Virial
«НеКРОМАнт»
Скачать
#белка #хуман #верность #хозяин/раб

— Тамми, завтра ты поедешь со мной на охоту, — распорядился Владимир Ильич — человек среднего роста с короткими чёрными волосами.

— Как прикажете, — ответила белка с серо-рыжей шерстью, ростом в полтора метра, с явными признаками анорексии. — Но Вы ведь ездили на охоту с Кристи...

— Кристи забрал Отдел Разработки: хотят новые лётные маски сделать для наших пилотов, а Кристи — их прототип...

— Я поняла, — кивнула белка обнимая свой хвост, длинный, как и положено беличьему, но тонкий и с редкой шерстью, не то чтобы казался совсем лысым, не до такой же степени, но белка всегда (почти всегда, в самую жару, летом, от шерсти хотелось совсем избавиться) хотела себе более густую шерсть... везде, не только на хвосте, но на хвосте особенно, он же всегда на виду, им любуется хозяин... а любоваться на... вот это... — А какова будет моя роль на охоте? Что я должна вспомнить, к чему готовиться?

— Если повезёт и ситуация не намного хуже, чем я себе представляю — ничего, тебе придётся просто страховать меня на всякий случай.

Про эту «охоту» белка знала из рассказов и самого Владимира Ильича и лисички Кристи, которая ездила с ним на охоту всю прошлую неделю...

Эту «охоту» объявил директор фирмы после того, как стали поступать жалобы на нападение моделей «МЕЧты» на горожан. Мобильных телефонов у моделей не было, хозяева (по крайней мере тех моделей, что удалось опознать по описаниям очевидцев, свидетелей и пострадавших) пока в розыске, по линии МВД. А сотрудников, администраторов с высоким статусом, глава фирмы привлёк к этой самой «охоте». Они должны были поймать взбесившихся моделей, по возможности, живыми, и доставить для изучения в отдел разработки.

Предполагалось, что взбесившиеся модели всё-таки будут подчиняться приказом администраторов самого высокого уровня, ведь образы этих админов зашиты в подкорке моделей и даже если они нападают на хозяев или нарушают закон, они должны слушаться админов.

Одновременно с охотой шло внутреннее расследование в пределах фирмы (предполагалась что кто-то из сотрудников причастен к преступлениям, либо виновен в утечке самих способов взлома) и работа с полицейскими и рекламщиками, задача последних — успокоить народ, убедить в том, что нападения — это просто сбой, а вот чем этот «сбой» является на самом деле — как раз и призвана выяснить эта «охота».

То, что обычно Владимир Ильич брал с собой лису — понятно, она — прототип боевых пилотов. У неё нет признаков анорексии, которые проявились у белки вскоре после стабилизации (как погрешность самого метода стабилизации, который с тех пор значительно усовершенствовали). Кроме того, Кристи — лисичка с голубой шерстью и светлым брюшком — прошла боевую подготовку, такую же, как проходили бойцы спецподразделейний, и вообще, восстановившись после инфаркта, который летом перенесла буквально на ногах, лисичка была на пике своей формы, наверное, могла бы в одиночку подраться с двумя-тремя противниками, и выйти из этой схватки победителем.

Тамми же боевым искусствам не обучали, у нее и так кости слишком тонкие, так что перспективы боевого столкновения белки с любым противником пока считались не в пользу Тамми. Нет, теорию ей записали, как и всем, еще до стабилизации, она знала как можно принимать боевые стойки, как наносить и принимать удары, но сугубо теоретически, словно внимательно просмотрела и запомнила обучающий фильм. Единственным навыком, который она использовала была страховка после прыжка, белка несколько раз падала с высоты больше собственного роста, и перекатом гасила инерцию.

Тамми попыталась отработать хоть какие-нибудь боевые навыки, хотя понимала, что времени (до завтра, вероятно, до завтрашнего утра) слишком мало. Да и не с кем было отрабатывать. Хозяин занят, его вторая (точнее, первая, мышка появилась ещё до белки) модель слишком мелкая, она хоть и не страдает анорексией, но ростом в полтора раза ниже белки и, соответственно, в полтора раза легче. А ещё Гае — этой мышке, с кроткими блондинистыми волосами и фигурой взрослой женщины — вообще не записывали боевые искусства: тогда, когда печатали и стабилизировали ЕЁ, этого просто не умели делать.

Так что вся отработка боевых искусств свелась к избиению подушки и... всё. Ладно хоть хозяин не стал делать замечания... Показать и испытать когти, который у Тамми были на передних лапках и весьма большие, всё-ж её сделали хоть и не очень точной (чего стоят одни ярко-рыжие волосы, обычно заплетённые в косу до плеч), но копией белки, а у белок когти по отношению к туловищу довольно велики! Так вот, испытать когти, а тем более зубы, было не на чем, а ведь это основное оружие белки: не считать же за оружие хрупкие кости, она скорее сломает их, чем нанесёт противнику существенный урон.

Зубы иногда «чесались», и белка была вынуждена грызть специально для нее принесённые веточки с улицы. Похоже, обычная грызунья проблема с постоянно растущими резцами передалась по наследству от грызунов и Тамми, и, насколько она знала, Гае. По предположению Владимира Ильича (он этим вплотную не занимался) гены взяли просто большим блоком, не разбирая что за что отвечает, скопировали сразу все зубы вместе с особенностями и недостатками, а вот с чем это связано: с небрежностью, нехваткой времени или с недостатком мощности компьютеров — он не знал.

Выбрав из остатков с прошлого раза веточку потолще, Тамми попыталась перекусить её одним движением челюсти. Не получилось — ветка толстая, а силы в челюстях маловато. Ну и, возможно, это общее утончение костей, которое наименее заметно на голове, таки сделало своё чёрное дело. Тамми чувствовала, как болела челюсть от слишком большого усилия. Белка подобралась к порогу перелома если и не вплотную, то достаточно близко... Ночь белка спала в своей кроватке, сделанной как увеличенная копия той маленькой, из консервной банки, которую Тамми видела в одном из мультфильмов про кота и мышонка. Хозяину эта кроватка так понравилась, что он заказал такую же, увеличенную до размеров белки. Кровать не очень удобная, всё-таки мультяшная анатомия отличалась от той, что была в жизни. Но пара модификаций, с которыми помогла Гая и которые не сказались на внешнем виде, позволяли удобно выспаться.


На следующий день Тамми с хозяином отправились на «охоту». Владимир Ильич, в общем-то, не особо надеялся на успех: охотников много (работают парами (человек+пушистик), тройками (человек+две модели) и, изредка, четвёрками (два человека+два пушистика), все модели, кроме Тамми — бойцы, позаимствованные на время спец операции у военных, или инструкторы), «охота» идёт уже не первый день, а результатов пока нет... Но делать что-то надо, зарплата, и за это тоже, идёт, так что пока на основной работе затишье, можно поколесить по городским улицам, пытаясь нарваться на потенциальных сумасшедших...

Кстати, за прошлую неделю таки задержали одного гопнега, который пытался гоп-стопнуть начальника отдела разработки. Всё как полагается, подошли двое, просили закурить, позвонить и семок. «я не спрашиваю, есть у тебя закурить или нет...»

Через мгновение лежали мордой в землю в свеженькой луже и боялись пошевелиться, пока здоровенный, как Шварцнегер в лучшие годы тигр вязал их верёвкой.

Белка вспоминала эту историю, которую рассказала Кристи за позавчерашним ужином, представила себя на месте того тигра — не получилось, она и с одним-то не справится... Впрочем, Господин Начальник Отдела Разработки шёл пешком и по криминальному району, а они ехали в автомобиле, тоже, правда, по не самому спокойному, именно тут где-то произошло два схожих нападения...


Визг тормозов, ругань и глухой удар вырвал Тамми из витания в облаках. Белка выдохнула. Они угодили в аварию! Пострадавший, словно специально прятался за припаркованной машиной, чтобы скрыться от сонара «умного автомобиля». Ничего, у хозяина всегда работающий видеорегистратор, а таких «прячущихся» полицейские штрафуют.

Хозяин вышел из машины: хоть пострадавший и не прав по всем статьям, он таки пострадал и ему нужно оказать помощь... Тамми тоже выскользнула из под ремня, проскользнула под ним снизу, хоть и немножко неприятно: против шерсти, но всё равно быстрее, чем расстёгивать. Белка выбралась из автомобиля и успела заметить, что сбитая — рысь с серыми полосками, Тамми помнила, хозяин показывал её фотографию, это одна из подозреваемых в том, что сошли с ума, моделей — ударила хозяина чем-то, зажатым в кулаке. Белка тут же бросилась на обидчицу. Программа телохранителя, запускавшаяся при нападении на хозяина, заставляла защищать этого самого хозяина даже ценой собственной жизни. А рассуждать, почему кто-то напал... Может, рысь сошла с ума настолько, что не узнала хозяина? Ну, в смысле, хозяин-то он только для белки, а для рыси Владимир Ильич — АДМИНИСТРАТОР. Или кто-то взломал программу безопасности, или...

Белка бросилась на поднимавшуюся рысь, та выпустила когти. Наверное, Тамми должна была испытывать страх: её сейчас порвут в лоскуты, но голова была абсолютно ясной. Когти у них одинаковые, у Тамми может еще и побольше будут, все-таки её «увеличивали» сильнее, чем рысь. Зубы... разные и клыков рыси стоит опасаться, впрочем, кошке тоже не поздоровится, если она попадет под мощные резцы белки. Тамми помнила, что в одном из учебных видео бобёр перегрызал толстый прут арматуры буквально за минуту.

Белка легче. Но у рыси больше мышц, так что подвижность оказалась более-менее одинаковой. Каскад ударов — и белка отступила, прикрывая хозяина спиной. То преимущество, на которое она рассчитывала, хвост, которым можно рулить, оказался плохим рулем на скоростях боя, зато использовался как противовес. Хрупкие тонкие кости ныли, словно уже пошли трещинами от запредельных нагрузок. Но за спиной Хозяин и Администратор! Белка не могла позволить себе не то что проиграть — даже отступить!

Рысь, похоже, посчитала, что нельзя дать белке отдышаться и бросилась в атаку, целясь зубами в шею. Белка рванула навстречу, целясь противнице когтями в горло.

Резкая боль в шее и плече — атака рыси достигла цели — белка отшатнулась, и увидела как хозяин опускает на голову рыси монтировку. Брызнуло что-то горячее и липкое... кровь? Мозги? Тамми не поняла. Огромная рана, оставленная рысью, которая чуть не откусила огромный кусок из шеи и плеча, похоже, доконала белку...

«Хозяин пришёл в себя» поняла белка. Зажимая громадную рану на шее лапой, видела, что хозяин ударил рысь ещё раз, но уже слабее и не по голове, а ниже. Перед глазами все плыло, и Тамми едва разглядела, как хозяин скручивал поверженную рысь, вязал веревкой и что-то кричал любопытным.

— Тамми! Быстро в машину! — услышала белка голос хозяина. Обращение к ней мутное сознание выделило из других звуков, и белка попыталась упасть в направлении дверцы. Не помнила, как проползла те три шага, от бампера до дверцы, не помнила, как забралась на сиденье и сама ли это сделала...

— Ложись на сиденье, — продолжал распоряжаться хозяин. — Жокей, гуголь, заводи мотор...

Белка приподняла голову, в глазах потемнело, уши наполнились шумом, так что грызунья не расслышала что ещё приказал умному автомобилю хозяин. А когда более-менее пришла в себя, они уже ехали. Хозяин говорил по телефону:

— ...Еду к вам, трое раненых, я сам и две модели... наши... Тамми и нападавшая... Да, взял живой... Вот и разберётесь, кто мог взломать защиту!

Хозяин устало уронил руку с трубкой на подлокотник: машина ехала на автопилоте.


У знакомого каменного здания их всех уже ждали. Едва машина, сердито пища парктроником, припарковалась, к ней бросились одетые в белые халаты люди и модели. Пушистики, естественно, санитары, они будут таскать носилки, а врачи — люди.

Белку уложили на каталку и увезли первой, хозяина осматривали прямо на месте, у него что-то с головой, наверное эта рысь ему здорово зарядила чем-то, но это не важно, белка откинулась на носилках, она сделала все что смогла...


Боль. Боль. Боль. Боль... Белка не знала, сколько прошло времени, и прошло ли вообще. Возможно, каждый раз это был просто удар пульса, который вырывал её из бессознательного забытья и бросал в пучину боли. Казалось, все левая часть шеи, бок и плечо погружены в расплавленный металл, и каждый удар сердца отдается болью во всех откушенных частях.

Знакомые шаги — рядом с белкой сел хозяин с огромным компрессом на голове. Взял за руку. От его присутствия боль словно отступила. Белка попыталась повернуться к нему, но малейшее движение пронзало такой болью, что белка не рискнула повторить. Лишь сжала руку, чтобы показать, что знает, что хозяин пришел.

— Тебе очень плохо, — утверждал, а не спрашивал хозяин. — Сейчас придет нотариус с диктофоном и тебе вколют обезболивающего. Ты расскажешь ему всё, что видела...

— Хозяин, — челюсть слушалась и не отдавалась такой болью, как попытка двинуть рукой. — Я...

— Знаю, знаю... Сначала нотариус, потом все остальное... так надо.

«Так надо», белка сглотнула — больно, но не так как шевелиться. Откуда-то из подсознания всплыла формулировка «посмертные показания». Как раз нотариус-с-диктофоном, записывал показания умирающей модели. Сам нотариус был нужен только чтобы засвидетельствовать, что модель находилась в режиме диагностики и не могла солгать. Эти показания имели в суде такую же силу, как показания модели в режиме допроса. Похоже, Тамми обречена... из глаз покатились слезы.


Через еще одну маленькую бесконечность, пока хозяин куда-то отлучился, появился низенький, вряд ли выше нее ростом, полный старичок, которого представили как нотариуса. Он достал старомодный кассетный диктофон, надиктовал дату, время и место. Затем Хозяин перевел белку в режим диагностики, от чего боль, разливавшаяся по телу, отошла куда-то на второй план, всё ещё ощущалась, но не подавляла. И голос, словно чужой, будто кто-то другой управляет языком, заставляя отвечать на вопросы и рассказывать страшную историю нападения. Белка переживала её второй раз, на этот раз спрятанная за маской безразличия, словно говорила о чьей-то чужой жизни... и смерти.

Нотариус задал несколько уточняющих вопросов, на один из которых ответил хозяин: «это есть на карте памяти видеорегистратора».

Получив нужные показания, нотариус ушел.

Хозяин подсел к белке вплотную, погладил по голове от левого ушка по шерсти вниз, до подбородка.

— Хозяин, я знаю, что умру... — говорить было больно, но не говорить белка не могла. — Я... хотела бы сказать... что люблю тебя...

— Любишь?.. — хозяин замер у её постели. Рука остановилась у шеи, словно чуть-чуть не дошла до подбородка, почесать это место — так приятно...

— Я знаю, что должна любить хозяина, так запрограммировано, и... пожалуйста, будь рядом со мной... пока я не...

— А может взять эту корзину плюшек прямо сейчас? — словно рассуждая сам с собой, проговорил Владимир Ильич. — Хоккей, гугль, — человек активировал телефон, так и не отняв руку от подбородка своей умирающей модели. — Позвони «Валериан разраб», — телефон испустил несколько трелей и сказал «соединение установлено» — Привет! Помнишь меня!?. А о той корзине плюшек, что обещал мне за сэкономленные полгода, не забыл?.. Да я о том самом долге... Вы ведь уже закончили проект НЕКРОМАНТ?.. Понимаю... Знаю... Подозреваю... Да, всего лишь... А сколько ВЫ на этом сэкономили!? Кстати да, это она, Тамми.

«Νεκροζ — значит мертвый» — вспомнила Тамми объяснение Гаи к какому-то сериалу. — «Это смерть», — белка провалилась в забытье.


Очнулась белка в белой комнате с приглушенным освещением, справа от нее сидел и держал её за здоровую руку хозяин, слева громоздился здоровенный прибор, мигавший лампочками и шевеливший на большом экране несколькими графиками.

— Значит, пришла в себя, — сказал хозяин, видимо по изменению графика узнавший что Тамми пришла в себя. — Не поворачивай голову, её зафиксировали перед операцией, Сейчас расскажу, что тебя окружает. Это — НЕКРОМАНТ — НЕйронный Компьютерный Редактор Отделов Мозга АНТонова, комплекс, способный скопировать мозг в новое тело. Ты знаешь, что твое тело сильно повреждено. Фактически, последние двое суток тебя поддерживают только аппараты искусственного дыхания и кровообращения, и вот сейчас НЕКРОМАНТ, наконец, готов... переместить мозг в новое тело. Не бойся, это не смерть и даже не смерть с последующим возрождением: ты будешь помнить все, что произойдет сейчас... Можешь не пытаться кивнуть, я вижу попытку, но голова твоя зафиксирована...

«Хозяин, ты можешь делать со мной все что угодно», — шептала белка про себя, отчаянно надеясь, что хозяин сможет разобрать и такой шёпот, как смог увидеть попытку кивнуть. — «Только прошу тебя, не уходи, дай побыть в твоем обществе... оставшееся мне время... можешь не давать обезболивающего, просто посиди рядом, держа мою руку в своей, до самого... конца...»

— Конца не будет, — похоже, мысли Владимир Ильич таки прочитал. — По крайней мере, сегодня. Но раз тебе так спокойнее, — человек опустился на стул рядом и взял Тамми за руку. — Начинайте.

Белка услышала высокий визг пилы. Резкая короткая боль прошила от макушки до затылка, затем — вторая волна — от макушки до лба. Шерсть потяжелела от выступившей крови, но белка чувствовала лишь привычную боль в полу съеденной руке и прокушенной шее...

Повернуть голову не удавалось, мало того, что при попытке простреливало адской болью, так ещё и попытки не меняли положения головы, верно хозяин сказал: её зафиксировали. Попытки скосить глаза чтобы посмотреть что там наверху делается тоже не принесли результата, глазам не хватало углов поворота. И зеркал поблизости не было... белка хоть и пыталась, не могла почувствовать, что делают сверху этот непонятный НЕКРОМАНТ, а ведь он должен был что-то делать с её мозгами!

Время словно взбесилось, Тамми не могла понять, что происходит, боль пульсировала то с такой скоростью, что невозможно сосчитать, то замирала на такое долгое время, что невозможно задержать дыхание, в глазах двоилось, и повреждённую руку то пережимали, и словно ампутировали, то «пришивали» обратно и возвращалась старая боль. И рука хозяина, хоть он и не двигался, сжимала то правую руку белки, то левую... Тамми слышала собственное дыхание, и дыхание кого-то рядом... Но оно было настолько схожим с её собственным, что когда она задержала дыхание, та, рядом, тоже задержала его...

Боль постепенно уходила, словно отдалялась, уносилась куда-то влево, за пределы тела, и хозяин держал её за левую руку, и НЕКРОМАНТ стоит справа... Голова закружилась и белка уснула.


— Вот молодец, — услышала белка очнувшись. — Все уже закончилось, поздравлю с новым днем рождения. — Тамми узнала голос хозяина.

Открыла глаза, Владимир Ильич улыбаясь, стоял перед её кроватью. И только увидев его улыбку, белка поняла, шея не болит, рука не болит, дышать не больно, хотя на груди словно лежит лишняя подушечка, а на голове... тупая боль словно примерила кастрюльку, которая ей мала, словно голову стиснули чем-то металлическим, держали и не отпускали.

— Хозяин, всё... закончилось?

— Да, теперь у тебя новое тело... Не трогай пока голову... И полные воспоминания, со старого тела плюс с нового.

— Я не понимаю...

— Посмотри вниз, только осторожно...

Белка скосила глаза, поддавшись на очевидную уловку: ну что она может там обнаружить!? Если не может поднять голову, тяжелую из-за так и не снятого шлема, зафиксированного к тому же... Нет, немножко пошевелить шеей она смогла, но слишком мало, чтобы увидеть... Попыталась пропустить хвост между ног, чтобы он хоть чуть-чуть приподнял покрывало, и тогда она увидит... нет, это не хвост, хотя хвост прекрасно ощущался и, по ощущениям, нормально работал, но хвост не может быть так близко, не может быть таким большим и... и хвосту не надо дышать! Похоже, это та подушечка, которую белка ощущала у себя на груди. Только это не подушечка... Белка скосила глаза так, что казалось ещё чуть-чуть — и они выкатятся из орбит. Но это определённо была грудь! Её грудь! Какого-то фантастического размера!

— Потом разберешься, — улыбнулся Владимир Ильич. — Сейчас отдыхай, врачи говорят, нужно два-три дня, чтобы зажила голова. Потом можно будет снимать швы, и ещё неделя, чтобы они как следует затянулись... в общем, тебе прописали десять дней постельного режима. А поскольку мне нужно помочь разобраться с той рысью, что тебя так искусала, ухаживать за тобой будет Кристи.

Белка улыбнулась, когда с последними словами Владимира Ильича в палату вошла лисичка с голубой шерстью, становившейся совсем белой на животе и груди.

— Прости, — сказала эта лиса, прижимая свой хвост к животу. — На твоём месте должна была оказаться я...

— Не завидуй, — усмехнулся Владимир Ильич. — Не факт, что тебе я выбрал бы такие-же огромные...

— Я и не завидую, — вздохнула лиса с голубой шерстью. — Хочется верить, что я бы справилась с той рысью...

Владимир Ильич ушел, а Тамми стала шёпотом выяснять у лисы, что же в ней всё-таки изменилось и сколько прошло времени.

По времени, лиса успокоила, с момента боя прошло всего два дня, а насчёт изменений...

Белка понимала, что новое тело будет исправленной версией старого, но насколько исправленной и в какую сторону — предположить не могла. Лиса рассказала, что белку избавили от признаков анорексии, теперь она стала вдвое тяжелее, чем была. Привели в норму все кости и мышцы, так что теперь белка будет полноценной, здоровой моделью. Из плюсов — большая грудь, которую белка ощущала как лишнюю подушечку на рёбрах и исправленные волосы и шерсть. Шерсть точно исправленная, Тамми вытянула руку из-под одеяла и поразилась насколько густая на лапке шерсть, а с волосами пока непонятно: луковицы вроде как поставили, но поскольку волосы помешали бы при операции, их пока не активировали, так что в данный момент белка была лысой. Кристи сказала, что доктора пообещали, что волосы отрастут в течение месяца после снятия швов.

А вот роста белке не прибавили, буквально ни сантиметра. Она осталась такой же полутораметровой коротышкой, об этом Тамми тоже немного повздыхала, не то чтобы ей не нравился её собственный рост, но она немного завидовала Кристи, ведь той не нужно было вставать на цыпочки, чтобы поцеловать хозяина!

Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы:
fox mccloud «История одной любви»
F «Краденый мир, ч 2»
Бойко Максим «Мир Иллуники. Книга Вторая: Страх Иллуники.»
Ошибка в тексте
Рассказ: НеКРОМАнт
Сообщение: