Хеллфайр
«Возвращение короля (2017)»
Скачать
#NO YIFF #дракон #единорог #пони #MLP #приключения #фентези

Автор благодарит Алексея Исарова за помощь с работой.

===


Пробуждение

Боль. Она охватывала всё моё тело, волнами пробегаясь от крупа и до самого кончика рога. Она не была особо сильной — но всё равно терпеть её оказалось очень и очень трудно. И хуже всего то, что она не проходила. Волна до рога — волна обратно, острая боль на месте кьютимарки и над копытами, затем секундное расслабление — и всё повторялось. Однако, и это не самое страшное. Силой чьей-то немилосердной магии я был скрючен в позу эмбриона, и любые мои попытки хоть немного расслабить мышцы пресекались новой вспышкой боли… Вообще, всё происходящее походило на какую-то чудовищную пытку. Я висел в неизвестности и пустоте, стоило попробовать открыть глаза — и белый ослепляющий свет резал их, стоило открыть рот или попытаться поглубже вдохнуть — и становилось трудно дышать, потому что магия стальным кольцом сжимала мою грудь. Я не знал, сколько я так провисел — времени не существовало в этом месте. Изредка мне удавалось погрузиться в спасительную пелену забвения, и тогда перед моим внутренним взором начинали мелькать воспоминания. Странные пони, чьих имён я не мог вспомнить, удивительные места и чудесные запахи, которые я умудрился позабыть. Точно так же я не мог вспомнить ничего и о себе. Кажется, как будто какой-то чародей аккуратно выстригал кусочки моей памяти. Я знал, что я единорог, я знал, как называются вещи в моих видениях, но я не мог вспомнить ни имён, ни событий... И лишь один раз я увидел достаточно яркое и сильное воспоминание — передо мной появилась мордашка светло-голубой кобылки с гривой необычайного цвета бронзы, которая сразу же изменилась на кристально-сиреневую. Да и сама кобылка стала какой-то полупрозрачной, как будто… Кристальной?


- Сомбра… - тихо проговорила она. Её голос был мягким и приятным, но очень и очень печальным. - Просыпайся, Сомбра.


Сомбра. Странно, но это слово подействовало на меня как самое лучшее заклятие — боль неожиданно отступила на второй план, тиски, сжимавшие моё тело, разжались, и вдруг словно волна золотого света ворвалась под мои веки. Я закричал от этого всепроникающего света и вскинулся — копыта ударили в пустоту, шерсть и грива встали дыбом, хвост задрался и в кончик рога меня как будто бы ударило током. Свет померк, но лишь для того, чтобы вновь разразиться невыносимой вспышкой. Она выжгла всё моё сознание и я оказался в объятиях этого света… Но вдруг всё кончилось — внезапно и болезненно. Я больно ударился ногами об землю, завалился на бок и упал. В нос мне ударила резкая смесь аромата растений, запаха земли и сырости, сознание заволокла уже привычная пелена, а к горлу подкатила тошнота. Я зарылся носом в траву и изо всех сил зажмурился. Свет померк, осталась лишь темнота, но сейчас она казалась мне приятной.


Медленно, очень медленно я стал осознавать, что лежу на нагретой солнцем земле, что мои копыта утопают в траве, а шерсть холодит приятный ветерок. Пустоты больше не было — но вот проблема, и памяти тоже! Я попробовал открыть глаза, однако прежде меня замутило так, что почти сразу же вывернуло наизнанку. Откашливаясь, я сплюнул тягучую слюну и чуть приподнял голову, наконец-то приоткрыв веки. Моему взгляду предстали какие-то цветные силуэты, настолько нечёткие, что я даже не мог понять, что именно передо мной: куст, пень, пони… С трудом отодвинувшись от того места, которое я немного подпортил, я повалился на бок и попытался выровнять дыхание. Тело расслабилось и я почувствовал небольшой прилив сил — нет, даже не прилив, так, просто колкость в застывших мышцах. Наконец, я успокоился настолько, что смог без усилий открыть глаза. И тогда я увидел над собой прекрасную небесную синеву, по которой неспешно скользили белые пушистые облака.


- Где это я? - вырвался у меня невольный вопрос и я сам подивился тому, как слабо и хрипло звучит мой голос. Хочется надеяться, что это поправимо…


Пропевшая где-то над головой птичка заставила меня дёрнуть ушами. Я осторожно повернул голову и огляделся — как оказалось, я лежал на поляне перед стеной из деревьев, предвещавших начало очень густого леса. В противоположную сторону от меня тянулось бескрайнее поле, разлившиеся зелёным океаном до далёких гор. Красивое, чудесное зрелище, особенно после белой пустоты… Но вот только валяться на земле и смотреть на этот мир в перевёрнутом виде мне никак не хотелось. Нужно было вставать.


Я осторожно и медленно, стараясь не напрягать отвыкшее тело, перекатился на живот. Чуть-чуть выждав, я упёрся копытами в землю и приготовился к тому, чтобы разогнуть ноги. Увы! Копыта затряслись, дрожь передалась ногам и я даже на миллиметр не оторвался от земли. Фыркнув, я упёрся в землю с большей силой и стал понемногу разгибать одну ногу за другой. Таким образом мне удалось чуть привстать, но вот сделать шаг я поспешил — и со всей высоты своего роста ударился челюстью об землю.


- Проклятие! - прорычал я. Но, признаюсь, боль от удара была гораздо слабее той, что я испытывал несколько минут назад.


Новые попытки встать закончились полной победой. Мозг вспомнил как управлять телом и подал сигнал ногам — теперь я мог, пусть и пошатываясь, но всё-таки идти. Да, мои ноги дрожали, а тело было ещё очень и очень слабо, но в горле саднило после рвоты, а во рту держался неприятный вкус. Мне нужно было найти, чем его смыть… Луг не давал никакой надежды на это, и я пошёл в лес, на поиски воды. Мой нос тоже вспомнил о своём предназначении — не зря он почти сразу уловил запахи этого мира!


Лес был старым. Тут и там росли огромные деревья с густой кроной, с огромными корнями, через которые я с трудом перешагивал. Удивительной красоты папоротник, чьи листья напоминали скреплённые снежинки, прорывался сквозь подстилку из опавших игл и листьев. В воздухе пахло сыростью, то и дело я набредал на целые поляны из мха, которые переходили в ковёр, оплетавшие стволы деревьев. Птицы голосили на все лады, что-то бегало по веткам над моей головой. Зачарованный этим местом, я даже несколько отвлёкся от своих поисков, но вскоре журчание бойкого лесного ручейка напомнило мне, зачем я пришёл в этот лес. Не помня себя — какой каламбур! - от радости, я помчался к роднику… И почти сразу же споткнулся, рыбкой пролетел через колючий куст и рухнул мордой в мох прямо у полосы воды. Ручей был широким — не меньше метра, но при этом очень чистым. В небе над ним я даже не увидел ветвей, будто бы деревья специально не загораживали это маленькое чудо от солнца. Впрочем, тогда меня интересовали не небеса, а вода — наклонившись, я сначала осторожно начал лакать воду, а потом уже поднёс копыто и стал пить по-понячьи.


Напившись, я ополоснул морду и наконец-то посмотрел на своё отражение. Ну что же, вот он я - молодой тёмно-серый единорог с длинной чёрной гривой. Глаза мои имели опасно-красный цвет, даже в дрожь от одного их вида бросает. Да и рог у меня какой-то странный - чёрный, с красным кончиком, какой-то саблеобразной формы и выглядит просто излишеством на моей голове. Такое ощущение, что он принадлежит вообще другому существу. Жутковатое зрелище, нужно заметить...


И в этот момент словно вспышка сверкнула в моей голове! Всего на секунду, вспыхнув зарницей, появилось видение. Я увидел... Себя. Точнее, точно такого же единорога, только с синими полосками в чёрной гриве и с нормальным рогом - завитый остроконечный рог, среднего размера, а не это уродство. Затем видение пропало и снова затянулось непонятной тьмой. Как я не старался вернуть это видение, у меня ничего не получалось. Но я заметил, что на крупе у меня было что-то вроде рисунка, три красных кристалла... Интересно, а сейчас они есть?


Терзаемый любопытством, я повернулся боком и посмотрел на свой круп. Он был… Чистый! Абсолютно чистый, одна шерсть, и никакого рисунка нет! Тогда может, этим пони был не я? Может, просто на меня похожий? Или мой брат... Или отец... А были ли они у меня? О, как же это ужасно — ничего не помнить!


Я потряс головой, сбрасывая с себя надвигающуюся панику. Ладно, я ещё с этим разберусь, сейчас у меня и других проблем хватает. Правда, из всего возможного мне больше всего хотелось лишь одного — хорошенько отдохнуть. Через силу сделав ещё несколько глотков, я решил пойти по течению — может, ручей выведет меня куда-нибудь? К тому же, мне уже ощутимо хотелось есть, а раздобыть что-либо у берега мне казалось более реалистичным, чем в глуши…


Решив так, я побрёл вдоль ручья. Увы, моё второе желание не исполнялось — синие ягоды, росшие над самой водой, выглядели привлекательно, но я не мог вспомнить, можно ли их есть. По-моему, я вообще никогда в жизни не видел низкого кустика с треугольными листьями и большими синими ягодами. В моём положении только отравиться не хватало! Решив не трогать пока неизвестные растения, я побрёл было дальше, но тут мой взгляд наткнулся на небольшую возвышенность — песчаный склон, поросший травой, а в середине что-то вроде большой норы, заметно обтрёпанной и кажущейся совсем нежилой. Судя по размерам, её вырыло существо, немногим меньше пони, но мне уже было всё равно.


Немного порыскав по кустам, я нашёл длинную палку, достаточно толстую и крепкую. Осторожно взяв её в зубы, я направился к норе. Она определённо была старой, но я всё равно сунул палку в нору и ничего не нашёл. Тогда я осторожно всунул голову — мало ли, может, в норе спряталось что-то маленькое, но опасное? Однако, нора, узкая и грязная, была всё же совершенно пустой. Хмыкнув, я забрался внутрь и, с трудом протиснув свой круп через узкий вход, лёг так, чтобы была возможность ткнуть палкой в морду хозяину норы, если тот вздумает вернуться. Однако, долго ждать его не получилось — моё тело как-то само собой расслабилось и я погрузился в тяжёлый, но целебный сон…


* * *


- Эй, Сомбра! Вставай, королевская лежебока!


Серый единорог с чёрной гривой, имевший синие полосы, со смехом вскочил с земли, но тут же молоденькая кристальная пони мягко толкнула его в бок и вместе с ним упала на изумрудно-зелёную траву. Я висел в воздухе над ними и с удивлением наблюдал за тем, как эта парочка катается по траве. Но ведь… Но ведь это всё происходило со мной! И этот единорог — это же я!


- Голден Лаурель, будьте осторожней! - продолжая смеяться, воскликнул единорог. - Если мои будущие подданные увидят, как ты обращаешься со своим королём, то они потеряют ко мне остатки уважения!


- Неужели ты думаешь, что принцесса Аморе передаст тебе трон в ближайшее время? - улыбнулась кобылка.


- А то нет!


- Сомбра, ты всегда был слишком амбициозен! Её высочество принцесса Каденс станет наследницей престола! А ты навсегда останешься принцем.


Наследница? Принц? Я — принц? Да не может быть! Но… Но из слов этой Голден следует, что я так и не займу свой трон, а его примет какая-то Каденс? Может, это она послала меня в то ужасное место? Но нет — почему-то при мыслях о Каденс мне чувствовалась лишь теплота и любовь, а никак не опасность или злоба. Но кто она тогда? Если ей обещают трон — может, она моя сестра?


- А то я не знаю! Ну и кристалл с ним — клянусь, ты мне дороже любого царства! - ответил другой я. - Вот когда Каденс станет принцессой, мы с тобой поедем в Эквестрию! Думаю, тётя Селестия с радостью даст нам в управление какой-нибудь небольшой городок, вроде той же деревушки Филли. Большие дела всегда следует начинать с малого!


Кобылка звонко рассмеялась и вдруг чмокнула другого Сомбру в щёку.


- Считай, что мы уже принялись за малое дело, - ласково сказала она, поглаживая гриву другого меня. - Сомбра, ты самый милый пони на свете. Самый-самый!


- Нет, есть одна пони ещё милее, чем я!


- Да ну? И кто же?


- Принцесса Каденс, кто же ещё!


- Ах ты, прохвост! - громко воскликнула Голден, демонстративно отворачиваясь от единорога и садясь на круп. - Вот теперь ни за что тебя не поцелую!


- Даже за статус принцессы?


- Даже за крылья аликорна!


Другой я поднялся на задние копыта и, положив передние на плечи кобылки, поцеловал её за ушко.


- А вот за это? - прошептал он, тихо но довольно явственно. Кобылка скрестила передние ноги на груди


- Я всё ещё обижена.


- Ну что, ну что мне сделать, чтобы ты меня простила?


Кобылка живо обернулась.


- Обещай мне, что никогда меня не оставишь. Никогда-никогда.


- Обещаю.


Кобылка хмыкнула и подала другому Сомбре правое копыто.


- Поклянись мне в этом. Пожалуйста...


Единорог улыбнулся и его завитый рог ярко сверкнул. Подняв ногу, он положил своё правое копыто на копыто Голден и сказал:


- Клянусь!


В ответ кобылка ткнулась мордочкой в грудь другого Сомбры и снова засмеялась…


* * *


Поморщившись, я открыл глаза и сон рассыпался на множество постепенно исчезающих картинок. Всё. Передо мной, подо мной и надо мной снова была пещера-нора, а в голове и животе царила неприятная пустота. Запутанные мысли то прерывались, то снова появлялись, но воспоминания упорно не хотели приходить. Зато желудок с таким же упорством начинал порыкивать на меня.


- Плохо дело... - проговорил я вслух. Голос после сна значительно окреп, но хрипота всё равно осталась. - Похоже, скоро мне придётся позабыть про эволюцию и жрать траву.


С трудом распрямляя затёкшие ноги, я начал выползать из норы. Работая со всех сил передними копытами и мотая крупом, я с трудом выбрался из своего временного убежища и отряхнулся от песка и земли. Ну да, «отряхнулся». Скорее, попробовал отряхнуться, потому что трясясь по-собачьи я хорошо очистить шерсть просто не смог. Да и трястись долго не получилось, голова закружилась и я едва устоял на ногах.


- Вот ведь... - прорычал я. - Сомбра, ты совсем расклеился!


Оглядевшись по сторонам, я заметил «свой» ручей и уже хотел пойти к нему, когда мои глаза выхватили из стены зелени нечто вроде тоннеля: совсем неподалёку от меня деревья лихо изгибали стволы и соединялись ветками, образуя между стволов достаточно широкий проход. Немало удивлённый, я повернулся к этому месту, внимательно смотря на это чудо. Странно… Над ручьём тоже деревья не росли - получается, в этом лесу действует какая-то мощная магия, которая раздвигает деревья? Но если где-то присутствует магия, то значит, она должна иметь какой-нибудь источник!


Внезапное воспоминание молнией пронзило моё сознание. Рог, огромный саблевидный чёрный рог с красным кончиком, наливается зелёной магией с чёрными вкраплениями, затем светит ярчайший свет - и в расплывающемся тумане я увидел собственную морду. Только вот саблевидный рог заменял мой завитой, голову защищал серебряный шлем, а в глазах моих, почему-то тоже позеленевших, сверкало настоящее безумие.


- Нет... Нет... - проговорил я, отгоняя от себя это воспоминание. Но один плюс от него был - я вспомнил одну важную вещь. Что единороги могут направленно владеть своей магией.


"Интересно, а сработает?" - подумал я. Поискав вокруг себя взглядом, я наткнулся на опавший лист и направил свой рог на него. С силой зажмурившись, я попытался представить себе, как лист подхватывает моя левитационная магия и поднимает в воздух. Увы! Я не почувствовал ничего особенного, а когда открыл глаза, лист продолжал лежать на земле.


- Вот Дискорд! - выругался я, хотя смысл слова "Дискорд" и не понял. Вырвалось против воли, как будто по привычке. - Ну ладно, разберусь позже... Так-так-так...


Я ещё раз посмотрел на странный лесной тоннель. Может, всё же пройти по нему? И куда я в этом случае попаду? С магией шутки плохи, особенно если магия - природная. Может, я просто пройду по лесу, а может, окажусь в другом мире, кто знает? Слишком неестественно выглядели искривлённые деревья, странно, что я этого не заметил раньше. Но всё же, интересно, что же в этом лесу такое происходит, если тут образуются такие дыры? И что виновато в этом - естественная природная магия или понячье колдовство? Как бы то ни было, любопытство советовало мне исследовать этот тоннель, и поэтому я решительно зашагал к нему под звуки своеобразного марша. Меня сопровождали хор моего собственного желудка, бойкий треск и звучное пение лесных птичек, и хруст лесного сора, на который опускались мои копыта. Звучало всё это несколько вразброд, но я был рад и этому. Шагать в тишине по тоннелю было бы несколько... Неуютно.


Постепенно, пейзаж вокруг меня и под моими копытами изменился. Сора, составленного из листьев-иголочек, веточек, кусочков коры и прочего стало поменьше, из этой подстилки пробивались этакие фонтанчики зелёной травы; деревья стали шире и выше, их стволы были обвиты самыми разнообразными мхами, от зелёных подушечек до голубоватого сверкающего налёта. С веток свисали ярко-зелёные лианы с красными и синими листьями. Удивительно, но самой листвы на деревьях стало меньше, и вскоре в пятнах солнечного цвета я увидел первые цветы. Чем дальше я шёл, тем больше расширялся тоннель, и всё больше трав и цветов росло в нём. Наконец, тоннель закончился и я вышел на широкую поляну, окружённую со всех сторон просто непроходимыми зарослями.


- Припёрся... - выругался я и повернулся, собираясь идти назад. Позади меня густо разросся папоротник, над которым поднимались высокие сосны и ели. Тоннеля не было.


- Что ещё за… Дискорд? - воскликнул я. Оглядываясь по сторонам, я не мог обнаружить никакого просвета и потому задрал морду к небу - оно уже не было таким светлым. Приближался вечер. - Что это ещё за место?


- Это лес Аундлинг. И он не терпит чёрных сердец.


Я вскрикнул (больше от неожиданности, чем от страха. Я не испугался, просто сами понимаете, неожиданно... Ну... Может, я и испугался, но совсем чуть-чуть) и обернулся на звук голоса. Никого рядом со мной не было.


- Кто ты? - прошипел я. - Покажись мне!


- Я та, кто этим местом управляет! Я та, о которой легенды слагают.


- Управляет? - да, я подозревал о наличии сильной магии в этом лесу, но не мог и подумать, что её источник окажется разумным существом. - Ты что, правишь этим лесом?


- Всё же ты хочешь, странник, узнать... Ну ладно, спрашивай, я могу рассказать!


Так я и спрашиваю!


- Как твоё имя?


- Моё имя - пустой звук, который слышишь ты. Моё имя - простой звук, шелест листвы и травы.


Вполне понятный ответ. Психованный маг, искривляющий деревья.


- Ладно, не хочешь отвечать — и не надо. Лучше скажи мне: как выбраться из леса?


- Теперь назад нет уже пути, и из моего леса тебе не уйти.


- Ну, знаешь, это слишком! Только покажись, и я порву тебя передними копытами! - крикнул я, потеряв остатки терпения. - Где ты?! Хорошо тебе говорить оттуда, откуда я тебя не могу достать, да?!


- Я прямо за тобой, странник мой.


Я обернулся, готовый ко всему, чему только угодно. Но только не к этому.


Ослепительной красоты единорожка стояла за моим крупом и улыбалась. На вид она была ещё совсем юна, хотя её синие-синие глаза светились мудростью. Окрас шерсти салатовый, за ухо заткнута веточка с зелёными листьями, на ногах - простенькие деревянные накопытники, тёмно-зелёный хвостик её заплетён и в него вставлен белый цветочек. На слабо-зелёной гриве сидит маленькая птичка и внимательно смотрит на меня. Кроме того, на голове у неё ещё и деревянная, но при этом достаточно красивая диадема, в которую вместо драгоценных камней вставлены ягоды.


- Кто ты? - только и смог сказать я.


- Моё имя — Флора, - улыбнулась пони. - А как твоё?


- Сомбра. Меня зовут Сомбра…


- Сомбра? - кобылка хмыкнула. - Что же, иди за мной, Сомбра…


Она взмахнула копытом и между деревьев появился небольшой проход.


- Ну, что стоишь? - обратилась она ко мне. - Идём.


Я неуверенно потоптался на месте. Пойти с ней? Впрочем, мне кажется, что никакого выбора у меня и нет...

Тайны прошлого

Идти следом за Флорой оказалось легче, чем я ожидал — лес как бы сам раздвигался на её пути, хотя, конечно, на самом деле это её магия так влияла на растения. Деревья покачивались и склонялись, образуя арки и проходы, кусты собирали и убирали в сторону свои ветви, а травы ложились под её копытца, и снова распрямлялись, когда она проходила через них. Правда, мне пришлось немного прибавить шагу, так как магия этой странной пони действовала совсем недолго, но всё же шли мы почти беспрепятственно. Внезапно к единорожке спикировала какая-то белая пичужка — поняшка остановилась, протянула ногу и птица уселась на неё, как на жёрдочку, тут же громко защебетав что-то на своём птичьем языке.


- Пойдём быстрее, Сомбра, - сказала Флора, когда птица взлетела с её ножки и устремилась в небеса. - Время не ждёт.


- Куда ты меня ведёшь? - спросил я.


- В свой дом.


Она ловко перепрыгнула ствол упавшего дерева и поскакала с большой скоростью через лес. Мне пришлось оставить свои вопросы и побежать следом — кобылка сильно разогналась, так что я едва поспевал за ней. Мы пробежали ещё с минуту, когда вдруг Флора затормозила и нырнула в густой березняк, удивительно неестественно смотревшийся между елей и сосен. Я прошёл за ней — и замер на месте, не в силах двинуться. В центре широкой зелёной поляны возвышалось гигантское дерево, видом схожее с дубом. Но каким! Крону не обхватили бы и десять таких пони, как я, а высота дерева такая, что оно буквально впивалось в облака. В самом дереве была прорезана округлая дверца и несколько круглых окон, между которых спускался белый и розовый вьюн. Возле домика стоял небольшой каменный колодец и клумба с красивыми цветами.


- Это и есть твой дом? - спросил я.


- Да. Заходи. Это место защитит тебя от её магического взгляда.


- От… От чьего взгляда?


Флора посмотрела на меня и хмыкнула.


- Всё, как и было предсказано… Проходи без вопросов, Сомбра — некоторые ответы я дам тебе позже.


Не скажу, что меня это удовлетворило, но единорожка уже поспешила к дому, и я вынужден был в который раз просто следовать за ней. Но в виде вознаграждения мне предстало внутреннее убранство дома — переступив порог, я оказался в одной гигантской комнате, всю заставленной цветами и украшенной веточками, шишками, сушёными листьями… Да чего тут только не было! Причём дом не выглядел жилищем отшельника: под потолком висела люстра со множеством разноцветных кристаллов; против окон стояли мягкие диванчики и шкафы с книгами, в южном угле находился гигантский чан, шкафы с посудой, а от окна и до стены наискосок была протянута верёвка, на которой висели сушёные травы, грибы и ягоды. С другой стороны, в северном углу, я увидел дверцу, наверное, в ванную комнату. Кроме того, часть комнаты занимала винтовая лестница, уходившая на верхний этаж.


- Красиво, - заметил я, повернувшись к кобылке. - Но давай разберёмся! Откуда ты обо мне знаешь? Услышав моё имя, ты повела себя так, как будто тебе что-то известно! И что там было предсказано, а?


- А ты что-нибудь помнишь обо мне?


Я задумался и честно признался, что не могу ничего вспомнить.


- Это правильно, ты и не вспомнишь меня, потому что мы ещё с тобой не виделись, - улыбнулась кобылка. - Ты есть хочешь?


- Я… Я хочу ответы! Говори, откуда ты меня знаешь?


- Я тебя не знаю, - покачала головой единорожка. - Но зато я слышу, как урчит твой живот, и знаю, что тебе нужно.


Она подошла к чану и магией слеветировала к себе тарелку, не спеша накладывая мне что-то ещё горячее — я видел, как поднимается над тарелкой густой пар. От коснувшегося моего носа запаха рот наполнился слюной, а желудок посоветовал голове подождать с вопросами. Кобылка тем временем взяла тарелку в копыто, сверкнула рогом — ко мне скользнул небольшой раскладной столик, похожий на небольшую тумбочку. Повинуясь магии Флоры, столешница приняла горизонтальное положение и уткнулась в пол тоненькими, но крепкими ножками.


- Стул вон там, - указала копытцем кобылка, спуская с другого тарелку на стол. Я огляделся и отыскал глазами небольшой стул с широким сиденьем, на которое пони мог бы влезть со всеми копытами. Пододвинув его к столу, я влез на него и посмотрел в тарелку — она была завалена какой-то странной коричневой крупой. Несмотря на странный вид, аромат от кушанья шёл очень и очень аппетитный.


- Гречка — двигатель прогресса, - сказала Флора.


Я снова взглянул в тарелку.


- Гречка, говоришь… Я не помню этого растения.


- Твоя амнезия временная, Сомбра.


- Нет, я не о том… Я не помню её вообще. Я помню кукурузу, яблоки… Салат… Пшено…


- Кажется, твоя память не полностью тебя покинула, - улыбнулась кобылка. - Ты помнишь, кто ты?


- Единорог. Сомбра… - я попытался припомнить ещё что-то, но… Не вспомнил, а рассказывать Флоре о своём сне я и не собирался.


- Уже хорошо. А какие ещё есть виды пони, кроме единорогов?


Я напряг память. Кое-какие образы — и даже имена — пришли мне на ум, но вспомнить целостную картину мне не удалось.


- Кажется… Кристальные пони, единороги, пегасы, земные пони, фестралы и зебры…


- И аликорны.


Это слово вызвало из моей памяти настоящие призраки. Синяя грива, синяя шерсть… Холод ночи, но почему-то успокаивающий, приятный такой холодок… Розовая грива с синей каёмкой, белоснежная шерсть, добрый взгляд и тепло летнего солнца…


- Давным-давно все расы пони были созданы аликорном по имени Фауст. Они расселились по разным землям, а аликорны-потомки Фауста стали наместниками своего создателя, правителями народа пони. Ты должен помнить по крайней мере двух…


- Трёх, - вдруг сказал я, потому что как раз в этот момент в моё сознание буквально врезались три имени. Я даже привстал от захлынувших меня чувств, едва не опрокинув при этом стол. - Селестия, Луна и Аморе.


- Верно. Сейчас их уже четверо — Селестия, Луна, Твайлайт Спаркл и Ми Аморе Каденция, дочь принцессы Аморе. Это те аликорны, о которых ты должен помнить. А вот есть ещё одна… Но о ней я тебе расскажу позже. Сначала — поешь.


Я не стал возражать. Взяв в копыто ложку, я хотел было приступить к еде, но тут Флора вновь остановила меня.


- А почему ты не используешь магию?


Я удивлённо посмотрел на неё.


- А копытокинез как же?


- Это не магия, - покачала головой Флора. - Я говорю о настоящей магии! Или ты позабыл, как её использовать?


Я не стал отвечать — что говорить, когда и так всё понятно. Я знал, что рог служит единорогам для концентрации магии, но как направить магию в рог, сейчас не имел ни малейшего понятия.


- Я угадала, да? - улыбнулась Флора. - Меня беспокоит твой рог, он очень странной формы. Встань-ка, я его обследую.


Я вздохнул, положил ложку и вышел из-за стола. Кобылка в свою очередь подошла ко мне и причмокнула. Затем, закрыв глаза, единорожка наклонила ко мне голову и кончиком своего внезапно засветившегося рога дотронулась до кончика моего. И тут… Не знаю, почему, но сверкнула вспышка и в ту же секунду картинка-воспоминание вновь появилась в моей голове. Я опять увидел другого Сомбру, того, что с нормальным рогом. Он стоял на покрытом снегом холме, а к его боку прижималась та самая пони, кристальная пони. Внезапно картина сменилась на другую. Ужасного вида огромный единорог с густой чёрной гривой, закованный в железные доспехи, с накинутой на них красной мантией и с короной на голове, стоял, злобно скалясь, перед Голден Лаурель, по чьей мордочке ручьём текли слёзы. Картинка покоробила меня ещё больше, когда я увидел на голове этого единорога рог… Такой же, как у меня сейчас! Стоп! Это же тоже я! Это я!!! Но как такое возможно?


Воспоминание исчезло.


- Твой рог по своим свойствам мало чем отличается от любого другого. - голос единорожки заставил меня прийти в себя. - Думаю, немного тренировки, и магические силы к тебе вернутся.


- И что мне надо делать? - спросил я, хотя в этот момент мои мысли были заняты другим.


- Постарайся концентрировать свои чувства на кончике рога. Представь, будто сквозь твоё тело протекают волны энергии. Всё что тебе нужно - направить их в нужное русло... Эй, ты меня слушаешь?!


Я кивнул, загоняя воспоминания подальше. Подумаю над всем этим в свободное время.


- Конечно. Рог, энергия, представить, в нужное русло. Ты научишь меня колдовать?


- Я ничем не могу тебе помочь. Ты должен научиться управлять своей магией сам, странник, - она кивнула на стол. - Можешь потренироваться прямо сейчас. Подними тарелку с кашей.


- Э-э-э… А можно, я сначала поем? И вообще, почему ты называешь меня странником?


Флора хмыкнула.


- Хорошо. Ешь, а я пока принесу тебе ответы.


Она развернулась и быстрым шагом направилась к лестнице. Я подождал, пока она не начнёт подниматься, после чего перевёл взгляд на лежащую передо мной ложку. Зажмурившись, я попытался сконцентрироваться на ней. Магию я ощутил — тоненькой струйкой она начала разливаться по моему телу, от копыт и крупа до самого рога, но… Когда я открыл глаза, ложка ни на миллиметр не оторвалась от стола. Вздохнув, я взял её в копыто и принялся за еду — всё-таки практиковаться в волшебстве лучше на полный желудок, чем на пустой.


Я почти закончил есть, когда Флора наконец-то вернулась, магией прижимая к боку здоровенную книжку, которой при хорошем раскладе можно было бы и убить. Оторвавшись от гречневой каши, я вопросительно промычал, на что Флора просто взмахнула копытцем и опустила книгу на стол. Я мельком посмотрел на её название - «Муиртилим». Странно, но почему-то мне показалось, что я слышал это слово*.


- Так… Где же… А, вот. «В снегах далёкого севера будет найден пони, в коим сольётся сила двух рас — расы единорогов и расы умбр…»


Я поперхнулся и закашлялся.


- «Принцесса Аморе возьмёт его на воспитание, но не будет подозревать о его истинной сущности, пока не пробудится та под влияем сил зла… Но любовь поможет пони сдержать тьму в своей душе до того момента, пока он сам не пожелает выпустить её».


Вспышка. На мгновение перед моим внутренним взором пронеслась картинка из какой-то книги. Единорог стоит на скале, его рог сверкает зелёным пламенем, а кругом склоняются пони.


- «Аморе будет побеждена, её дочь изгнана, а королевство погрузится в забытье, когда Властительницы Дня и Ночи попробуют остановить тирана», - продолжила Флора и вдруг закрыла книгу. - Здесь написано не то, что будет, а то, что уже произошло. Труд летописцев Эквестрии и Кристальной Империи.


- Империя… - проговорил я, чувствуя что-то очень важное, связанное с этим словом. - Ты прочитала обо мне?


- Да. Из-за чего-то тебя поглотила твоя тёмная сторона и правители Эквестрии, Селестия и Луна, вынуждены были спасать народ Аморе.


- Кристальных пони?


Она кивнула.


- Но ты смог на тысячу лет исчезнуть вместе со своим королевством. И лишь недавно, - она вздохнула. - И лишь недавно вернулся. Но снова был сокрушён. Как, почему — я не знаю.


Я опустил голову в копыта. Неприятно, когда узнаёшь о себе такое…


- Твои подданные не пострадали, - мягко сказала Флора. - Для них и тебя этого тысячелетия просто не существовало.


- Я чудовище…


- Нет. Ты стал им, но теперь его больше нет. Тебе дан второй шанс, - она снова открыла книгу. - Посмотрим другую историю.


- Хватит с меня историй… - пробормотал я, отодвигая тарелку с недоеденной кашей.


- Нет, ты послушай… - она открыла нужную страницу и начала читать:


«Давным-давно, королевство Терранника было прекрасным местом, управляемым принцем Экселентом, аликорном-властелином погоды. Он правил мудро, его подданные практически не знали бед и несчастий, но не было у него любимой пони...», - она перелистнула страницу, ещё одну, третью и четвёртую. - Здесь нет ничего особо важного, нас интересуют события более близкие к нашей эпохе. Вот! «Виктория (королева и жена Экселента, шепнула Флора) тяжко заболела и умерла, так и не принеся Экселенту наследника. Тяжко страдал король после её смерти, и тогда втёрся ему в доверие лорд Бэттл. Он всегда был рядом со своим властелином, и тот стал считать его своим другом. Через пять лет Экселент вдруг заявил, что не может более страдать по ушедшей жене, и решил воссоединиться с нею в Астрале. Он принял яд, а перед этим передал все свои силы Бэттлу...»


Я уже заинтересовался этой историей. А Флора перелистнула несколько страниц.


- Тут у него рождается дочь. Винтер Стар. А вот тут она уже взрослая… Она с жеребячества была талантливым магом, но тень отца нависала над всеми её планами, и поэтому она затаила к нему настоящую злобу. И стала осваивать тёмное колдовство.


- Винтер? Та самая, которую ты боишься?


- Слушай. «...Винтер Стар к тому времени задумала ужасный план. Она подсыпала яд в кубок с тыквенным соком, и подала его отцу. Когда тот умирал, она использовала свою магию, чтобы захватить его силы. Так Винтер Стар из единорога стала аликорном, и королевой Терранники. Много зла она причинит её народу...» - Флора вздохнула.


- И что же?


- А то, что Винтер Стар двести лет назад устроила настоящую резню, истребив огромное войско, собранное против неё, когда терпение нашего народа окончательно лопнуло. Увы, она победила и вот уже как двести лет Терранника окончательно порабощена ею. Я была там… Раньше при Экселенте состоял совет из шести высших магов, управляющих четырьмя стихиями — водой, землёй, огнём и воздухом, и растениями с животными. Служили мы и Бэттлу, но с приходом к власти Винтер… Она усмотрела в нас угрозу, Сомбра. И тогда четверо магов были убиты, а я и ещё один хороший волшебник-пегас уцелели и сбежали. С тех пор я живу в Аундлинге, потому что в этом лесу я могу одолеть не то что целую армию, но и саму Винтер Стар. Но вот выйти отсюда я не могу.


- Но как всё это касается меня?


- Твоя история ещё не кончилась, и история Винтер тоже, - хрипло сказала Флора. - Я не знаю, как именно ты попал сюда. Но здесь сказано, что придёт тёмный странник, чёрный пони с светлым сердцем, и даст бой Винтер.


- И выиграет?


- Не знаю, - покачала головой кобылка. - Я же говорю, это просто летописи. Заглядывать в будущее не могут даже аликорны, иначе бы не случилось столько бед.



Я вздохнул.


- Ты видишь, во мне нет больше сил, и это, похоже, только к лучшему. А вдруг я снова стану… Злым?


- Я не знаю твоего пути. Но вот топтаться на месте точно не стоит.


- Я причинил много боли. Ты говорила, что я любил, и я сам помню про это… Голден Лаурель, - мордочка кобылки-кристальной пони снова появилась передо мной. - Может, она и была этой Аморе?


- Нет. Но постой, ты сказал Голден Лаурель?


- А что? - удивился я.


- Недалеко отсюда лежит деревня Потион. Говорят, здешний лесник привёл туда странную пони, которая назвалась этим именем. И она тоже ничего не помнит о себе.


- Как?!


- Не знаю. Но эти сведения мне передали птицы — а они уж врать не умеют.


- Я должен её найти! - выкрикнул я. - Если это и вправду она...


- Я соберу тебе кое-что в дорогу, - заявила единорожка. - Потом выведу из леса и укажу дорогу. Но вот тебе мой совет — если она не помнит о тебе, расскажи ей всё, что услышал от меня. Не повторяй ошибки.


- Не повторю… - вздохнул я. - Но как она попала сюда?


- Узнаешь при встрече.


С этими словами Флора подняла книгу и побежала к лестнице.


- Эй, постой! - спохватился я. - Оставь мне пока эту книгу!


- Здесь много такого, о чём тебе не стоит знать вовсе или пока ещё рано узнавать. Всему своё время. Хотя… Можешь попытаться выхватить её магией!


С этими словами единорожка телепортировалась и я остался совсем один.


- С ума сойти… - только и смог выговорить я. Ну и ладно, чейнджлинг с ней! Если эта Голден Лаурель та пони, которая мне вспоминалась, я и без книги получу ответы… Если только она захочет со мной разговаривать, потому что как раз в этот момент мне вспомнились заплаканные глаза, железные ошейники, тяжёлые цепи и кровь, которую я лично оставлял на её щеках, раня её своими клыками...


Селестия... Каким же монстром я был?


И что ещё важнее - а изменился ли я теперь?

____

* - стоит прочитать слово справа налево и получится «Милитриум», название артефакта, упоминавшегося в «Снайпере». Прим. автора.

Разговор

- Аундлинг заканчивается здесь.


То, что мы стояли на краю леса, я понял и без этих слов. Флора, тем не менее, решила пояснить. Ну да ладно… Я огляделся по сторонам. Теперь, если идти от Аундлинга на северо-восток, можно было прийти в столицу Терранники — каменный город Аргентум Сильвертайн, цитадель королевы Винтер. Туда мне соваться не стоило, это я понял из слов Флоры. На юге от нас, через болота, леса и поля, лежал славный Медальон — последний из городов, оказывающих Винтер Стар серьёзное сопротивление. Туда мне и рекомендовала идти Флора, но сначала я должен был направиться в Потион — деревушку в полутора десятках километров от леса. Потион завершал большой «серп» поселений и городов Терранники, и был самой южной точкой, принадлежащей Винтер. Болота её не интересовали, а воины Медальона имели острые клинки и крепкие щиты, и пока ещё королева не совалась к ним.


Конечно, Винтер мало интересовало, сколько пони ей противостоит. Когда-то в северо-западном районе Терранники, в так называемых Серых горах, скрывалась по-настоящему огромная армия, готовящаяся сломить власть Винтер. К сожалению, Винтер узнала о их планах, собрала армию и устроила настоящую бойню. С тех пор горы стали называть Железными — так много оружия и доспехов осталось в тех скалах… Тысячи жеребцов и кобыл погибли, сотни были взяты в плен, и власть Винтер установилась над Терранникой. Теперь в Железные горы свозят рабов со всего королевства, чтобы те дробили камень и добывали волшебные кристаллы. Медальону Винтер просто давала отсрочку, занимаясь пока собственными землями.


- Вот ты мне рассказывала о севере, западе и юге. А что на востоке? Я имею ввиду, на востоке за Аундлингом? - спросил я у кобылки. Та хмыкнула.


- Там море. Аундлинг тянется буквально до самого берега. С востока вся Терранника завершается морем, а на севере — горами.


- Всё ясно, - кивнул я. - Ну что же, давай прощаться. Спасибо тебе и за приют, и за, - я тряхнул крупом, на котором висела грубая, но порядочно набитая седельная сумка. - И за припасы.


- Погоди, - покачала головой единорожка. - Что ты будешь делать дальше? Какой у тебя план?


- Самый обыкновенный. Сначала я найду Голден Лаурель, и если она и вправду… Если она и вправду та самая пони, то я… То я расспрошу у неё о том, что со мной произошло. Раз ты не захотела.


- В моей книге о тебе было написано ровно столько, сколько я тебе прочла. Может, упустила лишь пару страниц, - хмыкнула Флора. - Тебя сначала приютила Аморе, затем ты вдруг сверг её и занял место короля. Как и почему — я не знаю.


- А я не помню. Может, это всё не про меня было написано?


- Ты сам сказал, что ты — Сомбра.


- Так может я другой Сомбра?


Кобылка даже улыбнулась.


- То ты хочешь узнать о себе, то отвергаешь то, что ты уже знаешь.


- Оставим этот разговор? - нахмурился я. - Ты вроде бы хотела узнать о моих планах? Так вот, я иду в Потион, нахожу Голден Лаурель, а дальше действую по обстоятельствам. Как тебя моя идея?


- План — ерунда, но это тебе решать. Я всё же дам тебе совет — из Потиона направляйся прямо в Медальон. Если Винтер Стар почувствует твою магию, она найдёт тебя, и тебе не поздоровится.


- Я это учту, - вздохнул я и подал ей копыто. - Спасибо. И прощай, Флора.


- Не прощай, а до свидания, - улыбнулась она.


Я кивнул и развернувшись, побрёл через высокую траву к дороге. Выйдя на неё, я оглянулся, и увидел, что она продолжает смотреть мне вслед и махать передней правой ногой. Я помахал ей в ответ и пошёл по дороге. Когда я оглянулся в следующий раз, владычица Аундлинга уже скрылась в лесу… Что же, я снова один, но от этого легче не стало. Вопросы. Сложные вопросы налетели на меня, засыпав, закидав, выбив все остальные мысли. Почему я очнулся в Терраннике? Кто такая Аморе, и почему я решил свергнуть её? От чего я обезумел? Как Голден Лаурель, если это и вправду была она, попала в Тераннику? И что мне теперь делать?


За час я прошёл немалое расстояние и решил остановиться на привал, чтобы зря не перенапрягать отвыкшие от подобных походов мышцы. На моё счастье, как раз рядом нашлось подходящее место: с левой стороны от дороги стояли несколько дикорастущих яблонь, плодами которых я смог бы заодно и пополнить свои припасы. Без колебаний свернув с дороги, я направился к деревьям. Увы, но без магии снять плоды не получилось, а рядом не было никакой палки. Тем не менее, я, поднявшись на задние ноги, рогом подцепил один плод и сбил его на землю. Дунув, я рискнул его попробовать. Немного кисловатые, но вполне пригодные в пищу. Два сильных, резких удара задними ногами, и вокруг меня посыпался настоящий град из яблок, большая часть которых немедленно перекочевала в мой мешок. После этого я зашёл за деревья и лёг в траву так, что увидеть меня с дороги было бы достаточно сложно.


Тело желало отдыха, видимо, я ещё не до конца оправился от своего пробуждения, да и гречка меня немного разморила. Зевнув, я посмотрел на небо - чистое, синее, глубокое, без единого облачка. И почему-то перед моими глазами снова появилась эта белая аликорн, Селестия… Интересно, что с ней стало? Кто она такая, и почему показалась мне? Ох, когда же память ко мне вернётся… Я мысленно попробовал воззвать к жизни хоть какой-нибудь образ, отрывок из прошлого, хоть что-нибудь, что помогло бы мне отыскать ответ хотя бы на один, любой, вопрос, и… К моему удивлению, у меня это получилось.


Как всегда, я был зрителем, но только теперь наблюдал за несколько странным событием - поединком двух единорогов. С удивлением я понял, что одним из них был я с кьютимаркой. Он… Я… Тот Сомбра наклонил голову и стоял перед другим мной, похожим на меня крупным жеребцом с искривлённым рогом, но ещё без доспехов. Снег настоящей лавиной падает на них... Нас, но мы... Они как будто не обращали на это внимания. Что же, я дерусь со своим братом, или же это тоже я?


Рога обоих единорогов сияют, при этом мой каким-то светло-красным светом, а другого единорога — чёрным. И внезапно я с нормальным рогом резко отпрыгиваю назад, одновременно выстреливая во врага своей магией, собравшейся во что-то наподобие луча. Он принимает мой луч на рог, делает резкое движение головой и посылает луч в сторону. Нормальный я топает ногой, и из-под земли, из-под снега со свистом вылетает с десяток красных кристаллов. Я вожу головой, кристаллы разворачиваются в сторону криворогого и летят на него. Улыбаясь, он вытягивает вперёд свою ногу, и внезапно прямо перед ним появляется магический щит. Кристаллы бьются об него и отлетают обратно ко мне, падая к моим ногам. Другой я закрывает глаза и за его крупом из новых кристаллов собирается что-то наподобие меча. Взмахнув им, он бежит на криворогого, но тот выстреливает магическим лучом, который, расширяясь, охватывает другого меня и бросает назад, сломав и меч. Я падаю на снег, однако резво вскакиваю. Взмах головой с горящим рогом - злой Сомбра удивлённо осматривается по сторонам, когда прямо под ним появляется несколько огромных кристаллов, отшвырнувших его на лёд замёрзшего озера. Я с кьютимаркой напрыгиваю на него, прижав копытами, но он внезапно исчезает, перевоплощаясь в какую-то чёрную субстанцию, окутавшую меня. Лёд под нами проваливается и мы вместе погружаемся в воду…


Голден Лаурель бежит по льду, затем останавливается и с надеждой и страхом смотрит на прорубь. Проходит несколько секунд - и внезапно вижу, что какого-то единорога выбросило на лёд. Кобылка кричит от радости, но внезапно смолкает. Потому что из проруби выбрался Сомбра с искривлённым рогом.


- Удивлена, дорогая? - было странно слышать ТАКОЙ похожий на мой голос, только более сухой, глухой и… Страшный?


- Что ты с ним сделал?! - кричит кобылка.


- Ничего. Просто теперь он во мне. И вместе мы исполним то, о чём так давно мечтали!


Сверкает ослепительная белая вспышка. Я поспешно зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, вижу, что всё исчезло. Я вешу… Весю… Зависаю в каком-то тёмном пространстве, где нет ничего. Абсолютно ничего. Кроме голоса... Моего голоса, нормального, тихого и мягкого. Кажется, будто я перед кем-то извиняюсь.


«Это я совершил ошибку, Селестия, мне её и исправлять. Народ Кристальной Империи не должен страдать из-за моей глупости. Если я смогу уничтожить его, то тогда на нашей земле снова воцарится покой...».


«Но если он подчинит тебя? Вы сольётесь с ним в одно целое и он станет гораздо сильнее, чем раньше!»


А этот голос я теперь узнаю легко, причём где бы он не прозвучал, ибо запомнил его навеки. Селестия. Тёплый, солнечный, он сопровождался появлением белоснежной кобылицей, которая с грустью смотрела прямо на меня.


«Тогда вы остановите его… То есть нас. Селестия, пойми - когда он подчинит себе Кристальную Империю, то всё равно не остановится и вторгнется в Эквестрию! Нам нужно покончить с ним раз и навсегда! Только тогда народам Эквестрии и Кристальной Империи будет гарантирована безопасность».


Новая вспышка. И я снова оказался в траве под яблонями.


Вот и нашлись кое-какие ответы. Значит, раньше я был другим, и жил вовсе не в Терраннике. Это раз. Когда-то я совершил какую-то ужасную ошибку, вследствие которой и появился этот криворогий. Это два. Может, он мой родственник злобный какой-то, а может и злобная копия, кто его знает, больно уж мы с ним похожи. Хотя сейчас это не слишком важно. Важно другое - эта моя ошибка оказалась настолько серьёзной, что могла чем-то навредить Эквестрии… Королевству Эквестрии, наверное? Могла навредить королевству Эквестрии и ещё моей Кристальной Империи. И, несмотря на риск, что единорог может подчинить меня, я сразился с ним, и проиграл. Через меня он обрёл огромную силу, а что дальше? А может, дальше произошла узурпация трона Аморе и всё то, о чём мне рассказывала Флора? Ладно, с этим я ещё разберусь — а пока же я положил голову на копыта и закрыл глаза, стараясь собраться с силами.


…Через полчаса я снова вышел в путь. Лёгкий ветерок приятно пробегался по моей шёрстке, рыхля гриву, в то время как солнце приятно пригревало, благодаря чему моё настроение несколько повысилось. Оставляя в земле следы от копыт, я стал тихо мурлыкать себе под нос пока ещё нестройную мелодию собственного сочинения. Развлекая себя таким способом, я даже не сразу заметил, как подошёл к Потиону — деревушка раскинулась в каких-то двухстах метрах слева от меня, спрятавшись между двумя березняками. Тогда я ещё не знал, что имею возможность рассмотреть классическую архитектуру домов Терранники: сложенные из брёвен и выкрашенные обычно в коричневый или серый цвет здания имели округлую дверцу и несколько круглых окошек. Покатые крыши выложены какой-то засохшей травой. Труб не было, зато к каждому дому от Т-образных столбов тянулись линии электропередач, а за поселением, на возвышенности, я заметил тройку ветряных мельниц. Вздохнув, я зашагал к деревушке.


Первой мне на пути попалась молоденькая зелёная земная пони с красивой салатовой гривой. Она была одета в серое платье, тем не менее, имевшее красивую выкройку; на задних копытцах у пони были деревянные накопытники, а хвостик обвивал настоящий вьюнок.


- Да, это Потион, - кивнула пони в ответ на мой вопрос. - Мы живём здесь вот уже больше тридцати лет, это самое молодое поселение терпони. И, - она понизила голос. - Здесь ещё нет власти у Винтер Стар. Мы живём сами по себе, сэр.


- Я рад это слышать, - улыбнулся я. - Вот в чём дело… Я слышал, здесь нашли странную пони по имени Голден Лаурель. Я её старый знакомый, как бы мне её найти?


- Голден Лаурель? О, конечно, я помогу вам. Идите по главной улице до рыночной площади, от неё поверните влево и идите до конца улицы. Сейчас она живёт у Тей, моей двоюродной сестры. Вы её дом сразу узнаете.


- Спасибо, - кивнул я.


Обойдя рыночную площадь, которая представляла собой бессистемное нагромождение палаток и лавчонок, между которых сновали пони, я вышел на нужную улицу и быстро зашагал по ней, стараясь не думать о том, что меня ждёт при встрече с Голден Лаурель — и так бешено стучащее сердце заставляло меня переходить на лёгкий галоп. Дом Тей я и вправду узнал сразу — это было двухэтажное здание с крышей, выкрашенной в нежно-голубой цвет. Поднявшись по деревянным ступеням, я постучал копытом в дверь — её мне открыла голубошёрстная и синегривая земная пони.


- Кто вы? - удивлённо спросила она.


- Меня зовут Сомбра. Я ищу пони по имени Голден Лаурель.


- О, какое счастье! - прям-таки засияла от радости кобылка. - У бедняжки провалы в памяти. Она помнит, что родом из Эквестрии, точнее, из Кристальной Империи… Но она не помнит, каким образом оказалась в Терраннике!


«Я тоже этого не помню» - подумал я, а вслух сказал:


- Думаю, я смогу помочь ей восстановить память. Где она сейчас?


- В саду за домом, сэр Сомбра. Проходите.


Я вошёл в узкий коридор, плавно перетекающий в просторную комнату, занимавшую весь нижний этаж. Следом за Тей, я прошёл до задней дверцы и вышел в сад.


- Эй, Голди! - крикнула Тей. - Тут кое-кто хочет тебя видеть!


- А? Я иду! - раздался из-за клумб чей-то мягкий голос, а затем на дорожку ступила… Она. Кристальная пони из моих видений. Увидев меня, она замерла и её круглые большие глаза стали ещё больше и круглее.


- Голден? - осторожно спросил я.


- К-к-король Сомб-б-бра? - пролепетала кобылка, делая шаг назад. - Нет… Нет-нет-нет-нет!


Она схватила в копытца лежащий неподалёку секатор и выставила его перед собой, теперь стоя только на трёх ногах.


- Что тут происходит?! - удивилась Тей.


Я не слушал её, а направился прямо к кобылке. Она и только она могла помочь мне сейчас.


- Голден, послушай меня…


- Не подходи! - испуганно взвизгнула пони. - Ты умер! Ты мёртв два раза, Сомбра! Убирайся прочь, иначе умрёшь в третий!


- Два раза?… - я покачал головой. - Голден, поверь, я знаю, что со мной произошло. Я помню, как я обезумел, как меня захватил другой Сомбра, как я сверг Аморе…


- Заточил кристальных пони в шахты, добывать кристаллы… - прошептала Голден. - Все, от жеребят до стариков, ходили в цепях и ошейниках! А меня… Меня… - секатор дрогнул. - Убирайся прочь, чудовище.


Я замер на месте. И на что я надеялся?


- Я просто хочу сказать, что теперь я — снова я. Не он, - вздохнул я. - И мне нужна помощь. Я мало что помню из прошлого, и не знаю, как попал в Терраннику. Но если ты не можешь мне помочь — хотя бы прости меня за то, что я делал когда-то. Поверь, я совершал это не по своей воле.


Секатор упал в траву.


- Я знаю это… - кивнула Голден. - Но я и не представляла, что ты тоже попадёшь сюда… Да ещё и в таком виде.


- В каком это? - через силу улыбнулся я. - Что, я так плохо выгляжу?


- Лучше, чем когда-либо. Тей… Нам нужно о многом поговорить с Сомброй. Ты не могла бы оставить нас?


- Ну-ну, - хмыкнула пони. - Если что — кричи. Я тут, неподалёку!


- Не волнуйся… Я думаю, этого не понадобится.


Едва кобылка направилась к дому, Голден подошла ко мне и осторожно протянула копытце, прикоснувшись им к моей морде.


- Рог, - она покачала головой. - Он такой же…


- Другой? - подсказал я. - Как у того Сомбры?


- Да. Как у короля Сомбры. Что ты хочешь узнать?


Я посмотрел в её глаза и опустил голову.


- Всё. Я помню только образы… Селестию и Луну… Тебя.


- Память вернётся.


- Я знаю, что было, пока я не сверг Аморе. Давай с этого места…


Кобылка прошлась вокруг меня и села прямо на землю.


- Хорошо. Когда ты заколдовал Аморе и разнёс её части по всей Империи, ты превратил всех кристальных пони в своих рабов. А меня ты сделал своей личной… Вещью. Дни я проводила в шахтах, а ночи — с тобой. Ничего такого не было — ты просто всячески издевался надо мной…


Я сглотнул.


- Мне кажется, что твоя обезумевшая сторона просто возненавидела меня. Ты кусал меня, избивал, заколдовывал… И вот однажды, когда я собиралась в очередной раз пойти в твои покои, раздались звуки — топот тысячи копыт, звон сотен мечей. Селестия и Луна, правители Эквестрии, повелительницы дня и ночи, пришли спасти нас. Твои воины не смогли справиться с ними и ты сам вышел на бой* против принцесс. Они одолели тебя — с трудом, но одолели. Правда, перед этим тебе удалось частью своей тёмной магии заразить Луну, и на тысячу лет превратить её в Найтмер Мун. Но мы этого не знали — когда ты погибал, ты использовал свою магию, и тысяча лет пронеслись для нас всего за несколько дней. Потом к нам приехали принц Шайнинг Армор, брат Твайлайт Спаркл, и дочь Аморе, принцесса Ми Аморе Каденция, Каденс. Пока они охраняли Империю, Твайлайт Спаркл и её друзья приехали в Империю — они обладали силами Элементов Гармонии, с которыми могли бы остановить тебя. А ты… Ты вернулся в своём истинном обличии.


- В каком же?


- Умбра. Существо с головой и верхним телом пони, но состоящее из тёмной материи. Ты ранил Армора, захватил Твайлайт Спаркл и начал поглощать Империю, но дракончик Спайк и принцесса Каденс смогли воспользоваться энергией артефакта Кристальное Сердце. В тот момент, когда ты принял облик короля Сомбры и готовился поглотить Сердце, они использовали его энергию и уничтожили тебя. Потому я и была удивлена, увидев тебя здесь…


- Но как ты попала в Терраннику?


- Принцесса Селестия, - вздохнула Голден.


Я живо представил себе белую аликорншу.


- Селестия?


- Принцесса вызвала меня к себе. Сейчас Эквестрия выходит на новый уровень в международных отношениях — она сняла магический щит и входит в контакт с другими странами. Принцесса Твайлайт, которая теперь стала аликорном, выбрала себе собственную ученицу, которая с друзьями познаёт магию Дружбы, и поэтому в Эквестрии увеличивается сила элементов Гармонии. Благодаря этому Селестия может начинать развитие отношений с другими странами, с Зебриникой, с Седельской Арабией, с Вингхорсом, с Терранникой… Но вот в Терраннике живёт злая сила — королева…


- Винтер Стар, - проговорил я.


- Да, - кивнула Голден. - Принцесса сказала мне, что перенесёт меня в Терраннику, где я должна буду помочь одному хорошему пони победить Винтер. Но я ни за что бы не подумала, что этим пони окажешься ты.


Я вздохнул.


- Потому что я уже больше не могу быть хорошим?


Кобылка поднесла копытце к правой щеке и только тогда я заметил длинные шрамы, едва прикрытые шёрсткой. Перед глазами мелькнула картина — заплаканные глаза, гримаса боли на перекошенной мордашке, рычание зверя и острые клыки… «Твоя кр-р-ровь очень вкус-с-сна»…


- Потому что ты погиб, - покачала головой кобылка. - Я верила, что где-то в глубине души короля Сомбры всё ещё живёшь ты. Но…


- Сомбра, Голден! - воскликнула Тей, внезапно появившись в дверях чёрного хода. - Быстрее! На нас напали!


- Напали?! - воскликнула кобылка. - Кто?


- Похоже, Винтер Стар послала своих воинов проверить, как мы живём! - дрожащим голосом ответила пони.


Но её слова почти заглушили топот копыт, вопли боли и гневные крики...


- - -

* - отсылка к фанатскому видео "Падение (Закат) Кристальной Империи".

Плен

Хотя на мордашке Тей ясно читался весь тот ужас и страх, который ожидал нас на улице, я всё равно бросился через весь дом к окошку, спеша увидеть, что происходило в деревне. А происходило… Зверство, по-другому и не скажешь. По улицам бегали жеребцы и кобылы из рода единорогов и земных пони, все в чёрных доспехах, вооружённые короткими копьями и странного вида клинками, почти треугольными, которые они держали во рту. Они убивали тех, кто пробовал оказать им сопротивление, стреляли магией в дома, громили лавки торговцев и гнали мирных жителей… В другой части города пегасы, также закованные в чёрные латы, сгоняли в кучу дрожащих обитателей Потиона — жеребят, кобыл, молодых жеребцов, большая часть из которых была окровавлена с ног до головы и едва держалась на копытах. Они пересчитывали их и надевали им на горло странные ошейники: массивные кольца зелёного цвета и как будто бы состоящие из множества крупных кристаллов. После этого пленных пони отсылали к двум повозкам-клеткам, в которые были впряжены странные птицы, похожие больше на пернатых драконов, только без крыльев.


- Сомбра, очнись! - крикнула Тей, отрывая меня от окна. - Не стой столбом! Мы должны бежать отсюда!


- Бежать? Но как?!


Вместо ответа Тей подскочила к углу комнаты, вцепилась зубами за едва видимое металлическое кольцо и потянула за него, открыв квадратную крышку погреба, после чего недвусмысленно указала в тёмный лаз своим копытом. Я всё понял. Быстро повернувшись, я подошёл к Голден Лаурель и мягко подтолкнул её к лазу.


- Я иду первой, Голден за мной, ты замыкаешь, Сомбра, - объявила между тем Тей. - Этот лаз выведет нас за пределы деревни в лес! Быстрее!


Она первой прыгнула в лаз и Голден, испуганно оглянувшись на меня, тоже поспешила за ней. Я поскакал следом — в лаз не вела лестница, поэтому мне пришлось просто спрыгнуть вниз. Лететь мне долго не пришлось — под моими копытами сразу же обнаружилась земля, так что я по-кошачьи выставил ноги и ловко приземлился на них. Чуть в стороне мелькнул хвостик Голден Лаурель, точнее я подумал, что это хвостик Голден, так как она прыгнула в лаз второй, но здесь было темно так, что определить, кому принадлежал хвост, было невозможно. Ткнувшись мордой в земляную стенку, я вдруг обнаружил прямо перед собой пустоту и отчаянно заработал копытами, пробивая себе путь вперёд. Как крот. Сравнение дополнялось ещё и тем, что я ничего не видел, пробираясь по узкому земляному тоннелю просто на ощупь. Это было тяжело, очень неприятно и даже несколько… Страшно. Вдруг я ткнулся носом прямо в круп Голден, которая замерла передо мной.


- Тей говорит, что осталось немного, - шепнула она. - Только тише! Мы как раз под улицами!


Мы поползли дальше, ткнулись по очереди в какой-то поворот и снова поползли. Наконец впереди забрезжил свет — такой тоненький лучик, который Тей немедленно закрыла своим телом, запыхтела и заскрипела… Нет, скрипела не она, скрипеть начала крышка люка, которую кобылка сдвигала изо всех сил. Я с трудом продрался мимо Голден Лаурель, прошёл к пони и помог ей, упираясь в крышку передними копытами. Наконец, волна света обрушилась на нас и мы, жмурясь от солнца, выползли на траву совсем неподалёку от города. Я попробовал привстать и оглядеться — хотя на глазах сразу же выступили слёзы, мне удалось разглядеть густую зелень кустов, которые скрывали нас от взглядов тех, кто бесчинствовал в Потионе.


- И что теперь делать? - испуганно спросила Голден, заставив меня обернуться. Кобылки уже поднялись с земли.


- Бежать! - ответила ей Тей. - В лес! И постарайтесь не потерять друг друга!


Мы со всех копыт кинулись под прикрытие деревьев и поскакали по негустому лесу, совсем не похожего на густой Аундлинг, через который без дорожек Флоры мне пришлось бы продираться, рискуя собственной шкуркой. По этому лесу получалось бежать почти свободно. Увы, в нашей ситуации это было скорее минусом, чем плюсом… Очень большим минусом.


Я услышал хруст ветвей за секунду до того, как Тей завопила «Погоня!» и припустилась ещё быстрее. Оглянувшись, я увидел тени пегасов, которые уже почти нагнали нас. Тело сработало само — когда одна из теней кинулась вниз, я резко остановился и лягнул пегаса так, что боль пробежала от копыт до самой шеи. Зато от моего удара закованное в доспехи тело отшвырнуло в ближайшее дерево.


- Бегите! - крикнул я замершим кобылкам.


Вторая тень накинулась на меня неожиданно и ударила в бок, опрокинув тем самым на спину. Я попробовал лягнуть и его, но сам задохнулся от сильнейшего удара в живот. Перед глазами потемнело и новый удар в челюсть я ощутил уже самым краем сознания. Именно он меня из сознания и выбил…


* * *


Судя по очень неприятным ощущениям, бушующим во всём теле, на одном ударе в морду пегасы не остановились. Я с трудом разомкнул веки и увидел прямо перед собой… Копыта. Мощные такие копыта, обутые в серебряные накопытники на толстой подошве.


- Встать! - последовал короткий приказ, произнесённый вовсе не дружелюбным голосом. Я осторожно перевернулся на живот и попробовал подняться, одновременно стараясь разглядеть своего врага — а в том, что передо мной служащий Винтер Стар я не сомневался. Им оказался чёрный единорог с синей гривой, закованный в чёрные доспехи и вооружённый обоюдоострым копьём-клинком, которое висело у него на боку.


- Так-так-так. И как же тебя зовут, герой? - строго спросил у меня жеребец, вперившись взглядом синих глаз.


- Сомбра, - ответил я. Не знаю, может, стоило бы и скрыть своё имя, но тогда у меня не было сил думать. Услышав ответ, жеребец отступил назад и посмотрел на меня странным взглядом, в котором смешалось удивление и радость.


- Ты? Сомбра? Надо же, никогда бы не подумал!


Я попробовал оскалиться, но тут шею как будто бы стянуло стальным обручем. Нет, не стальным — зелёное свечение кристаллов ясно говорило мне о том, что именно у меня на горле.


- Не демонстрируй клыки, Сомбра, - усмехнулся единорог. - Эти ошейники созданы для того, чтобы подавлять любые признаки агрессии. Очень быстро успокаивают строптивых пленников.


- Я так и понял… - проговорил я.


- Винтер Стар с удовольствием посмотрит на Странника, - усмехнулся пони. - Киньте его в клетку к остальным!


Крупный земнопони и не менее крупный пегас подтолкнули меня с боков к одной из повозок с установленной на ней клеткой. Я бы вполне мог оказать сопротивление, но… Во-первых, это было бы глупо, а во-вторых, в клетке я увидел… Голден Лаурель.


- Вас поймали? - тихо спросил я, когда решётка закрылась за моим крупом.


- Только меня, - покачала головой кристальная пони. - Тей успела убежать. Она крикнула мне что пойдёт в Медальон… - кобылка замолкла, потому что повозка вдруг начала двигаться. Я посмотрел через спины пони вперёд — в клетке ведь мы были отнюдь не одни. Три повозки, запряжённых пернатыми ящерами, выехали на дорогу и потянулись мимо горящих домов. Чуть в стороне солдаты Винтер сносили тела убитых пони в общую кучу… Мне стало дурно и я отвернулся, но тут Голден ткнулась мордашкой мне в бок и захныкала. Её прикосновение заставило меня дёрнуться — я положил копыто ей на шею и погладил шёрстку.


- Ну, не плачь.


- Я слы-слы-слышала от Тей, что с нами будет… - сквозь слёзы проговорила поняшка. - Они отправят нас работать в Железные Горы.


- Скорее всего, только тебя… - вздохнул я. - Эти пони заинтересованы во мне.


- Здесь многие говорили о тёмном страннике, вот только… Я не могла поверить, что это будешь ты.


- Да сколько можно… - проговорил я. - Я не помню ничего о своём прошлом, а от меня ещё и скрывают будущее! Что за странник? Голден, ты была со мной — каким я был… До того, как…


Внезапно я замер. Перед глазами появилась картина, картина из моего прошлого. Она была яркой и одновременно очень тусклой, потому что в то время я не был собой. Белый единорог с синей гривой, стоящий с рогом, охваченным магией… Аликорн, ослабленная, едва удерживающая магический купол своей подрагивающей магией. Страх, расползающийся по улицам. Пять ярких пятнышек-пони, пять странных элементов, не принадлежащих ни природе, ни магии… А вот ещё один элемент, шестой, и он не просто принадлежал магии — он был ею. Элемент сверкал в груди фиолетовой единорожки, перевоплотившейся в фиолетового аликорна…


- Сомбра!


Видения пропали. Я лежал перед Голден, не устояв на копытах от охвативших меня воспоминаний.


- Я вспомнил…


- Что?


- Как погиб… Во второй раз… - проговорил я. - Принцесса Селестия послала в Кристальную Империю принца Шайнинга Армора и принцессу Каденцию… А потом…


Голден вдруг посмотрела на меня очень странным взглядом.


- И она прислала им на помощь Хранительниц Элементов Гармонии, и одной из них была будущая принцесса Твайлайт Спаркл. Я встречалась с этими пони. Я помню это… Но я не помню, как и почему попала в Терраннику…


- А какое у тебя последнее воспоминание?


- Я помню, что я поехала в Эквестрию, в гости… К своим друзьям, переехавшим туда. А потом… Потом я уже ничего не помню.


- Я погиб, - вздохнул я. - Но вот что случилось с тобой?


- Пока не помню. Может, потеря памяти - это какой-то побочный эффект, который возник, когда нас перенесло сюда?


- Надеюсь, у нас будет шанс это выяснить… - проговорил я.


Дальше мы поехали молча. Другие пони тоже ничего не говорили — они лишь жались друг к другу, да некоторые поглядывали на меня, поскольку страх всё же не мог заглушить их любопытство. Голден успокоилась и прилегла рядом со мной, прикрыв глаза, чтобы не видеть шагающих рядом стражей. Я же наоборот, крутил головой. Пегасы летели над нами, единороги вышагивали позади и впереди колонны, земнопони — по флангам. Эти пони явно знали, как предотвращать побеги своих пленников. Кроме того, отдельно двигался небольшой отряд ящероптиц, на которых восседали чёрный единорог и несколько его сподвижников. Он иногда поглядывал на нашу клетку… А может быть, и на меня?


- Ты заинтересовал Скери Дрима, - вдруг сказал один из пленников, молодой жеребчик-пегас коричневого окраса с тёмно-серой гривой.


- Скери Дрим? Это тот чёрный единорог? - спросил я.


- Ага, он самый. Личный охотник Винтер, - пегас фыркнул. - Многие мечтали его убить, но пока что он убил многих.


Я вздохнул и лёг рядом с Голден Лаурель — ничего другого в этой ситуации мне не оставалось. Её мерное дыхание и тёплое тело удивительным образом подействовали на меня — я почувствовал лёгкую сонливость, поэтому осторожно опустил голову на копыта и закрыл глаза…


Туман сна заволок моё сознание очень быстро. Я снова был в своих воспоминаниях, снова смотрел со стороны на сцену из своей жизни. Голден Лаурель, вся чумазая и покрытая какой-то грязью от гривы до хвоста, с обрывком верёвки на шее, рыдая, прижималась к боку синего аликорна. Рядом стояла принцесса Селестия — белая аликорница производила неизгладимое впечатление. Она была одета в золотые доспехи, на ногах у неё высокие накопытники, магией она удерживает сияющий меч с длинным лезвием. А перед ними стоял… Я. То есть, король Сомбра.


- Как вы посмели явиться сюда, жалкие создания? - выкрикнул я.- Неужели ты считаешь, что справишься со мной, Селестия?!


- Разумеется нет. - покачала головой Селестия. - И поэтому моя сестра со мной.


- Зря ты привела с собой Луну! После вашей смерти некому будет править Эквестрией! Кроме меня, разумеется!


- Это мы ещё посмотрим. Вполне возможно, что сегодня умрёшь ты. Раз ты так и не смог избавиться от того, что поглотило тебя!


- Ха-ха-ха, ты понимаешь, с кем ты говоришь, дура? Того Сомбры больше нет! Есть лишь я! И тебе придётся это принять!


- Значит, мне будет лишь легче сделать то, что нужно сделать.


- Отойди, - Луна подтолкнула Голден за себя. - Тебе не стоит этого видеть.


Селестия атаковала первой. Её меч устремился к королю Сомбре, но наткнулся на преграду в виде зелёного магического щита. Луна немедленно использовала собственную магию - из воздуха возникло что-то вроде секиры, держа которую своей магией, синяя аликорнша налетела на своего врага. Но и ей ничего сделать не удалось, поскольку магический щит лишь несколько увеличился в размерах, сдерживая теперь обеих принцесс.


- Вы даже не подозреваете, какой силой я теперь обладаю! - расхохотался Сомбра. - Узрите же всю мою мощь!


Он резко вытянул вперёд правое копыто и что-то чёрное охватило его ногу, вытянулось, затвердело, превращаясь в громадный клинок. Продолжая удерживать щит, другой Сомбра схватил его в зубы и погасил защиту. Луна обрушила свою секиру ему на голову, но он успел поднять своё странное оружие и блокировать удар. Развернувшись на задних ногах, единорог ударил Луну левым копытом, отбросив её в сторону, а сам скрестил клинки с Селестией. Она, продолжая удерживать меч магией, попробовала приблизиться к нему для того, чтобы ударить копытами, однако он ловко отступил назад, не давая ей шанса дотянуться до него.


Луна подлетела к единорогу и копытоять её секиры врезалась ему в живот, а точнее - в доспехи. И ничего, он лишь отшатнулся, морщась от боли, а затем сделал резкое движение вперёд и клинок вошёл прямо в грудь сестры Селестии. Луна закричала от боли, а теневой клинок... Это трудно описать, но он как будто бы вывернулся наизнанку, мигом обхватив грудь Луны, словно какой-то чёрный паук.


Селестия уронила меч, переключая вид магии и яркий солнечный луч ударил по чёрной кляксе, сбив её с синей пони. Луна со стоном повалилась на землю, а Селестия обернулась к единорогу, стоявшему на почтительном расстоянии и злобно ухмыляющемуся.


- Поздно, Селестия, поздно! Теперь тьма захватит и её!


- Обойдёшься!


Она наклонила голову, он тоже, и сразу два магических луча - один золотой, второй чёрный - устремились навстречу друг другу, встретились, взорвались... Ярчайшая вспышка не помешала мне увидеть, как обоих противников отбросило в разные стороны, точно также, как и Луну, упавшей и поломанной куклой застывшей рядом с сестрой.


- Я же говорил, что вам не одолеть меня! Вы - ничтожные жалкие создания! Я удивляюсь, как вы вообще...


Селестия тяжело поднималась с земли. Её шкурка оказалась запачкана чёрными пятнами, с разбитых губ капала кровь, но её рог засиял ещё более ярко. Она посмотрела на свою сестру - пони слабо дышала, видно, ей было очень плохо - после чего развернулась обратно к единорогу.


- Ты заплатишь за то, что с ней сделал! - тихо, но чётко произнесла она.


- Не волнуйся, с ней всё в порядке, - прорычал другой я. - Ну, пока, во всяком случае. Это заклинание я использовал против своей копии, этого жалкого единорога...


- Ты сам копия, - напомнила Селестия.


- Возможно, - не стал отрицать единорог, продолжая злорадно улыбаться. - Но это заклятие пробудит в ней всю тьму и злобу, превратив в подобную мне - наполненную ненавистью и завистью, которую она слишком долго сдерживала! И вечная ночь воцарится в её сердце!


- Я уничтожу тебя.


- Уверена? Ты играешь с незнакомой величиной, Селестия! И я уверяю тебя...


Селестия не стала слушать продолжение речи. Теперь сорвавшийся с кончика её рога луч был не золотой, а абсолютно белый, расширяющийся по мере приближения к единорогу, он устремился к другому мне. Тот наклонил голову, но не успел ничего сделать. Луч ударил его прямо в морду, отбросил, перевернул и обрушил на землю.


- Всё кончено, Сомбра! - Селестия, с зажжённым рогом медленно подходила к единорогу. - Пора прекратить всё это. Кристальное Сердце снова засияет и пони Кристальной Империи освободятся!


- Ошибаешься, Селестия. Это ещё далеко не конец! - простонал другой Сомбра.


- Я же говорил, что стал очень силён! И сейчас ты в этом убедишься!!!


На тот раз его рог загорелся так сильно, что я не смог наблюдать за продолжением боя. Воспоминание начало стремительно тухнуть, но перед тем, как оно пропало в зелёном огне я увидел, как башни дворца внезапно... Исчезли? Да, просто растворились в воздухе, будто бы их и не было.


Я открыл глаза, тяжело дыша от только что пережитых воспоминаний. Голден Лаурель что-то сказала мне, но я не распознал её слов. Я вообще не мог ничего понимать в тот момент — потому что я теперь знал, как Кристальная Империя исчезла, и кто в этом был виноват. Голова буквально разрывалась — я творил такие ужасные вещи! И пусть я просто оказался захвачен тёмной магией, я ведь… Я ведь просто чудовище!


- Сомбра! Очнись!


Я наконец-то сбросил с себя тяжесть воспоминаний и посмотрел на Голден Лаурель.


- Прости меня… - прошептал я. - Я был настоящим монстром. Я…


- Сомбра! Пожалуйста, посмотри вперёд!


Я посмотрел — через головы пони, испуганных и подавленных. Дорога вела к странной горе — вздымаясь метров на сто вверх, она походила на каменный стол, и с четырёх сторон её поддерживали нечто вроде треугольных пирамид. Стены их поднимались постепенно, их было лучше назвать даже не пирамидами, а треугольными… Э-э-э, подставками что ли… А на самой горе стоял город — каменный город, окружённый высокими крепостными стенами, за которыми виднелись зубчатые башни древнего замка.


- Что это за город? - спросил я у своего знакомого-пегаса.


- Аргентум Сильвертайн, - ответил тот. - Столица Терранники, один из самых прекрасных городов… Был когда-то. Теперь это цитадель нашей правительницы, королевы Винтер Стар.

Аргентум Сильвертайн

К моему удивлению, подъём по «пирамидам» оказался недолгим и достаточно лёгким — угол наклона их стен был небольшим, что ещё раз подтверждало мою версию о том, что и они, и эта столовидная скала возводилась искусственно, при помощи магии. Может, кому-то покажется, что эти «пирамиды» и были слишком уж странным архитектурным решением, зато благодаря им оборонять столицу было гораздо проще — по вертикальным стенам армии не взобраться, а если на каждой «пирамиде» поставить хороший отряд, то Аргентум взять будет очень нелегко… Да и сам город выглядел самой настоящей крепостью! Он меня так заинтересовал, что я, желая получше его разглядеть, осторожно обошёл Голден и прижался носом к решётке. Сказать, что город меня удивил — значит ничего не сказать.


Весь Аргентум Сильвертайн был опоясан по периметру не слишком высокой, но зато крепкой каменной стеной, через которую существовали всего четыре прохода — как раз у «пирамид». Между зубьев сверкали доспехи стражей, кое-где стена поднималась небольшими башнями, на каждой из которых стояла катапульта. Может, это и не слишком эффективное орудие, но всё же лучше, чем ничего. Дома в городе в основном были каменными, невысокими, со множеством окон; были и нежилые здания, а слева, за двойной стеной, я увидел сверкающий металл и ветряные мельницы, от которых к зданиям тянулись провода. Ничего себе, это же самая настоящая электростанция!


Внезапно меня озарило воспоминание. Оно разразилось в голове уже знакомой вспышкой, но на этот раз такой яркой, что я не удержался на копытах и привалился боком к решётке. Город на горе, прекрасный замок, утопающий в зелени и окружённый прудами и речками… А за городом, на другой стороне горы, у водопада — сверкающая гидроэлектростанция. Это была столица Эквестрии, город на горе, Кантерлот… Город, в котором я бывал всего пару раз, вместе с высокой фиолетовой аликорншей и розовой пегаской. Моя приёмная мать Аморе и моя неродная сестра Каденс, до своего воплощения в аликорна.


- Вспомнил… - прошептал я себе под нос.


Хотя Аргентум явно отличался от Кантерлота — в нём не было ни разноцветных домиков, ни зелёных садов, ни украшенных улиц — кое-что ещё объединяло два города. Здесь тоже я увидел замок — мрачное каменное сооружение с высокой стеной и семью башнями, шесть из которых зубчатые и только одна остроконечная. Над ней развевался флаг.


- Красиво… - пробормотал один из пленников. - Страшно, но красиво. Говорят, Винтер когда-то сама сделала этот город. Свела под корень скалы, из одних сделала основу, из других — дома и замок, а из третьих — пирамиды, по одной в столетие.


- Это какие же у неё силы, если она горы могла вот так обрабатывать? - пробормотал я.


- Огромные, - ответил пони. - Она использует как источники своих сил наши…


- Молчать! - неожиданно рявкнул Скери Дрим и я поспешно отлип от решётки — этот идиот в довесок к словам ударил по нашей клетке мечом. Его ящер посмотрел на нас с аппетитом. - Кто будет разговаривать, тому дорога не в Железные Горы, а в Тартар!


Ворота города — тяжёлые деревянные створки, обитые железом — заскрежетали, открываясь перед нами. Когда мы проезжали, я смог увидеть гигантские шестерни, которые и управляли ими. Правильное решение, пони такая работа была бы просто не по силам… А за стеной всё было вполне ожидаемо — прямые дороги, обставленные фонарями уличного освещения, пони-извозчики и ящеры, тянущие за собой телеги, марширующие солдаты и жители города, наблюдающие за повозками с пленниками. При этом многие косились на меня и я постарался отойти в центр клетки. Голден Лаурель к этому времени уже пришла в себя и села у самой решётки, прикрыв глаза. Я подошёл к ней и потёрся мордой о её мордочку, но она не обратила на это никакого внимания.


- Мы выберемся, - пообещал я тогда, но мне снова ответом стало лишь её молчание. Да, видимо она поняла, насколько плохи же наши дела…


Мы проехали мимо рыночной площади, где бойкие торговцы смолкали, едва завидев нашу процессию, а покупатели спешили уйти с дороги. Скери Дрим с каким-то диким удовольствием распугивал их, стараясь наехать на тех, кто не торопился отойти с его пути, и прикрикивая на испуганных жеребцов и кобыл. Я искренне пожалел, что не могу сейчас призвать свою магию и содрать шкуру с этого урода. Или хотя бы магическим лучом ударить…


- Я вспомнила, - вдруг прошептала Голден и я мигом позабыл о проклятом Дриме. - Селестия… Это же она прислала…


- Стоп!


Она испуганно замолчала, потому что Скери Дрим направил своего дракона прямо к нам.


- Я вроде бы приказал всем молчать? - нахмурился он, смотря на Голден. - По-видимому, без насилия до вас никак не доходит! Ну что же…


Его рог вспыхнул. Жеребец магией отцепил от седла своего дракона недлинный ремешок и перенёс его к Голден. Та испуганно попятилась, но ещё до того, как я успел встать между нею и ремешком, последний повиновался магии Дрима и в мгновение ока обернулся вокруг мордашки кобылки. Та замычала и стала трясти головой, но ремень не поддавался.


- Только попробуйте снять без моего разрешения! - завопил Дрим. - Тогда я уже не буду таким добрым! И клянусь - её нижняя челюсть в этом случае поменяется местами с верхней! Пошли!


- Шкура… - прорычал я. Голден бессильно уткнулась мне мордашкой в бок и стала тихо всхлипывать. Я только и мог, что приобнять её и прижать к себе — так мы и поехали дальше, находя утешение в объятиях друг друга. К тому времени, как Голден прекратила всхлипывать, повозки уже миновали полгорода и въехали на широченный мост, за которым раскинулся замок Винтер. Вблизи в нём не обнаружилось никакого сходства с Кантерлотом: одинаково-серые стены, окна одних и тех же размеров, никаких особых балкончиков, никаких увитых плющом стен или каменных фигурок пони, вообще ничего! Только стены и серость. Вход в замок защищали сразу шестеро стражей-земнопони, они же и открыли нам ворота на широкий двор, в конце которого ко входу в сам замок поднималась многоступенчатая лестница. Тут повозки остановились.


- Выходите на распределение! - приказал Скери Дрим. - Её Высочество удостоит вас своим посещением через несколько минут, жалкие твари!


Он тоже слез со своего ящера, после чего направился к двери. Ещё два стражника, пегас и единорог, склонились перед ним, а Скери Дрим толкнул створки и прошёл внутрь. В то же время его воины принялись открывать наши клетки и без церемоний выгонять из них пленников — кого-то резкими криками, кого-то колкими копьями, а парочку пони выволокли из клеток даже силами копыт. Мы с Голден вышли сами и неожиданно наткнулись на синюю пегасочку — она стояла чуть в стороне и горько плакала, склонив голову.


- Бедняжка… - прошептал я.


Один из стражей подошёл к Голден и снял с неё ремень. Он же одарил пегаску неприязненным взглядом и хмуро выкрикнул:


- А ну прекрати ныть!


Пони испуганно посмотрела на стража и умолкла. Дрожа, она отошла в нашу сторону, подальше от стража.


- Как ты себя чувствуешь? - спросила Голден, погладив пегасочку. - Успокойся.


- Вы ч-ч-что, не понимаете, что они с нами сделают? Нас же отправят в Железные горы!


- А что это за место? - спросила кристальная пони.


- Это настоящая тюрьма Винтер. Когда-то там собралась целая армия взбунтовавшихся против власти Винтер пони… Она уничтожила их всех, и с тех пор между гор лежат тонны металла. Доспехи, латы, клинки… А в самих горах работают пони, добывают другой металл, природный, руды и волшебные кристаллы, которые идут на заводы и фабрики по всей Терраннике, - пегасочка утёрла носик. - Меня зовут Блю Скай, я бывший погодник.


- Голден Лаурель. А это — Сомбра.


- Сомбра… Странное имя, - она посмотрела на меня и в её заплаканных глазах скользнуло удивление. - И какой странный рог! Ой… Простите.


- Ну, спасибо, - улыбнулся я. - По-моему, каждый пони считает долгом упомянуть про мой рог.


- У тебя странный голос… - заметила пони. - И я тебя раньше не видела. Откуда это ты взялся в Потионе?


- Он мой друг. Ему Тей написала письмо и он нашёл меня, - быстро сказала пони. Ну и правильно, незачем Блю знать, что я не из Терранники.


- Жаль, что вы встретились в такой момент, - вздохнула Блю.


- Мы выберемся из гор, - заявил я, хотя и сам в это не верил. - Наверняка есть способ избавиться от этих ошейников.


- Проблема не только в ошейниках, Сомбра. На латах погибших воинов лежат чары Винтер. Благодаря этому в Железных Горах никакая другая магия не действует. Оттуда не спастись…


- Строиться! - раздалась вновь команда Скери Дрима и нам пришлось прекратить разговор. Как оказалось, чёрный единорог в сопровождении белоснежного земного пони уже вышел из замка и спустился к пленникам. Белый жеребец оказался настоящим уродом — размерами больше меня, тупорылая морда вся в шрамах, шерсть кое-где выдрана… Ужасный вид. Пленники съёживались, когда он подходил к ним и ощупывал мускулатуру крыльев и ног, оценивал зубы, бесцеремонно разжимая челюсти упрямым. Скери следовал за ним и выносил вердикт: его магия переносилась на ошейники, либо оставляя им зелёный цвет, либо окрашивая в серый.


- Зелёный — Железные Горы, серый — работа на полях, - шепнула Блю Скай.


Пони подошли к ней. Белоснежный осмотрел рот Скай, пощупал её крылья и покачал головой.


- Погодник.


- Значит, крылья сильные, - заметил Скери Дрим и перешёл к Голден. Ошейник на Скай остался зелёным.


Мне стоило большого труда усидеть на месте, пока белошёрстный пони ощупывал Голден.


- Это какая-то слабосильная пони, - вдруг прошипел он. - Ноги тонки, мышцы никакие, дыхалка ни в Тартар, ни в Астрал, - он резким движением заставил кобылку показать ему подошву копыт. - И копыта не рабочие. Парикмахер, что ли?


- Певица, - бросила Голден.


- Жизнепрожигалка, - скривился Скери Дрим. - Плуг за собой не утащит, так пусть в Горах сдохнет побыстрее. Так, а теперь ты… Сомбра.


Белый пони перешёл ко мне. Воняло от него — будь здоров, то ли мылом, то ли навозом, да ещё и тартарский запах собачьей шерсти примешивался. Я поморщился. Грубые прикосновения его копыт вызывали ещё большее желание заехать ему по морде.


- Сильный жеребец, крепкий. Но он не из Терранники, - прорычал белый пони.


- Ты уверен, Бладвульф?


- Абсолютно, повелитель.


- Выходи, - обратился ко мне единорог. Я сделал шаг вперёд. - И откуда ты взялся?


- Не знаю, - спокойно ответил я, что отчасти было правдой.


Скери Дрим нахмурился.


- Королева желает видеть тебя, но ей наплевать, в каком виде ты будешь. Поэтому…


Он резко и сильно ткнул меня копытом в морду, выбив из глаз искры. Голден вскрикнула.


- ...Советую честно отвечать на мои вопросы, - закончил пони.


- Сними ошейник — и я тебе доходчиво всё объясню… - выговорил я.


- Не сомневаюсь. Что же, пошли. Не волнуйся, королева сможет узнать от тебя то, что ей интересно — хочешь ли ты этого или нет.


- Почему бы и не поговорить с хорошим собеседником?


- Что же, хорошо, - усмехнулся Скери Дрим. - А потом отправим тебя в Железные Горы. Там тебя быстро научат правильно отвечать на вопросы старших.


- С удовольствием отправлюсь туда, только бы быть подальше от твоей мерзкой рожи, - выговорил я. Хвост Дрима дёрнулся, а через секунду я вдруг оказался на земле, и мне было очень и очень больно. Очнулся я оттого, что Дрим магией поставил меня на копыта и подтолкнул ко входу. В уши ворвалась команда Бладвульфа: «А этих отправьте пока в подземелье! До завтра в Горы конвоя нет!». Слава Селестии…


- Пошёл!


Мы вошли в широкий коридор, уставленный фигурами пони с копьями в копытах и мечами в зубах — несколько пегасов и единорогов, два земнопони… Дальше я к своему удивлению увидел Флору — полуразрушенная статуя единорожки была покрыта отметинами от заклятий, как будто бы кто-то тренировался на ней в стрельбе. Скери подгонял меня, и мы быстро пересекли небольшой зал, в котором трудились молодые жеребчики и кобылки, вымывая полы и протирая стёкла. Поднявшись по лестнице, мы оказались перед большими дверьми, которые Скери Дрим открыл своей магией и ею же толкнул меня вперёд. По инерции я буквально влетел в следующую залу, не удержался и упал на живот. При этом раздался чей-то неприятный смех.


Подняв голову, я огляделся по сторонам. Зал был огромен — все пленники и их стражи из Потиона могли бы набиться сюда вместе с ящерами и телегами, и места бы ещё осталось очень и очень много. В центре зала на серебристом троне восседала аликорнша, закованная в золотые боевые доспехи, длинные ноги её обуты в золотые накопытники, на голове — золотой шлем. Крылья у пони оказались даже больше, чем у привидевшейся мне Селестии, морда наоборот — более округлая, а не вытянутая, глаза имеют по-кошачьи вертикальный зрачок. Белая, под цвет шерсти, грива развевается туманом, чёрный хвост тоже какой-то нематериальный, впрочем, как и у Селестии. При виде её перед моим взглядом вспыхнула картинка — маленькая синяя аликорнша и очень похожая на неё пони, но больше по размерам, со страшной мордой и тоже закованная в доспехи… «Принцесса Луна и Найтмер Мун» - вспыхнуло в моей голове. Луна вроде бы сестра Селестии… А кто же тогда Найтмер?


- Встать, - раздался холодный, нет, даже не холодный, а ледяной голос. Винтер отсмеялась.


Я покорно поднялся и невольно отшатнулся — пони в мгновение ока оказалась передо мной.


- Сомбра. Чёрный Странник, Тёмный Странник… - Винтер улыбнулась. - И это персонаж пророчества, в которое верит половина Терранники? Жалкое зрелище.


- Винтер Стар? - спросил я.


- Королева Винтер Стар.


Я не сразу понял, что произошло — перед глазами вспыхнула оскаленная морда… Меня самого! И Голден Лаурель, уткнувшаяся в ржавые цепи и рыдающая. Кровь, стекающая по её мордашке, смешивалась со слезами. Я завопил — в мозгу вспыхнула боль, вызванная этим воспоминанием.


- Да, ты был силён, - донёсся откуда-то из далека голос Винтер. - Ты можешь вернуть себе эти силы, Сомбра. Просто перестань стараться стать тем, кем ты не являешься.


- Откуда тебе знать… Кто я… - просипел я. Воспоминание немного угасло, но боль не проходила.


- Умбра, - послышался вкрадчивый голос Винтер. - Ты был послан освободить свой народ…


Вспышка. Воспоминание. Существа из дыма и зла, монстры, отдалённо напоминающие лошадей, едва обтянутых призрачной кожей.


- Мой народ — не умбры…


- Ложь. Вспомни славу, открывшуюся тебе.


Вспышка. Библиотека, свет свечи, старинная книга. Я пускаю магию в рог, льётся зелёный свет… И дикий смех. Картинка меняется. Лёд, ледяное озеро. Снег. Боль и страх…


- Нет… Я не хочу этого видеть… - прошептал я, но Винтер продолжала.


- Ты убил королеву Аморе и изгнал её дочь Каденс…


Вспышка. Крики боли, мольба и слёзы. Камень, поднимающийся от копыт к испуганной мордашке. Корона, упавшая на пол и подкатившаяся к моим ногам. Плач розового аликорна, её проклятия, её отречение от меня… И моя магия, отбрасывающая Каденс прочь.


- Я обратил Аморе в камень… - прохрипел я, стараясь успокоить самого себя. - Я не убивал её… Она может возродиться…


Винтер не обращала на мои слова никакого внимания, она продолжала бередить мои воспоминания, самые худшие мои воспоминания.


- Рабство кристальных пони, павшая надежда, покинутая любовь.


Вспышка. Камень опускается на целую семью, тянущую ко мне копыта и умоляющую не убивать их. Кровь, струящаяся из разбитых губ Голден. Крики и стоны… Бегущие пони, за ними — стражи в чёрных доспехах.


- Нет… Нет… Прекрати…


- Власть. Предательство. Смерть. Возрождение. И власть, - прошептала Винтер. - Вот твой путь! Вместе мы сможем покорить весь мир! Всё падёт перед нами, ничто не устоит! Ни добро, ни зло, ни хаос!


- Нет! Нет, нет и нет!


Я вскочил и в тот же момент магия опутала меня, отбросив к стене. Я ударился спиной и перед глазами всё померкло, а когда свет вернулся, я увидел, что Винтер подошла ко мне. В глазах её пылала ярость, но морда оставалась спокойной.


- Ты уже сделал достаточно, Сомбра. Признай, что ты тот, кто ты есть, умбра, и встань рядом со мной!


- Ни за что… - проговорил я. - Если Селестия отправила меня в Терраннику, значит, я на что-то хорошее ещё способен.


- Ну-ну. Я знаю о тебе гораздо больше, чем сейчас помнишь ты сам, - нахмурилась Винтер. - Но раз ты выбрал одну дорогу, я не стану тебя толкать на другую. Скери! Этого пони — отправить в Железные Горы. Пусть потаскает телегу, раз у него кроме мускулов ничего не осталось.


- Будет сделано, ваше высочество, - склонил голову единорог. - А пока его куда?


- Отведи его в подземелье, - Винтер посмотрела на меня. - Ты ещё пожалеешь о своём решении, Сомбра. Когда в Горах будешь выхаркивать кровавые сгустки, ты вспомнишь, от чего ты отказался.


- Уж лучше умереть свободным пони, чем жить мерзкой тварью, - бросил я.


- Ну-ну. Посмотрим, чем поможет тебе твоя гордыня.


Винтер Стар повернулась ко мне крупом и прошла к трону. Скери Дрим подошёл ко мне и толкнул к дверям.


- Надежда Селестии не оправдалась, - вдруг сказала Винтер. - После того, как я подчиню себе остатки свободолюбивой Терранники, я без труда смогу захватить Эквестрию. И вся власть сестёр-аликорнов перейдёт ко мне.


Последние слова заставили меня оттолкнуть Дрима и развернуться к ней.


- Что ты сказала?! - завопил я.


- Помни, я знаю о тебе гораздо больше, чем ты сам, - улыбнулась кобыла, одарив меня насмешливым взглядом. - И я уже давно слежу за происходящим в Эквестрии. А теперь... Дрим! Убери его отсюда, он мне надоел!


Больше я ничего не успел сказать — тяжёлое копыто обрушилось мне на голову и я оказался на полу. Глаза заволок туман, внутри всё сжалось — и через несколько секунд я провалился во тьму…


* * *


- Впервые я рада проиграть спор с Селестией. Моя сестра всё же не ошиблась в тебе, Сомбра.


Это был балкон. Балкон над Кристальным Сердцем, древнем артефактом, защищающим Кристальную Империю от магии умбр и не дающим им вырваться в мир пони. Я огляделся по сторонам — передо мной стояла синяя аликорнша.


- Принцесса Луна…


- Я тоже рада вновь видеть тебя, - улыбнулась кобылица. - Наша последняя встреча прошла не слишком гладко, не так ли?


- Кажется… - я поморщился. - Я многого ещё не помню.


- Ты заразил меня своей магией, и дал начало к воцарению Найтмер Мун, - «напомнила» Луна. - Если бы не твой клинок, то я бы никогда не стала ею.


- Тысяча лет прошла… - я поморгал. - У меня голова кругом.


- Ты сделал правильный выбор, - вдруг сказала Луна.


- О чём ты говоришь?


- Винтер думает, будто бы только она может следить за другими странами. А ведь мы следим за ней. Магия — вещь неразделимая.


- Что мне делать?


- В этом я не могу тебе помочь, - покачала головой Луна. - Даже сейчас магия Винтер пытается разрушить нашу с тобой связь. Вы будете против неё одни, но я уверена, что вы справитесь. История Эквестрии знает много примеров, когда всего два пони меняли всё происходящее…


- Два? Вы? Кто «вы»?


- Ты ещё не понял? - улыбнулась Луна. Черты её мордочки стали расплываться. - Сомбра, ты никогда не будешь один, если останешься самим собой. Только помни о тех, кого ты любишь — и кто любит тебя…


- Что ты имеешь ввиду? Любовью не одолеть магию Винтер! Она же горы смогла сдвинуть!


- К счастью для всех нас, Винтер даже не подозревает, на что способна сила любви. Главное, чтобы ты это понял - тогда и тебе горы будут казаться легче пёрышка…


Стены замка стали рушиться. Я огляделся по сторонам, а когда вновь повернулся к пони, от неё остался лишь нечёткий силуэт.


- Луна! Постой! Мне нужна ваша помощь! Я не справлюсь с Винтер! Я вообще не понимаю, что мне нужно делать! Луна! Принцесса Луна!


- Сердце, тёмное, как ночь, зло вековое должно превозмочь… - донёсся до меня чей-то голос, но он принадлежал не Луне. - Пони, в чьих силах весь мир уничтожить, древнее пророчество исполнить сможет…


- Сомбра!


Я открыл глаза. Надо мной склонилась Голден Лаурель. В неярком свете факела, прикреплённого к стене за решёткой, мордашка пони выглядела какой-то неестественной, как маска.


- Он очнулся… - выговорила Голден.


- Слава Экселенту, - раздался где-то в стороне голос Блю Скай. - Значит, он сможет выйти с нами, и нам не придётся его выносить.


- Что… Что произошло… - проговорил я.


- Тебя приволок Скери Дрим. Похоже, он оглушил тебя заклятием, - голос Голден дрожал. - Ты был как мёртвый, едва дышал… И очнулся только час назад.


«Только час?»


- А сколько сейчас времени?


- Уже утро, - ответил мне какой-то пони, единорог, сидящий в углу. - Ты целую ночь продрых.

Везунчик. А я в этой зуботряске и минуты не мог пролежать. Х-холодно.


Я приподнялся. Действительно, в подземелье — а что же это ещё могло быть за место? - действительно оказалось очень холодно, даже пар вырывался. Только тут я понял, что значительно замёрз.


- Д-да, не слишком жаркое место… - выдавил я.


- Не волнуйся, нам тут недолго сидеть осталось… - вздохнул пони. - Все мы отправимся в Железные Горы. Там и согреемся. Когда наши тела сжигать будут…


- А ну-ка заткнись! - прикрикнула на него Блю. - Мы выживем! Ясно?


- Надежды дураков питают, - фыркнул пони. Он отвернулся к решётке и запел заунылую песню. Вот ведь гад… И так настроение ни к чейнджлингу.

Железные горы

Вскоре после того, как я очнулся, к нам заявился страж-единорог, несущий своей магией поднос с четырьмя деревянными плошками, наполненными какой-то бурдой. В желеподобной массе плавали кусочки овощей, на вкус напоминавшие странный гибрид редиса, репы и капусты. Я сразу же вспомнил эти овощи, едва вкусив наш «завтрак» - кстати, есть пришлось по-собачьи лакая, потому что никаких приборов нам не дали. А ещё я вспомнил, что пища помимо наслаждения может приносить ещё и чувство омерзения, рвоты и настоящей помойки во рту. Голден Лаурель только понюхала еду и отодвинула свою миску в сторону, единорог съел лишь половину, и только Блю Скай мало того, что съела свою порцию, так ещё и накинулась на плошку Голден.


- Зря вы не едите, очень вкусно! - заявила она. - И всё равно больше ничего не будет, а в Железных Горах нам потребуются все силы!


- Ага, да, - рассеяно проговорил я и повернулся к Голден. - Ну, ты что-нибудь ещё вспомнила?


- Да, много. А ты?


- А я многое узнал… - устало проговорил я, прокручивая в голове воспоминания о вчерашнем дне. - Оказывается, Винтер Стар известно обо мне. Всё. И как я пленил кристальных пони, и даже как держал в рабстве… Тебя. Она предложила мне объединиться с ней, но я отказался от этого. И ещё… Она знает, что я здесь по воле Селестии.


- По воле принцессы Селестии?


- И её сестры. Они знают, что Винтер творит в Терраннике, точно так же, как она знает, что происходит в Эквестрии. И они хотят остановить её. Но я не знаю, почему они выбрали меня!


- Потому что ты Сомбра. Отличный маг и неплохой воин… - прошептала Голден. - Только ты совершил слишком много ошибок в прошлом. Это - твой шанс исправиться.


- Ты меня, что ли, в Терраннику отправила? - улыбнулся я. Улыбка погасла, когда пони взглянула на меня.


- Нет, но я… Я пошла за тобой, Сомбра, - она с печалью посмотрела на меня. Кажется, тогда на моей морде было буквально написано слово "Чего?". - Да, Сомбра, я попросила Селестию и Луну отправить меня в Терраннику, чтобы помочь тебе.


- Но… Зачем?


Я захлопнул рот так быстро, что едва не откусил себе язык. Понятно, зачем. Она любила меня, любила до безумия и даже тогда, когда я стал монстром. И теперь, когда я наконец-то освободился от своей тёмной стороны, она вновь вспомнила о своих чувствах ко мне. Но моё освобождение прошло через смерть от Кристального сердца! Я помнил мчавшегося ко мне аликорна, Каденс, в чьих копытах был этот артефакт, энергия которого пронзало тело - моё тело, но тогда мне не принадлежащее.


- И как же ты уговорила Селестию на это?! - изумлённо выдавил я.


- Всё очень просто. Селестия знала, что ты один не справишься с Винтер. А я, узнав, что ты попадёшь туда… Приехала в Кантерлот… Э-э-э, это столица Эквестрии. Я встретилась с принцессой и стала умолять дать мне шанс помочь тебе. И она согласилась. К сожалению, телепортация на такое расстояние связана с большой проблемой — сознание не поспевает за телом, и потому я, как и ты, оказалась лишена памяти. Но теперь… - она взяла меня за копыто. - Но теперь я всё вспомнила.


- В этом ты меня обскакала, - улыбнулся я. - У меня ещё есть провалы.


- Вскоре вспомнишь всё. Ты ведь не просто телепортировался, ты… - она запнулась. - Ты ведь погиб.


- Пока что я неплохо бегаю для покойника!


- Скоро перестанешь, навсегда копыта отбросив, - фыркнул пессимистичный пони. - Впрочем, как и я.


Я хотел ему достойно ответить, но в этот момент стражники — пегас и единорог - открыли двери и велели нам выходить. Пессимист вышел первым, за ним — я и Голден, Блю Скай следом. Проведя нас по подземным коридорам, они вывели меня и остальных наверх, расставив возле стены, рядом с другими пони в зелёных ошейниках. Ноги нам сковывать не стали, но единорогам надели блокирующие магию кольца, а пегасам просто ремнями стянули крылья. Я сначала удивился такой безалаберности по отношению к пленным, но вскоре убедился, что всё не так просто. Кольцо сидело плотно, даже на моём кривом роге, снять его быстро копытом не выйдет, а значит, и магией никак не воспользоваться. Ящеры подтащили повозки с высокими бортами, куда стали загонять пони — мы с Блю Скай и Голден пошли в одну и ту же повозку, а вот нашего соседа погнали в другую. Впрочем, я по нему не очень-то и скучал.


Стражники, собравшись возле телег, перешли на твёрдую рысь и наш конвой двинулся вперёд. Я огляделся по сторонам — всего ехало шесть-семь повозок, по десятку пони в каждом. Повозки охранялись двадцатью стражниками — по десять с флангов, пять пегасов и пять единорогов, плюс ещё впереди и позади нас на рогатых ящерах, напоминавших быков с щитами на шее и клювом вместо рта, ехали по паре земных пони в красивых золотых доспехах и вооружённых устрашающими клинками. Похоже, о побеге нечего и думать. Всё происходящее выглядело очень жестоко — пленники (или рабы) ехали в открытых повозках, их обдувал ветерок, они слышали пение птиц, ощущали тепло солнца, но всё это в последний раз. Наш путь лежал в Железные горы, и это вызывало у пони страх и слёзы. Даже Блю Скай, казавшаяся мне оптимисткой, вдруг погрустнела, приуныла. Для нас с Голден Лаурель Железные горы были просто названием, но и на нас подействовала общая тягостная атмосфера. Я приобнял кобылку и прижал к себе, чтобы хоть как-то снять с неё эти неприятные чувства.


Мы ехали долго. Судя по солнцу, мы выехали где-то в восемь-девять часов утра. К полудню тележки остановились и нам разрешили, скажем так, воспользоваться ближайшими кустами, а затем чуть передохнуть и попить воды — она была собрана в объёмные бочки, подвешенные к бокам странных ящеров, и каждому пони дали возможность подойти, повернуть вентиль крана и напиться вдоволь. Примерно в три часа дня я увидел далеко в стороне зелёные деревья и мне подумалось, что это, по-видимому, лес Аундлинг. Вот бы туда мне выбраться… Вот только риск получить магический заряд в круп меня удерживал на месте, да и Голден припала ко мне, полуприкрыв глаза, тревожить её мне не хотелось.


- А можно… Мне тоже? - услышал вдруг я.


Как оказалось, Блю Скай подошла ко мне, причём выглядела она очень напугано. Я чуть улыбнулся и без слов обнял её тоже — не помню, разбирался ли я в психологии пони, но кобылке точно требовалось сейчас ощутить сильное тело жеребца. Так мы и ехали, обнявшись. А мимо нас потянулись деревни, возделанные поля, даже здания фабрик. Потом мы поехали мимо озера, на дальнем конце которого почти у самой земли зависла туча, на которой была выстроена башня, наверное, это был какой-то наблюдательный пост. А потом снова показались леса и поля — всё-таки мало заселённой земли в Терраннике.


Поздним вечером, когда солнце почти коснулось горизонта, мы увидели на фоне темнеющего неба горы. Ящеры прибавили шагу, а я растолкал кобылок — конечно же, как можно осторожнее — и мы вместе стали вглядываться в их силуэты. Горы вздымались полукольцом, подковой, причём самые высокие составляли концы этой самой подковы. Впрочем, самая маленькая гора была никак не ниже Кантерлотской, если только я правильно себе её представлял. Покрытые белоснежными шапками, они были окутаны яркими огоньками, протянувшимися на различной высоте. Костры?


- Фонари. Они горят над входами в пещеры, - проговорила Блю Скай.


- В пещеры? Шахты?


- Нет, пещеры. В них живут. Точнее, ужинают, спят и завтракают.


- Тебе многое известно об этом месте… - хмыкнула Голден.


- Мой брат работал в горах, - вздохнула пегаска. - И он один из немногих пони, оттуда вернувшихся.


- Я не слышала, чтобы из гор возвращались! - подала голос сидевшая рядом с нами земнопони.


- Такое происходит очень редко. Брат потерял обе задних ноги и уже не мог там работать.


- И как же он вернулся?


- На старой коляске, сам. Восемь дней добирался.


«Уж не через Аундлинг ли?» - подумал я.


- К сожалению, он долго после этого не прожил… - вздохнула Блю. - Так что не питайте особых надежд. Мы должны стараться хорошо работать, чтобы нас хотя бы перевели на менее сложные работы.


- Я сбегу отсюда… - прорычал я. - И вас выведу.


- Смеёшься? Внутри гор магия не действует, а первый же день работы выбьет из тебя все силы. Смирись…


- Ты прямо как наш сосед по камере! - возмутилась Голден. Кристальная поняшка так разозлилась, что даже пристукнула копытцем. - Селестия не оставит нас!


- Ничего я о твоей Селестии не знаю, а здесь и её сил не хватит. Да и Винтер не допустит ничего такого. Я не плачу, я просто смиряюсь с неизбежным.


- Посмотрим, - фыркнул я.


Увы, но мои надежды не оправдались. Едва мы въехали в горы, как шерсть Голден Лаурель потускнела, а в глазах возникла печаль, говорившая о том, что её особенные кристальные силы покинули её. Я и сам почувствовал, как магия уходит от меня — и вовсе не из-за кольца на роге, оно ослабляло мои силы, однако не лишало их полностью. Кстати, ослабла и магия наших стражей — я видел, как единороги снимают левитацию с копий и вешают их на бока. При этом магия на них всё же оставалась — слабое свечение, но хоть что-то. Позднее я узнал, что магия пленников блокировалась полностью, а вот стражи обладали малым запасом сил. Наверное, у них были какие-то артефакты, снижающие воздействие энергии гор на пони.


Вскоре я увидел и причину, почему эти горы названы Железными. Мы поехали по горной дороге, объезжая настоящее кладбище — кости и черепа пони были перемешаны с шлемами, частями доспехов, щитами, копьями, мечами, просто какими-то клинками, боевыми накопытниками… Голден Лаурель зажала ротик копытцами, Блю Скай нахмурилась. Я взирал на это кладбище со смешанными чувствами. Столько воинов сложили здесь головы… Но неужели это всё сделала одна кобыла, пусть и аликорн?! Один маг? Не может быть такого! Наверняка здесь происходило что-то другое… Может, предательство? Может, вовсе не все пони погибли здесь? А может… А может, Винтер и вправду НАСТОЛЬКО сильна? Тогда совсем не понятно, почему Селестия не стала бороться с ней сама, а послала меня. Как я могу справиться с таким могущественным существом?!


Повозки вдруг остановились — мы оказались на каменной площадке, дорожки от которой вели в разные стороны и на склоны разных гор.


- Пошли, не стоять! - прикрикнули на нас стражи. - Кто отстанет, присоединит свои кости к древним костям!


Мы вышли из повозки. Блю развязали крылья, с меня сняли кольцо — и вот тут-то я понял, что моя магия не работает. А вот у стражей работала — они подталкивали пленников копьями под крупы, на места кьютимарок, которых у терраннийских пони не было. Голден избежала такой участи — её бок и круп привлекли внимание стражей, и некоторые из них даже зашептались, высказывая комментарии по поводу её форм. Особенно распинался златогривый пегас, во весь голос похваливший подхвостье Голден. Я едва удержался от того, чтобы не наброситься на него — понятно, что эта откормленная скотина с лёгкостью завалит меня, учитывая, что у меня нет магии, но мне очень хотелось проверить, загремят ли старые доспехи, если скинуть в них обладателя новых. Увы, всё что я мог делать — это подтолкнуть Фьюр и пройти мимо стража побыстрее.


То, что мы, пленники, увидели дальше, потрясло всех пони без исключения. Мы поднялись где-то метров на сто над землёй, и перед нами предстали железнодорожные рельсы, по которым земные пони вкопытную катили тачанки, нагруженные землёй и камнями. Спины многих были исполосованы ударами кнутов. Чуть в стороне пара пегасов долбила кирками землю, а единорожка с лопатой, пыхтя и с трудом удерживаясь на дрожащих задних ногах, помогала им. Зачем они это делали — я понял не сразу, но затем увидел чуть в стороне завёрнутое в плотную ткань тело. Понятно… Мало того, что пони гибнут в этих горах, так и после смерти их тут хоронят!


- Стоять!


Три мощных жеребца и две кобылы — два пегаса, один единорог и два земных пони — подошли к нам и стали разговаривать на повышенных тонах, выбирая себе пони.


- Распределяют в разные горы! - прошептала Блю. - Боюсь, что нас разлучат…


- Разлучат? - прошептала Голден, и в голосе её был страх. Остаться совсем одной с неизвестными пони в этом ужасном месте… Было, чего испугаться!


К счастью, тут в моей голове что-то щёлкнуло — я кивнул Блю и Голден, и мы втроём сделали шаг к одной пони из этой пятёрки, пегаске.


- Стоять! - рявкнули стражи, а разговаривающие прервали свой спор и повернулись к нам.


- И что это значит? - спросила та кобылка, к которой мы подошли.


Как бы мне этого не хотелось сделать, но пришлось преклониться перед ней и опустить голову.


- Прошу вас, не ссорьтесь из-за наших хвостов, - проговорил я. - Мы готовы служить вам.


Пегаска нахмурилась, но почти сразу же улыбнулась.


- Хорошо, единорог. Но я буду решать, кого мне брать, а кого нет! Стража! Проучите-ка его!


«Учение» представляло из себя направленное заклятие, от которого у меня заболели разом все мышцы. Я застонал и повалился на землю, а страж-единорог переменил магию и меня подняло над землёй, чтобы затем обрушить вниз. Да, магия стражей в горах вполне действовала!


- Достаточно, - сказала вдруг пегаска, когда меня «уронили» в третий раз, и от удара весь воздух вылетел из моих лёгких, а в груди вспыхнула страшная боль. Чуть не плача, и скалясь для того, чтобы сдержать слёзы, я с трудом приподнялся и подошёл к кобылам. - Вы, трое! Идите сюда! Вы в моём сборе!


- А почему в твоём? - нахмурился единорог.


- Они же сами изъявили желание.


Я, Блю Скай и Голден, поддерживающие меня с боков, пошли к пегаске. Она одарила нас насмешливым взглядом и продолжила разбор новоприбывших рабов. Дальше разделение проходило достаточно быстро — распределяющие старались взять себе побольше земных пони, потом очередь дошла до пегасов, затем до единорогов. Я уже за этим не следил — грудь продолжала болеть, мышцы ещё помнили воздействие вражеской магии, и всё, что мне хотелось — лечь и отдохнуть. А ещё — свернуть какой-нибудь сволочи из охраны шею. Это как приятное дополнение.


Разбор затянулся до темноты. Замёрзшие и оголодавшие, рабы всё же безропотно ждали конца распределения, поглядывая на стражей, которым тоже не нравилось затянувшееся распределение, а потому они начинали вымещать злобу на пони. Наконец, последняя единорожка перешла в «команду» своего собрата и на этом распределение закончилось.


После этого нас согнали в табуны — и пять отрядов направились в разные места. Пегаска повела нас к восточной горе — мы взобрались по специально прорубленным ступеням, миновали рельсы, ведущие из недр горы на поверхность, обошли коробку-камеру из проволоки, внутри которой под навесом лежали инструменты. Поднявшись повыше, мы оказались перед входом в большую пещеру. Ворчавший охранник открыл металлическую решётку и нас по-одному стали запускать внутрь.


- Разберёмся с вами завтра! - крикнула нам вслед пегаска. - Приятной ночи!


Да уж, ночь обещала быть приятной… Когда мы спустились по каменной лестнице вниз, нашим глазам предстал огромный зал, где на полу вперемешку лежали пони — одни жались друг к другу, другие наоборот, нашли уединённые местечки и спали в стороне от остальных. Хотя пещера-зал была очень и очень большой, света настенных кристаллов и кристаллов на потолке вполне хватало, чтобы освещать её. Но лучше бы здесь было темно — я ещё никогда не видел столько подавленных пони сразу. Грязные, многие в крови, с треснувшими копытами, разбитыми рогами, крыльями, потерявшими большую часть оперения… Немногие поинтересовались вошедшими — все остальные стремились забыться во сне и хоть чуть-чуть подкрепить им упавшие за день силы физические и силы духовные. Тихий плач раздавался из дальнего угла, кто-то постанывал, кто-то храпел, но звуков разговоров слышно не было.


- Располагайтесь как хотите, пони… - сказал один из лежащих возле выхода, пегас с серебристой шерстью и страшным шрамом на морде. - И постарайтесь уснуть. Работы начинаются с восходом солнца.


- А поесть дадут? - спросила Блю. Без особой надежды спросила.


- Ужин уже был. Завтрак раздадут перед выходом на работу.


Я вспомнил, что за весь день я так и ничего и не ел. Что же, сам виноват — надо было пересилить себя и сожрать ту бурду, что нам подали в тюрьме Винтер. А теперь оставалось только одно — спать.


- Вот и закончились наши приключения… - услышал я вздох Голден Лаурель. Кристальная поняшка сказала это самой себе, но я услышал её слова и… И был полностью с ней согласен. По крайней мере сейчас у меня не было никаких идей, как выбраться из этого места.


По привычке мы втроём — я, Голден и Блю — отыскали достаточное место и легли рядом друг с другом. Урчащий желудок не смог перебить усталость от долгого перехода, а наши горячие тела, согревающие друг друга, подействовали прекрасным снотворным — у Голден первой выровнялось дыхание, затем Блю Скай растянула крылышки, а потом и я погрузился в сон. Где-то на краю своей души я лелеял надежду встретиться с принцессой Луной и попросить её о помощи, но увы! Видимо, даже её сил не хватало, чтобы проникнуть под защиту Винтер. Мой сон был наполнен кошмарами…


* * *


- Назад!*


Принцесса Селестия приняла на меч устрашающего вида косу, пропустила лезвие по всей длине и врубила его в мою грудь. Точнее, не в мою грудь, а в грудь короля Сомбры. Меч погрузился в тёмную воронку, а монстр, поглотивший в своё время мой разум и моё тело, лишь рассмеялся этому.


- Не так-то пр-р-росто будет с-с-спр-р-равиться со мной, Тия! - расхохотался он. - Я не по зубам ни тебе, ни твоей сестрёнке!


Луна тоже была здесь. Синяя кобылица, закованная в синие доспехи, взмыла над королём — перед ней появились сверкающие магические символы, а затем пони с огромной скоростью кинулась ко мне и ударила меня копытами в грудь. Сомбру отбросило назад, но косу он не выпустил. Вспышка! Прямо из земли появились чёрные кристаллы и ударили по кобылам, прижав их к стенам. Луну придавило, но Селестия сверкнула магией и удерживающие её кристаллы разлетелись на куски.


- Не так просто, Сомбра! - гневно крикнула она и помчалась на короля. Тот неожиданно потерял материальную форму — Селестия пролетела через тёмный дым, а когда коснулась пола… О, как она переменилась! Шерсть встала дыбом, зрачки расширились, прерывистое дыхание разносилось эхом по всему залу, где шла эта битва…


- Не сопр-р-р-ротивляйся, Тия, - прорычал злой Сомбра, вновь принимая материальную форму. Коса его лежала на земле. - Просто прими, что ты видишь!


- Луна… Нет… Сестра! - прошептала Селестия. Её глаза вспыхнули зелёным пламенем и пони повалилась на пол.


В этот момент Луна пробила кристаллы и полетела к королю. Вновь началась битва — меч и магия вспыхивали во тьме, звон клинка и треск заклятия заполнил всё вокруг. Сомбра отражал удары магией, Луна пыталась пронзить его клинком. Внезапно король повторил свой приём — снова потерял материальную форму и Луна так же, как и её сестра, пролетела сквозь дым. Упав, она перекатилась через голову, поднялась… И замерла.


- Не пр-р-ротивься неизбежнос-с-сти, - усмехнулся Сомбра.


Зрачки Луны вдруг поменялись на кошачьи-вертикальные, морда удлинилась, а грива потемнела. Она повернулась к королю и улыбнулась.


- Не буду…


Сомбра заметил трансформацию пони и попятился. Луна с улыбкой подняла его косу.


- Что ты делаешь?!


- Спасибо, Сомбра, - изменившимся голосом прорычала она. - Спасибо за то, что сделал со мной…


Она ударила короля в грудь и прижала его к стене, приставив лезвие к горлу.


- Что… Кто ты такая? - со страхом проговорил Сомбра.


- Я Найтмер Мун, - ответила кобыла и взмахнула косой…


* * *


Я чувствовал злобу. Непередаваемую злобу, охватывающую всё моё тело от кончика рога до кончика хвоста. Я не просыпался, но и не спал — в голове шумело, сознание помутилось и всё, что я чувствовал — это энергия, струившаяся по моим мышцам. Она заполняла меня, концентрируясь на роге, разливаясь от основания до кончика — и вдруг вылившись мощнейшим заклятием. Тьма перед глазами сменилась на ярко-зелёное свечение, тело будто бы подбросило вверх, а затем… А затем я рухнул на живот и покатившись куда-то вниз. Ещё не придя в себя, я открыл глаза и непонимающе уставился в сероватое утреннее небо.


Рядом со мной с криком прокатилась Блю Скай. Моргая, я приподнялся и огляделся — Железные горы вздымались далеко на севере, а я и кобылки лежали на траве возле какого-то небольшого леса.


- Сомбра! Сомбра! - раздался крик Голден Лаурель. Кобылка, поднявшись на ноги, подошла ко мне. - Это ты сделал!


Это был даже не вопрос, а утверждение. Я ошарашенно огляделся по сторонам и кивнул.


- Кажется, да…


- Это невозможно! - уверенно заявила Блю. Пока я валялся, кобылка уже вскочила на ноги и обошла кругом поляну, на которую мы телепортировались. - Такого просто быть не может!


- Похоже, что может… - проговорила Голден.


-----

* - анимация «Падение Кристальной Империи».

Нежданная встреча

Я так и не смог понять, каким образом наши магические ошейники «вышли из строя». Может, в этом виновата моя магия, может, что-то ещё — но как бы то ни было, снять растрескавшиеся ошейники оказалось очень легко. Блю Скай помогла мне избавиться от своего, после чего сложила все ошейники в кучку и растоптала копытами. Дождавшись, когда кобылка окончательно выпустит пар, мы уселились в кружок и стали обсуждать, что нам делать дальше. По правде говоря, обсуждение вели Блю Скай и Голден Лаурель, а я положился на мнение этих пони и просто прилёг, чтобы собраться с силами — слабость после телепортации постепенно уходила, но мне всё равно не мешало передохнуть…


- А я говорю, что нам нужно идти в Медальон, - заявила Блю Скай.


- Ты сама сказала, что он далеко!


- Не меньше четырёх-пяти дней похода.


- У нас нет припасов…


- Травку пожуём. Когда-то пони ели траву!


- ...Нет оружия…


- Зато есть Сомбра!


- И даже ты не знаешь, куда нам идти!


- Знаю, - возразила пегасочка и указала копытцем на Железные горы. - Подальше от них.


Я зевнул и поднялся с земли. Видимо, упрямство друг друга кобылки преодолеть не могли.


- Ну, всё, хватит, - заявил я. - Идём в Медальон. Вроде бы Терранника — страна населённая? Найдём, у кого спросить дорогу! В крайнем случае, ты всегда сможешь взлететь, Блю!


Блю Скай торжествующе посмотрела на кристальную пони. Та фыркнула.


- Ладно, доверимся ей. Надеюсь, по пути мы найдём что-нибудь съедобное.


- И не найдём неприятностей, - добавил я. - Не преувеличивайте мои силы, я и сам не понимаю, как смог вырваться из гор, да ещё и вас вытащить.


- Главное — смог, - тепло улыбнулась Голден. - Пойдёмте в этот Медальон. Надеюсь, Селестия поможет нам.


Голден Лаурель поднялась с места и взмахнула копытом, призывая нас последовать её примеру. Мы оторвали крупы от травы и начали наш поход. Если честно, мне ходьба была только в радость — я так отвлекался от невесёлых мыслей. А их хватало. Каким образом я так телепортировался? Почему почувствовал такую злобу? И что означает появление этой Найтмер Мун? Думать — голову сломаешь. И что самое плохое — память восстанавливается фрагментами и то, что может оказаться ответами, затянуто до сих пор занавесом беспамятства, проникнуть через который я не мог. И от этого злился ещё сильнее.


Мы вошли под первые деревья леса и зашагали вдоль оврага, поросшего молодыми деревцами. На краю оврага обнаружился куст синих крупных ягод, чуть горьковатых на вкус, но с большими косточками, которыми мы немного утолили наш голод. Потом Блю Скай обобрала побольше ягод и взяла их под крылья. Пока она забиралась собирательством, Голден вооружилась длинной толстой палкой, которую она почистила копытцем и взяла в зубы — эта палка не тянула на оружие, но всё же придавала ей какую-то уверенность. Мне почему-то вспомнилось странное животное — что-то вроде волка, но состоящего из множества брёвнышек. Жуткая тварь… Надеюсь, что таких чудовищ в лесах Терранники нам не встретится.


Мы двинулись дальше, стараясь не углублять в лес, но и держаться в тени деревьев. День только начинался и потому никто не мог дать гарантии, что с Железных гор не поднялись пегасы, высматривающие беглецов — то есть, нас. Мы надеялись лишь на то, что возле Аундлинга найдём деревушку, в которой сможем узнать хотя бы приблизительное направление на Медальон. Или получить припасы — хотя у нас и не было никаких вещей на продажу, Блю Скай заверила меня, что пони Терранники ещё не настолько огрубели, чтобы не помочь попавшим в беду собратьям. Нам оставалось только поверить ей на слово, хотя мне и казалось, что в этой стране милосердие уже стало вымирающим явлением. Впрочем, выбора у нас всё равно не было — только в Медальоне, оказывающем сопротивление Винтер Стар, мы могли получить относительную безопасность, а значит, нам нужно добраться до него любой ценой.


К полудню, пообедав припасёнными Блю Скай ягодами и напившись воды из ручья, мы вышли из леса, чтобы пегасочка взлетела и сказала, куда нам надо идти. Блю Скай поднялась на высоту самого высокого дерева и тут же вернулась к нам, просто сияя от радости.


- Чуть восточнее деревня! - доложила она. - Километра два, не больше!


- Большая? - спросила Голден, почему-то с беспокойством. Почему — до меня дошло позже. В большой деревне могли оказаться стражи.


- Нет, домов двадцать! - ответила Блю. - Пойдёмте быстрее! Может, сейчас мы сможем нормально отдохнуть!


Я всё же рекомендовал пегаске не спешить — лучше уж поберечь силы, ведь мало ли, кого мы встретим в деревушке? Кобылка обозвала меня пессимистом, но согласилась идти помедленнее. Хотя «помедленнее» звучит слишком уж неправдоподобно — мы все спешили, только держали себя в копытах, чтобы не перейти на бег. Голден избавилась от своей палки, Блю Скай то и дело поднималась в воздух, а я в свою очередь часто убыстрял ход, да так, что кобылки едва поспевали за мной. Объявленные Блю два километра мы прошли в рекордно низкий срок и вскоре я увидел сквозь просветы между деревьями черепичную крышу и светло-зелёную стену. Тут уж мы негласно перешли на бег и выскочили на деревенские улицы… Замерев от ужаса. Увиденное нами повергло бы в шок даже самых жестокосердных. Это было просто чудовищно! Большинство зданий деревни было разрушено, причём сделала это вовсе не природа — двери выломаны, стёкла выбиты, тут и там дыры в стенах и в крышах… Тут и там следы поджога, а кое-где на земле краснеют странные пятна. Голден Лаурель пошатнулась и прижалась ко мне. Блю Скай держалась лучше, но и ей от всего этого стало не по себе — она попятилась и замерла, чуть расправив свои крылья.


- Ужас… - прошептала Голден. - Что же здесь произошло?


- Винтер Стар, - гневно сказала Блю Скай. - Карательный отряд послала. Как на нас…


- Здесь, по-видимому, была битва, - произнёс я. - Только где тела?


- Унесли или уже закопали. Кто его знает…


Голден посмотрела на неё заблестевшими глазами.


- Это… Это же… Просто невообразимо!


Пегаска обвела копытом деревню.


- Воображай, сколько влезет.


Мы молча пошли по улице, старательно обходя следы прошедшей битвы. Дома явно были разграблены, но мысль о том, что в них могло что-то остаться, не давала мне покоя — только я вот не знал, как предложить кобылкам их осмотреть. Дело тут не столько даже в страхе увидеть новые свидетельства жестокости Винтер — гораздо неприятнее была мысль, что мы тогда станем… Мародёрами.


- Нужно осмотреть дома, - наконец проговорил я. Пони тут же остановились и серьёзно посмотрели на меня. Потом переглянулись.


- Придётся… - одними губами произнесла Блю.


В первом же доме, куда мы заглянули, мы нашли кое-какие запасы. Видимо, воины были слишком заняты расправой над местными жителями и потому не удосужились проверить кухню. А может, они просто оставили припасы, не обратив на них внимания. Так или иначе, в доме мы обнаружили частично плесневелый хлеб, который Блю Скай немедленно обрезала, овощи, в частности огурцы и помидоры, потерявшие уже твёрдость, но ещё не гнилые, немного овса и картошки. Всё это мы собрали в седельную сумку, которую нашли на полу в чулане. Пока кобылки были заняты припасами, я прошёл на кухню и постарался поднять магией левитации столовый нож — мне это удалось и я обрадовался тому, что хотя бы такая маленькая часть моих сил всё же вернулась ко мне. А вместе с радостью пришла и идея.


- Голден! Здесь не найдётся швабры или чего-нибудь с длинной ручкой? - крикнул я.


- Какую-то щётку видела… Сейчас!


Конечно, примотанный к палке нож не тянул на настоящее боевое оружие, но всё же это было хоть что-то, тем более, что нож оказался с длинным лезвием. Впрочем, эту штуку я отдал Блю Скай, а сам вооружился кое-чем получше. А именно: лопатой, найденной в сарае на заднем дворе. Голден Лаурель раздобыла пару фляжек и стала набирать воду, а я тем временем раздобыл точильный камень, который лежал в сарае вместе с лопатой, и старательно стал затачивать её. Вес лопаты и какая-никакая острота превращали её в грозное оружие, особенно если присовокупить мою магию, позволявшую пользоваться лопатой на большем расстоянии.


- Всё, уходим, - решил я, когда мы с кобылками собрались в гостиной. - Больше нам тут делать нечего.


- И куда же мы пойдём? - спросила Голден. - Мы же хотели узнать дорогу у местных жителей, а теперь…


- А теперь придётся идти наобум, - ответила Блю. - Ничего страшного, я приблизительно знаю, где находится Медальон. По крайней мере, если эту деревню захватили недавно, то она должна располагаться вдали от территории Винтер. А из этого следует, что Сомбра перенёс нас гораздо ближе к свободным землям, чем я думала!


Голден открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут же прикрыла его и указала нам за крупы — она стояла мордашкой к двери и потому первой увидела крупного жеребца-земнопони в самодельных железных доспехах и вооружённого коротким, но устрашающим клинком. Этот пони возник в дверном проёме, преградив нам выход из дома, и на морде его сияла кровожадная улыбка.


- Уж не знаю, о каких там свободных землях идёт речь, но то, что вы попали к нам — это точно!


Я и сам не понял, почему принял этого пони за врага, зато в следующее мгновение жеребец подтвердил правильность моих мыслей — он обернулся и крикнул:


- Эй! Все сюда! Сегодня у нас на ужин будет мясо!


Я выступил вперёд, одновременно подтолкнув кобылок за свой круп, тем самым оградив их от жеребца.


- Мы мирные пони и идём в Медальон, - сказала я. - Мы никого не трогаем, а потому…


- А потому — заткнись! Криворогий урод!


Я нахмурился. Припоминая урок Флоры, я направил магию в рог и она вылилась в виде красного свечения, охватившего лопату.


- Только подойди, - прорычал я. - И твоя голова отделится от тела.


Жеребец отошёл в сторону, но улыбка с его морды так и не слетела. Блю Скай лучше нас всех оценила ситуацию. Она сбросила сумки и взмахнула крылом:


- Он будет ждать нас за дверью и ударит. Через окно выходим!


Не дожидаясь моего ответа, она кинулась к окну и ловко вылетела через него. Голден взглянула на меня, а через секунду кинулась следом за пони — и я за ними, потому что если вдруг Голден наткнулась на врагов, то ей требовалась помощь. Держа лопату над крупом, я выпрыгнул за Голден и тут же развернулся, оттеснив её к стене. Блю Скай стояла рядом, поднявшись на задние ноги, опустив одно крыло к земле и прикрывая вторым копыто с копьём, которое она держала чуть ниже наконечника. Со стороны соседнего дома к нам подходили двое единорогов, тупомордный серый жеребец и рубиново-красная кобыла с фиолетовой гривой, а из-за дома уже вышел земнопони. Вся троица была вооружена мечами, у двоих жеребцов вполне обычные клинки, а вот у кобылы на боку висела странная штука, больше напоминавшая пилу: это был меч с D-видной зубояткой и широким острым лезвием с зазубринами по обе стороны,. При этом меч она в зубы не взяла, оставив его в переплетении ремней, а направила магию в рог, готовя боевое заклятие.


- Я возьму на себя земнопони, а ты бей единорога, - решила Блю. - Справишься?


- Не спрашивай.


Да уж, мои подозрения насчёт жителей Терранники снова нашли своё подтверждение. По виду пони были настоящие бандиты или мародёры — вот только в отличие от нас они не грабили оставленные хозяевами дома, а намеревались сразиться с нами…


- У нас нет ничего ценного, - заговорила тем временем Голден. - Пожалуйста, оставьте нас в покое!


Единороги рассмеялась. И по их смеху я понял — драки нам не избежать.


- Замолчи, - плотоядно облизнулся земнопони. - Кидайте-ка оружие и сдавайтесь!


- Обойдёшься! - выкрикнула Блю и неожиданно бросилась на врага.


Видимо, она решила, что лучшая защита — нападение. Я тоже так подумал и помчался на единорогов. Кобыла явно не ожидала такой наглости и поэтому её луч пролетел мимо меня, а вот единорог кинулся в бой. Я развернул лопату и со всех сил ударил по противнику — тот успел загородиться, да только вот это его не спасло, потому что и кинжал, и лопата возились ему в морду. Он мгновенно вырубился, упав на бок и откинув копыта. Пока кобыла не опомнилась, я ткнул её рукояткой лопаты в грудь и швырнул на землю. Немедленно сверкнула магия и пони выхватила было свою пилу, но я прижал её к земле копытом.


- Не двигайся, - зарычал я со всей возможной злобой. Кобыла вздрогнула и замерла, а я смог обернуться на Блю Скай. Жеребец прижал кобылу к стене, наседая на клинок, который почти разрезал ручку «копья». Тут нужно было бежать со всех копыт на помощь, но проклятая единорожка внезапно развернулась и вытащила «пиломеч», намереваясь распороть мне бок. Действовать по-джентльпоньски было некогда — я ткнул её копытом в морду, разбив искажённую злобой мордашку в кровь, недолго думая перехватил меч и прыгнул к Блю Скай.


Земнопони как раз навалился на неё и, судя по всему, палка не продержалась бы ещё и секунды, если бы жеребец не оказался вынужден отражать мой удар. Подняв меч, я ударил им наотмашь — враг блокировался и отступил, после чего ударил сам. Наши клинки скрестились и тут произошло то, что иначе, как чудом, не назовёшь. Лезвие «пиломеча» внезапно засветилось яркой магией и выдвинулось вперёд, от рукоятки в разные стороны отошли крюки-руки, предохранявшие морду владельца от ударов противника, зубоятка чуть уменьшилась и вытянулась, образовав ещё два «выроста», тем самым делая морду своего хозяина гораздо менее уязвимой. Зазубрины заскрежетали по клинку моего врага и внезапно кинжал земнопони вылетел у того из пасти, а меч словно по своему желанию опустился ему на морду. Пони дико взвыл, отпрыгнув назад — с изуродованной морды текла кровь.


- Урод! - взвизгнул он, развернулся и кинулся прочь. Таким образом битва была выиграна.


Я даже не думал о том, чтобы гнаться за ним, хотя Блю Скай и сделала пару прыжков за земнопони, ругая его почём зря. Всё моё внимание приковал меч — теперь он уже не казался «пилой», а походил на настоящее оружие. Длиной он стал почти в длину моего хвоста, зубоятка стала удобнее, а её выросты представляли собой надёжную защиту, по крайней мере, от рубящих ударов. На клинке к тому же высветились какие-то знаки, прочитать которые я не мог — то ли местная письменность, то ли магические руны.


- Ой… - тихо проговорила Блю Скай. - Она ещё жива!


Я обернулся. Единорожка осторожно приподнялась к земле и отодвинулась от меня, смотря испуганными глазами. Губы её были разбиты, из носа тоненькой струйкой текла кровь, в глазах сверкали слёзы — тут уж любой на моём месте проникся бы жалостью к этой бандитке.


- Стой и не двигайся, - сухо приказал я. Кобылка замерла.


Блю Скай встала рядом со мной и презрительно фыркнула, смотря на единорожку.


- Что мы с ней сделаем, Сомбра? Снимем шкуру или гвозди в копыта забьём?


Голден то ли пискнула, то ли вскликнула.


- Ничего, - фыркнул я и посмотрел на нашу пленницу. - Ты знаешь дорогу на Медальон?


- Медальон? - пони удивлённо посмотрела на меня. - Вы что, туда идёте?


- Отвечай! - приказал я, опережая Блю Скай, которая уже хотела ответить.


- Ну… Я представляю, куда нужно идти.


- Мы тоже, поэтому если вздумаешь нас обмануть — не обессудь, - оскалился я. - Голден, Блю. Вернитесь в дом, возьмите наши вещи и принесите верёвку, можно даже два мотка. А ты слушай, пони… Ты доведёшь нас до Медальона или до поселения, где мы узнаем дорогу на Медальон. После этого я тебя отпущу — но если ты вздумаешь обмануть нас и заведёшь не в ту сторону, в засаду или ещё в какую-нибудь беду… - я без слов взмахнул мечом и этот жест пони поняла.


- Я клянусь, что сделаю… Всё, что вы скажете.


- Вот и хорошо.


Мой рог уже начинал побаливать.


- Как тебя зовут? - спросил я.


- Нефрит…


- Меня зовут Сомбра, мои спутницы — Блю Скай и Голден Лаурель. А теперь сними-ка свои ремни и давай сюда.


Пока кобылки разыскивали верёвки, я нацепил ремни на себя и всунул в них меч. Теперь его можно было легко выхватить что магией, что зубами, и я был очень доволен такой находкой. Блю Скай и Голден Лаурель вернулись как раз тогда, когда я начал тренироваться вытаскивать и всовывать меч: они нашли достаточно крепкую и длинную верёвку, ещё небольшой моток, плюс широкий кожаный ремень. Ремень я накинул на шею единорожки и застегнул на манер ошейника, к нему привязал одну верёвку и дал её Блю. Второй верёвкой пегасочка обвязала нашей пленнице копыта, оставив между ними такое пространство, чтобы кобыла могла идти нормальным шагом, но не была способна бежать. Нефрит даже в морде не изменилась, пока мы её связали — только попросила перед этим дать ей умыться, что, конечно же, мы ей разрешили. После этого наш маленький отряд двинулся прочь из разорённой деревни. Выйдя к лесу, Блю Скай взмыла в небеса и определила наш путь — когда она рассказывала о нём Голден, я отвёл Нефрит в сторону, затем мы вернулись и выслушали уже единорожку. Предложения Блю Скай и Нефрит не различались, а потому можно было не сомневаться — мы пойдём правильной дорогой. Я поправил седельную сумку и встал вместе с Голден позади Блю Скай и Нефрит - в таком порядке мы продолжили наше путешествие по Терраннике.

Ещё более нежданная встреча

К вечеру, точнее уже в сумерках, мы оказались где-то возле юго-восточного края Аундлинга. По крайней мере, так сказала нам Нефрит, и Блю Скай её в этом поддержала. Местность, объяснили они, здесь особая, ни с чем не спутаешь. Это действительно было так — мы остановились на поросшем соснами холмике, с которого открывался замечательный вид на обширное, от горизонта до горизонта, поросшее редкими кустиками и одинокими деревцами зловонное болото. Которое, судя по всему, нам предстояло перейти... Правда, насчёт этого сразу возник спор:


- Если мы хотим добраться до Медальона, то нам нужно идти на юг!


Голден Лаурель молча накладывала еловые лапы на импровизированную палатку, или шалашик, благоразумно не вступая в спор между Нефрит и Блю Скай. Мы сняли с нашей пленницы верёвки, и, похоже, она почувствовала себя без них смелее: по крайней мере, говорила она с Блю Скай на повышенных тонах. Даже когда я углубился в лес, своим «пиломечом» срубая ветви для костра, я слышал визгливые голоса кобылок:


- А я говорю, что нам нужно обойти болото! - упрямилась пегаска. - Вообще, у меня такое ощущение, что ты ведёшь нас в ловушку! К своим дружкам, да?


- Нет, я уберегаю вас и себя заодно от Винтер Стар! Я готова хвост заложить на то, что она уже выслала по нашим следам охотников! Магия вашего… Сомбры, должна быть по-настоящему сильной, если ему удалось телепортировать себя и вас заодно из Железных Гор! Значит, она оставила след! Значит, воины Винтер уже идут за нами!


- Ты не можешь этого знать!


- Зато я знаю, что обходя болота, мы выйдем за пределы Аундлинга! А это лес — единственное, что защищает нас от взгляда Винтер!


Я принёс ветви и сбросил их в костёр — темнело и холодало. Голден Лаурель подсела поближе к огню, достала яблочко и протянула мне.


- Будешь?


- Нет, - покачал головой я. - Что, эти всё спорят?


- Ага. И я не рискну вмешаться.


- Так я тоже! - усмехнулся я и сам сел рядом с ней. Кобылка потёрла об шёрстку яблоко и откусила кусочек, тут же скривившись. Я рассмеялся и прижался к ней.


- Кислое?


Вместо ответа Голден Лаурель отправила яблоко в ближайший куст.


Устав спорить, Блю Скай и Нефрит вернулись к нам. Всё ещё искоса бросая на пленницу испепеляющий взгляд, пегаска повернулась ко мне и выдала:


- Ну, решайте!


Мы переглянулись. Вот так вот, всё сваливают на нас.


- Что решать? - на всякий случай спросила Блю.


- В какую сторону идти!


- Нам надо к Медальону, - медленно сказал я, боясь, как бы мне за эти слова не прилетело копытом в морду. - Поэтому нужно добраться до него побыстрее. Раз уж через болото быстрее…


- И опаснее!


- Ну, так мы пойдём утром, отдохнув! - заметила Голден. - Кроме того, ты же нас поведёшь, Блю?


- Поведу, - фыркнула пегаска. Нефрит улыбнулась.


- Тогда заканчивайте спорить, - решил я. - Давайте лучше подкрепимся, и устроимся на ночлег.


- Её, - Блю кивнула на Нефрит. - Нужно будет опять связать. Чтобы не убежала.


- СвяжИте! - с напором ответила кобылка.


- Всё! - прервал я их спор. - Давайте отдохнём! Нам предстоит трудный путь! Нефрит, сядь поближе ко мне, а ты, Блю, присаживайся рядом с Голден.


Кобылки, демонстративно задрав носики к потемневшим небесам, обошли костёр и сели рядом с нами. Я порылся в сумке и протянул Нефрит помидорку.


- Спасибо, - ответила та.


- Завтра утром спустимся с холма и пойдём через болото, - продолжил я разбирать старый вопрос.


- Это опасно, - буркнула Блю. Ей ответила Голден:


- К счастью, у нас теперь есть два единорога и пегас, так что мы легко выберемся из любой передряги. Правда, Сомбра?


Я кивнул в знак согласия.


- Главное, чтобы там не оказалось психованных пони с пиломечами. Что это вообще за оружие такое?


- Не знаю, - честно призналась Нефрит. - Мы нашли его в одном из домов. Что-то вроде семейной реликвии… Но он достаточно острый.


- С этим не спорю, - фыркнул я и направил магию в рог. Теперь это у меня получалось гораздо лучше — послушный моей воле меч взмыл в воздух передо мной.


- Страшная штука, - содрогнулась Блю, видимо, напуганная видом зазубрин на клинке. - Такое оружие не могли сделать пони.


- Эквестрии — да. Но мы же в Терраннике, - сказал я и тут же прикусил язык.


- А я знала! - воскликнула Нефрит. - Я знала, что вы необычные пони, я поняла это с первого взгляда! Ты, Сомбра, совсем не похож на единорога, а твоя спутница — это же явная кристальная пони! Мы слышали о них! Откуда вы взялись в Терраннике?


Блю Скай молчала, но, похоже, и она ждала от нас ответа. Я вздохнул… А с другой стороны, что изменится? Блю Скай и так уже убедилась в том, что я «необычный» пони — обычному единорогу не удалось бы вытащить всех нас из Железных Гор. А значит, скрывать правду не стоит.


- Да, мы не просто пони — мы из Эквестрии. Страны, которая, судя по всему, достаточно далеко от Терранники. Как мы здесь оказались — не знаю, не помню. Вот она, - я кивнул на Блю. - Попала сюда из-за меня.


- И что вы будете делать в Терраннике?


- Пока не знаю, - признался я. - Принцесса Селестия — правительница Эквестрии — отправила меня сюда, чтобы я исправил то… Что сотворил. А делал я много плохого.


- Вот уж не думала, что наша страна может быть тюрьмой! - рассмеялась Нефрит.


- Скорее, исправительной колонией, - фыркнула Блю Скай.


- Кончайте, - оборвал их я. - Ешьте молча!


Мой гнев был наигран — то, что кобылки хотя бы ненадолго позабыли о вражде, мне понравилось. Нефрит, конечно, наша пленница, но Блю Скай зря к ней так относится. Что-то было в этой кобылке странного — она не пыталась сбежать, заманить нас в ловушку или напасть, нет, напротив, она вела нас в Медальон. Так может, это из-за того, что она сама не меньше нас боится… Опасается Винтер Стар, и надеется скрыться от неё в городе? Кто знает… Впрочем, укладываясь спать, мы приняли определённые меры предосторожности: Блю Скай с каким-то извращённым удовольствием измыслила хитрую петлю, накинув её на шею пони и привязав передние ноги так, что копытца оказались на уровне её щёк — теперь ни зубами, ни задними копытами достать до верёвки наша пленница не могла, а рог ей пегаска так же крепко стянула верёвкой, тем самым заблокировав её магию. Нефрит не роптала.


Затем мы установили очерёдность дежурств. На Нефрит надеяться не стали — с вечера до полуночи будет дежурить Голден Лаурель, охранять наш сон до рассвета станет Блю Скай, а самые тяжёлые утренние часы достанутся мне. После этого Блю заползла в «палатку», куда мы отправили и Нефрит, а я лёг между корней большой сосны — всё же наш шалашик был для меня маловат. Уткнув морду в копыта, я стал смотреть на Голден, которая села возле костра. Мои глаза стали слипаться — всё же мы шли сегодня целый день, и вскоре я уже провалился в сон. Я думал, что увижу принцессу Луну — но, похоже, мои сны были недоступны её взгляду. А может, сегодня у правителей Эквестрии были какие-то свои дела? Так или иначе, сон мой прошёл совершенно спокойно, и нарушен он был только прикосновением копытца Голден.


- Сомбра, вставай, - тихо сказала она. - Твоя смена подошла.


Я зевнул и огляделся по сторонам. До сих пор стояла темнота, но я почти сразу понял, что сейчас уже не ночь, а утро. Темнота уже была разбавлена тем, что ещё не имело право называться «светом».


- Иди, ложись, - снова зевнул я. - Всё спокойно?


- Да. Похоже, всех вокруг распугал храп Нефрит.


- Хоть какой-то плюс от её присутствия, - усмехнулся я. - Ладно. Сладких снов.


- Восход через час. Нас подними через четыре.


- Иди-иди, сам знаю. Тебе нужно передохнуть.


Подвигав телом, немного зудящим от укусов надоедливых комаров, я прошёл к давно потухшему костру и сел возле него, зевая снова и снова. В лесу установилась та самая удивительная тишина, которая бывает только ранним утром: редкое пение какой-нибудь проснувшейся птицы и шуршание листьев не разрушали, нет, добавляли картину полного спокойствия и умиротворённости. Решив, что до завтрака пока ещё слишком рано, я взял одну из веток, припасённых до костра, разломил её в копытах и выудил длинную щепку, которую стал механически пожёвывать — мысли мои устремились вдаль.


Вопрос «Что делать?» пришёл сразу. Что делать, когда мы дойдём в Медальон? Я ещё не совсем понимаю, как мне использовать дарованный Селестией шанс. Допустим, я верну себе магические силы — и что дальше? Да ещё и Голден Лаурель на какой-то чейнджлинг решила отправиться за мной. Вот уже сейчас она испытала больше, чем пони Эквестрии испытывают за всю жизнь. Нет, конечно, кобылу, которая вынесла рабство такого чудовища, как король Сомбра, сломать нелегко. Но я видел её мордашку во время нашей схватки с бандитами. Она всё же простая пони — и не для неё такая злая и тёмная страна, как Терранника. И зачем Селестия отправила её ко мне? Сейчас у меня целый табун — кристальная пони, единорожка, да пегаска, отлично! Кого ещё набрать в свою команду? Дракона? Древесного волка? Алмазного пса?


Я поворошил угли. Мысли перешли в другое русло — ладно, оставим «что делать». Теперь — что я уже сделал? Винтер явно увидела во мне силы, не зря она предлагала мне свой союз. И то, что я смог телепортироваться из Железных Гор, только подтверждает её слова. А это значит, что она будет охотиться за мной с особым рвением. Может, нам лучше разделиться? Послать Блю с Голден Лаурель, а самому с Нефрит идти другой дорогой? Пожалуй, это не было лишено смысла, если бы не два «но». Нет, даже три «но». Первое — Голден наверняка не захочет расставаться со мной. Второе — я не могу полностью довериться Нефрит. Пусть она и показала себя доброжелательной по отношению к нам, я всё же убил её друзей… Нет, с ней нужно быть поосторожнее. И третье «но»… Я не мог сейчас расстаться с Голден. В чужой стране, в чужом мире она была последним звеном, связывающим меня с прошлым. Она не давала мне забывать о том, кем я был когда-то, и чем стал после того, как возгордился и решил попробовать возвыситься над остальными пони. Нет, всё же Селестия была права, отправив Голден Лаурель ко мне, точнее, разрешив ей отправиться — без неё я уже мог бы сойти с ума в этом безумном месте. Или присоединился бы к Винтер, спасая свою шкуру…


Внезапно громко и обеспокоенно затрещала какая-то птица и я оторвался от своих мыслей. Что-то странное началось в лесу… Я непонимающе огляделся по сторонам — всё вокруг выглядело совершенно спокойно (к слову, достаточно посветлело), но я чувствовал — что-то не так. Как будто кто-то пытается подкрасться к нам под прикрытием деревьев и кустарника. А это значит, что мне нужно приготовиться к его встрече. Пустив магию в рог, я поднял свой меч и приподнялся — если что, нужно будет быстро разбудить кобылок. Мои глаза уловили движение листвы кустарника, которым поросло подножье холма с северной стороны — я обернулся и вдруг увидел, как оттуда с шумом вырывается древесный волк, и резво бежит вверх по склону.


- Подъём! На нас напали! - завопил я.


Взмахнув мечом, я прыгнул вперёд и ударил клинком сверху вниз, пригвоздив деревянную голову пса к земле. Он ещё дёргался, когда из тех же кустов принялись выгибать коричневые тени. Я обернулся — Блю Скай и Голден выбрались наружу, но тут же вбежали обратно, за сумками и Нефрит. Я остался один.


Второй волк кинулся на меня внезапно, вылетев из-за упавшей сосны. Я едва успел отскочить и ударить его копытом, откинув прочь, а на меня уже летел третий, чьи челюсти я отрубил своим мечом. Четвёртый попал под магический луч — зажмурившись, я набрал магию и выпустил её. Луч получился широким, бледным, а потому — слабым, но и его хватило, чтобы остановить атаку. А затем я едва успел отскочить — и в место, на котором я только что стоял, впилась стрела. Стрела? Волки из луков не стреляют!


- Держите их!


Я резко взмахнул хвостом и посмотрел по сторонам. Снизу к нам двигались трое единорогов… И Бладвульф. Эту мерзкую морду ни с одной другой не перепутать, да и его размеры и белая шерсть были очень запоминающимися.


- Сомбра! - крикнул он. - Ты заставил меня побегать!


- Надо же, кто здесь! - нахмурилась Блю Скай, уже выбежавшая ко мне. - А что это вас так мало? Вы могли бы привести целую армию!


- А у меня она есть! - рассмеялся Бладвульф. - Видишь ли, Винтер повелевает всем в Терраннике. В том числе, и древесными волками. А от её морды и я могу ими командовать!


Он взмахнул копытом и древесные волки действительно набросились на нас с двух сторон. Голден Лаурель взвизгнула, Блю Скай отпрыгнула назад и растопырила крылья, и лишь мы с Нефрит стали действовать. Причём я даже уступил первенство единорожке — сверкнула магия и ближайший волк слева от нас обратился в кучку пепла.


- Смотрите, как бы сзади не подкрались! - крикнула единорожка.


Бладвульф посмотрел вверх, на нас, и злобно оскалился.


- Не лезьте. Я сам разберусь с этим рогатым недоразумением.


- Да неужели? - я вскинул «пиломеч». - Поднимайся!


Пони усмехнулся, но вместо того, чтобы подниматься по склону, исчез в зарослях. Прекратили свою атаку и псы — они остановились, так и не взобравшись на холм.


- Блю, Голден, - я попятился, опасаясь стрелы. - Давайте на деревья. Мы с Нефрит останемся снизу… - спохватившись, я оглянулся на нашу пленницу. - Ты не возражаешь?


- Всегда мечтала умереть, сражаясь бок о бок с иностранцем, - фыркнула пони. Она ещё и пыталась шутить!


- И чужеземкой! - фыркнула Блю Скай.


- Я же сказал, лезьте на деревья!


- Голден Лаурель уже на верхушке сосны, а я, если не возражаете, присоединюсь к вам, - фыркнула пегаска. Повернувшись, я увидел, что в крыле она сжимает дубину — толстую сосновую ветвь. Да, я недооценил пони Терранники.


- Эй, Странник! Твой путь окончится здесь!


Бладвульф. Я повернулся и обомлел.


- Знаешь, хорошо иметь в союзниках могучую колдунью! - оскалился земной пони. Белоснежный древесный волк, по своим размерам превышавший собратьев раз этак в пять, тоже криво усмехнулся. Глаза-угольки его смотрели на меня. Удивительно, но никакого страха я не почувствовал, наоборот. Мне до смерти захотелось вогнать клинок в эту наглую морду.


- Вы берите на себя мелких… - прорычал я. В мыслях же горело: «А Бладвульфа оставьте мне».


- Что за мутант у тебя, белобрысый? - крикнул я уже врагу. - Ты в него что, цистерну удобрений влил?


- Сейчас, пони, ты сам станешь удобрением!


С этими словами белый древесный волк и белый земнопони кинулись к холму. В то же время, мелкие чудовища набросились на нас с разных сторон — но я не обращал на это внимания. Магия Нефрит раскидала в разные стороны щепки первого волка, «соснина» Блю Скай обрушилась на голову второго, через которого пегаска перелетела и ударила сверху, но вот я кинулся навстречу Бладвульфу, высоко держа над собой свой меч. Когда до оскаленной морды волка оставалось всего несколько метров, я прыгнул вперёд и ударил врага.


Бладвульф блокировал мой удар, выставив над собой короткое, но зато цельнометаллическое копьё. То, что произошло дальше, так удивило меня, что я растерялся и болезненно приземлился на бок: мой «пиломеч» скользнул по копью, словно действуя своей волей развернулся и резко опустился, пробив земнопони обе челюсти и пригвоздив его морду к спине волка. Обезумевший от боли монстр дёрнулся в мою сторону, но я перекатился и направил магию на клинок — пиломеч резко дёрнулся, закончив разрубание Бладвульфа, и, подчиняясь уже моей воле, вошёл в затылок древесному волку. Чудище мотнуло головой, поднялось на задние лапы… И рухнуло.


- Ну, кто ещё смелый? - закричал я, выдернув меч и поднеся его поближе к себе.


Один из лучников, сохранивший остатки самообладания, натянул тетиву и выстрелил меня. Я резко переменил вид магии, рог ожгло, но зато передо мной возник небольшой щит, об попав в который, стрела отлетела в сторону. Перехватив меч в зубы, я помчался с холма прямо на врагов — пони едва успел выхватить собственный меч, но это не спасло его, потому что я рубанул справа налево и едва ли не напополам рассёк тело пони. Остальные бросились прочь.


Опомнившись, я поскакал назад, на помощь Блю Скай и Нефрит, но и на холме всё уже было кончено. Валялись несколько трупов, в стороне деревяшки собирались в помятого волка, а пегаска и единорожка смотрели на меня в немом ужасе.


- Что? - обеспокоился я. - Я кровью морду запачкал?


Блю Скай взмахнула крылом.


- Ты… Ты бы себя видел! Прыгнул, и р-р-раз! Нету Бладвульфа!


- Он слишком много о себе думает, - попытался улыбнуться я. Получилось, хотя и слабо.


Действительно, я действовал быстро… Но в тот момент, когда мой меч укоротил морду Бладвульфа, он мне не принадлежал. Не я убил этого пони, а мой клинок… И это было странно.


- Эй! Э-э-эй! - внезапно раздалось над нами. - Понибудь меня снимет с этого-о-о дерева-а?!


Блю Скай хлопнула себя копытом по лбу и взвилась вверх, за Голден Лаурель. Мы же с Нефрит сели друг напротив друга — отдохнуть и прийти в себя от пережитого.


- Спасибо, что помогла нам, - негромко сказал я.


- Да что там… - фыркнула Нефрит. - Не люблю древ-волков.

Болото под копытами, омуты в душах

Это была деревня. С покосившимися домиками, наклонившимися заборами, постепенно дичавшими садами. Но на этот раз — всё-таки живая, населённая пони, мы видели их разноцветные фигурки, мелькавшие на единственной улице. Признаюсь, сейчас для меня не существовало более отрадного зрелища — копыта ныли и болели, а я ведь нёс на спине Голден Лаурель, которая совсем вымоталась. Нефрит и Блю Скай шли сами, но пегасочка уже давно не взлетала, а единорожка часто спотыкалась и даже пару раз упала в грязь болота, которое осталось за нашими крупами. И я чувствовал заметное облегчение от того, что мы сумели выбраться из этого адского места…


Путь по болоту занял у нас много часов, с утра и до полудня. Наломав палок для проверки дороги, мы пошли следом за Блю Скай, которая прощупывала для нас путь. Идти было тяжело, под копытами постоянно хлюпало, зловеще хлюпало. Позади нас выли древесные волки — лакомились трупами оставленных нами пони. Мне не было их как-то особенно жаль, а вот Голден Лаурель вздрагивала, слишком уж её напугало нападение наших врагов. А теперь у всех нас появился повод для страха — ведь нас обнаружили гончие Винтер. И чем быстрее мы доберёмся до Медальона — тем лучше…


- Ой! - вскрикнула Блю, когда при очередной проверке её палка ушла глубоко под зелёную гладь болота. - Стойте! Идите в обход!


Я, шагавший впереди всех и державший палку в зубах, аккуратно обошёл опасное место. Голден ступала за мной, Нефрит замыкала шествие, готовая в любой момент прийти на помощь тому, кто провалится под болотную гадость…


- Ну и запах, - поморщилась Голден.


Нефрит усмехнулась.


- Вполне обычный запах для болота. Могу магией закрыть тебе носик, чтобы ты могла дышать только через рот.


- Не-не, я потерплю, - быстро ответила кобылка.


Я на запахи никакого внимания не обращал. Меня больше волновало, не появились бы в небе пегасы — мы были как на копыте, а Блю Скай больше занималась землёй, чем небом. Выбрав удобный момент, я попросил её обращать внимание и на небеса тоже.


- Как бы на нас не напали пегасы!


- Не волнуйся, - покачала головой кобылка. - Пегасы здесь не летают. Над болотами Терранники очень часто пролетает Трон.


- Трон? Какой ещё Трон? Каменный?


- Трон — это дракон, - пояснила Нефрит. Голден Лаурель взвизгнула, да и я поёжился.


- Дракон?


- Да. Злющий дракон, созданный магией Винтер Стар. Он палил города и истреблял целые армии. Но потом взбунтовался против создательницы и теперь живёт в горах Терранники, не делая разницы между вольными пони и подчинёнными Винтер.


- Ужас… - пролепетала Голден.


Я посмотрел на Нефрит.


- Ты знала об этом?


- Конечно.


- И ты знала? - обратился я к Блю Скай.


- А ты думаешь, почему я была так против похода через болото?


- Ты говорила про то, что это может оказаться ловушкой!


- Да, говорила. И если бы не нападение древ-волков — я бы сюда и не сунулась!


Я вздохнул. Итак, мы идём по болоту, над которым пролетает злобный магический дракон, а на хвосте у нас сидит ужасная колдунья, способная отправить за нами целую армию!


- Если мы выберемся отсюда — рассказывайте мне всё о нашей дороге, ясно? Всё и вся, до последней детали!


- Хорошо, Сомбра. Я это учту, - кивнула Нефрит.


- А ч-ч-что с драконом? - пискнула Голден.


- К счастью, Трон обычно летает вечером. Да и мы в стороне от его пути. Ему нечего делать в Аундлинге, он летает в густонаселённые города на охоту.


Но нам везло. Может, это я притягиваю неудачи? Может, моя злая часть, Король Сомбра, работает как магнит на неудачи? Не знаю. Так или иначе, внезапно раздавшийся крик «Прячьтесь!» застал нас на небольшом «островке», поросшем берёзками. Под них кинулась Голден, Нефрит магией быстро набросала на себя грязи, Блю Скай кинулась куда-то в сторону, а я смог высмотреть в стороне что-то вроде навеса из болотной растительности. Забиться под него мне удалось с большим трудом, зато из этого укрытия я мог видеть кусочек неба. И того, кто спустя минуту появился на нём.


Это был гигантский дракон — я никогда не видел подобного, размером он был едва ли не с поезд, следующий из Эквестрии в Кристальную Империю — я вспомнил картинку, пронёсшуюся в голове вместе с семью пони и дракончиком. Но воспоминания уступили место реальности: зловещая рептилия парила над болотом, сверкая чёрной чешуёй, пронизанной красными полосами. Когтистые лапы были расслаблены, треугольная голова высоко поднята, но на землю почти не глядит. Радует… Неожиданно дракон завис в воздухе и в голове у меня пронеслись молитвы всем аликорнам сразу. К счастью, дракон просто огляделся и полетел дальше.


- Пронесло… - вздохнула Нефрит. Магией она счистила с себя грязь, ну или постаралась это сделать, и покрутила головой, разыскивая нас.


- Это и есть Трон? - спросил у неё я.


- Нет, - фыркнула единорожка. - Просто дракон. Ему тоже повезло, что Трон его не заметил, иначе бы мы с вами стали свидетелями замечательного зрелища.


- То есть… Трон ещё больше?


- Да. И ещё страшнее.


- Приятная новость! - нервно сказала Голден Лаурель. - Я слышала, что в Эквестрии есть драконы, но кроме Спайка не видела ни одного.


Где-то в глубинах памяти появился юный дракончик, бескрылый, а размером — гораздо меньше пони. Да уж, с таким бы драконом я справился…


- Ну что, пойдём дальше? - спросила Блю Скай, подлетая к нам.


И мы пошли. Пару раз по грудь проваливались в гадкую грязь, несколько раз вытаскивали друг друга из омутов, помогая выкарабкиваться — по-другому и не скажешь — из обманчивой топи на относительно безопасные места. Это был просто ужасный путь, но мы его преодолели. И вот — деревня. Населённая пони, у которых можно будет попросить место для отдыха, попросить еды, узнать дорогу. Конечно же, мы все почти галопом припустили к деревне, даже Голден нашла в себе силы идти сама. Жители, завидев нас, дружно заверещали и кинулись навстречу — но не с дружескими объятиями, а с вилами, косами и прочим инвентарём.


- Стойте! - крикнула Нефрит, обращаясь одновременно и к нам, и к чужим пони. Затем она повернулась в их сторону и продолжила. - Опустите оружие! Мы не причиним вам зла!


Те застыли на месте — с десяток жеребцов и несколько кобыл, одна из которых, юная земнопони, вышла чуть вперёд. На боку у неё висело копьё, сделанное из метлы и кухонного ножа.


- Никогда не видела, чтобы зомби разговаривали.


- Зомби? - удивился я. И тут же нашёл ответ на вопрос, почему нас приняли за живых мертвецов. А найдя — расхохотался так, что вздрогнули все.


- Они… Они приняли нас за зомби… - хохотал я. - Из-за того… Что наши шкуры покрыты этой страшной грязью!


Со стороны и я бы принял нас за мертвецов — представьте себе, четыре взмыленных пони, шерсть которых вымазана в земле, ноги и грудь покрыты коркой засохшей грязи, все взмыленные, с травой в волосах и на километр благоухающие болотной вонью!


- Мы не зомби! - обидчиво проговорила Голден Лаурель. - Мы просто шли через болото! Потому такие грязные и… Страшные.


Земнопони чуть подумала, после чего повернулась к жителям города.


- Приготовьте нашу баню, - коротко приказала она и пара жеребцов кивнули в ответ на её слова. - А вы, незнакомцы — представьтесь. Только сначала сложите-ка оружие!


Мы послушно выполнили приказ, хотя оружием-то мог считаться разве что мой меч. Именно он ещё ненадолго отложил наше знакомство.


- Рубило! - воскликнула земная пони. - Я думала, что… Вообще, откуда у вас этот меч?


- Отобрал в бою, - объяснил я. - А что, он вам принадлежит?


- Нет… Просто… Вы что, не знаете?


- Мы, - я ткнул себя копытом в грудь и показал на кристальную пони. - И вправду не знаем. Меня зовут Сомбра, это — Голден Лаурель, и мы прибыли из Эквестрии.


- Сомбра? - кобылка нахмурилась. - Вы стали знаменитостью, Странник.


- Странник? Почему Странник?


Пони пропустила вопрос мимо ушей, кивнул на моих спутниц.


- А вы кто?


- Нефрит.


- Блю Скай.


- Арома, - кобылка сделала знак своим пони и те сгребли наше оружие, причём я заметил, что Рубило какой-то красный пегас берёт с величайшей осторожностью, как святыню. - Что же, пойдёмте в деревню. Я хочу узнать о вас всё! Но сначала — вы должны помыться, чтобы я разобрала цвет вашей шерсти!


Мы с радостью воспользовались радушным приглашением.


Как оказалось, в этой деревне не было ни электричества, ни водоснабжения, а мылись пони в специальном здании, одну часть которого занимал гигантский котёл, подающий воду в парилку и в нечто вроде душевых кабин. Их было как раз четыре — и мы тут же их заняли, начав смывать с себя грязь болота и трудного пути. На вешалках и полках душевых обнаружились пучки какой-то травы, заменявшей мочалки, расчёски, по виду совсем новые, и аккуратные кусочки мыла, явно самодельного. Впрочем, оно неплохо мылилось, и мы быстро очистили свои копыта и тела. После того, как с мытьём было закончено, все мы обернулись в старые, но чистые полотенца, и расселись на лавочке у душевых, чтобы немного пообсохнуть. Правда, если кобылки занялись своими гривами, превращая их в нормальные причёски, то я, предпочитавший в последнее время стиль «стог сена, в который попала бомба с мегазаклятием», решил немного пройтись по деревне. Кое-как вытерев шерсть и пригладив гриву даже не расчёской, а просто копытом, я подошёл к двери «бани» и толкнул её. Дверь не поддалась. Ещё не слишком волнуясь, я попробовал потянуть её на себя — но и на этот раз дверь не открылась.


- Что за… - удивился я и застучал по двери копытом.


- Бейся-бейся! - вдруг донёсся до нас голос Аромы. - Можешь хоть в лепёшку расшибиться, но эту дверь тебе не открыть!


- Что?! - я направил магию в рог, но тот только слабо сверкнул.


- Глупец! Я же говорила, что ты прославился, Сомбра! Королева Винтер Стар хорошо отблагодарит нас за то, что мы поймали тебя и других беглецов из Железных Гор!


- Открой дверь! - рявкнула Блю Скай, она в секунду оказалась рядом со мной и забарабанила по дереву копытами. - Открой!


- Нет уж! - раздался уже другой голос, жеребцовый. - Посидите здесь, пока за вами не явятся отряды Винтер!


- Проклятие… - Нефрит, к этому времени тоже принявшая обследовать нашу деревянную тюрьму, повернулась к нам с выражением отчаяния на морде. - Эти брёвна обработаны каким-то магическим составом. Пока мы мылись, он был дезактивирован, но сейчас заработал на полную мощность! Мы в ловушке, при помощи магии отсюда никак не выбраться!


- Сомбра… - пролепетала Голден. - Что же нам делать?


Я огляделся. Несмотря на то, что я совершенно не был готов к такому сюрпризу, в моей голове волей Селестии родился один план. Потому я повернулся к напуганным кобылкам и широко улыбнулся.


- Не получается колдовать? Выберемся при помощи мозга и копыт!


План мой был слишком прост и вовсе не гениален, но… Он мог сработать, учитывая, что стражи возле бани подслушивали нас, боясь выпустить из клетки такую важную птицу. Объяснив кобылкам, что им нужно делать, я спрятался за дверью, а мои спутницы подняли и уронили скамейку с громоподобным грохотом и такими же громкими выкриками:


- Да-а-а! Молодец, Сомбра! Ну, теперь они получат! Мы тебя ждём! Возвращайся и спаси нас! - так кричали они, радостно стуча копытцами.


Стражи оказались полными тупицами. Ну, их можно было понять, не каждый же день ловишь такого колдуна, который сумел телепортироваться из Железных Гор! В общем-то, не спеши они так — мой план тоже удался бы, просто возни было бы больше. А так… Едва единорог, вооружённый настоящим копьём, зажатым в зубах, и пегас, с копьём-косой под крылом, вбежали в зал, едва они остолбенели, увидев трёх кобыл, как я вышел из-за двери и без предисловий обрушил на голову пегаса свои тяжёлые копыта. От удара несчастный пони мигом потерял сознание и рухнул к моим ногам — хорошо быть выше и сильнее обычных пони! Пока единорог разворачивался, я зубами перехватил копьё и дёрнул его на себя, поставив на пути жеребца преграду в виде своего копыта. Каким-то чудом единорог увернулся — копыто лишь скользнуло по его боку, а сам он навалился на меня и едва не опрокинул. Подчиняясь его силе, я чуть отступил назад и в сторону — жеребец по инерции грохнулся об пол, а я не стал терять времени и навалился сверху, поставив свою правую переднюю ногу ему на горло. Пони захрипел, задёргался подо мной, отчаянно колошматя задними копытами воздух, но попадая куда угодно, только не по мне. Я продолжал удерживать жеребца под собой, пока не почувствовал, что он достаточно ослаб — только тогда я убрал копыта и позволил отчаянно хрипящему пони наконец-то глотнуть воздуха.


- Блю, Нефрит! - подозвал я и кивнул на пегаса. - Заприте его в душевой!


Кобылки быстро выполнили задание — пихнули пегаса в одну из кабинок и закрыли дверь, подперев её скамейкой. Голден Лаурель тем временем подняла копьё и направила его остриё на поверженного жеребца. Молодец, сообразила!


- А мы с тобой поговорим, - повернулся я к ещё не пришедшему в себя единорогу. - Только попробуй выкинуть какую-нибудь штуку, и она пришпилит тебя, как навозного жука!


- Я п-понял, - запинаясь, проговорил пегас.


- Как добраться до Медальона?


- Идти на юг… Прямо на юг, ещё примерно один день.


- Ясно, - фыркнула Нефрит.


- Оружие? - страшно зарычал я.


- У нашего лидера, Аромы…


- Где она живёт? Отвечай!


- В южной части города, в большом двухэтажном здании…


- По пути, - решил я.


- Может, просто уйдём? - спросила Голден Лаурель.


- Я ей этот меч не оставлю. Видела, как она на него среагировала! Это явно не обычный клинок, и он может натворить много зла в чужих копытах!


- Да, заберём меч, - вдруг пришла мне на помощь Блю. - Кроме того, я очень хочу расквитаться с этой гадиной!


- Тогда нам нечего ждать! - решил я. - Тем более, снаружи наша магия будет действовать!


На всякий случай запихнув единорога в душевую и подперев её другой скамейкой, мы быстро выбежали на улицу, не забыв вооружиться копьями наших стражей — точнее, вооружились Блю Скай и Нефрит, мы с Голден бежали так. Кристальная пони с оружием особо обращаться не умела, а мне хватало и той ярости, что запылала на кончике моего рога. Пони на улице даже не пытались нас остановить — быстро разбегались по домам. Мы разглядели их мешковатое — в прямом смысле слова — одеяние, разболтанные телеги, ржавый инвентарь, и поняли, почему нас так хотели отдать Винтер. Не дождётесь!


- Арома! - рявкнул я, подлетая к самому высокому — двухэтажному! - дому в деревне. Моя магия зелёной волной выбила дверь и бросила её в сторону. Фланговые отряды в виде Блю Скай и Нефрит налетели на охранников, земнопони и пегаса, одетых в старые, но ещё хорошие кожаные доспехи и лёгкие штаны. Вопреки моим опасениям, магия в доме Аромы вполне действовала, хотя мы обошлись без неё: Блю Скай ударом по голове бросила земнопони на землю, а Нефрит разделась со своим противником ещё более надёжным способом, пробив ему левую переднюю ногу. Застонав, раненный повалился на доски пола.


- Только встань — всажу в глотку! - заорала единорожка.


Опешившая от происходящего Арома выставила копыта, защищаясь от меня. Я же не стал медлить — мощным ударом в челюсть заставил Арому отшатнуться, а в следующий миг прижал её к стене копытами.


- Где мой меч?!


- Вон… Вон там… - простонала пони, указав куда-то налево. Блю Скай подлетела к Рубилу, лежавшему в специальной подставке на столе, и взяла его крылом. Я продолжал удерживать Арому.


- Вы успели вызвать королеву Винтер? Отвечай честно!


- Да, но сообщение пока не дошло… - простонала пони. - Я послала к ней спрайт-почту… Он прилетит примерно через час… Через два-три часа она будет здесь.


Отойдя на несколько шагов назад, я пустил больше магии в рог и сконцентрировался на горле пони. Та захрипела, моей силой поднимаемая к потолку, её задние ноги бессмысленно забились… Я почувствовал странное удовлетворение — моя магия сжимала глотку этой негодяйки, заставляя её бессильно разевать рот и хрипеть, услаждая этими звуками мой слух. В тот момент мне очень хотелось увидеть гибель этой пони, решившей отдать нас на верную смерть ради улучшения собственной жизни.


- Сомбра! - воскликнула Блю, подлетая ко мне. - Не делай этого! Не надо!


- Она такой конец заслужила... - отозвался я, не убирая магию и смотря на корчившуюся кобылу.


Голден вцепилась мне в шею своими копытцами — обхватила и потянула вниз, заставив меня посмотреть ей в глаза. Этот взгляд обезоружил меня лучше любого блокатора магии — я убавил энергию, затем и вовсе погасил магию, после чего Арома рухнула на круп.


- Сомбра… - прошептала Голден, ткнувшись мне в грудь. - Пожалуйста, не делай так. Ты становишься похожим на НЕГО.


Я прекрасно понял, кого она имела ввиду.


- Хорошо, - вздохнул я. - Не волнуйся.


В дверях раздались крики, стук копыт — и несколько пони с сельхоз-оружием ворвались к нам. Нефрит среагировала первой, отправив в них магический луч, откинувший прочь двух или трёх. Я был вторым — собрав остатки ярости, я выплеснул их на врагов, просто сметая пони прочь. Блю Скай завершила дело, ударом древка повалив единственного устоявшего единорога, успевшего магией заблокироваться от меня и Нефрит.


- По-моему, нам пора уходить! - крикнула пегасочка и кинула мне Рубило. Я поймал его, вырвал у одного из охранников пояс и привязал меч к боку.


- Согласен! Бежим!


Не теряя времени, мы выскочили на улицу. Побитые нами пони ещё валялись, то ли не придя в себя, то ли просто решив не геройствовать зря. Во всяком случае, они всё равно не смогли бы нас остановить — мы со всех копыт неслись прочь, позабыв об усталости. Скоро Винтер Стар будет у нас на хвосте — и нам стоит как можно быстрее добраться до Медальона. Только там мы будем в полной безопасности, потому что от деревень нам добра явно ждать не приходиться.

Медальон

Мы всё шли и шли — вот уже вторые сутки, всю минувшую ночь пробираясь по высокой траве, а теперь, к рассвету, с трудом преодолевая редкий берёзовый лес. Или, точнее, лес, похожий на берёзовый — бело-чёрные деревья имели слишком крупные листья по сравнению с обычными берёзами, а их стволы не смогли бы обхватить и трое пони. Хотя, по правде говоря, я не был уверен в том, что это за деревья — берёзы я видел только в Эквестрии, когда-то давно… Вместе с молодой белоснежной кобылицей, сидевшей у пруда и плетущей магией веночек из цветов. «Как жаль, что в магическую гриву не вплести цветы» - сказала она тогда, смотря на меня. А я… А я, ещё совсем юный жеребёнок, лишь улыбнулся и прижался к чей-то розовой шёрстке, чудно пахнущей молоком и свежескошенной травой. Запахами забытого детства… Запахами шёрстки моей приёмной матери. «Думаю, моя дорогая принцесса Селестия, цветы будут прекрасно смотреться на вашем вечернем платье!» - ласково сказала она. Мордочку белой кобылицы украсила лёгкая улыбка, она кивнула, соглашаясь с нею… И посмотрела на меня. Сколько же света и доброты было в её перламутровых глазах!


Неожиданно я вернулся в реальность.


От долгого пути кобылки заметно устали. Я понимал это не только потому, что теперь Голден Лаурель и Нефрит спотыкались на каждом шагу, а Блю Скай уже давно шла по земле, не поднимаясь в облака. Нет… Усталость была видна по их виду, по их глазам, тускнеющими... Пока что не обречённостью, но чем-то не менее опасным. Это «что-то» грозило вот-вот начать пожирать их изнутри, выматывая души, ослабляя тела. Такого допускать было нельзя! Но, увы, пока что я ничем не мог им помочь. Мы встретили слишком много зла на своём пути. Для Голден Лаурель, мирной пони, всё увиденное не могло пройти бесследно, а ведь Нефрит и Блю, привыкшие к тирании в Терраннике, сами поддались апатии. И, что самое худшее, я сам чувствовал себя очень и очень плохо. Не физически — душевно. Я всё ещё помнил прикосновение Голден, помнил нотки страха в её голосе. «Ты становишься похожим на него». А вдруг я и вправду опять становлюсь королём Сомброй? Что, если мой разум опять окажется в его власти? Я выхвачу меч, приведу кобылок Винтер и соглашусь служить ей? Я направлю своё оружие на тех, кто не разочаровался во мне, или, по крайней мере, даровал мне ещё один шанс? Селестия и Луна, если вы слышите меня — помогите… Не дайте мне вновь стать тем, чем я не являюсь.


- Ах!


Стон Блю оторвал меня от мыслей. Кобылка споткнулась и растянулась на дороге.


- Пегасы путаются в копытах? - хмуро спросила Нефрит, подавая ей копыто.


- Ничего мы… - Блю попробовала встать, но вскрикнула и присела на землю. - О-о-ой, кажется, я подвернула ногу.


Голден Лаурель осторожно взяла её заднюю правую ногу в копытца.


- Небольшой вывих… - печально сказала она. - Надо приложить что-нибудь холодное.


- Я видел ручей неподалёку… - объявил я. - Есть какая-нибудь ненужная тряпка?


- Не нужно никаких тряпок, - ответила Нефрит. - Как раз возле ручья должна расти одна травка, которая поможет Блю поправиться.


Я попытался вспомнить всё, что знал о медицине.


- Всё равно не помешает компресс… Кроме того, мы не можем сейчас долго находиться на одном месте. Нам нужно добраться до Медальона, пока Винтер не нагнала нас!


Я пожалел о своих словах, когда Блю с трудом приподнялась и расправила крылья.


- Ты прав, Сомбра, - сказала она. - Сейчас нам нельзя останавливаться, а потому я пролечу… Сколько смогу.


- Нет, тебе нужно… - начала было Голден Лаурель, но Блю Скай уже поднялась в воздух.


Нам снова пришлось тронуться в путь. Лес постепенно густел, и мне даже пришлось доставать меч, чтобы кое-где прорубать дорогу. Но если препятствия можно преодолеть или обойти, то с настроением кобылок я ничего поделать не мог. Голден выглядела очень подавленной, Нефрит — взволнованной, и кто-нибудь из них обязательно должен был сорваться в скором времени. Блю Скай, которая то и дело спускалась с небес, выглядела не лучше них. Я должен был придумать хоть что-то, чтобы поднять им настроение, но в голову всё настойчивее лезли такие ненужные сейчас воспоминания!


Вот город на горе. Прекрасный сияющий город. Я не помнил, чтобы ходил по его улицам, город казался призрачным наваждением… И в то же время, я прекрасно знал, что он существует в реальности. Затем появилась деревушка… Нет, тоже город, просто он был заполнен аккуратными домиками и зелёными садами. А вот — облачный город, вокруг которого вились пегасы. Красота… Прекрасная земля — Эквестрия… И как я мог пытаться причинить зло такому великолепию?


- Сомбра! Сомбра! Иди скорее сюда!


Я отреагировал на крик Блю с задержкой, но когда моё имя назвала и Голден Лаурель, я рванулся из глубин памяти и вырвался в реальность даже слишком поспешно: меч поднят над головой, в рог направлен магический разряд, копыта горели желанием проехаться по телу или морде моих врагов. По счастью, никакой боевой магии мне не требовалось. Потому что пегасочка, единорожка и кристальная пони стояли на склоне холма, откуда открывался вид на аккуратные деревянные домики, поставленные возле лент нешироких дорог, начинающихся от глубокой расщелины, отделившей земли этих пони от остальной Терранники. И это было замечательное место! По раскинувшимся на востоке полям разноцветные фигурки тащили плуги, чуть в стороне несколько повозок двигались по направлению к крупным зданиям, напоминающим склады или амбары. Тут и там островками зеленели фруктовые и ягодные сады, в небесах парили пегасы, играя между облаков, земнопони и единороги расхаживали по земле… Но не это привлекло мой взгляд. Дело в том, что все дороги, ведущие через это с виду достаточно большое, но всё же вполне обычное для Терранники поселение, сходились в одну, приводившую путника к могучим вратам, деревянным, но обитым железом. К вратам, преграждавшим путь за высокую стену, защищающую огромной каменный замок, чьи семь башен — шесть зубчатых и одна остроконечная посередине — вздымались над всей этой землёй, сверкая шестилучёвой красной звездой.


- Медальон… - прошептала Блю Скай.


Сияя в лучах восходящего солнца множеством окон замок показался мне несколько зловещим. Как примут нас пони из этого места? И, что ещё важнее, примут ли они меня? Такое место могло существовать только благодаря храбрым воинам и умелым магам — и я был почти уверен, что любой мало-мальски сильный единорог увидит во мне то, что едва не вырвалось в деревне предавших нас пони. На секунду меня посетила мысль — послать кобылок в город, а самому пойти следом, чтобы хотя бы их смогли принять без проблем… И когда я уже открыл рот, намереваясь озвучить свою идею, Голден Лаурель внезапно взяла меня за копыто.


- Мы добрались… - сказала она, посмотрев на меня счастливым взглядом. - Мы всё-таки добрались!


- Пойдёмте! - воскликнула Нефрит. - Наконец-то мы сможем отдохнуть!


- У меня даже нога болеть перестала! - воскликнула Блю Скай. - Поскакали!


Кобылки сорвались с места и поскакали вниз, не дожидаясь меня. Я подхватил пиломеч, прижав его к боку, и сбежал следом за ними. Даже Голден в порыве надежды позабыла об осторожности, а ведь она видела, какой приём нас ждал повсюду в этой проклятой стране! Но, к счастью, никто нас не атаковал. Пони, находившиеся возле перехода, удивлённо уставились на нас, некоторые отступили к домам, однако никто не встал у нас не пути. Тем не менее, я всё-таки подхватил кобылок своей магией и приостановил их.


- Они так подумают, что мы идём их захватывать! - воскликнул я. - Ведите себя достойно!


- Правильно… - согласилась со мной Голден. - В конце концов, мы представители Эквестрии!


Мы перешли по деревянным мостикам, связывающим земли Медальона и Терраннику, и ступили на землю этой страны. Тут и оказалось, что мы несколько недооценили обороноспособность мирных пони — едва мы перешли мост, как перед нами возникли стражи в серебряных доспехах и с раздвоенными копьями, которые оказались в опасной близости от наших тел.


- Кто вы такие? - строго спросил седогривый единорог с рисунком в виде красной розы на грудной пластине.


- Беглецы с земель Винтер, - ответила ему пегаска. - Меня зовут Блю Скай, это Голден Лаурель, Нефрит и Сомбра.


Жеребец строго посмотрел на меня, но, похоже, что присутствие трёх кобылок его успокоило. Голден и Блю Скай на захватчиков совсем не походили, Нефрит выглядела слишком усталой, и я оставался единственным, кто смутил его.


- Моё имя Кнайф. Генерал Кнайф, командующий войсками Медальона, - он негромко кашлянул. - Если вы действительно беглецы — сдавайте оружие.


Чувствуя лёгкую нервозность, я снял с себя Рубило и передал его Кнайфу. Тот отшатнулся от меня, словно бы я протягивал ему ядовитую змею.


- Айронтер?! Откуда он у тебя, единорог?


- Отбил в схватке, - ответил я.


Недоверчиво хмыкнув и подняв мой меч своей магией, Кнайф обернулся к стражам.


- Оставайтесь на местах! Я отправлюсь с ними в Медальон, - он почему-то искоса взглянул на меня. - Таким пони требуется мой личный присмотр.


- О, не утруждайте себя… - начал было я, но взгляд Нефрит заставил меня умолкнуть. Кнайф покачал головой.


- Поверь, Сомбра, это необходимо. Этот меч, - он посмотрел на зазубренное лезвие Рубила. - Может причинить много зла в плохих копытах. Как и его собратья.


- Его… Собратья?


- Это один из трёх мечей… - Кнайф не договорил. - Пойдёмте. Я не тот, кто должен беседовать с тобой, Странник.


Вот этого ещё не хватало. И здесь ко мне прицепились с этим прозвищем.


- Почему тебя так называют? - шепнула Блю, когда мы двинулись следом за жеребецом.


- Хотел бы я знать ответ…


Мы вступили на главную дорогу и двинулись мимо домиков здешних обитателей. Признаюсь, приятно было видеть, что, пусть на нас некоторые и смотрели с опаской, большинство же пони оказались больше заинтересованы, чем напуганы. Некоторые жеребята, будучи самыми любопытными существами на свете, даже попробовали подойти к нам поближе, хотя взрослые немедленно отзывали их.


- Вы заинтересовали наших жителей, - на ходу произнёс Кнайф. - У нас не так уж и часто бывают гости. Тем более, такие. Никогда не встречал столь странного единорога.


- Я вовсе не странная! - пришла мне на помощь Нефрит, хотя она, конечно же, прекрасно понимала, про кого говорит Кнайф. - Мне бы только умыться и гриву расчесать…


Ведомые им, мы приближались к городским воротам. Теперь я видел, что их не только окружает защитная магия, но в бойницах, проделанных в стенах, на захватчиков грозно смотрят морозные луки, а на стене установлены внушительного вида катапульты. Защитные чары Медальона были призваны скрывать истинную мощь города, и я готов был отдать хвост под ножницы, что источник их находился в той самой шестилучёвой звезде, что сверкала на остроконечной башне замка.


- Какая красота… - не удержалась Блю от восхищённого выкрика.


Гром разнёсся над землёю. Я удивлённо задрал голову к небу, но тут же осознал, то что гремели механизмы, открывающие ворота. Их массивные створки с чудовищным грохотом стали отворяться перед нами, открыв отряд драконовсадников, которые проскакали мимо нас на двуногих существах, похожих одновременно и на хищных ящеров, и на птиц, благодаря густому пёстрому оперению. Пони, сидевшие на них, были вооружены необычайно длинными копьями с раздвоенными наконечниками на одной стороне и широким клинком на другой. Судя по двум копытозубояткам, такое копьё можно было разъединить на две неравных части, одной чтобы колоть, второй — чтобы рубить. Интересное оружие… А вот защиты на жеребцах и кобылах сурового вида практически не было, лёгкий кожаный доспех, да ещё и полушлем, прикрывающий верхнюю часть морды, головы и затылок. Ни одного пегаса среди всадников не было, зато я увидел их на стенах, возле единорогов, обслуживающих катапульты и пони, стоявших у морозных луков.


- Добро пожаловать в Медальон, - сказал Кнайф, пригласительным жестом указывая на врата.


Я переглянулся с Голден — она кивнула в ответ и мы вместе, бок о бок, прошли вперёд. Открывшийся нам вид был просто великолепен: окружённый невысокими домиками, утопающими в зелени фруктовых деревьев, за стеной вздымался величественный замок. Окружённые собственной стеной семь башен его производили впечатление нерушимой твердыни, пони в золотых доспехах стояли на страже, ещё один отряд всадников переходил через заполненный водой ров, окружавший замок, тут и там сверкали магическими разрядами белоснежные кристаллы, энергия от которых переходила в воду и оттого вверх взмывали неяркие полупрозрачные столпы энергии. Те мирные жители, что жили за стеной, одеты были небогато, но одежда на них была чистой и не потрёпанной временем, в глазах их по отношению к нам светился только интерес, и никак ни страх и ни предательство. Я почувствовал, что здесь мы и вправду будем в безопасности…


- Лотос! - воскликнул тем временем Кнайф, обращаясь к красивой белоснежной единорожке с зелёными копытцами и розовыми кончиками белой гривы и хвоста. - Этих пони нужно устроить на отдых. Они могут остановиться у тебя в доме?


- Конечно же, - кивнула единорожка.


Кнайф обернулся к нам.


- Вы можете пойти и отдохнуть, - сказал он. Его взгляд задержался на Блю Скай. - И подлечиться. А ты, Сомбра, пойдёшь со мной — я должен представить тебя королю Ройялу.


- Если он куда пойдёт, то только со мной! - твёрдо заявила Голден.


Я повернулся к ней.


- Тебе не обязательно…


- Обязательно! - упрямо бросила кобылка. Больше спорить с ней ни я, ни Кнайф даже не пытались. Расставшись с нашими подругами, мы поскакали к замку.


* * *


Тронный зал Медальона поражал своими размерами — там можно было разместить небольшую армию. С осадными орудиями. А в коридорах, ведущих к тронному залу, свободно можно было проводить манёвры... Если только не бояться попортить золотые и серебряные изделия, красивые статуи и гобелены на стенах.


Мы застали короля Ройяла в час завтрака - за огромным лакированным деревянным столом, на котором стояли всевозможные виды салатов, печёные яблоки, огромные пироги, кривобокие кексики, фрукты и ягоды, среди многочисленных слуг восседал осветло-зелёный единорог с красной гривой, одетый в серебряные доспехи и чёрную мантию, с искусной золотой короной на голове, немного кривоватой и всё же достаточно красивой. Или же её искривлённые зубцы были сделаны такими специально?


- Приветствую вас в своём доме, Странник Сомбра, - обратился он ко мне, едва мы прошли в тронный зал. - Прошу, присаживайтесь.


- Спасибо, - я опустил свой круп в свободное кресло, сев напротив единорога. Голден Лаурель поклонилась королю.


- О, простите. И вы тоже можете сесть, - наконец-то догадался единорог. - Итак, позвольте мне представиться - Ройял. Правитель Медальона. Ваши имена мне известны, поэтому можете не отвечать, - он прищурился. - Вам действительно удалось сбежать из Железных гор без посторонней помощи?


- Да, - кивнул я, с трудом сдерживая животный инстинкт, пробудившийся во мне при взгляде на все эти блюда. Мы не ели с вечера.


- Если честно, я был очень удивлён, узнав, что вам это удалось. Но у меня есть вопросы, - он повернулся к Кнайфу. - Дайте мне его меч.


Кнайф с почтением передал Рубило королю. Все слуги и мы застыли, наблюдая за тем, как Ройял провёл копытом по клинку и поднёс меч к глазам.


- Это он… Айронтер, - проговорил Ройял, посмотрев на меня с удивлением. - Где ты его отыскал?


- Он был у одного из бандитов, которого ему пришлось убить по пути сюда, - сказала Блю Скай.


- С таким мечом можно убить не одного бандита…


Король вдруг поднялся.


- Сомбра. Я хочу, чтобы ты кое-что увидел, - он мельком посмотрел на слуг. - Оставьте нас. А ты, Кнайф, принеси Эверскрипт.


Пока жеребец ходил за этим Эверскриптом, король великодушно предложил нам позавтракать. Голден Лаурель деликатно положила на свою тарелку несколько помидорок, в то время как я уделил должное внимание салату из овощей. Но не успели мы как следует приступить к завтраку, как вернулся Кнайф и передал королю чёрную книгу с золотым тиснением на обложке. Ройял положил её на стол, перелистнул почти на середину и показал нам рисунок.


Голден вскрикнула. Я сдержался, хотя мне тоже хотелось закричать — на обложке был нарисован страшный дракон, пожирающий пони и сжигающий дома.


- Это Трон, последний из магических драконов. - сказал он и принялся читать.


«Трон был создан Винтер Стар, и является последним из магических драконов в Терраннике. Для управления им Винтер Стар использовала доселе неизвестный способ — она заключила Кристалл Смерти в переплавленный меч Эодора, меч великого короля земных пони, назвав его Даронг, драконий меч. К сожалению, Винтер Стар утратила контроль над своим питомцем и однажды тот сумел сбежать, при этом захватив с собой и меч. Так как чешуя Трона неуязвима для любого оружия, в том числе и боевой магии, и убить его можно только Даронгом, то теперь это, пожалуй, самое опасное создание в нашей многострадальной стране, и единственное существо, которого боится даже сама Винтер…»


Он захлопнул книгу и посмотрел на меня.


- Я хочу дать тебе задание, Сомбра. Даронг, великий драконий меч, был украден Троном и спрятан в его пещере. Пони, владеющий этим мечом, станет повелевать и троном, - он указал копытом на Рубило. - У тебя есть Айронтер. С ним ты можешь отыскать Даронг и заставить Трона подчиниться нам…


- Зачем вам это?


- Затем, что с Троном мы могли бы бросить вызов Винтер, - ответил король.


- У вас же есть войско! Почему вы не боретесь с Винтер и так? - не подумав, спросила кристальная пони.


Посуда на столе подпрыгнула, когда единорог изо всех сил ударил копытом по столу. Рог его вспыхнул, грива поднялась, а в глазах появились огоньки ярости.


- Не боремся? Что ты знаешь, жеребёнок?! Даже если я сейчас сгоню со всего Медальона всех жеребцов, считая жеребят, больных и стариков, мы не наберём и четырёх тысяч голов! А у Винтер их десять тысяч, и это не крестьяне или ремесленники, фермеры или торговцы, это настоящие воины! И вооружены они лучше, и боевые заклятия им известны! Они не суются в Медальон только потому, что здесь - наша территория и ещё потому, что наши высокие стены и магический купол им не по зубам!


- Но ведь можно позвать помощь… - осторожно вставил я. - Жители других деревень, городов, могут прислать вам воинов! Мы видели, Винтер ненавидят и боятся по всей Терраннике!


- Никто никого не пришлёт! - видно, Ройял сильно разозлился. - Эпоха эгоизма, каждый сам за себя! Авторитет Медальона слишком низок, а страх перед Винтер слишком велик. Никто не хочет сопротивляться, всем слишком страшно за свои жалкие жизни! Ушли в прошлое времена дружбы и взаимовыручки!


- Я в это не верю, - нахмурился я. - Если вы знаете наши имена, то вам должна быть известна и наши виды. Единорог, пегас, земная пони…


- Вы не из нашей страны, - махнул копытом Ройял.


- Что… Откуда вы?…


Ройял тяжело вздохнул и поднялся с трона.


- Принцесса Селестия сказала мне об этом. Вставайте. Думаю, Сомбра, у тебя имеется много вопросов — пора бы на них ответить.

В пасть к дракону

Несмотря на свой явно преклонный возраст, король Медальона Ройял шагал весьма энергично. И провёл он нас в не такое уж и обычное место - это была сравнительно небольшая, но красивая зала: стены из белого камня украшала занимательная резьба, изображающая морские волны и порывы бури, пони и драконов, густые леса и аккуратные домики; вместо окон в стены была вкраплена мозаика, изображающая земных пони, единорогов и пегасов, фестралов и аликорна, в котором я с удивлением узнал черты Винтер Стар, хотя по окрасу она больше напоминала принцессу Луну — чёрная шесть и волшебная синяя грива… Только вот мордашка была гораздо острее, чем у принцессы или даже у королевы. Хищная такая…


- Кто это? - опередив меня, спросила Голден Лаурель.


- Её звали Найтмер Мун, - каким-то тусклым голосом ответил Ройял и взглянул на меня. - Когда-то она захватила разум и тело сестры принцессы Селестии. По твоей вине, Сомбра.


Я помнил это. Хотя на самом деле в те времена я сам был подчинён злу — а именно Королю Сомбре, что захватил моё сознание. Я видел себя, стоявшего посередине тронного зала с устрашающей боевой косой, окружённой моей магией, и двух кобылиц против себя — принцесс Эквестрии. Вот Селестия, одетая в золотые доспехи и вооружённая секирой, и рядом с ней Луна, магией державшаяся длинный меч. Битва пронеслась перед моими глазами за несколько секунд, я помнил, как мы пытались уничтожить друг друга, как моя магия сначала захватила Селестию, но Луна принялась биться за сестру и позволила ей выдержать это испытание… Чтобы и самой оказаться во тьме. Именно Найтмер Мун победила меня в первый раз, а не Селестия и Луна, как принято рассказывать.


- Да, это произошло по моей вине, - вздохнул я. - Но какое отношение Найтмер имеет к Терраннике?


- Как ты знаешь, Винтер Стар захватила власть достаточно давно. Она не могла не привлечь внимания Селестии, так как та чувствовала огромную злобу внутри Винтер и угрозу, что она несла стране Эквестрии. Принцесса смогла отыскать способ связаться с нами — через эту комнату…


Внезапно прямо под потолком залы вспыхнул ярчайший свет, заставивший нас всех зажмуриться. Подставив копыто ко лбу и щурясь, я всё же осмелился поднять глаза к этому слепящему свету — и перед тем, как этот невыносимый свет снова заставил меня сомкнуть веки, я увидел силуэт внутри его первозданной белизны.


- Ройял, пожалуйста, оставь нас, - внезапно услышал я мягкий, но настойчивый голос, который узнал сразу же. - Я хочу поговорить со своими пони наедине.


Судя по цокоту копыт, Ройял выполнил приказ. Едва двери залы закрылись, как свет померк, позволив нам открыть глаза… И увидеть лёгкую улыбку на мордашке принцессы Селестии. Она стояла перед нами, посверкивая золотой магией, что окутывала её рог. И хотя мне сначала показалось, что она иллюзорна, я быстро понял, что это не так — стоило ей поднять копыто, через которое словно бы проходили лучи света, хотя на самом деле они исходили от него… И приложила его к моей щеке. С замиранием сердца я вдохнул запах её шёрстки — лета и тепла, солнечных дней и раннего утра, светлячков, что летают в лесной темноте, звёзд, что никогда не покидают тёмного небосвода, даруя пони свет и надежду.


- Тебя охватывают сомнения, Сомбра, - сказала она. - Но ты не должен бояться своего прошло и будущего. Отдавайся всеми мыслями и силами лишь настоящему.


Я открыл глаза и посмотрел на неё. Она была великолепна в своей безукоризненной чистоте — не телесной, духовной. Белоснежная кобылица с невесомой улыбкой и добрыми глазами. Они смотрели на Голден Лаурель.


- Моё решение было твердо, несмотря на сопротивление сестры. Я знала, что Сомбру ещё можно спасти — но я убеждена и в том, что ты помогаешь ему вернуться на путь добра.


- Благодарю вас, принцесса, - склонилась перед ней Голден Лаурель. - Если бы я сомневалась в этом, я бы никогда не отправилась за ним в Терраннику.


Я принял решение, что мне пора бы вернуться в разговор.


- Так что же нужно от меня? Свергнуть Винтер Стар?


Взгляд Селестии стал очень печальным.


- Именно так, Сомбра... Винтер Стар - тёмный маг, как и ты в своём прошлом. Было время, когда ты, втайне от меня и своей истинной любви, пытался захватить власть над Эквестрией. Ты заигрывал с древними заклятиями из книг в запретных секциях, и в результате Тьма в твоей душе росла… До тех пор, пока не обрела самостоятельную силу, полностью переборов как Кристальную Империю, так и тебя самого. Я вместе с принцессой Каденс воспитали ту, которой было суждено очистить тебя от этой Тьмы, уничтожив её... А твоя светлая, но опытная в тёмных путях половина моей волей перенеслась в Терраннику. Хотя мне и не нравятся твои методы, я не могу не признать, что они эффективнее наших. И если кому-то суждено побороть Трона, так это тебе, Сомбра. Тебе и Голден, вновь соединившимся сердцам.


- Но это же дракон… - попробовал вставить я. Огромная, закованная в чешую-броню, огнедышащая (почти наверняка) машина, созданная природой для убийств, горя, смерти, слёз, стенаний, жалобных воплей, криков о помощи, стонов умирающих, искалеченных, раненных, потерявших своих друзей, родных, своё имущество и дома. Кстати, все эти мысли пронеслись в моей голове яркими картинками. С озвучкой. Хорошо ещё, что, кажется, это были не воспоминания, а бред моей фантазии.


- Трон — не просто последний магический дракон, он единственный, кого боится Винтер Стар, - ответила мне Селестия. - Он чудовище, но чудовище, способное подчиниться пони. И помочь им… Даже против собственной воли.


Внезапно она обеспокоенно осмотрелась по сторонам и снова взглянула на нас.


- Винтер чувствует меня, - пояснила Селестия. - Это ведь не магия Луны, что странствует по Миру Грёз, моя магия оставляет видный свет. Я не смогу долго находиться здесь… Потому выслушай меня, Сомбра. В прошлой жизни ты делал достаточно много зла, равно как и добра. И лишь от твоих действий сейчас зависит, чем ты станешь в будущем. Негодяем, презираемым всеми бродягой… Или моим другом, каким был когда-то.


С этими словами Селестия зажгла свой рог яркой магией и исчезла из залы. Хотя она была достаточно освещена, после её ухода нам показалось, что свет померк. И не только внешний свет, но и тот, что разливался по нашим душам.


- Что же нам делать? - спросила Голден Лаурель.


- Идём спать, - просто сказал я, хотя мысли мои были заняты вовсе не сном. Да, Селестия права во всём — в том числе и в том, что мне предстоит пережить завтра.


* * *


Моя уловка почти удалась. Взяв плащ и меч Айронтер, я ещё до рассвета, предупредив Кнайфа, который всю ночь наставлял меня насчёт Трона, тайно выбрался из замка — жаль было уходить просто так, но не стоило будить Голден Лаурель, она наверняка бы увязалась за мной. Выйдя из замка и остановившись на миг, я насладился видом мирной жизни: на улицах Медальона ещё никого не было видно, лишь одна-единственная земнопони с корзинкой в зубах вышла из своего домика и направилась куда-то к стенам города. Спокойная походка пони, дробный цокот её копытц и шелест листьев на деревьях создавали чудесную тихую мелодию. Я мысленно поклялся себе, что если мне удастся вернуться из пещеры Трона, я сделаю так, чтобы вся Терранника зажила той спокойной и приятной жизнью, какой жили пони Медальона в часы, когда не беспокоились об атаках Винтер Стар.


Главные ворота Медальона были открыты, поскольку в них как раз въезжала тележка, нагруженная какими-то ящиками. Почувствовав некоторую дрожь при взгляде на тащивших тележку ящеров — выглядели они внушительно, эти покрытые множественными наростами монстры! - я прошёл мимо стражника в золотых доспехах, который даже не подумал меня остановить, и оказался за стенами Медальона. Поправив свой плащ, взятый больше для того, чтобы скрыть от чужих взглядов меч, а не защищать меня от прохладного утреннего воздуха, я бодро зашагал на юг, однако не успел я отойти от Медальона и на сто шагов, как позади меня раздались крики:


- Эй! Сомбра! Подожди нас! Стой!


Я развернулся на оклик и почувствовал острое желание ударить себя копытом по лбу. Ко мне бежали Блю Скай и Голден Лаурель. Пегаска была вооружена коротким кинжалом-зубником и несла седельную сумку, кристальная пони же не удосужилась вооружиться вообще ничем, но налегке не скакала, а несла на спине сразу две сумки. Именно она и споткнулась, плюхнувшись на дорогу и подняв целый столб пыли. Со вздохом, в который я вложил все одолевавшие меня чувства, я подбежал к ним и магией помог Голден подняться.


- И куда это мы собрались? - придав голосу как можно большую строгость, спросил я.


- Плохой вопрос. Разве тебе не ясно? - Блю расправила своё правое крыло и стала его чистить.


- Мы идём с тобой! - добавила Голден. Копыто Селестии!


- А с чего это ты решила, что я позволю вам пойти со мной? - нахмурился я. - Возвращайтесь в Медальон. Там хотя бы безопасно!


- И оставить тебя на растерзание Трону? - прыснула пегаска. - Ещё чего!


Голден Лаурель была так же непреклонна:


- Я только тебя нашла, и не хочу просто так потерять! Я иду с тобой, или тебе придётся прямо сейчас сделать из меня кристальную статую!


- Кобылы… - фыркнул я. - Хорошо! Только не лезьте за мной в пасть дракона, ясно? И.. Блю, - я сменил тон на чуть более мягкий. - Если со мной что-то случится, верни Голден в Медальон. Прошу тебя.


Пегаска лишь отмахнулась крылом, задорно подмигнув мне.


- Ничего с тобой не случится. Я же с вами тоже иду!


Прекрасно. Три понячьи котлетки вместо одной. Трон будет просто счастлив! Но спорить с ними было бесполезно. Тем более, что оказалось — Кнайф и им выдал путь к Трону. На восток, к весьма приметной горе, стоявшей отдельно от пояса своих собратьев. Где-то там в старинные времена располагалась старая крепость… Интересно, почему драконы так любят горы, заваленные золотом пещеры, старинные замки? Почему дракон не может лежать где-нибудь на цветочной полянке или в прекрасном лесу? Нет, он залезет в самый круп. Спасибо ещё, что дорога оказалась весьма лёгкой — нам не встретилось ни зверей, ни враждебных пони, и мы ещё до полудня достигли гор, сделав перерыв лишь для лёгкого завтрака. Но если идти оказалось легко, то в каждом из нас поселилась неприятная тяжесть, грозившая перерасти в самый обыкновенный страх. Мы не шутили и не разговаривали, старались прислушиваться к любому, даже самому ничтожному звуку, и постоянно поглядывали на чистое безоблачное небо, опасаясь, как бы свет солнца не закрыла драконья тень. Пейзаж вокруг нас постепенно менялся — вместо зелёных лугов поднималась посеревшая трава, листва на деревьях увядала, всё чаще стали попадаться неширокие болотца и дурно пахнущие пятна пустой земли. Этих пятен становилось всё больше, и, когда мы были вынуждены перейти одно из них, нам в носы ударил удушливый запах гари. Но мы не остановились.


Вскоре мы оказались у подножья одинокой горы, с удивлением ощутив под копытами твёрдость — как оказалось, под слоем пепла находился растрескавшийся камень. Здесь Блю вспомнила, что в жеребячестве она слышала рассказ о том, как сотни лет назад одно поселение на юге Терранники, свободное от тирании Винтер Стар, оказалось уничтожено Троном. Как любой поймёт, это сообщение меня совсем не обрадовало. Но хуже всего было другое… Оказалось, у Трона имелось весьма специфичное чувство юмора. Только дракон с по-настоящему перекошенной психикой мог сотворить целый город из костей. И я ничуть не преувеличиваю.


- Селестия… - пискнула Голден Лаурель, прижимаясь к моему боку.


Молчавшая, но дрожавшая Блю Скай прижалась с другого, пока я, прижимаясь к ним обеим, рассматривал разрушенные дома, превращённые в руины крепостные стены, горы битых камней, деревянных обломков, и… Скелеты. Скелеты пони в доспехах и без, скелеты драконов, наваленные на крышах, просто кости тут и там, разбросанные в кажущемся беспорядке, однако всё же содержащие какую-то систему. На самом деле, вполне простенькую систему — все остатки были расположены так, что выходило, будто бы они борются друг с другом. У некоторых даже сохранились уже проржавевшие латы и обломанные копья, там скелет дракона валится под напором собрата, а тут другой раскидывает в сторону единорогов. Жуткое и омерзительное зрелище.


- Скольких же пони он сожрал… - проговорила Голден, озираясь на скелеты пегасов, выстроенных на главной городской площади.


- Это только те, кого он просто убил, а не съел, - ответила Блю Скай. Голос пегаски дрожал, как осенний лист. - Не могу поверить, что позволила себя в это втянуть. И как мы справимся с таким чудовищем?


- Найдём меч Даронг и приставим к его прожорливой глотке, - бросил я, почувствовав укол лёгкой злобы на такие слова пегаски. Но эта злоба не могла затмить страха: руины были превращены Троном в кладбище, только вот все скелеты не лежали в могилах, а возвышались тут и там, смотря на нас пустыми глазницами и скалясь устрашающими улыбками. Беглым взглядом я насчитал не меньше десяти драконов и сотни две пони — одни скелеты едва в прах не рассыпались от старости, другие же казались… Свежими.


- И как же мы сможем справиться с таким чудовищем, даже при помощи этого Даронга? - изумилась Блю Скай, оглядывая ещё раз эту нелицеприятную картину. Едва дышавшая Голден Лаурель напротив, с надеждой взглянула на меня.


- У меня есть план… - медленно произнёс я, чувствуя, как взгляд этих напуганных глазок придаёт мне уверенности. - Давайте рассуждать логически. Если этот меч заколдован так, что может убить Трона, то дракон должен держать его при себе, не так ли? Он не оставит его без присмотра, учитывая, что Винтер Стар тоже мечтает вернуть Трона под свою власть. Значит, нам нужно тайно пробраться и обследовать пещеру дракона… А раз пещеры здесь нет, то ставлю свои копыта на то, что Трон живёт в цитадели крепости! Я отвлеку дракона, а вы отыщите меч и передайте его мне!


- И ты ещё шёл сражаться с ним в одиночку, - буркнула Блю.


- Я надеялся пробраться и обследовать его пещеру, но с вами это будет сделать гораздо легче, - признался я. - В крайнем случае, я попробую отвлечь дракона, а вы отыщите Даронг!


- Гениальный план! - заявила пегаска и скептически развела крылья в стороны, наклонившись вперёд. - Коротко и понятно!


- А большего и не надо. Это же дракон! Большая, тупая, злобная тварь… И, судя по всему, одинокая, раз он в скелетики играет.


- Ты ещё и шутить время нашёл… - поморщилась терраннийская пони.


Улыбнувшись ей, я направился прямо к цитадели, осматривая её от верхушки до основания. Нечёткий план, обретавшийся в моей голове, становился всё яснее.


- Там наверху есть проход, - сказал я. - Блю, поднимитесь с Голден Лаурель туда. Не думаю, что Трон предпочитает спать на верхнем этаже, так что у вас есть все шансы спуститься незамеченными. А я войду через главный вход.


Подбежавшая Голден Лаурель так сильно обняла меня, что дыхание спёрло. Какой же она была приятной на ощупь…


- Береги себя, Сомбра, пожалуйста! - прошептала поняшка. Я копытом отодвинул кристальную пони от себя, но кобылка снова прижалась ко мне. - И будь осторожен!


- Главное — ты себя береги… Ну-ну, успокойся! - я снова отодвинул Блю и быстро потёрся мордой о её мордашку, в то время как пони чмокнула меня за ушком. - Если Селестия верит в то, что я это сделаю — значит, так оно и будет! А вы отыщите Даронг!


- Чудесно! За тобой будет гнаться дракон, а мы станем искать меч.


- Может, наоборот? - улыбнулся я.


- Мы станем искать меч, а за тобой будет гнаться дракон? - с самым невинным видом спросила Блю. Что же, и вправду — наоборот…


Я натянул самую уверенную улыбку, на которую был способен.


- Ты совершенно права! А теперь — за дело!


Кобылки только направились к верху башни, а улыбка уже слетела с моей морды. Поводов веселиться не было — я совался прямо в пасть дракона, причём без возможности его одолеть. Хотя… Магией подведя Айронтер к глазам, я посмотрел на меч и спрятал его под плащ. Может, мне и суждено погибнуть в зубах древнего ящера, но простой добычей я для него не стану. Лёгкой рысцой я поскакал прямо к цитадели.


Вход в неё был расширен. Я вынужден был сбавить скорость, осторожно ступая по наваленным камням и посматривая на разбитый потолок. Трон выходил на охоту через парадный вход. Судя по пролому, который дракон делал для крыльев и головы, размеров он действительно был огромных. И как какой-то меч, который по сравнению с ним покажется швейной иголкой, может ему навредить? Впрочем… Да, у меня не было иного выхода, кроме как выяснить ответ на этот вопрос. Пробежав по камням, я оказался перед стоявшей в груде развалин аркой, когда-то бывшей коридором, а миновав её, я увидел то, ради чего живут все драконы-мясоеды, в отличие от обычных эквестринских драконов: золотые и серебряные горы поднимались тут и там; монеты, украшения, оружие и латы лежали на полу; по краям сверкали холмы из драгоценных и полудрагоценных камней, изумрудные поля пересекали гранатовые реки, алмазы блестели в лучах магических световых кристаллов, рубины горели под вспышками необузданной энергии грозовых, внутри прозрачных стен которых бесновались молнии. Но всё это великолепие поглощал омерзительный запах, царивший здесь… И портила туша ярко-красного дракона с чёрными полосами на боках и белыми рогами на затылке треугольной головы. Его чёрные когти проделывали глубокие борозды в золотых кучах, а оранжевые глаза, подёрнутые паутиной красных кровеносных сосудов, смотрели прямо на меня чёрным, словно ночь, вертикальным зрачком.


- Надо же! Обычно я вылетаю на охоту, а сегодня мясо само пришло ко мне! - заявил он и голос его, чудовищно громкий и болезненно бивший в уши, разнёсся по всей цитадели.


- Не хотелось бы дерзить тебе, о Трон, могучий дракон, - с сарказмом произнёс я, вытаскивая из-под плаща Айронтер. - Но этот обед окажется тебе не по зубам.


Передние лапы дракона сдвинулись ко мне, вороша золото и показывая мне во всей красе длинные когти, каждого из которых хватило бы, чтобы проткнуть меня от груди до крупа. Я лишь сжал зубы, держа своё оружие, пока дракон поднимался надо мной — его голова доставала чуть ли не до самого верха цитадели, где сохранились остатки рухнувших лестниц и проломленных комнат, а капля слюны, упав рядом, едва не забрызгала меня. Увернувшись от этой мерзости, я задрал голову — Трон наклонился вперёд скаля омерзительную пасть, в которой с лёгкостью уместились бы два-три пони.


- Я покажу тебе, как нужно говорить при встрече со своей погибелью! - объявил он и я увидел, как его горло окрасилось цветами пламени. Осознав, что сейчас произойдёт, я одним рывком бросил плащ — и побежал, но не к выходу, как мог надеяться Трон, нет. Я рванул под его ноги, справедливо полагая, что собственное пламя дракону не покажется приятным. Трон, выплюнув огненный протуберанец, опомнился, замер и с яростным воплем отправил огонь вверх, под крышу цитадели. Я обмер — ведь там же были мои кобылки!


- Ах ты скотина! - проорал я и со всей своей телекинетической силы, удесятерённой яростью и страхом, ударил по пальцу одной из задних лап дракона. Меч лишь соскользнул по чешуе, оставив на ней маленькую царапинку. В тот же миг лапа поднялась, осыпая меня золотом — и где он набрал столько! - и опустилась на меня. В последний момент успев отпрыгнуть, я едва не попал под его когти, но увернулся и врезался в шлем древнего воина Терранники, — серого, снабжённого двумя загнутыми вниз рогами - прочно застряв в нём головой — мой кривой рог распорол отверстие, предусмотренное только для округлого.


- Кажется, у меня вскоре появится ещё один экспонат! - прогремел надо мной Трон. - Это моё хобби — выставлять мертвецов на обозрение глупцам!


- Скорее, глупцу! - рявкнул я, оборачиваясь. Дракон поднял переднюю лапу, расправив крылья, и взмахнув ими, попытавшись раздавить меня той самой лапой, но я прыгнул в сторону и снова ударил Айронтером. Меч снова не причинил дракону вреда, зато я увидел Блю Скай — пегаска крутилась позади хвоста Трона, увенчанного длинным треугольным шипом, и разыскивала в золотых кучах Даронг. Чуть в стороне от неё я увидел Голден Лаурель, занимающуюся тем же. Теперь мне нужно было всё внимание Трона отвлечь на себя!


- Ну же, слизняк с крыльями! - крикнул я, взмахнув мечом перед своей мордой. - Неужели ты настолько слаб, что не можешь справиться с пони? Тогда я облегчу тебе задачу!


В один безумный скачок я перепрыгнул на драконью лапу и побежал по ней, цепляясь копытами за чешую, к плечу. Трон яростно зарычал и попытался стряхнуть меня, но я с воплем вонзил меч между чешуек и вцепился в него передними, повиснув так, что ноги сразу же заломило от боли. Плевать! Стискивая зубы, я уцепился задними копытами за чешуйки Трона и заставил себя приподняться, вскарабкиваясь дальше, на плечо дракона. Всё ещё сосредоточенный на мне, он не обращал внимания на кобылок, а я вот увидел их с высоты… И отчаялся. Казавшихся такими маленькими Блю Скай и Голден Лаурель окружали целые кучи награбленного драконом добра, и где же тут искать Даронг — неизвестно. И непонятно.


- Вот ты блоха! - рыкнул дракон и его лапа пролетела надо мной. Я едва успел опуститься вниз по чешуе и новым прыжком перепрыгнул на лапу, чтобы вернуться на путь к плечу дракона. Упираясь на Даронг, я кое-как всё же смог забраться на него и подскочил к морде. Каким бы неуязвимым не был, глаз твой я проколоть точно сумею! Впрочем, я был слишком самонадеянным, потому что Трон не собирался более меня терпеть и одним сильным толчком попытался скинуть меня на землю. При этом он повернулся и его громадный зрачок расширился, углядев кобылок.


- Блохи по одному не ходят! - взревел он. - Кажется, стоит провести большую чистку!


Он двинул плечом так, что на этот раз удержаться у меня не было ни единого шанса. Потеряв под собой твёрдость чешуи, я закувыркался вниз, но в последний момент успел подхватить себя собственной магией и даже не осознал, что именно произошло. Коготь пролетел мимо, разрушив мою сосредоточенность, а вследствие — и магию. Я грохнулся на землю, шлем откатился в сторону, в то время как Трон развернулся к кобылкам - и пламя забило из уголков его пасти.


- Тебе стоило бы здесь прибраться, Трон! - внезапно услышал я крик Блю Скай. - У тебя тут валяется слишком много острых вещей!


Перевернувшись на живот, я увидел пегаску, взгромоздившуюся на золотую кучу. Голден Лаурель кинулась к ней и в этот же момент огненный вихрь устремился к кобылкам. Я закричал, пытаясь выставить на их пути защиту, но мой рог лишь сверкнул зелёными искрами. Сердце моё замерло… И в тот же миг Блю Скай бесстрашно рванулась навстречу огню, что-то сжимая в своих зубах. Пламя окутало её и вдруг разлетелось в стороны, не причинив никакого вреда пегасочке. Ошарашенный Трон с громким рёвом поднял левую лапу и обрушил её на Блю Скай, но пегасочка отлетела назад, зависла вертикально и вдруг рванулась навстречу его когтям. Я видел, как сверкнул меч, а затем Трон взревел вновь, на этот раз от боли — и что-то тёмное отделилось от его лапы, упав рядом со мной… Я попятился от ужаса и омерзения — это был отрубленный пегаской драконий палец. Блю Скай не остановилась — спикировав к Трону, она мечом резанула его по боку, рассекая чешую с лёгкостью входящего в масло горячего ножа, затем вспорхнула вверх и приставила Даронг к горлу Трона. Зарычав, тот попятился, споткнулся и рухнул на задние лапы, взмахнув передними и расправив свои крылья, ударившие в стены цитадели.


- Сидеть! - выкрикнула пегасочка. - А теперь выбирай, Трон — или ты присоединишься к нам, или же с твоей головой случится то же, что и с твоим пальцем, болотная ты жаба!


В дополнение ко своей угрозе пегасочка приблизилась к врагу и приставила меч к его нижней челюсти.


- Так что ты скажешь, о великий Трон? - спросила она, отводя меч назад и беря его изогнутую копытоять в оба передних копыта. - Ты будешь служить нам?


- У меня только один хозяин… - убитым голосом рыкнул Трон. - Тот, кто владеет Даронгом.


- Значит, ты будешь служить мне, - объявила Блю Скай и без лишних слов спустилась к нам. Ловко подняв с земли богато украшенные ножны, она быстрыми движениями крыльев водрузила их с левого бока и вставила меч. - А что теперь, Сомбра?


Я взмахнул копытом, подзывая к себе Голден Лаурель, и обнял её.


- Возвращаемся в Медальон, - всё ещё не придя в себя после битвы, объявил я. Трон молчаливо смотрел на нас с высоты своего возраста. - На нём!

Примечание к части

К битве за Медальон:

https://www.youtube.com/watch?v=UsnRQJxanVM

Король Медальона

Странно, но Трон повиновался Блю Скай без оскала — и я не мог понять, то ли в мече это дело, или же он и в самом деле признал пегаску своей новой хозяйкой? Так или иначе, выбирать нам не приходилось — сначала Блю, затем Голден Лаурель, а последним и я вскарабкались на спину Трона, присев между шипов на его загривке — между них как раз было расстояние на целого пони, и можно было прилечь на задний шип спиной, обхватив передний копытами для страховки. А страховка ещё как понадобилось — у меня дыхание перехватило, когда Трон начал взмывать в воздух. Он взмахивал своими ужасными крыльями, сотрясая стены воздушными вихрями, затем поднял голову — и его пламя пробило выход из башни прямо в небеса Терранники, разбросав оплавленный камень во все стороны! Солнце, о котором мы уже успели позабыть, ослепило нас; но оно ничуть не повлияло на Трона, и гигант-дракон продолжил свой полёт. Блю Скай им не управляла, лишь сказала, куда держать путь — естественно, на Медальон. То-то удивятся пони, когда увидят это чудовище в наших копытах! Правда, об этом я подумал потом, а пока же крепко вжимался в шипы дракона — всё же летать на таких чудовищах не слишком подходящее занятие для пони!


Но тогда мы не знали о многом. Никому из нас и в голову не могло прийти, что как раз в это время Медальон подвергается величайшей опасности: верные Винтер Стар войска этой ночью добрались до Медальона и как раз после нашего ухода атаковали город. Мосты были обрублены — эта мера позволила совсем ненадолго отсрочить переход множества табунов через трещину на территорию королевства. Вскоре запылали оставленные хозяевами дома, поля вокруг Медальона вытаптывались, деревья срубались — не ради осады, просто так! Это было чудовищно… Защитники крепости, вышедшие на вылазку, были отброшены назад — Винтер созвала не менее двадцати тысяч копыт, и каждый, кто умеет думать и считать, осознает, какое колоссальное количество воинов атаковало город. На самом же деле, эта армия составляла две пятых всей мощи Винтер — земнопони, единороги и пегасы, кавалерия из ящеров, осадные орудия, копейщики, мечники, лучники… Они расположились вокруг города, собирая силы, чтобы затем попробовать взять стены приступом — и только самоотверженная храбрость воинов Медальона спасла его жителей. Они отбивали все атаки, несмотря на то, что город оказался покрыт лестницами, вцепившимися в камень его стен.


- Мы подлетаем как раз вовремя! - взволнованно воскликнула пегаска, указывая вперёд и вниз. - Смотрите!


С высоты драконьего полёта я мог ошеломлённо наблюдать за огромным войском, что выстроилось у стен города, успев скопиться за те часы, что мы отсутствовали. Жуткие осадные башни, обитые металлом, двигались вперёд, тучи, сгущённые пегасами, обрушивали молнии на город, сея ужас среди защитников, и прикрывая атаки крылатых воителей, что проносились над стенами, убивая, раня и скидывая с них пони, не щадя ни воинов, ни жителей. Моё сердце запылало яростью от увиденного — но тучи скрыли нас, и, делая облёт города, Трон показал мне ещё более худшую картину: воины покидали свои посты, в страхе убегая со стен, на которые с каждым разом вскарабкивалось всё больше врагов, сдерживать натиск которых не удавалось. Внезапно яркий луч пронзил небо — расчистил немного места и исчез, а зато благодаря ему я увидел, как две молодых кобылки в зелёных доспехах уносят со стены закованного в золотую броню Ройяла. Я решил, что он погиб, и был не так уж и не прав в своих мыслях — рана Ройяла была смертельна, но он оставался жив… А вот его воины дрогнули и наверняка побежали бы, если бы в зелёной вспышке я не телепортировался прямо на стену. Я не знаю, зачем это сделал — но я появился рядом с Ройялом, и взгляды всех защитников обернулись ко мне.


- Назад, трусы! - взревел я. - Не страшитесь врага!


- Их слишком много! - воскликнула одна из единорожек. - Их слишком много, Странник!


Я не удивился тому, что единорожки узнали меня. Я даже не порадовался тому, что Ройял открыл глаза и взглянул на меня — его взгляд был пуст, надежда в нём умерла. Безумная жажда крови затмила разум, рог раскалился от переполнявшей его магии, копыта сами рвались в бой.


- Скоро их станет поменьше, - вот и всё, что я тогда сказал. И был абсолютно прав!


Поднявшийся вопль осаждающих был ни с чем не сравним! Трон! Трон, ведомый волей Блю Скай, рухнул с небес яростным ураганом, всеуничтожающим смерчем! Расправив свои перепончатые крылья, он выставил задние лапы и снёс ими одну из башен, рассыпав обломки и тела пони, словно кукол, затем развернулся и выдохнул пламя на ближайший табун. Те, кто не погибли сразу, бросились прочь, горя и падая, вопя от боли или от страха. Трон развернулся на месте, крылом опрокинув ещё одну осадную башню, взметнув металл, дерево и плоть, затем выставил передние лапы, схватил ими третью, оторвал верхнюю часть от основной конструкции и кинул прямо на врагов. Наверху в восторге вскрикнули кобылки — Трон загородился крылом от тучи стрел, пущенных в него, и продемонстрировал, на что способны его лапы. Пони вылетали из-под его когтей, и вовсе не по своей воле, а задравший голову и страшно взвывший дракон врезался в самую гущу кавалерии противника, сея смерть и щедро одаривая ею всех на своём пути. Перемахнув на недобитую им башню, дракон силой крыльев сдул нескольких пегасов, вздумавших было атаковать его, и стал подниматься в воздух, крепко держа башню в своих четырёх лапах. Те, кто спрыгнул на землю, прожили недолго — изогнув шею, Трон наполнил башню пламенем и разжал пальцы, скинув её на убегающих пони.


Сам я обнажил меч и ринулся на стену, куда как раз ворвались враги. Поступок храбрый, но безумный, и он наверняка стоил бы мне жизни, если бы не наш дракон. Слишком перепуганные появлением Трона, пони Винтер не могли оказать мне сопротивления — я поразил первого, отрубил голову второму, прыгнул на осадную лестницу и оттолкнулся от стены. Крючья, ударившие, но не впившиеся в камень, соскользнули, и я полетел вниз, обрушив лестницу на головы тех, кто собирался по ней вскарабкиваться. У самой земли телепортировавшись вперёд, я упал в самую гущу врагов, как будто бы мог один противостоять этой армии или собирался обратить в бегство всё это войско. Но мне было абсолютно наплевать на количество врагов передо мной, а они в свою очередь слишком часто оглядывались на Трона, недооценивая меня. Моя магия раскидала прочь с десяток пони, не убив, но травмировав их ярчайшей вспышкой энергии. Первый из второго десятка напоролся на мой меч, хакнул, выплюнув кровь, когда я взрезал ему живот. Второму жеребцу пришлось отведать моего переднего копыта и вряд ли оно было менее смертоносным, чем меч. Задними я лягнул четвёртого, пока третий кривлялся подо мной с разрезанным боком, ещё по двум полоснул магией, последнего поднял телекинезом и без жалости опустил прямо на голову, услышав, как хрустнула ломающаяся шея.


Медальонцы, тоже немало поражённые мощью Трона, опомнились — так и не покинувший сцену Кнайф собрал несколько десятков воинов и с ними выбежал за ворота крепости-города, за ним последовали другие, ополченцы с вилами и копьями, выданными им уже в замке; единороги забили магией во все стороны, пегасы, перемахнув через стены вместе с лавиной стрел упали на врагов, сразу перейдя на копытобой, сокрушая противника, который уже был не в силах оказывать сопротивление. Я воздвиг над собой щит, затем опустил его перед мордой, отразив залп единорога Винтер, и только собирался кинуться на него, как хвост Трона расплющил врага вместе с четырьмя-пятью его собратьями. Наконец, под такой жуткой атакой вражеская армия дрогнула — одни поспешили убраться прочь, другие наоборот, кинулись к городу, но не сражаться, а сдаваться, на ходу скидывая доспехи и оружие. Не потеряв и полтысячи, войско в пять тысяч хвостов бросилось от ужасного Трона, едва убедившись в том, что обычным оружием дракона было взять невозможно. Маги-единороги драпанули с поля боя первыми, хотя я и не сомневался в том, что у любого единорога просто не хватило бы сил, чтобы совладать с Троном. Но зато Блю Скай и Голден Лаурель были теперь в полной безопасности. Забегая вперёд скажу, что нам удалось захватить даже пару сотен пегасов, хотя они почти не пострадали от атаки Трона. Вместе с ними в плен попало свыше трёхсот единорогов и больше четырёхсот земнопони: без осадных башен и лестниц, позабытых у стен, поддавшись рёву Трона, враги бежали от стен Медальона.


После того, как разрозненные остатки войска Винтер были либо уничтожены, либо взяты в плен, я вложил меч в ножны и поспешил обратно в город, разыскивать Ройяла. Голден Лаурель и Блю Скай уже слезли с Трона и под громкие крики защитников, расхваливающих их храбрость, вошли в город. Трон разместился у крепостных стен, завтракая пони в хрустящей корочке, но даже если это зрелище и показалось кому-то отвратительным, то перечить дракону никто не осмелился. Блю Скай к тому же была слишком устала после всех переживаний, а я был просто занят своими делами.


Ройял перенесли в его спальню. Старый пони не остался трястись в тронном зале, когда его городу грозила беда: он участвовал даже в вылазке, организованной кавалерией Медальона. Израненный король, зарубивший множество врагов, вернулся с остатками своего войска под защиту стен, но не покинул поле боя, а продолжал отражать атаки врагов. Бегство войска Винтер объяснялось тем, что кроме испытываемого ужаса от вида Трона, они лишились осадных башен и лестниц, как я уже упоминал выше; без них атаковать город было безумием, а вот в начале схватки врагам просто чудом не удалось прорваться в Медальон. Ройял был в первых рядах защитников, но храбрость не смогла оградить его от стрел и копий, от мечей пегасов…


Сейчас Личные покои Ройяла превратились в настоящую медицинскую палату. Правитель Медальона лежал в своей кровати, под уходом не только двух «зелёных» служанок, но и пара лекарей, единорожка и земнопони, что пытались врачевать его раны. Впрочем, по замаранным кровью простыням я понял, что дело плохо. И, что странно, когда я рубил пони в пылу схватки или наблюдал за Троном, никаких чувств я не испытывал — теперь мне едва не стало плохо, но я пересилил себя и поклонился перед пони.


- Ваше Величество. Трон теперь подчиняется нам, то есть владельцу меча, которым стала Блю Скай.


Пони взмахом копыта приказал врачам оставить его.


- Блю Скай... - он слегка, через силу, улыбнулся. - Эта та пегасочка, что потащилась с тобой непонятно зачем? - Очень хорошо... Она достойная пони… - вдруг его голос переменился. - Сомбра, мне нужно поговорить с тобой... Это очень важно...


Сегодня ночью, как раз перед вашим уходом, мне снился странный сон. Безумный, но такой чёткий, будто бы всё происходило наяву, - единорог часто-часто задышал. - Мне снилось, что меня посетила синяя кобылица… Сестра Селестии… Как же её…


- Луна, - подсказал я.


- Да, Луна… Она сказала мне, что мой земной срок вышел и скоро я отправлюсь к предкам. Впрочем, я это знал и без неё... Но она велела мне назначить преемника. Того, кто поведёт мой народ к победе. Того, кто справится с Винтер и вернёт на наши земли мир. Она сказала мне, чтобы я назначил новым правителем Медальона... Тебя.


- Меня? - я почувствовал, что каменный пол подо мной разламывается и я начинаю соскальзывать в какую-то огромную яму. - Но я же…


- Я видел, на что ты способен, - изрёк Ройял, чуть приподнимаясь. Врачи запротестовали, но пони-прислужницы помогли королю сесть, и теперь он смотрел на меня. - Я видел, как ты защищал мой город… А что ещё… Нужно в эти дни?


- Но я не представляю, как править Медальном!


- Ты? Король Сомбра? Не смеши меня! - он поморщился. - Тебе придётся согласиться…


Он внезапно изогнулся и обе медпони подскочили к нему, но единственное, что они могли сделать — это повернуться ко мне и произнести всего два слова, вырвавшиеся из их уст в унисон — а оттого прозвучавшие её страшнее.


- Король умер.


* * *


Смерть Ройяла стала настоящей трагедией для Медальона. Короля, облачённого в золотые доспехи, с прикреплённым к ним красным меховым плащом, в металлическом гробу, украшенном изображениями драконов, несли четверо единорогов. Золотые флаги Медальона сменили на чёрные полотна, народ вышел на улицы, чтобы попрощаться со своим правителем. Когда гроб выносили из ворот дворца, единороги-стражники дали залп разноцветными магическими лучами в затянутое тяжёлыми чёрными тучами небо, специально «подпорченное» пегасами, устроившими в этот действительно тёмный для Медальона день мелкий дождик, неприятно хлеставший по телу и морде, когда я поднимал голову, надеясь увидеть просвет. Но, похоже, просвета пегасы не запланировали. Под тихий перестук копыт Ройяла пронесли за город, где на поле белых цветов в нагромождении камней находился фамильный склеп, куда и внесли тело последнего представителя рода древних правителей Медальона.


Трона жители города перестали бояться быстро. Природное любопытство пони сыграло здесь свою роль - вскоре, толпы народа собрались возле дракона. Тому это странным образом понравилось и он даже разрешил жеребятам полазить по его хвосту, хотя таким радушным приглашением воспользовались немногие: жители всё же помнили, что в исчезновении большинства трупов был виноват именно Трон. Впрочем, из окон королевского замка я прекрасно видел, как двое пегасиков балансировали на одном из его шипов, а юный единорог старательно пытался залезть на спину этому чудовищу, цепляясь за чешую.


Одновременно с похоронами полным ходом шла подготовка к моей коронации. Против последней воли Ройяла никто не смел идти, а кроме того, все понимали, что чем быстрее они возведут меня на трон, тем быстрее успокоиться взволнованный народ. По сути, я уже стал королём — покончив с похоронами павших в битве воинов, я первым же приказом отправил наших пленников на ремонт укреплений и налаживание мостов. Часть пони, живших за стеной, вскоре вернулись — с мрачными известиями, что их дома уничтожены или слишком сильно повреждены. Их пришлось размещать в городе, как и тех, кто потерял отцов и матерей, ведь кобылки всегда сражались наравне с жеребцами. По счастью, потери защитников в основном оказались небольшими — сыграли свою роль крепкие стены города, в большинстве своём пони страдали от пегасов, которых никакие стены остановить не могли. Защитные кристаллы потрескались в первый же час атаки от слаженных залпов тысячи единорогов, а потому щит, защищавший Медальон многие годы, быстро пришёл в негодность.


Сейчас я позволял Блю Скай и Голден Лаурель всячески издеваться надо мной. Ловко орудуя щёткой-расчёской на длинной зубоятке и не позволяя мне пользоваться магией, да к тому же разогнав всех «стилистов»-единорогов, Голден расчёсывала мою гриву. Блю Скай занималась хвостом, не только расчесав его, но и подвязав алой лентой.


- Ну вот, хоть на нормального жеребца стал похож! - улыбнулась пегасочка, внимательно оглядывая меня. - Ну, давайте, Ваше Высочество, - она кивнула на стоявшие в центре тронного зала на специальном манекене доспехи. - Пора царствовать!


Вздохнув, я подошёл к манекену. Мой рог ярко вспыхнул и комплект из спинной и боковых золотистого цвета пластин, подлетел ко мне. Опустив его на свою спину, я снял нагрудную пластину и так же без чьей-либо помощи соединил его с основной частью. Щёлкнули специальные зажимы, создавая единую броню. Следом я нацепил нижнюю часть доспеха, закрывшую мой уязвимый живот и добавив пару пластин, посмотрелся уже в настоящее огромное зеркало двухметровой высоты.


- Тебе идёт, - шепнула Голден, становясь рядом. - Гораздо лучше, чем прошлый вариант…


Я усмехнулся и легонько прикусил её за ушко. Щёчки пони вспыхнули красным, прекрасно различимым несмотря на шерсть, а тело вдруг стало прозрачным.


- Рад, что тебе понравилось.


Прикрепив и шейную пластину, я нацепил высокие тяжёлые накопытники и надел портупею с пристёгнутыми к ней ножнами, в которых лежал Рубило. Затем накинул меховую мантию, вроде той, которая была у меня… У другого меня, короля-тирана, когда-то давным-давно. Только эта мантия имела не красный, а белый цвет с золотой окантовкой. Едва успел я справиться со всем этим, как, оставляя мокрые следы, генерал Кнайф вошёл в тронный зал. Посмотрев на меня, он хмыкнул и вдруг преклонился


- Время пришло, повелитель, - тихо возвестил он. - Вы готовы?


- Кнайф, не будь занудой, - в ответ улыбнулся я. - И встань, пожалуйста.


- Мы должны будем соблюсти все правила церемонии при народе. - заметил генерал, поднимаясь.


- Сделаем. А теперь, - я притопнул правым копытом об пол и оглянулся на кобылок. - Пойдёмте. Медальон не должен лишиться короля.


Мы вышли в длинный коридор, в котором нас уже ждали левитировавшие перед собой копья стражники-единороги в серебристых доспехах и три юные кобылки, представительницы пегасов, единорогов и земнопони, одетых в совершенно прозрачные платья. Мне удалось кратко ознакомиться с правилами проведения коронации и я знал, что каждая из них как бы символизирует, что будущий король будет «служить» именно её расе, а так как их трое, то значит, король обязан будет соблюдать права всех трёх рас и править ими, не отдавая предпочтения своей… Единорогам, например.


- Будешь смотреть им на крупы — укушу, - произнесла Голден, шагая рядом со мной. Я едва не рассмеялся.


- Они же ещё жеребята! Кем ты меня считаешь?


По выходу из замка звон моих накопытников заглушили вой труб и рога. В две шеренги выстроились стражники, образовав подобие коридора, по которому я и направился вслед поняшкам. Хм, им наверное холодно, такой ветрюга… Этот ветер приподнял мою гриву, взлохматил шерсть и кинул в морду капли дождя, но я яростно тряхнул головой и выпрямившись, пошёл дальше. Мои кобылки покинули меня, разойдясь в стороны и исчезнув в толпе. А ведь сейчас мне бы пригодилась поддержка этих двоих…


Стражи-земнопони опускали головы, едва я равнялся с ними, единороги поднимали над собой оружие, пегасы расправляли крылья, приветствуя короля. Вымокшие, усталые и подавленные простые пони, кто с зонтами, кто просто в плащах с капюшонами, а кто и без того, и без другого, вроде бы приободрились, увидев нашу процессию. Мы прошли по улицам города, направляясь на главную площадь, где уже всё было готово для церемонии. Собравшиеся вокруг огромного деревянного помоста пони удивлённо заговорили, увидев нас. Они уж точно не думали, что криворогий пришелец станет их повелителем, но многие уже убедились в моей доблести, да и Трон, поднявший голову и с высоты своего роста взиравший на коронацию… Да, он помог мне произвести впечатление.


Генерал обогнал меня и, взобравшись на помост, встал рядом с тремя стражниками в золотых доспехах, которые заняли место ещё до моего прихода. Блю Скай, повесившая на бок Даронг, и Голден Лаурель поднялись и встали с другой стороны, и под их взглядами я зашагал увереннее.


- Мы собрались в этот день, дабы возвести на престол нового короля Медальона! - возвестил генерал громовым голосом.


Дождь усиливался.


Оставляя копытами в мокрой земле ямки, я подошёл к деревянной лестнице и положил правую переднюю ногу на первую ступеньку. Поднявшись на помост, я подошёл к Кнайфу, взявшего меч с копытоятью от своих стражников. Подойдя ко мне, генерал вытянул ногу, положив лезвие меча плашмя мне на левое плечо.


- Сомбра. Как будущий король, клянёшься ли ты верности жителям Медальона, независимо от их расы и статуса?


- Клянусь, - спокойно ответил я.


- Клянёшься ли ты защищать границы Медальона от врагов, но не вести войны зря?


"Проклятие, кто только придумывает эти правила!"


- Клянусь.


- Клянёшься ли ты чтить память предков короля, выполнять те указы и законы, которые были закреплены за Медальоном давным-давно и являются для нас основными?


По счастью, я успел прочитать кое-что из законов Медальона. И этот момент я представлял десятки раз, делился своим мнением с Блю и Голден Лаурель, но мысленные репетиции и реальное представление — не одно и то же.


- Нет.


- Клянёшься ли… - Кнайф сбился, растерянно поглядел на стражей, а собравшиеся пони стали переглядываться и роптать. Лишь Блю и Голден поддерживали меня. - Стоп, что вы сказали?


- Нет, - громко повторил я и обернулся к ахнувшей толпе. Пони в недоумении смотрели на меня.


- Жители Терранники! - воскликнул я. - Идёт война! Сегодня мы разбили врагов! Завтра их будет ещё больше!


В законах Медальона сказано, что Медальон является суверенным городом... Но кто один, тот слаб! Мы должны будем призвать на помощь другие города, ибо даже если и устоим сегодня, то Винтер Стар соберёт новое войско, большее по численности, и нападёт через неделю, смяв нас! Медальон не может объявлять войну, он должен лишь защищаться - чушь! Я, как король, - какие сладкие слова... - Буду заботиться не только о своём народе, но и обо всех народах Терранники! И я не позволю им прозябать в рабстве сумасшедшей королевы, возомнившей себя правительницей всего живого и неживого. Мы должны начать эту войну, иначе она закончится для нас, едва начавшись, когда жеребцы Винтер будут попивать напитки из черепов ваших мужей, ваши жёны будут танцевать перед их генералами, а дети - томиться в подземельях!


Внезапно в небесах словно взорвалась бомба - тучи, раздираемые почему-то горизонтальными молниями, разошлись в разные стороны и из образовавшейся дыры на меня хлынул водопад солнечного света. Такой простой фокус заставил удивлённо выдохнуть не только простых пони, но и Кнайфа с Блю Скай, а вот Голден Лаурель почему-то заулыбалась. При этом в небесах не было видно ни одного пегаса.


Окутанная магическим сиянием небольшая корона опустилась на мою гриву и в тот же миг раздались удары копыт - пони склоняли передо мной головы. Опустилась и Блю Скай, широко расправив свои крылья. Странное удовлетворение зародилось в моей душе, однако я не стал долго думать. Мой рог вспыхнул и окутанный магией Рубило вылетел из ножен.


- Готовьтесь, пони! Не мир начнётся с моей коронации — а война! Война, в которой мы либо обретём свободу — либо навсегда окажемся во тьме! Нет времени на церемонии! Отдыхайте, приводите себя в порядок — и готовьтесь к новым испытаниям! Так сказал я — король Сомбра, правитель Медальона!


Получив от Кнайфа одобрительный кивок — ему пришлись по вкусу мои слова — я подозвал своих кобылок и стал вместе с ними спускаться с постамента.


- Мне нужно будет срочно встретиться с принцессой Селестией, - произнёс я. - Она должна знать о происходящем. А вы отыщите мне карту Терранники и разузнайте у Кнайфа, на чью помощь я могу рассчитывать. На этой земле должны были остаться города и деревушки, которые не согласились с властью Винтер Стар — я должен знать, где они и сколько в них воинов!


- Будет сделано, - кивнула Блю.


- Но к Селестии ты пойдёшь со мной, - тут же произнесла Голден Лаурель. И я согласился с этим.

Свет Медальона

Принцесса Селестия явилась, едва двери закрылись за нашими крупами. На этот раз белая кобылица взирала на меня со смесью сожаления и гордости.


- Почему? - только и спросил я, становясь перед Голден Лаурель.


Наверное, принцессы могут заглядывать в будущее. Или же весь мой вид говорил о сути только что заданного вопроса.


- Всё потому же, - грустно улыбнулась аликорн. - Мир. Магия. Дружба.


- Ты знала, что так будет? Желала, чтобы я добрался до Медальона и занял место его короля?


- Не приписывай мне невозможного, Сомбра, - ответила правительница Эквестрии, смотря не на меня, а на кристальную пони. - Никто не в силах предсказать будущее. Но я знала, что Ройял оценит твои способности. Ты — один из сильнейших магов, которых знал наш мир.


- Это — подло, - прорычал я. Да, Селестия, это было подлым поступком — использовать меня, Голден, здешних пони… Пусть и ради благого дела.


- Возможно. Но только благодаря моему решению ты снова стоишь на копытах, - с неожиданной твёрдостью заявила принцесса. - Ты прекрасно помнишь, что совершал. Тьма поглотила тебя, Сомбра, и только благодаря Твайлайт Спаркл и её друзьям ты получил шанс на искупление. Я отправила тебя в Терраннику не ради того, чтобы ты отводил угрозу от Эквестрии или свергал Винтер Стар. Здесь ты должен измениться сам — или хотя бы стать тем Сомброй, которого знал и любила твой народ. Тем, кого любила Голден Лаурель.


- Я люблю его и таким, - неожиданно заявила кобылка, становясь рядом со мной. - Да, я ненавидела то, чем он стал. Но я бы не отправилась с ним в Терраннику, если бы не была уверенна в том, что хотя бы частица моего любимого уцелела в сердце короля Сомбры.


Я повернулся и в благодарность потёрся своей мордашкой о её, после чего снова обернулся к Селестии.


- Что теперь нам делать? Я стал правителем городка, который здешняя тиранша мечтает уничтожить. А уничтожив Медальон, она подчинит себе всю Терраннику и может обратить свой взгляд на Эквестрию, не так ли?


- Да, это так, - кивнула Селестия. Внезапно голос её треснул — казалось, кобылица сейчас разревётся. - И ради жизни всех пони, что её населяют, пони Терранники должны будут заплатить своими.


- Что?! - воскликнула Голден Лаурель. Да. Она тоже была Эквестринской пони — пусть и жила в Кристальной Империи. Такая же наивная, добродушная и стойкая — даже пережитые в Терраннике ужасы и испытания не могли изменить её характер.


- Винтер уже препятствует мне общаться с тобой, - торопливо произнесла Селестия. - Она чувствует, что в её стране объявилась та сила, которая может совладать с её собственной.


- Тогда ответь всего на несколько вопросов, - быстро попросил я. - Чёрный или Тёмный Странник… Он был придуман заранее или это легенда Терранники?


На мордашке белой кобылицы вспыхнула и угасла быстрая улыбка.


- Кто знает? Тысячи лет минули с момента воцарения Винтер Стар!


- Хорошо, - кивнул я. - Отринем прошлое - так что же мне теперь делать? Я не смогу победить войска Винтер с такими малыми силами! Медальонцев слишком мало! А Винтер теперь узнает о том, что Трон на нашей стороне!


- Пони этой страны ждёт лишь боль и смерть, но не они — враги тебе. Ты должен победить Винтер Стар, а для того — взять штурмом Аргентум Сильвертайн, - я мог лишь подивиться тому, как менялись интонации в голосе Селестии. Да, таков был её характер — она могла по-дружески общаться и смеяться со своими подданными, но в час опасности превращалась в мудрую и властную правительницу. - Собери пони Терранники, Сомбра, потому что многие из них только и ждут призыва. Разрушь тюрьмы и выпусти пони из Железных Гор. И если тебе удастся победить Винтер, то жертвы не станут напрасными. А теперь — прости, но я не могу больше говорить с тобой.


Её черты стали расплываться, но мы вместе с Голден успели поклониться ей и в ответ неожиданно получили поклон самой солнечной принцессы. А после — она исчезла, и в зале остались только мы двое.


- И что теперь? - спросила кристальная пони.


- Поговорю с Кнайфом, - просто ответил я. - Передам ему речь Селестии — а ты пока иди и отдохни. У тебя уже копыта дрожат от усталости.


Хотя Голден самоуверенно заявила, что ничуть не устала, но всё же моему совету последовала. Выйдя из зала, она зевнула и поплелась отдыхать — ну и хорошо, мы и пробегали немало, и перепугались… Ещё больше. Я же быстро прошёл к выходу и отправился разыскивать Кнайфа, который, пока я ещё не со всем освоился, взял на себя обязанности королевского наместника. Мне надо было с ним поговорить — и о многом.


Но, как оказалось, Кнайф ждал меня. Он переоделся в серебристые боевые доспехи и вооружился складной секирой, что прицепил к левому боку.


- В крепости порядок, Ваше Величество. Раненные и пленники размещены, бреши в стенах заделаны, дозоры на позициях, - твёрдо высказался он и тут же сменил тон. - Идите со мной. Я должен показать вам одну вещь.


Сказав так, Кнайф, пресекая дальнейшие разговоры, вывел меня в паутину коридоров, с которой мне ещё только предстояло разобраться, и начал уверенно сворачивать то вправо, то влево. Вскоре мы поднялись по лестнице, прошли ещё один коридор и начали достаточно долгий подъём — как я понял, в центральную часть.


- Куда мы идём? - спросил я у жеребца, но тот не удостоил меня ответом, продолжая подниматься. Так мы выбрались почти на самый верх башни -а точнее, к тому месту, где в неё была вкраплена звезда.


- Эта магия не только защищает Медальон, - произнёс Кнайф, поворачиваясь ко мне. Я же пока больше внимания уделял не его словам, а обстановке — здесь было достаточно пусто, но кое-где поднимались странные треноги, на вершинах которых сверкали маленькие кристаллы, пускающие яркий свет на шестилучёвую звезду. Кроме того, посередине башни стоял какой-то механизм — шестерёнки и сферы, кристаллы и винты… От этой конструкции тянулись две золотистые трубки, доходящие до широкой трубы, что поднималась от пола к главному кристаллу.


- И чем же он ещё занимается? - спросил я, догадавшись, что Кнайф ждёт моего участия.


- Незадолго до того, как власть Винтер воцарилась во всей Терраннике, правитель Медальона Кингрон заключил договор с другими городами и поселениями. Благодаря этому кристаллу он созвал войска на бой с королевой — и пусть он и потерпел поражение, но теперь свет звезды защищает Медальон… И ждёт часа, когда кто-нибудь снова направит его магию на то, чтобы поднять против Винтер Стар всю Терраннику.


Я изумлённо уставился на жеребца.


- И ты думаешь, что на этот призыв откликнутся?


- Пони устали от власти тиранши, но точного ответа дать не могу, - покачал головой Кнайф. - Да и с их помощью наберётся слишком мало воинов для штурма Сильвертайна, - похоже, он разделял мысль Селестии о том, что взятие столицы и смерть Винтер положит конец распрям среди жителей Терранники. - Как бы нам не повторить судьбу армии, сгинувшей в Железных Горах. Но, может, иного выбора у нас и нет — ещё одной подобной атаки мы не сдержим даже с Троном.


Что-то в его словах зацепило меня. В первый момент я просто смотрел на кристалл, ожидая, пока мысль оформится до конца. Железные Горы… Место, куда Винтер сгоняла пленников со всей Терранники. Сколько пони могут находиться там — слабых, болезненных, еле живых? А сколько негодяев их охраняют? Отвернувшись от Кнайфа, я подпер копытом подбородок, припоминая всё то, что видел во время своего пленения. Да, лучшего варианта и быть не могло…


- Собери всех военачальников на совет, - приказал я Кнайфу. - И скажи, как запустить эту звезду.


- Что? Зачем? - воскликнул жеребец. - Вы хотите подать сигнал? Но…


- Хочу, но не сейчас, - покачал я головой. - Когда придёт время. Что будет, если… М-м-м, активировать её вторую функцию?


Кажется, Кнайф облегчённо выдохнул.


- Свет звезды распространится по всей Терраннике. Увидев этот свет, западные и восточные города станут передавать его друг другу, пока он не зажжётся на севере. Увы, но те земли полностью принадлежат Винтер Стар — и тогда ей станет известно о нас…


- Включить сигнал можно в любое время? - прервал я его.


- Когда пожелаете — нажмите копытом на этот рычаг, - кивнул Кнайф на центральную конструкцию. Рычаг S-образной формы торчал сбоку. - И да. В любое время.


- Отлично, - кивнул я. - Мне нужна карта Терранники с пометками, кто может помочь нам, и кто точно отзовётся. А Голден Лаурель и Блю Скай стоит отдохнуть — и за этим тоже нужно проследить.


- Сделаем, - кивнул пони. - А вы куда, ваше величество?


- Я буду в тронном зале — мне надо кое-что обдумать, - я предпочёл не высказать идею, пока она окончательно не оформится. - Оповести меня, когда придёт пора идти на собрание.


* * *


Их было всего семеро. Тщательно отобранные Кнайфом пони — верные помощники Ройяла, пять из семи — воины, четыре жеребца и три кобылы, не считая самого Кнайфа Вместе с ними пришли Нефрит, Голден Лаурель и Блю Скай — последняя так и не выспалась, а первая и вовсе прорвалась на совет непонятно каким способом, но села в уголке и молча слушала.


- И какой же у нас план? - после решения некоторых вопросов, касающихся внутреннего устройства Медальона, спросил Кнайф, нетерпеливо постукивая копытом по карте Терранники.


Я вздохнул. Сняв с ноги серебряный накопытник, я положил его на изображение Медальона. Юго-восток… Другой накопытник я подхватил магией и опустил на Железные Горы — северо-запад. Третий перенёсся на северо-восток — Аргентум Сильвертайн. И последний я опустил в центр Аундлинга.


- Порядок прост, - под удивлённые взгляды пони я поднял накопытники и вернул их на ноги. - Чтобы сразиться с Винтер, у нас не хватает сил. Все здесь знают, каким способом мы можем вызвать помощь? - члены совета кивнули, а вот мои кобылки переглянулись. - На всякий случай. Кристалл способен сфокусировать магию и вызвать наших сторонников. Более того, этот же сигнал сыграет и против королевы Винтер Стар — она увидит, что пони готовятся к битве и это породит у неё если и не страх, но уж точно — сомнения. А теперь поговорим о том, кем мы располагаем.


- Перед этим, мой король, - Кнайф дал сигнал голубой единорожке и та положила на карту небольшой свиток. На нём было изображено побережье Терранники с Медальоном в верхнем правом углу. - Это анклав Вингхорс, анклав фестралов. Винтер пытается изгнать их вот уже свыше десяти лет.


- Они могут нам помочь? - спросила Блю, заставив жеребца смутиться. Он развёл копыта в стороны:


- Могут. А могут и не помочь…


- Что насчёт деревень? - я убрал карту возможных союзников подальше, предпочитая рассчитывать на более реальную поддержку. Кнайф откашлялся.


- Если пони ещё не до конца запуганы, то с войсками Медальона мы наберём… М-м-м, тысяч пять. Или семь, если вы предпочтёте оставить город совсем без защиты. А по правде говоря, я боюсь, что и этого не хватит… Слишком мало у нас воинов, и я не знаю, сколько сторонников откликнутся на наш призыв. Король Ройял и вовсе считал, что никто из них не откликнется на призыв.


- А как же Трон? - воскликнула всё та же единорожка. - Ведь при его помощи мы могли бы справиться с Винтер! И никаких армий…


- Даже Трону не одолеть пятнадцатитысячное войско Винтер, - с презрением заметил я.


- И кроме того — она может придумать способ справиться с ним, - добавил Кнайф. - Королева Винтер — аликорн… Всесильный аликорн. И я уверен, что если она захочет — она прикончит Трона… - Блю Скай при этих словах дёрнулась. - Просто пока что он ей не угрожал.


- До сих пор, - улыбнулся я, но тут же вернул себе серьёзность. - Что же, выбор у нас небольшой, а союзников, оказывается, не так уж и много. Нам придётся поступить следующим образом. Ты, Кнайф, и ты, Блю, отправляйтесь на Троне к фестралам. Будем надеяться, что появление этого дракона достаточно сильно подействует на них. Сколько лететь до фестралов?


- На Троне — обернёмся за один день.


- Я дам два дня, - сказал я. - За это время вы должны поговорить с фестралами и вернуться к нам.


Члены совета переглянулись и зашептали. Только Голден Лаурель сидела, спокойно смотря на меня.


- Хорошо, - пресекая споры, сказал Кнайф. - А чем займётесь вы?


- Сначала организуем оборону Медальона, - заявил я. - Пленников нужно поставить на работу, но перед этим узнаем, не хочет ли кто влиться в наши ряды. Затем мы дождёмся вас. Если новости будут хорошими, то ты будешь собирать войско, пока я отправлюсь в Аундлинг.


- Аундлинг? - мои слова явно удивили пони. И не только тех, кого пригласил Кнайф.


- В Аундлинге у меня есть одно дело, - уклончиво ответил я. - Кроме того, я бы хотел проверить дорогу…


Моё копыто легло на карту и прочертило диагональ от Медальона к Железным Горам.


- Прежде, чем отправлять по ней войско. После того, как пони увидят наш сигнал, мы три дня будем собирать силы в Медальоне. После этого ты, Кнайф, поведешь их через Аундлинг к Горам для того, чтобы встретиться с моим отрядом и нанести удар по тюрьме Винтер.


- Но это невозможно! - воскликнул генерал. - Горы защищает магия Винтер.


Я позволил себе оскалиться.


- Один раз я её преодолел. Может получится снова, тем более, что я надеюсь получить союзника. В крайнем случае мы используем Трона, но, я надеюсь, до этого не дойдёт.


- Но зачем нам идти в Железные Горы? - спросила Нефрит. - Я слышала о них — это жу-у-уткое место!


- А я там была, - вставила Блю.


- В Горах содержатся сотни, если не тысячи пони, - пояснил я. - Даже если только половина из них сможет держать оружие — это уже достаточно серьёзная поддержка. У нас каждый воин будет на счету в предстоящих сражениях. Кроме того, лучше всего начать не со штурма Аргентума, а развалить тюрьму Винтер — пусть тратит силы на то, чтобы понять, где мы нанесём следующий удар, а повезёт — и рассеивает войска по всей Терранники.


- Это резонно, - заметил Кнайф. - Хотя и опасно. Но если удастся снять щит и подойти незаметно…


- На то и выбран путь через Аундлинг, - заметил я. - Его деревья и листва хорошо нас скроют до поры. Винтер будет серьёзно обеспокоена — сначала Медальон собирает вокруг себя союзников, а затем его армия исчезает в лесу. Она навряд ли решит, что мы будем атаковать Горы — они достаточно далеко от нас, на другом конце Терранники. А когда мы свершим удар, то Винтер поймёт, что теперь в Терраннике не останется спокойных мест. Ей придётся отправить хотя бы малую часть сил на защиту иных регионов, что тоже может помочь нам при штурме Аргентум Сильвертайн.


- Сам план штурма тоже нужно продумать, - заметил Кнайф.


- У нас будет время на это, - спокойно ответил я. - Пока что мы не знаем ни число наших союзников, ни оставшиеся силы Винтер. После того, как мы освободим пони, наше войско пойдёт по краю Аундлинга, чтобы появиться у стен Аргентума. Таким образом, расправившись с воинами Винтер в Горах, мы обезопасим себя от удара в круп.


- Тогда мы должны собираться? - спросила Блю таким твёрдым голосом, как будто бы сама была генералом. Хотя… Дракононаездница в нашем случае была лучше любого, даже самого талантливого полководца.


- Если возможно — вылетайте сегодня же. А после заката я сам проверю, насколько был прав Ройял.


* * *


Разобравшись с некоторыми королевскими делами, которые постепенно отходили на второй план, поскольку расписывать план уборки урожая не было смысла, если через неделю от Медальона могли остаться одни руины, я отдохнул после всех переживаний и, ещё сладко позёвывая, поднялся в главную башню своего замка. Блю Скай и Кнайф покинули Медальон на Троне, растворившись в окрашенном алом небе, которое уже начинало постепенно темнеть. Наверх с собой я взял только Голден.


- Как думаешь, получится? - спросила кристальная пони, рассматривая звезду Медальона.


- Не знаю, - признался я. - Многих пони уже увели в плен, других запугали… Но я всё же надеюсь, что нам удастся собрать хотя бы половину от сил Винтер Стар.


Блю кивнула.


- Ну, так чего же ты ждёшь?


Я взглянул на небо. Ещё со второй половины дня его начали затягивать тучи, и сейчас свет солнца, даже если бы оно оставалось на небосклоне, заметно бы померк… А так и вовсе воцарились сумерки.


- То, что надо, - проговорил я самому себе и с замиранием сердца двинул рычаг.


Негромкий скрежет возвестил о том, что механизм заработал. Блю Скай ойкнула и отскочила от звезды — та налилась золотым сиянием и внезапно полыхнула ярким, словно само солнце, лучом. Прорезав ночную тьму, он улетел за горизонт, но это был ещё не конец — разгоравшаяся изнутри солнечным пламенем звезда стала медленно выдвигаться из стены, переворачиваясь и устремляя в небеса свой силуэт, сотканный из яркого света. Сощурившись, мы с Блю выглянули наружу — всё небо над Медальоном заняло золотое свечение, которое всё расширялось, пока не обрушилось вниз, вмиг озолотив дома и стены, дворец и землю за пределами города. Со стороны могло показаться, что весь Медальон в один миг оделся в золото; немногочисленные пони, оставшиеся на улицах, с удивлением и восхищением рассматривали вмиг изменившую цвет шёрстку, гривы и хвосты, поднимали мордашки и крутили головами по сторонам. Солнечная магия продержалась всего несколько минут и угасла постепенным затуханием, но я готов был поклясться перед Селестией — золотой город увидели во всех концах Терранники. И во дворце Винтер Стар… Мне так и представлялась королева, стоящая на балконе и с ненавистью смотрящая туда, где за деревьями Аундлинга небо и земля вмиг озолотились.


- Сомбра…


Этот тихий голос, в котором угадывались едва сдерживаемые нотки восторга, заставил меня оглянуться. Голден Лаурель теперь и вправду соответствовала своему имени — её тело стало кристальным… Но сверкало не тем синеватым или фиолетовым, как было всегда, нет — теперь оно сияло ярким полуденным солнцем.

Снова в горы

Ни один мой довод не смог повлиять на Голден Лаурель. Вопреки моему желанию, кристальная пони всё равно решила отправиться со мной — и десятком преданных стражей, отобранных Кнайфом для моей охраны. Этому решению противился уже я, но не смог уговорить генерала — в конце концов, не для того Медальон приобрёл нового правителя, чтобы потерять его в дебрях Аундлинга. Вот примерно в таком ключе мне ответил генерал, да ещё и напомнил, что вопросами моей безопасности занимается именно он.


Выход мы наметили на рассвет второго дня после отлёта Блю Скай, Трона и самого Кнайфа к фестралам. Голден Лаурель переоделась в лёгкие доспехи, защищающие её тело от шеи до крупа, и вооружилась коротким мечом, который повесила так, чтобы можно было выхватить зубами в любом положении. Хотя я и не мог представить, чтобы она воспользовалась оружием против пони.


- Я тоже иду с вами, - объявила Нефрит, явившаяся в тронный зал уже тогда, когда я закончил вооружаться, добавив к Рубилу ещё и пару кристаллов, содержащих боевые заклятия — всегда пригодятся в ситуации, когда магия уходит на телекинез.


- Об этом не может быть и речи, - отрезал я. - Мне хватит одной пони, неспособной постоять за себя.


- Неужели во время битвы с древесными волками я не доказала, что мне ничего не стоит убить пони, нападающего на меня?


- Вот как раз этого я и не хочу. Хватит уже простым пони Терранники сражаться. Пусть дерутся воины, а…


Нефрит фыркнула, прерывая меня, но в её глазах промелькнуло какое-то неуловимое чувство.


- Я иду с тобой. Ты собираешься в Железные Горы, а у простых пони Терранники там много родственников томятся.


Последние её слова подсказали мне, что Нефрит решила пойти с нами вовсе не просто так.


- Ладно, только прошу тебя — не лезь на рожон со своей зубочисткой! - поправив магией шлем, я быстро зашагал к двери. Не стоило заставлять своих же стражников меня ждать, а уж тем более — не стоило заставлять ждать Голден Лаурель. Нефрит, просто засветившись от счастья, поскакала следом — Селестия, пони радуются, когда идут на войну! Такого на своей памяти я не припомню!


* * *


- Открыть ворота! Открыть ворота!


Я кивнул Голден Лаурель и первым пробежал между распахнутых створок, преграждавших путь в Медальон — и выход из него. За мной бежали три единорога в золотых доспехах — средним был знаменосцем и на его правом боку было закреплено сделанное всего за ночь знамя — разделённые алой полосой на белом фоне сияли полная луна и полуденное солнце. Следом скакала Голден Лаурель, возглавляя отряд из пяти пони, бегущих перевёрнутым клином, за которыми таким же строем скакали четверо пегасов и Нефрит. Проскакав вновь возведённые мосты, мы остановились и бросили взгляд на Медальон, после чего продолжили свой путь к Аундлингу.


Скакать в этот утренний час было на удивление легко. Наши копыта дробно стучали по земле, выбивая песчинки и камешки. Флаг реял над нашими головами, возвещая о походе Короля, солнце играло на наших доспехах и шлемах, на наточенных до блеска клинках и наконечниках копий. Лес приближался с каждой минутой — не теряя строя, мы вошли под тень его деревьев и не сбавляя скорости продолжили свой путь.


Кажется, мы нашли старую тропу, но всем казалось, что кусты и деревья сами расступаются перед нами: во всяком случае, мы до сих пор так и не изменили наше построение, выскакивая так же, как покидали город. Ни звери, ни пони не встречались на нашем пути; встревоженные птицы замолкли и даже ветер не смел пошевелить ни листочка на ветвях многовековых деревьев. Мои кобылки не отставали от стражей, не оглядывались по сторонам и не перешёптывались, но при этом я чувствовал их взгляды и от этого мне хотелось скакать ещё быстрее. Берегись, Винтер Стар! Трепещите, твари заколдованного леса! И возрадуйтесь простые пони… Дорогу Королю!


По пути к цели мы устроили всего лишь один привал на ночёвку - короткий, без возведения укреплений, и с минимальным освещением. Очень не хотелось бы раньше времени раскрыть количество наших сил ночным дозорным, что могут углядеть в предгорьях костры биваков. В конце концов, Винтер сейчас наверняка усилила дозор на границах — слишком уж много нехороших для неё знаков могла увидеть кобыла за последнее время. Если предположить, что воины королевы вернулись, они могли рассказать и о том, что теперь мне служит Трон, а значит, пони Терранники приобрели оружие против Винтер Стар. Да уж, не хотел бы я сейчас оказаться на месте королевы.


Пока мы отдыхали, я обдумывал свой план. Гора - природное сооружение - уже может быть так же неприступна, как замок, особенно для земных пони. Но если по целому горному кряжу выбить платформы и бастионы, заселить их бдительными солдатами с морозными луками, организовать дежурства и отработать мобилизацию сил, расход по постам по тревоге, и горы превращались в неприступную границу даже для единорогов и пегасов. В былое время я бы восхитился суровой красоте башен, вписанных в утёсы и перевалы, но сейчас это был лишь очередной рубеж, чтобы его преодолеть, очередная тюрьма, в которой томились бедные пони. Освободив рабов, эти горы нужно сровнять с землёй. Но сначала их надо было захватить... И пусть армия у меня собирается внушительная, перед нами ещё стоял Аргентум Сильвертайн, а значит, мы не должны были понести серьёзных потерь в битва у Железных Гор.


Мало кому из нас, тем не менее, хотелось спать. Кипящая кровь, жаждущая действий, просто мешала сну. Поэтому дозорных в лагере было куда больше, чем спящих. Я сам не был в их числе, а ходил по краю палаточного городка, всматриваясь в ночные тени леса. И это позволило первым услышать едва воспринимаемые шаги через чащу.


- Сомбра, не бойся, ведь это друзья, - произнесла выходившая из зарослей ко мне зелёная единорожка Флора - знакомая, которую я уже давно не видел, - с доброю новостью прибыла я.


- Если ты стихами говоришь, значит, точно добрые новости сулишь, - в тон ей ответил я и рассмеялся. - Рад тебя видеть.


- И я рада, Ваше Величество, - посерьёзнела Флора. - Ты ведь держись путь к Железным Горам?


Я тоже нахмурился, меня взволновали её слова.


- Откуда ты знаешь?


- Вести Лесов и Полей, - хмыкнула единорожка. - Птицы донесли о том, что меч Дракона улетел к фестралам, а меч Пони движется к горам.


- Ты про Даронг и Айронтер? - я магией приподнял рукоять собственного меча. - Тогда к какой расе относится третий меч?


- Тебя это сейчас волнует? - кажется, Флора даже немного удивилась.


- Эм... Нет, - признался я после некоторого раздумья. - Меня волнует вопрос, как бескровно спасти пони из Железных Гор.


- В этом я могу помочь тебе. В трудные минуты из деревьев можно сделать двери, - туманно высказалась лесная единорожка. Слишком туманно даже для моего ума.


- Даже если я прикажу всем своим воинам рубить лес на доски, как это мне поможет?


- Эх, Сомбра... - тряхнула Флора гривой, - даже действуя ради добра и взаимопомощи, ты всё ещё не отказываешься от старых методов. А Хранителям Леса известны чары, позволяющие им перемещаться от одного дерева к другому во мгновение. Двери темницы - то же дерево, хотя и умершее, но при напряжении сил ещё годное.


- То есть... - я пытался понять, что пытается сказать мне древняя колдунья. - Ты можешь перенести мою армию к Горам?


- Не армию, - покачала головой пони. - Всего лишь небольшую группу воинов. Например столько, сколько сейчас идут с тобой.


- Но что я сделаю с небольшой группой?! - удивился я. - Ещё неизвестно, придут ли фестралы на помощь, а мои войска соберутся у Гор только через несколько дней!


- Ты держал в страхе целое царство, Сомбра, неужели не справишься с тюремщиками? - вкрадчиво спросила Флора. - Представь, какой ты произведёшь эффект - сначала при помощи магии сбежал из Гор, а затем в них же и вернулся! Тебе достаточно будет показать всего пару не самых ярких фокусов, чтобы тебе подчинились, ведь королевская стать сразу даст о себе знать!


Да. Я ощущал в себе достаточно сил и для этого... Очень безумного плана. Причём во всех смыслах слова «Безумие». Самовольно полезть в мышеловку? Отличная идея.


- Попробуем, - решил я.


- В центре Гор есть несколько засохших деревьев, а здесь - поляна, усаженная по краям тополями. Приведи своих воинов туда и жди меня. Вы окажетесь в Горах в мгновение ока.


- Но! - я приподнял копыто. - Голден Лаурель и Нефрит я с собой не возьму. Позаботься о них, пожалуйста.


- Нет, - покачала головой Флора. - И не потому, что я не хочу или не могу. Они не оставят тебя.


- Может быть, им это и кажется более безопасным и надёжным, - Сомбра посмотрел на своё поднятое копыто, - не мудрено, учитывая мой авторитет и то, как я всегда защищал их... Но стоит ли вновь испытывать удачу?


- Они помогали тебе не меньше, чем ты им! Так что мы ещё выясним, кто кого будет спасать. А пока выбирай самых верных и надёжных солдат, мне же нужно всё подготовить для вашего внезапного появления в сердце вражеского узилища, - обернулась Флора к лесу и собралась уходить.


- С чего ты взяла, что я справлюсь? - спросил я ей вслед. - Я уже не тот, кем был!


Пони обернулась ко мне и одарила не самым тёплым взглядом.


- Ты всегда остаёшься самим собой, Тёмный король, - ответила она. - Разница лишь в том, сумеешь ли ты сдержать живущие в тебе зло и направить его на добро.


О том, сработает ли заклинание в горах, блокирующих магию, я и не стал размышлять. Если Флора так утверждает - ей виднее, это её мир. Пусть раньше я многое понимал в чародействе, и, как мне казалось, был одним из лучших магов Эквестрии, сейчас во мне осталось мало теоретических знаний о колдовстве. Они компенсировались лишь отработанными до рефлексов заклинаниями и пылким сердцем, хранящим дружбу и любовь. А иногда - и злоба, которую я мог направить точно и метко, как стрелу после прицеливания.


Вернувшись в лагерь, без лишних слов я начал собирать отряд для вылазки, лишь коротко пояснив свой план.


Собственно говоря, нас было слишком мало, а никому в лесу оставаться не хотелось, так что все мои пони изъявили желание отправиться со мной. Хотя, должен заметить, что при мысли о штурме Гор всего-навсего небольшим отрядом они приуныли, а некоторые посмотрели на меня, как на безумца. Впрочем, я оскалился и притопнул копытом, демонстрируя полную уверенность, которую и не испытывал.


Сам бы перенёс всех, если бы силами Флоры обладал!


Учитывая, что в желающих последовать за мной отбоя не было даже после объявления о малочисленности отряда (в конце концов, смерть рядом с королём - высшая честь для солдата), в оставшееся время я провёл быструю выборку среди тех, в ком был особенно уверен, кто уже проявлял себя в бою... и кто показал крепость своих нервов, сумев уснуть этой ночью. Впрочем, дорогие мне кобылки набивались несмотря на бессонную ночь, и, помня наказ Флоры, я не стал им противиться.


- Сумасшедший план, - вздохнул я, когда моя личная гвардия снова двинулась в путь. В лагере не осталось никого.


* * *


Нет, на самом деле, смысл в идее Флоры был. Я уже показал свои возможности, телепортировавшись из Гор самостоятельно. Представляю себя эффект, то впечатление, которое произведу на стражей Винтер, когда снова появлюсь в Горах пусть и с маленьким, но злобным отрядом. Пони везде одинаковы — они признают силу. Навряд ли среди них найдётся дурак, который посмеет замахнуться на меня мечом, а если и найдётся — Рубило знает своё дело.


Как только стража будет нейтрализована, думал я, нужно будет вывести пони из пещер и вооружить, пока враг не отошёл от испуга. Затем начать разрушать тоннели и камеры, вывести всех пони, что согласятся пойти со мной, и пойти навстречу основным силам. Кому-то может показаться непосильной задачкой… Но магия, приятно разливающаяся по моему телу, говорила обратное. В конце концов, для пони, удерживавшего под копытами целую страну, не так уж и сложно разогнать кучку тюремщиков. Скорее, это даже будет приятно.


Указанную Флорой поляну мы нашли быстро — тропа сама к ней изогнулась. Флора, сидевшая посередине на мшистом камне, кивнула мне и тепло поприветствовала кобылок. Голден Лаурель слегка нахмурилась, но ответила кобылке спокойно, хотя, как мне показалось, её глаза так и вспыхнули ревностью. Ну вот, теперь не видать мне спокойной жизни…


- Встаньте к деревьям! - приказала Флора. - Кто хочет, может их обнять, но это необязательно.


Я решил, что это шутка… Но на всякий случай поднялся на задние и обхватил передними копытами ствол одного из тополей. И что же дальше?


- Задержите дыхание, закройте глаза! И если кого стошнит… Ну, тут уже ничего не поделаешь!


Я едва успел проделать всё это, как над моей головой раздался… Как бы правильно обозначить этот звук — шорох, но очень громкий, как взрыв! Я не видел этого, но позже узнал, что листва с тополя слетела в один миг и упала на меня, заворачивая в своеобразную кучу листьев — и в таких же оказались все мои спутники. Затем подул ветер — и листья разлетелись во все стороны, и в этот же миг мы оказались на каменном полу между скрюченных силуэтов давно погибших деревьев. Копыта налились слабостью, рог запульсировал лёгкой болью — но даже это не помешало мне оглядеться по сторонам. Мы стояли на вершине одной из Гор, а прямо под нами кирками, лопатами и бичами работали пони: одни стонали от непосильного труда, другие болезненными ударами хлыстов и не менее хлёсткими выкриками заставляли пленников трудиться ещё быстрее.


- Сомбра… - Голден подошла поближе и прижалась к моему боку. Я быстро чмокнул её в щёчку и оглянулся на своих солдат.


- Построиться. Сейчас мы покажем им один из моих… «Фокусов», - произнёс я, и воины Медальона поспешили выполнить мой приказ. Приняв боевой порядок, пони подняли флаги своего города, а я магией вытащил меч из ножен и стал спускаться по склону горы.


- Именем Короля! Склонитесь или будете уничтожены!


От этого резкого выкрика надсмотрщики застыли с занесёнными бичами, пони в страхе и надежде подняли головы. Единороги за моим крупом послали в небеса яркие лучи, разлетевшиеся огненными цветами, пегасы взмыли в воздух с оружием наготове — перепуганные рабовладельцы стали пятиться, и тогда я резко взмахнул Рубилом и поскакал вниз со всей возможной скоростью. Мой отряд ринулся следом — эхо многократно усилила грохот наших копыт, и я уверен, что врагу показалось, будто бы со всех вершин разом к ним стремиться огромная армия. Кто-то поспешил бросить оружие, остальные бросились наутёк — лишь самые стойкие остались на местах, но их было даже меньше, чем нас. Доскакав до первого, я перепрыгнул через забитую взъерошенную земнопони и врубил в морду врага меч. Ещё даже не вырвав оружие, я перенёс магию на стоявшего подле жеребца, подбросив его в воздух и скинув с каменоломни вниз. Грохот лат прозвучал страшной музыкой. Третий уже бросал копьё, но останавливать Рубило я не стал и срезал ему голову, заставив тело ещё немного постоять в назидание остальным. Нефрит, пробежав мимо пегасов, также избавившихся от пары «смельчаков», прыгнула вперёд и с яростным криком скинула последнего из убитых в этой атаке — с разрубленным напополам копьём и мордой пони упал на землю, а Нефрит встала на него и притопнула задними копытами.


- Пощадите! - взвыл один из надсмотрщиков, громадный жеребец, ещё миг назад стоявший с топором в зубах.


- Снимай оковы! - рявкнул я на него и для большего устрашения поднял Рубило. - Может, тогда я не стану скидывать тебя со скалы!


Не знаю, большую ли роль в нашей победе сыграло то, что надсмотрщики в большинстве своём и пошли в горы, чтобы не участвовать в сражениях, а может, в кое-ком из них и совесть проснулась… Но так или иначе я и мой отряд сделали то, с чем могла бы справиться разве что армия. Пока перепуганные беглецы скакали по горам и рассказывали о том, что в Железных Горах из ниоткуда вышло громадное войско, мы избавили рабов от цепей и стали вооружать всех, кто ещё мог драться. Что-то подсказало мне, что это ещё не победа.


По счастью, работать сюда согнали партию «свежих» пони, ещё не истощённых жизнью в Горах. Стражники оставили достаточно оружие, а остальные не побрезгали взять в зубы ненавистные инструменты, которые теперь стоило опробовать на надсмотрщиках. Часть их, стати, выразили желание присоединиться к нам. Хотя время поджимало, я обменялся парой слов с каждым из них, и разделил их. Тех, кто показался мне внушающим доверие, а также тех, за кого вставили словечко рабы, я поставил во главе некоторых отрядов, из остальных собрал отдельный отряд из пятнадцати голов, приставив к ним в командиры одного из собственных воинов и десять пони-рабов. Всего же нас теперь насчитывалось почти сто пятьдесят воинов — не такая уж и маленькая цифра!


- Где ближайшие камеры? - осведомился я у молодой пегаски-надсмотрщицы. Та кивнула на запад.


- Там. Этих пони должны были вывести на работу через час. Но, наверное, там уже нет охраны.


- Тем лучше. Веди!


Из пятидесяти узников, найденных нами в подземельях, драться были способны всего двадцать пять-двадцать семь пони. Правда, ещё двенадцать могли постоять за себя, но их я оставил сторожить всё те же камеры, где пока что мы оставили немощных и тех надзирателей, которым я не хотел подставлять свой круп. Чтобы им не вздумалось показать силу, в пещере также остался один единорог, который вооружил своих подопечных лопатами. Не самое страшное оружие, но для того, чтобы усмирить этих негодяев, хватит.


- Слушай… - шепнула мне Голден, пока медальонцы выстраивали спасённых пони, разбивая бывших пленников на отряды и возглавляя их. Вполне одобряя такую мысль, я только попросил отдать знамя Нефрит, так как кобылки в любом случае были со мной. - Ты не заметил ничего странного во время боя?


- О чём ты? - удивился я.


- Ну… Ты ведь использовал магию, как и все, кто бежал с нами! А ведь здесь магией пользоваться вообще нельзя!


Точно! Пока было время, я задумался над словами кристальной пони. Но ведь во время сражения мы пользовались магией, и ничего! В чём же дело? Ну, значит, либо моя телепортация разрушила блокирующий щит Винтер, либо это Флора повлияла на него так, что он рухнул. А может, королева решила сама снять защиту и употребить её на что другое? Например, защитить Аргентум Сильвертайн! Что же, проверим. И если это так — ха, придётся показать Винтер, что она здесь не самая сильная колдунья, а есть кое-кто не слабее!


Конечно же, наверняка это мне говорило собственное самомнение… Но я ему поверил.


- То, что теперь здесь возможно использовать магию, нам только в плюс, - ответил я и мягко потёрся носом о щёку Голден. - Теперь же встань в задние ряды и не геройствуй. Погеройствовать придётся мне.


Голден кивнула.


- Ладно, только ты будешь осторожен. Пусть воины бьются за тебя, хорошо?


- Ох, кажется я тебя испортил! - засмеялся я. - Ты не хочешь стать генералом моей армии, а? У тебя бы получилось! Кажется, Селестия и вправду знала, кого посылать мне на помощь!


Голден смущённо зажмурилась.


- Войско готово, сэр! - высокопарно выкрикнул мой бывший знаменосец. Я вытащил вложенный было в ножны Айронтер:


- Отлично! Посмотрим, сколько ещё пони мы сможем освободить, прежде чем нас убьют!


Как оказалось — всех. Уверенные в своей безопасности надсмотрщики не были воинами, как я упоминал, они и пошли терзать несчастных рабов ради того, чтобы не бороться на полях и в лесах Терранники. Спасённые нами тоже по большей части вояками не являлись, но имелись сразу четыре причины, по которой они оказались сильнее даже численно превосходящего противника: во-первых, их вели медальонцы, которые управляли каждый своим табуном, но при этом взаимодействовали друг с другом. Каждый из них прошёл не одну битву у стен родного города, потому даже являясь простыми воинами, они знали, как нужно драться, чтобы победить. Во-вторых, пони были сильно обозлены на тех, кто истязал их, и потому шли в бой яростно и сильно. В-третьих, среди них тоже нашлись знакомые с оружием — немного, но они вносили свою лепту, показывая, как драться другим. Наконец, я шёл впереди, и моя магия сокрушала врагов, скидывала их с Гор и ставила щиты, если в нас метали копья или летели стрелы. Впрочем, нашлась и пятая причина — сами надсмотрщики, особенно очень молодые и достаточно старые, отказывались служить Винтер и присоединялись к нам. В короткие сроки и без особых потерь мы разделались со всеми, кто противостоял нам. Остальные или переходили ко мне на службу, или же обращались в бегство, так что к первым ночным сумеркам Горы оказались под властью Короля Сомбры.


Какого же было удивление Кнайфа на следующее утро. Приведя к Горам три тысячи фестралов и Трона, он ожидал тяжёлую битву, а вместо этого к нему вышло свыше семи сотен вооружённых пони, да ещё сотни две-три мы отправили в Аундлинг — ослабленных, пленных и их охрану. Эти пони не должны были принимать участие в битве.


Вести Блю Скай принесла чрезвычайно хорошие. Фестралы давно терпели соседство Винтер, а вот та их терпеть не могла, мечтая уничтожить их анклав у дальних границ Терранники. Потому они с радостью выделили мне своих воинов, большая часть которых летела даже при свете дня, чтобы подоспеть к Горам раньше запланированного срока. На следующий день подошли и другие пони — сотни табунов из тех, кому надоело владычество Винтер.


В общей сложности у меня теперь имелось под копытом двенадцать тысяч пони. С хвостиком. Двенадцать тысяч — против пятнадцать тысяч, защищающих Аргентум Сильвертайн. И это в самом лучшем случае.


Даже если отбросить тот факт, что осаждающие должны иметь армию, в два, а то и в три раза превышающую по численности количество осаждаемых… Нас было слишком мало, чтобы сражаться с Винтер. Но выбора не оставалось — подождав ещё немного, с первыми лучами солнца четвёртого дня с тех пор, как я оставил Медальон, моё войско выдвинулось в сторону столицы.

Возвращение короля

Победа в Железных Горах приободрила моих воинов. То, что мы легко взяли это место, про которое ходило так много слухов о его неприступности, было хорошим предзнаменованием. Каждый пони был готов сражаться за меня, а встретившись с генералами, назначенными Кнайфом, а также с предводителями фестралов, я убедился, что все они желают положить конец тирании Винтер Стар. Что же, я желал того же... Правда, мне бы хотелось обойтись без лишних жертв, но, похоже, ничего, кроме битвы, нам ждать не приходиться.


План у нас был простой, ничуть не изменившийся - заставить вражеские войска увязнуть в битве, добраться до Винтер и разделаться с ней. При помощи Трона выполнить его будет легко - я дозволил Кнайфу принять командование всем войском, а сам пересел на дракона вместе с Блю Скай и Голден Лаурель. Последнюю я взял только потому, что хотел обезопасить её от сражений на земле. Правда, кобылка категорически отказалась садиться на Трона до того, как мы подойдём к столице Терранники.


И сейчас она была уже не за горами. А на горе.


Солнце, расцвечивающее траву и листву в яркие летние оттенки живой природы, спорило с темневшим мрачным замком, закрывавшим горизонт своей высокой стеной и отгораживающим небо шестёркой зубчатых башен и донжоном, похожим на вырванный клык. Хотя я и ценил мрачную красоту, но если бы я повелел своим подданным возвести твердыню, то заказал бы нечто величественнее, красивее и при том строже - мне хотелось бы производить впечатление великого правителя, а не варвара. Что же... не так будет жалко рушить эту безвкусицу. Куда горше будет терять своих подданных при осаде…


Видно, Винтер знала о нашем приближении. Перед городом, у подножья ведущих ввысь «пирамид», выстроились табуны единорогов, пегасов и земных пони. В самом городе стражей, похоже, не осталось, все они слетели вниз. С одной стороны, у нас было много фестралов, а значит, взятие столицы облегчалось, даже если замок королевы набит стражей. С другой... Не могла же Винтер оставить город беззащитным, положившись только на тех, кто на земле? И о Троне она знает.


- Ловушку нам уготовили, - проговорила Блю, когда мы вместе с Голден Лаурель направились к нашему дракону. Вокруг бегали воины, собираясь в отряды, согласно приказу Кнайфа. - Будьте уверены, Винтер надеяться будет не столько на пони, сколько на свою магию.


- А она у неё сильная, - вставила Нефрит, поправляя золотистый нагрудник с оттеснённой на нём розой — я попросил своего полководца взять кобылку в его собственную свиту.


- Тогда битву уже можно считать выигранной, - заметил я. - Мы рассеем её войска и возьмём город. Пусть тогда сидит в своей башне, пока не сдохнет с голоду.


Кивнув двум самым ценным на свете кобылкам, я поскакал ко Трону, что переваливался с лапы на лапу позади колонн, за выведенными в резерв фестралами. Громадный ящер недобро косился на нас, но меч в копытах пегаски делал его послушным.


- Не беспокойся, - я бросил дракону, взбираясь к основанию его шеи. - Скоро тебе будет, на ком отыграться.


- Лети к замку! - приказала Скай после того, как подсобила устроиться Лаурель на чешуе между шипов. - Старайся поразить тех воинов, что прячутся за стенами.


Сам я в тот же момент, как грузная туша легко взмыла в воздух, обнажил свой меч и махнул им своим солдатом. С такой высоты нельзя будет разобрать моих слов, но мой боевой рёв воодушевил войско и дал ему сигнал к наступлению.


Кнайф повёл в бой первую линию - единорогов, выставивших щиты или посылающих во врагов магию. За ними в шашечном порядке бросились земные пони и единороги послабее, сверху - пегасы, с луками или короткими копьями. Основная часть войска ещё в движение не пришла, а фестралы и вовсе отлетели в резерв. Что же, общий план битвы на Кнайфе, пусть он ею и занимается - на мне лишь часть. Пусть и самая важная.


- Катапульты! - предупредила вдруг Блю. - Внизу несколько камнемётов!


- Разрушим их и к замку! - сориентировался я. - Трон! Давай вниз!


Гриву едва не срывало со скальпа, когда чешуйчатая зверюга совалась в пике на вражеские ряды. Порыв ветра, разбушевавшегося от драконьих крыльев, срывал пегасов на землю, и даже пешие чуть не валились с ног, а кое-кто сам поспешил упасть от страха. Конечно, по дракону забили редкие стрелы и заклинания, выпущенные самыми меткими и стойкими воинами Винтер, но его броня выдерживала их без малейшего вреда. Зато огненный залп, выданный по команде Блю, чьи глаза сейчас были распахнуты шире, чем рот, испепелил все осадные-защитные машины жарким потоком пламени. Разбегающихся от кострищ пони я поддел и своей чёрной магией, повалив их на мигом пожухшую траву. Моё мастерство в тёмных чарах никуда не пропало, а в душе я почувствовал прежде подавляемое желание убивать и контролировать, что сейчас играло лишь на копыто и было куда полезнее исконно-понячьей доброты.


А битва продолжалась.


Два войска, издавая ужасающие яростные вопли, врезались друг в друга и смешались. Копыта, мечи, магия - всё было пущено в дело. Пегасы попадали с небес и продолжили биться на земле, магия единорогов сверкала ярчайшими вспышками. Пони валились на землю - раненные, убитые, совершенно невредимые, упавшие от страха или в попытках спасти свою жизнь. Одних поднимали на копья, другие сами вонзали оружие в тела врагов. Одни рубили головы, другие прикрывали товарища по оружию клинком, латами или даже телом. Кто-то кувыркался по земле, вопя о пощаде, иные уже не различали врагов и друзей, с ног до головы покрытые чужой кровью. Одни рвались в битву, другие спешили вырваться из неё, чтобы перевязать раны или прийти в себя. Кобылы сражались наравне с жеребцами столь же яростно и умело, некоторые жеребцы наоборот, прятались за кобылами... Ужасное зрелище!


Но я был выше него, паря на своём летуне, обозревая всё поле боя разом, как и подобает полководцу. Нередко меня крутило и метало, когда со стен замка в дракона нацеливали смертоносные заряды, а он уворачивался. Но с не меньшей частотой Трон превращал площадки башен и комнаты в печи и противни, запекая прятавшихся там магов-стрелков в их собственных доспехах или даже вплавляя их кости в камень.


- Вот вам! - услышал я восхищённый вопль Блю Скай, потрясающей зажатым в крыле Даронгом. - Будете знать, как мучить пони!


Меч она приготовила не зря - внезапный вскрик Голден Лаурель сообщил мне, что к нам приближается новая опасность. Обернувшись туда, куда кобылка указала своим копытцем, я увидел, что с одной из башен взлетали в воздух пегасы в серебристых доспехах, на крыльях которых сверкало что-то вроде острых клинков. Да это и были клинки!


- К бою! - воскликнул я, выхватывая Айронтер. - Блю!


Пегасочка даже не перенесла меч в зубы - вместо этого она что-то закричала Трону. Красный дракон развернулся, поднимаясь вертикально, так, что были принуждены хвататься за его шипы, чтобы удержаться на драконе, набрал воздуха в грудь и выпалил в приближающихся пегасов огненный вихрь.


Но они уже знали, чего ожидать от летающего огнемёта. Рассыпавшись во все стороны, пегасы пропустили пламя в брешь в своих рядах, а потом развернулись резко и молниеносно, со всей инерцией врезаясь в дракона сзади, разрывая его перепонки, вонзая в него клинки с лёту, как комары, но с куда большим уроном. По нескольку пегасов набросились на нас, небесных всадников, и только своей магией я смог смять этих наглых летунов в кашу из мяса и металла, сминая и отшвыривая их как мятые комки бумаги.


Однако, Трон уже начал терять высоту, бессмысленно взмахивая разорванными крыльями. Подбросив Голден в охапку Блю, я сам спрыгнул с дракона, наращивая вокруг себя чёрно-фиолетовый щит. Он не только убережёт меня от жёсткой, костоломной посадки, но ещё вдарит по укреплениям замка с силой метеорита. На пару мгновений я потерял контроль за полем боя, завёрнутый в ярящийся кокон, а потом вокруг меня громыхнуло, будто я сидел внутри пушки. Во все стороны от меня полеткли осколки чёрного камня в испаряющейся малиновой дымке магических отголосков мощных чар, оставивших лишь кривую воронку там, где раньше держалась стена.


- Трон! - едва встав на копытца, воскликнула Блю.


Момент падения дракона мы не видели, зато могли разглядеть последствия. Пони бросились в разные стороны, спасаясь от разъярённого ранами дракона, который оставил после себя кровавую дорогу из раздавленных им тел. Взмахнув изуродованными крыльями, Трон обрушил их на воинов Винтер, разбрасывая всех вокруг себя. Его хвост взмывал вверх и падал на пони, убивая и калеча десятками. Магические лучи и копья разбивались об его чешую, только увеличивая ярость - вдохнув, он припал к земле и направил пламя на группу особо упорных вражеских магов, не оставив от тех и пепла.


Казалось бы, с такой поддержкой до победы нам оставалось только протянуть копыто. Но битва не только не заканчивалась - она набирала обороты.


- Смотрите! - завизжала Блю. - Что это такое?


Голден прижалась ко мне в страхе.


Здания Аргентум Сильвертайна ломались, словно спичечные домики. По улицам города ползло что-то большое и тёмное, поднимая столбы пыли, сокрушая всё на своём пути. Трон оторвался от сражения и поднял голову, смотря на это «что-то». Оно как раз выползало на открытое место - гигантская трёхглавая змея, покрытая отвратительной слизью.


- Селестия... - прошептал я.


- Ничего страшного, Сомбра! - раздался за моим крупом знакомый голос. - После того, как Лост уничтожит твою зверушку, вы с ним увидитесь на том свете!


- Скери Дрим... - я резко взмахнул Айронтером, оборачиваясь к единорогу. - Я думал, ты командуешь войском, а не прячешься за крупами своих солдат.


- О тебе я думал также, Сомбра.


Единорог поднял меч. Красивый длинный клинок из чёрного металла и изумительная изумрудная зубоятка, загнутая, словно коготь грифона. Держа её магическим хватом, Скери сделал шаг ко мне.


Я тоже выступил навстречу ему, резко крутанув Айронтером вокруг себя, этим стремительным и внезапным движением перерезая артерии у пони, что собирался прирезать меня со спины, пока я отвлёкся на его командира.


- Если ты такой храбрый, пусть наша дуэль будет честной! Не дело секундантов - вмешиваться в поединок!


Скери не стал отвечать словами - сдвинув брови и обнажив зубы, он кинул свой меч на меня, за секунду успев совершить два ложных выпада и один чуть не ставший жля меня роковым, но вовремя заблокированный моим собственным клинком. Рявкнув и вкладывая всю свою силу в телекинез, я откинул чуть назад вражеский клинок, высвобождая свой из захвата, и повёл свой меч дальше остриём вперёд. Дрим увернулся, но я в тот же миг сменил направление телекинеза на боковое и резанул его по боку. Чёрный меч врага пришлось отбить стальным накопытником, резко ударяя клинок по плоской стороне.


- Сомбра, осторожнее! - пропищала Голден. Я не мог отвлечься, чтобы хотя бы приободрить её улыбкой - разозлённый Дрим навалился на меня, пытаясь прижать копытами к земле. Отпрыгнув и подставив Рубило под его удар, я краем глаза увидел, что ещё одна смертельная дуэль разыгрывается в стороне: Трон, схватив в лапы по крайней голове насевшего на него чудовища, явно порождённого магией Винтер, пытался дотянуться до третьей, но та изогнулась и вонзила зубы ему в левое плечо. Перед тем, как мне пришлось развернуться к Скери Дриму, я увидел и то, как безвольно упала поражённая лапа дракона.


- Видел, Сомбра? - рассмеялся единорог, нажимая своим клинком на мой. - Даже Трон не так неуязвим, как он себе представлял. Сейчас Лост прикончит его - а потом и твою жалкую армию.


- Эта армия уже основательно потрепала твою! - я развернул меч магией, приподнимая клинок Дрима вверх, и попытавшись поразить его лучом, но мой противник сам отпрыгнул от меня.


- Подумаешь! Какие-то жалкие бунтари и не менее жалкие слуги! Больше их или меньше - для королевы не играет разницы. А по мне - чем меньше конкурентов на должность генерала, тем лучше!


- Этот меч... - воспользовавшись короткой передышкой, я оглянулся на своих кобылок. На них, по счастью, никто не нападал, и я мог сосредоточить своё внимание на враге. - Клинок очень странный…


- Догадался? Да, это брат Айронтера и Даронга, - Скери слегка развернул оружие к себе, любуясь им. - Он посшибал головы многим земным пони и очень многим пегасам, но ты будешь у него первым единорогом!


Мне начинали наскучивать эти глупые поддразнивания. Я снова запустил в Дрима своим оружием, вынуждая того перейти в оборону и попыхтеть, концентрируя мозги на драке вместо велеречия. Ведя Рубило телекинезом, я поднял в копыто меч, выпавший из челюстей моего неудавшегося убийцы, и напрыгнул на чёрного единорога. Я прижимал его обоими своими мечами, с одинаковым мастерством ведомые телекинезом и копытом, и ждал лишь момента, когда мой враг запутается, отвлечётся и раскроется. Но Дрим не за просто так был назначен генералом. Крутя своим оружием, куда более благородным, чем его владелец, Дрим с поразительной прытью отбивал мои атаки. Его клинок почти размывался от скорости, с которой он носился туда-сюда, успевая попутно и колоть в мою сторону, так что мне приходилось отпрыгивать и самому защищаться, блокируя ведомый чарами врага меч своим в копытах.


Но амбициозность и спесь Скэри сыграли против него, оказавшись его погибелью. Когда я отступил назад, единорог продолжил пырять меня своим мечом. Он почти позабыл про моё второе оружие, и я успел нанести генералу жуткий шрам прежде, чем он уклонился и спешно поднял и в свои копыта ещё один меч. Только, в отличии от меня, этому выскочке не хватало концентрации вести два боя одновременно.


- Отдай то, что тебе не принадлежит! - рявкнул я, отклоняя меч ошеломлённого раной Скери клинком обыкновенного, а Рубилом отрезая ему обе челюсти. Кобылки вскрикнули одновременно - выпустив оружие, Дрим пошатнулся и упал, да так, что задрожала земля…


Нет, земля дрожала вовсе не поэтому! Просто когда пал Дрим, Трон уже не мог сдерживать наседавшее на него чудовище. Три головы одновременно схватили дракона за шею, вырвав клочья мяса - Трон упал как раз в тот момент, когда я сразил генерал Винтер.


- Не-е-ет! - крикнула Блю Скай. - Сомбра! Оно убило его!


Расправившись с Троном, тварь развернулась было к сражающимся, но вдруг словно чей-то приказ заставил её развернуться к нам. Хотя я знал, чей именно…


Высунув из окровавленных пастей розовые жала, чудовище двинулись ко дворцу, направляемое злой волей Винтер Стар. Оглядевшись по сторонам, я поднял оружие Дрима и вручил его Голден Лаурель.


- Бегите, - сказал я в ответ на её недоуменный взгляд. - Постарайтесь продержаться, пока сюда не ворвётся Кнайф. Или спасаайтесь, если я не остановлю это чудовище. Ну, что встали?


- Ты у нас совсем загеройствовался, да? - зашипела Блю. - Я тебя не брошу! У меня Драконий меч в конце концов!


- Я тоже тебя не оставлю, - поёжилась Голден. - Я и так один раз тебя потеряла!


- А я не хочу терять тебя! - разозлился я на этих глупых кобылок. - Бегите, кому сказал!


Голден сжала зубоятку и отрицательно покачала головой. Проклятие, повезло же мне с особенной пони!


* * *


Битва доходила уже до того, что моим фестралам пришлось подключиться, влетая на посты единорогов на стенах и занимая их боем, пока остатки моей пехоты, радостно скача по трупам и полуживым телам врагов и союзников, прорывались в замок. Но их боевой запал почти сошёл на нет, когда трёхголовый урод, добивший Трона, пополз на них. Я кинулся наперерез червю-переростку, переключая его внимания на себя несколькими ударами чёрных разрывных сгустков, вылетевшими из моего рога. Моя магия слабела, как и я сам, но нанесла немало вреда уроду, вводя его в остервенелый раж и заставляя с ультразвуковым писком мчаться ко мне, пропахивая в красно-чёрной земле борозду, зарывая и вдавливая трупы глубоко в почву.


- Эй, гад ползучий! - я подпрыгнул, чтобы этот урод мог меня получше разглядеть. - Ползи сюда! А то хозяйка заругает!


Монстр приближался так быстро, что я уже засомневался, удастся ли мне уйти с его дороги. В этот момент надо мной что-то пролетело и Блю Скай зависла серединной главной головой чудовища, потрясая мечом. Тварь изогнулась, попытавшись достать до неё, но кобылка ловко спикировала вниз и пронеслась между этой головой и крайней слева, увернувшись от чудовища.


- Что встал, Сомбра? - Голден Лаурель пронеслась мимо меня. - Поскакали!


- Куда… Да вы ополоумели?! - взревел я, бросившись следом. Не оставлять же этих сумасшедших кобылок!


Трёхглавому надоело играть с таким комаром, как Блю, и он опять было повернулся ко мне, но пегасочка тут же подлетела к нему и ударила мечом по щеке. Лезвие Даронга прошибло чешую легче, чем раскалённый нож масло - Блю от неожиданности едва не попала на зуб монстру, разъярённому болью. Увернувшись, она взмыла вверх, на недосягаемую высоту, и снова налетела на тварь.


- Прыгаем! - крикнула мне Голден. Меч, который она было прикрепила на бок с помощью кожаного ремня, оказался в её зубах - кристальная пони подпрыгнула вверх и вонзила его в чешую, опираясь, как на ступеньку лестницы. Волшебный клинок едва не ушёл внутрь монстра - такое ощущение, что зачарованные лезвия обращали его естественную броню в пластилин!


Я не стал дожидаться, пока монстр сбросит пони - вместо это подхватил кобылку и себя магией, поднимая нас прямо к гигантским пастям чудовища. Если мечи древних правителей Терранники могли побороть эту тварь… То у нас был шанс.


- Руби левую, а я посередине! - заорал я Голден, готовясь отбросить её от себя. Блю Скай появилась справа, набирая скорость и отводя голову и Даронг для удара.


Напрягаясь и заставляя себя выдать больше энергии, я зарядил извергу в глаза, когда оказался примерно на их уровне. Ослеплённый точным ударом и обезумевший червь резво метнулся на меня, широко раскрывая пасть. Времени отходить в сторону уже не было - в отличии от пегасов, левитируемый собственным телекинезом пони неповоротлив. Всё, то я бы успел - напороться на зубы. Вместо этого я позволил себя проглотить, но тут же прорубил дыру в нёбе червя и вырвался наружу прямо через его мозг, плюясь от мерзостной жижи и гемолимфы, обдавшей меня с головы до хвоста. С чудовищным рёвом, сам походя на монстра, я прорвался через макушку червя наружу. Конвульсивные метания сбили меня с головы мутанта. Еле успев поставить щит, что уберёг меня от превращения в блин пори столкновению с землёй, я встал, мотнул головой и осмотрелся. Тут же мне пришлось отскочить от падающей отрубленной головы червя - плодом жестокой работы Блю.


Лаурель сработала не хуже, искромсав лоб и загривок последней оставшейся головы до такой степени, что запачкалась почти как я. И свалилась в обморок, так что я еле успел её подхватить на свои копыта, замедлив её падение телекинезом. Но потом меня самого чуть не сбило с ног жутким толчком от падения жирного червя, умудрившегося пробить ещё одну брешь в замке. Это встряхивание привело Голден в чувство. Первым, что она увидела, вернувшись в сознание - мою грязную рожу. Но, судя по слабой улыбке, пони была рада мне и любила меня вне зависимости от моей внешности.


- Я правда это сделала? - спросила она.


- Правда, - кивнул я, опускаясь вместе с поняшкой на землю. Блю приземлилась рядом, с содроганием оглянувшись на монстра.


- Теперь осталась только она, Сомбра.


Я посмотрел на замок. Битва была лишь фоном — страшное и жестокое сражение… Но оно не будет стоить абсолютно ничего, если Винтер Стар уцелеет. Неожиданно прозвучавший за крупом стук копыт заставил меня обернуться — но то был Кнайф с отрядом знаменосцев, прорвавшийся к нам. Нефрит скакала рядом с ним, доспехи её были погнуты, но ран кобылка вроде не получила.


- Всё в порядке? - спросил она. Голос её дрожал, но не от страха, она просто была насыщен битвой. - Мы прорываемся!


- Занимайте город, - приказал я. - А сам побегу разбираться с королевой.


Кто бы сомневался, что Блю и Голден поскачут со мной…


Тронный зал должен располагаться в донжоне - туда я свои копыта и направил. В воротах цитадели завязался бой с забаррикадировавшимися там единорогами. Ворота уже давно снесли, но осаждающие так и не смогли пробраться внутрь из-за многометровой баррикады из сваленой мебели. Но с моим появлением и при помощи спешащих за мной кобылиц всю эту стружку удалось поломать нашими волшебными мечами. Так же легко мы пробрались и через заслон единорогов, встретивших нас по другую сторону, но поскакали дальше, предоставив разобраться с этим трусливым сбродом хлынувшему за нами отряду. Мой путь же лежал выше, по устланной сбившимися коврами лестнице, к огромным и вычурным дверям тронного зала.


- Держитесь за мной и не вступайте в битву, - предупредил я своих кобылиц.


- Хорошо. Мы будем держаться так же, как во время твой битвы с тем чёрным единорогом, - согласно кивнула Блю Скай.


Я же воспользовался моментом и потёрся мордочкой о мордочку Голден Лаурель. А затем развернулся и изо всех сил лягнул двери тронного зала, сорвав их с петель.


- С возвращением, король, - поприветствовала меня Винтер Стар.


* * *


Закованная в броню кобылица восседала на своём троне с выражением спокойной уверенности на морде.


Я лишь прошёл вперёд. Кобылки встали у двери, приготовив мечи.


- Сама слезешь или мне тебя спустить? - спросил я, держа Айронтер перед собой.


- Ну что вы! - подняв брови и разведя крылья в стороны, аликорн встала с трона и отошла от него немного вбок, неглубоко кланяясь и махая хвостом в сторону царственного сидения. - Моя крепость осаждена и пала, ты победил, король, так не твой ли это трон по праву? Садись на него и жди, пока все пони преклонят колени перед тобой.


Я недоуменно посмотрел на неё. Такого предложения я не ожидал... Совсем...


- Я... - моя магия слегка ослабла и Рубило чиркнул клинком по полу. - О чём ты говоришь?


- Ну так ты ведь именно этого хочешь? - Винтер села возле трона и вытянула крыло, указывая на него. - Ты сильный маг, Сомбра, этого нельзя не признавать. Познав ту мощь, что может принести тёмная магия, ты стал равен аликорну. Так чего ты ждёшь?


Власть. Да. Именно то, что я желал. Больше никакой войны, все пони живут в мире, Винтер больше не покушается на соседние страны... Возможно, с её помощью я восстановлю Терраннику... А вот если кто-то посмеет угрожать нам - мы, два сильнейших мага в этой стране, сможем защитить свой народ без всякого Трона, безо всякого войска!


- Сомбра, - прислонив меч к стене, Голден Лаурель подошла ко мне, приподняв копыто... И отпрянула назад в испуге.


- Что же ты? - удивлённо произнёс я , поворачиваясь к ней. - Это же я. Твой Король!


Сейчас ко мне вернулась не только память, но и мой прежний облик, статный и величавый. Прошедшей битвы как ни бывало - я вновь почувствовал себя полным сил, готовым повелевать и творить свою волю как собственной магией, так и мудрыми приказами. Моя грива расправилась и заколыхалась, глаза заблестели, источая слабый зеленоватый туман. Всё вновь стало правильным.


- Сомбра... - Голден Лаурель села на пол, с ужасом рассматривая меня. - Это... Это не ты…


- Почему же? - голос Винтер Стар не выражал никаких чувств. - Это он. Настоящий, истинный Сомбра. Король всей Терранники, король Кристальной Империи, король Эквестрии! Так что всё правильно, маленькая пони!


- Благодаря вам я действительно вернулся, - отходя к трону, я обернулся на пегаску и единорожку. - Действительно вернулся как король! Я не забуду этого и награжу вас за преданность.


Но вместо радости и благодарности в глазах Лауры я узрел слёзы боли и огорчения:


- Ты же... знаешь, что я с тобой не для этого…


- Да неужели? - я махнул хвостом. - В этом случае мне не придётся делиться!


- Твоя власть абсолютна, мой король, - склонилась Винтер. - Чья сила — того и власть!


Мой рог заалел магией. Красная энергия перечеркнули чёрно-зелёные искры, собирающиеся на самом кончике и разливающиеся по телу приятными охлаждающими волнами.


- Сомбра! - Голден Лаурель бросилась было ко мне, но белое поле телекинеза Винтер подняла её в воздух. Кристальная пони смешно засучила копытами.


- Всё так, как и должно быть, - заметила Винтер с наигранным сожалением в голосе. - Не так ли, мой повелитель?


Я кивнул и посмотрел на Голден. Пони закрыла глаза - её грива опустилась вдруг взхломоченными клочьями, хвостик обвис...


- Сомбра, да что ты делаешь? - крикнула Блю Скай. Зажав меч, она кинулась к Винтер, но и сама поднялась в воздух, выпустив оружие, со звоном звякнувшее об пол. Винтер закатила глаза и взяла оба клинка кобылок, подняв их перед собой.


- Пойдём, Король. Нужно остановить битву, - объявила она, плавно разворачивая мечи и прижимая их крыльями к бокам. - Нам ещё понадобятся воины для противостояния Селестии.


- Селестии... - задумчиво произнёс я. Какое странное имя…


Перед моим сознанием всплыла мордочка белоснежной кобылицы с удивительно красивой гривой. И очень добрыми глазами…


- Селестия, - я повторил его уже непроизвольно. Винтер как-то странно встрепенулась.


- Это просто имя одного из наших врагов. Идём.


- Нет постой.. - ответил я покачав головой, пытаясь разобраться, что со мной происходит. Селестия. Это имя было... Светлым? Тёплым? Я не мог правильно подобрать слово... Разве что - согревающим. Словно солнце…


- Сомбра? - в голосе Голден блеснула надежда. Селестия Лучезарная, а как она плохо выглядит! Такое ощущение, будто бы бедную поняшку хорошо поваляли в грязи... И крови... Да она же в ней как раз и валялась!


- Голден, ты так выглядишь ещё милее, но тебе нужно умыться, - улыбнулся я, чувствуя, как тело начинает согреваться. - Вернёмся к принцессе…


- Заткнись! - Винтер отшвырнула от себя кобылок. - Хватит произносить её имя!


- Ты сама про неё вспомнила! - я наклонил голову, указывая своим рогом на Винтер.


. Аликорница боязливо вздрогнула, поставив поняшек на пол медленно, будто боясь уронить. Но всё равно пегаска и единорожка едва смогли встать на копыта. Кромесгоря и слабой надежды в их зрачка сквозила растерянность. Словно они вконец запутались. Но в их взгляде на меня было столько мольбы... Даже моё строгое сердце не могло не растаять от этих глаз.


- Что вы хотели? - я сделал шаг уже не к Винтер, а ко своим друзьям.


- Сомбра... Ты не должен быть таким! - Голден едва сдерживалась, чтобы не расплакаться. - Вспомни, как нам хорошо было раньше!


- Раньше - когда он был запутавшимся в чертополохе путником? - усмехнулась Винтер.


- Ты можешь и должен стать королём, - продолжала кобылка. - Но если такая высокая цена... Неужели ты готов её заплатить? Неужели ты готов снова оставить меня одну?


Я сглотнул.


- Ты всегда будешь со мной. Мы правили бы вместе! Винтер стала бы нашим верным советником, а ты — моей женой!


Кобылка покачала головой.


- Нет. Ты можешь сделать меня Королевой, но женой Тирана я не буду.


- Я не тиран. Мы сражались против Винтер Стар за свободу. И я не понимаю, что тебя так печалит, когда цель достигнута? - нежные чувства к особенной перебороли раздражение от непочтительных обращений. - Чтобы править, мне понадобится вся моя сила. Неужели ты готова отказаться от меня лишь потому, что я теперь выгляжу иначе, сообразно своему статусу?


- То, как ты выглядишь - меня не волнует, - Голден зажмурилась. - Ты меняешься внутри, Сомбра.


- А по правде, выглядишь ты сейчас как полный болван, - шепнула Блю.


Это уже было слишком! Подхватив чересчур дерзкую пони магией, я поднял её вверх ногами, вытянув крылья, и выхватил Айронтер.


- Королю нужно подчиняться, - заметил я, произнеся слова громко, чтобы заглушить визг Голден. - А за неподчинение следует наказание.


- Сомбра! - Голден Лаурель вскочила на все четыре копыта и теперь уже не сдерживала слёз. Они скатывались по её мордашке и падали на пол. - Теперь я поняла! Ты всегда был и будешь таким! Селестия ошиблась!


На этот раз не было той волны тепла, что я ощущал раньше. Вместо этого пришёл холод - холод зимнего дня. Холод ледяной воды, в которую я погружался, охватываемый чёрными щупальцами, что проникали в самую мою душу. Что-то ломая в ней. Изменяя. Уничтожая безвозвратно…


Я развернул Айронтер плашмя лезвием. Блю зажмурилась.


...И мне пришлось умереть для того, чтобы обрести потерянное.


- А почему тебе так не нравится имя Селестии? - спросил я, отпуская пегасочку и развернувшись к Винтер Стар. Свет моей магии вернулся на стабильно-красный. - Оно тебя обжигает или растапливает, как солнце залежавшийся сугроб?


Кобылица несколько секунд со вздохом рассматривала Даронг - то ли тянула время, то ли пыталась смириться с неизбежным.


- Глупец ты всё-таки, - произнесла она и налетела на меня, словно жестокая вьюга, так, что я едва успел блокировать её два клинка Айронтером.


- Соглашусь, - мрачно заключая, что едва не пал от собственной гордыни, чуть не позволил Винтер захватить себя без единого удара, я резко ушёл вниз, так что мечи, контролируемые аликорницей и резко отпущенные моим, пролетели надо мной. Я перекатился, нанося удар по брюху Стар, но она взлетела выше, чем я смог достать мечом. Но вскоре ей пришлось приземлиться. Рычавшая в праведном гневе Блю прыгнула ей на спину и вцепилась зубами ей в гриву, резко дёргая. Лауриэль, забыв о слезах, злорадно дёрнула вражину за слишком пышный хвост, заставляя встать на дыбы и открыться моему удару.


Я попытался достать её мечом, но Рубило задержалось, перекрестившись с вражескими мечами. Винтер одним сильным взмахом отправила прочь Блю, махом хвоста скинула Голден и повернулась ко мне. Рог её охватила магия - и тогда я решился на безумие. Винтер могла опередить меня с ударом или защититься магией - и тогда я проскочил под клинками и со всей силы боднул её, вонзив свой рог в грудь кобылицы.


- Хотела увидеть меня в гневе? - зарычал я, слыша, как хрипит аликорн. Рог раскалился от боли, когда я направил в него всю скопившуюся чёрную магию. - Так познай же мою ярость!


Поняшки, встававшие уже на копыта, тут же снова поникли, зажимая уши и морща морды от ужасающего визга Винтер, рвавшейся от боли на моём роге, прошедшем через холку и поломавшем позвонки. На мою гриву аликорна вырвало кровью, по моей морде сильно вдарили копыта, но моя ярость - не злая, а просто усталая ярость, стремящаяся покончить со злом навсегда - позволяла мне терпеть.


В тот миг, когда мечи упали за моим крупом, я выпустил всю энергию в Винтер Стар. Сознание полыхнуло - меня отшвырнуло прочь от кобылицы, изнутри охваченной пламенем. Она упала на все четыре ноги, задрала голову, расправила крылья - и вдруг пламя охватило её всю, вместе с доспехами. Смрад палёной шерсти заволок тронный зал; догорающий труп, с телом которого слились плавящиеся доспехи, сделал один нетвёрдый шаг, второй, пошатнулся и вдруг упал.


Прежде белая шерсть превратилась в чёрные угольки, кое-где мерцавшие тухнущими красными всполохами. Наверное, я отдал на уничтожение этой чёрной сердцем кобылы всю собственную черноту... вот почему внутри меня так пусто, светло и устало. Хотя снаружи я по-прежнему был покрыт кровью и копотью, душой я будто сменил одеяние на новое, лёгкое и чистое.


И лучшие в моей жизни кобылки почувствовали это.


- Я редко ошибаюсь, Блю Скай, - неожиданно услышал я ласковый голос и весь тронный зал вмиг залил солнечный свет. - Но я даже не могла себе представить, что всё завершится именно так. Может, оно и к лучшему.


* * *


Битва за Терраннику закончилась сразу после того, как я вышел на балкон дворца, выпуская в воздух победные магические лучи. Побросав оружие, пони стали помогать раненным и складывать убитых — печальная картина, нарушаемая искрами радости, когда разъединённые войной члены одной семьи и близкие друзья могли наконец-то побросать оружие и заключить друг друга в объятия.


Трон и тварь, которую Винтер назвала Лостом, исчезли, когда рассеялись чары аликорна. Оно и к лучшему, убирать такие туши никто бы не стал… Потери с обеих сторон оказались не столь страшными, как представилось вначале — конечно, погибло около трёх тысяч пони, ещё большее количество было ранено и искалечено, но могло быть и гораздо больше жертв. Так или иначе, всё закончилось так, как и должно.


Фестралов я отпустил домой, присовокупив, что теперь Терранника перед ними в долгу. Этот долг вылился в прекрасные торговые отношения, а многие из фестралов теперь живут в Терраннике, помогая нам восстанавливать стены, дома — и даже семьи. Вокруг Медальона стали одна за другой возникать фермы, от него к Аргентуму протянулись деревеньки и поселения. При помощи Флоры я посетил обитель Трона и похоронил погибших, а вместо руин города вверх вознёсся новый лес. Конечно же, теперь Флоре не нужно было проживать в Аундлинге — кобылку я взял к себе в замок, и благодаря её магии, этой осенью мы получили отличный урожай.


Нефрит живёт со своей семьёй и служит в моей личной гвардии, вместе с Блю Скай, которая часто ходит в гости к Тей. И все трое — желанные гости в нашем дворце, где проживают Король Сомбра и Королева Лауриэль — так жители Терранники коверкали имя Голден Лаурель. С благословения принцесс Селестии и Луны, прибывших в Терраннику на мою коронацию, я взял управление этой страной в свои копыта.


Теперь нам придётся много работать и много строить. Нужно очистить от сорняков и вновь засеять поля, восстановить деревья, разгрести Железные Горы, отловить немногочисленных сторонников Винтер, ещё прячущихся в нашей стране. Всё равно это гораздо приятнее, чем добывать кристаллы и сеять ужас среди подданных.


А куда важнее, что теперь я правлю не в гордом одиночестве, а вместе со своей особенной пони.

Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы:
Мирдал «Краденый сон»
Мирдал, Хеллфайр «Крылья меж звёзд»
Хеллфайр «Большое Приключение Оливии Моунвилл»
Ошибка в тексте
Рассказ: Возвращение короля (2017)
Сообщение: