Furtails
Рыжий Лис
«Все мы отражаем солнце...»
#NO YIFF #сказка #енот #лис
Своя цветовая тема

ВСЕ МЫ ОТРАЖАЕМ СОЛНЦЕ...

Рыжий Лис


Одним майским вечером Рыжий Лис и его друг Енот сидели на пригорке и смотрели в голубое небо. До сумерек было еще далеко, но облака на горизонте уже начали сгущаться, а тёплое весеннее солнце не скупилось на золотую с фиолетовым окантовку. Да-да, именно такую, потому что солнце этой весной было золотым и немножко фиолетовым.

- Йех! - выдохнул Енот и откинулся на спину, с сочным хрустом сминая одуванчики. - Хорошо как!

Целый взвод маленьких храбрецов с белыми пушистыми парашютами взмыл в воздух и тут же медленно начал опадать. Енот смешно наморщил нос, пытаясь стряхнуть с него одуванчиковый пух.

- Угумн, - пробормотал Лис, глядя на кусты сирени, растущие чуть поодаль от пригорка. Много-много зелени и немножко нежных цветов, словно клочья морской пены повисли на ветках.

- А ты знал, что оказывается все мы отражаемся? - спросил Енот.

- Как это?

- Ну, вот видишь солнце? Оно на самом деле - как коробка с красками, в каждом лучике - целая палитра. А мы только выбираем, какой цвет отражать.

- А как мы выбираем?

- Ну, - Енот смутился... - Да я сам толком не понял. Может быть, и не выбираем вовсе. Может, солнце само выбирает, какой цвет от нас отразить. По характеру или еще как-нибудь. Вот ты, например, такой яркий-яркий и светишься, поэтому солнышко решило, что для тебя оно отразит рыжий.

- А ты?

- Я? Я спокойный. Рассудительный. Поэтому у меня и шёрстка не такая яркая.

- Всё равно ты очень красивый. С полосками, - улыбнулся Лис, а Енот смущенно буркнул:

- Да ну...

Над ними пролетел ворон. Пронёсся шепоток вечернего ветра, всколыхнув пенные гроздья сирени.

"Вот как удивительно всё получатся, - думал Рыжий, - ведь если всё так, как Енот рассказывает... получается, что весь мир - бесцветный. И что тогда нас как будто и нет, и что не отличить одного от другого, что я, Лис, такой же как Енот, а Енот - как другие Лисы, и мы сливаемся в одно с холмом, а холм сливается с полем, а поле - во-он с той речушкой, и с небом. И с одной стороны, без солнца не было бы ни Лисов, ни Енотов, ни холмов... Вот погаснет оно - и всё обесцветится". И Рыжему на минуту стало зябко от внезапного страха.

Енот довольно жмурился на солнце, пожевывая травинку. Лис покачал головой, пытаясь стряхнуть страх, потянулся и принялся осторожно трогать лапой траву за спиной - вдруг еще корень какой попадется, или камень острый.

- Смотри, луна! - сказал Енот. Лис наконец опустился в одуванчиковые дебри и взглянул на небо. Оно было очень-очень голубое, с зелеными колосками и пушистыми одуванчиками по бокам. Луна висела высоко, да и не луна вовсе, а так, лунная корочка. Если долго на неё смотреть, то можно было разглядеть лунные кратеры. "Она так далеко, - подумал Лис. - А интересно, космос - он цветной?" Но вслух сказал:

- Как думаешь, с неё нас видно?

- Нас наверное нет. А Землю - да.

- Целиком?

Енот задумался.

- Нет, - сказал он наконец, - сейчас не целиком. Только маленькую земную корочку. Зеленую. А когда луна станет совсем круглой, то и нас с неё будет видно полностью. Смотри, какое облако!

- На дракона похоже...

- Рано пока для драконов, драконы только поздним вечером бывают.

- Ладно. Тогда подождем до позднего вечера, чтоб оно стало похоже на дракона.

- А вон то - как поросенок. Бежит и машет ушами. И хвостиком.

- От нас.

- Может и к нам.

- Может быть...

- А слева - морда. Страшенная. Смотри, какая пасть.

Енот сорвал новую травинку и закинул лапу на лапу.

"А космос - он всё-таки цветной, - подумал Лис. - И мы цветные. Ведь если мы отражаем солнце - мы не можем быть просто бесцветными и одинаковыми?" Облако, похожее на морду со страшным оскалом, медленно подобралось к лунной корочке и проглотило её.



...А однажды к Рыжему Лису пришла Смерть

Рыжий Лис


Лис проснулся оттого, что во сне ему стало на удивление спокойно - так спокойно, что даже страшно. От этого-то страха Рыжик и проснулся. Мутноватый утренний свет царапался в маленькое оконце, но не настойчиво, как бывало по утрам долгих и насыщенных дней, а тихо-тихо, словно несмело зазывал Рыжего выйти за порог, чтобы увидеть что-то необычное. Лис долго лежал в кровати не шевелясь, и всё смотрел и смотрел в оконце, и с каждой минутой необыкновенное спокойствие становилось только больше и тверже. "Надо бы посмотреть, как там сегодня, на Дорожке", - подумалось ему, хотя вылезать из-под теплого пледа и высовывать мордочку наружу не хотелось совершенно. Однако чем больше не хотелось, тем настойчивее стучала в виски мысль о том, что нужно бы хоть приоткрыть дверь и постоять на крыльце, пусть даже пару минут. "Не пойду, - упрямо бубнил Лис. - Даже кончик хвоста сегодня наружу не высуну. Ни за что". "Только на чуть-чуть", - уговаривал кто-то в голове зверька. "И не подумаю". "Ну на минуточку!"

Рыжик нехотя поднялся с кровати, замотался в плед и поплелся на кухню. Он знал, что назойливый кто-то в голове обычно успокаивался после крепкого сладкого чая с вареньем. И вот уже чайник довольно посапывал на плите, и блюдечко с вареньем стояло на столе... Лис обхватил кружку двумя лапами и долго смотрел, как от темной горячей жидкости поднимается пар. "Над моим чаем парят драконы", - гордо подумал он и сделал первый глоток. Ложечкой Лис сначала выловил из варенья все ягоды, а в оставшийся сироп обмакнул коготь и поднял лапу перед собой. Случайный лучик света, мелькнувший в кухонном окне и сразу же потонувший в серости дня, прошел сквозь капельку варенья. "А интересно, - подумалось Лису, - осталось ли в этой капле хоть немного солнца?", - и слизнул сироп. На вкус это было совсем как обычное варенье. Рыжий запил его оставшимся чаем. Утро заканчивалось, начинался день.

Весь день Лис не знал, чем себя занять - недавнее спокойствие сменилось почти паникой, хотелось что-то делать, лишь бы сегодня не сидеть в любимом кресле у очага и не смотреть на огонь. Рыжий передвигал стулья, пересыпал пряности из одной баночки в другую, ворошил старые письма от далеких любимых друзей, даже зашторил все окна, потому что серый дневной свет вдруг показался ему чужим и страшным. Стены, такие знакомые и родные, то сжимались, не оставляя ни кусочка свободного места, то разжимались, да так, что Лис чувствовал себя потерянным и неприкаянным, словно ничто с ним происходившее, сколько бы радостных и теплых воспоминаний оно не доставляло, больше не принадлежало ему и не удерживало. От чего - Лис и сам толком не понимал.

"А может, правда выйти глянуть на Дорожку? - думал Рыжик. - Далеко не пойду, только посмотрю, какая она сегодня. Можно ведь даже не выходить, только дверь приоткрыть и высунуть мордочку - мне хватит". И он подбежал к двери, отбросил крючок и несильно толкнул ее. Дверь скрипнула и лениво, словно бы зевая, отворилась. На дворе стоял густой туман и Дорожку почти не было видно - только самое начало, шага на три. И в начале Дорожки стояла Смерть.

- Ой, - прошептал Лис. - Я и не думал. Здравствуйте.

Смерть качнула головой в знак приветствия и вытянула перед собой обе руки ладонями вверх.

- Я верю, - сказал Лис.

Он отошел от двери и сделал приглашающий жест:

- Вот... только у меня беспорядок, не успел убраться. Если бы знал, что будут гости...

Смерть прошуршала внутрь, к горевшему очагу. Она долго грела ладони, а Рыжий, притворив дверь и накинув обратно крючок, сидел на подлокотнике кресла и смотрел на гаснувшие в воздухе искры. Смерть откинула капюшон, и ее длинные светлые волосы блеснули в свете огня. "Как мед, - подумал Лис. - Или как смола на липах. Тёплая от солнца". И он зевнул.

- Знаете, - сквозь зевоту попытался выговорить Рыжий Лис, - я сегодня даже шторы новые повесил.

- Знаю, - улыбнулась Смерть. - Сегодня всё равно один туман. Ничего не видно.

- А завтра?

- А завтра пойдет дождь.

Лис поморщил нос:

- У нас все прошлое лето дождь шел.

- Завтра пойдет грибной. Ты не грусти, к вечеру перестанет.

Рыжий снова зевнул.

- Устал, - пожаловался он, - весь день вещи с места на место перекладывал, только, похоже без толку. Можно я..?

- Ты ложись, - снова улыбнулась Смерть. - А я еще немного погреюсь.

- Там на двери крючок, - донеслось уже из-под пледа, - Вы не закрывайте, просто дверь покрепче прикройте.

Смерть кивнула. Туман за окнами рассеялся, и августовское бархатное небо нежно убаюкивало Лес в своих теплых ладонях. Лис спал, свернувшись клубочком и положив правую лапу под щеку. Если бы кто-нибудь приоткрыл оконце и заглянул в него, то увидел бы, что у изголовья кровати стоит светлая фигура и тихонько напевает старинную колыбельную на давно угасшем языке. Огонь в очаге потух, и только отблеск света зажженных свечей пляшет в такт на длинных волосах цвета нагретой солнцем смолы.

Смерть закончила колыбельную и прислушалась к ровному посапыванию Лиса.

- Спи, Лисёнок, - прошептала она. - Завтра ты проснешься, и у тебя всё будет хорошо. Смерть легонько подула в рыжий затылок, и Лис заворчал и перевернулся на другой бок. Во сне он не услышал, как звякнул крючок и скрипнула закрывающаяся дверь.




Белый город с высокими колокольнями.

Рыжий Лис


Это случилось ровно через год после того, как к Рыжему Лису приходила Смерть. Рыжик проснулся еще до рассвета с давно забытым чувством неуюта и неприкаянности. Всю ночь с ним вели разговор на непонятном наречии высокие бледные люди, живущие в городе с полуразрушенными колокольнями.


Это случилось ровно через год после того, как к Рыжему Лису приходила Смерть. Рыжик проснулся еще до рассвета с давно забытым чувством неуюта и неприкаянности. Всю ночь с ним вели разговор на непонятном наречии высокие бледные люди, живущие в городе с полуразрушенными колокольнями. "Извините, я не понимаю вас", - лепетал Лис, но напрасно - люди звали его, горячечно доказывали какие-то одним им ведомые теоремы, пытались дотронуться до него. И когда один из говоривших все-таки выбросил вперед руку ("Пальцы красивые, - подумал Лис. - Длинные, тонкие, музыкальные. Почти прозрачные") и схватил Рыжего за лапу, зверек проснулся.

Старые часы с кукушкой, которая давно уже не показывалась из своего домика, размеренно тикали. Мутный полумрак, похожий на слюдяное стекло, заполнял комнату. Клочья ночных видений цеплялись за подлокотники кресел, изголовье кровати, обвивались вокруг дверных ручек, заполняли чайные чашки.

- Они там совсем одни, - прошептал Лис. - Совсем-совсем, и никто к ним не приходит.

Шепот с тонким звоном отрикошетил от фарфоровых стенок кофейной чашечки (сам Лис кофе не пил, но на случай прихода друзей всегда держал наготове мельничку, джезву и красивые чашки) и с печальным "дзынннь" сошел на нет. Лис вздрогнул и закутался поплотнее в клетчатый плед.

В Лесу решительно и бесповоротно наступала зима. Дорожку было уже не разглядеть под ворохом съежившихся коричневых листьев и опавших корявых сучьев. Деревья, которые обычно были заодно, теперь тянули узловатые руки к серому небу в исступленной молитве безнадежного одиночества. Дров на растопку камина с каждым разом уходило чуть больше, а клубничного варенья в большой банке оставалось все меньше. Лис теперь держал шторы задернутыми почти весь день - за окно смотреть не хотелось. Но сейчас одна из шторок была отодвинута.

Лис сидел спиной к окну, поэтому и дернулся от неожиданного "тук", раздавшегося за окном. "Тук. Тук-тук". Постукивание сопровождалось странным звуком, как будто кто-то поскребывал когтями по жестяному подоконнику. Рыжик обернулся. И замер, прикусив язык между зубами от волнения. Что-то невероятно светлое, серебристое, отражавшее скупые искорки утренне-зимнего солнца мелькнуло по ту сторону стекла... и исчезло.

- Эй! - выдохнул Лис. - Постойте!

Вновь за окном промелькнуло серебристое видение - так же мимолетно, как и в первый раз.

- Кто Вы? - тихонько спросил Лис, не рассчитывая на то, что его услышат.

- Я ПРИШЕЛ К ТЕБЕ, - раздался ответ. - ХОЧЕШЬ, ПОЙДЕМ СО МНОЙ?

Лис вильнул пушистым хвостом. Ответ был странный. Не было слышно голоса, но, тем не менее, слова заполнили все пространство вокруг Рыжика.

- Куда? - прошептал зверь.

- ДАЛЕКО-ДАЛЕКО ОТСЮДА ЕСТЬ ГОРОД С ВЫСОКИМИ ПОЛУРАЗРУШЕННЫМИ КОЛОКОЛЬНЯМИ.

- Как в моем сне?

Тишина.

- Подождите!

- Я ЖДУ, МАЛЕНЬКИЙ ЗВЕРЕК.

- Скажите... Вы... Вы... А, ладно!

Лис резво вскочил с кровати (клетчатый плед полетел на пол) и метнулся к кухонному столу, лихорадочно соображая, что взять с собой. Бледные люди, говорившие с ним ночью, не были похожи ни на кого из обитателей Леса, и Рыжик не мог понять, с каким гостинцем к ним придти, чтобы не обидеть.

- ПОЙДЕМ, МАЛЕНЬКИЙ ЗВЕРЕК.

- Я иду! - тяфкнул Лис. Он схватил со стола банку клубничного варенья - последнюю, еще не открытую. С трудом прижимая к себе огромную банку, он выскочил на улицу. Серое утро безмолвствовало. Дорожка по-прежнему была сиротлива и пустынна, и не было ни следа присутствия неведомого существа.

- Где Вы? - робко позвал Лис.

Новых слов не последовало... но где-то среди деревьев мелькнул серебряный всполох - и пропал. Пыхтя и отдуваясь, стараясь не выронить банку, Лис засеменил туда, где только что был виден его невероятный собеседник.

Это была долгая дорога, уже далеко позади остался привычный Лес и начались Горы, и Дорожка разбилась на множество едва различимых и поросших жухлой травой тропинок. Лис бежал, даже не останавливаясь, чтобы перевести дыхание. Он не смотрел по сторонам и не думал о том, что остановись он сейчас и захоти вернуться домой - он не смог бы найти дорогу. Его манил дивный серебряный зверь, ведущий Рыжика в город бледных людей и колоколен с давно умолкшими колоколами.

- МЫ ПОЧТИ ПРИШЛИ, МАЛЕНЬКИЙ ЗВЕРЕК, - вновь заговорил таинственный проводник. - ОСТАНОВИСЬ И ЗАКРОЙ ГЛАЗА.

Внезапно Лису стало страшно. Он покрепче прижал к себе варенье и крепко-крепко зажмурился. В мордочку ему ударил внезапный порыв холодного ветра, нос защипало от льдистого воздуха.

- МОЖЕШЬ ОТКРЫВАТЬ, - сказал проводник.

- Я... - начал было Лис. И осекся.

Перед ним расстилалась покрытая снегом долина. Каменные домики теснились друг к другу, перед ними не было ни двориков, ни садов, ни огороженных грядок с овощами. Зато почти у каждого была своя колокольня. Некоторые из них стремились ввысь - да так, что голова кружилась, когда смотришь на их верхушки. Другие были изрыты беспощадным временем и казалось, что им отчаянно хочется начать расти в обратном направлении, внутрь земли. Колокола молчали. Лис заметил, что некоторые из них давно треснули, и трещины поросли зеленоватым диким мхом.

"Это странный город, где нет ни звука, но улицы заполнены словами, - подумал Лис. - А где же..."

Но додумать свой вопрос он не успел. Раздался шелест - поначалу негромкий, но стремительно нарастающий, а через полминуты в воздухе парили изумительные серебристые создания, неся лунный свет, и северное солнце, и отблески звезд в водах северных морей на своих величественных крыльях. Это был город Драконов.

Лис набрал воздуха, чтобы сказать им, как он польщен, и даже немного испуган такой встречей. Он хотел сказать, как они прекрасны. Как ему хотелось бы просто смотреть в их глаза - и молчать целую вечность. Но он вдруг почувствовал себя таким маленьким, неправильным, неуклюжим. И чужим в этом городе абсолютной красоты.

- ТЫ ХОТЕЛ СКАЗАТЬ ЧТО-ТО, МАЛЕНЬКИЙ ЗВЕРЕК?

- Я... я вам варенья принес, - сконфуженно прошептал Лис.

Шелест усилился, и Рыжику показалось, что к трепету крыльев добавился мягкий смех.

- Только вы его, наверное, не едите, - заключил Лис.

- ТЫ ПРАВ, МАЛЕНЬКИЙ ЗВЕРЕК. МЫ НЕ ЕДИМ ВАРЕНЬЯ.

Лис смущенно махнул хвостом. Ему было неловко за свою нерасторопность и простоту. Варенье, надо же. Для Драконов.

- СЯДЬ, МАЛЕНЬКИЙ ЗВЕРЕК. МЫ НЕ ЕДИМ ВАРЕНЬЯ, НО МЫ ЖИВЕМ ДРЕВНИМИ, ДАВНО УТЕРЯННЫМИ ПРЕДАНИЯМИ. МЫ РАССКАЖЕМ ИХ ТЕБЕ, ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ.

Лис как завороженный опустился на задние лапы и обернул их пушистым хвостом. Было холодно.


Когда Рыжик проснулся, время уже подходило к полудню. В комнате по-прежнему царствовал серый полумрак - в такие дни время суток мало что меняло. Рыжик пытался вспомнить, что ему снилось сегодня, он чувствовал, что это так важно, что если он не вспомнит, он уже никогда не будет настоящим... Но все напрасно. Лис поднялся с кровати и потянул за собой плед, как вдруг споткнулся обо что-то и почти рухнул на пол. "Варенье? - подумал он. - Но я же помню, как оставлял банку на кухне... Странно...".

Лис разжег конфорку на старенькой плите и поставил чайник на огонь. Когда чайник закипел и начал недовольно посвистывать, Рыжик налил чаю в свою любимую кружку, уселся за стол и открыл банку. Когтем он подцепил самую большую клубничину. За окном раздался негромкий стук. Лис встрепенулся и бросился посмотреть, что происходит - но это была только упавшая ветка. "Зима приходит, - вздохнул зверек. - Вот уже и иней на окнах появляется".

Скудный лучик полуденного солнца вскользь прошелся по оконному стеклу. Иней вспыхнул серебристым цветом - и Лис вдруг понял, что стоит посреди огромного города с высокими колокольнями, смотрит в самые невероятные глаза на свете и слышит негромкий рассказ на давно забытом наречии. Рыжик мотнул головой - и видение пропало. "Они там совсем одни", - прошептал Лис. Потом он вернулся на кухню, уселся на табурет, обхватил лапами кружку с чаем и долго смотрел, как пар от горячей жидкости растворяется в воздухе...


© Copyright Рыжий Лис (miss_sire@mail.ru)

Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Ссылки: http://zhurnal.lib.ru/m/musatowa_e_w/
Похожие рассказы: Red aka Saki «Забор», Фред Адра «Лис Улисс и свирель времени (Лис Улисс - 3)», Лис «История Лиса»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален