Furtails
Alex Heil
«За отсутствием состава преступления...»
#NO YIFF #юмор #крыса #лис #медведь
Своя цветовая тема

За отсутствием состава преступления...

Aleks Heil


« - Людям это безразлично! Им нужны загадочные истории, расследования тайн и, и, и...

- И СИСЬКИ!»

(Очень страшное кино 3)


Было уже заполночь, когда детектив Мэтью Фроз приехал на место преступления.

В небольшой комнате фотостудии уже работали эксперты. Бросив взгляд на поломанную аппаратуру, потеки спермы на полу и стенах и на обрисованные мелком силуэты, крыс поморщился и обратился к подошедшей лисице с погонами младшего сержанта:

– Докладывайте.

– В 23.43 на пульт дежурной части поступил вызов от владельца помещения… эээ, Тома Андерсона. Именно он застал своих сотрудников зайиффанными, и сразу же позвонил в полицию.

– По какой причине он приехал сюда?

– Эээ… по его собственным словам, Том Андерсон забыл в студии документы, которые потребовалось срочно переслать по факсу.

– Кто жертвы?

– Супружеская пара: Мария и Энтони Роз. Работают моделями по найму. Они заключили контракт с Томом Андерсоном на фотосессию для журнала «Playfurry», и как раз завтра… эмм, уже сегодня срок их договора истекает.

– Что свидетели?

– Их пока ищут, но пока безрезультатно.

Лисица торопливо пролистнула предварительный отчет и выжидающе уставилась на Фроза. Посмотрев на ее дергающиеся ушки и прижатый к ноге хвост, детектив вздохнул: одна беда с этими новичками. Хотя и старается из всех сил, но все равно нервничает. Не привыкла еще.

– Ваше имя, сержант.

– Анна… Анна Бойл, – девушка едва ли не выпрямилась по стойке «смирно».

– Итак, младший сержант Бойл: подготовьте полный доклад, и завтра утром будьте в моем кабинете в Управлении. И не забудьте духи.

– Есть, – лисица густо покраснела под шерстью, но ничем более не выдала себя. Все-таки хорошая девочка – понимает, что без этого нельзя иначе.

Продолжив осматривать помещение, Мэтью присел перед одной из лужиц и обмакнул в нее палец. Понюхал и лизнул. Поморщился: навскидку, в преступлении были замешаны не меньше десяти фуррей. Однако столь большие банды не промышляют по таким мелким для них целям. Следовательно, был тот, кто нанял их и скоординировал действия. Некто, досконально знающий планировку здания и расписание работы остальных контор: провести незамеченной такую толпу может далеко не каждый.

Позади раздалось вежливое покашливание: подошел один из экспертов.

– Что у вас? – спросил крыс, поднимаясь и отряхиваясь.

Енот поправил очки и стал монотонно перечислять:

– Следы принадлежат группе фуррей в количестве около дюжины. Нами обнаружены, помимо семенного материала, частички слюны, шерсти, а также отпечатки пальцев и стоп. Помимо этого, больше никаких улик. Более точно смогу сказать только завтра.

– Работайте дальше, - кивнул Фроз, хотя хвост его нервно дернулся, кончиком угодив в лужицу спермы. Чертыхаясь, детектив бумажным платком стал вытирать его. Завтра его вызовут с докладом, и что он им скажет? Такой неслыханный зайифф – и никаких следов, кроме естественных. Почему-то у крыса было предчувствие, что свидетелей так и не найдут.

Хозяин фотостудии оказался гиеном. Он сидел в темном углу и комкал в лапах пустой стаканчик из-под кофе, раз за разом обводя комнату ошарашенным взглядом. Когда Мэтью подошел к нему, тот никак не отреагировал.

– Том Андерсон? – для проформы поинтересовался крыс и сел рядом. – Меня зовут Мэтью Фроз, и я буду заниматься расследованием этого преступления.

– А какой смысл? – негромко отозвался гиен, даже не повернувшись. – Я пропал… со мной теперь никто не захочет работать.

– Мистер Андерсон, – Мэтью был само терпение. – Моя задача: не допустить, чтобы подобное повторялось и впредь, поэтому необходимо задержать преступников.

– Ну задерживайте…

Нахмурившись, детектив попытался зайти с другой стороны.

– Вас что-то беспокоит, мистер Андерсон?

– Что такое матрица? – гиен посмотрел на него с какой-то непонятной надеждой в глазах.

– Позвоните на добавочный узел оператору, он вам объяснит. Вы можете показать фотографии пострадавших?

Вяло махнув лапой в сторону, Том надел темные очки и через пару секунд рассыпался зеленоватыми циферками.

Пройдя в указанном направлении, Фроз нашел поваленную этажерку, вокруг которой в беспорядке валялось множество папок. Подняв одну из них наугад, крыс заглянул внутрь. На лежащей сверху фотографии была запечатлена обнаженная темно-синяя драконица, лежащая на бетонном полу со связанными крыльями. Вскинув брови, детектив стал поочередно перебирать снимки. Вот самку обступили несколько жеребцов, потом она каждого обслуживала пастью, далее ею овладели по одному, по двое и по трое, а под конец сумели пристроиться все пятеро. Завершалось все тем, что самцы поочередно кончили ей в подхвостье и заткнули его пробкой, после же ушли, оставив драконицу лежать на полу с округлившимся животом.

– Дилетанты, – поцокал языком крыс. – Лишь бы деньги получать…

На крышке в верхнем уголке была написана дата: 15 апреля. Неизвестные любители группового йиффа отчего-то не торопились за фотографиями. «Решили дома продолжить», – хмыкнул Мэтью и стал перебирать папки.

Самая последняя оказалась заведена неделю назад. Открыв ее, детектив понял, что не ошибся.

Застеленная белоснежным бельем круглая кровать, на краю которой сидели тигрица и лис, причем самка, улыбаясь, с некоторым вызовом смотрела в объектив, а самец – с нежностью на нее саму. И хотя оба были связаны – аккуратные веревочные петли по нескольку штук опоясывали их ноги и заведенные за спину лапы – но их хвосты оставались свободными и совершенно естественно обвивались вокруг друг друга, словно подбадривая. Сразу видно, что эти фурри не просто пара, а пара на всю жизнь.

Достав снимок и засунув его во внутренний карман пиджака, крыс перелистал остальные, но не нашел никакой мало-мальски ценной информации. Ни самого контракта, ни ведомости по оплате. Вздохнув, он снова подозвал Анну и поинтересовался, куда увезли пострадавших. Оказалось, что в Принстонскую больницу, но сегодня пообщаться с ними не получится, потому что врачи охарактеризовали их состояние, как «йиффатическое предкомовое». Поблагодарив лисицу, Мэтью еще раз осмотрел комнату и решил, что больше ему здесь делать нечего.

***

Через несколько часов в Управлении…

– Все лгут, – безапелляционно заявил Мэтью, сидя за столом в своем кабинете и взирая на подчиненных. Младший лейтенант Джордж – медведь – сосредоточенно раскуривал трубку и пытался пускать клубы дыма в форме слоников, но получалось нечто, что кенгуру Роберт назвал коротко и емко – муды. Сам старший сержант занимался тем, что стоял у окна и стрелял из пистолета по тарелочкам – в доме напротив в одной из квартир полным ходом шел семейный скандал, и на улицу периодически вылетала посуда.

Никто из них обоих не отреагировал на слова Фроза. Крыс вздохнул, и в этот момент зазвонил телефон. Машинально включив громкую связь, он не успел ничего спросить, как из динамика донесся вопль:

– На телефонной станции пожар, немедленно…! – конец фразы потонул в помехах.

Пожав плечами, детектив опустил трубку в графин – вода мгновенно вскипела, а над поверхностью пыхнуло облачко пара пополам с дымом.

– Команда, – негромко сказал Мэтью. – Пора за работу.

Медведь и кенгуру переглянулись – когда тон их шефа становился таким невозмутимо-спокойным, это означало, что пора поджимать хвосты и приниматься за дело. Захлопнув окно, Роберт прыгнул на стул рядом с Джорджем, пока тут вытряхивал трубку в пепельницу.

Дождавшись положенного внимания, крыс вытащил и шлепнул на край стола позаимствованную накануне фотографию. Синхронно потянувшись вперед, оба полицейских стукнулись мордами и зашипели-зарычали друг на друга.

– Садомазохизмом не интересуюсь, – спустя несколько секунд заявил медведь, потирая ушибленный нос и снова зажимая трубку в пасти.

– Я бы не отказался провести с ними ночку-другую, – возразил Роберт, кончиком языка трогая чуть распухшую губу и зачарованно рассматривая тигрицу и лиса

– Как только пострадавшие пройдут реабилитацию, тогда к ним и обращайся, – заметил крыс, в легком раздражении поводя носом. – Больше ни на что не обратили внимание?

Получив в ответ лишь недоумевающее выражение морд, он вздохнул и достал черный маркер.

– У самки напряжены мышцы ног, – обвел кружочком бедро тигрицы. – Она старается выглядеть спокойной, но на самом деле словно желает отодвинуться как можно дальше. Далее: если приглядеться, то глаза ее слегка прищурены, уголки губ чуть опущены, а на носу – еле заметная складочка. Это брезгливость. Следовательно, в этот момент она видела кого-то или что-то, вызывающее у нее инстинктивное отвращение. И поэтому наша задача выяснить, точнее – восстановить события вчерашнего дня. Ты, – Фроз указал на медведя. – Пройдись по конторам и выясни, не видел ли кто нечто странное или необычное. А ты, – кенгуру встрепенулся, – поезжай в больницу и попробуй расспросить пострадавших.

Слаженно кивнув, полицейские вышли из кабинета. А через минуту в дверь постучали, и вошла лисица с папочкой в лапах.

– Здравствуйте, Анна, – улыбнулся ей Мэтью. – Чувствую, вы сделали именно так, как я просил.

– Да, сэр, – покраснела она.

– Заприте дверь.

Исходивший от лисицы аромат жасмина заставлял шерсть на морде крыса встать дыбом, а кончик хвоста – мелко постукивать по полу. Едва замок щелкнул, как он включил проигрыватель.

Под раздавшиеся бодрые звуки патриотического марша Анна положила бумаги на край стола и стала танцевать, попутно скидывая с себя части формы. Лапы Фроза сжимались на краю столешницы всякий раз, когда лисица поворачивалась спиной к нему, зазывно взмахивая пышным хвостом.

Оставшись под конец в одних трусиках цвета хаки, самочка подцепила их пальчиками, намереваясь стянуть, но тут детектив остановил музыку. Судорожным движением взъерошив взмокший мех на лбу и обвив хвост вокруг ножки стула, он кивнул на папку:

– Докладывайте…

Крыс вытащил из верхнего ящика стола альбом для рисования, открыл его на чистом листе и стал делать карандашный набросок устроившейся на стуле лисицы.

***

– Всего доброго…

Произнесенная в седьмой раз за последний час эта фраза уже набила оскомину медведю. Какое тут «доброе», когда удалось узнать только то, что никто ничего не знает!

Уткнувшись взглядом в глухую стену, младший лейтенант понял, что дошел до конца коридора. Пора подниматься на следующий этаж. Фотостудия располагалась на последнем, и по законам логики работники остальных контор вчера должны были все до единого толпиться возле нее, держать в руках камеры, расспрашивать преступников и держать над ними свечку, пока те делали свое черное дело.

Развернувшись, косолапый потопал было к лестнице, но на полпути внезапно понял, что ему не помешает заглянуть еще в одно местечко. Оглядевшись, он заметил неприметную дверку безо всяких надписей и вошел в нее. И замер. Мерцающая галогеновая лампа выхватывала из мрака крохотную – не больше кладовой – комнатку, в которой находилась только ржавая раковина без крана, да висящее над ней тусклое зеркало. Пожав плечами, Джордж развернулся и уже хотел выйти, как вдруг из стока раздалось дребезжание, словно спятивший слесарь запихнул в трубу будильник. Потом так же резко стихло.

Ощущая, как шерсть на загривке ходит волнами, он пнул створку. Та не поддалась и даже не дрогнула. Подергав за ручку, младший лейтенант сразу же оторвал ее, однако дверь по-прежнему осталась закрытой. Низко и глухо зарычав, медведь приготовился выломать ее. В этот момент из раковины снова донеслись звуки, но теперь они походили на радиопомехи. Через несколько секунд они так же стихли, и раздался голос.

– Здравствуйте, Джордж.

– Кто вы? – не меняя интонации, спросил медведь, развернувшись навстречу новой опасности.

– Меня зовут Ингри Кол.

– Выпустите меня.

– Думаю, сначала вы бы хотели получить ответы на свои вопросы.

– Какие вопросы? – непонятный и странный голос пугал косолапого.

– Вы хотите узнать, кто виновен.

– А вы знаете? – неужели ему все-таки попался свидетель?! Джордж решил уточнить:

– О каком именно преступлении вы говорите?

– Одиннадцать и двое, запертые в одной комнате. Одни ищут спасение, другие ловят их.

– Рассказывайте, – страх медведя полностью улетучился, он поудобнее прислонился к стене и достал блокнот.

Спустя полчаса младший лейтенант ошарашено перечитывал написанное, сидя прямо на полу. Голос из раковины стих, словно давая осознать информацию.

Грузно поднявшись, Джордж отряхнулся и глянул на свое отражение в зеркале. Поправил рубашку и взъерошил шерсть в вырезе. Расческой пригладил мех на ушах. И только потом обратился к свидетелю.

– Следствие благодарно вам за столь неоценимую помощь. Но все-таки: кто же вы?

Молчание, растянувшееся на полминуты.

– Я тентакль, который живет в подвале, – наконец последовал ответ.

Кивнув, медведь сделал последнюю пометку в блокноте и закрыл его. Попробовал снова толкнуть дверь и едва не растянулся на полу в коридоре, когда створка легко отворилась. Тотчас лампа за его спиной погасла. Джордж не заметил этого и едва ли не бегом припустил на улицу, желая поскорее обрадовать шефа.

***

Вечер, Управление…

– Сэр, неужели вы тоже интересуетесь субкультурой хуманов? – спросила лисица, сидя на коленях крыса и рассматривая рисунки. На всех них она представала в виде рыжеволосой человеческой девушки в самых разных позах: сидя на столе, на стуле, посасывающая дуло пистолета, листающая бумаги, любующаяся видом из окна…

Метью довольно улыбнулся, а его усы затрепетали.

– Да, милая, уже года четыре как, – обеими лапами он поглаживал густую шерстку на спине Анны, пытаясь пригладить.

– Вот было бы здорово, существуй хуманы в действительности, – мечтательно протянула она, и тут в кабинет постучались.

– Да? – не делая попыток поменять положение, отозвался крыс.

– Шеф… это я, Джордж.

– Открой ему, – шепнул Фроз Анне и легонько шлепнул ее по попе. Заискивающе поджав хвост, она быстро прошла к двери и отперла замок. Возникший на пороге возбужденный медведь едва не снес ее. В последний момент он успел подхватить лисицу, пробормотал слова извинения и плюхнулся на стул.

– Что у тебя? – поинтересовался детектив, возвращая одежду Анне и подвинувшись, чтобы дать ей место одеться.

– Докладываю: никакого преступления не было, сэр!

– На основе чего вы сделали подобные выводы?

– Потому что происшествие инсценировала сама жертва, а именно – Мария Роз.

Уши крыса встали торчком, сам он подался вперед, едва не смахнув на пол подставку для ручек:

– Рассказывай.

– Да нечего тут рассказать особенно. Если вкратце, то Мария решила сделать подарок своему мужу в честь годовщины свадьбы и после окончания работы пригласила фуррей из одного йифф-агентства. Ну и… те слегка с афродизиаками переборщили, а после испугались, что их обвинят в зайиффе, и сбежали.

– Хмм, – Фроз посмотрел на лисицу, которая устроилась на одном из стульев рядом и внимательно прислушивалась. – А как же то отвращение, что было у нее на снимке?

– По словам свидетеля, в то утро Том Андерсон не фапал на нее как обычно, и она решила, что он сменил ориентацию.

– Ясно, – откинувшись в кресле, крыс потянулся. – Сейчас напишем рапорт и объявим о закрытии дела ввиду отсутствия состава преступления. Может премию дадут за столь оперативную работу.

Джордж неопределенно пожал плечами и достал из кармана трубку, тут же принявшись набивать ее. Анна снова устроилась на коленях у Мэтью, пока тот задумчиво смотрел в потолок.

– Интересно, а где Роберт? – вслух спросил он.

***

Принстонская больница, приемный покой

Отправив в мусорное ведро обертку от очередного батончика, кенгуру развалился на диване, поглядывая на часы и на дверь, ведущую в реабилитационные блоки. Порой оттуда доносились еле слышные стоны и шум: у кого-то полным ходом шло восстановление.

Через пять минут в приемную юркнула белочка в одежде медсестры и подошла к Роберту.

– Простите, сэр, но супруги Роз все еще находятся в палате интенсивной йиффапии. Если хотите, вы можете придти завтра утром.

– Я лучше подожду здесь, – от медсестрички не укрылся взгляд, которым ее смерил полицейский. Подойдя вплотную к нему, она понизила голос и спросила:

– Еще йиффа, старший сержант? – и распахнула халатик.

– Не откажусь! – довольно осклабился Роберт.

***

Спустя несколько дней, Управление

– Итак, господа… – Метью Фроз обвел своих подчиненных долгим взглядом. – Я пригласил вас с тем, чтобы сообщить… что у нас больше не осталось дел!

Кенгуру и медведь дружно вздрогнули.

– Не может быть… – одними губами прошептал Роберт. Его напарник выронил трубку и шумно засопел.

– Всем известно, что с нами делают, когда у нас больше нет заданий? – от вкрадчивого голоса крыса в графине замерзла вода, а пролетавшая мимо муха грохнулась на стол без сознания.

– Йиффают? – робко отозвался кенгуру.

– Вот именно! – детектив раздраженно щелкнул хвостом по стулу, а его красные глаза сверкнули. – Причем долго, часто и без перерывов! И поэтому нам предстоит тяжелая и опасная миссия. Предупреждаю сразу: к ее завершению не все останутся целыми и невредимыми.

Метью не спеша разложил на столешнице три листа бумаги, и обратился к Джорджу:

– Вытяни один.

Медведь поднялся и медленно потопал к столу. Помявшись, он ухватил центральный лист и рывком дернул его к себе. На обратной стороне красным маркером была нарисована цифра «2».

Подойдя к младшему лейтенанту, Фроз положил лапу на его плечо и несильно сжал.

– Крепись, брат. Твоя задача: спуститься в архивы, разыскать их заведующую – кобылку Пинки – и до конца рабочего дня соблазнить ее со всеми вытекающими, а после выпросить хотя бы два-три «глухаря». Вдруг начальство оценит наше усердие? Или даже... даст по звезде!

Из Джорджа словно вынули все кости: он грузно осел на пол, привалившись к тумбе стола.

– За что?! – из его пасти вырвался стон Читы, узнавшей, что Тарзан изменил ей со слоном.

– Все решил жребий. На твоем месте мог оказаться и я, и Роберт.

Старший сержант, как раз пытавшийся в этот момент подсмотреть в листки, испуганно отдернул лапу и отпрыгнул к противоположной стене.

Кое-как косолапый поднялся на ноги и мертвым голосом сказал:

– Прошу выдать мне средства индивидуальной защиты.

Поискав в кармане, Метью протянул ему ярко-оранжевые беруши.

– Удачи, лейтенант. Роддом тебя не забудет, – напутствовал он обреченного на йифф подчиненного. Развернувшись, медведь слепо двинулся к двери, по пути повалив пару стульев.

Когда Джордж вышел, крыс сдавленно хихикнул, пригладил встопорщившиеся усы, и перевернул остальные листы бумаги – на каждом из них была та же самая цифра.

– Кому-то надо выполнять грязную работу, – вполголоса заметил Фроз, а кенгуру торопливо закивал, соглашаясь.

В этот момент раздался стук, и в кабинет вошла лисица.

– Сэр, я принесла вам то, что вы просили, – обратилась она к детективу, держа в лапах объемистый бумажный пакет.

– Спасибо, сержант, – улыбнулся ей крыс. – Отдай это Роберту.

Приняв пакет, кенгуру осторожно заглянул внутрь, и удивленно свесил уши, увидев кучу женского белья и косметичку.

– Анна Бойл, уделите вашему товарищу немного времени и просветите его, как носить подобную форму одежды и как пользоваться косметикой. Роберт, как только вы переоденетесь, сразу же отправляйтесь в клуб трансвеститов «Синий в розовую крапинку фламинго» и встретьтесь с нашим информатором – этим самым фламинго.

– Есть, сэр! – лисица повернулась к Роберту и потянула его за лапу, заставляя встать. Будучи в состоянии грогги от услышанного, тот беспрекословно повиновался и дал себя увести.

Оставшись наедине с самим собой, крыс уселся в кресло. Задумчиво пролистал ежедневник и окончательно убедился в его девственной чистоте.

– А не сыграть ли мне в рулетку? – негромко произнес детектив и нажал на вмонтированную в столешницу кнопку. И вместе с креслом провалился в разверзшуюся в полу дыру.

Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы: Добрынина Марина «Кризис власти (СВЛ)», Алис Алхимик «На дне», Мирдал «Краденый сон»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален