыхивали о «глушителях» и «коллиматорах». Благодетель Дика же, покопавшись еще в своем бауле, достал оптический прицел и закрепил его на верхней планке винтовки, после чего начал забивать магазинами карманы своей разгрузки. Дик подумал, что, наверное, после этого камуфлированный сразу же поспешит свалить, однако он ошибся.

Закончив с магазинами, волк обернулся к стеллажу с пистолетами. Оглядев весь ряд, со словами: «А вот и мой!» волк выбрал крупный пистолет, которому тут же оттянул затвор и бегло оглядел патронник. Затем он обошел весь арсенал, собирая то, что, по его мнению, могло понадобиться. Когда волк закончил, то помимо автомата и пистолета он разжился: мачете, боевым ножом, несколькими гранатами разных систем, кучей разных мелких металлических штуковин с торчащими из них проводами, и несколькими непонятными гнутыми пластиковыми коробками, на корпусах которых значилось «FRONT TOWARD ENEMY». Дик не умел читать, поэтому он не понял назначения этих коробок.

И лишь после того, как все похищенное -- «Экспроприированное -- это экономический термин», заметил волк -- было расфасовано по многочисленным карманам камуфляжа, сбруи и баула наемника, они вышли из арсенала.

Пригибаясь, Дик следовал за волком, который явно разбирался в происходящем так, как будто побеги были для него чем--то обыденным. Далее они двигались без задержек до ограды, окружавшей фазенду хозяина, остановившись лишь раз. Волк задержался у кухни, увидев, как повар готовит обед для охраны. Собственно, повара они сначала услышали. Тот громко плакался Всевышнему, что в такую адскую жару он должен готовить жратву для всех этих дармоедов.

Повар, толстый потный кот, стоял спиной к двери перед котлом, в который крошил какие--то овощи и то и дело вытряхивал тушенку из консервных банок, занимавших весь кухонный стол за его спиной. Вот эти банки и привлекли внимание волка. Он многозначительно посмотрел на Дика и спокойно шагнул на кухню. У пса от ужаса отвисла челюсть. Однако причитания повара оказалось громче шагов наемника. Волк спокойно взял пару банок и, развернувшись, впихнул их Дику. После чего, прихватив еще пару банок, вышел так же тихо, как и вошел. Уже на улице он распихал все банки по подсумкам своего баула.

Как они дошли до ограды, Дик не помнил. Все было как во сне: они постоянно бежали под палящим солнцем; пригибаясь, преодолевали расстояние от одного очага растительности до другого. Саму ограду беглецы миновали неожиданно легко. Когда Дик бежал один, он сильно ободрался, пролезая под забором из металлической сетки с укрепленной наверху колючей проволокой. Однако здесь земля была тверже и каменистее, чем на стороне, выходившей на болото. Вдобавок, волк, по--видимому, счёл, что такой способ ниже его достоинства. Поэтому он на ходу достал из одного из карманов какой--то инструмент, который опять же на ходу разложил в кусачки. Присев у ограды, он спокойно ее перекусил в нескольких местах, задрал вверх целый кусок сетки и жестом пригласил Дика идти первым. Такого комфортного побега Дик даже не мог вообразить.


***


Беглецы отбежали ровно настолько далеко от плантации, чтобы не могло быть и речи об их оперативной поимке. Тогда Винсент, имевший в кругу рейдеров кличку «Полковник», резко остановился. Сзади в него влетел перепачканный щенок, которого он вытащил из застенков этого Мирзы--ибн--Черт--Его--Знает--Кого, а по совместительству -- редкостного выродка. Пока Винс шастал по территории фазенды этого самого Мирзы, щенок должен был находиться при нем. В противном случае существовала возможность его поимки охраной, после чего хватились бы самого Винсента. Однако теперь территория, подконтрольная плантатору, кончилась, и надобность в наличии под боком этого мальчишки отпала. Волк обернулся к щенку:

- Ну что, малой, пора прощаться! Я тебя вытащил, ну а дальше ты уж сам! -- покопавшись в рюкзаке, он протянул щенку одну из «экспроприированных» банок тушенки. -- На вот, на первое время.

Но Дик только глянул на банку и перевел взгляд на наемника:

- Можно мне с вами?.. -- и, помедлив, добавил, -- хозяин.

У Винсента дернулась морда.

- Не--е -- я же сказал, дальше мы идем врозь!

- Я могу нести тяжести, я мало ем, и... -- пытался доказать свою полезность Дик.

- Нет!! -- отрезал волк. -- Я иду по своим делам, и иду ОДИН! -- он покрутил в руке банку. -- И раз тебе она не нужна... -- волк засунул банку обратно в рюкзак.

- Ариведерчи! -- махнул лапой наемник, повернулся и направился в чащу леса.

А когда Винсент посмотрел через плечо и увидел, что Дик все равно семенит за ним, то он остановился и многозначительно посмотрел на щенка, положил лапу на ствольную коробку своего карабина. После чего повернулся и постепенно растворился в чаще. А Дик остался стоять один посреди леса.


***


День клонился к вечеру, когда Полковник наконец остановился -- следовало засветло побеспокоиться о месте ночлега. Волк присмотрел подходящее дерево, и под его ветвями организовал себе лагерь. Сбросив свой рюкзак, он отправился на поиски растопки для костра.

Внезапно его внимание привлекло поросячье хрюканье. Винни давно уже усвоил железное правило, позволявшее выживать в трудных условиях -- долгохранящуюся провизию используй последней, при каждом удобном случае пополняя свои запасы подножным кормом и охотой. Лучше идти с полной котомкой, чем сдохнуть с голоду.

Полковник, стараясь не шуметь, снял с себя рюкзак и осторожно подполз к кустарнику, из--за которого все отчетливее доносилось беззаботное хрюканье. Выглянув из--за куста, он увидел небольшой, поросший папоротниками овраг, на дне которого протекал ручей. Внизу у ручья паслись несколько диких свиней. Неразумные животные пришли всей семьей на водопой. Винсент сразу оценил все семейство с гастрономической точки зрения. И, взяв на заметку молочного поросенка, переключил свою винтовку на одиночную стрельбу.

Через час он уже сидел у костра и занимался важнейшей из военных наук -- кулинарией. Полковник мог позволить себе такую роскошь. За час он замаскировал свое убежище и обеспечил его безопасность, установив трофейные «Клэйморы» так, что теперь по одному мановению его руки вся близлежащая флора со всеми, кто имел несчастье быть там, превратилась бы в мелкое крошево. И теперь, сидя в полной безопасности, он решал важную задачу -- как приготовить порося. Какой--нибудь из его однополчан, скорее всего, просто сварил бы мясо. Но Винсент был большим любителем не просто поесть, а поесть вкусно. Поэтому, совершив небольшую прогулку вокруг своего «кемпинга», он собрал необходимые для пиршества ингредиенты.

Спустя полчаса, когда на начавшем темнеть небе появилась первая звезда, Полковника уже ждал суп со свиными потрошками и лесными травами. А над костерком доходила жареная тушка поросенка, нашпигованная диким чесноком.

Винсент как раз занимался дегустацией первого, когда в близлежащих кустах раздался тихий, но отчетливый шорох. Волк и ухом не повел: если показать подкравшемуся, что ты догадываешься о его присутствии, это может спровоцировать противника на решительные действия. Однако левую незанятую лапу Полковник переместил на пульт управления минами, который находился в одном из кармашков разгрузки -- благо поза позволяла произвести это движение незаметно для незваного визитера. Для находящегося в кустах «гостя» такой маневр действительно остался незамеченным.

Волк спокойно отложил ложку, вынул из кобуры свой «сорок пятый» и повернулся к зарослям. Теперь наступал момент истины -- начнется бой или нет. Если противник успел прицелиться, то Полковник уже мог считать себя трупом. Если же нет, то волк имел реальный шанс прожить еще немного.

- Выходи! -- скомандовал он.

Был и еще один вариант -- собственно, из--за него Полковник и не активировал мины тут же. Никто не нападает в одиночку. А то, что в кустах прятался именно один «гость», Винсент не сомневался. «Скорее всего, это зверь, просто глупая скотина», думал он про себя, «Лагерь я замаскировал. Дым от костра рассеивается в ветвях дерева, и не виден извне. По земле меня не успели бы выследить».


***


...Его размышления были прерваны появлением из--за кустов рыжего пятна.

- Ты?!

Винсент даже не пытался скрыть удивление. Перед ним стоял перепачканный, полуголый щенок, которого он оставил в нескольких километрах отсюда. А теперь он стоял перед Винсентом, виновато опустив голову, прижав уши и уставившись на свои босые лапы.

- Что ты здесь делаешь? -- Волк смотрел на незваного визитера поверх боковой планки пистолета. -- Я же велел тебе валить!

Щенок посмотрел на волка и проскулил:

- Я шел за вами, -- и торопливо, чтобы успеть высказаться, пока волк его не перебил, добавил. -- Мне некуда идти. Пожалуйста, я могу работать для вас, могу нести тяжелые вещи. Я ем очень мало, могу доедать за вами...

Он хотел сказать еще что--то, но Винсент пресек его, махнув лапой с «Кольтом».

Полковник прикидывал расклад. В камере, когда волка посадили к этому щенку, он был почти уверен, что Дик -- «подсадная утка» рабовладельца. Но щенок не играл. Когда он рассказывал о своем наказании, в его глазах светился животный ужас. Так невозможно сыграть. И волк вынес вердикт -- плантатор и вправду оказался так глуп, что даже не счел нужным следить за наемником. Выйдя на волю, Полковник отделался от щенка -- скорее подстраховавшись, чем по серьезной необходимости. Ведь оставалась небольшая вероятность, что щенок -- пусть и не являясь соглядатаем -- все же захочет выслужиться у хозяина и поднимет шум. Чем черт не шутит?! Однако по дороге Полковник не раз возвращался мыслями к щенку. Волк по собственному опыту знал, что в джунглях одному очень нелегко. «Зеленый ад» не прощает ошибок. Любая случайность или травма, самый незначительный вывих или перелом -- и он обречен. Вдвоем выбраться легче.

И теперь, когда мальчишка стоял перед ним, волк всерьез задумался. То, что он шпион, отпадает. Строптивого наемника легче тихо окружить и шлепнуть, чем напрягаться и посылать шпиона вдогонку.

Наконец, Полковник решился.

- Эй, как тебя там?..

Волк щелкнул пальцами, и щенок с надеждой глянул на упакованную в камуфляж фигуру.

- Дик, меня зовут Дик...

- Вот что, Дик, я возьму тебя с собой.

Щенок просиял.

- ...Но при одном условии. -- Волк ткнул в щенка указательным пальцем. -- Ты будешь выполнять ВСЕ мои указания. Вопросы типа «зачем» и «почему» разрешаю задавать ПОСЛЕ выполнения моих приказов, а не ДО. Понятно?..

Дик с готовностью закивал.

- Тогда, значит, так, -- наемник покопался в одном из множества подсумков своего баула и выудил какой--то брикет, завернутый в полиэтиленовый пакет. -- Это мыло, а вон там, -- волк указал лапой направление, -- есть ручей.

После чего, бросив критически взгляд на пятна засохшей грязи на шерсти щенка, заметил:

- Первый приказ: вымойся. -- Он протянул Дику пакет.

Когда тот потянулся за пакетом, волк слегка отдернул лапу и добавил:

- Особое замечание! Ты должен быть чистым, а от мыла, -- здесь наемник потряс брикетом, -- что--то должно остаться!

Дик понимающе кивнул. Мыло на плантации даже для охраны было редкостью, а уж в джунглях ему вообще цены не было. Поэтому щенку было понятно, почему наемник указал на экономное расходование этого простого средства гигиены.

Пока щенок мылся, Винсент взвешивал варианты дальнейших действий. В одиночку нечего было и думать о том, чтобы срезать дорогу через джунгли. А вот вдвоем -- вдвоем можно было попытаться. Это резко сократило бы время на дорогу.

...Полковник как раз прикидывал один из возможных маршрутов, когда вернулся Дик. Увидев чистого щенка, Винсент нахмурился. Дик, увидев взгляд наемника, перевел взгляд на свой живот, потом снова на Винсента, пытаясь понять, что он не так сделал.

«Лучше б он не мылся!» -- мелькнуло у Полковника в голове. Чистая шерсть щенка имела жутко демаскирующий рыжевато--бежевый цвет. Пока шерсть была перепачкана, она была менее резкого и яркого цвета. «...Однако антисанитария -- тоже не дело» -- и Полковник, недовольно цокнув языком, поднялся с земли и полез в свой рюкзак.

Щенок, по--видимому решив, что наемник недоволен качеством помывки, испуганно протянул Винсенту влажный пакет. Тот определил брикет мыла в один из карманов баула, после чего извлек на свет комплект камуфляжа и ботинки с высокой шнуровкой. И то и другое было не новое, но, как и одеяние самого наемника, находилось в отличном состоянии.

Винсент недовольно посмотрел на щенка, потом на запасную форму, прикинул что--то в уме и скомандовал:

- Снимай это, -- наемник сопроводил команду кивком на мокрые грязные тряпки, служившие щенку набедренной повязкой, и протянул Дику камуфляж.

Щенок судорожно сглотнул. Камуфлированная форма была недостижима для невольника. Она являлась своеобразным символом власти. И Дик, воспитанный в преклонении к касте носивших камуфляж, и мечтать не смел, что когда--нибудь наденет его. Поэтому он вопросительно посмотрел на наемника, все еще не веря, что правильно понял приказ своего нового хозяина.

Винсент понял его ступор по--своему и, вручив щенку брюки, набросил на него куртку. Когда по повязке на плече слегка шлепнула ткань рукава, морда щенка дернулась. От внимания наемника это не ускользнуло, и он прищурился:

- Что у тебя там? -- волк кивнул на лапу.

Дик струсил. Одно дело -- здоровый невольник, другое дело -- раненный. Однако не ответить он уже не мог, поэтому испуганно прижал уши и осторожно размотал тряпку.

При виде огнестрельной раны Винсент поманил к себе щенка. Осмотрев лапу, волк вздохнул, достал из разгрузки нож и медпакет, снял с пояса фляжку. Ранение было сквозным. Сбрив ножом шерсть вокруг обоих отверстий раны и тщательно обмыв кожу вокруг, волк щедро насыпал антисептика, после чего спокойно перебинтовал изумленного Дика.

Щенок был потрясен оказанной медицинской помощью, пожалуй, больше, чем отданной ему формой. На плантации медикаменты были очень дороги, и Дик не раз видел, как раненные в стычках с конкурентами боевики ныли и пресмыкались перед фельдшером, чтобы тот оказал им помощь. Волк же не моргнув глазом потратил на него не только лекарства, но и хороший кусок настоящего БЕЛОГО(!) бинта. Кроме того, у невежественного Дика все эти непонятные манипуляции с загадочными порошками и чистыми бинтами вызывали почти суеверный трепет.

Полковник оценивающе глянул на повязку и, по--видимому, остался доволен плодами труда своих лап. Он встал и подмигнул Дику:

- Теперь можно и поесть.

При упоминании еды голодающий уже вторые сутки щенок непроизвольно сглотнул. А когда волк, перемешав содержимое котелка, начал накладывать густую ароматную смесь в крышку котелка, от запаха супа у Дика началось неконтролируемое слюноотделение.

Но на плантации щенок прочно усвоил, что хозяевам не нравится, если на них смотрят голодным взглядом, когда они едят, -- за это можно было запросто получить пару переломов. Поэтому Дик отвернулся и попытался отвлечься от происходящего. Но это не помогло, живот просто сводило, и глотать слюну он уже не успевал.

Неожиданно волк произнес «Держи» и протянул щенку крышку с супом и ложку. Дик перевел взгляд на нестерпимо пахнущую посудину и осторожно взял ее из рук наемника.

- Посмотрим, что получилось, -- заметил наемник, накладывая суп в миску, которую достал из своего бездонного рюкзака.

Сев на ствол поваленного дерева, волк осторожно попробовал первое. Щенок так и сидел с плошкой, полной супа, мучаясь от голода. Глядя на то, как наемник ест из второй миски, Дик искренне не мог понять: зачем ему ДВЕ полные плошки?

Заметив мучения щенка, волк перестал жевать и уставился на него:

- Ты чего не ешь? -- он кивнул на порцию, которую щенок держал в лапах.

У Дика округлились глаза, когда он понял, что это ЕГО еда.

- Это мне???

Дики не мог поверить, что в один день может быть столько чудес. И он, настороженно глядя на волка, ожидая в любой момент, что тот передумает, поднес ложку ко рту и проглотил ее содержимое.

Дик вообще всего пару раз ел настоящее мясо. Один раз -- когда старая корова набрела на минное поле вокруг плантации, и поскольку есть ее побрезговали даже охранники, тушу коровы скормили рабам. А второй раз -- когда поваренок свалился с лихорадкой, и Дику поручили вместо него вынести помои с хозяйского двора. В них он нашел объедки от хозяйского обеда. Все остальное время невольники довольствовались всякими заменителями типа соевой похлебки.

Ничего вкуснее этого супа он не ел. Заметив, что волк ухмыляется, щенок принялся за свою порцию всерьез. Он блаженствовал от каждого кусочка печенки. Когда Дик прикончил первое (причем волк дважды подливал ему из котелка), Винсент положил в его вылизанную до блеска миску второе, -- половину порося. Глядя на то, с какой скоростью исчезает и второе, волк заметил:

- Не хотел бы я с тобой в голодный год на необитаемом острове очутиться.

Перемазавшийся щенок в ответ только виновато улыбнулся.

...Но все хорошее когда--нибудь кончается, и этот маленький праздник обжорства тоже подошел к концу. Впервые в жизни наевшийся до отвала Дик почувствовал непреодолимое желание поспать. Он пытался побороть накатившую сонливость, но сказывалось моральное и физическое истощение, накопившееся за последние несколько суток.

Увидев, как щенок клюет носом, волк решил сделать тому последнюю поблажку. Поскольку Полковнику надо было обмозговать сложившуюся ситуацию, а щенку все равно нужно было поспать, то волк решил уступить ему свой гамак. Собственно, гамаком эта синтетическая сетка могла называться с большой натяжкой. Однако она выполняла главную функцию -- предохраняла своего седока от переохлаждения в горных районах, от пауков, тарантулов, и прочей «милой» -- и подчас ядовитой -- фауны в лесистой местности. Когда Дик понял, что от него хочет волк, он сонно кивнул и поплелся к подвешенному гамаку.

Стоило щенку перейти в положение, близкое к горизонтальному, как он просто вырубился.


***


В этот день Дик впервые в жизни проснулся не от пинка или удара дубинки надзирателя, а просто потому, что выспался.

Пока он тихо посапывал в гамаке, Полковник почистил и убрал котелок и миски, закопал остатки их вчерашней трапезы и снял мины. Будить Дика волк не стал -- проснувшийся щенок просто мешал бы ему. А так Винсент к пробуждению своего спутника практически собрался -- оставался только гамак со щенком -- и уничтожил все следы их ночной стоянки.

Полковник уже было собирался будить своего спутника, когда Дик проснулся сам. Щенок подскочил в гамаке, потрясенно глянул на небо, увидел солнце в просвете листвы и сразу же начал озираться по сторонам. Винсент развеселился: взъерошенный щенок был похож на сурка, проснувшегося не ранней весной, а летом в июле, и искренне не понимающего, что произошло.

Но тут Дик увидел волка, и вместо непонимания у него на мордочке нарисовалась гримаса ужаса. Щенок дернулся, как от удара, прижал уши и заскулил:

- Я не виноват! Так получилось!..

Винсент его не понял и нахмурился:

- В чем дело?

- Я... я должен был встать раньше! Я все исправлю!

Наемник демонстративно поднял бровь:

- Что исправишь?

Взъерошенный щенок вывалился из гамака:

- Я должен был помочь собраться!.. -- тут щенок осекся, заискивающе посмотрел на волка и тихо проскулил. -- Простите...

- Зря извиняешься, -- заметил волк, проходя мимо щенка и снимая с дерева сетку.

Сняв гамак, Винсент повернулся к Дику. У того был убитый вид.

- Зря извиняешься, -- повторил волк, сворачивая сеть, -- я специально не будил тебя.

Увидев немое изумление на морде щенка, наемник заметил:

- Тебе надо было отдохнуть, ведь ты сегодня понесешь рюкзак, -- и кивнул на свой баул.

Щенка сразу отпустило: он был нужен. Винсент поспешил его предупредить:

- Учти, рюкзак тяжелый! И обращаться с ним надо бережно. -- Дик кивнул.

Примотав к рюкзаку гамак, Винсент помог раненому спутнику нацепить его. В процессе Дик заметил, что половина подсумков перекочевала с рюкзака на пояс наемника.

Волк долго подгонял ремни рюкзака под щенка. Закрепив и подогнав все, как нужно, волк оглядел щенка.

- Ну, вроде все. Теперь ты должен запомнить несколько простых правил. В лесу внимательно смотри, куда наступаешь. В идеале вообще иди след--в--след за мной. Не трогай стволы деревьев, не суйся в дупла -- там часто водятся змеи. Может случиться, что у нас не будет времени на то, чтобы переговариваться. Поэтому, если я сделаю так, -- волк поднял левую лапу, и его сжатая в кулак кисть поднялась на уровень головы, -- это значит: «Замри!». Что бы ты ни делал -- ты замрешь! А если так, -- лапа волка разжалась в пятерню, -- «Внимание!». В обоих случаях последующие движение лапы обозначает направление ТВОЕГО движения. -- Волк выжидающе посмотрел на щенка. -- Понял?

Дик, выслушавший это наставление с открытым ртом, кивнул:

- Понял, хозяин.

Винсент поморщился:

- Не надо называть меня хозяином. Меня зовут... -- тут волк прервался, прикинув, стоит ли называть щенку свое имя. -- Меня зовут Полковник. Ясно?

Дик снова кивнул.

- Отлично! В путь.

Волк спокойно развернулся и шагнул в заросли. Дик поспешил за ним.

Пока они шли, Дик думал над тем, как ему повезло. Этот новый хозяин, помимо того, что вкусно и сытно кормил, отличался от прежнего еще и тем, что не избивал щенка по поводу и без. Волк требовал исполнения его указаний -- и Дик старался не разочаровывать его в себе.


***


Шло время, наемник и щенок двигались на север. Во всяком случае, так сказал волк.

К двум часам -- по хронометру Полковника -- они дошли до крайней северо--западной оконечности долины. Местность стала холмистее, и Дик начал выдыхаться быстрее. На вершине одного из пригорков волк остановился. С вершины было отлично видно цепь холмов, утопавших в лесу, как айсберги в океанских волнах.

Некоторое время волк, улыбаясь, разглядывал открывшийся вид.

- Ну что, -- обратился он к Дику, -- перейдем эти холмы, и черта лысого они нас после этого поймают!

Вид гряды подстегнул наемника, волк прибавил хода. Полковник и щенок прошли все предгорье, волк то и дело оглядывался на пыхтящего под тяжестью рюкзака Дика. Они подошли к очередному холмику, последнему перед самой грядой, когда Полковник, обернувшись в очередной раз на выдыхающегося щенка, замер. Поднявший на наемника взгляд Дик заметил, что волк смотрит не на него, а дальше, на кроны деревьев.

Обернувшись, щенок увидел, как над лесом взмыла стая птиц.

Волк сел на колени, вынул мачете и парой движений вырыл ямку, затем достал из чехла фляжку и, отвинтив крышку, приказал щенку: «Замри!». После чего зарыл фляжку наполовину в землю. Дик не понимал, зачем это нужно, пока Полковник не пригнулся к фляжке головой, прислонившись ухом к ее горлышку. В течение нескольких долгих секунд волк не менял позы. Когда же он распрямился, на его морде читалось удивление.

- За нами идут. Как они нас выследили?! -- Волк перевел недоуменный взгляд на щенка.

Дик почувствовал, как у него задрожали колени -- пришли за ним.

Запихивая обратно обтертую от земли фляжку, Полковник пытался понять, как его так быстро нашли. Он не мог знать, что причиной их обнаружения стал его единственный выстрел. Глушитель карабина физически не мог полностью заглушить звук выстрела стандартного винтовочного патрона. Когда пуля сразила поросенка, характерный сухой хлопок -- пусть и приглушенный -- разошелся по всей округе. И Полковник знал об этом, но он не мог и предположить, что в момент выстрела всего в сотне метров в лесу находятся крестьяне, идущие к фазенде того самого плантатора.

Придя на фазенду Мирзы, крестьяне честно рассказали об услышанном в лесу звуке. Только тогда преследователям и стало известно направление движения беглецов, и матерящийся Фарух прекратил раз за разом прочесывать болото. Но Полковник всего этого не знал и знать не мог. Винсент полагал, что у них в запасе как минимум сутки, а оказалось, что преследователи уже у них на хвосте.

Вдруг наемника посетила неприятная мысль.

- Скажи, у вас там, на плантации, случаем, среди охранников не было легионеров?

Дик отрицательно помотал головой -- хозяин считал бывших бойцов Иностранного Легиона просто высокомерными выскочками.

- Самым лучшим бойцом хозяин называл своего брата. Он его всем боевикам в пример ставил. -- Объяснил Дик волку.

Винсент презрительно скривился:

- Ну, тогда это не солдаты.

И хотя ответ щенка не объяснял, как же их выследили, Винсент решил действовать. Для этого нужно было провести разведку местности. Увидев, что волк крутит головой вместо того, чтобы уходить, Дик подумал, что тот ищет какую--нибудь лазейку, по которой они смогут уйти от преследования. Он понял, что ошибся, когда волк повернулся к нему и спросил:

- Сколько боевиков обычно преследует беглецов?

Дик попытался вспомнить самую крупную облаву:

- Два отряда по... -- тут щенок замешкался, и после некоторой заминки показал наемнику две растопыренные пятерни.

- Десять?..

Щенок пожал плечами:

- Не знаю...

Волк задумчиво потер морду и посмотрел в сторону приближающегося противника.

- Два отряда по десять бойцов... -- Винсент в задумчивости поскреб кадык.

Наемник еще раз огляделся, присматривая подходящее место для засады. В принципе, подходящих мест было несколько. После некоторых колебаний волк выбрал поваленное дерево на холме справа от тропы.

- За мной! -- приказал наемник, доставал мачете и двинулся вверх по склону.

Нервничая, Дик последовал за прорубавшимся наверх волком. Поднявшись, Винсент тщательно осмотрел поваленное дерево на предмет всяких ядовитых гадов -- как--никак оно должно было служить им укрытием. Его опасения подтвердились, и найденная в ходе этого блиц--осмотра змея была прикончена на месте одним ударом мачете -- выяснять, ядовита тварь или нет, у Полковника не было ни малейшего желания.

Когда волк обезопасил укрытие, он потратил добрую половину минуты на то, чтобы с высоты своей будущей лежки внимательно осмотреть седловину между холмов, по которой он с щенком уходил от преследования.

Оценив обстановку, Винсент притянул к себе Дика и вытащил из рюкзака «Клэйморы». После чего сайгаком поскакал вниз в ложбину, на ходу приказав «Жди здесь!» замершему в растерянности щенку.

Покрыв за пару прыжков расстояние, отделявшее его от тропинки, образованной самой седловиной, Полковник огляделся еще раз. По краям «тропы» росло несколько подходящих для его задумки растений. Под первым же кустом с крупными кожистыми листьями Винсент с легкостью спрятал смертоносную пластиковую коробку. Затем еще одну в зарослях папоротника в густом подлеске -- просто в придорожной траве.

Устанавливая мины, Полковник старался перекрыть все мертвые зоны. Когда он закончил, тихая лесная тропинка превратилась в туннель смерти. Проверяя контакты радиодетонаторов и блоки питания мин, волк с ухмылкой вспоминал, как применил эти мины в первый раз. Тогда цепь Ротонбийского десанта в составе взвода разорвало в клочья всего тремя такими игрушками. Сейчас же Полковник установил четыре «Клэймора».

Закончив с минированием, волк повернулся к перевалу со стороны приближающегося противника. Теперь предстояло заманить охотников туда, где они сами станут дичью. Нужно было дать знак, который как бы невзначай укажет преследователям направление движения беглецов. Для этого Винсент присмотрел ствол раскидистого дерева -- благодаря небольшой полянке перед склоном холма тот был виден далеко из глубины отступившей от склона сельвы. Примерившись, волк парой ударов мачете снес кусок коры, оставив этакую гипертрофированную зарубку. Громкий звон лезвия о дерево Полковника не беспокоил: даже если преследователи могли бы его услышать, то у наемника еще оставалось время, чтобы закончить приготовления.

Оглядев результат своих трудов, волк поспешил обратно. Ему предстояло нанести последние штрихи. Добравшись до противоположного края заминированного прохода, волк оставил еще одну хорошо заметную отметину на стволе дерева, под которым в траве находилась одна из мин. Закончив приготовления, Винсент поспешил обратно в укрытие.

Все это время Дик сидел как на иголках, глядя сверху на непонятные действия наемника, и с каждой минутой нервничал все больше. И когда волк перепрыгнул через бревно и шлепнулся на землю рядом с ним, щенок нервно заерзал.

- ...Хозяин, пойдемте отсюда, а?.. Можно ведь пойти в другую сторону ... -- Голос у щенка дрожал, интонация была даже не просительная -- умоляющая.

Волк флегматично глянул на трясущегося Дика:

- Боишься?

Щенок кивнул.

- Зря! -- Полковник щелкнул затвором своего карабина. -- Эти недоноски скоро пожалеют, что пошли за нами. -- С этими словами волк подмигнул щенку. -- А пока...

Наемник привстал, дотянулся до листьев росшего рядом с их укрытием тропического дерева, сорвал пучок и шлепнулся обратно.

- Надо тебя замаскировать.

Зажав листья между лап, волк принялся совершать круговые движения, как будто раскатывая комок глины. Перетерев мясистые листья до кашеобразного состояния, он повернулся к щенку:

- Давай сюда морду.

Волк покрыл физиономию щенка неровными полосами получившейся тертой массы. Закончив, Винсент критично оглядел результат.

- Конечно, это не полноценный камуфляж, -- размышлял он вслух, разглядывая плоды своих усилий, -- ...но и так сойдет.

Дик стряхнул с носа пару комков непротертого листа. «Засохнет -- само отвалится» -- прокомментировал Полковник и потратил остатки получившейся массы на пару полос на своей морде и ушах.

Неожиданно волк обернулся и навострил уши... На его физиономии расползлась улыбка -- из леса в низине явственно доносился шум. Кто--то прорубался к седловине через сельву.

- Представление начинается! -- произнес Винсент и пригнулся за бревно.

Но они прождали еще несколько минут, прежде чем преследователи вышли из леса. Полковник высунулся из--за бревна и осмотрел приближающихся боевиков в коллиматор своего карабина. В отличие от оптики, он практически не давал увеличения, но красная линза отсекала лишний в лесу зеленый цвет, делая изображение более четким.

Боевики двигались неровной цепью, громко переговариваясь. По всей видимости, они полагали, что этот поиск закончится, как и все прошлые -- поимкой и избиением беглецов.

Волк покачал головой и повернулся в сторону Дика:

- Нет, ты видишь?! И их называют бойцами?! Да они просто жирные тупые клоуны!

Дик пригнул уши и высунулся из--за бревна, но завидев своих бывших мучителей, юркнул обратно.

- Нас мало, а их много, и у них автоматы... -- дрожа, проскулил он.

Полковник покосился на щенка:

- Во--первых, нас не мало, а достаточно. Во--вторых, у нас тоже есть оружие. Но главное -- мы знаем, что они будут делать.

Дик удивленно моргнул и в недоумении уставился на волка. Полковник крякнул:

- Ну смотри, сейчас они заметят зарубку и обрадуются ей, как дети. Совершенно не подумав,-- тут волк закатил глаза с вопросительным выражением на морде, -- а зачем беглецам оставлять такой след?!

Тут один из боевиков увидел первую зарубку, о чем укрывшихся в засаде оповестил его крик, и вся группа прибавила ходу. Полковник удовлетворенно кивнул.

- С такими вокальными данными им самое место в кабаре.

В это время преследователи шумно взобрались на седловину. И тут же, оглядываясь, замерли. Полковник не высовываясь из--за бревна указал в сторону преследователей лапой. Дик понял, что волк хочет, чтобы он посмотрел, и осторожно, пригибая уши, выглянул из укрытия.

- Смотри, во--он тот здоровяк сейчас убедится, что ему ничего не угрожает, и героически высунется вперед, -- сказал наемник, тыча пальцем в самого шкафообразного из преследователей.

Дик перевел взгляд на указанного боевика -- тот действительно настороженно вертел головой. По--видимому, решив, что место безопасно, здоровяк отпихнул более мелкого напарника и шагнул вперед. Волк выразительно покосился на удивленного щенка. Тем временем боевик остановился напротив последней зарубки.

Полковник кивнул Дику:

- А сейчас он изречет что--нибудь очевидное...

Постояв, качок махнул лапой в сторону единственного пути вдоль перевала:

- Они пошли туда!..

- Ответ неверный! -- хмыкнул волк и щелкнул кнопкой радиопульта.

Четыре радиодетонатора компании «Дайнамик Электрик» сработали, как швейцарские часы. Дик только успел увидеть, как в зарослях коротко полыхнули резкие, злые язычки пламени, а все заросли -- трава и кустарник -- разлетелись зеленой пылью. Раздался хлопок, похожий на удар кнута, и в воздух поднялся мелкий мусор с ошметками грунта. Преследователи как--то странно, неестественно дернулись, мешками оседая на землю. Дик успел заметить, что одежда почти всех боевиков враз превратилась в лохмотья, а некоторые преследователи неожиданно и противоестественно деформировались. В воздухе запахло скошенной травой.

На мгновение в лесу наступила полная тишина.

Затем стал слышен шелест осыпающегося мусора, поднятого в воздух взрывами.

У Дика отвалилась челюсть. В его понимании все было просто: кто вооружен -- тот и прав! По его понятиям, когда за ними пошла толпа вооруженных бойцов, волку следовало удирать от них, потому что тех было больше. Но наемник совершил невозможное -- он уничтожил ВСЕХ преследователей одним легким движением лапы. Казалось, что в лесу остались только двое живых: волк и щенок.

Внезапно кто--то вяло зашелестел в кустарнике, куда -- как успел заметить Дик -- свалился один из боевиков. Затем из кустов послышался слабый стон и ругань.

Волк недобро прищурился, скомандовал щенку «Сиди здесь!», рванул из кобуры пистолет и, пригибаясь, метнулся вниз. На ходу Полковник прикидывал, сколько у него времени, пока раненый -- а в том, что после ТАКОГО «клиент» ранен, волк даже не сомневался -- боевик очухается и сможет осмысленно действовать?

Конечно, безопаснее было бы бросить туда гранату, но Винсента беспокоил ряд вопросов. Как их выследили? Сколько бойцов их преследует? Как долго они намерены вести поиски? И с этой стороны выживший в засаде боевик выглядел как подарок фортуны. Поэтому волк торопился -- если раны боевика были достаточно серьезны, то он мог впасть в шок, из которого его смогла бы вывести только бригада реаниматоров, либо просто окочуриться.

Спрыгнув вниз, волк вскинул ствол на уровень плеч и, пригибаясь, стелящимся шагом двинулся в сторону возни из кустов. Приблизившись, наемник резким рывком выскочил из--за куста, пригнувшись, чтобы уйти с линии возможного встречного огня.

Его опасения оказались напрасными. На краю поляны валялся раненный шакал и, подвывая, держался за свои окровавленные ноги. «Клэймор» пощадил его -- картечь посекла только лапы, и совершенно не задела какие--либо другие части тела. Своего рода ответом на такое везение служили два тела его друзей, которые, по--видимому, сыграли роль щита. Сталь достигла шакала только там, где смогла прошить навылет тела его компаньонов.

Увидев раненого, волк коршуном ринулся на него, и прежде чем тот успел дернуться, Полковник уже подмял его под себя. Когда шакал пришел в себя, волк уже сидел у него на груди, уткнув ствол 1911--го ему в морду.

- Все, урод! Отбегался! -- злобно сообщил Полковник раненому.

Боевик под весом груженого наемника как--то сразу приуныл. Винсент с удовлетворением отметил, что на морде застигнутого врасплох боевика запоздало появилось сначала удивление, а потом и страх. Волк нетерпеливо вытер морду тыльной стороной лапы:

- Я задаю вопросы -- ты отвечаешь! Если мне покажется, что ты врешь... -- тут Полковник демонстративно взвел курок «Кольта», -- ...я тебе задницу прострелю!

Шакал дернулся, поднял трясущиеся лапы, показывая пустые ладони, и мелко закивал головой. Увидев, что все в порядке, волк через плечо гаркнул: «Рыжий, живо ко мне!» -- а сам нагнулся к раненому:

- Как вы нас нашли?

Шакал хоть и дрожал, но скосил глазки в сторону, явно обдумывая, что сказать. И волк наотмашь ударил пистолетом за спину, попав точно по раненой лапе шакала. Тот взвизгнул пронзительным щенячьим визгом и изогнулся, насколько ему позволил вес волка.

- Живо!!

Шакал корчился под волком и уже не пытался ничего сочинять:

- Крестьяне!.. Крестьяне слышали в лесу выстрел...

- Какие еще крестьяне?

- На фазенду... -- раненый судорожно дышал, -- ...они к хозяину на заработки ходят... местные... он их кормит...

У Полковника отлегло от сердца. Их не выслеживали профессионалы. Их нашли благодаря чистой случайности, а значит, половины опасности уже нет!

Волк тряхнул шакала:

- Где остальные?

Боевик шумно сглотнул:

- Когда Хозяин узнал, куда вы пошли, на фазенде были только мы... -- раненый задыхался под тяжестью волка. -- ...Фарух прочесывал болото... раньше рабы всегда убегали на болото... Хозяин не захотел ждать и послал нас...

Волк еще раз встряхнул шакала:

- Когда они подойдут?

Тот скривился от боли:

- Через два часа... У Фаруха бензин на исходе... -- боевик судорожно шмыгнул носом. -- Им надо заправиться...

Полковник прищурился. Два часа форы в джунглях -- это подарок. Однако следовало поспешить.

Винсент поднялся, держа на прицеле лежащего боевика. Но неожиданно тот потянулся за волком:

- Морфий! Пожалуйста!.. Мне больно!

Винсент отдернул лапу и замахнулся было на шакала. Но тут его посетила идея еще одного «сюрприза» для преследователей.

- Морфий? -- лучезарно улыбнулся волк. -- Легко! -- и полез в один из карманов разгрузки.

Из него он извлек на свет одноразовый шприц с защитным колпачком на игле. Присев перед раненым, с заботливой улыбкой ввел препарат раненому. Затем, потрепав с заботливой миной враз окосевшего шакала по голове, Полковник поднялся и принялся осматривать тела боевиков. Спустившийся со склона Дик удивленно смотрел на волка -- тот спокойно ходил от одного тела к другому и методично обыскивал их.

Неожиданно волк присел перед одним из тел.

- Смотри--ка, а я думал, что они потерялись! -- с этими словами волк стащил с трупа боевика защитные наколенники.

Нацепив их на себя и убедившись, что они сидят как надо, волк продолжил поиск трофеев. Большую часть снаряжения и оружия разнесло в ошметки или разбило картечью «Клэйморов». У некоторых из боевиков в карманах были деньги, и далеко не все купюры порвало осколками. При поиске волк не гнушался и золотом с убитых, но было оно не на всех.

По окончании обыска Винсент разбогател на весьма крупную для этих мест сумму -- двадцать с лишним тысяч динаров, целое состояние! -- и это не считая золотишка в виде перстней, колец и цепочек. Кроме того, Полковник нашел кепку -- стандартную армейскую кепку, сшитую из материала с тем же распространенным рисунком камуфляжа, что и его форма и панама.

Махнув лапой, наемник позвал щенка и тут же напялил на него трофей. Оглядев результат, волк удовлетворенно хмыкнул -- теперь щенок был менее заметен на фоне джунглей. Под занавес Винсент оторвал от огрызков формы одного из боевиков незапачканный кровью кусок камуфляжа и намотал его на цевье своего карабина. Такие же куски ткани были намотаны на глушитель, прицел и приклад.

Когда с трофеями было закончено, настало время разобраться с раненым. Волк повернулся к Дику:

- Жди меня на той стороне тропы.

Он небрежно махнул лапой в сторону дальнего конца ущелья, а сам направился к шакалу. Дик неуверенно зашагал в указанном направлении, регулярно оглядываясь -- вдруг он понадобится.

Только когда Полковник убедился, что щенок отошел на достаточное расстояние, он занялся сюрпризом для преследователей. Для этих целей он прихватил с одного из тел тяжелую фугасную гранату -- такую, какими обычно подрывали легкую бронетехнику и небольшие инженерные сооружения. Для эффекта неожиданности волк слегка «модифицировал» боеприпас при помощи изъятого из запасов плантатора самодельного запала без замедлителя. Теперь гранату следовало правильно заложить.

Тщательно вытерев лапы о свою форму, волк глубоко вздохнул, перехватил гранату за самый верх запала и выдернул чеку. Затем осторожно, как будто граната была сделана из хрусталя, пропихнул ее под тело шакала. И только убедившись, что тот своим весом надежно фиксирует предохранительный рычаг гранаты, Полковник отпустил запал.

Медленно вытащив лапу из--под шакала, волк так же медленно поднялся на ноги. Осторожно ступая, он двинулся к щенку. Только отойдя на несколько метров, Полковник перешел на бег.

Подбежав к переминающемуся с ноги на ногу щенку, волк кивнул:

- Все, пошли.

Пока они удалялись, Дик несколько раз оглядывался, и наконец собрался с духом, чтобы спросить:

- Вы его убили, да?

Полковник остановился и удивленно посмотрел на щенка:

- Нет. -- Заметив удивление Дика, волк пояснил. -- Я под него засунул гранату. Без чеки.

Дик был настолько потрясен коварством столь простой операции, что некоторое время просто хлопал глазами. А затем выдохнул:

- А вдруг он повернется сам?

Волк усмехнулся:

- После такой дозы успокоительного -- не повернется!

Дик молча прошагал несколько десятков метров, но в конце концов любопытство взяло верх над робостью, и он обратился к волку еще раз:

- А если они его не тронут?!

Волк спокойно повернулся к Дику, потом посмотрел туда, где лежал раненый, и пожал плечами:

- Будем надеяться, что они любопытны. В любом случае, мы ничего не теряем, -- улыбнулся волк.

***


Спустя час Винсент и его спутник добрались по вершины холма -- негласной границы долины Пшамана с Федеральными территориями. Однако останавливаться или сбавлять темп наемник не собирался -- граница была весьма призрачной и символичной. И Волк не сомневался, что боевики плантатора рискнут преследовать их и по этой, фактически ничейной, территории.

С вершины беглецам открылся вид на зеленый ковер растительности, расположенный за цепью холмов. Девственный лес за грядой холмов был еще гуще, чем заросли долины Пшамана, и поэтому волк и щенок продвигались медленнее. Если на территории долины волк всего несколько раз использовал мачете, то теперь он фактически прорубался через сельву.

Через шестьдесят минут, преодолев всего полторы сотни метров, они дошли до места, к которому стремился Полковник -- навесному мосту через небольшой овраг. Вид, открывавшийся с этого канатного мостика длиной всего метров в двадцать, мог бы сподвигнуть какого--нибудь художника на зарисовку пейзажа. Дик с открытым ртом глядел на открывшуюся картину -- почти вертикальные гранитные стены оврага высотой не менее пары десятков метров с буйными зарослями папоротника на дне.

Но волк, как всегда, видел все в своем свете. Винсент рысью преодолел поскрипывающий мостик, таща за собой щенка. Перебравшись на другой край оврага, он вынул мачете и, примерившись, со всей силы рубанул по канату моста. Через минуту мост прекратил свое существование. Закончив с разрушением, волк удовлетворенно кивнул, вложил мачете в ножны и двинулся дальше на юг -- вглубь федеральных земель.

В это же время к холмам, сминая лесную поросль и круша исполинскими колесами мелкий подлесок, с рокотом выкатился «Унимог». Перед подъемом на седловину грузовик со скрежетом остановился. Из кузова попрыгали бойцы, а из кабины вылез сам брат хозяина. Спрыгнув, Фарух огляделся и, увидев зарубку, указал на нее лапой: «Здесь были наши! Нам туда!». Боевики привычно двинулись цепью, громко переругиваясь и весело гогоча, прикидывая, что они сделают с беглецами, когда найдут их. Однако на седловине чувство юмора их внезапно оставило.

Первым на трупы напоролся вечно лезший вперед Планки. Фарух заметил, что шакал внезапно встал как вкопанный, и поняв, что тот что--то нашел. Не понимая, почему шакал не визжит по своему обыкновению, Фарух поспешил к нему.

Взобравшись на седловину, кугуар испытал настоящий шок. Никогда доселе погоня за беглым рабом или даже за наемниками конкурентов не оборачивалась такой резней. Тела бойцов были просто разворочены -- их явно расстреляли в упор. И расстреливала их целая толпа.

Кугуар снял берет и провел враз взмокшей лапой по шерсти на голове. Такого Фарух не ожидал, и теперь он не знал, что делать. Одно дело -- преследовать двоих перепуганных, улепетывающих от тебя беглецов, а другое -- преследовать крупный, хорошо вооруженный отряд солдат.

Однако, собравшись с духом, Фарух приказал прочесать полянку на предмет следов виновников бойни. Боевики, явно нервничая, принялись искать следы тех, кто устроил эту засаду. Следов они не обнаружили, зато нашли раненого. Шакал с перебитыми лапами валялся на мятом кустарнике. Судя по шприцу, перед тем как впасть в шок, он ввел себе обезболивающее. Фарух, не задумываясь, приказал: «Грузите!» -- и направился к «Унимогу», чтобы сообщить брату о неприятных находках.

Стоя к кабине и снимая с клемм держателя микрофон рации, он наблюдал, как пара автоматчиков взялась за штанины и рукава раненого. Что произошло потом, Фарух не понял. Раздался резкий, басовый хлопок, и тело раненого исчезло в кровавом фонтане и веере обрывков камуфляжа, разбросав окровавленных автоматчиков. Бордовый туман окропил истерзанную растительность и всех, кто был на перевале.

Вылупившись на окровавленный лес под завывания раненых, Фарух почувствовал, как у него затряслись лапы. Он запоздало сообразил, что полянка может быть заминирована. Уцелевшие боевики, пригнувшись, ошалело крутили головами, пытаясь сообразить, что произошло.

...Когда Фарух пришел в себя, он вызвал брата. Старший кугуар был в ярости -- шутка ли, неизвестный наемник сократил численность их охраны вдвое!

- ...Мне--то что делать? -- Фарух переложил бремя решения на плечи брата.

Мирза оказался в непростом положении. С одной стороны, столь наглого наемника необходимо было приструнить. Но с другой -- на фазенде оставалась всего четверть от нормы охраны. Дальнейшее преследование всерьез грозило погубить остаток преследователей, оставив плантацию практически без надзора. И тогда бунт рабов станет делом времени.

Наконец, Мирза решился.

- Возвращайтесь... -- постановила рация голосом старшего брата.



***


На протяжении двух недель вынужденного бездействия волк продолжал заниматься с щенком. Тот явно делал успехи, и начал уже читать по слогам. Также Полковник стал регулярно водить щенка на стрельбище к торговцу оружием - опоссум все никак не мог понять, зачем эти странные посетители покупают несколько десятков патронов и тут же их расстреливают.

Тем временем подготовка щенка была заметна уже невооруженным взглядом - автомат все чаще стрелял туда, куда это было нужно Дику, а не куда попало. Лис, вопреки всем ожиданиям Полковника, не пытался выцыганить у них еще денег - видимо, он просто соскучился по цивилизованным постояльцам. В общем, незапланированный отпуск протекал плавно и однообразно. В минусе была затрата почти десяти тысяч их наличных денег; в плюсе же - резко возросшая грамотность щенка и столь необходимый волку отдых. Винсента эта спокойная жизнь слегка разморила, и на некоторое время он утратил бдительность.

Однако в конце второй недели отдыха в «Метрополе» действительность все расставила по своим местам. Волк наслаждался цивилизованной горячей ванной, когда в дверь к нему постучал лис и сообщил, что Полковника спрашивают внизу. Винсент гаркнул Дику, чтобы тот задержал лиса, но хозяин гостиницы уже ушел. Одевшись, волк спустился в фойе, на всякий случай засунув сзади за пояс пистолет.

Когда волк спустился, лис из-за стойки ткнул пальцем в топтавшегося у дверей ободранного шакаленка.

Подойдя к курьеру, волк кивнул: «Чего тебе?». Шакаленок, прищурившись, посмотрел на Винсента:

- Там с вами хотят поговорить.

- Кто и где?

- Там, на посту у малого моста, двое. Просили, чтобы я вас позвал.

- Как выглядят?

Шакаленок пожал плечами:

- Не знаю. Иностранцы.

Волк напрягся:

- Что просили передать?

Курьер удивленно заморгал:

- Сказали, чтобы я позвал вас и вашего друга...

- Это все?..

Шакаленок замотал головой, поэтому волк спросил:

- Что еще?

Курьер протянул лапу:

- Пять динаров.

Волк вытащил мятую бумажку и сунул ее щенку, и шакаленок мгновенно ретировался.

Винсент обернулся к хозяину гостиницы:

- Что это за малый мост?

Лис задумался, а потом кивнул:

- Да, есть такой. Он поменьше, чем основной городской мост, и ведет не на юг, а на запад. Там еще на въезде блокпост стоит.

Полковник постоял некоторое время, задумчиво глядя вслед убежавшему курьеру, потом кивнул каким-то своим мыслям и поднялся наверх. Вернувшись в номер, Винсент плеснул себе в стакан коньяка и начал прихлебывать его маленькими глотками, в то же время обмозговывая произошедшее.

Услышав, что Полковник вернулся, щенок выскочил из ванны, которую успел уже занять, наскоро вытерся и высунулся из ванной комнаты. Он с удивлением воззрился на волка, который с отсутствующим взглядом крутил в лапе пустой стакан. Дик с полминуты молча наблюдал за действиями Полковника. Затем любопытство взяло верх, и щенок все же рискнул спросить:

- Что произошло?

Волк поднял на него взгляд:

- Нас пригласили на встречу.

Дик не понял:

- Кто?

Волк задумчиво посмотрел на дно стакана:

- Хотел бы я сам знать... - он перевел взгляд на Дика. - И я намерен это узнать.

Собравшись, они вышли из гостиницы и направились по дороге на запад. По пути от гостиницы до поста волк прокручивал все версии и варианты того, кто и зачем их пригласил. Предложение было неожиданное - а неожиданности Полковнику не нравились. Их могла ждать засада. Будет достаточно одного пулемета в кустах...

Из задумчивости волка вывел показавшийся над кронами деревьев флаг Катонии. А обогнув очередной поворот, они увидели сам блокпост. Собственно, сам блокпост располагался в нескольких зданиях - в каменном доме в викторианском стиле с полуразрушенным шпилем и двух подсобных строениях на манер сараев. На крыше дома - точнее, на том месте, где она когда-то была - развивался национальный флаг Катонии.

Дорога к мосту проходила как раз между домом и сараями. Все строения выглядели весьма потрепанными - стекла в доме большей частью были разбиты, а стены украшали пулевые сколы и выбоины. На наваленных возле входной двери дома ящиках двое катонийских «милиционеров», одетых в характерную темно-синюю форму, играли в нарды. Еще двое сидели возле английского ручного пулемета, укрывшись за баррикадой из мешков с песком.

Осмотрев блокпост, волк бросил щенку: «Приготовься». Дик не очень понял, к чему он должен приготовиться, но увидев, что волк снял карабин с предохранителя, поспешил произвести ту же манипуляцию со своим АК.

Подойдя к игрокам, волк обратился к одному из «милиционеров»:

- Где начальство?

Милиционер удивленно глянул на волка, после чего прогнулся назад и с жутким акцентом крикнул в дверной проем:

- Господин капрал!..

Кивнув затем волку - «Сейчас» - он продолжил игру.

Через секунду из ближайшей подсобки вышел двухметровый кенгуру в форме первого колониального полка с нашивками капрала. С первого взгляда было видно различие между «милиционерами», одетыми в списанную форму образца 1942 года с ремнями через грудь, и этим кенгуру. Казалось, что из-под массы подсумков на его стандартной разгрузочной системе торчит только рукоятка охотничьего ножа да гранаты. Ковбойская шляпа светло-кофейного цвета на голове и массивное мачете на поясе капрала недвусмысленно указывали, что это рейнджер.

Увидев волка со щенком, капрал шагнул к ним:

- Чего надо?

Волк пожал плечами:

- У нас тот же вопрос.

Заметив непонимание на морде кенгуру, волк небрежно махнул лапой, обозначая низкий рост, и уточнил:

- За нами шакаленка посылали.

Физиономия капрала прояснилась:

- А-а-а... Тогда за мной.

Нырнув вслед за кенгуру в пристройку, они оказались внутри небольшого помещения, стены которого были увешаны связками каких-то корнеплодов и сушеных овощей. В углу покоилась старая покосившаяся раковина без смесителя и труб, а напротив двери, на ободранном стуле, поблескивая матовым пластиком из-под камуфлированного чехла, расположилась радиостанция «Моторола». Рядом со стулом начинался штабель из деревянных ящиков цвета хаки с армейской маркировкой. В центре помещения, опершись задом об один из этих штабелей, стоял второй легионер - увешанный снаряжением коала с нашивками сержанта. Отложив дробовик, он чиркал зажигалкой, безуспешно пытаясь добиться огня.

Войдя, кенгуру махнул лапой в сторону волка:

- Вот, помощь прибыла!

Полковник предупредительно поднял лапу:

- Минуточку! Какая еще помощь?!

Кенгуру понизил голос и извиняющимся тоном обратился к волку:

- Понимаешь, какое дело, друг: тут наезд ожидаем - а у нас жесткая нехватка бойцов.

Волк невозмутимо кивнул:

- И?

Кенгуру захлопал глазами:

- Друг, ты не понял. У нас тут ситуация «кранты!». Нам помощь позарез нужна!

Волк покачал головой:

- Сожалею. Мы спешим.

У кенгуру отпала челюсть. Казалось, что он не верит своим ушам. Такого горького разочарования волк не видел уже давно.

Внезапно внимание всех присутствующих привлек щелчок крышки зажигалки - сержант демонстративно затянулся и, выдохнув клубы сигарного дыма, повернулся к волку:

- Простите моего друга, - голос коалы был подстать его внешности, глубокий и медленный, - он излишне эмоционален. Когда он узнал, что в городе, в гостинице, остановился постоялец, который звонил в штаб ограниченного контингента, он, - коала ткнул пальцем в удрученного кенгуру, - сразу обрадовался, сказал, мол, «Легионер легионера в беде не бросит».

Волк усмехнулся:

- Не-е... Мы вам не помощники. Мы спешим на запад. И сюда пришли, потому что нам надо на другой берег.

Коала многозначительно посмотрел на волка:

- Не выйдет.

- Это почему? - нахмурился волк.

Сержант медленно повернулся в сторону моста:

- На том берегу, - коала ткнул огрызком сигары в сторону моста, - обитают кочевые племена. Обычно они режут друг дружку и нас не трогают. Но сейчас конец половодья, и они подходят к городу, чтобы поживиться случайными путниками и купцами, продавшими свой товар в городе. При этом они всегда пробуют на прочность наш пост. - Он усмехнулся и пояснил, - Это у них, типа, традиция такая.

Волк мотнул головой в сторону окна:

- А «милиция»?

Кенгуру скорчил рожу, а сержант выдавил улыбку:

- Милиция... Оболтусы из ближайших деревень. Они даже стрелять толком не обучены.

Коала грустно кивнул:

- А тут до нас еще эти слухи дошли - что они, мол, прикупили на побережье пару серьезных агрегатов.

- Мало нас, не справимся. - Грустно добавил кенгуру.

Волк прищурился:

- А с нами, типа, больше будет?

- Плюс два бойца - это в два раза больше, чем без вас, - пожал плечами сержант.

Винсент поправил его:

- Один боец: я еще ничего, а вот щенок - рекрут.

- Все равно - три с половиной больше, чем два. - Сержант подался вперед. - Помогите нам отбить атаку уродов, и дальше двинетесь, уже не рискуя попасть в засаду.

Несколько мгновений волк смотрел в глаза сержанту. Затем, вздохнув, кивнул:

- Боеприпасы с вас.

Кенгуру расцвел, а коала, поднявшись с ящика, одернул форму и козырнул:

- Будем знакомы. Взводный сержант Бруно Пиери, второе соединение Первого колониального. А это, - он кивнул в сторону кенгуру, - капрал Дерек Гибсон.

Волк прикоснулся пальцами к полям шляпы:

- Полковник Винсент Руберо, третья группа Отдельного Рейдерского. А его, - волк указал лапой на щенка, - зовут Дик.

У кенгуру округлились глаза:

- Ничего себе! Настоящий живой полковник! Я в этой глуши никого старше лейтенанта не видел!

С уважением посмотрев на волка, капрал поинтересовался как можно более официальным голосом:

- И какого черта начальству понадобилось так глубоко на северо-западе?

Винсент ухмыльнулся:

- Секрет. Если расскажу, то придется вас убить.

Кенгуру расплылся в улыбке:

- Понятно. Штабные тайны...

- Типа того. - Полковник повернулся к коале. - И сколько надо ждать? Сколько у нас времени?

Коала пожал плечами:

- Черт их знает. Вчера их видели в паре километров отсюда; значит, должны не сегодня-завтра подойти.

Полковник глянул на часы:

- Тогда не стоит рассиживаться, а? Давайте показывайте, что тут у вас где.

Кенгуру шагнул в сторону двери:

- Я вам все покажу.

Уже на улице кенгуру озабоченно обратился к волку:

- Вообще-то мы боялись, что вас наш курьер насторожит. - Помедлив, он недовольно добавил, - этот щегол с нас пятерку содрал авансом.

Волк кивнул:

- И с нас тоже.

- И с вас?! - Кенгуру даже приостановился. - Вот засранец!

Перейдя дорогу, проходившую между строениями блокпоста, они направились к дому. Зайдя внутрь, волк смог оценить разрушения в полной мере - во всем строении не осталось ни одного целого окна, крыша была начисто снесена взрывом, а полы, на которые свободно проливался дождь, тихо гнили под грудами гильз. На первом этаже, у ближайшего окна на древнем гнилом стуле, оставшемся, видимо, от гражданских владельцев дома, лежала винтовка М14 с прицелом. Подняв ее, кенгуру легонько похлопал винтовку по ложе:

- Моя ласточка. - Гордо заявил он.

Затем волк с легионерами провели блиц-осмотр всего дома. Дом оказался больше, чем предположил вначале Полковник, но на реку выходили только окна коридора на первом этаже и холла - на втором. Выглянув из окна второго этажа, волк недовольно заметил:

- Мне не нравится расположение пулемета. Его надо поднять сюда, а еще лучше - на крышу.

Коала задумчиво глянул из окна на реку, а потом перевел взгляд на волка:

- Сюда, пожалуй, лучше. На чердаке полы гнилые - мало ли, еще не выдержат вес расчета...

- Отлично, значит сюда. - Согласился волк.


***


На протяжении последующего часа все, кто находился на блокпосту, занимались проверкой и подготовкой. Ручной пулемет «Брен» расположился на втором этаже дома, все магазины к нему были тщательно проверены: один перекошенный патрон - и блокпост оставался без пулемета на несколько минут. Все найденные на посту гранаты были поделены между бойцами. Огневые точки были укреплены мешками с песком - для этого разобрали ставшую ненужной баррикаду посередине улицы. На самом шпиле крыши было организовано «воронье гнездо», куда сразу же прописали самого низкорослого и легкого из «милиционеров» для наблюдения за другим берегом реки.

Только через два часа, когда волк и коала констатировали, что блокпост приведен в максимальную боеготовность, бойцы позволили себе отдых. В одной из комнат дома вокруг оставленного хозяевами стола поставили четыре ящика. На свет извлекли консервированные фрукты, тушенку, достали немного овощей, и все с удовольствием приступили к трапезе. В процессе насыщения завязался неспешный разговор, перемешивающийся с соответствующими анекдотами и забавными ситуациями.

Дик слушал все, развесив уши. На плантации ему казалось, что чем круче наемник, тем он напыщеннее и злобнее. А оказалось, что это совсем не так. Конечно, некоторые шутки он не понимал, потому что не знал, о ком или о чем идет речь. Но, к примеру, анекдоты и приколы о супружеской верности он мог оценить.

Капрал как раз рассказывал, как однажды наставил рога одному лейтенанту авиации, когда сверху из «вороньего гнезда» раздался крик. Все за столом замерли. С улицы в дом влетел запыхавшейся «милиционер»:

- Идут!!!

Легионеры с волком переглянулись.

- По местам! - рявкнул сержант и, вытолкав из дома «милиционера», побежал с ним к зданию напротив.

Капрал пристроился у окна, выдернул из подсумка на задней части пояса магазин и со щелчком вставил его в винтовку. Полковник перебежал чуть подальше по коридору, занял место у своего укрепленного окна и махнул растерявшемуся Дику: «Сюда!».

Подбежавшего щенка волк ухватил за лямку разгрузки:

- Дуй к дальнему окну - держи правый фланг. Обо всех значительных перемещениях сообщай мне! Понял?..

Дик кивнул.

- Тогда пошел! - Волк отпустил лямку и хлопнул щенка по плечу.

Дик еще раз кивнул и побежал к дальнему окну коридора. Шлепнувшись рядом с обложенным мешками окном, щенок осмотрелся - его позиция располагалась в двух шагах от лестницы на второй этаж. Даже отсюда Дик слышал тихие ругательства «милиционеров» и звуки их возни у пулемета. Прислонив приклад АКМ к плечу, он опер ствол автомата о подоконник.

Дик не испытывал страха - в течение своего детства он привык к тому, что его кто угодно имеет право убить или изувечить. Несколько раз Дика избивали так, что он оставался жив только чудом. Поэтому сейчас, держа в лапах автомат и ожидая нападения, Дик не боялся: в его понимании, бояться было нечего. Кроме того, на него успокаивающе действовало присутствие волка. Пока новый хозяин был поблизости, Дик просто не думал, что с ним может что-то случиться.

...В течение нескольких минут ничего не происходило. Мирно шелестел камыш, ветер мягко сдувал клубы пыли с дороги на другом берегу - все было мирно.

Затем Дик заметил неясное движение в зарослях на другом берегу, потом еще раз, уже в другом месте. Внезапно из кустов высунулся высокий худой сурикат в национальном халате с белым платком на голове и, подняв к глазам бинокль, медленно осмотрел блокпост.

Полковник повернулся к Дику и отрицательно мотнул головой, - после чего развернулся к капралу, вскинувшему винтовку, и предупредительно замахал лапой: «Нет!».

Но было поздно - в тот момент, когда сурикат увидел целящегося в него капрала, раздался выстрел. От удара тяжелой винтовочной пули легкое тельце кочевника подбросило, как от хорошего хука. Голова, а за ней и все тело резко подались назад. В следующее мгновение на том месте, где была голова, мелькнули сандалии и хвост; раздался хруст сминаемых веток, и снова все стихло.

В течение пары мгновений стояла тишина. Затем из зарослей на другом берегу раздались яростные вопли, и в то же мгновение по блокпосту ударили из двух десятков стволов. В ответ охрана блокпоста открыла огонь по колышущимся зарослям кустарника.

Дик испытал ликование, сравнимое с чувством киномана, дождавшегося момента, когда в кинотеатре погас свет и на экране появилась заставка знаменитой кинокомпании. Наконец-то он мог применить в деле то, чему его научил волк. Увидав мелькнувшую в кустах чалму, Дик вскинул автомат и с хрустом перечеркнул этот куст свинцом. Из зарослей на берег вывалился сурикат в серо-коричневом халате и изодранных кроссовках. Погубившая его чалма упала тряпкой рядом со своим хозяином. Убедившись, что с этим врагом покончено, Дик занялся следующей мишенью.

Через некоторое время, меняя магазин, капрал повернулся к волку:

- Не понимаю! - крикнул кенгуру. - Раньше, если мы им учиняли хотя бы часть от такого концерта, который закатили сейчас, они поджимали хвост и драпали!

Расстреляв несколько патронов, волк нырнул под защиту стены и крикнул в ответ:

- Еще не вечер!

Словно в ответ на его слова в перестрелке наступило затишье, и обороняющиеся услышали шум подъезжающих машин. Из леса вылетел потрепанный пикап «Мицубиси». Напротив блокпоста он скрипнул тормозами и, шелестя полустертыми покрышками, пролетел еще несколько метров, пока не замер, догоняемый облаком поднятой им же пыли. В кузове четко различался задранный в небо пулемет с массивным компенсатором на стволе.

Увидев его, волк прошипел:

- С-с-с-срань! - Резко развернувшись, он расстрелял пол-обоймы по джипу.

Очередь Полковника выбила стекла в кабине джипа и высекла пару фонтанчиков искр о его крышу, но помешать кочевникам добраться до пулемета не смогла. Перевалившийся через борт пикапа сурикат, закутанный в цветастый халат, что-то взвизгнул срывающимся голосом, развернул пулемет стволом в сторону блокпоста и рванул на себя рукоять затвора.

У Полковника изменилось выражение морды:

- Твою ж мать!!! - выдохнул он.

В ту же минуту из ствола ДШК ударил фонтан искр, похожий на сварку. Через едва различимое мгновение по дому словно нанесли серию ударов кувалдой - кирпичи бились в пыль и крошку, вылетая из стен.

Волк шлепнулся плашмя, прикрывая голову руками, и заорал:

- Все на пол!!!

Куски выбитых из стены кирпичей с грохотом осыпались на пол, а пули пулемета, потеряв энергию, мышами метались по полу. Одна из них, окончательно потеряв скорость, коснулась кисти капрала - тот матюгнулся и отдернул обожженную лапу.

Со второго этажа застучал «Брен», и бедуинский пулеметчик, трепыхнувшись, вывалился из кузова. В ответ кочевники перенесли огонь на второй этаж - по пулемету блокпоста. Одновременно в кузов джипа полез следующий кочевник.

Вскочив с пола, волк расстрелял двоих кинувшихся к джипу бедуинов, после чего повернулся к капралу:

- Нужно накрыть этот пулемет!

Капрал отшвырнул пустой магазин и отрицательно мотнул головой:

- Я не достану!

Волк резко сшиб пыль пополам с кирпичной крошкой с полей панамы и повернулся к Дику - щенок находился в наименее пострадавшей части дома. Как только ДШК затих, он тут же продолжил поливать очередями прибрежные кусты, не давая кочевникам вести прицельный огонь - любая замешкавшаяся фигурка тут же потрошилась из АК.

Волк махнул лапой Дику:

- Беги наверх, делай что хочешь, но не давай им добраться до пулемета! Ты понял!? Что хочешь!!!

Дик кивнул и бросился наверх по лестнице, усыпанной пластами штукатурки и кусками битого кирпича. На втором этаже один из «милиционеров» раздраженно отмахнулся от него лапой: «Не сюда!». Дик нырнул на следующий лестничный пролет, ведший к самой крыше и располагавшемуся на ней «вороньему гнезду».

В этот момент, когда Дик был на лестнице, а волк и капрал перезаряжались, ДШК снова ожил - до его гашеток добрался очередной пулеметчик, и первая же очередь разворотила второй этаж дома. Сжавшийся в комок на ступеньках Дик услышал, как в комнате позади него с грохотом полетели по полу куски кирпичей.

Дождавшись интервала между очередями пулемета, капрал сунулся было в окно, чтобы оглядеться, но тут же нырнул обратно:

- Срань Господня - у них пушка!

Выглянув в дыру, проделанную очередью пулемета, волк смог оценить всю ситуацию, и она ему не понравилась. Пока пулеметчик прижимал их к земле, к мосту подъехал еще один пикап - на этот раз с безоткатным орудием.

Фигурки в халатах уже суетились вокруг трубы орудия. Мелькнул открытый затвор; еще пара секунд - и было бы поздно. Полковник вскинул карабин и, не обращая внимания на сыпавшуюся сверху штукатурку, расстрелял половину обоймы в расчет. Кочевник, сжимавший в лапах снаряд, дернулся и выпал из кузова. Вслед за ним трепыхнулся наводчик орудия. Широко взмахнув лапами, он вывалился из кузова спиной вперед.

Однако и без артиллерии у нападавших дела шли весьма неплохо, и под прикрытием ДШК к блокпосту через мост кинулась группа кочевников.

К этому моменту Дик добрался до самого верха крыши. Отсюда, из «вороньего гнезда», ему как на ладони был виден джип с пулеметом. Ни секунды не раздумывая, Дик вскинул автомат и начал быстро стрелять одиночными.

Пули пробили борт пикапа и, выбивая искры, хлестнули по станку и пулемету. Пулеметчик крутанулся юлой и упал на дно кузова пикапа.

В тот же момент, воспользовавшись заминкой с ДШК, из-за разбитого косяка прибрежного сарая выскочил коала и дважды выстрелил из дробовика навскидку - от попадания картечи боевиков разворачивало, как от хорошо поставленного боксерского удара. Сразу же после второго выстрела коала юркнул под защиту стены сарая, на долю секунды опередив ответный огонь кочевников.

Их пальба привлекла внимание Дика. Перегнувшись через мешки с песком в сторону моста, он увидел второй джип и толпу бегущих через мост сурикатов. Застигнутые врасплох боевики являли собой роскошную мишень. Дик дернул переводчик огня на автомат, шлепнул АК рожком на бруствер и нажал на спуск. Одновременно с ним с первого этажа застучала винтовка капрала.

Первая же пара нападавших дернулась в ритме автоматного треска. Веером полетели щепки от перил моста и досок настила. Еще двое кочевников, попав под обстрел, мешками повалились друг на друга.

Единственный уцелевший кочевник, сурикат с белой феской на голове, упал на колено и вскинул автомат в сторону Дика. Но с первого этажа негромко щелкнул карабин волка - и обладатель белой фески сложился в позу эмбриона и рухнул на доски моста.

В тот же момент в кузов джипа с безоткатным орудием вскочил еще один кочевник. Увидев его, капрал гаркнул:

- Урод у гранатомета! - и вскинул винтовку по направлению пикапа.

Сурикат опередил их буквально на пару мгновений. Из ствола орудия вырвался султан дыма, джип вздрогнул. Спустя миг перед пристройкой, в которой укрывался коала и два «милиционера», с глухим ударом встал фонтан влажного грунта, но взрыва не последовало. Тотчас сурикат затрепыхался от очереди из «кольта» Полковника, и уже дергающееся тельце было выбито из кузова парой пуль из винтовки капрала.

Над блокпостом повисла тишина.

В этот момент затишья, желая сменить магазин, Дик обнаружил, что у него не осталось ни одного заряженного рожка. Щенок расстрелял все, что у него было. Несколько мгновений Дик хлопал глазами, соображая, что же ему делать, а затем ринулся вниз - к волку за дальнейшими указаниями. Скатившись на второй этаж, он увидел последствия попадания ДШК - в стенах недоставало кирпичей, пол в комнате был выстелен белой штукатурной пылью, а в центре комнаты лежали два тела и поваленный набок пулемет. Увидев их, Дик подумал, что «милиционеры» ранены, и решил позвать волка, чтобы им помочь. Заодно он хотел поднять пулемет, чтобы не оставаться безоружным. Но когда Дик подбежал к лежавшему между раскинувшихся тел пулемету, он понял, что волка можно не звать.

Крупнокалиберный пулемет не оставил «милиционерам» ни единого шанса. То, что щенок первоначально принял за присыпанные побелкой окровавленные тряпки, на деле оказалось «содержимым» ополченцев.

Дик поднял тяжелый «Брен», стер с него пыль и осторожно выглянул в разбитое окно - ему очень не хотелось повторить судьбу «милиционеров». Но лес на другом берегу был спокоен. Все же не желая испытывать удачу, щенок поспешил на первый этаж к волку и кенгуру. Скатившись по лестнице, Дик сходу занял свое место у окна.

Капрал взглянул на щенка, а затем повернулся к волку:

- Похоже, ушли.

Волк покосился на кенгуру:

- А если они еще там? Вдруг засада?

Капрал нервно мотнул головой:

- Нет. Вряд ли. Обычно они наезжали и, схлопотав трендюля, отчаливали.

Полковник оперся спиной о стену и пожал плечами:

- Но ведь сегодня не обычный наезд, а?

Внезапно со стороны пристроек донесся тихий свист. Повернувшись на звук, волк и кенгуру увидели, как сержант изобразил пальцами «козу» и показал на глаза, затем прикоснулся к груди и дважды двинул лапой в сторону моста. Капрал кивнул и вскинул винтовку на уровень глаз - коала просил прикрытия, пока он будет проверять мост.

Сержант махнул кому-то внутри пристройки и, пригибаясь, побежал к мосту.

Добравшись до моста, коала укрылся за пнем на берегу, взял на прицел мост и свистнул еще раз. Тотчас из пристройки вынырнули два пса в форме «милиции» с винтовками и побежали к сержанту.

Не опуская карабина, волк сказал Дику:

- Помоги их прикрыть. Надо добраться во-он до того бревна возле моста.

Дик кивнул и, пригибаясь, подбежал к выходу. У двери он аккуратно выглянул наружу, и лишь убедившись, что явной опасности нет, рванул к указанному бревну. Хотя рванул - это было громко сказано: когда в тебе пятьдесят килограммов, с девятикилограммовой бандурой наперевес не очень-то и побегаешь. Добежав, Дик просто свалился за поваленное дерево, едва не прищемив хвост. В этом укрытии он позволил себе отдохнуть в течение нескольких бесконечно прекрасных секунд. Едва отдышавшись, он тяжело шлепнул пулемет на сошки и направил его на противоположный берег. Задание было выполнено: теперь любой, кто захотел бы снова открыть огонь по посту, оказался бы на мушке его «Брена».

Находясь за бревном, Дик стал следить за тем, как отряд коалы переходит мост. Между делом его взгляд скользнул по телам сурикатов на мосту, и щенку стало не по себе. Очень не к месту вспомнилось, как легко они расстреляли этих кочевников. Тяжело сглотнув, Дик перевел взгляд на заросли на другом берегу, но джунгли молчали.

Когда коала пробегал последние пять-шесть метров до берега, один из «трупов» внезапно приподнялся и вскинул в сторону сержанта лапу. До Дика донесся протяжный жалобный вскрик «Аннэ...».

Коала резко отскочил от «воскресшего» и тут же всадил в него заряд картечи - старенькие перила не выдержали удара, и тело горе-боевика полетело в воду. Через мгновение донесся всплеск, и все стихло.

- Мля! Так и поседеть недолго! - Выдохнул сержант, нервно дернув затвор «Винчестера».

Оставшееся до берега расстояние отряд прошел без эксцессов. Перейдя мост, коала с «милиционерами» укрылись за джипом с безоткатным орудием. Затем, перемещаясь короткими перебежками, они скрылись в лесу. В течение нескольких минут ничего не было слышно, но потом из леса показался сержант и махнул дробовиком в знак того, что все чисто.

Сурикаты ушли.


***


Последующие несколько часов защитники блокпоста наводили порядок на обоих берегах реки. Тела нападавших обыскивались и сбрасывались в реку. Двух погибших «милиционеров» отнесли на первый этаж и оставили там, накрыв трофейными халатами.

Оба джипа оказались на ходу, и после того, как на них было погружено все трофейное вооружение, «милиционеры» перегнали их через мост к блокпосту. Также, тщательный осмотр показал, что несмотря на многочисленные попадания, ни ДШК, ни безоткатное орудие не пострадали и могли использоваться для укрепления блокпоста.

Встав возле припаркованных автомобилей, кенгуру радостно хлопнул в ладоши:

- Теперь они могут нападать хоть до посинения!

Коала невозмутимо пожал плечами, мусоля свой вечный огрызок «гаваны»:

- Пулемет - это да. А вот с орудием какая-то фигня. - Сержант перевел взгляд на кенгуру. - Граната-то не взорвалась.

Кенгуру поостыл, а коала продолжил, кивнув на кратер у стен пристройки:

- Наверное, у них гранаты старые. Или взрыватели совсем никудышные.

Полковник поспешил успокоить кенгуру:

- Дело не во взрывателях, а в придурках, которые не умеют с ними обращаться.

Винсент показал стволом карабина на гранату безоткатного орудия, лежавшую в кузове джипа:

- Вот это, к примеру, один из них хотел сунуть в ствол.

Волк поднял снаряд и провернул его вокруг оси. Поддев брезентовый лоскуток на вершине гранаты, Полковник показал его легионерам.

Увидев брезентовую петлю, коала расслабился и улыбнулся, а кенгуру скорчил презрительную мину. И только подошедший Дик с недоумением переводил взгляд с одного на другого. Заметив его растерянный вид, волк поддел петлю пальцем:

- Знаешь, что это такое?

Не дожидаясь очевидного ответа, он объяснил:

- Эта брезентовая петля закреплена на чеке, выполняющей ту же функцию, что и у обычной гранаты. Своего рода предохранитель. Перед выстрелом ее, как и у ручной гранаты, надо выдергивать. Из той гранаты, - волк ткнул пальцем в сторону блокпоста, - они, видимо, ее не выдернули, вот она и не взорвалась. И эту собирались сунуть в ствол невзведенной.

Взвесив снаряд в лапах, волк покачал головой.

- Идиоты...


***


К вечеру подсчет трофеев был закончен. Сержант снял пулемет с одного из джипов, «милиционеры» погрузили в машину тела своих сослуживцев и отправились в город. Заодно коала поручил им напомнить о том, что блокпост нуждается в подкреплении.

Глядя вслед уезжающему пикапу, волк обратился к сержанту:

- Ну что, вроде опасности больше нет?

Коала отрицательно мотнул головой:

- Нет, теперь вам до самой Котанги ничего не угрожает.

Волк кивнул:

- Хорошо.

Стоявший рядом кенгуру многозначительно кашлянул. Волк выжидающе посмотрел на него - кенгуру глядел на сержанта.

Коала пожал плечами:

- Погоди, я к этому и веду.

Волк насторожился:

- В чем дело?

Сержант замялся, и вместо него объяснил кенгуру:

- Дело в том, что у нас есть джип. До боя мы не могли дать его вам- на блокпосту всегда должен быть автомобиль. Снабжение здесь никакое, а торчать приходится по несколько месяцев. Мы на машине возим из города продукты и соляру для генератора, - как бы извиняясь, сказал капрал. - А теперь у нас их даже больше, чем надо, - и мы могли бы... - тут он бросил короткий взгляд на коалу.

- ...Передать одну машину вам. - Закончил за него сержант. - В компенсацию, так сказать, за задержку.

Винсент был приятно удивлен - автомобиль позволил бы значительно сэкономить силы и время. Он слегка улыбнулся:

- Большое спасибо, это будет очень кстати.

Кенгуру взмахнул лапой:

- Тогда пошли, я вам его покажу.

Машина оказалась трехдверной «Тойотой» «Ланд Круйзер» образца 50-ых годов, выкрашенной в светло-охристый цвет. Обвешенный кенгурятниками и порогами автомобиль повидал в своей жизни многое - об этом красноречиво говорили многочисленные пулевые отверстия и осколочные пробоины. А теперь этот ветеран тихо стоял в тени акации, присыпанный опавшими листьями и ветками.

Подойдя, волк заглянул в салон. Внутри царил дух пятидесятых - огромный трехспицевый руль, потертые сидения из дешевого кожзаменителя с низкими спинками без подголовников и огромное количество крашеного металла кузова.

Хотя пословица гласит, что дареному коню в зубы не смотрят, волк слазил джипу под капот, отметив при этом новый аккумулятор. Кенгуру кивнул на распахнутое «нутро»:

- Движок - дизель. Соляра тут не в дефиците, так что с заправкой у вас проблем не будет.

Закрыв капот, волк отряхнул лапы:

- Отлично! Лучшего и пожелать сложно.

Коала и кенгуру покивали и замолчали. После небольшой заминки коала положил лапу на крыло «Тойоты» и обратился к волку:

- Можно вас попросить остаться тут еще ненадолго? Я понимаю, что мы вас уже вон как задержали, но тут такое дело. Теперь тут только мы с Дереком. Всего двое на целый блокпост - это маразм.

Полковник кивнул:

- Не вопрос. Подождем. Да и потом, - волк хитро прищурился, - нам еще надо боеприпасы возместить. Мы же все свои в уродов расстреляли...

Кенгуру осклабился:

- Да трофейные берите. Можете даже пару автоматов прихватить. Для бартера.

Волк ткнул в капрала пальцем:

- Ловлю на слове.

Все оставшееся до заката время волк с легионерами усиливали защиту.

Учитывая смехотворное количество защитников на посту, волк не пожалел времени и собрал из оставшихся радиодетонаторов и пары снарядов от безоткатного орудия мощные противопехотные фугасы, которые замаскировал на противоположном берегу. К вечеру заросли вокруг блокпоста ощетинились еще десятком растяжек. Ловушки были поставлены с таким расчетом, чтобы путник, идущий по дороге, ничем не рисковал, а щерящийся по кустам диверсант гарантированно «снял» бы пару «сюрпризов».

Затем коала, кенгуру и волк составили расписание дежурств. Подстраховавшись, легионеры решили, что рисковать и оставлять сонного щенка на ночное дежурство не стоит. Если часовой заснет - рискуют все, кто находится на блокпосту. Смена Дика выпала на утро.

Ему постелили на диване, стоявшем в одной из подсобок. Однако побыть на посту Дику не довелось.

На следующее утро прибыл грузовик с пополнением. Неизвестно, что там рассказали уцелевшие «милиционеры», но пополнение состояло из взвода солдат регулярной армии северной Катонии. Глядя на разгружающихся солдат, кенгуру недовольно пробурчал:

- Пока гром не грянет...

Из кабины грузовика выпрыгнул енот с нашивками сержанта. Он подбежал к легионерам, щелкнул каблуками и козырнул:

- Сержант Абу Аль-Халид прибыл для исполнения обязанностей. Жду ваших указаний, господин военный советник.

Коала кивнул:

- Вот что, дружок, пусть твой бойцы вытащат из кузова во-он ту девяностомиллиметровку, - коала ткнул пальцем в сторону джипа с безоткатным орудием, - и окопают ее во-он там. А потом... - И коала отвел енота в сторону, постоянно показывая лапами в разные стороны и что-то объясняя.

Закончив с инструктажем, коала вернулся к волку и кенгуру. Завидев приближающегося коалу, волк что-то вспомнил и полез за пазуху:

- Вот еще что... - волк достал купленную у бармена карту.- Подскажите, как нам побыстрее добраться до Котанги.

Коала долго смотрел на карту, а подошедший кенгуру тихо присвистнул.

Волк насторожился:

- Что не так?

Коала пожал плечами:

- Карта старая. Вот здесь,- он ткнул пальцем в красный круг на карте,- уже давно нет болота. Еще в позапрошлом году окончательно пересохло.

Кенгуру ткнул пальцем из-за спины сержанта:

- А эти два минных поля на самом деле одно большое.

Коала, не оборачиваясь, кивнул. Полковник нахмурился:

- Так на ней хоть что-нибудь правильно указано?

Коала отрицательно качнул головой:

- Тут все, как было пару лет назад. Скорее всего, тот, кто делал пометки на карте, давно не бывал в наших краях.

Кенгуру кивнул:

- Сейчас все исправим. - Он достал из кармана разгрузки шариковую ручку.

На протяжении следующего часа капрал с коалой, переругиваясь и споря, отмечали на карте особо опасные места. Каждое место было снабжено кратким примечанием на полях.

Получив карту назад, Полковник с Диком начали погрузку вещей в джип. В багажник была уложена запасная канистра с топливом, на внешней подвеске закреплена канистра с пресной водой, а на заднее сиденье уложены четыре трофейных автомата, коробка консервов и рюкзак волка.

- Ну вот, вроде и все, - Сказал Полковник, осматривая нагруженный джип. - Можно выезжать.

Дик полез на пассажирское сиденье, а волк задержался для прощания с легионерами.

Кенгуру протянул Полковнику лапу:

- Приятно было иметь с вами дело.

Волк пожал лапу:

- Взаимно.

...Попрощавшись с легионерами, Винсент полез в кабину «Тойоты».

Когда волк завел двигатель, коала подошел к автомобилю и хлопнул по крыше:

- Ни пуха!

Волк отмахнулся:

- К черту!

Полковник качнул рычаг КП, и «Тойота» двинулась к выезду из двора. Джип выкатился на улицу, где еще недавно шел бой, прокатился мимо матерящихся под тяжестью орудия солдат и переехал через мост.

Последнее, что Дик увидел, прежде чем машина свернула за поворот - как капрал-кенгуру махнул им своей шляпой.


***


Сразу же за мостом дорога поворачивала, и блокпост терялся из виду. Поскрипывая рессорами, «Тойота» выкатилась на грунтовую дорогу, растянувшуюся до самого горизонта. На протяжении последующих трех часов джип монотонно поглощал километры однообразной грязно-охристой колеи. По сторонам располагались заросшие поля, некогда принадлежавшие местным фермерам. Но теперь джунгли отвоевывали у цивилизации свои земли обратно.

Тем не менее, дорога была просто отличная - конечно, насколько это возможно, когда у тебя под колесами проселок, проложенный по высохшему глинозему. Но Дик все равно был в восторге: до этого он ездил только в кузове «Унимога» своего хозяина. А тут он сидел в джипе, да еще на сидении в салоне. Джип казался Дику своего рода аттракционом. Однако он воздерживался от слишком бурных проявлений эмоций, ограничиваясь довольной ухмылкой.

Часа два спустя поля сменились лесополосами и небольшими рощами. Кое-где дорога ныряла в такие заросли, что ветки скребли по крыльям и дверям джипа; но в целом, дорога представляла из себя глинозем, ссохшийся после дождей в своеобразное дорожное покрытие. Поэтому «Тойоте» ни разу не пришлось показывать свои внедорожные качества.

Более того, волк вырулил на остатки федеральной автострады. В отличие от проселка, по которому «Тойота» катилась до этого, на этой дороге даже местами был асфальт. Вдоль нее кое-где стояли подгнившие столбы, которые, судя по керамическим шайбам, когда-то были частью линий электропередач. Несколько раз им попадались брошенные и сожженные остовы грузовиков и легковых машин.

…Дорога растянулась на множество миль, и за следующие два дня маленький джип пролетел большее расстояние, чем волк со щенком смогли бы пройти пешком за вдесятеро большее время.

Вечером второго дня они остановили машину на обочине и расположились на ночлег. А утром Дика ждал сюрприз. Умывшись, волк не сел сам за руль, а кивнул Дику:

- Садись за руль, сегодня ты поведешь.

Щенок встрепенулся:

- Как?

- Лапами. – Парировал волк. - Садись на водительское место.

Дик высунулся из окна джипа:

- Но я же не умею!

Волк бесцеремонно втолкнул щенка обратно и открыл дверь:

- Научим, садись уже…

Дик перебрался на водительское кресло и неуверенно воззрился на обилие рычагов, педалей и переключателей, посреди которых возвышался руль – единственное устройство, предназначение которого было понятно щенку. Волк захлопнул дверь и некоторое время возился на сидении, устраивая хвост. Найдя наконец удобное положение, он повернулся к Дику:

- Ну что, приступим? – Полковник коснулся набалдашника рычага КПП пальцем. – Эта фиговина управляет коробкой передач. Внизу у тебя три педали…

Несколько минут волк медленно и детально описывал алгоритм запуска двигателя, после чего поднял морду на Дика и спросил:

- Понял?

Щенок кивнул головой:

- Ага.

Волк с сомнением поглядел на Дика, а затем хлопнул лапой по обивке сидения:

- Тогда поехали.

Дик глубоко вздохнул и, выжав одновременно сцепление и газ, переключился на первую передачу. Собравшись с духом, Дик звякнул ключом, повернув его – застрекотало зажигание, и через секунду «Тойота» отозвалась рыком. С места водителя шум двигателя казался щенку громче, чем раньше.

Волк ухмыльнулся:

- Ну вот, а ты боялся.

Стараясь не дышать, щенок медленно отпустил педаль сцепления – джип качнулся и послушно покатился вперед. Дик повернулся к волку, чтобы убедиться, что все сделал правильно. Волк мотнул головой в сторону лобового стекла:

- Ты не на меня смотри, а на дорогу. Вон сейчас в яму залетишь!

Дик повернулся на дорогу и увидел приближающуюся рытвину. Осторожно повернув руль, Дик слегка зацепил край колдобины. Громыхнув подвеской, джип покатился дальше.

Первые несколько сотен метров волк внимательно следил за действиями Дика. Но щенок достаточно аккуратно вел машину, чтобы волк махнул лапой и развалился в кресле, позволив Дику самому управлять «Тойотой».

Однако к концу дня щенок сбился с пути. Остановившись на обочине, волк достал карту, и тихо ворча начал выяснять, где же они очутились. После получасового разглядывания карты оказалось, что джип свернул не в том месте. Из сложившегося положения было два выхода: первый – это повернуть назад, второй – продолжить путь до поселка Гисим, который находился в западной части страны. А уже оттуда можно было добраться до Котанги.

Первый вариант отпал практически сразу – топлива едва хватило бы до развилки. А вот хватит ли содержимого запасной канистры до города? Кто знает – может быть, дорога окажется размыта? Топлива на объезд у них уже не будет…

Поэтому Полковник решил ехать дальше – при любом раскладе они оказывались в поселке раньше, чем в городе. Волк сменил Дика за рулем и завел двигатель.


***


Въезжая в поселок Гисим, волк с удовольствием отметил наличие заправки. Собственно заправкой именовалась бочка, снятая с автоцистерны, поставленная на врытые в землю бетонные плиты. Рядом с бочкой располагалась фанерная будка персонала.

Скрипнув тормозами, «Тойота» замерла возле будки заправщика. Пока Полковник беседовал с маленьким высохшим мангустом, выполнявшим роль смотрителя бензоколонки, Дик прогуливался рядом и пинал мелкий мусор. Наконец волк отошел от продавца:

- Этому уроду, похоже, просто не с кем поторговаться. – Полковник не скрывал своего расстройства. - Мне придется тут задержаться – попробую сбить цену. А ты… - он полез в карман, достал мятые купюры и сунул их Дику, - поищи продовольствие. Если будет свежее мясо – бери. Но только чтобы обязательно было свежее. А тушенку мы на «потом» оставим.

Засовывая мятые купюры в карман, Дик кивнул.

Полковник так же посоветовал Дику оставить свой автомат и «сбрую» в машине. На замечание Дика, что он останется безоружным в незнакомом месте, волк выдал ему свой пистолет 45-го калибра. Щенок особо не протестовал: таскать на себе в жару несколько лишних килограммов – занятие утомительное. Поэтому Дик сунул пистолет в карман своей куртки и отправился шляться по поселку.

По запаху он легко нашел лавку, торговавшую мясом. Купить мясо молодого барашка тоже не составило труда – старый ворчливый барсук долго и педантично взвешивал покупку, после чего так же методично пересчитал дензнаки.

Завернув мясо в пакет, Дик направился к заправке. Он успел пройти половину пути, когда его внимание привлекло какое-то движение в проулке слева. Осторожно зайдя в этот переулок, Дик увидел толстого енота и здоровенного пса, которые прижали к стене маленького лисенка. Лисенок стоял ни жив, ни мертв, и испуганно таращился на енота, который со слащавой улыбкой что-то ему говорил. В этот момент пес заметил Дика и с явной угрозой шагнул к нему:

- Че надо?

Еще месяц назад после такого вопроса Дик поспешил бы ретироваться. Но за последние недели щенок совершил много таких поступков, которые подняли его самоуважение на прежде небывалую высоту. Поэтому вместо того, чтобы уйти, Дик остался стоять. Пес мотнул головой:

- Ты че, не понял?! Вали отсюда!

Дик, не отводя глаз от пса, сбросил мясо на лежащий рядом ящик и демонстративно расправил плечи:

- Или что?

Пес шагнул к Дику, и сгребая за грудки, агрессивно прошипел ему в морду:

- Сейчас я те таких горячих наваляю…

Вытащив «Кольт», Дик уткнул его в живот пса и полюбопытствовал:

- Горячее, чем это?

Здоровяк глянул вниз, на пистолет, и поднял морду на Дика. Агрессии в его взгляде больше не было, зато был испуг. Он медленно отпустил лацканы куртки и отошел на пару шагов назад. Дик нагло улыбнулся и повернул голову в сторону енота:

- Рыжий, живо ко мне.

Лисенок слабо трепыхнулся, но енот его не выпустил.

Дик мотнул «кольтом» в сторону енота:

- Так…Отвалил от него!

Енот выглядел испуганным, но отпускать лисенка не торопился:

- Все по согласию. Добровольно.

Дик мотнул головой:

- Мне плевать! Или ты его отпускаешь, или я тебе башку прострелю. – Для устрашения он демонстративно взвел курок пистолета.

Енот явно стушевался и без дальнейших препирательств выпустил лисенка, который стремглав бросился к Дику и укрылся у него за спиной.

Убедившись, что все в порядке, Дик попятился к выходу из переулка. У самого выхода он повернулся к лисенку:

- Рыжий! Возьми пакет.

Лисенок задрал на Дика голову и кивнул:

- Ага.

Уже на улице Дик повернулся к еноту и псу и слегка коснулся козырька своей кепки:

- Приятного вам дня.

Пока они с лисенком удалялись от злополучного переулка, Дик все ждал, что их попытаются догнать. Однако, по-видимому, еноту и здоровяку одного вида пистолета хватило, чтобы отбить всякое желание связываться с ним.

Оказавшись на безопасном расстоянии от своих обидчиков, лисенок подошел к Дику, прижимая к груди сверток с мясом. На вид ему было лет восемь-девять, он был одет в потертую майку и полинявшие шорты, капитально засаленные и поношенные. Лисенок мотнул мордочкой в сторону переулка и восхищенно выдохнул:

- Круто ты их…

Что-то в его голосе заставило Дика насторожиться. Он наклонился к рыжику, некоторое время разглядывал лисенка, а потом удивленно спросил:

- Ты что, девочка!?

Лисенок – а точнее, лисичка, – опустила нос к своим рваным кедам и кивнула.

- И как тебя зовут?

Лисичка подняла голову:

- Гюля. А тебя?

- А меня… – Дик вспомнил блокпост. – …Ричард. Но друзья зовут меня просто – Дик.

Гюля улыбнулась:

- Странное имя.

- Какое есть.

Разглядывая лисичку, Дик заметил у нее на передней лапе – как раз на том месте, где обычно ставят клеймо – намотанную грязную тряпку. Заметив его взгляд, лисичка перехватила пакет, а свободной лапкой быстро одернула тряпку.

Увидев тряпку, Дик понял причину запущенности лисенка. А еще он понял, что не может оставить эту лисичку без помощи.

Он присел перед Гюлей:

- Не бойся. Я тебя не сдам. – Увидев, что лисичка напряглась, Дик положил себе лапу на грудь. – Я сам беглец.

Гюля недоверчиво посмотрела на Дика. Щенок улыбнулся и кивнул:

- Правда, правда. Мне помог бежать мой нынешний начальник. Мы с ним сейчас тут закупаемся едой и бензином. И если хочешь, можем и тебя прихватить.

Лисичка грустно глянула исподлобья:

- А если твой начальник не согласится?

Дик легкомысленно отмахнулся:

- Фигня! Хозяин – отличный мужик. Он не будет против.


***


- Нет, нет, и еще раз нет!!! – Волк рассек воздух ладонью. – Она с нами не поедет.

Как только Дик с лисенком появился в лагере, который волк разбил на окраине деревни, Полковник оттащил его в сторону и учинил разнос.

Дик покосился на сжавшуюся лисичку, сидящую у костра и заворожено следящую за поджаривающимся мясом. Дик тряхнул головой:

- Но почему?!

Винсент прекратил вышагивать вдоль джипа:

- Да потому что это маленький ребенок!!!

Дик непонимающе уставился на Полковника:

- И что?

Волк развернулся к щенку:

- Я не могу во время операции брать с собой ребенка. Тем более девочку!

Дик опять мотнул головой:

- А это тут причем!?

Волк закатил глаза:

- Она девочка. Зачем ей привыкать к оружию!?

У Дика сорвался голос:

- Так лучше над ней здесь издеваются?

Волк отмахнулся:

- Никто над ней не издевается. – И направился к костру.

У Дика опустились плечи, и он понуро зашагал за волком. Сев у костра возле Гюли, щенок обнял лисичку. Она грустно глянула на него:

- Он против, да? – Дик с Полковником спорили вполголоса, чтобы лисенок не услышал.

Дик не успел ответить - волк начал срезать поджаренные пласты мяса в поддон от котелка. Гюля как зачарованная следила за дымящимися ломтиками, скапливающимися в поддоне. Волк спокойно приложил к этой куче кусок местного хлеба и передал лисичке.

Не веря своим глазам, она перевела взгляд на Дика. И только когда тот кивнул, Гюля взяла плошку.

Глядя на то, как лисенок жует с набитым ртом, волк кивнул Дику:

- Ты где ее нашел?

Дик пожал плечами:

- Да там, к ней какие-то уроды прицепились.

Волк передал Дику его порцию и обратился лисичке:

- Чего они от тебя хотели?

- Они хотели меня в свой сарай затащить.

- Зачем?

Лисичка замялась и опустила голову:

- Ну, они мне обещали там что-то интересное показать…

Волк хрустнул костяшками пальцев:

- Я бы им тоже кое-чего интересного показал…

Полковник повернулся к Дику:

- Ты говорил, что у нее есть клеймо.

Дик кивнул, взял в руки лапку Гюли и начал осторожно разматывать тряпку. Лисичка с опаской наблюдала за происходящим, переводя взгляд с Дика на волка. Размотав тряпку, Дик увидел номер из бесцветной белесой шерстки на черной шерсти лапки. Дик обернулся к волку. Полковник довольно кивнул:

- Лучшего и желать нельзя.

Дик не понял:

- В смысле?

Волк присел рядом, взял лисичку за лапку и провел по номеру пальцем:

- Он не выжжен, как тавро, а просто вытравлен на мехе обесцвечивающим раствором. Если этот участок аккуратно состричь, то на отросшей шерстке никакого номера не будет.

Дик удивленно почесал ухо:

- Но если он так легко удаляется, зачем же он тогда нужен?

Волк выпустил лисенка:

- Ну, во-первых, он рассчитан на невольников. Сами-то они такой номер не удалят. Максимум – смогут выщипать шерсть, а это заметно.

Дик посмотрел на Гюлю и поднял голову к волку:

- С нами она будет в большей безопасности, чем одна.

Волк покачал головой:

- Смотри шире – а если на нас нападут? Что тогда?..

- Даже если так. - Дик пожал плечами. - Что с ней может случиться такого, чего с ней не сделают на улице? – Пес выдержал паузу. - Только с нами на нее захочет напасть далеко не каждый… - И он многозначительно положил лапу на свой АК.

Винсент посмотрел на щенка, потом перевел взгляд на прижавшуюся к Дику лисичку. Наконец, он сдался:

- Ладно, возьмем ее с собой.


***


...Джип медленно пробирался между снующими торговцами и обывателями – как и в большинстве городов страны, здесь не было разделения на проезжую часть и тротуар. Поэтому на городских улицах Винсент сменил за рулем Дика.

На ближайшем рынке была куплена новая одежда для лисенка. Дик предложил приобрести камуфляж, но волк ужаснулся:

- Ребенка - в военную форму!? Никогда!

В результате Гюле купили спортивный костюм. Затем, оценив Гюлин хвост и прическу в виде «хвоста», волк купил огромное махровое полотенце. Всю дорогу от рынка до джипа лисичка порывалась нацепить на себя куртку от костюма, но волк живо пресек эти попытки, объяснив, что сначала Гюле надо будет помыться.

Теперь Полковник собирался привести в порядок Дика. Винсента напрягало, что щенок постоянно встряхивал головой, сбрасывая отросшую челку с морды. Следуя этим соображениям, волк остановился возле ближайшей вывески, изображавшей расческу и бритву. Несмотря на все уверения Дика, что свисающая челка ему нисколько не мешает, волк настоял, чтобы его постригли. Дождавшись, когда парикмахер-лемур закончит стрижку надувшегося щенка, волк поинтересовался, где можно найти ближайшую гостиницу.

Парикмахер пересчитал плату и махнул лапой:

- Это вам, любезнейший, надо проехать еще пару кварталов. Там справа, сразу за площадью.

Выходя за Диком, Полковник приподнял шляпу:

- Grazie!

Пока они ехали до гостиницы, Дик крутился на сидении, пытаясь рассмотреть себя повнимательнее перед зеркалом заднего вида. Ему было непривычно ощущение короткого ежика на голове.

Когда автомобиль въехал в деловой квартал, народу на улицах поубавились. Зато на улицах пару раз мелькнули черные «Мерседесы» и «Линкольны» - непременные атрибуты власти в любой банановой республике.

Во время проезда по главной площади волк обратил внимание на весьма странное здание – это был огромный особняк, обнесенный бетонным забором c колючей проволокой. Но заинтересовал Винсента не забор, а те, кто его охраняли. Согласно местным обычаям, охранники выбирались из числа самых сильных, рослых и крупных боевиков хозяина, зачастую в ущерб их интеллектуальных способностям.

У въезда на заинтересовавшую волка виллу маячили три добермана. Первый охранник в голубовато-сером «городском» камуфляже и черной разгрузке стоял в дверях сторожевой будки. Второй пинчер в таком же снаряжении и в очках-«капельках» развалился на раскладном брезентовом стульчике под защитой бруствера из мешков с песком. Поверх укрепления лежало его оружие – легкий пулемет с коллиматорным прицелом. Третий прогуливался вдоль шлагбаума, придерживая карабин «кольта» с оптическим прицелом. Такой пост без особых проблем сам мог бы отбить серьезное нападение. Но Полковник был уверен, что если кто-нибудь осмелился бы напасть на эти ворота, из дома сразу бы вылезла маленькая армия.

Доехав до другого конца площади, джип припарковался у гостиницы. Владельца заведения – толстого бобра – они нашли на первом этаже в темной каморке, где тот гонял чаи со своими батраками. Увидев иностранцев, да еще на машине, хозяин страшно обрадовался и с жаром заверил клиентов, что у него есть свободные номера. Поднявшись по лестнице на крытую галерею второго этажа, хозяин привел их в маленький, но светлый номер. Покрутив головой и рассмотрев простые побеленные стены и потолок, с которого на голом проводе свисал примитивный абажур, волк сел на кровать.

- Нормально, жить можно, – Резюмировал он. – Вот только…

Дик снял кепку и провел лапой по своей шевелюре, затем покосился на бобра. Тот удивленно развел лапами:

- Что?!

Волк обвел лапой комнату:

- Тут только одна кровать. А где спать щенкам? – Тон волка явно отметал предположение об оплате еще одного номера.

Бобер миролюбиво поднял лапы:

Кровать широкая! На ней все уместятся!

Волк покосился на кровать – та в лучшем случае была полутораместной, двое еще могли на ней уместиться, но с трудом. Недовольно цокнув языком, волк поднялся:

- Ладно, организуем что-нибудь.

Рассчитываясь с владельцем, волк вспомнил о странном особняке. Хозяин закивал:

- Да, да, знаю… Это дом нашего мэра. Он бывший наемник…

- Бывший наемник? – Переспросил волк. - Разбогател и осел на родине, значит?

Бобер отрицательно мотнул головой:

- Не-е… Он иностранец. – Хозяин отеля щелкнул пальцами. – Если точнее – то немец.

- Немец? – Удивленно поднял брови волк.

Когда за бобром закрылась дверь, Дик спросил у Винсента:

- И что теперь делать?

Полковник все еще задумчиво вертел в лапах остатки их финансов, когда Дик обратился к нему со своим вопросом. Волк поднял морду:

- Ну, для начала отмоем ее.- Полковник кивнул в сторону лисички. – И оденем наконец в нормальную одежду.

Помещение, отведенное под «ванную», располагалось на первом этаже. Пол помещения имел уклон и был покрыт плиткой, а вдоль дальней стена проходил простой желоб для грязной воды, ведший за пределы здания на улицу. Ни раковины, ни, собственно, ванной в комнате не было, лишь из покрашенной стены торчал кран, из обоих вентилей которого шла только холодная вода. Горячая вода в стране со среднегодовой температурой в 24 градуса считалась роскошью.

Перед дверью волк дал Гюле знакомый Дику брикет мыла. Пока лисичка плескалась в ванной, волк с щенком ждали ее снаружи. Сразу после помывки Полковник завернул ее в полотенце и отнес в номер, где насухо вытертая лисичка дорвалась до обновки.

Некоторое время волк смотрел, как лисичка крутится перед осколком зеркала, разглядывая себя. После чего он присел на подоконник, повернулся в сторону улицы носом и втянул полную грудь воздуха.

- Надо сходить пообедать. Вон из того кафе напротив,– волк кивнул в окно,– очень недурно пахнет.

Щенков не пришлось упрашивать дважды.

Винсент оставил рюкзак в номере, взяв с собой лишь оружие и деньги. Они вышли из гостиницы, обогнули ее, и спустя несколько минут уже изучали вывешенное у кассы меню.

Дик беззвучно шевелил губами, читая про себя названия, а волк скептически разглядывал выложенные на витрине образцы салатов и закусок. Заведение явно было новым – аккуратные белые пластмассовые столы и стулья были защищены от палящего солнца тентом с эмблемой известной пивоваренной компании и отгорожены от улицы оградой с рекламой все того же пива.

Винсент повернулся к Дику с лисичкой:

- Ну, что будете?

Дик неуверенно ткнул пальцем:

- А что такое «сосиски»?

Несколько секунд волк смотрел на Дика, затем кивнул и повернулся к коту в фартуке кассира:

- Значит, так… Сосиски в томате, картошку фри и пару вот этих салатиков, – волк ткнул пальцем в витрину.

Пока кассир стучал по клавишам калькулятора, Полковник повернулся Дику:

- Я все принесу, а вы пока выберите нам стол.

В середине дня в кафе было свободно, и Гюля потащила Дика к крайнему столику у ограждения. Кафе располагалось в своеобразном тупике, поэтому в нем не было уличной гари и пыли. Добравшись до стола, Гюля тут же шлепнулась на стул и махнула Дику лапкой, указывая на стул напротив. Не успел щенок присесть, как подошедший Полковник опустил на стол первую пару тарелок и отошел за следующей порцией.

Пока волк отсутствовал, Дик разглядывал содержимое тарелки. Когда Винсент вернулся со следующей порцией и салатами, щенок ткнул в сосиски пальцем:

- Что это?

Волк задержался у стола:

- Сосиски.

- А как их делают?

Полковник непонимающе глянул на Дика:

- Сосиски? Забивают фаршем либо специальную кишку, либо полиэтиленовую трубку, потом варят и подают на стол. А что?

Дик неуверенно качнул головой:

- Просто они сильно похожи на… - Он не договорил, а Гюля хихикнула.

Волк нахмурился:

- Отставить! Ни на что они непохожи.

Когда Винсент принес на стол все заказы, компания принялась за еду. Волк не спеша ел, наблюдая за своими спутниками. Слева от него сидела Гюля; с довольным урчанием она поглощала содержимое тарелки. По правую руку от волка сидел Дик. В отличие от лисички, он был менее заморен голодом, а потому ел не торопясь, аккуратно выбирая особо приглянувшиеся кусочки.

В течение десятка минут за столом раздавались лишь звяканье вилок о тарелки. Порции были явно рассчитаны на достаточно крупного посетителя, поэтому под конец трапезы даже Винсент почувствовал, что наелся. Когда с обедом было покончено, волк принес по стакану чая с куском пирога.

Десерт вызвал настоящий восторг у Гюли, и лисичка тут же вплотную занялась своей порцией. Через некоторое время, почувствовав, что больше в него банально не влезет, Дик откинулся на спинку стула и довольно вздохнул. Глядя на него, волк усмехнулся:

- Ну что, как сосиски?

- Отлично!

Некоторое время помолчав, Дик обратился к волку:

- Шеф, можно вас спросить?

Винсент небрежно махнул лапой:

- Валяй.

- Я так понял, что у вас довольно высокое звание, – он покосился на волка.

Тот кивнул:

- Вообще-то я отношусь к высшему командному составу. А что?

Дик оперся на стол локтями и повернулся к волку:

- Так где же ваши солдаты? Почему вы один? – Дик боялся, что волк обидится или, быть может, даже разозлится.

Но тот спокойно отмахнулся:

- Длинная история…

- Ну все же?..

Полковник вздохнул и глянул на щенка:

- Я замкомандира третьей бригады рейдеров графства Бланшрок, расквартированной в местной столице как часть миротворческих сил. Мы здесь для того, чтобы совместно с Первым Колониальным полком рейнджеров поддерживать мир… или хотя бы его подобие. Недавно нам стало известно, что один из местных эмиров задумал некую военную операцию на севере страны.

Волк отхлебнул чай, а Дик пожал плечами:

- И что такого? Подумаешь, военная операция…

Винсент усмехнулся:

- Если бы все было так просто… Близится конец лета, продовольствия на севере страны не так уж и много… Вся надежда на урожай, который еще на полях. Но под таким солнцем, – волк ткнул пальцем в тент кафе, – его надо собирать очень быстро, иначе урожай высохнет. И это произойдет, если все крестьяне будут вынуждены уйти в лес из-за боевых действий. А раз нет урожая, значит, начнется голод – и мы сразу получим гуманитарную катастрофу, которую нам придется исправлять конвоями с гуманитарной помощью. Которые будут обстреливаться всеми: и местными кланами, и боевиками эмира, и даже озверевшими от голода и уже не соображающими - кто друг, кто враг - крестьянами… Всеми.

Волк выдержал паузу и закончил:

- Поэтому я как высший чин специального подразделения был направлен к этому придурку, чтобы надавить на него и заставить отказаться от подобных планов. Но тут… - Полковник вздохнул, - вмешался случай. По пути меня захватили вооруженные шакалы и приволокли пред светлы очи твоего бывшего хозяина. Ну, а все остальное ты уже знаешь…

Щенок развел лапы:

- И что теперь нам делать?

Винсент откинулся на спинку стула:

- Сегодня мы отдыхаем тут, а завтра поедем к немцу.

- К немцу? Зачем?

Полковник задумчиво прищурился:

- Как-никак, европеец, может нам помочь.

Дик замолчал, переваривая все услышанное, а волк придвинул лисенку свой кусок пирога.

- Кушай, я не буду.

Лисичка мученически посмотрела на пирог, потом на свой округлившийся животик, и огорченно вздохнула:

- В меня не поместится.

Волк поднял бровь:

- Значит, на потом останется.

Пока волк со щенками сидел в кафе, на улице потихоньку начало темнеть. Когда на небе появились первые звезды, они вернулись в гостиницу. И хотя ночь еще не настала, Полковник решил лечь спать, тем более что лисичка заснула прямо за столом. Дик принес ее в номер на руках, и она даже не проснулась, когда ее положили на кровать.

Накрыв Гюлю одеялом, Дик повернулся к волку, который развалился в кресле, положив ноги на стул:

- Может, вы ляжете с Гюлей? Она маленькая, вы с ней поместитесь, а я лягу на кресле.

Но Полковник отмахнулся:

- Фигня. Не хватало, чтобы я щенков с кровати сгонял. Обо мне не беспокойся. – Волк, крякнув, скинул ботинки. – Мне случалось спать и в гораздо более неудобных местах.

Потоптавшись, Дик направился к кровати. Раздеваясь перед сном, он обратил внимание, что Полковник положил себе на колени заряженный пистолет. Оставшись в одних брюках, Дик выключил свет и на ощупь добрался до кровати. Правда, перед тем как лечь, он прислонил к изголовью кровати свой АК – так, на всякий случай. Потом тихонько, стараясь не разбудить лисичку, лег рядом.

Когда голова Дика коснулась подушки, он понял, как устал за время пути до этого города вообще - и за весь сегодняшний день в частности. Дик заснул, обняв теплое, пушистое тельце спящей лисички.


***


Утром Дик проснулся оттого, что на него что-то давило. Открыв глаза, он с удивлением обнаружил на себе спящую Гюлю. Лисичка развалилась на Дике, как на пуховике – она спала на спине, но ее голова и верхние лапы были с одной стороны Дика, а хвост и задние лапы - с другой. Полковника в комнате не было, а в распахнутое окно уже лился поток света. Дик осторожно переместил Гюлю на кровать, а сам пошел умыться. Когда он вернулся, лисичка села в кровати и в притворном негодовании шлепнула по одеялу:

- Ну почему ты ушел? Так хорошо спалось… Ты такой мягкий…

Дик мотнул головой:

- Пора вставать.

Лисичка развалилась на кровати и жалобно спросила:

- А можно еще немножко поспать? Ну еще чуть-чуть?..

Дик шагнул к кровати и, подняв лисичку, поставил ее на ноги:

- Нет. Пора вставать.

Гюля снова шлепнулась на кровать:

- Ну-у-у пожалуйста… - начала было она, но тут же осеклась.

Обернувшись, Дик увидел стоящего в дверном проеме Полковника. Волк перевел взгляд с Дика на замершую на кровати Гюлю и обратно:

- Так, отставить препирательства. По коням и в путь. – После небольшой паузы он добавил, - Едем к немцу.

Дика насторожила такая поспешность – волк, обычно очень пунктуальный по части питания, перед выходом даже не позавтракал. Наскоро собрав вещи, они погрузились в джип.

Выехав за ворота гостиницы, волк направился к вчерашнему особняку. Пропетляв по городским проулкам, Винсент выехал на площадь перед резиденцией «немца». Это была самая настоящая площадь – Дик был готов поклясться, что в ней как минимум пара футбольных полей. Сам дом был отделен от улицы стандартным четырехметровым бетонным забором с «колючкой», пущенной поверху. Казенный вид бетона более или менее маскировала живая изгородь из финиковых пальм и кустов акации, высаженных вдоль забора.

Когда машина подъехала поближе, они увидели охрану – трио в серо-голубом камуфляже. Волк не мог сказать, те же это псы или другие. Доберман с карабином «Кольта» вяло жевал жвачку, прогуливаясь вдоль шлагбаума, пулеметчик развалился на раскладном стуле в обнимку со своим М249, а третий все так же стоял, облокотившись о косяк своей будки, как будто со вчерашнего дня никуда отсюда и не уходил.

При виде приближающегося джипа стоявший в дверях будки пинчер что-то сказал напарникам. Услышав команду, пулеметчик перехватил пулемет так, что его ствол оказался направленным на «тойоту». Автоматчик тоже слегка сдвинулся в сторону, «нечаянно» направив свой автомат на салон автомобиля.

Подъехав к двум дорожным конусам, обозначавшим границу въезда, волк заглушил мотор. Повисла напряженная тишина, было слышно, как потрескивает остывающий двигатель. Полковник положил обе лапы на руль и, не поворачивая головы, обратился к Дику:

- Положи лапы на бардачок и постарайся не совершать резких движений, - вслед за этим волк чуть подался назад. - Рыжая, веди себя нормально, эти дяди шуток не понимают. Так что сиди тихо.

Подойдя к машине, пинчер облокотился о крышу, небрежно положил свободную лапу на кобуру и заглянул в салон:

- Чего надо? – Тон добермана был не агрессивен, но и дружелюбным его назвать тоже было нельзя. Теперь вблизи было окончательно понятно, что охранники не были местными жителями. Даже если бы пес молчал, его выдавала форма. На разгрузочном жилете была пришита полоска ткани с группой крови и резус-фактором (что уже подразумевало оказание профессиональной медицинской помощи в случае ранения), на рукавах дорогого камуфляжа красовались нашивки с изображением приготовившегося к прыжку трехголового пса, а чуть ниже значилось название «Цербер».

Полковник широко улыбнулся:

- Buongiorno! Я приехал к «немцу», мне надо с ним переговорить.

«Цербер» медленно обвел пассажиров взглядом и снова повернулся к волку:

- Шеф никого не принимает. Разворачивайтесь.

Волк кивнул в руль:

- Понятно.

Сняв лапу с руля, Полковник полез во внутренний карман. В тот же миг пинчер напрягся и щелкнул застежкой кобуры. Тотчас насторожились и оба добермана у шлагбаума. Волк замер, мысленно выматерившись – не хватало еще, чтобы эти параноики нашпиговали их свинцом:

- Секундочку! – Он осторожно вынул свое служебное удостоверение. Медленно и неловко раскрыв «корочку» одной лапой, протянул ее пинчеру.

- Вот. Доложите «немцу», что приехал полковник миротворцев.

Пинчер несколько успокоился, увидев удостоверение, однако взял его левой лапой, оставив правую на кобуре. Некоторое время он сличал фотографию в «корочке» с оригиналом, потом кивнул волку:

- Подождите.

Развернувшись, пинчер направился к будке. Доберман с карабином перехватил свое оружие, но положения при этом не сменил. Волка ничуть не обманывал его расслабленный вид: когда у тебя в лапах оружие с темпом стрельбы в пятнадцать смертей в секунду, смотрящее в цель, можно не напрягаться.

Подойдя к будке, «Цербер» с документами снял трубку телефона и набрал номер. В ходе последовавшего короткого разговора пинчер несколько раз заглядывал в документы Полковника. Повесив трубку, доберман повернулся к «Тойоте» и махнул Винсенту лапой. Волк послушно подъехал к будке и замер перед шлагбаумом. Пинчер протянул Полковнику документы:

- Проезжайте, вас уже ждут. – С этими словами он хлопнул но большой кнопке, установленной на стене будки, и шлагбаум взмыл вверх.

Винсент прикоснулся к полям шляпы:

- Addio!

Тронув рычаг КПП, волк выдвинул джип за шлагбаум.

За воротами джип въехал на засыпанную гравием дорожку, которая вела к дому «немца», обвиваясь вокруг круглого газона в центре двора. Сам дом представлял из себя массивное двухэтажное строение из белого камня с крытой верандой на втором этаже. На крыше из зеленой черепицы примостилась гроздь спутниковых тарелок.

Справа от дома находилась одноэтажная пристройка, по всей видимости, хозяйский гараж. Перед ним стоял черный «Кадиллак Де Вилль» 89 года с распахнутыми дверьми, который мыла немецкая овчарка в синей форме водителя. Мощная аудиосистема седана крутила песню «Скул дэйс» группы «ЭйСи/ДиСи».

Слева от дома расположился парк служебных машин. В тени деревьев грецкого ореха примостилось несколько внедорожников - два черных «ДжиЭмСи Юкон», «Шевроле Блейзер» и массивный «Субурбан». А вот что действительно привлекло внимание волка, так это мощное радиооснащение всех джипов. Даже с подъездной дорожки было видно, что машины несли огромную кучу антенн - от длинных колышущихся «усов» армейских радиостанций до коротких «карандашей» антенн спутниковой связи.

Увидев их потрепанную «Тойоту», овчар-водитель отвлекся от мыльного багажника «Кадиллака» и распрямился, сжимая в лапе мокрую губку.

Проехав по дорожке мимо удивленного водителя, волк остановился возле джипов и заглушил мотор.

Тут же как из-под земли возникли двое «церберов» и направились к «Тойоте». У обоих на груди болтались карабины немецкой штурмовой винтовки Г-36К.

Открыв дверь, волк улыбнулся «церберам»:

- Здорово!

Пинчеры проигнорировали приветствие. Один из них шагнул вперед:

- Следуйте за нами.

К дому компанию Полковника повели в конвойном порядке – один охранник шел впереди, показывая дорогу, а второй с карабином замыкал цепочку.

Подходя к дому, волк обратил внимание на двух ротвейлеров все в той же серо-голубой форме, прогуливавшихся по веранде второго этажа. Первый из этих мордоворотов держал наперевес американский пулемет М-60Е, а у второго из-за спины торчала советская снайперская винтовка Драгунова. Пройдя под верандой, пинчер-проводник провел Полковника и его компанию в дом.

Перешагнув порог дома, они оказались в просторном светлом холле. Обернувшись, волк заметил, что пинчеры отодвинулись в стороны от входной двери. Полковник медленно обвел холл взглядом – помещение было больше похоже на музей, чем на обитаемый дом. Белые стены, украшенные декоративными панелями из светлых сортов дерева, вдоль стен на мозаичном паркете стоял небольшой гарнитур из ценных пород дерева. А над всем этим нависала хрустальная люстра, размерами и формой напоминавшая перевернутую молодую ель.


***


Время шло, но ничего не происходило. Установившуюся в зале тишину нарушало лишь мерное тиканье массивных напольных часов, стоящих в углу. Позади волка нервно топтался Дик – он явно не знал, как себя вести в этой обстановке: по сравнению с этим домом резиденция его бывшего хозяина смотрелась несравнимо беднее.

Наконец, когда волк уже начал подумывать о том, чтобы обратиться к одному из пинчеров, раздались шаги. Распахнулась дверь, и навстречу к посетителям вышел «немец». Владелец виллы был среднего роста, он обладал хорошо развитым плечевым поясом и крепкой шеей профессионального боксера, на которой красовалась внушительная золотая цепь. На «немце» был мягкий костюм сливочного цвета, надетый поверх черной майки, над которой возвышались характерные усы, челка и V-образные уши ризеншнауцера.

Цокнув по паркету дорогими туфлями, «немец» встал в паре метров от посетителей. Увидев его, волк потрясенно выдохнул:

- Оп-па!

Ризен тряхнул левым запястьем, поправляя браслет «Ролекса». Реакцию владельца виллы невозможно было отследить из-за пышных усов и свисающей челки.

Волк потрясенно качал головой, не в силах поверить своим глазам. Дик же с недоумением переводил взгляд с волка на «немца» и никак не мог понять: жалеть ли о том, что он оставил автомат в машине, или нет?


В зале никто не двигался. На всякий случай Дик прижал Гюлю к себе.

Внезапно усы ризена поднялись, демонстрируя крепкие белые зубы, и вся морда растянулась в широкой улыбке:

- Ну что, командир? Сколько лет, сколько зим?

Волк потрясенно развел лапы:

- Руди, ты?! Глазам не верю! – Винсент протянул шнауцеру лапу.

Ризен пожал ее, глядя в глаза Винсента, после чего сгреб Полковника в объятия и похлопал его по спине. Отпустив слегка помятого волка, пес небрежно махнул ожидавшим у входа пинчерам:

- Свободны.

Оба «цербера», щелкнув каблуками и отдав честь, торопливо вынырнули за дверь.

Шнауцер посмотрел на Дика с Гюлей, а потом перевел взгляд на волка:

- Командир, неужто ты остепенился? - Ризен кивнул в сторону Дика с Гюлей. - Твои?..

- А?.. - Винсент обернулся: - Нет, что ты. Когда б я успел? Это мой курсант, зовут Ричард.

Ризеншнауцер шагнул к Дику и протянул лапу:

- Рудольф. Для друзей - просто Руди.

Дик машинально ответил на рукопожатие:

- Дик.

Хозяин виллы кивнул и повернулся к лисичке:

- А эта молодая леди? – Официальным тоном осведомился он.

- Эту молодую леди зовут Гюля, – В тон ему отозвался волк, - И она нас сопровождает.

При этих словах «молодая леди» скромно опустила глазки, а ушки у неё стали розовыми на просвет. Заметив смущение лисички, Полковник решил сменить тему разговора и хлопнул «немца» по рукаву его дорогого костюма:

- Руди, я в шоке. Как?! – Волк выразительно развел лапы, обводя обстановку.

Шнауцер махнул лапой:

- Пошли, расскажу.

Проследовав за шнауцером, волк с щенками оказался в светлом зале, оформленном в тех же цветах, что и прихожая. Помещение, скорее всего, служило для отдыха: весь центр зала занимали огромный угловой диван из черной кожи и пара таких же кресел. Между ними примостился стеклянный журнальный столик, в углу стояли небольшой бар и огромный холодильник. Вся комната была залита светом из высоких окон, которые заменяли в этом зале внешнюю стену.

За окнами расстилалась бетонная площадка, наполовину занесенная мелким бежевым песком. За бетоном сразу же начинался стандартный Катонийский пейзаж – унылая песчаная равнина, поросшая мелкими островками чахлой травы и худосочными кустиками, залитая безжалостным солнцем. А на краю этих песков - у самого горизонта - виднелись какие то строения, напоминавшие руины аэропорта.

Но волка потряс вовсе не вид на пустыню, а то, что стояло на бетоне в десятке метров от дома.

- Матерь божья, – выдохнул Винсент. - Вертолет!

На выжженном солнцем бетоне стоял легкий вертолет «Белл 206 Кайова-Уориор», своим видом напоминая огромного черного каракурта.

Но больше, чем вид самого вертолета, волка удивил блок наведения ракет и свисающий с пилона машины шестиствольный пулемет «Миниган» с темпом стрельбы в килограмм свинца в секунду.

- А-а, этот… - ризеншнауцер небрежно пожал плечами. – Я его на распродаже купил.

- На распродаже?! – Волк недоверчиво покосился на хозяина виллы.

- Хе… ну, конечно, на специальной, а не для домохозяек. – Шнауцер усмехнулся и открыл холодильник. - Пакистанцам позарез нужна была валюта, и они согласились скинуть мне эту ласточку.

- И почем? – Поинтересовался Винсент.

- Точно не помню. – Мотнул головой шнауцер. – Лимон двести, если не ошибаюсь.

Достав из холодильника тарелку, заваленную ломтиками красной рыбы, Рудольф направился к дивану.

Покосившись на «немца», Полковник вздохнул:

- Руди, ты мне одно объясни: откуда у отставного сапера такие деньги?!

Ризеншнауцер поставил тарелку:

- Ну, во-первых, не сапера, а капитана инженерного подразделения сил спецназначения. Во-вторых, о расформировании я знал заранее, так что у меня было время позаботиться.

- О чем?

- О пенсионной надбавке. – Хмыкнул шнауцер. – Помнишь то дело, где нам нужно было зачистить торговое судно, на котором сепаратисты перевозили оружие?

Волк кивнул и продолжил:

- А потом тебе приказали вывести его в море и затопить. Причем тут это?

Шнауцер ехидно улыбнулся и прищурился. Волк непонимающе сморгнул, глядя на улыбающегося Руди. Внезапно у Полковника округлились глаза:

- Нет. Ты же не хочешь сказать, что…

Улыбка шнауцера стала еще шире:

- Именно!

- Бог мой! – Выдохнул Полковник. - Да на том корыте даже танки были!

- Именно поэтому я его притарил для себя. Парней оставил следить за судном, а сам поспешил в контору, – хохотнул ризеншнауцер и мечтательно улыбнулся. - И как только с нами расплатились, я со своими бойцами двинул сюда.

- Но почему сюда? – Спросил волк. - Вон мы с Диком были в Касйокиаре, тоже неплохой городишко…

Шнауцер отмахнулся:

- Фигня. Тут сохранился завод по производству консервов и небольшая фармацевтическая фабрика.

Волк понимающе кивнул: консервы и медикаменты в стране, где постоянно идет война, ценятся на вес золота; город, где есть и то, и другое, подобен Клондайку.

Ризеншнауцер откинулся на спинку кресла и продолжил:

- По ходу дела отряд пополнился профессиональными наемниками. Денег я не жалел, и когда прибыл сюда, у меня под командой было уже порядка полутора сотен бойцов при пяти русских Т-64 и нескольких БТРах. Потом еще приподнял один Т-55М и пару американских вертушек «Ирокез». Пришлось еще доставать бульдозеры...

Полковник удивленно поднял брови:

- Бульдозеры? Нафига?

Шнауцер пожал плечами:

- Ну... Укрепления сами не построятся. Кроме того, завод требовал ремонта.

- А он что, все еще работал? – Удивился Винсент.

- Нет, - покачал головой шнауцер, - мы его восстановили. Тут было все разрушено - все линии электропередач, водопровод… Ни одной целой дороги… Нам пришлось восстанавливать каждый столб, каждую водокачку. Я ж, как-никак, инженер,– несколько смущенно заметил хозяин виллы. - Кроме того, тут вообще не было власти! Я имею в виду правительства, мэра, – уточнил шнауцер. – Так что тут творился беспредел. Пришлось наводить порядок.

Рудольф плеснул мартини себе и волку:

- К примеру, недалеко отсюда, на окраине, есть небольшое поселение этнических кроликов. Очень милые и абсолютно неагрессивные существа. А местные шакальи кланы повадились их терроризировать. Нападали ночью и учиняли резню. Причем резали всех без разбора: и самочек, и ребятишек, и маленьких, и больных…

Шнауцер грустно взглянул на волка:

- Жаловаться было некому, поэтому кролики даже и не пытались. Только по ночам тряслись, чтобы к соседям, а не к их семье горе пришло… Я об этом узнал случайно - проезжал через тот район сразу после ночного побоища. Даже глазам сначала не поверил… В общем, я там блокпосты выставил, а на блокпостах танки и БМП окопал. А ночью встретили уродов изо всех стволов…

Руди отхлебнул из стакана:

- На следующее утро по городу пополз слух, что появился новый мэр. И с тех самых пор я весь в работе, – рассмеялся ризеншнауцер.

- Кстати, о работе. - Руди подался вперед. – Ты же, командир, ко мне не для того приехал, чтобы делами моего пенсионного фонда интересоваться? Рассказывай, что там у вас случилось.

Полковник грустно кивнул:

- Ты, прав, я тут по делу. – Волк тоже наклонился к собеседнику. – Слышал о Теодоре Сандерсе?

Ризен кивнул.

- Он хочет провернуть одно дело, которое не нравится конторе. – Волк усмехнулся. - И мне надо на него слегка надавить, чтобы он передумал.

Шнауцер закрыл глаза и откинулся в кресле, затем медленно покачал головой:

- Не выйдет.

- Почему?

- Он второе лицо в стране. Более того, если он решил что-то сделать, то ни контора, ни правительство ему не указ.

- А если его припугнуть военной операцией против него самого?

- Не прокатит. У него своя маленькая армия с артиллерией и вертолетами.

- Хочешь сказать, что он круче тебя? – попытался пошутить Полковник.

Руди даже не улыбнулся.

- У него порядка пяти тысяч профессиональных солдат, два десятка советских Т-72, несколько машин БМ-21 «Град» и звено экспортных «Хиндов». - Шнауцер покачал головой. - Любая операция против него выльется в полномасштабный конфликт. Так что вам придется перейти к другому плану.

Полковник нахмурился и недовольно засопел.

- …Я так понимаю, другого плана нет. – Констатировал ризен.

- Ну, типа того… - вынужден был согласиться волк.

- Вашим стратегам надо зарубить на носу - Сандерс недосягаем, как луна на небе. Его нельзя запугать, его можно только чем-нибудь заинтересовать.

Волк покосился на ризена:

- А если его купить?

Руди неопределенно мотнул головой:

- Можно попробовать… Не исключено, что его заинтересует доля в береговых разработках.

В этот момент Винсент обратил внимание на лисичку – та тихонько пристроилась к тарелке с рыбой и потихоньку ее осваивала. Волк поднял Гюлю за подмышки и посадил рядом с собой.

- В гостях так не принято…

Лисичка виновато покосилась на волка.

Руди развел лапами:

- Как не принято? Пусть ребенок ест, что ты к ней пристал?

Полковник отмахнулся:

- Да ничего… Просто мы не успели позавтракать…

Шнауцер всплеснул руками:

- Как? Щенки не кормлены, а мы тут всякие глупости обсуждаем! Надо было сразу сказать… - Поднявшись с кресла, Руди призывно махнул лапой:

- Пойдемте на кухню - я скажу, чтобы вам чего-нибудь приготовили…


***


На кухне они встретили дородную бобриху, которую - как она сама представилась - звали Паула. Несмотря на весьма солидные габариты, она перемещалась по кухне не без изящества, ухитряясь следить за несколькими кипящими кастрюлями разом.

Увидев лисичку, Паула всплеснула короткими лапками:

- Бог ты мой, Пресвятая Дева Мария, ребенка заморили голодом!

Со свойственной всем бобрихам энергичностью она тут же принялась за исправление ситуации. Спустя несколько секунд на столе перед Диком с Гюлей возникли свежий белый хлеб, домашнее масло и всевозможные соленья и копчености.

Убедившись, что со щенками все будет в порядке, полковник повернулся к Руди:

- Скажи, от тебя можно позвонить? Надо срочно связаться с нашими, пусть думают, что делать с этим Сандерсом.

Ризен выпятил нижнюю губу:

- Обижаешь, конечно можно.

- Это хорошо. Просто я думал, что линию могли повредить.

- Опять обижаешь… - Ухмыльнулся Руди, - у меня выделенный спутниковый канал. Если очень захочется, можно вообще видеоконференцию провести.

- Нафиг конференцию, - Отмахнулся волк, - мне надо просто позвонить.

- Да мне без разницы, – пожал плечами шнауцер, - пошли, провожу.


***


Спустя несколько минут, наскоро перекусив, Дик встал из-за стола и подошел к хлопочущей у плиты кухарке:

- Простите, а вы не подскажите, куда пошли мой шеф и… - Дик замялся в сомнении, не зная, как назвать шнауцера, - и-и-и… господин… э-э… Рудольф?

Заметив, что бобриха улыбается, Дик почувствовал, как у него краснеют уши.

- Ой, тоже мне, «господин»… - Бобриха шутливо махнула на него полотенцем. - Да наверху они, в комнате с этим… как его… с «ентернетом».

Поспешно ее поблагодарив, Дик оставил лисичку на попечение Пауле, а сам поспешил на поиски Полковника.

Волка он нашел в кабинете на втором этаже. Полковник сидел на стуле, прижав к уху массивную трубку спутникового телефона. Опираясь задом на край тумбочки, рядом примостился шнауцер, который внимательно следил за реакцией волка.

Несколько раз кивнув, Полковник поднял морду на ризена:

- Они хотят знать: сколько у нас времени?

Руди пожал плечами:

- Месяц, может полтора. В любом случае, до начала осени Сандерс выкобениваться не станет.

Волк снова опустил голову:

- От сорока до пятидесяти дней.

Выслушав трубку, Полковник устало согласился:

- Понял. - Нажав кнопку «END», он передал телефон шнауцеру.

- Ну как? – Осторожно поинтересовался Руди. – Что они сказали?

Винсент посмотрел на «немца»:

- Мне дали зеленый свет. Похоже, они там капитально обделались, узнав, кто такой этот Тэдди Сандерс…

Ризен потер усы:

- Пятьдесят дней. У тебя тысяча двести часов, командир, чтобы придумать, что можно дать Тому, У Кого Все Есть…


***


Весь оставшийся день волк и Дик обустраивались на вилле ризеншнауцера и перетряхивали содержимое джипа. А вечером, помывшись, переодевшись в чистую форму и уложив спать лисичку, они направились на площадку за домом.

Чуть в стороне от вертолетной площадки их уже ждал огромный костер, над которым висела туша овцы, медленно истекавшая жиром. Вокруг костра собралась целая компания, причем большинство присутствующих были известны Полковнику. Двое доберманов, сидевших на корточках у костра, и ротвейлер, развалившийся в раскладном стуле, были одеты в форму «цербера»; они, судя по всему, работали на «немца». Рысь, как и владелец виллы, был одет в спортивный костюм. Кроме них, рядом с Руди стояла девушка-ризеншнауцер, ровесница Дика. Она что-то говорила Руди на ухо, а тот, чуть наклонившись к ней, слушал; через несколько секунд после появления волка с щенком ризен кивнул, и довольная девчонка поспешила по тропинке к дому. На дорожке она приветливо улыбнулась Дику, бросила через плечо кокетливый взгляд и скрылась в доме.

Убедившись, что все собрались и уже успели расположиться вокруг костра, Руди хлопнул в ладоши:

- А теперь - немного для аппетита. – С этими словами он начал одну за другой доставать бутылки из корзин, стоявших на столе. При появлении бутылок гости сразу оживились, послышались шутки и смех. Дик расслабленно развалился на раскладном стуле возле грузного ротвейлера, ожидая главного блюда.

По мере готовности мясо срезали и употребляли с зеленью, а то и просто запивали вином. Когда все наелись, разговор как-то сам собой свернул в профессиональное русло. Рысь оказался пилотом той самой «Кайовы», оба добермана – отставными рейнджерами, бывшими сослуживцами Полковника, а полный ротвейлер - сапером.

За этот вечер Дик услышал о военном деле больше, чем слушатель иной академии за год. Так, он узнал, что пластиковая взрывчатка на самом деле всего на треть мощнее тротила, и что ее получают, пластифицируя обычный гексоген. Что многие из взрывчаток токсичны настолько, что после работы с ними надо обязательно мыть руки. Что «Бангалорская торпеда» на самом деле используется на суше, и торпедой только называется. И что на пистолеты системы Браунинга не стоит вешать глушители, потому что может накрыться автоматика…

Но больше всего присутствующих повеселил рассказ одного из доберманов. Его звали Роджер, и до полка рейнджеров он успел поработать в полиции одного из европейских государств.

- Был у нас один случай, - начал пинчер, хитро прищурившись, - меня только назначили в группу быстрого реагирования. Для тех, кто не знает, – Роджер обвел всех присутствующих взглядом, – это нечто вроде СВАТа у янки или русского ОМОНа. Ну так вот, в один прекрасный день в диспетчерскую поступает звонок о нападении на университет…

Пинчер сделал паузу и, отрезав еще кусок мяса, запил его вином.

- …нам сообщают, что, мол, из здания доносятся крики. – Роджер развел лапы. – Ну, мы, естественно прыгаем в машину и на всех парах летим к указанному учебному заведению. А поскольку речь шла о нападении, то мы ехали при полном параде – в бронежилетах, в касках и с боевыми карабинами наперевес… Прибыв на место, мы узнаем у перепуганной вахтерши, что напугавшие ее крики доносятся из жилых комнат местного общежития. Ну, мы рысью туда; поднимаемся на этаж, вышибаем дверь, и что мы видим? – Доберман оглядел всех с хитрой миной. - На старой кровати лежит молоденькая лисичка, а ее «в два смычка» дерут двое таких же щенят, а рядышком с кислыми рожами ждут своей очереди следующие юнцы.

Сидящий радом пинчер хохотнул, Роджер тоже осклабился, и продолжил:

- Наступает неловкая пауза, в течение которой «бутерброд» никак не реагирует на наше шумное появление, и продолжает двигаться, охать и стонать. Понимая, что надо что-то сказать, наш лейтенант мямлит: «Оперативная группа…» - и осекается, понимая, что это не к месту. И в этот момент тот щенок, что был на верху «бутерброда», поднял голову и, продолжая свое дело, командным тоном отрезал: «Не колышет! Оперативная группа, в общую очередь!».

Когда смех вокруг костра поутих, рысь кашлянул со своего бревна, чтобы привлечь внимание:

- А у меня вот такая история… Лет пять назад летал я на советском «Ми восьмом». Хорошая машина, надежная. Летал я себе и не знал проблем, пока не прислали нам в отряд нового начальника, майора. Я когда его увидел, даже сначала глазам не поверил, - рысь картинно потер глаза кулаками под всеобщий смех, - …кролик! Кролики и так довольно нервные существа, а этот вообще какой-то шизанутый был, все время куда-то бежал, торопился. И лез куда не надо, никого не слушая. Вот эта торопыжность и высокомерие его и подвели…

Пилот, усмехнувшись, посмотрел на догорающий костер:

- А было дело так. Меня послали на «большую землю» за грузом, - рысь неопределенно махнул лапой, - я уж и не помню, что там было, да и не важно это. Послали согласно оговоренному расписанию. То есть, все оговорено, чин–чинарем, а этот кролик взвился, мол, как это кто-то без его ведома отчалил? Так что когда я назад полетел, он меня уже ждал на посадочной площадке и не дожидаясь, пока вертолет коснется земли, ломанулся к борту и схватился за порог бокового люка…

Рысь выдержал театральную паузу, в течение которой волк и ризен потихоньку начали веселиться под непонимающими взглядами слушателей.

- Так вот, - пояснил непонимающим рысь, - в полете вертолет накапливает нехилый заряд статического электричества. Поэтому приближаться к нему, пока он не коснулся земли, нельзя. А уж тем более хвататься за корпус. Иначе может даже убить… Кролика не убило. Но долбануло ТАК, что его буквально отшвырнуло от борта. Когда я выскочил из кабины, он больше напоминал не кролика, а чау-чау. Причем по шерсти у него скакали электрические искры, придавая ему какой-то сказочный, просто-таки неземной вид… Когда мы подошли поближе, он ничего не соображал и просто вылупился на нас, и тут у него меж ушей, - рысь коснулся пальцем своих кисточек, - Прям вот тут вот, проскочила самая настоящая мини-молния… С тех пор его иначе как «Энерджайзер» не называли…

После рыси свою историю рассказал ротвейлер, потом опять доберман. Но Дика хватило ненадолго; он искренне веселился, но полный желудок, позднее время суток и алкоголь сделали свое дело, и щенок, невзирая на шум и разговоры, заснул.

Проснулся он оттого, что его тормошил волк:

- Эй, не засыпай. Мне тебя потом в дом тащить.

Ризен кивнул волку:

- Пусть пойдет в дом, Лия ему покажет комнату.

Дик не возражал. Оставив свой нагретый стул с пустым стаканом, он махнул лапой: «Всем спокойной ночи», - и, пошатываясь и позевывая, направился по тропинке к дому. Уже в дверях он запоздало сообразил, что ему сейчас предстоит искать эту самую Лию в большом темном доме. Он с тоской вспомнил, что сейчас слишком поздно, поэтому он не сможет навестить единственную знакомую из обитателей дома, Паулу, и спросить ее о Лие. Но тут щенок заметил полоску света, светившую с лестницы на второй этаж.

Немного помявшись у косяка, Дик решил, что где свет, там и обитатели дома, а у них можно спросить о Лие. Подобное умозаключение его вполне устраивало, поэтому Дик поднялся по лестнице. На втором этаже светился только один дверной проем, и щенок, пошатываясь, направился к нему. Комната оказалась спальней. Заглянув внутрь, Дик увидел Гюлю. Лисичка сидела на постели и весело болтала с девушкой-ризеншнауцером - той самой, которую Дик уже видел у костра. На тропинке их встреча была мимолетной, и Дик не смог как следует разглядеть девушку. Сейчас же он спокойно ее рассматривал - не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что она родственница Руди - вероятнее всего, дочка или племянница. От Руди ее отличала не такая длинная шерсть на мордочке, а из всей полагающейся шнауцерам богатой растительности девочка унаследовала только очень пышную и длинную челку.

В этот момент Гюля заметила появившегося в дверях Дика и радостно пискнула:

- О-о! Дик пришел!

Девушка-шнауцер обернулась и, увидев щенка, улыбнулась:

- Привет!

Дик неопределенно махнул лапой и выдал усталую улыбку:

- Привет. - Он оперся на притолоку и поинтересовался, - А вы не знаете, где найти Лию?

Девушка-шнауцер улыбнулась еще шире:

- Это я.

Дик замялся:

- А-а… Мне сказали, что ты сможешь мне показать, где спать… - Он не успел договорить, как Лия встала с постели:

- Пойдем, я тебе покажу.

Перед выходом она выключила свет в комнате Гюли и пожелала ей спокойной ночи. Спальня Дика оказалась за соседней дверью, Дику досталась такая же комната, как и Гюле.

- Здесь шкаф, тут дверь в ванную...

То, что ванная была в каждой спальне, сильно удивило Дика, но он промолчал. Пес присел на кровать и огляделся.

Лия посмотрела на Дика:

- Еще что-нибудь нужно?

Щенок отрицательно помотал головой.

- Ну, тогда я пойду?

Дик поднял лапу:

- Можно вопрос?

- Ну, если только не личный. – Улыбнулась девушка-шнауцер.

- Это как сказать, - Замялся Дик. - Я хотел спросить, почему ты, – он посмотрел Лие в глаза, - сама занимаешься нами? Разве кроме Паулы, у вас никто больше не работает? Я имею в виду, по дому. – Уточнил Дик.

Лия внимательно посмотрел на Дика:

- Нет, Паула у нас работает не одна, но вы папины гости. – После чего она снова улыбнулась. - Еще что-нибудь?

Дик замотал головой:

- Нет, большое спасибо…

Когда за Лией закрылась дверь, Дик некоторое время сидел на кровати и пытался собраться с мыслями, затем начал медленно раздеваться. Выключив свет, он нырнул под простыню, которая по причине жары на улице заменяла одеяло. Некоторое время он лежал в темноте, прислушиваясь к звукам этого незнакомого дома.


***


С момента приезда к Руди прошло несколько дней. Полковник целыми сутками проводил видеоконференции со штабом, а то и просто сидел на телефоне, обзванивая всех, кто мог хоть чем-нибудь помочь в сложившейся ситуации. А Дик был предоставлен самому себе. Он разленился и начал вставать во второй половине дня. Все дни напролет он проводил в компании Гюли и Лии, дурачась и убивая время.

На третий день Лия познакомила его с Эрвином, водителем своего отца – тем самым овчаром, который мыл машину в день их приезда. Теперь, если Дик не шлялся с девчонками, то пропадал в гараже у овчара – тот знал кучу интересных и полезных вещей. По большому счету, жизнь у Дика стала - лучше не бывает…

Но иногда, сидя за столом и глядя в полную тарелку, Дик вспоминал о тех временах, когда он доедал на помойке объедки с хозяйского стола; от злости у него на загривке вставала шерсть. От злости даже не на хозяев - на себя, за ту идиотскую радость, которую он испытывал от поедания объедков. Те, кто это замечал, ничего ему не говорили, справедливо считая, что не стоит теребить пса, когда он в таком состоянии.

Но однажды, когда Дик прогуливался за домом, к нему подошел Руди и поинтересовался:

- Можно спросить?

Дик удивленно повернулся к ризену:

- Можно…

- Кого ты так ненавидишь?

Дик покосился по сторонам и буркнул:

- Никого…

- Послушай, - покачал головой шнауцер, - твой шеф тоже молчит. Но он привел тебя из Пшамана. Тут не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, кем ты там был...

При этих словах Дик зажмурился. Он успел узнать Руди настолько, чтобы понять, что у того хватит такта воздержаться от злорадного смешка или холодного отторжения, но дальнейшие слова ризена удивили Дика.

- И что с того, что ты был невольником?..

- Действительно, - горько усмехнулся Дик, - подумаешь, не повезло…

- Не повезло, - Повторил за ним ризен и тут же переспросил, - а что значит - «не повезло»?

Дик удивленно воззрился на шнауцера.

- Я вот, к примеру, - продолжил Руди, - родился в нормальной стране. Жил в нормальном городе. Но мне казалось, что моя жизнь скучна и незамысловата. А мне хотелось испытать настоящие опасности и поучаствовать в настоящих приключениях.

Руди хмыкнул.

- ...и я записался добровольцем в армию. Мне казалось, что так я смогу увидеть мир. Так и случилось…

Шнауцер вздохнул:

- А в нагрузку я два месяца просидел в джунглях, жрал сырых многоножек и пауков, меня избивали в застенках ротонбийские крысы, и я получил два ранения…

Руди встряхнул головой и повернулся к Дику:

- Нет-нет, сынок, не надо думать, что ты самый разнесчастный… Всегда есть те, кому повезло гораздо меньше…

Дик недоверчиво посмотрел на шнауцера:

- Кто, например?

Руди в упор посмотрел на Дика:

- Вот ты на плантации что делал?

Дик закатил глаза и неуверенно перечислил:

- Ну, я участвовал во вспашке земли, поливе, сборе травы… Еще в сушке и фасовке… - Тут он опустил взгляд на шнауцера. - Причем тут это?

- Значит, занимался сельскохозяйственными работами? – Кивнул шнауцер. - То есть, ты - фермер поневоле, так?

Дик вынужденно согласился.

- Ну так вот, - продолжил Руди, - а есть те, кого используют по частям, как доноров, или для йиффа… Им приходится еще хуже, чем тебе. И их никто не вытащит из этого дерьма. Они обречены… А тебе, сынок, выпал настоящий Джек-пот судьбы.

Дик с сосредоточенным видом пнул камешек:

- К вопросу о Джек-потах…

Руди с интересом повернулся к нему:

- Да?..

- Надо Гюле помочь… У нее на лапке номер. - Дик тронул себя за запястье. - Тут вот…

Руди сразу посерьезнел:

- Хорошо, что ты сказал. Сделаем.


***


После разговора со шнауцером жизнь Дика в корне изменилась.

Все началось с того, что утром его разбудил Руди и, не слушая жалобы и скулеж, потащил на пробежку. К ужасу Дика, шнауцер решил пробежаться до самого аэропорта.

Оказалось, что остатки аэропорта со всеми его взлетно-посадочными полосами и вилла ризеншнауцера были объединены одним очень длинным забором, образуя единый комплекс. С высоты его очертания напоминали зеркальное отражение гигантской буквы «Г», где короткий отросток венчался виллой шнауцера, а длинный являлся стандартной взлетно-посадочной полосой длиной в два километра, которая заканчивалась зданиями аэропорта.

Дик взмок, но задыхаться начал только у самого аэродрома. Тем не менее, через двадцать минут они добежали до первых строений.

Как оказалось, весь аэропорт - а точнее, его руины - был занят «церберами», превратившими его в своеобразную базу. Все, что когда-то разваливалось и рассыпалось, забытое и никому не нужное, солдаты ризеншнауцера восстановили и превратили в укрепрайон, благо бетона при постройке старого здания аэропорта не жалели.

Завидев здания аэропорта, Дик понадеялся, что Руди остановится и он сможет отдохнуть. Однако ризен и не подумал остановиться, и повернул обратно. На протяжении всего пути назад он постоянно подгонял выдыхающегося щенка:

- Шевелись, курсант!! Чего тащишься, как черепаха?!

Добежав до дома, Дик окончательно выдохся.

Обед Дик провел в компании Гюли и Лии, но после непродолжительного отдыха Руди потащил его в тренажерный зал.

А вечером Дик пришел в бассейн, но сидеть спокойно рядом с истомившейся за день от безделья лисичкой было невозможно. Дик неохотно, но все же начал подыгрывать… В результате до постели он буквально дополз - и тут же отрубился.

На следующее утро его снова разбудил Руди, и такой распорядок дня ожидал Дика в течение последующих недель.

Сначала Дик проклинал все и вся. А затем начал привыкать к такому образу жизни, тем более что он имел и свои преимущества. Когда Руди узнал, что Дик водил «Тойоту», он стал доверять ему ключи от своего «Виллиса», которым пользовался, когда кому-нибудь надо было быстро добраться до аэропорта или по мелочи съездить в город.

Помимо всего этого, Дик несколько раз участвовал во всевозможных учениях, проводившихся подразделением «церберов»; его даже запускали в «дом смерти». Этот фанерный лабиринт использовался как полигон для отработки навыков по зачистке помещений. При движении по его запутанным комнатам и коридорам необходимо было поражать «противников». Иногда «противником» были картонные мишени, иногда - другие бойцы; в этом случае все вооружались оружием для пэйнтбола.

Кроме этого, Дик несколько раз «сражался» за одну из сторон во время местных матчей по пэйнтболу. Во время одного из них чей-то шальной выстрел попал ему под хвост, и всю следующую неделю он был вынужден сидеть на стуле боком.

С момента побега с плантации Дик сильно изменился. Он окреп, отъелся и раздался вширь. Заморыш, который когда-то сбежал с волком, превратился в здорового пса.

А через три недели после памятного разговора Руди вызвал Дика к себе.

- Мне надо, чтобы ты съездил в другой район, – тон у ризена был деловой, но Дик заметил, что «немец» улыбается. - Там отдашь вот эти бумаги.

С этими словами ризен небрежно бросил на стол пачку заполненных бланков.

Дик удивленно взглянул на ризена:

- И ради нескольких бумажек кататься на другой конец города?

Руди окончательно расплылся в улыбке:

- Ну, во-первых, не на другой конец города, а в соседний район. А во-вторых, мне некого больше послать. - Руди сделал серьезную морду. - У меня завал, бойцов не хватает на улицах, а я их буду отрывать ради поездки на соседнюю улицу?! …Короче говоря, вот деньги на дорогу, - Руди вынул из кармана свернутые в тугой рулон купюры и небрежно бросил Дику.

Поймав брикет, Дик ошалело взвесил его в лапе и повернулся к шнауцеру:

- А…а… а что скажет Полковник?

Руди небрежно отмахнулся:

- Это я беру на себя.

Ризен потащил пса на первый этаж, в комнату, где за компьютерами сидела пара доберманов. Руди посадил Дика в кресло напротив белого экрана и кивнул пинчерам:

- Сделайте ему пропуск.

По бокам вспыхнули лампы. Дик не успел среагировать, как стоящий напротив фотоаппарат мигнул лампочкой, и пинчер щелкнул пальцами: «Готово».

Дик не понял, что готово, а Руди уже склонился перед монитором, на котором пинчер заполнял бланк пропуска.

- Пиши: Имя – Ричард. Фамилия… - Ризен призадумался, потом сказал, - Полковник не обидится… Руберо. Звание – Кадет.

Дик подошел к компьютеру – на экране монитора его физиономия уже была снабжена трафаретным фоном в виде формы «цербера», с флагом Катонии на заднем плане. Фотография была помещена на будущем бланке, и пинчер под руководством Руди забивал поля.

Как только Дик обзавелся пропуском, Руди потащил его в гараж. Заглянув в гараж, шнауцер гаркнул:

- Эрвин! Нам нужна машина!

Овчар вылез из-под поставленного над ямой «Кадиллака» и флегматично поинтересовался:

- Какая?

Шнауцер пожал плечами:

- Да без разницы

Эрвин пожевал губами и с прищуром посмотрел в сторону прикорнувших в тени «Юконов»:

- Двадцать четвертый подойдет?

- Вполне.

- Что это за двадцать четвертый? – Не понял Дик.

- Да госномер у него, - Руди изобразил в воздухе рамку и помахал пальцем, изображая надпись, - «двадцать четыре».


***


«Номер двадцать четыре» оказался огромным черным трехдверным внедорожником «Юкон». На номере сразу за витиеватой вязью красовались дублирующие знаки в виде арабских цифр «24», а выше располагалась массивная решетка радиатора с крупными буквами «GMC».

Дик обошел джип сбоку – но ничего нового, кроме того, что «Юкон» был установлен на пятиспицевые легкосплавные диски, не узнал. Вздохнув, он открыл огромную, будто от сарая, дверь, и залез в салон.

Усевшись на место водителя, Дик огляделся – вид внутри было несравнимо богаче, чем в их «Тойоте». Светло-серая кожа сидений и два оттенка серого в пластмассовой отделке салона. Над прямой приборной доской, прямо над темным окошком климат-контроля, чужеродным куском чернела коробка радиотелефона, а над ней, на потолке, был закреплен ЖК-монитор с системой GPS. Ниже кондиционера располагался кронштейн с поблескивающим воронением дробовиком.

Дик посмотрел на огромный капот и на долю секунды пожалел, что согласился на эту поездку. «Юкон» почти вдвое превосходил их старую «Тойоту», и за его рулем рыжий чувствовал себя водителем карьерного самосвала.

Но отпираться было уже поздно, и Дик, вздохнув, повернул ключ в замке зажигания. «Юкон» отозвался добродушным рыком, переходящим в тихое урчание. Дик перевел рычаг под рулем джипа в положение «D» и медленно двинулся к выезду с виллы.

В этот момент Руди нос к носу столкнулся с Полковником, выходящим из комнаты для переговоров. Завидев ризена, волк разразился тирадой, сопровождая ее энергичной жестикуляцией:

- Ты представляешь, они с самого начала знали, что компания Сандерса положила глаз на береговые разработки! И даже не подумали уведомить меня об этой «незначительной» детали! Они настолько охамели, что даже теперь не хотят признаться…

Тут волк обратил внимание на выезжающий джип. Он без малейшей паузы сменил тему:

- …У тебя что, силовики опять проводят спецоперацию?

- А? – Отозвался Руди. - …А! Нет, это Дик едет в город…

У волка отпала челюсть:

- Какой Дик? В какой город?!

- Да твой, - кивнул ризен, -… я его послал с бумагами.

- Руди, ты обалдел!! У тебя что - больше послать было некого?!

Полковник ошалело перевел взгляд с джипа на ризена и обратно:

- …Он водить еще толком не умеет!!! Какой город!?

- Да умеет он водить! – Парировал шнауцер, - Он последние несколько недель на моем «виллисе» до аэропорта и назад донесения возил.

- Это аэропорт! – Просипел волк. - Ты где на взлетно-посадочной полосе видел встречное движение?! А пешеходов ты там где видел?!

В этот момент «Юкон» выкатился за ворота и скрылся за стеной. Некоторое время из-за стены ничего не было слышно, а затем донесся рев пришпоренного двигателя джипа, который постепенно затих вдали.

Ризен довольно повернулся к Полковнику:

- А ты говорил, что он не умеет водить!

Волк оперся о перила локтями и прикрыл глаза лапами:

- Забудь…


***


Дорога оказалась намного проще, чем вначале думал Дик. Простые жители города хорошо знали джипы спецслужб своего мэра и шарахались от них заранее. Так что даже на самом загруженном участке - на одной из центральных площадей - Дик проехал без проблем. Толпа расступалась перед машиной и тут же смыкалась за ней.

И все же дорога до нужной части города заняла несколько часов. Указанный район располагался на другом конце города и представлял из себя скорее деревню, которая оказалась в пределах города из-за разрастания городских окраин.

Дик без проблем нашел указанный Руди адрес – по нему располагался большой охраняемый склад. Щенок просто протянул начальнику склада стопку бумаг, тот без церемоний смахнул их в ящик стола, после чего Дик ушел.

Забравшись в «Юкон», Дик уставился в спидометр – он впервые не знал, что делать дальше. Всю жизнь он выполнял поручения и приказы, а сейчас впервые надо было думать самому. В конце концов, он решил просто вернуться на виллу. Тихо урча, «Юкон» развернулся поперек улицы и покатился назад.

По пути на виллу Дик уже не торопился, ехал медленно. Но любой дорожный полицейский пришел бы от его стиля езды в ужас, так как щенок не смотрел на дорогу. Дик просто придавливал педаль газа, а сам пялился в окно, изредка поглядывая перед капотом джипа.

Мысли его летали далеко отсюда. Он думал о том, как его вытащил волк, и о том, что сказал Руди. Ведь он действительно спас Гюлю, а значит, чуть-чуть уподобился Полковнику. От этих мыслей ему стало приятно. Все-таки Руди был прав – всегда есть те, кому не повезло…Дик усмехнулся, вспомнив одну из шуток, рассказанную в первый вечер на вилле у костра: «Кроме чужих неприятностей, есть еще и другие радости жизни».

…Внезапно перед капотом джипа мелькнуло рыжее пятно. Дик дернулся и ударил по тормозам. Джип, который катился с относительно невысокой скоростью, замер, но за мгновение перед этим раздался звук, от которого Дик вздрогнул – звук удара тела о машину.

Вывалившись из-за руля, Дик рванул к капоту джипа, чтобы узнать кого он сбил, и насколько сильно.

Перед капотом на земле лежал лисенок, постарше Гюли, но младше Дика, и с ошалелым видом моргал глазами. На мехе мордочки у него была черная «маска», одет он был в замызганную клетчатую рубашку-«ковбойку» и замусоленные спортивные брюки. Дик едва успел убедиться, что если лисенок и пострадал, то не сильно, когда из толпы протолкался рослый барсук и подскочил к ним:

- Бога ради, простите, господин… - обратился он к Дику.

Тут барсук развернулся, схватил почти поднявшегося лисенка за грудки и провесил ему звонкую оплеуху. Лисенок кубарем отправился обратно под кенгурятник джипа.

- Сколько раз я тебе говорил, говно, чтобы ты смотрел, куда несешься?!

Лисенок задрал мордочку с кровавым потеком из разбитого носа:

- Вы же сказали: «Бегом!», и я хотел… - лисенок испуганно заверещал с такой скоростью, что Дик еле успевал выхватывать отдельные слова.

Барсук задохнулся:

- …Так это Я виноват в ТВОЕЙ криволапости?!

- Нет-нет-нет!!! – Заверещал лисенок, испуганно сжимаясь в комок.

Дик стоял, обалдело глядя на происходящее. Тем временем барсук поднял лисенка и снова отправил его на землю оплеухой. Дику стало тошно от вида окровавленного ребенка. Он видал картинки и похлеще, но эта сцена разительно контрастировала с тем, что произошло за последние недели, и недавнего щенка слегка замутило:

- Эй, послушайте… - Он тронул взбешенного барсука за плечо.

- …А?! – Барсук поднял лисенка за грудки, сжав его загривок, и повернулся к Дику. – А-а… Господин, извините, я прослежу, чтобы такое больше не повторилось…

В подтверждение своих слов барсук грубо потряс зафиксированного лисенка. Глядя в его испуганные глаза, Дик вдруг решился:

- Если он вас так бесит, что ж вы его не продадите?

Барсук глянул на лисенка и усмехнулся:

- …А кому этот дармоед нужен? Разве что, когда вырастет, можно будет хвост на воротник пустить! – Барсук совершенно искренне расхохотался.

Дик снова посмотрел на окровавленную мордочку лисенка, затем спросил:

- И сколько ты за него хочешь?

Барсук перестал ухмыляться и серьезно глянул на Дика:

- А ты что, хочешь купить?

- Назови цену.

Барсук, прищурившись, покосился на «предмет торга»:

- Три тысячи.

- Пойдет. – Дик кивнул и полез в карман.

Когда барсук с лисенком увидели «рулон» денег, у них округлились глаза. Дик даже усмехнулся - настолько получилось синхронно. Особенно это было заметно у лисенка: казалось, что у него глаза стали размером с чайные блюдца.

Отсчитав три тысячи, Дик протянул их барсуку. Тот немедленно выпустил лисенка и цапнул пачку. Лисенок же шлепнулся на «пятую точку», и уже снизу продолжал с диким изумлением смотреть на Дика.

Дик тем временем выжидающе смотрел на барсука. Тот это заметил и удивленно воззрился на покупателя.

- Документы. – Объяснил ему Дик. – Соответствующие документы.

Барсук хлопнул себя по лбу и вскинулся:

- Конечно!!! Сейчас… – Вынув из кармана потрепанный бумажник, барсук с сопением начал копаться в его содержимом.

В это время Дик обратил внимание на лисенка. Он сидел у джипа и, похоже, никак не мог придти в себя после таких резких изменений в своей жизни. Заметив его потрясенный взгляд, Дик подмигнул ему, чем окончательно привел лисенка в замешательство.

В этот момент бывшего щенка привлек возглас барсука:

- Вот! – Из бумажника барсука на свет появился листок бумаги, склеенный пополам скотчем, и перекочевал в руки Дику. - Вот его документы.

Дик внимательно изучил протянутую ему бумажку. На ней была фотография лисенка и указание, что лис по имени Кир должен предъявителю сей бумаги полторы тысячи динаров.

Дик удивленно поднял голову на барсука:

- Но это долговая расписка!

- Вот именно, – усмехнулся тот, - «немец» запретил рабство. Так что этот, – барсук слегка пнул лисенка ногой, - твой должник. Попытается сбежать – значит, он эти деньги, - барсук неприятно ухмыльнулся и постучал пальцем по расписке, - у тебя украл. А за это рубят лапы.

Пока Дик моргал, пораженный изворотливостью местных торгашей, барсук спрятал деньги в бумажник и протолкался обратно к своей забегаловке. Убедившись, что самое интересное уже произошло, толпа зевак постепенно начала рассасываться.

Дик наклонился к сидевшему в пыли лисенку и протянул лапу:

- Вставай.

Поднявшись, лисенок потрясенно посмотрел в сторону ушедшего барсука, а потом перевел взгляд на Дика.

- Ну что? – Кивнул ему Дик. - Садись в машину. Поехали.

Когда Дик распахнул дверь, лисенок задержался в дверях, оглядел салон, и с уважением покосился на своего нового хозяина. Закрыв за лисенком дверь, Дик направился к двери водителя.

Расположившись на месте водителя, Дик посмотрел на лисенка. Тот, опасливо косясь на своего хозяина, всхлипнул разбитым носом и растер стекающую из носа кровь тыльной стороной лапы. По всей морде остались этакие кровавые «усы».

Дик молча достал чистый носовой платок и протянул его лисенку:

- Прижми к носу.

Лисенок дернулся, как от удара, и с ужасом уставился на протянутый платок.

- Да не дергайся ты так, - спокойно отозвался Дик, - я ж тебя не съем… Кстати, к вопросу о «съем». - Дик снова посмотрел на лисенка. - Ты давно ел?

Лисенок взял платок и, закусив губу, поднял глаза к потолку:

- Вчера. – И тут же опасливо покосился на Дика - вдруг тот разозлится из-за того, что ему лишний раз придется кормить лисенка.

Но Дик только произнес: «Понятно». После чего, звякнув ключами зажигания, кивнул Киру:

- А платок ты все-таки прижми.

Лисенок пожал плечами и прижал белый платок к разбитому носу.


***


Дик припарковался через пару кварталов возле более или менее приличной закусочной. Когда «Юкон» остановился, Дик повернулся к Киру:

- Ты курицу любишь?

Лисенок ошарашенно посмотрел на него:

- А что?

- Пошли, поедим.

Когда на столе перед лисенком возникла курица, он несколько секунд неотрывно смотрел на нее. Потом поднял глаза на Дика:

- Это мне? – Голос у лисенка звенел от напряжения.

- Да.

Кир подался назад, не в силах отвести взгляда от курицы:

- А…а… А что за нее надо будет сделать?..

Дик, который уже грыз своего цыпленка, выплюнул кость и улыбнулся:

- Ничего. Это твой первый обед на службе у «немца».

Лисенок напряженно посмотрел на Дика. Потом склонился над цыплячьей тушкой, взялся за лапки, но на всякий случай снова спросил:

- Точно?

Дик вытер лапы о салфетку:

- Точно.

- Точно-точно? – Хитро прищурился Кир.

- Абсолютно. – Медленно кивнул Дик.

После этого участь курицы был решена – через пару минут на тарелке белела только горстка костей. Вытирая мордочку от остатков жира, лисенок икнул и не смог сдержать любопытства:

- Скажи, а ты «немца» видел?

- Как тебя сейчас…

Кир подпер голову лапами:

- Мой бывший хозяин говорил, будто «немец» два метра ростом.

Дик помотал головой:

- Брешет. Он чуть выше меня…

Лисенок сложил лапы на манер школьника и положил на них голову:

- А ты кем у него работаешь?

Дик затруднился ответить кратко, и потому решил упростить ответ:

- Водителем.

- Водителем? – Кир удивленно поднял уши. - А что ты умеешь водить?

- Ну-у…

- Грузовики можешь?

- Могу.

- А броневики?

Дик вздохнул:

- Могу. Только не «броневики», а БэТээРы. – Решив упредить новые вопросы, он перечислил. - Могу и легковушки, и грузовики; и с ручными коробками, и с автоматами, и даже танки.

- А какие танки ты умеешь?

- Любые.

- Любые? – криво усмехнулся Кир. Он явно не поверил.

Дик икнул:

- А что? Управление любой гусеничной машины построено по одной схеме. Научишься водить одну такую машину - и с другими разберешься.

Кир, войдя в раж, подался вперед:

- Я знаю, что ты не умеешь водить! - И довольно выпалил, – Вертолет!

Дик закатил глаза, припоминая, что ему рассказывал рысь-пилот, и уверенно кивнул:

- Умею. Гипотетически.

Последнее слово сразило лисенка. Кир, раскрыв рот, смотрел на пса, который не просто умеет управлять вертолетом – а еще и «гипотетически»!

- Ну ладно. – Хлопнул по колену Дик. - Пора собираться.

Кир весело выскочил из-за стола, а у Дика было не столь радужное настроение. Он купил лисенка, не спросив разрешения ни Руди, ни тем более волка. И как они отреагируют на его поступок, он не знал.

В машине лисенок заметил напряженное выражение морды Дика и тут же насторожился:

- Что-то не так?

Дик покачал головой:

- Нет, все в ажуре. Поехали уже.


***


Блокпост у въезда на виллу они проехали без проблем. Доберманы уже хорошо знали Дика и ограничились поверхностным осмотром – то есть просто глянули в салон. Дик помнил, как волк отреагировал на лисичку, поэтому, оказавшись на вилле, он решил сначала поговорить с Руди. Бывший щенок уже собирался отправиться на поиски шнауцера, когда Дика окликнул сам ризен:

- Ты так быстро вернулся? Ну, проходи, расскажешь, что и как…

И Дику ничего не оставалось, как уныло последовать за Руди в его кабинет. Заметив настроение своего начальника, лисенок тоже забеспокоился.

В кабинете Руди оперся задом о стол и скрестил лапы на груди:

- Ну, рассказывай, почему ты так быстро, что произошло, и кто это, – ризен кивнул в сторону лисенка.

Отступать было поздно, и Дику не осталось ничего другого, как предъявить свою покупку.

- Это Кир…

- Исчерпывающая информация.

С этими словами Руди почесал лисенка за ухом. Тот перестал трястись и удивленно посмотрел на ризена.

- Я его на улице сбил. Пришлось купить.

- Купить? - Удивился шнауцер и почесал лисенку второе ухо. – Так я же запретил невольничество…

Кир зажмурился, теперь он лишь изредка подрагивал.

- Я знаю, – кивнул Дик, - но он официально был должником…

Ризен скривился:

- А… Знаю… От горшка два вершка, а уже должен четырехзначную сумму…

- Его хозяин бил. Я… - голос Дика дрогнул, - … не мог это так оставить.

Ризен посмотрел на щенка, но промолчал. Дик понял, что больше вопросов не будет.

В этот момент Кир очнулся от усыпляющего почесывания, уклонился от очередной попытки почесать его и улыбнулся Руди:

- А вы кто?

Ризен удивленно посмотрел на Дика.

- Его прошлый хозяин говорил, что «немец» – это двухметровая немецкая овчарка. – Пояснил Дик.

Шнауцер присел перед лисенком:

- Да-а?.. А что еще говорил твой хозяин? – По его тону Дик понял, что в Руди проснулось любопытство.

- Ну-у-у… - Протянул Кир. Ему явно льстило, что столь серьезный пес проявляет к нему такое внимание. - …еще он говорил, что «немец» очень богатый. Он этот… как его… - лисенок нахмурился, пытаясь вспомнить сложное слово. - Во! Олигахрен!

Голова Руди упала на грудь, и он мелко затрясся. Лисенок в недоумении повернулся к Дику.

Руди всхлипнул и, подняв голову, посмотрел на Дика.

- Молодец! – Он всхлипнул еще раз, - Дай ему что-нибудь цивильное и отведи к Пауле, пусть она его накормит.

- А мы уже ели! – Вскинулся лисенок.

- Правда? – Руди улыбнулся лисенку.

После чего опять посмотрел на Дика:

- Ну покажи его Лие, пусть посмотрит, чем его можно будет занять...

В дверях Дик повернулся к шнауцеру:

- Я хотел вас попросить…

- Да?..

Дик замялся:

- Понимаете... Шеф, то есть Полковник, скорее всего, будет против. – Заметив, что Ризен внимательно его слушает, Дик задержался. - Когда я привел Гюлю, он страшно разнервничался... А сейчас... – Дик просительно посмотрел на Руди.

Тот усмехнулся:

- Ладно… Я с ним поговорю.


***


Пока они с Киром шли к бассейну, лисенок успел закидать Дика вопросами. Если в машине пес показался лисенку серьезным и взрослым, то сейчас отношение Кира к нему изменилось. Лисенок стал считать Дика просто более взрослым, чем он сам, другом, с которым можно себе позволить гораздо больше, чем с хозяином. Когда они зашли в бассейн, Гюля плескалась в лягушатнике, а Лия в своем обычном купальнике-бикини сидела на бортике. Увидев Дика, она улыбнулась:

- Привет!

В этот момент Кир выглянул из-за Дика. Лия широко распахнула глаза:

- Ух ты, а это кто? - Легко вскочив, она шагнула навстречу.

- Вот, - Дик представил упирающегося лисенка, - его зовут Кир.

Лисенок возмущено глянул на пса, как будто его имя представляло военную тайну.

Лия присела на колено перед лисенком и погладила его по шерсти от носа до затылка, слегка прижав уши:

- Где ты его нашел? - Девушка-шнауцер несколько раз провела лапой по голове лисенка, окончательно его покорив. – Красивый!

Кир удивленно посмотрел на Лию. В жизни его материли, ругали, и даже пару раз похвалили, но «красивым» его назвали впервые.

Дик кивнул:

- Ага. Надо его переодеть. А потом можно в бассейн.

Лия встала и задумчиво посмотрела на Кира:

- Можно. Но сначала его надо вымыть. Он весь в уличной пыли.

Дик кивнул и повернулся к лисенку:

- Раздевайся.

- А может, не надо?.. – протянул Кир, прижав уши.

- То есть? – Нахмурился Дик, но тут же осекся, заметив осуждающий взгляд Лии. - Что?

- Не надо злиться… - Лия понизила голос. - Он просто стесняется. – Она покосилась в сторону взобравшейся на бордюр Гюли. – Отведи его в душевую, а я принесу чего-нибудь одеть.

- Ничего я не стесняюсь. – Пробурчал лисенок. Но в душевую пошел без дальнейших препирательств.


***


Волк появился спустя полчаса. Оглядываясь на «Юкон», на котором приехал Дик, он направился к Руди. Шнауцера Полковник застал на втором этаже, возле окна, выходящего на бассейн. Волк начал без предисловий:

- Ну что? Он уже вернулся?

В этот момент Винсент мимолетно глянул в окно на бассейн и повернулся было обратно к ризену, но что-то привлекло его внимание, и он опять посмотрел в окно:

- Минуточку… Откуда еще один лисенок? Они что, почкованием размножаются?!

- Дик его привез.

- Откуда?! – Опешил Полковник.

- В городе купил. – Ризен привалился плечом к стене, не отрывая взгляда от бассейна.

- Откуда он взял деньги?!

Шнауцер вздохнул:

- Я ему дал. В городе без них никуда.

- Ну я ему задам!.. – Вскипел волк.

- Остынь, командир. – Флегматично отозвался Руди. – Не стоит поднимать шум из-за одного лисенка. Тем более… - Ризен повернул голову к волку, -…что он потратил всего часть денег.

- Одного?.. – Саркастически переспросил волк, - Одного?! О, нет!!! Я хочу ему задать трепку за нерациональное распоряжение средствами! У него был огромный девятиместный джип, а он купил всего одного лисенка! «Потратив только часть денег»!!! Какая бережливость!!! Надо было скупить всех лисят в городе – запастись заранее!!! Запыхавшись, Винсент сбился и возмущенно посмотрел на флегматичного ризена. Но тот медленно повернул голову в сторону окна и улыбнулся:

- Посмотри, она смеется...

Волк, опешив, подошел поближе и посмотрел в окно. Лисята, Дик и Лия с азартом играли на краю бассейна в игру, напоминающую помесь баскетбола с футболом. И именно в этот момент Дик бросил мяч Лие, а незнакомый Винсенту лисенок с широким белым «воротничком» и темной «маской» на морде перехватил мяч в полете и свалился в воду. Лия, смеясь, помогла ему выбраться.

- Ну вот, - Поморщился волк, - он еще и твой бассейн испачкал.

Но ризен не отреагировал на это замечание.

- Представляешь... - Руди, как зачарованный, смотрел в окно, - ...Раньше - до вашего приезда - она не смеялась.

Он повернулся к волку и растерянно посмотрел на него:

- Это ее первый настоящий смех за последние два или три месяца.

Полковник снова посмотрел в окно. Лия вытащила лисенка и теперь вытирала его полотенцем, из-под которого торчал только тонкий рыжий нос и мокрый хвост. Воспользовавшись таким положением, лисенок запахнулся в полотенце и начал изображать из себя не то обладательницу паранджи, не то монашку. Лия, смеясь, слегка шлепнула лисенка, но это только добавило тому азарта. В этот момент лисичка послала «артисту» мяч. Он отскочил от пола, и поскольку закутавшийся в полотенце лисенок не успел поймать мяч, тот хлопнул его в лоб. От удара лисенок потерял равновесие, и взмахнув лапами, шлепнулся в бассейн спиной вперед. Гюля испуганно вскрикнула, Лия с Диком резко подались к краю бассейна. Но лисенок вынырнул, тряхнул мордой, и ошалело захлопал глазами.

- До вашего приезда, - продолжил шнауцер, - ее невозможно было расшевелить. Она часами валялась с журналами, изредка ходила в бассейн.

Руди вздохнул.

- Теперь я понимаю, что ей просто было скучно. – Пес повернулся к волку. - А с появлением твоего кадета и его лисят все изменилось.

- Ага… - Кивнул волк, - Только ненадолго. – Он покосился на ризена. - Я как раз хотел с тобой обговорить свой отъезд.

Ризен, не оборачиваясь, помотал головой:

- Не-а…Рано.

- Что значит «рано»? – Не понял волк. – А когда будет нормально? Когда Сандерс двинет своих головорезов?

Руди скривился:

- Да не двинется он никуда.

- Откуда такая уверенность?

Шнауцер повернулся к волку:

- Сандерс обычно сидит в своей резиденции, у самой федеральной границы, в пяти днях отсюда…

Полковник встрепенулся:

- Это как у границы?! А зачем же меня послали в Пшаман?! Это ж в другой стороне!

Не отрывая взгляда от ребятни у бассейна, ризен рассеяно пожал плечами:

- А я откуда знаю? Но в Пшамане Сандерса никогда не было. Более того, он там практически со всеми на ножах.

- Офигеть!!! – Выдохнул волк. – Это значит, что я зря лез в этот гадюшник?!.. Вот блин! – Он экспрессивно всплеснул лапами.

- Так вот... - Продолжил ризен, - Живет он в хорошо охраняемом месте. И без необходимости из него не вылезает. Но... - Руди многозначительно посмотрел на Полковника, - ...но через неделю он переберется на свою «летнюю» резиденцию, в двух днях хода отсюда. Так что, командир, ты отправишься, как только получим сигнал, что он прибыл.

- А если он начнет операцию раньше? – Нахмурился волк.

- Не начнет.

- С чего такая уверенность?

Ризен снова посмотрел на волка:

- Оттуда неудобно будет руководить действиями в Пшамане. Для этого как нельзя лучше подходит его основная резиденция. А в этой он, видимо, просто проведет планерку со своими «полевыми командирами» перед самым нападением... В глубоком тылу и в полной безопасности...

В этот момент Лия заметила отца в окне и помахала ему лапой. Руди с улыбкой коротко махнул ладонью и повернулся к волку:

- Кроме того, как ты это себе представляешь? Сандерс, значит, просыпается однажды утром, и думает: «Дай-ка я развяжу гражданскую войну», и отдав приказ наступать, уезжает туда, где его никто не найдет. Так, что ли?

Шнауцер оттолкнулся от стены и направился к лестнице:

- Нет. Такие, как старик Тэдди, привыкли все хорошенько обдумывать. Он тихонько подведет войска к самой границе. Потом уедет туда, где совершенно точно нет информаторов пшаманских кланов, где и проведет инструктаж своих командиров.

Полковник серьезно посмотрел на ризена:

- А что, дома это сделать нельзя?

Руди замер на первой ступеньке:

- Можно. Но сложно. Северяне боятся его. И не жалеют денег за его секреты. Они могли бы что-нибудь пронюхать и попытаться принять контрмеры. А так у Сандерса и его командиров будет целая неделя на обсуждение конечного плана захвата северо-запада страны.

Шнауцер хмыкнул и двинулся вниз по лестнице.

- Ты сейчас куда?..

- Пойду к детям, пока они там друг дружку не утопили.

- Я с тобой! - Сорвался за ризеном волк.

Руди поднял лапу, преграждая путь Полковнику и, повернув голову, строго посмотрел через плечо:

- Только пообещай, что не будешь его пилить...

- Кого «его»?.. – Удивленно посмотрел на шнауцера Винсент.

Руди нахмурился, но ничего не ответил.

- Не буду, не буду... - Ворчливо согласился волк.

Когда они спустились, лисята уже плескались в бассейне – Лия учила их плавать. Дик стоял на краю, наблюдая за бултыхающимися лисятами. Едва завидев волка, он пожалел, что не полез в воду – тогда можно было бы отплыть к дальней стенке и еще некоторое время избегать неприятного разговора. Подойдя к Дику, Полковник мотнул головой в сторону:

- По-моему, нам надо поговорить.

Дик вздохнул и под встревоженным взглядом Руди поплелся за волком. Выйдя из помещения с бассейном, волк повернулся к Дику:

- Ты зачем его купил?

Дик сделал виноватое выражение морды:

- Гюля каждый вечер меня теребит, ей скучно одной... Вот я и подумал: что, если купить этого лисенка, то ей будет с кем играть, и она не будет доставлять хлопот...

Полковник прошелся из стороны в сторону и остановился:

- ...Хлопот она будет доставлять... А чем я их кормить буду? А? - Волк нервно потер лоб. - Руди легко говорить. А мне о щенках некогда думать, у меня проблем вот по сюда! – Винсент энергично приложил ладонь себе под челюсть.

Дик молча смотрел в пол – Полковник был прав, и возразить было нечего.

Винсент поднял взгляд на Дика - щенок удрученно смотрел себе на ботинки. Полковник вздохнул:

- Ну ладно... купил - и слава Богу. Но пообещай мне вот что... - Дик поднял голову и напоролся на жесткий взгляд волка. - ...Обещай, что это последний лисенок, щенок или любая другая дичь, которую ты приведешь с собой!

Не опуская глаз, Дик кивнул:

- Обещаю...

- Ну вот и славно! – Улыбнулся волк и хлопнул его по плечу. – Пошли назад, Руди, наверное, уже беспокоится...

Они вернулись в бассейн, и больше вопросов Полковник не задавал.


***


Уже через пару дней Дику осознал, что его план, согласно которому Гюля, заполучив себе друга, будет тихонько с ним играть, провалился с треском. Лисята были похожи на два магнита с одинаковой полярностью. Удержать их рядом друг с другом было невозможно. Пока рядом находились и Дик, и Лия, лисята сидели с ними. Но стоило их оставить, как два рыжих метеора исчезали в разных концах виллы.

Дик совсем было растерялся, но на помощь пришла Лия. Она догадалась привести рыжиков в домашнюю библиотеку.

Читать они не умели, но Кир тут же нашел подарочный иллюстрированный справочник по боевым вертолетам и устроился с ним прямо на полу. А Гюле Лия нашла книгу по замкам Германии. Больше всего лисичку потрясла фотография на развороте книги.

- Нойшванштайн. – Объяснила Лия. - Красивейший замок Баварии. А может быть, и всего мира...

Дик оторвался от фотографии отстреливающего тепловые ловушки «Сикорского» в справочнике Кира и поднял взгляд на Гюлю. Судя по взгляду лисички, в этот момент ее мечты обрели имя.

Второй «находкой» Лии стали карандаши. Переполненные впечатлениями от увиденных картинок, лисята попытались нарисовать все, что им понравилось. Высунув от усердия язык, Кир перерисовывал штурмовой вертолет, а Гюля пыталась срисовать хотя бы одну башенку баварского замка.

От безделья Лия сложила один из листков в самолетик и бросила его Дику. Поймав его, тот отправил самолетик обратно. После этого, сначала Кир, а потом и Гюля отвлеклись от своих рисунков и присоединились к Дику с Лией. Самолетик был перекрашен Киром в камуфляжные цвета, после чего вернулся в игру. В библиотеке места было мало, поэтому веселая компания спустилась на бетонную площадку рядом с вертолетом.

Через несколько минут самолетик закономерно улетел в сторону сухого кустарника за домом.

Гюля огорченно ойкнула, а Кир, слегка отдышавшись, заявил:

- Сейчас я его найду... - И нырнул в кусты, росшие за домом.

Над низкорослым кустарником был виден только стоящий трубой хвост лисенка – Кир с азартом настоящего охотника ползал в зарослях.

Лия махнула рукой:

- Брось. Мы сейчас другой сделаем.

Но лисенок уже успел войти в раж и продолжил поиски. Однако, едва Кир подполз к занесенному песком остову автомобиля в пятнадцати метрах от дома, он тут же резко вскочил сначала на капот, а потом и на крышу корпуса.

Друзья с удивлением смотрели на его пируэты.

- Тут змея!!! – В голосе Кира был неподдельный ужас.

Старшие переглянулись.

- Надо что-то делать...

Дик повернулся к Гюле:

- Пойду, посмотрю, что это за змея. Вряд ли все обрадуются, если мы поднимем шум из-за ужа. Если что, беги, найди кого-нибудь с оружием...

Но когда Дик обогнул последний куст, у него шерсть встала на загривке – он увидел, кого испугался Кир. Перед корпусом машины лежала свернувшаяся в клубок крупная гадюка, с ненавистью пялясь на недосягаемый источник шума на крыше автомобиля.

Кир испуганно вытаращился на замершего пса:

- Ди-ик... Сделай что-нибудь!..

- Сиди, где сидишь! – Дик показал на крышу машины. – Я сейчас вернусь.

Осторожно развернувшись, он побежал назад к Лие. Оббегая последний куст, Дик увидел Полковника, разговаривающего с Лией. Заметив встревоженный вид Дика, волк нахмурился:

- Что там?

- Гадюка.

- Точно?

Дик кивнул:

- Да! Огромная, такая, толще руки...

Гюля испугано пискнула и прижалась к Лие. Дик посмотрел на лисичку, и снова повернулся к волку:

- Что будем делать?

Полковник пожал плечами:

- Что и обычно. – И шагнул в сторону сидящего на крыше лисенка. Попытку Дика пойти с ним волк пресек короткой командой. – Останься с ними.

Все посмотрели ему в след. Поглаживая лисичку, Лия повернулась к Дику:

- Она и вправду такая здоровая?

Тот кивнул:

- Огромная. Я офигел, когда увидел...

Его описание было перебито одиночным хлопком пистолета со стороны машины. Обернувшись на звук выстрела, они увидели, как волк снимает с крыши Кира.

В это время со стороны дома с топотом выбежало несколько «церберов» с оружием наперевес. Увидев дочку хозяина, они устремились к ней:

- Откуда стреляли?

Один из них с подозрением уставился на копошащегося возле машины волка, но Лия поспешила все объяснить. Пинчеры не поверили:

- Змея у дома?

- Гадюка. – Уточнил Дик.

- Да пофигу... - усмехнулся другой «цербер», - Быть такого не может. Тут вдоль забора проволока под напряжение... Фигасе!..

Обернувшись, Лия увидела стремглав вылетевшего из зарослей Кира, а чуть поодаль - меланхолично несущего разорванную змею Полковника. Вот при виде гадюки «цербер» и выдохнул: «Фигасе!».

Волк подошел к столпившимся обитателям виллы и брякнул пресмыкающееся на бетон:

- Трофей. – Пояснил он.

Гюля высунулась из-за Лии, испуганно пискнула и снова спряталась за подругу. Со стороны могло показаться, что у Лии вырос роскошный рыжий хвост.

Присев рядом с тушкой, один из доберманов вынул нож и потыкал в останки змеи.

- Что тут такое? – Раздался голос Руди. Подойдя поближе, он уставился на лежащий на бетоне клубок. – Откуда это?

Волк указал лапой в сторону остова машины:

- Там подстрелил. Она этого, - Полковник похлопал стоящего рядом лисенка, - на крышу загнала.

Руди нахмурился и повернулся к пинчерам:

- Ганс, Ульрих, возьмите пару огнеметов, - ризен провел лапой по зарослям кустов, - и выжгите мне вот это все. Не хватало, что бы в десяти метрах от дома всякая ядовитая дрянь ползала.

Два пинчера козырнули и направились к дому. Руди крикнул им вслед:

- И возьмите несколько огнетушителей. Мне нужно, чтобы сгорели заросли, а не вилла.

После чего повернулся к дочке и лисятам:

- А вам лучше зайти в дом. – Руди посмотрел на свой «ролекс». - Сейчас как раз время обеда.

Лия обняла лисят и посмотрела на Дика:

- Ну что, пошли?..

***


В тот же вечер заросли были выжжены. Глядя на горящие кусты, Кир грустно вздохнул. Лия обняла его:

- Ты чего?

- Самолетик жалко. Мы его так и не нашли.

- Да ну его... - Махнула лапкой Лия. - Придумаем что-нибудь другое. Давай лучше кино посмотрим.

Лия организовала просмотр в центральном зале первого этажа дома. Единственным напоминанием о мероприятиях вне дома был запах гари, настойчиво пробивавшийся в помещение. Пришлось смотреть кино с закрытыми дверьми и выкрученным на максимум кондиционером. Дик с Гюлей расположились на диване перед телевизором, а Лия с Киром сбегали на кухню и вернулись с парой огромных пакетов с солеными орешками.

Фантастика, боевики, приключения – лисята смотрели все с открытыми ртами. Дик тоже забыл об орешках и полностью погрузился в просмотр очередного боевика, где очередной «качок» спасал мир. Но в какой-то момент пес заметил, что Лия с улыбкой наблюдает за ним. Дик поймал себя на том, что сидит с открытым ртом, сжимая в лапе орешек. Недовольно фыркнув, он откинулся на спинку дивана и попытался придать себе невозмутимый вид. Но после того, как он отвлекся, смотреть кино стало не так интересно.

За оставшееся до ночи время они успели посмотреть несколько фильмов. Лисята ушли наверх, позевывая и волоча по полу хвосты. На верхнем этаже, у двери своей комнаты, Дик повернулся к Лие:

- Надо было им с самого начала кино поставить.

Лия подавила зевок и кивнула.

- Ничего, завтра продолжим.

Наступила неловкая пауза. Наконец, Дик промямлил:

- Спокойной ночи.

Лия мягко улыбнулась и исчезла у себя в комнате.


To be continued...


***


На следующий день кино пришлось отменить. Рано утром, когда Дик с лисятами еще спали, Полковнику сообщили, что Теодор Сандерс прибыл на свою виллу.

Руди с волком тут же приступили к реализации своего плана. Для начала Винсент с Диком были снабжены костюмами, которые им полагалось надеть перед встречей с Сандерсом. На дорогу Дик с Полковником оделись в форму «Цербера». Шнауцер выдал волку транспорт - старая «Тойота» давно была отдана на растерзание службе аэропорта. Кроме того, она не подходила на роль автомобиля высокопоставленного офицера, поэтому в качестве замены Полковник получил один из «Юконов».

Волк покосился на Руди:

- Ты уверен? Тебе не жалко эту машину? -- Он кивнул в сторону джипа.

- Если вы не успеете, или с вами что-то случится, я потеряю все, что у меня есть. Мне не удержать порядок в городе, если с севера покатятся лавины беженцев и наемников Сандерса. -- Шнауцер повел плечом. - Так что это забота не только о вас, но и обо мне.

Руди оглядел джип и снова повернулся к волку.

- Машина снабжена всем необходимым для долгой поездки. Но!.. -- Руди полез в карман и достал визитку, - бензина может не хватить до фазенды Сандерса, -- он постучал пальцем по визитке, - в таком случае заедете к Феликсу.

Полковник взял визитку и покрутил ее в руках:

- Хозяин заправки?

Шнауцер слегка замялся:

- Ну, не совсем... - Протянул он, - Просто не все товары можно ввезти через аэропорт. Некоторые партии легче перевозить через море.

- Как через море? -- Не понял волк, - Мы же в центре материка!

- По реке. На ней есть достаточно глубокий фарватер. Если вдруг вам понадобиться что-либо, - Руди помотал лапой в воздухе, - все, что угодно, просто обращайтесь. Феликс - мой сотрудник, он вам все, что нужно, достанет.

Волк хмыкнул и спрятал визитку в карман.

Глядя на то, как Дик в сопровождении Лии тащит двух сопротивляющихся лисят, Полковник повернулся к Руди:

- Ты что, их не оставишь?

Руди вздохнул:

- Нет. Дочка против. -- Заметив удивление волка, ризен пояснил, - Говорит, лисята считают твоего Дика кем-то вроде старшего брата. Чуть что - бегут к нему. Она не хочет их разлучать...

Волк фыркнул:

- Ой, тоже мне проблема...

Но Руди поднял бровь:

- Кто знает? Может быть, так даже лучше... Сможешь при Сандерсе давить на благотворительность. Мол, мы, солдаты чужой страны, заботимся о детях его народа. У нас, мол, дел невпроворот -- вон, даже ты, полковник, и все равно вынужден со спиногрызами кататься...

К этому моменту Дик затолкал брыкающихся лисят в машину и повернулся к Полковнику:

- Машина загружена! -- Отрапортовал пес.

Волк пожал руку шнауцеру:

- Ну, бывай. -- Полковник стиснул лапу шнауцера и слегка ее потряс. - Мне бы там очень пригодилась твоя помощь...

- Я подъеду, -- кивнул шнауцер, - только чуть позднее. Мне надо сделать приготовления на случай самого хренового расклада. Так что я подтянусь туда где-то через пару-тройку дней.

- Да и потом, - пожал плечами ризен, - Сандерс решил бы, что мы в сговоре, если б мы появились вместе. И еще неизвестно, как он бы себя повел. Так что все к лучшему.

Они постояли немного молча, после чего волк хлопнул Руди по плечу:

- Ну, бывай... Увидимся у Тэдди.

Тихо урча двигателем, большой черный джип обогнул круглую клумбу и направился к выезду с виллы. Проезжая по дорожке, «Юкон» прогудел, и Руди поднял лапу в прощальном жесте.

Теперь все зависело только от волка.

Лия прижалась к отцу и как бы невзначай спросила:

- Пап, ты с ними встретишься?

Она надеялась, что отец улыбнется, но Руди, не отрывая взгляда от «Юкона», только прищурился:

- Будем надеяться...



***


Начался заключительный отрезок путешествия. И самый комфортный -- до самого вечера Дик ехал, развалившись в кожаном кресле джипа и слушая музыку, льющуюся из штатной магнитолы. Под вечер, когда лисята тихонько сопели на заднем диване, волк растолкал заснувшего Дика, влил в него пару литров кофе и пересадил на место водителя, а сам свернулся на переднем сидении.

Дик вел машину всю ночь; Полковник сменил его только под утро. Через пару часов после рассвета они добрались до следующего городишки. Город был значительно меньше и беднее шнауцеровской Котанги. Тем не менее, они сделали остановку и заправили машину на местной бензоколонке. В процессе поездки лисята без передышки ерзали на заднем сидении, и чтобы хоть как-то их унять, волк купил огромную кучу всевозможных сладостей. На некоторое время это подействовало. Лисята, которые едва ли не впервые дорвались до такого лакомства, мгновенно накинулись на угощение, и Полковник смог насладиться затишьем в лисиных стычках. Тишину в салоне нарушал только упорный хруст с заднего сидения.

Но стоило им чуть отъехать от городских окраин, как из-под переднего крыла раздался хлопок. «Юкон» чуть вильнул в сторону и захлопал по дороге лопнувшей покрышкой.

Остановив машину, Полковник осмотрел колесо и, чертыхнувшись, направился к багажнику, искренне надеясь, что там есть полноценная запаска, а не лысая «доезжалка». Но дойти до багажника он не успел -- открылась задняя дверь джипа, и на улицу выскочила Гюля:

- Что случилось?

- Колесо пробито.

- А это надолго? -- Не унималась лисичка.

Полковник остановился:

- А что?

Гюля виновато посмотрела на волка:

- Просто у нас только газированная вода, а я ее не люблю... - Для наглядности лисичка скорчила мину.

Волк посмотрел в сторону города -- отсюда были видны окраинные строения. Полковник полез в карман:

- Вот деньги, если не лень, можешь сбегать в город и купить сок.

Получив деньги, Лисичка вильнула хвостом и припустила по дороге в город. Глядя ей вслед, Дик спросил:

- Вы отпустили ее одну?

Волк снял куртку и бросил на заднее сидение.

- Так точно.

- Но зачем?

Полковник направился к багажнику:

- Мы сейчас будем менять колесо у двухтонного джипа. Колесо на литом диске, о котором я знаю только одно -- при неправильной эксплуатации такие диски могут расколоться. Поэтому мы сейчас можем сказать много теплых и нежных матерных слов.

Волк распахнул дверь багажника и, оглядев его, повернулся к вставшему рядом Дику:

- И чем меньше она услышит подобных оборотов речи, тем лучше. По-хорошему, и этого надо отослать -- Волк кивком указал на подбежавшего Кира. -- Но это вряд ли получится.

Полковник отвлекся от выволакивания запаски из багажника и сказал:

- Так что лучше сними куртку...


***


При замене колеса проблем не возникло, вся операция заняла считанные минуты. Все присутствующие разместились в машине, и волк даже пожалел, что так быстро отослал Гюлю. Но что сделано -- то сделано; им оставалось только ждать.

Но прошло двадцать минут, потом полчаса, а лисички все не было. Наконец, Дик озвучил общую мысль:

- Наверное, что-то случилось. -- Он осторожно покосился на волка, который с кислой миной постукивал пальцем по рулю.

При его словах Полковник повернул ключ зажигания и рванул рычаг КПП на положение «D». Зашуршав покрышками, «Юкон» развернулся и покатил назад.

В городе Винсент остановился возле первой же лавочки и развернулся к Дику с Киром:

- Опрашивайте всех. Ее обязательно кто-то должен был видеть.

Но ни в этом, ни в следующем магазинчике Гюлю не видели. Продавцы внимательно выслушивали описание потерявшейся лисички, после чего все как один пожимали плечами. Гюля как в воду канула.

После десятка минут безрезультатных поисков Дик подбежал к волку:

- Ничего не понимаю... - Он растеряно смотрел на Полковника. - Куда она могла уйти?

Полковник в этот момент оглядывал улицу, и внезапно заметил в подворотне фигуру, подзывающую его к себе осторожными жестами. Волк хлопнул Дика по плечу:

- Сейчас приду!.. -- И поспешил в подворотню.

Там он чуть не столкнулся с закутанной в платок волчицой. Та оглядела волка в камуфляже, опасливо оглянулась и спросила:

- Вы ищете лисичку? Вот такого роста? -- Волчица показала высоту лапкой и тут же спряталась за платок.

- Да. Вам что-то известно?

Обладательница платка кивнула. Еще раз оглядевшись, она понизила голос до шепота:

- Ее украл Хасан... Прямо с улицы.

Волк нахмурился:

- Какой еще Хасан?

Испуганно прижав уши, волчица зашептала, продолжая нервно оглядываться по сторонам:

- Он племянник местного эмира. Собрал банду головорезов, и теперь покоя от него нет...

- Так вот почему все молчат.

- Все боятся. -- Волчица нервно покосилась на выход из подворотни. -- Он может убить любого...

- Хорошо... - Устало кивнул волк. - И где мне его искать?

- На севере. Там есть небольшая ферма. -- Волчица вздохнула. - Год назад Хасан со своими бандитами вырезал там семью, и теперь это его дом...

Минуту спустя волк вышел из подворотни и рысью направился к ожидавшему его у джипа Дику. После немногословного рассказа Полковника пес захлопал глазами:

- Что же теперь делать?

- Ну, чего вы скисли? - Волк изобразил улыбку. - Для начала съездим к этому самому Хасану. Попытаемся с ним разрешить этот вопрос.


***


Резиденцию Хасана волк разыскал без особых проблем. Небольшой дом, обнесенный забором, стоял в стороне от города на краю небольшого оврага. Было заметно, что современный владелец за домом не смотрит, и тот потихоньку приходит в упадок.

Перед домом, возле руин бывшей автобусной остановки, стоял джип «Виллис». Возле этого самодельного «блокпоста» стояли «бойцы» Хасана -- пара волков, шакал и беспородный пес. Одеты все были вразнобой в местную одежду -- халаты, шаровары, тюрбаны и платки-шемаги вперемежку с драными кедами и дешевым китайским камуфляжем; вооружены тоже безо всякой системы. Один из волков держал в лапах винтовку «Спрингфилд» образца 1903 года, другой -- «Маузер К-98», остальные «бойцы» были вооружены обшарпанными двустволками.

Заметив подъезжающий джип, «охранники» перестали галдеть и с любопытством уставились на машину приезжих.

Полковник остановил «Юкон» за несколько метров от «блокпоста» и повернулся к Дику:

- Если через полчаса не вернусь -- позвонишь Руди и все ему расскажешь. Понял?

Дик кивнул, и волк продолжил:

- Когда я пойду туда, -- Полковник показал пальцем на дом, - ты отведешь машину на тридцать метров назад. Понял?

Не дожидаясь ответа, волк вылез и, поправляя воротник, направился к примолкшим охранникам. В паре шагов от «охранников» Полковник махнул лапой в приветственном жесте:

- Я к Хасану.

«Охранники» молча переглянулись, потом некоторое время тихо совещались, поглядывая на пришельца. Наконец один из волков вскинул свой «Спрингфилд» на плечо и с сильным местным акцентом сказал:

- Пошли.

Оказавшись во дворе, Винсент огляделся. Двор зарос кустами и травой, слева от входа располагалась стандартная армейская палатка -- внутри были видны кровати и гамаки; в некоторых из них кто-то спал. Видимо, это была «казарма» «охранников» Хасана. Справа от ворот на вросших в землю колесах стоял прицеп с полевым армейским генератором. Заметив свое излишне откровенное внимание к обстановке, Полковник насторожено покосился на проводника -- но тому, похоже, было на все наплевать.

Хасан расположился в своем «кабинете» на втором этаже дома. Он сидел за массивным столом и разглядывал какие-то бумаги. Роста в нем было - от силы метр сорок; светло-серый мех, голые лапки и пушистый черно-белый хвост -- в общем, обычный енот-полоскун, только очень упитанный. Его изрядная полнота была заметна даже под просторным халатом, а вкупе с огромной чалмой и низким ростом Хасан скорее походил на журнальную карикатуру на какого-нибудь шейха, чем на грозу города.

Войдя в комнату, обладатель «Спрингфилда» вяло промямлил:

- Хозяин, к тебе пришли.

Мельком глянув на посетителя, Хасан открыл рот и удивленно заморгал глазками. Но пару мгновений спустя он опомнился, выдал маслянистую улыбку и указал на стул напротив.

- Чем могу помочь? -- Промурлыкал он.

Полковник не спеша огляделся; тем временем приведший его «боец» поклонился и вышел. В комнате, кроме Хасана и Полковника, находились еще двое псов -- судя по винтовкам в лапах, охранников.

Сев на стул, Полковник повернулся к еноту:

- Я тут по делу.

Хасан кивнул, и его улыбка стала еще шире:

- Да?..

Винсент достал «корочку» и небрежно помахал ею в воздухе:

- Я полковник Спецконтингента. Сегодня твои ребята взяли кое-что мое...

Улыбка Хасана погасла как лампочка:

- Сожалею, но в этом доме нет ничего твоего...

Полковник поднял бровь:

- Да? А как насчет лисички?

- Какой лисички?

- Ростом с тебя, на вид лет восемь-девять, зовут Гюлей.

Енот медленно покачал головой:

- В первый раз слышу.

- А если подумать?..

Хасан посмотрел на волка с неприязнью:

- А ты настырен, мой серый друг...

- Это у меня от батюшки, упокой Господи его душу. -- Кивнул волк. -- Так что с девочкой?

Енот отложил бумагу и выразительно покачал головой:

- Нету ее здесь.

- Но если я попрошу разрешения ее поискать, ты откажешь? -- Уточнил волк.

Хасан выдавил приторную улыбку:

- Ты необычайно догадлив, мой настырный друг.

- А это у меня от матушки, дай ей Бог здоровья. - Вздохнул Полковник.

Енот промолчал, исподлобья глядя на волка.

- Значит, не получится у нас договориться... - Заключил Полковник.

Хасан улыбнулся и медленно кивнул.

- Ну, тогда прощай. -- Волк встал. - А как же быть с теми, кто видел твоих боевиков?

Хасан лучезарно улыбнулся и продекламировал:


Не слушай злой молвы, не повторяй дурного.

Судьба ко всем, увы, и без того сурова.

Что созидается с таким большим трудом,

Разрушится легко от пустяка, от слова...


- Складно. - Усмехнулся волк. - Сам сочинил?

Енот покачал головой:

- Шафри Вазех.

Полковник развернулся и вышел, не попрощавшись.

Енот недовольно посмотрел ему в след. Выходя, волк не закрыл дверь в кабинет, и в открытый дверной проем удивленно заглянул рыжий кот с винтовкой Маузера. Увидев его, Хасан взорвался:

- Чего уставился?! Тебе заняться нечем?! Иди винтовку чистить! Приду -- проверю!!!

Кот поспешно скрылся за дверным косяком, а Хасан нервно покрутил головой в воротнике халата.


***


Выйдя на улицу, Полковник поправил куртку, обернулся и негромко произнес:

- Шафри Вазех, значит?.. Ну-ну...

И направился к джипу.

Когда волк подошел, Дик пересел на кресло пассажира. Захлопнув за собой дверь, волк уставился в руль.

Все молчали. Наконец Дик собрался с духом и спросил:

- Ну как?

- Жопа. -- Коротко отозвался Полковник. -- Гюля у него. Но он ее не отдаст.

- И что же теперь делать?

Полковник промолчал.

- Но мы же ее не бросим? -- Осторожно просил Дик.

Волк покачал головой:

- Мы не можем тут задерживаться. -- Вздохнул он. - Если мы опоздаем и война начнется, пострадает гораздо больше детей.


***


В подвале, куда привели Гюлю, было холодно и сыро. Ее втолкнули в одну из камер.

- Отпустите! -- Пискнула лисичка. - Я Дику скажу!.. Он вас убьет!

В ответ охранники заржали и захлопнули дверь. Всхлипнув, Гюля огляделась. Кроме нее, в камере была еще одна заложница. Судя по морде, хвосту, завернутому кольцом, и характерной белой грудке на черной шкуре - лайка. По возрасту -- ровесница Дика. Из одежды -- рваные дешевые кеды, старые джинсы на пару размеров меньше, чем нужно -- штанины заканчивались на середине голени - и выцветшая джинсовая куртка поверх безнадежно растянутой детской майки; обычное «дитя улиц». Ждать сочувствия ни от кого не приходилось, и Гюля, опустившись на корточки, тихонько засопела, изо всех сил стараясь не зареветь.

Заметив, что лисичка едва не плачет, лайка спрыгнула с деревянной лежанки и присела на корточки возле новой пленницы.

- Эй, ты чего? Не плачь... - Приобняв за плечи, она прижалась к лисичке.

В ответ Гюля только еще раз всхлипнула.

- Я не плачу... - Она повернулась к мордочке лайки. - Я хочу назад к Дику, дяде Винни, Киру...

Лайка погладила Гюлю по голове:

- Тебя как зовут?

- Гюля...

- А меня Бланка. Подожди. Они узнают, где ты, и сразу же тебя заберут. Только подожди...

Гюля всхлипнула и прижалась к плечу лайки. Та вздохнула и погладила лисичку по голове:

- Не бойся, все будет хорошо...


***


Через три часа, проведенных в полном молчании, волк подъехал к указанному Руди поселку возле речного порта. Деревенька жалась к берегу реки, на котором был воздвигнут пирс для судов типа «река-море». У причала стоял очередной пришвартованный теплоход. Носильщики, двигаясь бесконечной цепочкой, таскали ящики, как муравьи. Рядом на бетоне стоял самый настоящий портовый кран на сорок тонн, который изымал из недр трюма контейнеры.

Съехав с холма, волк подрулил к воротам порта и приготовился к серьезному досмотру. Однако охрана порта в лице двух вооруженных волков, заметив «Юкон», подняла шлагбаум и пропустила джип.

Феликса волк нашел у причала. Поджарый шакал был одет в белоснежные баскетбольные кроссовки, белоснежный спортивный костюм и такую же ослепительно белую бейсболку, покоившуюся поверх черной шелковой банданы. Судя по обилию золотых цепей на запястьях и шее, а также золотых «гаек» на пальцах, этот малый мнил себя по меньшей мере реинкарнацией Тупака. Он стоял на пирсе возле крана и спорил о чем-то с бригадиром грузчиков, седым толстым бобром. Увидев волка, он хлопнул бобра по плечу и двинулся навстречу гостям.

- Здорово. Немец о вас уже предупредил. -- Шакал осклабился, сверкнув золотыми коронками.

- Хорошо. Нам нужна новая запаска, бензин и питьевая вода. И... - Волк почесал кадык, - ...неплохо было бы перекусить.

Феликс кивнул:

- Сделаем.

Через десять минут Дик с Киром сидели за столом и вяло жевали. Полковник стоял в дверях, недовольно разглядывая своих подопечных. Последние события явно отразились на их настроении не в лучшую сторону. Даже всегда жизнерадостный Кир вел себя как в воду опущенный.

Да и самому волку было не по себе. Конечно, с точки зрения сухой тактики он сделал все правильно -- действовал по принципу меньшего зла, так сказать. Но все равно после того, как он бросил маленькую лисичку одну, Полковник чувствовал себя мерзко.

Заметив подошедшего Феликса, Винсент решил произвести разведку:

- Скажи... - Он обратился к Феликсу вполголоса, чтобы Дик с Киром его не услышали, - Скажи, тут рядом живет один енот... Хасаном зовут...

Шакал скривился:

- А-а-а... Этот урод...

Волк навострил уши:

- С этого момента поподробнее.

Шакал не изменил выражения морды:

- А как называть того, кто хватает детей прямо на улице?

При этих словах Феликса Полковник почувствовал, что его нехорошие предчувствия усиливаются.

- Если ребенка не выкупают, то этот ублюдок обычно его утилизирует...

- Убивает?..

- Хуже. Пускает на органы. Я... - шакал коснулся своей груди - ...честно торгую оружием. А это говно пускает ребятишек на донорские органы и кровь. В одном ребятенке от трех до пяти литров крови, -- доверительно сообщил он, - а идет она за валюту...

У Полковника пересохло во рту, и он прикрыл глаза. С одной стороны, было неразумно рисковать своей жизнью в атаке на логово Хасана -- в случае гибели волка переговоры были бы сорваны, и под угрозой оказались бы жизни трехсот тысяч населения долины Пшамана.

Но с другой стороны Полковник знал, что не сможет вести переговоры, если не будет спокоен за жизнь Гюли. Он не может убеждать кого-либо в необходимости мира, зная, что маленькую лисичку в этот момент могут резать на части уроды из числа тех самых трехсот тысяч, ради которых он и старается...

После недолгого молчания волк, не открывая глаз, спросил:

- Ты и вправду можешь достать ВСЕ?

- А что надо? -- Усмехнулся шакал.

- Снаряжение для двух бойцов.

Полковник с силой втянул воздух и перечислил:

- Два «СОКОМ Мк.23» с глушителями. Дробовик с фонарем, и автомат с глушителем. Нужны два полных комплекта для бойцов с черными комбинезонами -- налокотники, наколенники, все дела. Один маскхалат, и еще...

Постепенно шакал перестал улыбаться, а в середине списка даже сделал пару пометок в своем блокноте.

Закончив перечислять, волк спросил:

- Сможешь найти?

Феликс посмотрел на записи в блокноте и вздохнул:

- Ну-у... У меня нет «Мк.23»... Есть только стандартные «УСП» с коммерческими глушителями типа «Блэкбокс»... Не уверен, что найду именно «Диполь-221». Да, и сейчас у меня нет цифровых детонаторов, есть только мультичастотники с тональным кодированием. Промышленные. -- Он пробежался глазами по блокноту. - И еще по мелочи...

- Плевать, если чего-то нет! -- Мотнул головой Полковник. - Подойдут аналоги.

Феликс кивнул, все еще разглядывая записи:

- Тебе это когда надо?

- Сразу после обеда.

- Когда??? -- Выпучил глаза шакал.


***


Гюля никак не могла успокоиться, она вскакивала от любого шороха -- ожидала, что Дик или волк ее заберут. Но проходили часы, никто не появлялся, и в конце концов Бланке все же удалось уговорить лисичку немного отдохнуть. Уложив ее, лайка укрыла Гюлю своей курткой. Уставшая от пережитых волнений Гюля забылась неспокойным сном.

Сидя возле нее и легонько поглаживая лисичку по голове, Бланка мысленно перенеслась на восемь лет назад. В то время лайка была ровесницей Гюли. Их деревню разграбили мародеры. Грабеж продолжался весь день, а ночью двое из бандитов затащили ее, еще щенка, на кухню и повалили на стол. Она была ребенком, и в ее понимании кухонный стол был нужен для еды. Поэтому она решила, что ее хотят съесть.

Но лайка ошиблась, а на ее крики прибежали другие налетчики.

Место слезших с нее подонков немедленно заняли другие страждущие бандиты...

Покидая сожженную деревню, налетчики забрали Бланку с собой и продали на ближайшем невольничьем рынке. В доме нового хозяина повторилось то же самое, что и в ее родном доме. И повторялось еще много раз... А потом она сбежала.

За последние восемь лет она повидала многое. У лайки были разные хозяева. Некоторые ее покупали, остальные просто ловили во время очередного побега. В конце концов Бланка оказалась на улице в одной из множества мелких банд. Здесь она получила очередной жизненный урок -- ее проиграли в карты ее же «друзья» по уличной банде...

Бланка судорожно вздохнула - она уже свыклась с той мыслью, что жизнь - это бесконечно мерзкая штука. Но сейчас, увидев лисичку, лайка испытала острый приступ жалости.


***


Когда Дик узнал, что волк решил вернуться, то он не запрыгал от радости, а воспринял такое решение как должное. Впрочем, Полковник не был удивлен, он ощущал то же самое.

Со снаряжением вышли небольшие накладки. Так, например, Феликс нашел только один пистолет с глушителем. Зато остальное оружие - два десятимиллиметровых «Глока», дробовик «Моссберг 590», «Хеклер-унд-Кох» МП-5 СД с коллиматором и «кольтовский» карабин М4 в полном «обвесе» были в наличии. Волк с Диком целый час заряжали огромную кучу магазинов для всего этого арсенала. Полковник просто вытряхнул содержимое коробок с фирменными боеприпасами прямо на стол, где они недавно обедали, собрал в лапу пригоршню патронов и принялся методично, с характерным щелчком, наполнять ими магазины.

Потом волк с Диком переоделись в черные комбинезоны. В багажнике джипа разместили оружие, снаряжение и огромный кофр с надписью белой краской «Caution! High Explosive. Demolition Material - Composition C4».

Когда волк уже залезал в джип, к нему подскочил Феликс:

- Куда вы? Что я скажу Немцу?!

Волк замер на кресле водителя с открытой дверью:

- Немцу?.. Если повезет, то ничего...

- А если не повезет?

- Тогда и говорить не понадобится.

Полковник хлопнул дверью, и «Юкон», сыто заурчав, покатился в сторону столь негостеприимного города.


***


Держа на руках спящую лисичку, Бланка думала над тем, что Гюля рассказала про своих друзей. По словам лисички, она путешествовала с двумя взрослыми и еще одним лисенком; когда взрослые отвлеклись, ее украли. Когда Гюлю только привели, лисичка всем грозила своим похитителям быстрой расправой; по-видимому, она не сомневалась, что за ней скоро придут. Но Бланка уже успела на собственном опыте убедиться, что чудес не бывает. В тот первый вечер на родительской кухне ей казалось, что сейчас придет папа или брат и помогут ей - но никто не пришел...

Потом, когда лайка бродила с группой таких же, как и она сама, оборванцев, ее украли. Это сейчас Бланка понимала, что когда она пропала, на нее просто плюнули, а в тот момент ей казалось, что друзья непременно придут за ней.

Но постепенно она свыклась с мыслью, что никому не нужна.

И теперь, сидя возле свернувшейся калачиком Гюли и поглаживая ее по головке, Бланка думала, что о несчастной маленькой пленнице есть кому позаботиться.

- ...Я не дам тебя обидеть, - едва слышно шепнула лайка.

Бланка сильнее прижалась к спящей лисичке и потерлась о ее мордочку.


***


Настал вечер, и на ферму Хасана опустилась тьма. Но паре бойцов, лежавших на вершине соседнего холма, ночная темень не была помехой. Мощные приборы ночного видения, которые были у этой парочки, позволяли прочесть текст книги в упор, и если бы понадобилось - разглядеть вооружение боевика на расстоянии до двухсот метров. Последним они как раз и занимались.

Дик нервничал и все время порывался подойти поближе, но волк не торопился. Он согласился приблизиться на «критические» сто метров. Ближе подходить он категорически отказался.

- Не стоит спешить. -- Говорил он. - Мы еще не знаем, где они держат Гюлю.

- Интересно, как мы это узнаем, сидя здесь? -- Недовольно буркнул щенок.

Заметив, что один боевик направился по тропинке в сторону одиноко стоящего за домом уличного дощатого туалета, волк поднял прибор и хлопнул Дика по плечу:

- ...А вот он расскажет!

Но этому боевику повезло. Пока лазутчики короткими перебежками со всеми предосторожностями подбирались к цели и перебирались через стену, боевик закончил свои дела и направился обратно к дому. Пришлось ждать другого. Следующим дощатый «скворечник» посетил один из сторожей дома - кот в спортивном костюме с патронташем к немецкой винтовке времен Второй Мировой вместо поясного ремня.

Когда облегчившийся кот показался в дверях туалета, застегивая тот самый патронташ, на него навалились двое в черной форме спецназа и, приставив к горлу нож, затащили в ближайшие кусты.

- Ну, - Ухмыльнулся волк полузадушенному коту, - Будешь сотрудничать -- пальцем не трону.

Тот мелко закивал, насколько позволяло лезвие «Ка-бара» под кадыком.

Через пять минут Полковник уже знал внутреннее расположение комнат в доме, численность, распорядок и маршруты перемещений охраны, но самое главное - место содержания Гюли. Оказалось, что маленькую лисичку, как и всех остальных пленных, держали в подвале, вход в который располагался в нескольких шагах от дома Хасана. Над землей возвышался только небольшой «курятник».

Через минуту Дик, а за ним и волк вылезли из кустов. Полковник вытирал нож.

Обернувшись, Дик осуждающе покачал головой:

- Шеф, вы же обещали...

В темноте блеснула ухмылка волка:

- Я обещал, что не трону пальцем. Про нож разговора не было.

И два темных силуэта растворились в густых зарослях.

Операция по освобождению заложников началась.


***


Когда окончательно стемнело, боевики запустили генератор. Над двором вспыхнуло несколько лампочек, светивших не ярче полудохлых светлячков. В палатке охраны врубили заезженный магнитофон.

Под этот шум трое боевиков Хасана вышли из-под козырька автобусной остановки и отправились в обход фермы. Они шли вдоль внешнего периметра стены - точно так же, как и сотни раз до этого вечера. А посему они галдели и переругивались по пути, не стесняясь громко разговаривать, так как все звуки заглушал размеренный стук генератора.

Шедший впереди пес ковырялся в зубах, придерживая висящую на плече двустволку. Неожиданно из кустов сбоку от охранников раздался невнятный шелест, и оба его напарника внезапно замолчали. Вяло обернувшись, боевик остолбенел от открывшейся ему картины. Его друзья валялись на земле -- у одного из них была разбита голова, а из-под второго растекалась лужа крови. Шокированный пес поднял морду и увидел в кустах темную фигуру, из которой бил яркий зеленый лучик. В этот момент луч двинулся, и ослепительная в темноте изумрудного цвета точка, задрожав, остановилась возле левого кармана рубашки. Боевик осознал, что сейчас произойдет, и последним, что он успел произнести, было имя Пророка...


***


Стоявший под козырьком остановки волк в платке-шемаге, не оглядываясь, бросил своему напарнику -- тощему серому коту:

- Заур, сгоняй в дом за водой.

Кот спрыгнул с лавочки; оставив в будке остановки свою двустволку, он поплелся по дороге к дому. Звук его шагов вскоре растворился в звуке генератора.

Еще через пару секунд волк-охранник услышал сзади шорох.

- Что, опять фляжку забыл? -- не изменив положения, осведомился он.

Сзади не ответили, и охранник обернулся. Тут же ему в грудь уперся массивный глушитель пистолета 45-го калибра. Вскинув голову, он увидел обладателя пистолета с глушителем -- своего сородича в черной спецформе.

- Arrivederci. -- Произнес волк с пистолетом.

С четким стальным щелчком пистолет изрыгнул гильзу, похожую на массивный наперсток, и охранника отбросило во тьму.

После этого Полковник повернулся к Дику, уже тащившему за ноги труп серого кота с простреленной головой.

- Не сюда! Обоих в кусты за будку!

Чтобы хоть как-то замаскировать следы крови, волк бросил на пол лежавший в углу мешок и разбил тусклую лампочку, висевшую на стене.

Теперь можно было заняться домом и подвалом.


***


Перед тем как соваться в дом, волк решил позаботиться о «кордебалете». Увидев знакомые коробки с надписями «Front toward enemy», Дик ухмыльнулся.

Перемещаясь в тени и замирая каждый раз, как только возникала опасность быть замеченным, волк подобрался к брошенным бочкам в нескольких метрах от палатки. И между ними установил обе мины.

Тем временем настал черед и генератора -- волк не успевал все сделать сам, поэтому Дик получил взрывчатку и детонаторы вкупе с краткими инструкциями по применению. Подкравшись к генератору, Дик достал несколько брикетов оливково-серого цвета с надписью «weight: 1 ? pounds comp. C4». Слепив их в один ком, пес вдавил в него детонатор и разместил под прицепом. После чего так же аккуратно растворился в темноте...

Как и было оговорено, волк ждал пса возле задней двери дома. Начиналась следующая стадия операции. Волк отсоединил глушитель от своего «УСП», а Дик отодвинул автомат на спину и достал дробовик. Оба одновременно натянули на морды противогазы. Волк снял с пояса цилиндрическую гранату с маркировкой «CS» и кивнул Дику. Пес взял в руки две гранаты с яркими белыми буквами «GREN HAND STUN E180 MK3», встал спиной к стене и кивнул в ответ. Полковник начал отсчет времени, покачивая лапой -- с каждым движением он разжимал один палец. Когда лапа качнулась с раскрытой ладонью, волк с размаху швырнул гранату в окно дома; Дик, развернувшись, отправил свои гранаты в ближайшие окна. Раздался звон стекла, в доме удивленно вскрикнули, и наступила тишина. Полковник дважды кивнул головой, мысленно произнося «двадцать два», а затем отвернулся от дома, зажмурился и щелкнул кнопкой радиодетонатора...

И в тот же миг шквал картечи снес палатку с охраной, генератор раскололся пополам, и ослепительно яркий на фоне ночного неба гриб горящего топлива, взметнувшись к небу, опустился на остатки палатки с охраной...

Но в доме этого уже не увидели, поскольку в тот же миг сработали брошенные в окна гранаты. Помещения озарились двумя вспышками по триста тысяч стоваттных лампочек, а ударная волна выбила в доме все стекла, выдув в оконные проемы кольца слезоточивого газа на манер тех, что пускает курильщик.

В тот же момент волк хлопнул Дика по плечу, и тот со всего маху ударил ногой по хлипкой фанерной двери. Дверь хрустнула и провалилась внутрь, придавив кого-то, кто стоял возле нее. Волк тут же всадил в центр упавшей и качающейся двери несколько пуль, и по ней, как по сходням, ворвался в дом.

Влетев вслед за Полковником, Дик зажал контакт прикрепленного к дробовику фонаря. В темноту дома ударил узкий яркий луч света. В световом пятне оказался шакал с натужно выпученными красными слезящимися глазами. Он захлебывался соплями, кашлял и судорожно хватал пастью слезоточивый газ. Дик нажал на спуск, и шакал опрокинулся на пол, где и затих. Тут же из соседней комнаты с диким кашлем показался следующий боевик -- Дик щелкнул затвором, развернулся в его сторону и выстрелил. Картечь застала боевика в дверном проеме. Дику показалась, что у того просто исчезла голова, и одновременно с этим деревянный косяк окрасился в ярко-красный цвет...

Тем временем Полковник опустил прибор ночного видения и двинулся в сторону лестницы. На пути ему попался пес в китайском камуфляже и бейсболке -- волк флегматично прострелил ему голову. Перешагнув через тело, Винсент заглянул в комнату, из которой доносился надсадный кашель. В свете полыхающего на улице топлива волк рассмотрел в углу кота. Полковник отправил в сторону скрюченной фигуры остаток магазина. Пистолет щелкнул и замер с отъехавшим затвором. Под шорох сползающего по стене тела волк выкинул пустой магазин, зарядил новый и двинулся дальше по коридору.

На лестнице он встретил еще двоих боевиков, с топотом спускавшихся по ступенькам. Волк вскинул пистолет, перехватив его обеими лапами. Первый из спускавшихся получил два патрона - в живот и грудь - волк отстрелил их со скоростью автомата. От ударов пуль верхняя часть тела охранника сместилась назад, он завалился на спину и скатился к ботинкам волка, пересчитав головой все ступени. Второй получил пулю в живот, откинулся на стену и сполз, оставляя широкий красный след...

Встреча с обитателями второго этажа напомнила Полковнику, что слезоточивый газ тяжелее воздуха, поэтому наверху придется быть начеку. Такой лафы, как расстрел беспомощных уродов на первом этаже, уже не будет.

Поэтому, прежде чем подняться по лестнице, волк швырнул на второй этаж оборонительную гранату. Сверху раздался вскрик, и спустя мгновение -- грохот. От взрыва тяжелой М61 потолок первого этажа тряхнуло, и по всему дому зашелестела осыпающаяся штукатурка. Взлетев по ступенькам, Полковник увидел трепыхающегося окровавленного кота в обнимку с начищенной винтовкой Маузера.

Проскочив мимо него, волк замер у цитадели Хасана -- его личного кабинета. Подскочивший Дик встал рядом, перезаряжая свой «Моссберг».

Наступил самый рискованный этап предприятия. Для его осуществления Полковнику понадобилась учебная граната -- вместо тола она была наполнена песком.

Волк выдернул чеку, толкнул дверь и закатил гранату внутрь. Шипя запалом, граната покатилась по полу. Из комнаты донесся придушенный вопль, услышав который, волк тут же вломился в кабинет Хасана.

Один из псов-охранников застыл на месте, с отвисшей челюстью следя глазами за гранатой, а второй кинулся к столу. Ворвавшись в кабинет, волк ушел вправо, тем самым открывая Дику стоящую цель, а сам направил пистолет на убегающего пса.

Бег времени словно замедлился, и как в замедленной съемке, волк нажал на спуск и увидел, как тело беглеца дергается от попадания пули - потеряв равновесие, боевик упал на стол, обхватив лапами столешницу. В то же мгновение слева в коридоре раздался грохот дробовика, и стоявший охранник кувыркнулся, опрокидываясь навзничь.

Дик опустил дробовик, оставив в воздухе шлейф порохового дыма, и огляделся. Что-то было не так... Не было видно самого Хасана.

Зато под столом кто-то шумно дрожал.

Полковник обогнул стол, выставил перед собой в полусогнутой лапе пистолет, и осторожно заглянул под столешницу. Там, стоя на четвереньках, трясся в ужасе маленький толстый енот. Несколько секунд обе стороны молча смотрели друг на друга. Наконец тишину нарушил енот, слабо икнув.

Волк распрямился, и обводя лапой темную комнату, озаряемую бензиновыми сполохами, продекламировал:


Земную жизнь пройдя до половины,

Я очутился в сумрачном лесу,

Утратив правый путь во тьме долины...


После театрального отступления он нагнулся к скрюченному еноту:

- Ну как тебе моя поэзия эпохи Просвещения?

Хасан в ужасе округлил глаза, узнав по голосу своего дневного посетителя, и фальцетом чирикнул:

- Псих!

Полковник покачал головой:

- Нет, это Данте. -- Он вытащил енота из-под стола и прижал его к стенке. -- И сейчас я тебя отправлю в места, описанные им!

Енот сложил свои коротенькие жирные лапки на груди, прижал уши и пропищал:

- Нет, пожалуйста, нет!

- Назови мне хотя бы один довод, чтобы не убивать такого упыря, как ты?! -- рыкнул Полковник.

Енот в изумлении выпучил глаза:

- Я поставляю нежнейшие бутоны любви в гаремы сильных мира сего... Что же в этом плохого?..

- Ей восемь лет! -- Злобно процедил волк. -- Какой еще гарем?!

Хасан скромно потупил глазки:

- Дорогую наложницу готовят несколько лет. Она должна быть и молода, и опытна, -- енот развел свои короткие лапки, - Вот и приходится идти на такие меры...

- А я слышал другое... - Покачал противогазом волк. - Будто ты режешь ребятишек на органы.

На морде енота отобразилась целая гамма чувств: страх сменило непонимание, потом прозрение и наконец облегчение. Он дернулся и громко заорал:

- Это ГАСАН!!! Мой кузен, он органами занимается! А я Хасан! ХАСАН!!! Я девушек шейхам поставляю!!! Ваша лисичка жива и здорова!!! Можете ее забрать!

- Еще бы... - Хмыкнул волк.

Он отлепил енота от стенки и встряхнул:

- Ты пойдешь с нами!

- З-з-зачем?.. -- Пропищал енот.

- А это на тот случай, если кто-нибудь из твоих недоносков вдруг нечаянно вспомнит, где же все-таки у оружия спусковой крючок! -- С этими словами волк нацепил на енота третий противогаз, первоначально предназначавшийся для Гюли, и потащил его на первый этаж.


***


После того, как подвал тряхнуло и погас свет, двое охранников, сидевших в подвале, спрятались в темном углу за столом у входа. Доносившиеся сверху звуки стрельбы отнюдь не придавали им храбрости.

Затем наступила тишина.

Бланка только сильнее прижала к себе лисичку. Наступившую темноту изредка прорезали всполохи огня в крохотных окошках под потолком.

Несколько минут прошли в гнетущем молчании, а затем на лестнице раздались звуки шагов. Когда они стихли, раздался голос Хасана:

- Открывайте! Все уже кончилось...

Оба боевика, услышав голос шефа, тут же ломанулись к двери.


***


Когда дверь распахнулась, Полковник отшвырнул енота в сторону и в упор расстрелял впавших в ступор охранников. Шедший следом Дик подтолкнул Хасана в подвал. Внизу волк огляделся и повернулся к еноту:

- Где?

Тот вздохнул и обреченно махнул лапой:

- Там...

Дверь из толстых досок с навесным замком не могла быть серьезным препятствием. Вскинув свой «45-ый», Полковник снес замок...


***


Когда дверь открылась, Бланка с лисичкой в руках в ужасе вжалась в стену - и было чего пугаться. На пороге их камеры появился некто в жуткой маске с массивным цилиндром под носом, над которым возвышались несколько окуляров, бликующих от языков пламени. Когда урод шагнул в камеру, его подсветили отблески огня, и стало видно, что поверх маски у него был шлем, конечности были защищены перчатками и ботинками с наколенниками и налокотниками, тело было упаковано в черный небликующий комбинезон. В темноте камеры создавалось впечатление, что голова, хвост и защита лап двигаются просто в пространстве. Жутковатое зрелище.

В одной лапе он держал пистолет, в другой в «замке» покоилась шея Хасана - полузадушенный енот еле успевал перебирать лапками. Вслед за первым штурмовиком показался второй.

В этот момент лисичка удивленно подалась вперед и протянула:

- Ди-ик?! Дядя Винни?!

Хасан слабо трепыхнулся в захвате и просипел:

- Я же говорил, она в порядке!

Волк в противогазе махнул лапой с пистолетом:

- Девочки, на выход!

Лисичка пискнула: «Ура!», спрыгнула с лежанки и потащила остолбеневшую лайку к выходу. Дик шагнул в сторону, пропуская заложниц, а волк толкнул енота на освободившуюся лежанку. Шлепнувшись на доски, енот тут же обернулся к своим конвоирам.

Волк склонился над ним:

- Надеюсь, эта наша встреча научила тебя, что не стоит отказывать миротворцам...

Енот мелко и быстро закивал.

Уже в дверях Полковник обернулся:

- Ах да, вот еще...

Он полез в карман разгрузки и достал блокнот и авторучку:

- Назови-ка координаты своего кузена... Этого, как его?.. Гасана?


***


Когда Хасан остался в пустой камере, с ним случился приступ истерики. За одну ночь енот потерял все: охрану, дом, бизнес...

Оставив воющего енота, волк вывел всех на улицу. Снаружи Полковник стянул противогаз и огляделся. Выйти через ворота было невозможно из-за разлившегося горящего топлива. Уходить пришлось так же, как и пришли -- через стену.

Оказавшись в зарослях с другой стороны ограды, волк махнул лапой: «Ходу!». В другой ситуации Бланка воспользовалась бы случаем и сбежала, растворилась в темноте. Но сейчас ее останавливали два фактора -- во-первых, и у волка, и у его рыжего напарника были «ночники» - приборы ночного видения, так что они ее увидят. Во-вторых, они вдвоем разнесли в клочья всю базу Хасана, так что подготовка у них -- о-го-го какая. И Бланка была уверена, что если понадобится, они нашли бы ее и без приборов.

Пока лайка размышляла, как ей быть дальше, группа вышла прямо к стоявшему на обочине дороги джипу. Возле него маялся лисенок. Полковник сходу затолкал Кира с лисичкой на заднее сидение. Не дожидаясь, пока Бланка залезет вслед за лисятами и закроет дверь, волк поспешил на место водителя.

Тем временем Дик неторопливо разместился на месте пассажира. Когда Полковник шлепнулся за руль, Дик обратился к нему:

- Шеф, почему мы так спешим? Мы же всех расстреляли.

Волк кивнул:

- Там -- всех. Но база брата Хасана, как оказалось, находится вот за этим холмом. -- Полковник махнул лапой в сторону. -- И вот он может захотеть придти на помощь своему братцу.

- Тогда лучше не задерживаться...

В ответ «GMC» рванул с места с легкой пробуксовкой.


***


Несколько часов волк гнал джип по проселочным дорогам. Из-за возможной погони Полковнику пришлось сделать крюк в сторону морского побережья. В результате его группа оказалась в пятидесяти километрах от места назначения, затратив на маневры несколько часов. По иронии судьбы, теперь от цели путешествия их отделяло на шестьдесят километров больше, чем во время случая с пробитой шиной.

В пути волк повернулся к лайке:

- Как тебя зовут?

Та безразлично пожала плечами:

- Бланка.

- Красивое имя. – Полковник снова повернулся к лайке. - У тебя поблизости родственники есть? Я тебя подброшу до дома…

Она мотнула головой:

- Нет.

- А вообще? Если что, мы тебя можем забросить в соседний город.

Лайка снова помотала головой:

- У меня никого нет.

Волк цокнул языком и недовольно крутанул головой. Этим все и ограничилось.

Спустя несколько часов «Юкон» встал между песчаных дюн пляжа. Для лагеря волк выбрал место между дюнами и пещерой в прибрежной скале.

Волк развел костер, и все приступили к еде. Бланку сильно удивили отношения в этой банде. Волк, будучи главным, ни на кого не кричал, и уж тем более не бил.

Но еще больше ее удивил помощник волка. Она никак не могла поверить, что один из бойцов-теней - ее сверстник. Но еще удивительнее было его поведение – рыжий пес запросто играл в футбол консервной банкой с лисенком. Окажись на его месте любой из тех, с кем довелось общаться Бланке, и они бы даже смотреть не стали на тех, кто слабее и младше их, подчеркнуто общаясь лишь с начальником-волком.

Подметив, с каким удивлением Бланка смотрит на Дика, волк усмехнулся:

- Что не так с моим кадетом?

Бланка вздрогнула и повернулась к волку:

- Он ведет себя как мальчишка.

Полковник перевернул палкой прогоревшие доски в костре и пожал плечами:

- Ну, каждый избавляется от стресса как может.

Бланка неуверенно посмотрела на волка. Тот вздохнул:

- Ему в жизни досталось. Так что не нам его судить.

Бланка фыркнула – сытый пес в дорогой форме с кучей прибамбасов - и «ему досталось»…

Полковник строго посмотрел на нее, и после паузы произнес:

- Два месяца назад Дик бежал с плантации в Пшамане. Его поймали и хотели кастрировать, и он бежал снова. – Волк пристально смотрел в глаза потрясенной Бланке. – Эти два месяца он не раз рисковал жизнью, но это ничто по сравнению с тем, что он пережил там, – волк махнул лапой себе за спину, - на плантации. Вот что я имею в виду под словом «досталось».

Бланка с открытым ртом посмотрела на играющего с лисенком Дика. А ведь кто бы мог подумать…

Полковник перевел дыхание:

- А то, что ты видела у Хасана - так, ночная прогулка, детская игра, не более. По большому счету я там был лишний, Дик и один справился бы.

Бланка смотрела в огонь и думала о том, что ей сказал волк:

- Вы сказали - его кастрировали?

- Хотели. – Поднимаясь с песка, усмехнулся волк. – Но он смылся раньше.


***


Набегавшись и наевшись, лисята уснули – волк уложил их спать в джипе. Из-за маленьких размеров оба лисенка вольготно расположились на заднем сидении. После того, как возле костра остались только старшие, Полковник достал фляжку с коньяком.

Слегка опьянев, Бланка загрустила. Заметив это, Дик пересел к ней поближе и приобнял.

Бланка не стала возражать, она облокотилась на сидящего рядом пса, положив голову ему на плечо. Через час Бланке было настолько хорошо, что настроение не портил даже усилившийся ветер, начавший задувать под короткую курточку. Тем не менее, сидеть на остывшем за вечер песке было не очень приятно. Дик заметил, что Бланка ежится, и набросил на нее свою куртку. Она с благодарностью посмотрела на него:

- Пасиб.

Дик усмехнулся:

- Теплее?

Бланка закуталась в его куртку и кивнула, после чего покосилась на песок и констатировала:

- Только попа мерзнет.

Будь Дик потрезвее, то он, скорее всего, растерялся бы, а так он просто поднял лайку и посадил себе на колени:

- Так лучше?

Бланка поерзала на Дике и уверенно кивнула. Дик обнял сидящую на нем лайку:

- Скажи, а там, у Хасана, было страшно?

Бланка мотнула головой:

- Не очень. Я больше испугалась, когда вас увидела.

В ответ Дик хихикнул.

- Ты чего смеешься? – Обиделась лайка. – Знаешь как страшно, когда наверху грохочет чего-то, а потом дверь открывается, а на пороге два таких пучеглазых урода… - Она вспомнила о Полковнике и осеклась. - Извините…

Дик пригнулся за спиной у Бланки – было видно только трясущиеся плечи.

- Да ладно, - улыбнулся волк, - все свои.

Они посидели перед костром еще немного, и волк хлопнул себя по коленям:

- Ну все, пора на боковую. Завтра у нас серьезное дело.

Бланка соскочила с Дика, пес тоже встал, но вместо того, чтобы начать натягивать гамак - волк отказался спать в машине, сославшись на теплую погоду - направился к берегу.

Полковник коротко глянул ему вслед и, не отвлекаясь от дела, спросил:

- Ты куда?

Дик обернулся шагая спиной вперед:

- На берег, хочу прогуляться перед сном.

Бланка, отряхиваясь, вскочила с песка:

- Подожди, я с тобой.

А Полковник пожал плечами:

- Ну, смотрите… Только не задерживайтесь – мы завтра выезжаем рано утром.

Дик кивнул, сгреб с капота свой МП-5 и двинулся дальше.


***


Спустившись по склону дюны, Бланка слегка отстала от Дика, поэтому ей пришлось его догонять на пляже. Подбежав к псу, Бланка взяла его за руку:

- Скажи, а нас было сложно освобождать?

Дик коротко глянул на лайку:

- Не очень…

- Скажи, а чем ты занимался до встречи с волком?

Дик пожал плечами:

- Пахал па плантации в Пшамане.

- И как же ты выбрался?

Дик снова пожал плечами:

- Бежал с Полковником.

Бланка ожидала, что он сейчас начнет рассказывать, как он героически бежал из плена, но Дик молчал.

- А потом?

- Потом?.. Потом Полковник начал меня учить.

Бланка подняла бровь:

- И что, ты научился всему, что знаешь, всего за два месяца?

Дик вспомнил изматывающие тренировки у Руди и усмехнулся. Пес покачал головой:

- Тут нет ничего сложного. Задача солдата – убивать. Для этого нужно быстро и точно поражать противника. А все эти примочки… - Дик положил лапу на свой увешенный снаряжением автомат, - просто облегчают эту задачу. В некоторых случаях, как, например, с вашим спасением, превращая бой в промышленное изведение врага.

Бланка помолчала, а потом спросила:

- И откуда же вы взяли все эти вещи? Форму и оружие…

Пес вздохнул:

- Ну-у… нам помогли наши друзья из Катанги.

Бланка обернулась к Дику и пошла спиной вперед:

- И кто же у вас там?

- У шефа там знакомый – Руди «Немец».

У Бланки отпала челюсть:

- Немец?! Ты знаешь Немца?!

Дик кивнул:

- Я с ним общался.

Почему-то его спокойное признание уверило Бланку, что этот рыжий пес действительно знает Немца. Это снова было неожиданно: на его месте любой из ее знакомых начал бы нагло врать, что они с Немцем лучшие кореша, а Дик просто довел до ее сведения, что он знает одного из сильных мира сего.

Для Бланки это было необычное поведение. Она ожидала от наряженного в дорогую форму пса гонора, похвальбы и безграничной самоуверенности. А Дик оказался вполне нормальным. Даже проще, чем многие из тех, кого она знала. Бланка поймала себя на мысли, что Дик ей приятен – такой спокойный и уравновешенный.

Она прижалась к его плечу:

- Знаешь, когда я тебя в первый раз увидела, то подумала, что ты, наверное, страшный зануда. Весь такой правильный, и наверняка считаешь себя лучше других… - она покосилась на Дика и виновато улыбнулась.

Дик улыбнулся в ответ и покачал головой:

- Отнюдь… Я такое же жрущее, пьющее, срущее и йфущее быдло, как и все остальные.

Бланка прижалась к нему еще плотнее:

- Докажи.

Дик повернул голову и встретился со взглядом прижавшейся к его плечу Бланки. Это был взгляд первобытной самки. Из-за таких взглядов начинались войны и рушились цивилизации.

Отпустив рукав комбинезона Дика, Бланка остановилась перед псом и расстегнула пуговицу на ширинке своих брюк. Глядя на то, как по ножкам Бланки медленно сползают джинсы, Дик потянулся к замку своей разгрузки…


***


Снять разгрузку Бланка ему не позволила. Когда они опустились на песок, Дик попытался скинуть жилет. Но Бланка села на него сверху и положила свои лапы поверх его:

- Не надо… - Она посмотрела на него просяще, - оставь так.

Дик расслабился, а Бланка расстегнула «молнию» комбинезона. Замок кончался ниже паха, поэтому расстегнув его, лайка просто нырнула лапой внутрь и плотоядно улыбнулась – из-за жары под ним ничего не было. Ничего, кроме самого Дика. Бланка извлекла на волю горячий, полный крови член и, приподнявшись, погрузила его в себя.

Несколько секунд закатив голову Бланка наслаждалась ощущением полноты.

Дик судорожно вздохнул. Опустив взгляд, Бланка посмотрела на лежащего на спине Дика. Он смотрел на нее, широко распахнув глаза и чуть прижав уши. Его ничем не защищенная шея и грудь резко контрастировали с бортами разгрузки, пестрившей всякой смертоносной мелочью типа патронов для дробовика и подсумков с магазинами для пистолета.

Глядя на нее, Дик положил лапы ей на бедра.

Это послужило указанием к действию, и Бланка, закусив нижнюю губку, двинула тазом.

Дик, всхлипнув, поднял лапы и сжал грудки Бланки через ткань майки…

Несколько секунд Дик просто не соображал, что происходит. В первый раз – в той далекой деревеньке - все было совсем иначе. Он боялся, что сделает что-нибудь неправильно, поэтому сильно нервничал.

Впрочем, для Бланки все тоже было необычно – пожалуй, ей впервые был приятен ее партнер. Взглянув на лежащего под ней Дика, она невольно улыбнулась. Пес лежал широко раскрыв глаза, между бортами разгрузки были видны его голая шея, грудь, живот. На фоне лежавших по сторонам половинок разгрузки, увешанной боеприпасами, он выглядел абсолютно беззащитным.

Бланку заводила эта ситуация – пес-беглец, солдат, сейчас лежит под ней в полной ее власти.

Это завело ее настолько, что когда она почувствовала, как Дик вздрогнул и что-то задергалось внутри нее, Бланка тоже перешла финишную черту…

Потом она тихонько лежала на нем и слушала, как Дик говорит ей всякие глупости, поглаживая по голове. Ей впервые не было противно произошедшее.

Даже то, что Дик положил свою руку на ее попу, не вызвало у нее отторжения. В ответ она залезла руками в комбинезон и обняла Дика.


***


Волк тормошил затухающий костер, когда Дик с Бланкой вернулись. Увидев парочку, спускающуюся с дюны, Полковник понял, что произошло. Туда они ушли врознь, Дик шел отдельно от Бланки. А назад они вернулись с явной задержкой и парой. Обнявшись.

Полковник распрямился и прищурился – Дик прижимал лайку к себе за талию, а она держала его за плечо, задрав голову и что-то ему рассказывала на ушко. Дик шагал, глядя в песок и улыбаясь. То ли тому, что рассказывала лайка, то ли своим мыслям…

Волк вздохнул – в конце концов, если мальчишка достаточно взрослый, чтобы убивать, то почему он не может любить? Полковник решил не задаваться этой дилеммой, а просто привстал и помахал рукой.

- Ну что, как погуляли?

- А? – Дик отвлекся от Бланки. Не отпуская ее талию, он кивнул. - А… Отлично. Очень хорошо!

Волк усмехнулся. Похоже, что его спутника накрыло, как говорили на родине отца Винсента, «ударом грома».

- Ну и ладно… Пора спать. – Он посмотрел Дику в глаза. - Завтра у нас серьезные переговоры.

Дик кивнул и нехотя отпустил Бланку.

Спать Дик тоже лег рядом с Бланкой. Волк между делом обронил, что это неудобно - гамак не рассчитан на двоих и может перевернуться. В ответ Дик заметил, что это не проблема, и перевесил гамак так, чтобы тот не раскачивался, превратив его в своего рода подвесную койку.

Полковник хмыкнул, но ничего не сказал.


***


Утром во время завтрака новые отношения перестали быть секретом не только для волка. Когда Бланка зачем-то отошла к машине, Дик поймал ее, обнял за талию сзади и зарылся носом в волосы.

Глядя на них, Кир недоуменно поднял брови. Заметив его взгляд, Дик поднял морду и невозмутимо возразил:

- Что? Это моя попа. Как хочу, так и прижимаюсь.

Лисенок остался стоять с открытым ртом, в попытке понять сказанное, Гюля хихикнула, а Бланка в притворном возмущении посмотрела на пса:

- Это как это «твоя»?! – Она чуть подала задом назад, якобы в попытке оттолкнуть Дика.

В ответ Дик опустил лапы чуть ниже и поднял брови:

- А что?!

Бланка напустила на себя еще более возмущенный вид:

- Ах ты!.. – Она повернулась в объятиях Дика и хлопнула его ладошкой по разгрузке.

- О-о-о!.. – Дик поднял брови. - Садо-мазо?!

Бланка в замешательстве открыла рот и по инерции шлепнула Дика еще пару раз. Пес среагировал тут же – он отпустил лайку, развернулся задом и вильнул хвостом:

- О да!.. Накажи меня, детка!

Кир прыснул в кулак, Гюля от смеха чуть не выпала из гамака, в который забралась, и даже Полковник отвлекся от копания в багажнике и улыбнулся.

Бланка притворно надулась:

- Ну тебя!.. – И повернулась к вышедшему из-за джипа волку. - Ой, а это что?

- Костюмы. – Полковник держал в лапах два полиэтиленовых мешка.

Под пластиком обнаружились два костюма на вешалках. Темно-синий в мелкую полоску для волка, и светло-серый - для Дика.

Увидев костюмы, Дик сразу посерьезнел:

- Я переодеваться не буду!

Волк удивленно понял брови:

- Почему?

Дик неуверенно переступил с ноги на ногу и посмотрел на потрепанный за последние несколько часов комбинезон:

- Да мне и так неплохо!

- Пойми, тебя в таком виде, - Волк указал пальцем на форму Дика, - не пустят.

- Ну и что?..

- Но ты мне можешь понадобиться.

Дик промолчал.

Полковник устало нахмурился – было видно, что Дик уперся, потому что никогда не носил подобной одежды и не хотел расставаться с привычной формой.

Неожиданно помогла Бланка.

- Дик, ну пожалуйста… - Она состроила псу глазки. - Мне интересно, как он на тебе смотрится.

По выражению морды Дика стало понятно, что он сдался.

- Ладно… Давайте посмотрим.

Надевая брюки с начищенными ботинками, Дик ворчал; возясь с белой рубашкой и жилетом, недовольно фыркал. Но больше всего недовольства вызвал у него галстук – наткнувшись на него, Дик недоуменно посмотрел на волка. Когда Полковник объяснил, что это, Дик обреченно вздохнул и набросил галстук на шею...

Глядя на нахмуренного пса, теребящего цветную шелковую полоску ткани, Бланка улыбнулась:

- Давай помогу.

Дик покосился на нее, подозревая, что это шутка, но Бланка уверенно выдержала взгляд. Дик вздохнул, плечи у него поникли, и он отпустил галстук:

- Давай…

Бланка встала перед ним, задрала воротник, легким движением набросила полоску ткани и улыбнулась Дику. Тот с обреченным видом задрал подбородок.

Заметив, как легко и непринужденно лайка завязала роскошный узел, волк отвлекся от зеркала заднего вида, глядя в которое пытался вспомнить давно забытое искусство надевать галстуки.

- Где ты этому научилась?!

Бланка поправила узел галстука и смахнула с плеча пиджака пылинку:

- Один из тех, кто назывался моим хозяином, был большим модником, - она криво усмехнулась - …но при этом очень не любил завязывать их сам.

Заметив, что волк все еще не справился с галстуком, Бланка улыбнулась:

- Давайте я вам помогу. Вам какой узел? Крестовый, малый, Виндзор?

- А-а-э-э-э… - Выдавил волк.

- Понятно. – Вздохнула Бланка. – Думаю, такому галстуку подойдет малый узел.

Пока Бланка колдовала над галстуком, Полковник в мыслях вознес хвалу небесам за избавление от мучительных попыток вспомнить единственный известный ему способ завязывания галстуков. Который, к слову, он давно и благополучно забыл. В последний раз он завязывал галстук двадцать лет назад. Винсент даже не смог вспомнить, по какому поводу ему понадобилось так одеваться.

Когда Бланка закончила с галстуком, волк с сосредоточенной миной принялся копаться во внутреннем кармане пиджака.

- Хм, а это что?..

Полковник извлек из внутреннего кармана банковский конверт и вытряхнул содержимое в лапу. Внутри оказалась пара золотых «Ролексов».

Волк снял свои потрепанные «командирские» и засунул в карман брюк. Один из «Ролексов» он бросил Дику:

- Держи… Мы бы странно смотрелись на приеме в костюмах ручного пошива с копеечными «касио» на лапах.

Застегнув непривычно тяжелый золотой браслет часов, волк обошел джип кругом, осмотрев его. Потом он полез в салон, достал тряпку и протер лобовое стекло. Затем так же тщательно протер государственные номера. Наконец он закинул тряпку под сиденье, отряхнул лапы и обратился к Дику:

- Так, собираемся и поехали... – Он оглянулся. - Где твоя подружка?

Из-за машины выглянула Бланка, и волк махнул лапой:

- Все в машину!

Волк привычно бросил мимолетный взгляд на часы, нахмурился и поднял «ролекс» к глазам.

– Вот черт, время не выставлено!.. – Винсент полез в карман за своими старыми «командирскими».


***


«Летней резиденцией» Теодора Сандерса являлось старое поместье, расположившееся посреди кипарисовой рощи. По периметру резиденция была окружена высокой кирпичной стеной; охрану несли боевики в форме иностранного спецназа. Ни у одного не было армейских знаков различия, но у всех на плечах и спинах красовались нашивки с надписью «Sanders Petroleum, Inc. Security Service».

Дорога, ведшая к воротам резиденции Сандерса, по качеству укладки напоминала автобан.

К удивлению волка, охрана у ворот беспрепятственно пропустила их. За воротами начиналась аллея из кипарисов, выходившая на небольшую полянку. Здесь, на площади размером с футбольное поле, в окружении ухоженных и подстриженных кустов стоял аккуратный коттедж. Перед его крыльцом «отдыхали» «BMW», «Мерседесы» и «Ланд-Круизеры».

Но на стоянку джип волка не пропустила охрана. Полковнику не осталось ничего другого, как припарковать «Юкон» на дорожке в саду, перед садовой пристройкой.

Заглушив мотор, волк повернулся к Дику, который взялся было за дверную ручку:

- Останься с ними. – Полковник кивнул на лисят.

Дик удивленно посмотрел на волка, но тот только сделал морду строже. Дик пожал плечами и сел обратно.

- И чтобы не вздумали шуметь. Если некуда будет деть энергию, – Волк кивнул головой в сторону, - …вон – вымойте машину.

Дик бросил взгляд за окно – на газоне возле торчащего из травы крана со шлангом стояло красное пластмассовое ведерко.

Дик посмотрел на волка и посерьезнел:

- Хорошо.

Оставив лисят с Бланкой под попечительством Дика, Полковник направился к дому. По пути Винсент разминулся с парой охранников. Два пинчера в темных костюмах с «Узи» наперевес прогуливались по аллеям вокруг дома.

Они проигнорировали волка – тот факт, что посетитель прошел проверку на въезде уже говорил о том, что босс ХОЧЕТ его здесь видеть.

Однако когда Полковник подошел к крыльцу дома, он удивился тому, что его никто не встречает.

Внезапно дверь на первом этаже распахнулась, и на крыльцо вышел черный кот в национальной одежде – белых холщовых штанах-«зуавах» с красным широким кушаком, белой рубахе с красной жилеткой и в тюрбане, повязанном поверх красной «шишей». Он мягко взмахнул лапой:

- Следуйте за мной. Господин ждет вас…


***


Поднявшись на второй этаж, кот провел волка мимо стоявших в дверях охранников-волкодавов в костюмах а-ля «MIB» с черными очками. Оба держали в лапах автоматы «Беретта-12S».

У комнаты с открытой дверью кот поклонился волку и отодвинулся в сторону, мелко семеня.

Полковник нервно поправил узел галстука, одернул полы пиджака и шагнул внутрь…

Волк оказался в обеденном зале. Середину комнаты занимал резной овальный стол, за которым легко уместилась бы целая семья, в стене напротив камин - судя по чистоте, никогда не знавший огня; на каминной полке множество разных фотографий. У стены напротив камина – бар. А у входа, во главе стола, сидел сам владелец дома и нефтяной корпорации «Сандерс Петролеум, Инк.».

Судя по слегка закрученному хвосту и почти волчьей морде, в роду Сандерсов были лайки или маламуты. В окраске меха Теодора Сандерса преобладал светло-рыжий цвет, местами прерывавшийся седыми пятнами. Магнат был одного с Винсентом роста, и одет в отлично сидевший темный костюм-тройку.

- Присаживайтесь. - Сандерс указал лапой на стул слева от себя. - Мистер?..

- …Руберо. Винсент Руберо. - представился Винсент и шагнул вперед, поскольку Сандерс протянул ему руку, не вставая со стула.

- Что-нибудь выпьете?

Винсент устроился на предложенном стуле и вежливо улыбнулся:

- Только чай, если можно.

Сандерс чуть повысил голос:

- Мансур, два чая.

Магнат откинулся на спинку стула и посмотрел на волка.

- Я слышал, что офицер миротворцев желает со мной говорить. Мне интересно, о чем же?

- Я к вам с деловым предложением.

Сандерс кивнул:

- Да?..

- Ваши намерения насчет Пшамана… - Волк вздохнул. - Мои начальники полагают, что это ваш ответ на перехват вашей доли в береговых разработках нефтегазовых месторождений. Мое правительство готово пересмотреть условия данной сделки. «Сандерс Петролеум» получит долю в береговых разработках…

Маламут тяжело поднялся со стула и медленно прошелся по комнате. Он остановился напротив камина и посмотрел на фотографии. После непродолжительного молчания он медленно покачал головой:

- Нет.

Винсент встал и оперся руками о стол:

- Но они готовы отдать вам целых 25%! Это больше, чем вы смогли бы добыть без посторонней помощи!

Сандерс повернулся к волку:

- Мистер Руберо, вы меня неправильно поняли. Нефть здесь ни при чем.

Волк подошел к камину и бросил мимолетный взгляд на фотографии:

- Но тогда зачем вам это?!

Некоторое время Сандерс молча смотрел на фотографии, после чего спросил:

- Скажите, мистер Руберо, у вас есть семья?..

Винсент замер, не зная, как выгоднее будет ответить.

- Пока нет. – Неопределенно выдавил он.

- А у меня была. – Сандерс протянул руку и погладил фотографию в рамке. - После смерти жены у меня остался только мой сын – Джейк. Как только он сдал выпускной экзамен в школе, - Сандерс посмотрел на Полковника, – Да, да, в обычной городской школе… Я тогда был не так богат, а улицы не так опасны… Так вот, он собрался уезжать. Хотел учиться на врача. У нас в стране такое образование дать не могли, и он собрался в Европу. Я просил его остаться, но он был своевольный, весь в мать. – Старый маламут грустно улыбнулся. – Он меня не послушал. Он никогда меня не слушал, - Сандерс выдержал паузу, - ...он выучился и стал хорошим врачом. Нашел себе девушку…

Сандерс глубоко и грустно вздохнул.

- Пятнадцать лет назад здесь началась гражданская война. Я послал ему телеграмму, чтобы он не вздумал возвращаться. Но он меня не послушал… Он был патриотом и не мог поверить, что наша страна с ее богатой историей и многовековой культурой может скатиться до хаоса междоусобицы. Словно какая-нибудь банановая республика…

Старый пес медленно прошелся вдоль стола по направлению к бару, оставив волка одного у камина. Взяв свой стакан, Сандерс обернулся к волку.

- Авиасообщений тогда уже не было, на море была блокада, и он решил вернуться в страну через северную границу… – Сандерс заглянул на дно стакана. - Через Пшаман...

Винсент промолчал. И сейчас долина Пшамана была натуральным гадюшником, а тогда, пятнадцать лет назад, Пшаман был филиалом ада на земле.

Сандерс вздохнул:

- Я не знаю, что с ним произошло… Но больше его никто не видел. И я поклялся наказать виновных…

Произнося эти слова, маламут поднял голову и посмотрел прямо в глаза волку.

И Винсент понял, что уговорить старика не получится.

Ему начихать на миротворцев, на правительство, на корпорации. Эта война – его личный крестовый поход.

В то же время Винсент поймал себя на мысли, что где-то уже видел эти глаза. Чтобы отделаться от ощущения дежавю, Полковник встряхнул головой и посмотрел на фотографии. На них были запечатлены разные эпизоды жизни самого Сандерса и его близких. Ближе к центру было много фотографий молодого маламута черно-рыже-белого окраса. На паре снимков этот же пес стоял под руку с молодой лайкой. Судя по всему, это и был погибший сын Сандерса. Шагнув в сторону вдоль каминной полки, волк заметил:

- Но ведь кроме виновных, погибнет до черта невинных…

Сандерс, собравшийся пригубить стакан, саркастически усмехнулся:

- Невинные в Пшамане?! Да там можно вешать двоих через одного – не ошибешься!..

Он добавил еще что-то, но волк его уже не слушал.

…На фотографии, которая привлекла внимание волка, улыбающийся Сандерс-младший рядом с все той же лайкой держал на руках крохотного щенка. Судя по дате на снимке, эта фотография была сделана полтора десятка лет назад. Не узнать этого щенка Винсент не мог. Он достаточно видел Дика без одежды, чтобы с уверенностью сказать, что это он.

В этот момент волк ощутил приблизительно то, что в детских мультфильмах изображают в виде зажигающейся над персонажем лампочки. Он понял, откуда в глухой чащобе приграничной зоны взялся щенок редкого окраса с западным именем. Он понял, почему этого щенка не клеймили, и почему после побега их так долго и упорно преследовали.

Для взгляда со стороны мир не изменился. Но Винсенту показалось, что солнце засветило ярче, трава стала зеленее, и он буквально физически ощутил, как с его плеч свалилась невероятная тяжесть, довлевшая над ним последние несколько месяцев. Волк носом втянул полную грудь воздуха и подумал: «А ведь я нашел то, что можно дать Тому-У-Кого-Все-Есть…».

Обернувшись к старику, Винсент обворожительно улыбнулся:

- Мистер Сандерс, я намерен сделать вам предложение, от которого вы не сможете отказаться!..

Маламут покосился на волка и скривился:

- Я стар… Смертью вы меня не напугаете.

Улыбка волка стала еще шире:

- Смертью, возможно, и нет... – Винсент подошел к столу и оперся на него. - А вот что вы скажете, если я верну вам вашего внука?

Сандерс вздрогнул, после чего стрельнул глазами на каминную полку, затем на волка и хищно собрался.

- Мистер Руберо! - прошипел он. - Это крайне неуместная шутка!..

Винсент почувствовал, как у старика от ярости дрожит голос.

- А я и не шучу! – Волк тоже собрался и подался вперед. - Я серьезен, как капеллан на исповеди!

Несколько секунд стороны молча изучали друг друга.

Не спуская глаз с маламута, Полковник повернул голову в сторону раскрытого окна:

- Дик! Поднимись сюда!

В комнате повисла тишина. Волк отошел от стола, а Сандерс напряженно смотрел на волка. Некоторое время ничего не происходило. Затем раздались шаги, и спустя несколько секунд в комнату вошел ничего не подозревающий Дик. Он остановился в дверях, удивленно перевел взгляд с волка на седого маламута и обратно:

- Что случилось?

Но волк не ответил: он с выражением коршуна на морде следил за реакцией старика.

И она его не разочаровала – сначала Сандерс с удивлением уставился на появившегося пса, но уже через мгновение в его взгляде что-то мигнуло. Он сдвинулся на стуле вперед, у маламута задрожала нижняя челюсть, и он осторожно поднял руку, как бы желая убедиться, что это не галлюцинация.

Он не мог поверить – даже если бы этот волк не сказал, что это его внук Ричард, то он понял бы это сам! Этот аристократический профиль, четкие уши, и такая знакомая рыжая челка… А вот окрас у мальчика был мамин – ровный рыжевато-красный мех с бежевыми лапами и грудью. Даже жест удивления был таким же, как у отца – легкое движение бровью вверх и разведенные лапы на уровне пояса…

Дик удивленно посмотрел на старика и покосился на волка:

- Чего?..

Винсент, увидев реакцию Сандерса, скорчил страшную рожу и замахал Дику, чтобы тот ушел. Дик удивленно пожал плечами и, развернувшись, вышел.

Сандерс с ошарашенным видом повернулся к волку:

- К-как?.. К-как это возможно?.. – В голосе маламута больше не было уверенности и непоколебимости.

Полковник широко улыбнулся. Он победил в этом сражении и в этой войне.

- Давайте я расскажу вам одну историю!.. – Он прошел мимо потрясенного Сандерса к бару и по-хозяйски налил себе из первой попавшейся бутылки. - Про то, как во время гражданской войны некий Пшаманский плантатор решил подзаработать на грабеже путников, бегущих из страны через перевал… И про то, как он расстрелял на перевале одну семью. А узнав, кого расстрелял, страшно перепугался…

Волк налил еще один стакан и протянул его Сандерсу. Старый маламут машинально взял стакан, продолжая с потрясенным видом смотреть на волка.

- …И тогда этот землевладелец решил сохранить жизнь единственному уцелевшему – щенку. На случай, если его дедушка вдруг каким-либо образом прознает, кто погубил его родных…

Сандерс слушал волка, не перебивая, пока тот описывал последовательность событий.

- … Пока там не оказался один офицер миротворцев… - волк скромно коснулся себя рукой и чуть кивнул.

Сандерс так и сидел с приоткрытым ртом, сжимая стакан с выпивкой, как свечку в церкви. Наконец он выдавил:

- Что вы хотите?

Улыбка волка стала еще шире:

- Мне нужно только одно. Мир в долине Пшаман.

У Сандерса забегали глаза, и он поставил стакан на стол:

- Это… Это невозможно. – Он посмотрел на волка и извиняющимся тоном добавил. – Виновные должны понести наказание.

Винсент присел рядом и убежденно закивал:

- Разумеется. Но для этого вовсе не нужно разворачивать войну! Возмездие может настигнуть их в ином обличье… - Волк многозначительно выделил слова «в ином» и искоса посмотрел на пса.

- Да, да… Разумеется… Но сейчас я хотел бы поговорить со своим, - он собрался с духом, - …в-внуком.

Волк повернулся к двери:

- Дик! Зайди, пожалуйста.

Дик заглянул в комнату:

- Чего?

- Хочу представить тебя. – Полковник протянул лапу к Сандерсу. – Это Теодор Сандерс.

Дик флегматично кивнул – типа, а дальше что?

- …твой дедушка.

При этих словах Дик замер и с удивлением воззрился сначала на волка, а потом на маламута.

- В каком смысле, – Выдавил он, - … дедушка?

- В прямом. – Волк осклабился. – Он отец твоего отца. Я же обещал тебя устроить. – Добавил он.

- Да. – Хмуро кивнул Дик. Пес недовольно покосился на незнакомого маламута, который, как Дика уверяли, приходился ему родным дедом. – А что будет с Бланкой, Киром, лисичкой? Для них тоже есть дедушки?

Волк тяжело вздохнул. С самоуважением у Дика появилось и своя точка зрения. Если дед ему не понравился, то его будет трудно убедить не ломать так красиво получившийся план мирных переговоров.

Но тут вмешался Сандерс:

- А кто это?

- Его друзья. – Объяснил за Дика волк. – Он им всем по очереди жизнь спас.

- Друзья моего внука - мои друзья! – Сандерс просто таки расцветал на глазах. – Я буду рад с ними познакомиться!

Дик, насупившись, кивнул:

- Я их предупрежу. – И вынырнул за дверь.

На пороге он чуть было не столкнулся с тем самым котом, который привел сюда волка. Кот успел отскочить с пути Дика в последнюю секунду. Войдя в комнату, кот поклонился, но Сандерс нетерпеливо взмахнул рукой:

- Потом, Мансур!

За дверью они встретили ждавшего аудиенции Руди. Увидев на морде маламута довольную улыбку, Руди удивленно перевел взгляд на волка. Подойдя, Сандерс дружески хлопнул шнауцера по плечу:

- Друг мой, все дела после! Сегодня у меня большой праздник! - Маламут жизнерадостно улыбнулся и направился дальше.

Удивленно посмотрев ему вслед, Руди повернулся к Винсенту:

- Я что-то пропустил?

Волк положил лапу на плечо шнауцера:

- Старик, ты опоздал на эпилог настоящей драмы…


***


Вернувшись из дома, Дик направился к джипу. Бланка сидела на траве, а лисята носились вокруг, поливая машину и друг друга водой. Но заметив нахмурившегося Дика, они замерли. Дик быстро подошел к джипу, рывком распахнул дверь, вскочил на кресло водителя и замер, уставившись в руль. Лисята переглянулись, а Бланка встала и подошла к машине.

- Что случилось?

Дик помотал головой:

- Ничего.

Бланка встала у открытой двери вплотную к привалившемуся к стойке Дику:

- Он тебя ругал? Из-за нас?

Дик молча покачал головой. Он выглядел взъерошенным и напряженным. Бланка приобняла его и погладила по голове. Дик закрыл глаза и положил голову ей на плечо.

В этот момент из куста, который закрывал от джипа дом, вышел седой пес в дорогом костюме. Увидев парочку в джипе, Сандерс замер. Все эти годы старый пес проклинал себя за то, что произошло с его сыном. У мальчика был характер Сандерсов – в результате он иногда нарочно совершал поступки в пику отцу. И его решение вернуться в страну наперекор мнению отца было из той же оперы.

Старый маламут же стремился направлять Джейка, иногда уж слишком настойчиво…

Каждое утро, просыпаясь, Сандерс клялся себе, что если его сын или внук найдутся, то он больше не совершит такой ошибки. Видимо, небеса его услышали. И теперь…

Старый пес глубоко вздохнул и шагнул к джипу.

Открыв глаза и увидев подошедшего Сандерса, Дик мученически поморщился.

В этот момент Сандерс вздрогнул – настолько мимика Дика была похожа на реакцию его собственного сына при появлении отца. Сандерса потрясло, что его сын, будучи свободным, при нем испытывал то же самое, что и этот мальчик – беглый невольник.

Поэтому, подойдя, он ласково улыбнулся Бланке:

- Прошу прощения, барышня, но я хочу попросить Ричарда.

Бланка удивленно наклонила голову:

- Кого?

- Меня… - Тоскливо отозвался Дик. – Это меня… - и вылез из машины.

Старик показал рукой на тропинку, уводившую вглубь сада:

- Пройдемся?

Когда Бланка шагнула за Диком, старый пес поднял лапу.

- Прошу прощения, но разговор строго конфиденциальный.

Бланка насторожено посмотрела на Дика, но тот кивнул:

- Конфиденциальный так конфиденциальный…


***


Дик с Сандерсом бродили по парку несколько часов. Затем старый маламут потащил Дика в ту самую комнату, где они беседовали с волком – смотреть фотографии.

За обедом Сандерс был приветлив и общителен. Сразу по окончанию трапезы он увлек с собой Дика и его друзей в свой гараж.

Вечером того же дня к стоявшему на веранде волку подошел улыбающийся шнауцер и оперся рядом о перила:

- Слышал последний анекдот?

Волк мотнул головой.

- Короче… Приезжает на невольничий рынок местный шейх и говорит продавцу: «Давай сюда десять рабов». Ну, тот выводит. Шейх расплачивается, после этого рвет из кобуры ствол, и - Бах! Бах! Бах! – стреляет девятерым в голову. Затем хватает десятого и жестоко дерет его под хвост.

- Какая мерзость… - Отозвался Полковник, разглядывая окружающие дом заросли хвойных деревьев.

- Ты дальше слушай… - Хохотнул шнауцер. - Продавец его - шейха - и спрашивает: «Уважаемый, зачем же ты десятерых покупал? Купил бы одного и драл бы его, куда душе угодно…». А шейх говорит: «Эй, нет, ты представляешь, как у него ОЧКО СЖАЛОСЬ?!».

И шнауцер затрясся над собственной шуткой.

- Какая мерзость. – Флегматично повторил волк.

- Да ладно, чего ты раскис? – Хлопнул его по плечу ризен. – Ты совершил невозможное! Да еще устроил своего кадета на хлебное место. Я в шоке от того, как тебе это удалось…

- Не факт. – Покачал головой волк.

- В смысле? – Руди развернулся и оперся спиной о перила.

Полковник покосился на пса:

- А если я ошибся? Что если Дик - не внук Сандерса? Тогда сделке конец…

- И как он это узнает? – Поинтересовался Руди.

- Сделает анализ ДНК, например…

Руди возвел глаза к небу и вздохнул:

- Допустим… - начал он. - Но найденный тобой в Пшамане щенок с редким окрасом и не менее редким западным именем полностью соответствует всем данным внука Сандерса. Более того, этот щенок находится там же, где потерялся внук Сандерса. Вопрос на миллион, – Руди развел лапы, - чей он родственник?

- Возможно. - Вздохнул волк.

- Кроме того… - Ризен подался вперед и понизил голос, - …это ведь не главное.

Винсент удивленно посмотрел на пса, а тот, коротко оглянувшись, нагнулся к волку:

- До сегодняшнего дня я пару раз встречался с Сандерсом. И каждый раз у него морда была искривлена, как будто он лимон надкусил. Я вообще полагал, что он развеселится лишь с полпакета марихуаны. – Ризен сделал паузу. - А сегодня я видел, как старина Тэдди, изображая лошадку, возит у себя на шее безродную лисичку.

Ризен отстранился от волка и покачал головой:

- …До сегодняшнего дня такую картину можно было увидеть, только перебрав джина.

Полковник повернулся к ризену:

- Что ты хочешь сказать?

- Я хочу сказать… - снова понизил голос Руди, - …что старина Тэдди не будет делать никаких анализов. Потому что сам боится.

- Чего? – Не понял волк.

- Снова остаться в одиночестве. Ему за шестой десяток, и у него никого нет. Он за сегодняшний день чуть не затискал обоих лисят. Хотя они… - Руди поднял указательный палец, - …явно не могут считаться его родственниками.

Винсент кивнул:

- Возможно, ты и прав.

Они помолчали, разглядывая тихо шуршащий под легким ветерком хвойный парк, окружавший дом.

Внезапно на лестнице раздались шаги, и на веранду поднялся Теодор Сандерс. Старый маламут широко улыбнулся:

- Мистер Руберо, мне надо с вами поговорить… - Сандерс коротко стрельнул глазами в ризена, - …наедине.

Руди тут же отступил в сторону:

- Не буду вам мешать. – На лестнице он обернулся, и пользуясь тем, что Сандерс стоит к нему спиной, указал на волка пальцем и покачал им: «не забудь, что я говорил…».

Дождавшись, когда шаги ризена стихнут, Сандерс повернулся к волку:

- Мистер Руберо, ваш вклад в последние события сложно переоценить.

Старый маламут сделал паузу:

- Для меня всегда был свят принцип «око за око». Я действовал согласно ему в течение всей своей жизни. Но этот принцип распространяется не только на отрицательные поступки.

Сандерс опять замолчал, собираясь с духом, после чего поднял на волка глаза

- Я привык вознаграждать тех, кто сделал мне добро. Ваша роль в последних событиях неоценима. Что вы хотите, мистер Руберо?..

Волк вздохнул:

- Все того же…– Полковник посмотрел на колышущиеся кипарисы. – Мира в Пшамане.

Сандерс поморщился:

- Мистер Руберо, вы меня неправильно поняли. Насчет Пшамана я дал слово – и сдержу его. Я хотел узнать, что нужно Лично Вам.

Внешне волк остался спокоен, но внутри у Винсента захватило дух – не каждый день один из Сильных Мира Сего задает тебе такие вопросы.

Полковник закрыл глаза и внутренне собрался. В этот момент он быстренько прикинул все возможные расклады, и к неподдельному удивлению маламута покачал головой:

- Если я соглашусь на ваш подарок – Дик на меня обидится. Решит, что я его продал.

Недоумение на морде маламута пропало, и Сандерс усмехнулся:

- Я достаточно хорошо разбираюсь в кадрах, чтобы ценить таких сотрудников, как вы. И я понимаю, что после меня вам придется работать с ним. – Маламут покачал головой. - Так что об этой части нашего уговора он не узнает.

Волк некоторое время разглядывал свои лапы, а затем поднял на Сандерса глаза:

- Я привез вам предложение ваших западных коллег о совместной добыче углеводородов.

Маламут удивленно посмотрел на волка:

- Но ведь вы уже дали мне то, что я хотел…

- Но ведь «БиПи» и «Шелл» об этом не знают. - В тон ему отозвался волк. - Так что будем считать этот договор приятным бонусом.

Теодор несколько секунд внимательно смотрел на Полковника, после чего расплылся в улыбке:

- А с вами приятно иметь дело, мистер Руберо.

Волк скромно кивнул.

- Я хотел бы получить два процента от совместного предприятия.

Глаза у Сандерса забегали, как цифры в счетной машинке:

- Два процента, это… где-то около девяти с половиной, десяти миллионов…. Так?

Волк кивнул.

Маламут снова удивленно посмотрел на волка:

- Так почему же вы не сказали сразу?

- Два процента звучит несколько скромнее, чем десять миллионов.

Сандерс посмотрел на волка и хитро улыбнулся:

- Но почему же тогда не десять процентов?

Волк поднял брови:

- Я не жадный.

- Ну что ж… – Сандерс хлопнул в ладоши, словно ставя точку… - да будет так. Мои юристы перешлют соответствующую сумму на любой указанный вами счет. А теперь я буду вам признателен, если вы составите нам компанию за скромным застольем по случаю возвращения моего внука.


*Эпилог*


Месяц спустя после описанных событий в южной провинции Тамба, граничащей с Катонией, с аэродрома Мирокку поднялись два самолета. Это были новейшие истребители Ф-16 Си/Ди, приобретенные за океаном за валюту.

Под крыльями одного из самолетов находились две ГБУ-10 Е/Б, внешне похожие на карикатурные ракеты, - тяжелые бомбы с лазерным наведением, способные разнести долговременное укрепление, танк или многоэтажный дом. Но сейчас их цель была гораздо меньше…

Перелетев над горным хребтом, являвшимся географической границей двух государств, оба истребителя резко прижались к земле.

Границу между государствами самолеты преодолели в режиме огибания рельефа. Истребители с ревом пронеслись на высоте сотни метров над кронами деревьев между холмов.

И лишь у границы долины Пшаман-аль-Кебир командир группы нарушил радиомолчание.

- Подлетаем к цели. Полная готовность!

Второй летчик кивнул своим летным шлемом с эмблемой «Плейбоя»:

- Понял!

Щелкнув тумблером, он перевел в активный режим бомбу, подвешенную под пилоном номер 3. И тут же внутри карикатурного корпуса в кремниево-текстолитовых мозгах зашевелилось некое подобие интеллекта – телевизионный блок в обтекателе заворочался в поисках лазерного пятна подсветки, единение с которым являлось смыслом существования для системы наведения…

Старший брат, Мирза, лениво развалился в шезлонге на веранде второго этажа теперь уже ЕГО дома. Горный лев сладко потянулся. Какое же это все-таки счастье, быть хозяином! Теперь, когда этот старый хрыч сдох, он - старший сын - являлся полновластным наследником всего его имущества.

Старик не пережил побега того щенка. С каждым днем он угасал; угасал, пока не подох. И даже в предсмертной агонии он клял своих сыновей за нерасторопность и сулил им всевозможные кары…

Фарух ругался с кем-то, стоя в кузове «Унимога», запаркованного возле дома. Как ни странно, но после эпизода с наемником его даже стали больше уважать – как-никак, он единственный, кто вернулся живым…

Мирза усмехнулся и, чуть потянувшись, взял со столика сок со льдом – он не верил во всю эту эзотерическую ерунду. Теперь он – ХОЗЯИН! Теперь плантация будет называться «Фазенда Мирзы».

Кот довольно заурчал.

В этот самый момент вышел в эфир пилот второго самолета, чей шлем украшал рисунок в виде четырех тузов веером:

- Чарли-Два, говорит Красный-Альфа, вижу цель!

- Понял, Красный-Альфа!

- База, мы на месте.

В этот момент в эфире появилось третье лицо – диспетчер:

- Говорит база… - Судя по голосу, диспетчер была довольно юной, и вряд ли понимала, что сейчас произойдет вдалеке от нее. - Чарли-Два и Красный-Альфа, для удара выходите на рекомендованную высоту.

- Есть! - Отозвался обладатель «каре» на шлеме.

Оба истребителя поднялись и сбросили скорость. Когда указатель альтиметра застыл на отметке в один километр, командир отделения щелкнул тумблером системы лазерной подсветки. В этот момент произошло два события – из подвешенной под самолетом гондолы ударил невидимый для глаза пучок инфракрасного излучения, и тотчас это пятно приковало к себе внимание телекамеры бомбы № 3. Что тут же было отображено на мониторе в кабине пилота.

- Есть захват!

- Пуск!

Еще один щелчок тумблера, и захваты третьего пилона освободили бомбу. Растопырив свои куцые стабилизаторы, ГБУ понеслась к земле, следя своим единственным телевизионным глазом за лазерным пятном, дрожащим на стене дома.

В этот момент до дома донесся пушечный грохот подлетающих истребителей. Всполошившийся Мирза скатился с лежанки, облившись соком. Подскочив к перилам веранды, он удивленно уставился в небо, откуда исходил звук.

- Что за?!..

Бомба промахнулась на метр. Вместо того, чтобы пробить стену, туша весом в девять центнеров картинно влетела в окно второго этажа в пяти метрах от Мирзы. Массивная металлическая сигара пробила две перегородки и межэтажное перекрытие. Она бы проломила и пол первого этажа, но… Но в этот момент бомба совершила то, для чего ее и создавали – послала сигнал на детонатор, погруженный в 430 килограммов смертоносной начинки…


***


Находившиеся в поле невольники и их надсмотрщики почувствовали, как под ногами задрожала земля, а спустя мгновение до них донесся оглушительный взрыв. Все, как один, обернулись, потрясенные грохотом, и замерли с раскрытыми ртами. На месте хозяйской усадьбы клубилось, поднимаясь высоко в небо, огромное мутное облако пыли, грунта и дыма. В воздухе кувыркались фрагменты стен, деревянные обломки и прочий мусор. В землю посреди поля с уханьем врезался кусок металла. Шокированные охранники не сразу поняли, что это бывший двигатель «Унимога»...

В тот же день усадьба была брошена всеми. Первыми разбежались охранники, а следом за ними и рабы.

То, что осталось от фазенды Мирзы, стояло заброшенным до сезона дождей. А затем болотная трава поглотила пашни, которые некогда были у нее отвоеваны.


КОНЕЦ

Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Ссылки: http://vinny.furnation.ru/gallery/?section=poetry&tag=%D0%9F%D0%BE%D0%B1%D0%B5%D0%B3Похожие рассказы:
Иван Белов «Хлебозавод номер три.»
ReNaR «Революционер»
Alex Wolf «Потерянный Рай - Революция Угнетённых.»
mark
15:18 26.02.2016
Потрясающий рассказ. Очень понравился. Рад, что все закончилось хорошо. Кстате согласен, что если насильно искать интересный рассказ то нифига толком не выходит, а случайное клацание порой быстрее приводит к хорошему результату.
Хеллфайр
15:39 01.04.2015
ФЬЮ, вот так случайный поиск выводит на интересный рассказ! А так бы я его хре... Понь нашёл. Скачать, срочно!
Ошибка в тексте
Рассказ: Побег.
Сообщение: