Furtails
Пенкин Игорь
«Байкер на копытах»
#NO YIFF #магия #попаданец #превращение #фентези #демон #кентавр
Своя цветовая тема

Байкер на копытах

Пенкин Игорь Валериевич


Пролог.


Промозглая и дождливая осенняя ночь. Мотоцикл летит по трассе с бешеной скоростью, ветер хлещет по лицу и глазам человека, оседлавшего бешеную технику. На нем нет шлема, и длинные русые волосы развеваются за его спиной подобно крыльям.


"Как она могла? Почему? В чем я виноват? Где моя ошибка?" - звучит в его голове, а по щекам катятся слезы и причиной им отнюдь не ветер...


Его зовут Владимир, он байкер, черный дух дороги, побратим ветру. Но сегодня он не рад езде, похожей на полет. Его душа лишилась своей части, и он мчит, желая лишь забыться. Эмоции опасный спутник на мокрой дороге и вот на повороте стальной конь перестает слушаться воли наездника, и мотоцикл летит на встречную, прямо под колеса грузовика.


Последним услышанным Владом звуком был хруст его собственных костей, перемалываемых мощными колесами.


Глава 1.


"До чего же холодно!" - родилась в моей голове мысль, и, испугавшись сама себя, быстренько исчезла, но свое черное дело она свершила, разбудив мое сознание. Я попытался припомнить, что произошло со мной накануне. Мне это удалось, но лучше бы это так и осталось бы тайной.... Судя по последнему, что я видел, даже если я выжил, что маловероятно, но раз уж думаю, значит, как вариант, сойдет, то останусь без ног, а это означает одно - мотоциклы для меня заказаны, а без них я все равно, что мертв... Ладно, зачем оттягивать неизбежное... Для начала я прислушиваюсь и слышу капание воды и вой ветра в трубах - в принципе нормальные звуки для больничной палаты. Значит, открываем глаза и...


"Твою мать через три колена на святой круг с присвистом перевернуть неловко!" - это были все мысли, которые появились в моей несчастной голове после открытия светлых очей. Судите сами - я лежу на полу какого-то сырого и темного подвала, руки связаны, ноги тоже, все четыре... Я не оговорился, у меня четыре ноги! Конских! С копытами! И еще хвост, длинный, похожий на крысиную мерзость. Я, конечно, много читал фантастики, но никогда не горел желанием самому стать вот таким вот "попаданцем", да и в книгах переносятся либо в своем теле, либо в эльфов всяких, ну или орков на худой конец, а меня в кентавра закинуло! Кошмар! Хотя... Надо будет испытать возможности этого тела, ведь конь способен скакать весьма быстро, да и, если верить книгам, то кентавры сильнее, быстрее и выносливее человека... Вот только до светлого момента испытаний я могу и не дожить, потому как сомневаюсь, что меня заперли здесь с целью угостить пивком с воблой, а значит надо отсюда убираться и как можно быстрей. Первым делом нужно освободиться от веревок. Эх, как хорошо иметь за плечами богатый опыт хулигана! По сравнению с работниками доблестной милиции города N-ска, в котором я провел большую часть своей сознательной жизни, связавший меня был просто ребенком. Руки слушались меня довольно плохо, но немного помучившись, я легко распутал узлы. Наверное, теперь, имеет смысл, представиться - Князев, Владимир Семенович, двадцати восьми лет от роду, уроженец города N-ска, Ленинградской области. По образованию историк, по жизни байкер, недавно расстался с невестой, выпил, разозлился и как водится, попал в аварию на мотоцикле. Ныне нахожусь в теле молодого кентавра, которое, пожалуй, опишу подробно: конский круп вороной, больше похожий на заднюю часть тяжеловоза, хвост длинной около двух метров, больше напоминающий хлыст Ноги тяжелые, мощные с крупными копытами. На всем этом безобразии укреплен атлетический торс мужчины, лет примерно двадцати, покрытый курчавыми волосами, лицо я увидеть не смог, но если судить на ощупь красавец я еще тот - огромный, в пол-лица нос, это знаете, несколько через чур... Волосы черные, прямые, заплетенные в растрепанную косицу. Теперь об анатомических особенностях: сердце, судя по ощущениям, у меня одно - лошадиное, комплектов легких два - в конском туловище и в человеческом, позвоночник общий, в месте перехода очень толстый и сросшийся в монолитную кость. От него отходит множество ребер, в районе человеческого живота напоминающих костяные щитки. Вообще, анатомически это тело было очень неплохо продумано, за исключением одного пункта, но крайне неприятного - мое сердце находится ровно в месте перехода из человеческого живота в конскую грудь и не прикрыто почти ни чем, а значит один удар - и вечная память...


Освободив от веревок руки, я с неудовольствием отметил глубокие борозды на запястьях, явственно говоривших о том, что связанным я лежу здесь долго. Я уже почти приступил к освобождению копыт, как вдруг в замке двери моей темницы начали шарить ключом. В принципе я мог бы успеть освободиться и возможно смог бы расправиться с охраной, но шансы на успех такого мероприятия, без какой либо информации и в непривычном теле, не сильно отличны от нуля. Следовательно, я не придумал ничего лучше, чем просто прикинуться потерявшим сознание, сымитировав связанные руки.


Через несколько минут дверь распахнулась, и в нее вошли двое амбалов с потрясающими воображение "мамонами". Один из них нес на плече какой-то сверток, сильно напоминающий завернутое в рогожу человеческое тело. Втиснувшись в камеру, а теперь я не сомневался, что это камера, толстяки уложили мешок на пол, даже не утруждая себя попыткой отнести моего возможного соседа вглубь помещения, развернулись, вышли и вновь заперли дверь.


Как только ключ повернулся в замке, я продолжил свое освобождение. Веревки на ногах подались легко, не смотря на плохо слушающиеся пальцы, но вот когда я, освободившись, решил подняться, начались проблемы. Знаете, почему мозг лошади почти равен человеческому? А вы попробуйте удерживать равновесие, да еще и двигаться на четырех конечностях с малой площадью опоры! За двумя-то следить еле получается... Вот и я, встав на копыта, сразу же сел на круп, ввиду того, что передние ноги мне подчинились, а задние заявили, что нам и на полу хорошо. Попытка их поднять увенчалась успехом. Почти... Стоило мне встать на задние ноги, передние обиженно разъехались. Промучившись таким манером около получаса я все же сумел более или менее привыкнуть к новому телу, хотя все равно не ощущал с ним того же единения, что было с прежней моей шкуркой. Однако, за неимением гербовой - приходится писать, на чем попало, а значит, нет смысла воротить нос. Будем обживаться тут. Некто в свертке не подавал признаков жизни, и я решил осмотреть наше узилище.


Ничего неожиданного я не обнаружил. Типичный каменный мешок, кто хоть раз был в подвалах Петропавловки, вполне имеет представление о том, что это такое. Стены, сложенные из грубо отесанных камней, маленькое зарешеченное окошечко под самым потолком, тоненький ручеек, бегущий прямо по дальней стене, небольшое медное ведро в углу и тяжелая, даже на вид, дверь, окованная железом. Немного походив по каземату - пять шагов туда, пять обратно, я решил все же разбудить своего товарища по несчастью, в том, что в мешке именно тело я не сомневался, так как за время осмотра помещения из-под рогожи выбилась чья-то рука, и слышался довольно комичный храп - тоненький, причмокивающий и как будто сюсюкающий.


Развернув рогожу, расползавшуюся под пальцами от ветхости, я обнаружил паренька лет двадцати, хрупкого и болезненного на вид, но с какой-то внутренней силой, ощущавшейся кожей и с причудливой татуировкой на лице и прочих видимых частях тела. Так же были обнаружены длинные уши, на которых имелось около десятка серег и куча висюлек на шее, явно не подходящих к колориту моего сокамерника, а следовательно навешенных на него насильно. Недолго думая я просто сорвал их. Амулеты выдали сноп искр, задымили, и видимо обидевшись на такое кощунственное отношение, рассыпались в пепел. Тут же паренек очнулся и взглянул на меня пронзительно-голубыми глазами.


- Где я? - промолвил эльфенок на чистейшем русском языке, с заметным питерским акцентом.


- В Караганде! Ты представься для начала...


- Я Катя, из Питера, живу на Невском, журналистом работаю. А ты кто, откуда?


Ну не хреново девки пляшут! Блин, блин, и еще раз твою мать! Что б его трижды неловко на три болта и ломом в горло! Оказывается я не один такой... Попаданец! Но девочку жалко...


- Катенька - робко начал я, а Вы ничего не замечаете? Вспомните, что происходило с Вами в последние сутки, и присмотритесь к себе повнимательнее, пожалуйста...


Девушка, или парень, не знаю, как будет правильнее, в общем оно задумалось и разразилось такой тирадой, что даже я, привычный к цветистым выражениям Великого и Могучего, невольно заслушался и добавил немало нового в свой, и без того очень небедный, запас крепких слов. Когда поток соленых выражений иссяк несчастное существо село к стенке и заревело. В стенаниях я различил фразу "Значит это все правда". Тут же я поинтересовался, как она закончила свое земное существование, и что с ней происходило в этом мире. Как выяснилось, история девушки оказалась еще банальнее моей. Она возвращалась поздним вечером с вечеринки тёмной подворотней, как водится, на свою беду она повстречала компанию подвыпивших выродков, смеющих называть себя мужчинами, а те решили позабавиться... А потом просто перерезали девочке горло. Пока Катя рассказывала я начал замечать, что просто зверею, и окажись сейчас эти отбросы неподалеку, хоронить их пришлось бы в закрытом гробу, одном на всех, потому как в фарше не разберешь, кто есть кто. Внезапно девушка замолчала и я понял, что уже несколько минут рычу, причем, весьма и весьма недобро, а в глазах клубится алый туман. Этот факт меня немного обрадовал, так как означал, что вместе с моим сознанием в это тело перешел и мой тайный талант, проявившийся еще в далеком детстве.


Когда я находился в безвыходной ситуации или когда меня захлестывала ярость я впадал в состояние похожее на транс берсерка - я не чувствовал боли, раны на моем теле зарастали почти мгновенно, скорость движений возрастала многократно, как и сила, а разум оставался чист и холоден. Как следствие, при достаточно удачном стечении обстоятельств, я в одиночку мог справиться и с десятком парней намного старше себя.


Учитывая нынешние реалии такая способность придется весьма кстати, вот только для вхождения в это состояние мне требовалось, что бы эмоции достигли просто запредельной силы, да и "отходняк" наступал довольно жесткий.


Успокоив Катерину и объяснив ей, что это нормально я попросил ее продолжать рассказ. Как оказалось, о месте нашего пребывания ей удалось узнать больше, чем мне. После смерти ее душа отделилась от тела, как это рассказывают пережившие клиническую смерть. Повисела какое-то время над бездыханным трупом, а затем появился какой-то человек в черном балахоне с вышитым красным черепом на груди и туманным шаром в руках, который будто пылесос втянул душу девушки в себя. Следующее, что она увидела, был зал, напоминающий морг, с двумя большими каменными столами, на одном из которых лежало тело эльфа, в котором она находилась в данный момент а на другом находилась она сама, заключенная в мраморную статую, затем темнота и следующее, что предстало перед ее глазами, была моя наглая морда.


Рассказ девушки меня очень заинтересовал. Судя по всему, находились мы, если верить тому, что пишут в книжках, в замке некроманта. Причем довольно сильного, принимая во внимание, с какой легкостью он использует человеческие души.


Уже один этот факт сильно портил мне настроение, а столь кощунственное перемещение женской души в мужское тело вообще превращало в моих глазах этого труповода в последнего извращенца. Да и продолжать сидеть в камере мне не улыбалось, следовательно, нужно выбраться, а заодно попытаться ухайдакать этого некро... О продолжении догадайтесь сами...


План мой был предельно прост и нагл. В любом замке обязана быть оружейная, вероятнее всего находится она в подвале, а значит недалеко от нас. Следовательно, прорываться необходимо именно туда. Вынести дверь для моего нового тела будет не очень сложно, если подогреть его яростью моей души, амбалы из охраны тоже не помеха, Катя будет на подхвате. Решив так я высказал свою идею несчастной девушке и не спрашивая ее согласия отошел к дальней стене для разгона, после чего хорошенько разбежавшись, насколько это позволяли пять шагов камеры и полтора метра тамбура, что находился перед дверью и вложив весь свой вес, силу и ярость в удар копытами врезался в дверь. Та в свою очередь удар выдержала, чего не скажешь о петлях и засове, которые громко крякнув, лопнули, и дверь легла под мои ноги, придавив что-то, вернее кого-то к полу. Ура! Свобода! Я немного одурел от света факелов, ударившего в глаза и от казавшегося просторным, после маленькой камеры, коридора. Для поддержания настроения я дурным голосом запел одну из своих любимых песен великой российской группы "Ария":


"Все сказаны слова, все сделаны дела


И снова вместе на дороге мы с тобой"


Заскакиваю обратно в камеру, подхватываю Катю за шкирок, забрасываю себе на круп и выскакиваю в коридор. Там уже царит переполох. Длина этой каменной кишки была около пары сотен метров, мы находились в самом дальнем конце от входа и к нам спешили трое толстячков в компании десятка довольно бодреньких скелетов. Я, продолжая петь, начинаю разгоняться им навстречу.


"Время вдаль лететь, нет больше сил терпеть


Когда ты в коже, на коне, а конь стальной


Я не состарюсь никогда, в крови огонь, а не вода


А не по нраву я кому-то - мне плевать


Колеса есть и есть друзья, горячий ветер и гроза


Пока не сдохнем по дороге будем гнать!"


Моя тяжеленная туша с разгону врезается в толпу скелетов, мгновенно превращая их в труху. Толстяки оказались умнее и умудрились увернуться, и мне пришлось разворачиваться и добивать их копытами, а песня все летела по подземелью, горяча мою кровь.


"Пробил час - не остановишь нас


Свыше контролю не бывать


Делай то, что по душе


На своем стальном коне


Мы здесь, чтоб полночь


Взорвать!"


Расправившись с толстяками, попросту размазав их головы по стенам, под собственное пение и визг Катерины мчусь дальше, разгоняясь перед выходом из коридора.


"Каждый встречный неудачник мажет грязью нас


Что ж нет ни денег, ни дворцов - есть жизнь одна


Ее я трачу, как могу, кто любит хэви - тот мой друг


Для меня байк - и советчик, и жена


Никто меня не понял: ни школа, ни семья


Мой удар учитель помнит и не зря


Гнить в тюрьме - болтаться в школе, выбор мой был в пользу воли


Больше пива, больше хэви - и счастлив я!


Врезаюсь в дверь, и та с грохотом вылетает, заменяя соло перед припевом. Из коридора с камерами мы попали в небольшой зал, в который выходило еще две двери, кроме уже выбитой мной. Одна из них была заперта на тяжелый навесной замок, вторая же была приоткрыта и вела на лестницу. Решив, что наверх пока рано, тихонько напевая последний куплет, подхожу к двери


"Мы в прошлом победили и не глядим назад


Мы здесь, чтоб дать пинка врагам под зад


Эй, почувствуй звук колес и подними свой тост


Тост за нас и этот ад!"


(Слова песни "Пробил час", гр. Ария, Музыка "Manowar", слова М. Пушкиной)


Встаю на дыбы, чем вызываю новый взрыв визга своей наездницы, и опускаю копыто на проушины замка. Те, жалобно всхлипнув, отлетают вместе с замком. Вот так то! Против лома - нет приема! Отворив дверь, я изрядно обрадовался. Мои надежды оправдались, за ней и вправду находилась оружейная кладовая. Не слишком большая, не блещущая богатством, но привередничать мне не имело смысла, так как кроме нее в замке могла быть лишь личная оружейная сеньора, находящаяся чаще всего поблизости от его покоев, но прорваться туда шансов у нас явно не было. Быстро заскочив в кладовую, изрядно пригнувшись, что бы не врезаться в потолок, я начал подбирать себе и Кате набор вооружения. Для себя я довольно быстро нашел широкий ремень с огромной бляхой, прекрасно подошедший мне и закрывший анатомический недочет на животе. Так же рядом, обнаружился огромный, около полутора метров, меч с раздвижной рукоятью. Когда-то мне довелось видеть такое чудо у одного знакомого "ролевика", он обозвал эту железку кентаврионом, добавив при этом, что, мол, это из какой-то фэнтезийной книги, любимое оружие кентавров. Этот же знакомый в свое время дал мне пару уроков по обращению с подобными махинами, так что я без тени сомнения ухватил кентаврион и ножны для него, крепившиеся за спину. С помощью Катерины быстренько приладив всю амуницию на ее законные места я в приказном порядке заставил девушку заняться поиском какого-нибудь оружия для себя. В результате поисков были обнаружены два изящных, чуть изогнутых клинка с поясными ножнами, узор на которых повторял татуировку на теле эльфа и наручи из серебристого металла, украшенные камнями, сиявшими даже в тусклом свете факела, предусмотрительно прихваченного девушко-парнем из коридора и покрытые все тем же узором. Больше ничего подходящего по размеру мы не нашли и решили остановиться на этом. После чего поспешили к выходу из подземелий. Именно в этот момент замок ощутимо тряхнуло и с потолка подземелья начала сыпаться каменная крошка. Мне вновь пришлось закинуть своего не то спутника, не то спутницу, никак не могу решить, как будет правильнее, себе на круп и на пределе возможностей буквально взлететь по ступеням наверх, где вовсю кипел бой.


В просторном зале какие-то субъекты в плащах серого цвета, с закрытыми капюшонами лицами, самозабвенно крошили уже знакомых мне толстяков, скелетов, зомби различной свежести и еще кучу самой разнообразной нежити.


Толком разглядеть, что и к чему мне не дали. Парочка бойких мертвяков в компании с какой-то непонятной зверушкой, размером с некрупную овчарку, с гипертрофированными зубами попытались меня успокоить. Подобное недоброе ко мне отношение вызвало в душе бурю негодования, выразившуюся в круговом ударе кентаврионом, сопровождавшимся разухабистым хеканьем. Зомбики превратились в четыре миленьких куска подгнившего мяса, вызвавших у меня едва сдерживаемый приступ тошноты, а химера лишилась лапы и с воем отскочила, опасливо глядя на мой меч, уже поднятый для следующего удара. Но испуга твари хватило ненадолго, и она прыгнула, стремясь вцепиться мне в горло. Особо не ухищряясь, я со всего размаху ударил зверюгу оголовьем двуручника, размазав череп твари по стене, находившейся сбоку от меня. Как же хорошо иметь нечеловеческие мышцы. На досуге надо будет проверить все же возможности моего нового тела, если конечно, он будет, этот досуг.


Смысла торчать на одном месте я не видел и с воплем "Разойдись, кавалерия!" понесся по направлению к выходу из зала, вращая клинок в "Крыльях бабочки". Серые фигуры быстро сообразили, что к чему и быстро исчезли с моего пути, чего не скажешь о мертвецах. Они наоборот лезли под мой меч, что, впрочем нисколько не замедлило моего бега, так как разогнанный двуручник, да еще и заточенный до бритвенной остроты прекрасно превращал в мелкий салат все, что встречалось на его пути, вне зависимости от того, были то кости, мясо или то и другое вместе. Катерина на моей спине поначалу визжала, но потом, видимо, охрипла и прекратила издавать какие бы то ни было звуки, только изредка подрагивая у меня на спине, когда особо крупный монстр попадал под мой удар и орошал нас слизью вперемежку с кровью и какой-то вонючей жидкостью. Когда мы уже почти выбрались из зала замок вновь вздрогнул и мне едва удалось проскочить в двери до того, как опорная балка обрушилась, намертво перекрыв проход.


По всей видимости нападавшие были не лишены магической поддержки и в данный момент их маги расправлялись с некромантом. Мне даже стало на мгновение жаль, что я не успел приложиться к его гибели, но затем я заметил небольшой отряд людей в легких доспехах, видимо замковой охраны, и мне стало не до сожалений. Кентаврион опять запел свою похоронную песенку и я помчался в направлении конца коридора, разрубая людей и не задумываясь ни о чем, кроме сидящей на моей спине и слабо ойкающей особы. Когда все закончилось в крови я был испачкан по самые уши, но зато теперь при виде меня встречные отряды противника разбегались, а не пытались нас задержать.


Немного поплутав по замку, который еще несколько раз пытался развалиться, мы выбрались во внешний двор, где присутствовали следы ожесточенного штурма и на предельной скорости понеслись к воротам. Двое солдат с пиками наперевес попытались нас задержать, но из этого у них ничего не получилось - я отбил острия в стороны и круговым ударом снес головы обоим. После чего мы уже не встречая препятствий поспешили убраться от этого мерзкого места как можно дальше. От ворот замка шла неплохая дорога, по которой мы промчались какое-то время, после чего свернули в сторону, в степь.


Глава 2


Где-то через два часа я начал уставать и решил все же снять Катерину со своей спины. Я аккуратно развернулся к девушке лицом и поинтересовался ее самочувствием, за что получил оплеуху и смачный поток забористого мата, смысл которого сводился к тому, что мягкая часть данной особы превратилась в один сплошной синяк и она вся перепачкана в какой-то гадости. Дождавшись окончания потока соленых эпитетов я ссадил груз со своей спины и не слова не говоря неспешной рысью двинулся дальше, к маячившему на горизонте озеру.


Оглянувшись через несколько минут я не без удовольствия увидел рысящую следом Кет. Видимо эльф, в чье тело безумный гений некроманта вселил мою землячку был не чужд физической подготовке, потому как двигалось ее тело легко и не подавало даже признаков одышки, что не могло меня не обрадовать, так как постоянно нянчиться с ней я не горел ни малейшим желанием.


Приблизительно через полтора часа бега мы все же добрались до цели и я с нескрываемым удовольствием не сбавляя скорости движения влетел в воду. Какое это было блаженство - смыть с себя всю гадость, которой меня обильно испачкала нежить и кровь бедных солдат, попавших под раздачу! А уж как мне хотелось пить... Как лошади! И леший с ним, что я кентавр!


Пока я купался, отскребал себя песком и кое-как отдраивал свою конскую часть Кет добралась до озера и в нерешительности сидела на берегу. На вопрос, в чем причина я получил смешной ответ - оказывается она стеснялась увидеть себя обнаженной! Потратив четверть часа на бесполезные уговоры я попросту выскочил на берег, сгреб бывшую ленинградку за шкирок и закинул в воду.


Ответом мне стал очередной нецензурный экзерсис, детально описывающий мое происхождение, личную жизнь моих отца, матери, бабки и прочей родни до седьмого колена, не говоря уж о моей собственной. А уж что она грозилась сделать со мной и в каких позах - я просто заслушался открыв рот! В конце концов девушка поняв, что я никак не реагирую на ее тираду успокоилась и помылась, правда с выражением крайнего смущения на лице и красными ушами. Заодно она постирала одежду, которую на мой взгляд проще было выбросить. После всех процедур мы сели друг напротив друга и стали решать что делать дальше.


Результаты получались неутешительные - мы оба находились в чужом мире, без средств к существованию, знаний, да чего уж там, даже не в своих телах! Я-то еще ладно, пусть кентавр, так хоть пол соответствует, а Катя вообще в мужском теле!


В общем первая цель прояснилась почти сразу, по крайней мере для Кет - найти способ сменить хотя бы пол. Меня мое тело пока устраивало, но оставить девушку мне не позволяла, считающаяся на Земле рудиментарной, такая полезная штука как честь. Так же вполне логичной целью была признана и легализация в этом мире. Внешне мы более всего походили на бандитов или наемников, так что с легендой проблем не возникнет.


Для дальнейшего планирования у нас не хватало информации, которую придется добывать из кого-нибудь из местных, что в условиях незнания языка являлось серьезной проблемой, с устранения которой мы и решили начать.


Как простейший вариант я предложил привести себя в порядок и пойти на поиски ближайшего крупного поселка, где наверняка была возможность найти сердобольного человека, который согласился бы помочь паре иностранцев освоить местный язык.


Активная мозговая деятельность заставила нас вспомнить, что с момента появления в этом мире ни я, ни Екатерина еще ничего не ели и урчание пустующих желудков побудило нас задуматься о более прозаичных вещах, чем планы на туманное будущее.


Детальная ревизия наличного имущества принесла не слишком утешительный результат - в нашем распоряжении имелись два эльфийских меча, драная одежда из мешковины, сандалии, мой бронеремень, четыре потертых жизнью подковы и огромный кентаврион.


К счастью, при дотошном изучении рукояти моего ножа-переростка я обнаружил, что его рукоять откручивается, а внутри находятся рыболовный крючок, пара металлических шипов, напоминавших наконечники стел, каменный флакончик с непонятным порошком и два каких-то камня, более всего напоминавшие инструмент для заточки, но при ударе о клинок дававшие неплохие искры.


Осмотр мечей моего товарища неопределимого рода показал, что и их рукояти съемные, но столь полезных вещиц в них не обнаружилось, в полостях были скрыты комки волокон с вязкой пропиткой, предположительно ядовитой. Проверять мы не решились, ввиду нежелания рисковать вновь приобретенной жизнью.


Как бы то ни было, найденный инструмент сильно меня обрадовал, так как сплести леску из волос, найти грузик и поплавок не было проблемой, все же N-ск городок провинциальный и походы в Заонежье были частым развлечением местной молодежи, а следовательно к выживанию в полевых условиях я был подготовлен неплохо.


Выдернув изрядный клок волос из собственной головы и прогулявшись по берегу озера я довольно быстро сообразил простейшую "закидуху" и добыл пару десятков крупных личинок. Войдя в воду по грудь занялся рыбалкой. Рыба в водоеме была, похоже, непуганой и примерно за час - полтора моей добычей стали около десятка водных жителей, напоминавших земных лещей, навскидку весом около трех - пяти килограмм каждый. Вернувшись на берег я занялся разведением костра, поручив бывшей землянке очистить улов. За неимением ножа чистка сводилась к оскребанию чешуи острым камнем и выдавливанию внутренностей с последующим полосканием рыбы в воде. Получалось это у девушки, как у истинной уроженки крупного города, из рук вон плохо, но недостаток умения с успехом компенсировался энтузиазмом и к моменту, когда я собрал дрова и занимался их сортировкой наш потенциальный ужин был тщательно очищен и готов к приготовлению.


Закончив сортировать сучья и сплетя небольшой жгутик растопки я приступил к высеканию искр, ударяя точильным камнем по лезвию кентавриона, чем вызвал немалое удивление Кет, до сего момента считавшую что огонь для костра можно получить только от спичек или зажигалки. Таким заявлением она вызвала у меня приступ смеха и закономерный вопрос - какого цвета у нее были волосы при жизни.


В ответ я был удостоен презрительного взгляда и почетного звания шерстистого варвара, не понимающего, что будущее за западным образом жизни и держащегося за устаревшие, негуманные и неэкологичные идеалы умершего мира. Подумав немного я сдержал уже готовый сорваться с губ резкий ответ и только тяжело вздохнул, яростно ударяя камнем по лезвию меча.


Не знаю, что стало причиной - моя злость или просто удача, но именно после этого удара травяной жгут, уложенный на месте будущего кострища затлел и тихонько раздувая его я начал подкладывать сначала тонкие щепки а затем и более крупные ветки.


Когда костерок разгорелся я положил практически в самую его середину пару крупных плоских камней, а когда они накалились, отправил на каждый по рыбине. Подождав, пока они подрумянятся я заявил, что горячее сырым не бывает и приступил к поеданию своего улова.


Моя коллега по несчастью от меня не отстала и не смотря на свои гуманистские наклонности с аппетитом умяла свою порцию, состоявшую из одной рыбины. Остальные достались мне и были зажарены вслед за первой партией, после чего съедены, так как по размерам и потреблению калорий эльфийскому телу до кентавра далеко...


Плотно поужинав я запоздало вспомнил, что до сих пор ничего не рассказал девушке о себе. На предложение поговорить эльф с женской душой отреагировал благосклонно и я начал рассказ, пропуская мимо ушей едкие комментарии по поводу моего образа жизни.


Разомлев от сытости я не стесняясь выложил всю свою жизнь, и, как ни странно, почувствовал, что с души свалилась ледяная глыба одиночества. Видимо, мне давно необходимо было выговориться.


Когда речь зашла о последнем дне моего земного существования я почувствовал легкое прикосновение к своей щеке и отшатнулся как от ожога - Катерина похоже прониклась моим рассказом и решила меня пожалеть, а подобное я просто ненавижу! Хотя, не скрою, в глубине души, сочувствие было мне приятно. Подобная встряска вывела меня из состояния расслабленности и благодушия и я поднявшись с колен, так как иного способа присесть у костра не нашел, отправился на берег, прихватив с собой меч и точило.


Но моим надеждам посидеть в одиночестве было не суждено сбыться. Не успел я сделать и шагу, как из темноты в круг освещенный нашим костерком вступили трое непонятных субъектов, внешне похожих на монголов, но с выступающими клыками и буро-зеленой кожей. Одеты они были вполне подходяще под колорит воина-степняка - тертые кожаные штаны, легкие рубахи из того же материала и широкие пояса, завязанные сбоку хитрым узлом. Один из них проговорил что-то на незнакомом языке, довольно грубом и рычащем, чем-то напоминающим земной немецкий. Судя по интонации, с которой он говорил, его реплика должна была означать приказ или требование. Тут же вспомнилось прозаическое "Хенде хох, швайне!" Общения с собой в таком ключе я не терпел с детства и сейчас спускать этим ребятам с рук наезды на мою скромную персону не собирался.


Меч был у меня в руке и я не долго думая отоварил говорившего по голове, правда, плашмя и не снимая ножен, впрочем ему хватило и этого - делегат крякнул и осел мешком на землю. Его спутники ухватились за рукояти сабель, висевших на поясах и тоже что-то заговорили на своем языке. Ответить я им мог только на Великом и Могучем, что не задумываясь и сделал - Чего надо, перемать вашу неловко!? Не понимаю я вашу недо-художественную тарабарщину, туда ее и не эдак! Незваные гости отреагировали на мои слова крайне неожиданно - вытаращили глаза и что-то начали оживленно обсуждать. Поскольку содержание их беседы оставалось тайной я начал на всякий случай готовиться к бою.


Внезапно один из спорщиков закричал какую-то тарабарщину. В этот момент что-то ужалило меня в шею. Рефлекторно ударив по месту укуса я обнаружил не комара а нечто более интересное - длинную, около пяти сантиметров, колючку неизвестного мне растения с опушенной задней частью, подозрительно напоминавшую стрелку для сорбокана* (Духовое оружие народов южной Америки Здесь и далее примечание автора.).


Пока я изучал сей неожиданный подарок в меня воткнулось еще несколько стрелок, Катя у костра уже лежала на земле, видимо так же получившая свою порцию шипов. "Неужели это все?" - успел подумать я, прежде чем отключиться.


Глава 3.


Пробуждение было тяжким, будто я выкарабкивался из огромной ямы, заполненной вонючей вязкой гадостью, но сам факт, что я проснулся меня сильно обрадовал, потому как обретя хоть и чужое, но все же тело а вместе с ним и шанс жить я не желал так глупо умирать. Ведь действительно, нелепость ситуации, в которую мы попали, была простительна только полным дуракам, к коим себя я не относил.


Помещение, в котором я находился, напоминало какой-то дощатый сарай, с земляным полом устланным соломой. В этот раз уложили меня на бесформенный тюфяк, хоть на том спасибо, а вот попытка пошевелиться подтвердила, что связали меня профессионально и освободиться будет проблематично.


Пока я был занят размышлениями и попытками развязать руки в помещение медленно влетел сидящий в позе лотоса худой древний старик с длинной бородой, волочившейся по земле, что свидетельствовало о ее невероятной длине, так как левитировал дедуля на высоте около метра с небольшим. Я притворился, что не обращаю на старика никакого внимания, и вообще на грубо отесанных досках потолка столько всего интересного. Летающий дедушка прокаркал что-то на своем непонятном языке - в ответ я удостоил его малого загиба Петра Великого. Такое, явно провокационное, поведение не могло не вызвать бурной реакции у моего собеседника и он не стал исключением - сделав замысловатый взмах рукой, колдун поднялся еще чуть выше немного продвинулся вперед и завис надо мной. Он поймал мой взгляд и я почувствовал, что начинаю тонуть в этих тусклых и таких усталых серых глазах. Постепенно я погружался все глубже и в конце-концов просто отключился.


Почему каждое мое пробуждение в этом мире хуже предыдущего? Я очнулся в том же сарае, на том же топчане и с такой жуткой головной болью, что хотелось выть и лезть на стену. Ей богу, я бы полез, если бы какие-то сволочи не спеленали меня как младенца! Но стенаниями делу не поможешь, нужно найти этого старого паразита, который отправил меня вздремнуть таким экстравагантным способом и вытрясти из него, что он собственно, со мной сделал. Осмотр моего нынешнего места обитания выявил наличие соседа. Тщательно пропирсингованые уши мгновенно развеяли любые сомнения по поводу личности моего товарища по несчастью. Пожалуй, обнаружение Катерины стало самой радостной новостью за последние несколько часов. Или дней. А может и недель. А и вправду, сколько же я тут провалялся? Еще один вопрос к местному аксакалу... Вот только что бы его задать мне необходимо освободиться. Чем я и занялся в ударном темпе. Связали меня хоть и на совесть, но веревкой из волокон, а значит при определенном терпении и упорстве ее вполне можно перетереть об острую кромку подложенной под тюфяк доски. Мысль с делом у меня никогда не расходится и через несколько часов упорного сопения и ерзания веревки стали с энтузиазмом отвечать на мои попытки разорвать их. Еще через час или около того мои путы наконец не выдержали издевательств и благополучно лопнули. Руки, сильно затекшие от тугих петель отозвались сильной болью и слабостью, но вняв матюгам, которыми их осыпало сознание через пару минут были полностью готовы к новой работе. Я не стал обманывать их ожидания и изогнувшись в немыслимую загогулину занялся узлами на копытах. Вы когда-нибудь пытались укусить себя за пятку из положения стоя? Нет? Вы многое потеряли... Развязать самому себе задние копыта задача примерно того же плана. Неудобно и болезненно до безумия! Однако, спустя какое-то время мои мучения были вознаграждены и мне удалось-таки распутать ноги. Полежав некоторое время, что бы придти в себя я поднялся на ноги и стараясь не шуметь подошел к бывшей жительнице северной столицы.


Как и ожидалось, связали данное существо не чуть не хуже чем меня, но развязывать узлы на себе и на ком-то другом - совершенно разные вещи и через несколько минут мой товарищ по несчастью был свободен яко птичка. Оставив несчастного эльфенка с женской душой досматривать сны я так же украдкой продолжил детальный осмотр помещения. Больше всего сараюшка напомнила мне рабский сарай, остатки которых и по сей день нередко встречаются на территориях, принадлежавших Золотой Орде. По всей видимости именно таким сараем и являлась эта постройка, так как объяснить иначе прикрепленные к стенам ржавые цепи с кандалами и тщательно укрепленные двери было довольно сложно. Судя по пробивавшемуся через щели в стенах свету сейчас на улице день, а значит здесь могут оказаться и другие невезучие пленники, с которыми вполне можно попытаться договориться, да и язык подучить немного не помешает. В ходе этих размышлений в моей голове родился приблизительный план наших действий. Хоть меня и ни капли не радовала перспектива оказаться чьим-то рабом, но последствия неподготовленного побега могут оказаться еще хуже, а значит необходимо притвориться покорным и собирать любые крохи информации о мире, в который нам довелось угодить, заодно не упуская возможности по мелкому подгадить так называемым хозяевам. Пока я был занят рассуждениями моя спутница в мужском теле уже оклемалась и пока она не успела окончательно придти в себя я выложил свои выводы и недавно рожденный план. Девушка, плохо соображавшая спросонья, приняла план на "Ура" и перевернувшись на другой бок нахально засопела, опровергая миф о столь часто поминаемой авторами книг выносливости эльфов. Мне не оставалось ничего другого, кроме как сесть на пол и начать мучиться бездельем, от которого, впрочем, я довольно быстро нашел лекарство начав плести шнур из собственных волос, так как в хозяйстве такая вещица будет явно небесполезна. И удавить кого-нибудь пригодиться, и рану перетянуть. Да мало ли куда еще можно тонкий и крепкий тросик приспособить...


За этим занятием пролетел почти весь день и когда на двери загрохотал засов моя роскошная грива похудела почти на треть, а начатый шнурочек имел длину около трех метров и толщину чуть менее сантиметра.


Я едва успел спрятать заготовку, когда дверь с грохотом отворилась и в сарай вошли двое изможденных и чудовищно грязных людей, а следом за ними толстый "монгол", видимо, исполнявший роль надсмотрщика.


В одной руке он нес изрядно затертый кнут, которым, похоже, часто и умело пользовался и грубо сплетенную травяную корзину, которую, впрочем он почти сразу швырнул на пол, добавив "Ваш ужин, скоты".


Услышав его слова я на несколько секунд опешил. Сказаны они были на том же немецкообразном языке, но тем не менее я их понял! Вскоре на помощь мне пришла логика, и я догадался, что именно делал старик - шаман. Он попросту обучил нас местному языку, потому как раб, не понимающий приказов бесполезен, а следовательно моя теория на счет нашего теперешнего статуса была к сожалению верна.


Однако, в этом был определенный плюс - каким бы ни был изученный язык, он был местным, а значит на нем вполне можно было общаться, не волнуясь о проблеме понимания. Как говориться "Не было бы счастья, да с паршивой овцы и шерсти клок сгодится".


Наш надзиратель говорил что-то про ужин, вспомнилось мне, а покушать я бы очень был бы рад. Заодно появился и предлог для знакомства с сокамерниками. С трудом подбирая нужные слова незнакомого языка я проговорил: "Хэй, ребята, есть будете?". Те, посовещавшись на каком-то очередном тарабарском наречии от своей доли не отказались, разбуженная Катерина тоже налетела на еду с отнюдь не женским аппетитом, хотя оно и правильно - тело-то мужское.


После приема пищи, которую назвать нормальной едой язык не повернется - подгнившее вяленое мясо, сухари и большой кувшин намертво прокисшего козьего молока это, знаете ли только с большой голодухи и съешь, хотя, пожалуй, именно настолько мы и были голодны, я немного разговорил наших невольных соседей.


Оказалось, что оба они члены отряда наемников, который полгода назад отправился в эти места доставить некий предмет магу, жившему в замке Терли, в подвалах которого, по всей видимости, мы с Катенькой и начали свои злоключения. Когда наемникам оставалось два дня пути до намеченной цели на отряд напали степные орки, в стойбище которых мы и попали. Сбежать удалось только троим, обеспечивавшим сохранность груза. Остальные же либо пали в бою, либо были захвачены и попали в рабство.


Из тех, кто был захвачен, в живых остались только наши сокамерники, остальные были убиты еще в первый месяц плена при попытке к бегству. Наши собеседники не участвовали в массовом прорыве только по той простой причине, что накануне на них обоих упало бревно и они находились в шатре шамана в крайне нетрудоспособном состоянии.


На вопрос, почему же они не попытались бежать позже, мне аргументировано ответили, что у них просто не хватило бы сил на прорыв, так как кормят орки своих рабов ровно настолько, что б ноги от голода не протянули, а для боя этого маловато будет. И вот тут я решил сделать солдатам деловое предложение, от которого они вряд ли откажутся - я предложил им шанс на побег.


Вероятнее всего нас с Катериной недолго продержат без работы, и когда нас выведут на улицу мне нужно будет осмотреть стойбище, и вот тогда я смогу прикинуть хоть какой-то план, исполнение которого не заставит себя ждать. А наемники составят нам компанию. Ребята хоть и с долей сомнения, но согласились на мое предложение и мы быстренько набросали план действий после ухода из стойбища и приблизительно прикинули план местности.


Сейчас мы находимся в лесостепи, климат которой почти полностью соответствует северной Монголии или Казахстану, неподалеку есть две довольно крупных реки, на которых имеется относительно оживленное движение и пара десятков рыбацких деревень.


На Западе имелся огромный горный хребет, через который можно было перебраться и попасть в Согарский Халифат, но путь до перевала был крайне не близок и ничем не оправдан.


На Севере раскинулись леса Империи, которые находились от нас примерно в неделе пути и постоянно патрулировались Рысями, так называли здесь подразделения егерей.


К Востоку лежали только земли зеленокожих и берег океана, шансы добраться до которого живыми у нас были не просто нулевыми, а неуклонно ползли в отрицательную область.


На Юге картина была примерно аналогична, с той лишь разницей, что между океаном и землями орков лежали Вольные баронства, своеобразное пиратское государство, сильно напомнившее мне Казачью Вольницу по своему устройству.


Удалые граждане баронств уже несколько сотен лет сидят у орочьего Великого Хана занозой в одном месте и не только перекрывают ему южный выход к морским путям, но и регулярно совершают набеги на стойбища и города зеленокожих, что конечно же спонсируется негласно остальными соседями степняков.


Таким образом у нас имелись только два разумных варианта выбора направления дальнейшего следования - либо быстрым броском проскочить на Север, либо прорываться в Баронства. По здравом размышлении месячный путь до баронств нам приглянулся меньше, чем недельный рывок в Империю и решено было после побега из стойбища добраться до реки, где поднявшись по берегу до ближайшей деревни захватить лодку, на которой и продолжить путь вверх по течению. Единственная проблема заключалась в моей несколько неудобной анатомии, но взвесив все "за" и "против" все же было решено попытаться уместить меня на лодке, чем остальным бежать за мной всю дорогу.


Хотя, возможен был еще один вариант. На чем-то же эти коллеги Чингиза должны были передвигаться по своей степи, а значит и мои спутники могут захватить себе пару ездовых зверушек.


Я тут же поинтересовался, на чем ездят местные батыры и получил отнюдь не оригинальный ответ - на варгах. М-да, если все, что я читал на земле об этих "милых собачках" правда, то разжиться транспортом моим спутникам явно не светит.


Решив, все же не отказываться от варианта сухопутного бегства, так как копыта плохая обувь для моряка, мы в приподнятом расположении духа поговорили немного о биографии друг друга. Мне пришлось около часа самозабвенно рассказывать придуманную еще на берегу озера легенду.


Наемники, представившиеся Сароном и Гарреном, к нашему счастью не заподозрили подвоха и мы с Катериной, представившись Владом и Катаэлем, так как иного варианта переиначить женское имя в мужское, да еще и эльфийское я не нашел, отправились по своим тюфякам.


Утро началось с ощутимого пинка по ребрам и громких воплей нашего откормленного надсмотрщика. Я с огромным трудом удержался, что бы не пнуть его в ответ, причем в голову, со всей своей, далеко не маленькой, силушки и с кряхтением поднялся.


После меня таким же манером были разбужены и остальные заключенные и нас, построив в шеренгу, вывели из сарая. От увиденного меня немного передернуло: лагерь был не просто большой - он был огромный, на глаз здесь было более трех сотен юрт! Но чуть позже до меня дошло, что далеко не все, увиденные мной войлочные палатки являются жилыми помещениями, да и не в каждой живет более двух человек.


Следовательно рассчитывать можно за вычетом женщин, маленьких детей и стариков приблизительно на пятьдесят - шестьдесят воинов, из которых десятка полтора неопытные новички, в лучшем случае участвовавшие в налетах на случайные караваны, проезжавшие мимо. Пока я разглядывал становище нас начали разводить на работы.


Наемников забрал подошедший дебелый детина с пастушьим посохом. Катю увела необъятная орка или орчиха, не знаю уж как правильно, сильно походившая на кухарку, а меня наш надзиратель повел в направлении центра поселка. Где, выведя меня на приличных размеров площадь, остановился возле юрты, из которой доносился звон металла о металл. Подойдя ближе я понял, что здесь располагается ни что иное, как самая обыкновенная кузница. Похоже впечатленные моим ударом у костра орки решили приставить меня молотобойцем. Ну что ж, мы и кувалдой помахать не против, заодно, авось и чего интересное узнаю.


Кузнец оказался здоровенным орком, комплекции "Трехстворчатый шкаф с антресолькой". Клыки у него выступали из-под губы примерно на три сантиметра и немного задевали нос, по всей видимости сей экземпляр считался красавчиком и ни чуть не испытывал дискомфорта от своего внешнего вида. Однако меня сюда не на морду кузнеца любоваться привели и уже через пару минут на мои ноги были одеты кандалы, а в руки был всунут здоровый, килограмм на семьдесят молот и началась работа. Вся моя задача заключалась в том, что бы бить кувалдой в то место, которое указывал мне мой руководитель ударом маленького молоточка. Через пару часов такого махания я начал ощущать легкую усталость, но продолжал работу.


К вечеру руки у меня попросту отваливались, но орк был до безобразия доволен. Качество изделий оставляло желать лучшего, и потому работа шла на количество, а благодаря мне производительность кузницы изрядно возросла. В благодарность он выделил мне от щедрот своих немаленький каравай слегка черствого, но еще вполне вкусного хлеба.


Вернувшись после работы в сарай я поделился с сокамерниками хлебом и зародившимися идеями.


Работа в кузнице давала мне неплохие шансы добыть что-нибудь полезное, да и собирать информацию было довольно удобно, подслушивая разговоры моего работодателя с заказчиками и поглядывая по сторонам.


Катерину действительно приставили к поварихе местного вождя и она вполне могла доставать для нас и информацию, и снедь, потому как особого пригляда за миролюбивым кухонным рабом не было и прихватить круг колбасы или пригоршню крупы ему никто не мешал, чем сегодня моя спутница и воспользовалась.


Наемникам с работой повезло меньше - они исполняли обязанности пастушьих псов и бегая целый день за отбившимися от стада козами и овцами они не могла ни узнать что-либо интересное, ни уж тем более припрятать что-то полезное.


В таком порядке мы проработали немногим более месяца. Мне удалось выкрасть из кузницы пять длинных гвоздей, которые больше походили на стилеты, коими, после небольшой доработки, они, собственно, и стали, шесть наконечников для стрел, пару сверел и две, неизвестно как попавших к оркам, подковы, имевших по несколько шипов на гранях и рабочей плоскости.


Когда-то на раскопках мне попались такие вещицы и я заинтересовался их происхождением. Оказалось, что древнерусские ратники нередко учили своих коней сражаться с ними наравне и бить копытами и пеших людей, и коней противников... В общем именно для таких лошадок эту обувку и придумали.


Поскольку я теперь на целую половину конь, то такой предмет мне будет явно нелишним, так как убойность шипованного копыта явно выше, чем просто подкованного. Так же тяжелая работа в кузнице изрядно помогла мне сжиться с новым телом, да и мускулы, ранее стыдливо прятавшиеся под тонким слоем жирка теперь вылезли на свет божий и производили довольно серьезное впечатление.


Кроме того, стараниями Катерины нам удалось создать небольшой запас провизии, которого должно было хватить как минимум дней на пять, а в условиях жесткой экономии и на неделю. Так же ей удалось получить немало полезной информации о планировке стойбища и распорядке дня его обитателей.


Наши друзья тоже не отстали и сумели достать с десяток козьих рогов, часть из которых мы превратили в рукояти для стилетов, а пару я, вспомнив далекие годы детства в деревне пустил на лук, правда сила натяжения его оказалась немного великовата даже для меня и пришлось изготовить еще и кольцо, помогавшее удерживать тетиву.


Кроме рогов наемники добыли изрядный запас самых различных костей и слегка порченых шкур. Из них мы, немного помучившись, смогли изготовить почти все необходимое снаряжение. А из расщепленной кости неизвестного животного после обточки получились чудесные стрелы, к которым даже удалось приделать оперение из тонких сколов козьей лопатки, примотав его тонкой волосяной нитью.


Таким образом у нас имелись пять кинжалов, с которыми чудесно управлялись наемники, оказавшиеся представителями народа, который можно назвать местным аналогом цыган и научившиеся пользоваться ножами чуть ли не раньше, чем ходить. Мощный лук, с запасом стрел к нему, шесть из которых имели железный наконечник, и еще полтора десятка были просто остро заточенными древками, топор, изготовленный из козьей лопатки и полный комплект снаряжения для похода, изготовленный по технологии каменного века. На этом подготовку к побегу мы с чистой совестью посчитали оконченной и начали ждать подходящего случая, который нам довольно скоро представился.


Глава 4.


День начался как обычно - побудка пинками и криками, развод по местам работы и нудная, выматывающая рутина. Но вдруг начался переполох.


Большая часть воинов в полном вооружении и ведя варгов за собой начала подтягиваться к центру поселка, где имелась небольшая площадь, рядом с которой и находилась наша кузница. Там их осмотрел вождь и дав последние напутствия своему сыну, который и должен был вести отряд, кстати, именно его я тогда приголубил ножнами кентавриона, удалился в свой шатер.


Четыре десятка бойцов по команде предводителя так же сорвались с места и скрылись за юртами. Уменьшение числа воинов в стойбище было нам на руку и этой ночью судьба дарила нам идеальный шанс для побега, если, конечно они отправились в серьезный набег, а не на очередную краткую вылазку.


Как оказалось моим надеждам было не суждено сбыться.


Вечером, когда мы с кузнецом, с которым у нас возникло даже некоторое подобие приятельских отношений, отдыхали у входа кузницы и лакомились лепешками с козьим сыром, на площадь медленным шагом вышли отбывшие утром воины. Многие из них вели в поводу коней, через седла которых были перекинуты люди в доспехах, а на некоторых лежали и сильно порубленные тела орков. Приблизительно отряд потерял около десятка воинов убитыми и почти все были ранены. Так же я заметил только троих варгов, остальные, похоже, пали в бою. Людей я насчитал семерых. Их подвезли к нам и начали выгружать, видимо для того, что бы кузнец снял с них доспех.


Один из орков пошутил: "Пока мужчины работают, скотина может позабавиться, мы ему нынче пару невест пригнали".


Приглядевшись, я признал в говорившем сыночка вождя. И конечно же решил не оставаться в долгу: "А где же твой отец нашел себе невесту, раз у него такое убожество вместо сына народилось?".


На орка было смешно смотреть - вначале он покраснел, потом позеленел, глаза полезли на лоб, а изо рта доносилось хриплое рычание. Похоже я сильно его задел. Однако, зеленокожий принц ограничился лишь обещанием убить меня в особо жестокой форме и продолжил сгружать рыцарей.


Тем временем убитых орков уже разобрали родственники, а бойцы отряда начали сгружать с седел связки оружия. Похоже мне представился случай узнать где находится местный арсенал. И я был не разочарован. Когда воины нагрузились вязанками орудий смертоубийства из своего огромного шатра вышел вождь и бряцая ключами подошел к бревенчатому строению, стоявшему напротив кузницы.


Повозившись с запором он отпер дверь и орки споро занесли туда награбленное имущество. Пока я наблюдал за разгрузкой вооружения сын вождя сотоварищи и кузнец закончили разоблачать пленников, которые уже начали приходить в себя. Вскоре подошел надсмотрщик и прихватив с собой троих орков погнал людей в направлении нашего сарайчика.


Коняжек к тому времени согнали в небольшой табун и оставив трех на площади куда-то погнали. Вероятнее всего в загон, что бы впоследствии как-то использовать. Тут же я узнал как - вождь, уже успевший закрыть арсенал, подошел к животным и, достав из-за широкого пояса длинный, изогнутый нож, по очереди перерезал глотки всем троим.


Отиравшаяся поблизости ребятня тут же как стая хищных воробьев налетела на брызжущие кровью туши и подставляя кто чашки, похожие на пиалы, кто ладони принялись пить горячую кровь. Следом потянулись женщины с котлами и вскоре от трех больших туш остались только костяки, к которым уже подкрадывались собаки. Засмотревшись на сцену разделки коней я даже не заметил, как вернулся надсмотрщик. Перебросившись парой ничего не значащих слов с кузнецом и отомкнув мои кандалы орк повел меня в рабский сарай.


По пути я наблюдал картину разгорающегося праздника и моя уверенность в том, что сегодня у нас появилась идеальная возможность бежать окончательно утвердилась. Тем временем мы уже добрались до сарая и надсмотрщик открыл дверь. Тут же моим глазам предстала жуткая картина - на стропилах висели шестеро рыцарей, а седьмой уже повязал петлю себе на шею и собирался прыгнуть. Я еле успел поймать его не допустив рывка и резко дернув изо всех своих немалых сил оборвал сплетенную из лоскутов веревку. Воин начал вырываться из моих рук и что-то кричать на непонятном языке. Я проигнорировал его попытки вырваться и мягко оглушил ударом кулака по затылку, после чего заверил тюремщика, что прослежу за его сохранностью.


За это я получил благодарность в виде фразы: "Молодец, скотина, хорошая скотина, покорная скотина". Мне стоило огромных трудов сдержаться и не размазать этого бугая по стене, но я понимал, что если сейчас позволю себе сорваться, то весь наш план пойдет прахом и лучшее, что останется это погибнуть в бою, прихватив с собой как можно больше зеленокожих монголов.


Такая перспектива меня не воодушевляла и потому я дождавшись, когда закроется дверь с едва сдерживаемым гневом уложил неудавшегося самоубийцу на топчан и начал срывать его товарищей и укладывать их в углу. Я укладывал последнего, когда дверь сарая отворилась и надсмотрщик втолкнул внутрь моих сокамерников.


Ребята тоже слышали о сегодняшнем рейде орков и налетели на меня, наперебой рассказывая о событиях, случившихся за день и выспрашивая у меня все, что я видел. Рассказав им обо всем и выдвинув предложение бежать сегодня же, пока все орки будут поглощены празднеством я отправился приводить в чувство нашего нового товарища по несчастью. Однако, не успел я сделать и пары шагов, как молодой человек вскочил и начал что-то гневно вещать на своем языке.


Свет небольшой лампы обильно освещал парня, позволяя хорошо рассмотреть его. Юноша носил длинные светлые волосы, теперь растрепанные и сальные, глаза его сверкали синим льдом, телосложением этот человек больше походил на кузнеца, а не на представителя элиты общества, однако белые и холеные руки выдавали в нем скорее человека умственного труда, не слишком жалующего тяжелую работу. Яркий пример настоящего рыцаря из слезливых женских романов.


Мне довольно быстро надоело выслушивать его вопли и я поинтересовался у своих спутников о чем говорит наш новый сокамерник. Оказалось, что он обвинял нас в безволии, слабости и бесчестии, обзывал орочьими прихвостнями и вообще для настоящего мужчины лучше умереть, а не быть чьим-то рабом.


Я попросил Гаррена перевести рыцарю, что он и его дружки полнейшие болваны, не имеющие не малейшего представления о жизни, ведь намного лучше погибнуть при попытке вырваться из плена. Чем как они, бессмысленно умереть в пустом сарае. Если бы они не были столь тупы и самоуверенны, то могли хотя бы подождать и узнать у нас обстановку в стойбище и попытаться найти путь побега.


Но перевода не потребовалось - парень неплохо знал орочий язык, и ответил уже на нем: Если бы у нас не отняли оружие, то конечно мы могли бы попытаться бежать, но с голыми руками это невозможно!


- А думаешь чем мы занимаемся здесь уже месяц? Или по-твоему нам просто нравится работать? У нас уже все готово для прорыва, нужно было лишь дождаться подходящего случая!


После моих слов на парня было страшно смотреть. Он как вытащенная на берег рыба то раскрывал, то закрывал рот, краснел, бледнел и наконец выдал одну единственную фразу - "Значит все было зря...".


Я подошел к нему, похлопал по спине и утешительно добавил: "Ничего, зато ты можешь отомстить, ты в команде ". Не знаю, что подействовало лучше - надежда на месть или признание членом отряда, но рыцарь успокоился и оживленно начал интересоваться планом. Прежде чем посвящать его в наши дела наемники заставили молодого человека представиться и поведать об изменениях в мире.


Тот оказался понятливым и через несколько минут мы уже знали, что зовут его Ксанас, он дворянин, из нестарого, незнатного и бедного рода мЛарг, основатель которого получил титул от самого Императора прямо на поле боя и впоследствии все его потомки шли в армию. Где благодаря неплохим данным, живому уму и благородству добивались неплохих успехов, но по причине того же благородства особых богатств не наживали и потому их потомкам не доводилось расти в праздности и безделье, что порождало замкнутый круг. Служил наш новый товарищ в роте Стальных Сердец, что являлось чем-то вроде тяжелой рыцарской конницы, причем считалось к тому же элитным подразделением. Юноша успел дослужиться до чина десятника, когда его, вместе с десятком и прикрепленным к ним отрядом конных стрелков отправили в удаленную крепость, расположенную на границе с орочьими землями. Прибыв в крепость он был тут же отправлен в карательный рейд по поселениям зеленокожих. Рейд вышел довольно удачным и отряд, не понеся значительных потерь разнес орочью деревню, примерно в пяти днях к востоку отсюда. Но на обратном пути их дорога пролегала слишком близко к орочьему стойбищу, за что отряд и поплатился. Тяжелым всадникам удалось ввязаться в бой, а стрелкам сильно проредить ряды варгов, но уйти удалось только более легко экипированным стрелкам, вот таким образом достойный виконт Ксанас мЛарг, последний мужчина в роду боевых виконтов, оказался в позорном орочьем плену вместе с остатками своего отряда. Мы вкратце пересказали свои истории и представились, после чего приступили к обсуждению деталей побега и легкому ужину, состоявшему из сухарей, колбасы, сыра и прокисшего молока. Прикончив немудреную снедь мы пришли к решению, что начинать прорыв нужно сейчас, так как судя по тишине, царящей за стенами сарая, праздник уже перешел в ту свою стадию, когда в сознании находятся только самые стойкие, а остальные валяются под столом, пав в битве с зеленым змием.


Гвозди, удерживавшие петли засова на дверях нашего узилища были еще неделю назад аккуратно ослаблены, потому дверь мы открыли легко и не создавая лишнего шума. Вся экипировка была извлечена из тайников и поделена в соответствии с умениями.


Первыми вышли наемники, сжимавшие в руках стилеты, следом просочилась Катерина с костяным топориком, за время плена так же как и я хорошо сжившаяся с телом и в чем-то перенявшая его память, так как я сомневаюсь, что нынешних питерских девушек учат бесшумно ходить и превращать каждое движение в танец. Я даже поневоле задумался, как она выглядела на земле и смог бы я вот так равнодушно за ней наблюдать, будь она не татуированным эльфом, а девушкой.


Пока я размышлял, подошел черед Ксанаса, получившего в свое распоряжение последний кинжал, а за ним и мой. Как единственный лучник я должен был двигаться в хвосте отряда.


На улице царила прохладная степная ночь, тишина которой лишь изредка нарушалась пьяными выкриками орков и лаем потревоженных кем-то псов.


Для начала мы решили рискнуть, и заглянуть в арсенал, что бы захватить что-нибудь посерьезнее, чем наши примитивные поделки, а затем заглянуть в овечий загон, где, по словам Сарона, содержали коней. Короткий бросок к центру поселка и вот мы уже у цели.


Здесь нас ожидал крайне неприятный сюрприз, в виде компании из шести молодых орков, которые сидели у самых дверей оружейной кладовой и судя по стоящим рядом с ними бочонкам и жарящейся над небольшим костерком тушке козы уходить до утра они не собирались.


Хоть этот факт нас и не обрадовал, однако, планов не нарушил, так как шестеро против пятерых вариант вполне неплохой, а фактор внезапности, бывший на нашей стороне, давал уверенность в победе. Приняв такое решение наш отряд рассредоточился.


Катерина, растратившая за время пребывания в орочьем плену свой пацифизм, ползком обогнула орочий костер слева, наемники и рыцарь прячась за юртами обошли зеленокожих справа, беря в клещи.


Мне же никуда двигаться небыло нужды, так как от кузницы, в тени которой мы и скрывались, наблюдая за междусобойчиком орочьей "золотой молодежи", мне открывался великолепный сектор обстрела. А расстояние в три, с небольшим хвостиком, десятка метров и отсутствие ветра не позволило бы промазать, даже учитывая тот факт, что лук в руках я не держал уже лет десять.


Через несколько минут я услышал условный сигнал - стрекотание сверчка, означавшее, что мои компаньоны заняли свои позиции и готовы к бою. Тут же я достал две стрелы, одну из которых зажал в зубах, вторую же наложил на звенящую тетиву. После чего машинально проверил, как сидит на большом пальце кольцо, вложил тетиву в паз, зафиксировал палец указательным и напрягая до хруста руки медленно натянул сплетенную из сухожилий струну. Затем, скользя взглядом вдоль стрелы, как учил меня дед, поймал сидящего в самой середине орка, в котором с некоторой радостью признал сына местного вождя, взял небольшую поправку на расстояние, выведя острие стрелы на фалангу большого пальца вверх от намеченной точки попадания и ненадолго задержав дыхание мягко разжал указательный палец. Стрела, сопровождаемая злым жужжанием, устремилась к своей цели и через удар сердца в горле зеленокожего принца расцвел чуть желтоватый цветок, но я этого уже не видел. Мои руки уже вновь натягивали тугую струну, а глаза кровожадно выискивали подходящую цель.


Вот молодой и сильный воин вскочил, выхватил ятаган и собрался ударить бегущую к нему Катю, но не успел - моя стрела вошла ему в висок. Жаль, я целился в горло, но перенапряженные руки дрогнули в последнюю секунду и стрела ушла чуть выше.


Но это уже не важно, руки уже тянут следующее костяное древко из висящего на поясе мешочка, а взгляд ловит еще одного слишком шустрого воина, попытавшегося выхватить валявшийся рядом ятаган, но я не успел выстрелить в него - нож, пущенный умелой рукой Гаррена оборвал жизнь орка.


Его сосед, так и не успев понять, что же произошло, так же перестал дышать, получив тонкий костяной прутик с примотанным железным шипом в переносицу. Этим выстрелом все и закончилось. Шесть молодых орков менее чем за минуту были убиты, так и не издав ни звука.


Пока мы собирали стрелы и оружие Сарон, оказавшийся еще и неплохим взломщиком успел открыть двери оружейной. Мы быстро занесли в просторную кладовую тела безвременно почивших молодцов и приступили к разграблению запасов вождя.


Запасы оказались очень не маленькими. Чего здесь только не было! И украшенные камнями кинжалы, и причудливого плетения кольчуги, и огромные секиры... Правда, условия хранения были просто невероятно ужасными. Многое, из хранившегося здесь вооружения было покрыто толстым слоем ржавчины, что-то было и вовсе сломано или изрублено чуть ли не на куски, но поковырявшись в этом хламе нам удалось полностью экипироваться.


Мы с Катериной нашли свое имущество, захваченное в замке некроманта, так же девушка прихватила легкий обруч, которым тут же закрепила разлетающиеся во все стороны волосы, широкий пояс из толстой, видимо вареной, кожи и сняла с одного из покойных орков комплект одежды. К слову сказать ее примеру последовали и наемники, так как об одежде для рабов зеленокожие не особо заботились, а в живописных лохмотьях, в которые были облачены мои спутники, особо не попутешествуешь.


Я же разыскал среди валявшегося в кладовой имущества изрядный запас отличных стрел, немного потрепанных, но вполне пригодных к использованию, да еще и упакованных в отличный тул, приличный саадак, в который тут же и убрал свой самодельный лук, так как найденные в кладовой значительно уступали ему в силе и качестве. Хотя пару запасных тетив я все же прихватил.


Так же я нашел неплохой нож, слишком широкий и длинный для человека, но вполне удобный для кентавра, который тотчас занял свое место на поясе.


Наемники, как и подобает профессионалам, облачились в немного потертые, но еще надежные ламилляры, прихватили по небольшому, круглому щиту, широкому топору, из сваленной в углу кучи и разыскали недурственные кинжалы, хоть и немного заржавевшие, но несравненно превосходившие наши грубые поделки.


Рыцарь тоже поучаствовал в мародерстве, найдя в одной из самых свежих связок, полуторный изящный меч, на гарде которого красовался какой-то рогатый череп с сияющими глазницами, а у одной из стен выбрал копье, мгновенно напомнившее мне древнерусскую рогатину.* (Имеется ввиду боевой вариант рогатины, не имевший шипов-ограничителей. Острие как правило было либо листообразным, либо ланцетовидным, длиной до полуметра. Заточка производилась по обеим граням наконечника, что позволяло с одинаковым успехом и колоть, и рубить. Наиболее яркий аналог - японская нагината. Так же существовал вариант с более длинным клинком, не редко не имевшим колющего острия, именовавшийся совня. Ком. Авт. ).


Судя по пробным взмахам, которые совершал наш благородный спутник предмет был ему знаком и я поинтересовался, откуда десятник тяжелой кавалерии знаком с оружием легкой конницы.


Рассказ свой он повел уже на бегу, когда мы выйдя из сарая направились к загону. Оказалось, что в этом мире имелось княжество Россинь, и в военной школе, где учился Ксанас, инструктором по бою с оружием был старик, родом оттуда.


На каждом занятии этот ветхий старец дав задание группе выбирал троих лучших учеников и гонял их по всей площадке при помощи именно такой рогатины, а иногда и большого двуручника, с которым обращался не хуже, чем с копьем, хотя и довольно в специфичной технике, целиком выстроенной на безумной инерции тяжеленного меча.


Наблюдая за этим безобразием молодой мЛарг, до того не слишком выдающийся боец, решил во что бы то ни стало выучиться этой технике. Благодаря фамильному упрямству, хорошей памяти и недурственным физическим данным юноша довольно быстро разучивал все увиденные на тренировках движения и соответственно постепенно достиг неплохих результатов в обращении с копьем и полуторником.


В конце концов настал и его черед выйти для боя с наставником. К превеликому удивлению группы дворянин выбрал не благородный меч, а такую же как и у наставника рогатину, но еще больше их удивление стало, когда через полторы минуты поединка Ксанас не только не начал отступать, подобно своим напарникам но и сам понемногу теснил учителя. Еще через минуту старец остановил бой и с восторгом на лице объявил на всю площадку: "Вот мой ученик! Он единственный понял, чему я пытаюсь Вас научить".


После того дня старик по имени Яросвет взялся за юношу всерьез и к моменту окончания школы намертво вколотил в того мастерство обращения как с рогатиной, так и с мечом. После молодой рыцарь не забывал о своем старом учителе и при каждом удобном случае заглядывал потренироваться и выпить кружечку-другую напитка, который старый воин готовил из меда.


В душе что-то звонко екнуло и я поинтересовался, на родном языке: "А не медовухой ли называется сей благородный напиток?". Рыцарь на несколько мгновений выпал в осадок и ответил на том же языке, хотя и с непривычным акцентом и интонациями: "Да, сударь, а откуда известен Вам благородный язык Россини?".


- Да так, выучил по случаю.


- А по какому случаю, если, конечно, это не тайна?


"Конечно не тайна, довелось у купца одного послужить, там и выучили, а то ни бельмеса не понимая, как с местными охранниками сообща работать?" - очень кстати вмешалась в разговор Катерина.


Разговор на этом благополучно окончился, по причине нашего прибытия к загону, оставив во мне неуемное желание добраться до Россини, или как минимум до этого самого Яросвета, что бы проверить, до какой степени культура княжества напоминает родную моему сердцу земную Россию.


Коней охранял только пастух, о котором выразили яростное желание позаботиться Сарон с Гарреном. Мы не стали возражать, так как ребята имели законное право отомстить своему обидчику, от которого понесли столько унижений. Вернулись наемники довольно скоро, с довольными улыбками убирая кинжалы в ножны. Тут же мы всей компанией двинулись к загону.


Орки додумались расседлать коней, седла с попонами были свалены неподалеку и мои спутники потратили на подготовку животных к походу. Поручив Катерине отвести отобранных коней к располагавшемуся неподалеку овражку остальной отряд отправился оставлять прощальный подарок нашим "гостеприимным" хозяевам. Заключался он в поджоге всех встреченных по пути построек.


Я же от себя хотел добавить еще и умерщвление старика шамана, так как за время моего пребывания в этом мире к магам у меня выработалось чувство стойкой неприязни - некромант и этот милый дедуля пока что были единственными представителями этой профессии, которых мне довелось повстречать и впечатление они произвели отнюдь не самое лестное. В результате наш маленький диверсионный отряд после возвращения в стойбище оперативно разделился.


Наемники и дворянин на окраине поселка похватали горящие головни из ближайшего костра, предварительно аккуратно прирезав всех, кто спал рядом с ним, и поспешили поджигать все, что могло гореть на их пути. Я же на предельной скорости помчался к юрте шамана, стоявшей на другом конце поселка, на небольшом удалении от центра, но еще не на окраине, так же не забывая касаться горящей палкой любой горючей поверхности.


Так же мы условились, что нарываться на конфликты и дожидаться меня, если это будет представлять хоть малейшую опасность, они не станут, а сразу поспешат в выбранном направлении. Я же должен буду их догнать в течение двух дней, иначе буду признан погибшим.


Жил старичок небогато, но судя по пробежавшим, при приближении к его палатке, по спине мурашкам умения у него от этого не убавлялось. Когда я вошел в шатер старика он только успел проснуться и еще не успел ничего понять, но взирал на меня с превосходством, не воспринимая как опасность. Мне это было на руку и не задумываясь я ударил наотмашь кентаврионом.


Но оказалось убить мага это не так уж просто. Вокруг аксакала вспыхнула полупрозрачная сфера, которая и приняла на себя всю силу удара, не дав причинить вреда своему создателю. Но и старцу, как я заметил такой фокус дался не так уж и легко. Лицо его покраснело, а по щеке прокатилась капля пота. Я, понимая, что малейшее промедление повлечет за собой мою смерть не давая старцу передышки провел красивый удар передним копытом, одновременно вытаскивая меч из земли и занося для следующей атаки.


Старец все же оказался мастером своего дела и я еле успел отбить клинком летящий мне в бок заостренный клин, которым крепят края полотнища походной палатки. Парирование колышка немного изменило траекторию моего замаха и вместо сокрушительного рубящего удара пришлось воспользоваться менее сильным, но крайне эффективным колющим. Укол тоже не принес никаких результатов, но старик явно начал уставать и я усилил нажим, атакуя его всеми доступными мне средствами. В конце концов шаман перестал принимать мои удары на защиту и начал уклоняться, изрядно помогая себе левитацией. В нем уже не осталось той надменности, с которой он взирал на меня при первой встрече, да и в момент моего появления в юрте.


Не знаю, сколько еще продолжались бы наши скачки по юрте, если бы старик не допустил неожиданную оплошность. Отскочив от меня на пару метров маг выпустил из ладоней сверкающую сосульку, летящую с сумасшедшей скоростью. Я не задумываясь о последствиях отбил ее мечом, сталь загудела, а ледяной нож отскочил в потолок. Не обращая больше внимания на сосульку я сделал небольшой шаг в сторону шамана и попытался достать того уколом в горло. Дедуля отшатнулся и в этот момент срикошетившая от усеянной какими-то знаками ткани сосулька ударила старца в грудь.


Наслышанный о живучести различных колдунов и магов я для надежности снес старикашке голову, параллельно зацепив пару полочек с зельями, которые облили меня с головы до ног. Расправившись с колдуном я поспешил скрыться с места преступления, но по пути задел еще несколько полок со склянками.


Что же тут началось! По всей юрте заклубился кроваво-красный туман, в котором ворочались непонятные бесформенные тени. Я попытался на ощупь дойти до стены и сильно удивился, когда через пару десятков шагов так до нее и не добрался...


Пройдя еще полсотни шагов я окончательно убедился, что где бы я не находился - это не шаманская юрта, потому что из тумана я вышел в огромный зал, в середине которого стояла колоссальных размеров каменная глыба, на которой в сфере из кристально-чистого горного хрусталя стояло сердце.


По размерам оно немного превосходило человеческое и к тому же как-то умудрялось биться. Не знаю, какой черт меня дернул в тот момент за руку, но я медленно, будто преодолевая сопротивление чего-то вязкого подошел к постаменту, поднял меч и вложив в удар все, имевшиеся у меня силы разнес сферу в мелкие куски.


В тот же момент сопротивление воздуха исчезло, над упавшим на пол сердцем вспыхнуло безумно жаркое пламя из которого соткалась человеческая фигура. Принадлежала фигура мужчине, лет, приблизительно тридцати - тридцати пяти, высокого, более двух метров, роста и носившего на спине пару черных, бархатистых крыльев, которые он сложил на манер плаща.


"Кто ты, смертный?" - проговорил мой собеседник. Я представился своим настоящим именем, так как лгать такому существу я не имел никакого желания. Мой визави, похоже, оценил мою честность и так же представился, назвавшись Нихраэлем. Так же он внес некоторые разъяснения в то, что произошло.


Оказывается, много лет назад, отец того шамана, что я прикончил, вызвал моего собеседника, убил и вырвав сердце поместил его в этом месте, превратив в своеобразный генератор магической энергии. Правда не успел сообщить этого секрета своему сыну, так как был отравлен им через несколько часов после проведения ритуала.


Этот зал находится в небольшой складке пространства-времени, в которую я смог попасть благодаря чистой случайности - со смертью последнего из потомков создавшего это место колдуна чары, закрывающие вход сюда распались, как в скором времени распадется и само это местечко. Невероятное и неповторимое смешение чар и выброс сырой магической силы, которое я вызвал разбив почти все пузырьки, хранившиеся в юрте шамана перекинуло меня сюда. Разбив сферу я освободил дух Нихраэля, которым и является мой собеседник.


Теперь у меня имелось только два варианта выбраться отсюда живым, не распавшись вместе со складкой - либо, пойдя по стопам покойных шаманов, связать дух демона с этой локальной территорией и черпать силы из его страданий. Либо съев его сердце, самому стать демоном и превратить эту складку в свой доминион Инферно.


Оба варианта мне не нравились, но издеваться над погибшим демоном я не горел желанием и не задумываясь предложил тому второй вариант. Нихраэль с моим предложением согласился, и добавил, что и сам предпочел бы именно его, так как он уже давно мечтает умереть, а именно это произойдет с его духом. Сердце демона несет в себе его магическую силу, а дух, будучи привязан к плоти, только после разрушения сердца отправляется в Инферно, где сливается с наполняющей его энергией, обретая вечный покой. Поэтому, что бы окончательно убить демона необходимо либо съесть его сердце, а плоть сжечь, либо создать выброс энергии такой силы, что бы его плоть и сила просто распались в нем.


Но разговорами дело не сделаешь и спросив своего собеседника готов ли он и получив утвердительный кивок я поднял кусок обжигающе горячей плоти и мысленно содрогнувшись начал есть. С каждым поглощенным кусочком я чувствовал, что меня наполняет какая-то непонятная сила, огнем разливаясь в крови и изменяя саму мою сущность.


Как только с моей экстравагантной трапезой было покончено дух демона начал медленно таять. Напоследок я услышал "Прощай. Удачи тебе, младший брат". Как только Нихраэль исчез я начал пытаться преобразовать эту складку, как выразился мой коллега, в доминион.


Поскольку я не имел ни малейшего представления о том, как это сделать я просто отключил сознание и доверился инстинктам. С губ начали срываться каркающие и рычащие звуки непонятного языка и я почувствовал, что пространство вокруг начало изменяться, повинуясь моей воле. Когда я открыл глаза, то моим глазам, вместо просторного зала предстала обширная, на глазок гектара два, а то и больше каменистая пустошь, раскаленная докрасна и усеянная трещинами и ручьями лавы. Сила демона защищала меня от царящего здесь жара, но любое другое существо вряд ли протянуло бы в моих новых владениях дольше пары мгновений.


Метрах в тридцати от меня простиралось небольшое, около десяти метров в диаметре лавовое озерцо. Немного подумав я пожелал, что бы здесь появились деревья, после чего вновь закрыл глаза, сосредоточился, наполнил желание своей волей, превращая его в приказ и действительно, когда я открыл глаза на берегу озера обнаружилась небольшая рощица из пылающих деревьев. Потратив на обустройство своих владений довольно немалое время я создал здесь несколько небольших рощиц, изрядных размеров гору, а на берегу озера нафантазировал безумный замок, состоящий из непрерывно горящего пламени и внешне напоминающий терем N-ского кремля. Только вместо черепичной крыши здание венчал огромный костер, а огромные, в два охвата бревна заменены были на валы ревущего огня густо-вишневого цвета. Внутри свой замок я обставил в мрачном готическом стиле. Одну из комнат я оставил абсолютно свободной. Решив, что достаточно здесь поработал, я вошел в свободную комнату, создал там надежную каменную арку, назвал ее порталом, и сосредоточившись приказал появиться в арке проходу в тот мир, из которого я сюда попал. Открыв глаза я с ужасом понял, что у меня ничего не получилось. Я попробовал другой вариант. Представив площадь в центре орочьего стойбища я всей душой потянулся туда. Открыв глаза я увидел, что у меня получилось - в арке портала я увидел отражение площади. Не задумываясь, я шагнул в переход и оказался у стены кузницы.


В поселке царил полнейший хаос. Наши попытки спалить стойбище увенчались успехом. Палатки и деревянные постройки весело полыхали, вокруг них суетились переполошенные орки, кто-то что-то кричал... Моего появления не заметил, но пройти мимо суетящихся зеленокожих у меня бы вряд ли получилось. Я не придумал ничего лучше, чем просто пройти там, где горело сильнее всего и из-за жара уже ни кто не рисковал находиться. Как не странно мне это удалось. Измененному демонической силой организму относительно высокая температура пожара показалась едва отличимой от холода всего остального мира и я незамеченный и не получивший ни ожога, ни царапины преспокойно вышел к условленному оврагу.


Мои спутники были на месте, оказалось, что наемники только что пришли и я поспел ровно к сроку. Рассказав честной компании произошедшее в жилище шамана, правда, умолчав о том, что произошло после его кончины, так как не для любых ушей такое знание, я предложил выдвигаться. Идея была принята единогласно и наша крошечная кавалькада бодрой рысью двинулась на север.


Глава 5


Два дня мы скакали почти без остановок, позволяя себе только краткий, минут в двадцать отдых, достаточный лишь для того, что бы проглотить сухарь с куском вяленого мяса и дать хоть немного отдохнуть коням.


На третий день мы все же отважились сделать основательный ночной привал, так как боялись, что несчастные животные падут, не выдержав непрерывного бега. Все же они были рыцарскими конями, а не лошадками земных татар, которые были способны скакать неделю без остановок, хотя потом и требовали тщательного ухода и месячного отдыха.


Место для привала мы выбрали в крошечной рощице чахлых деревьев. Там же обнаружился робкий ручеек, выбегавший на поверхность из под корней одного из них, но уже через несколько метров исчезавший вновь.


По пути мне удалось подбить из лука крупную птицу, больше всего напоминавшую дрофу, а наемники насобирали каких-то местных трав и заявили, что приготовят эту птичку по какому-то особенному рецепту. Ни я, ни Катя, ни уж тем более рыцарь ничего против не имели и уже через несколько минут, после того, как наш отряд начал располагаться под ветвями облюбованной рощицы, тушка была тщательно общипана и уже подвешена над костерком.


Плотно поужинав чудесным мясом и запив его травяным отваром мы договорившись об очередности дежурства расползлись спать.


Первая стража досталась мне, затем я должен был разбудить Катаэля, за ним заступал Ксанас, после него Гаррен и последняя, самая тяжелая смена досталась Сарону, как самому опытному из всех.


Время тянулось ужасно медленно и от скуки я начал точить меч, благо тайник в рукояти орки так и не обнаружили.


Очень скоро надо мной нависла тень и хмуро проговорила: "Ну чего ты расшумелся? Тут люди спать пытаются, а ты камнем по железу. Это ж как серпом по я...м, твою мать!"


Я в долгу не остался и ехидно поинтересовался, так как по речи уже догадался, кто стоит за моей спиной - "А давно ли у тебя такая деталь появилась?"


-Да ну тебя, конь педальный!


-Ты кстати, тоже проверила бы свои железки, а то острый язык действует лучше, если к нему в добавку у тебя есть и острое железо.


-Земляк, выпей яду, спать охота.


-Сцеживай - выпью, в могиле отоспишься!


-Да ладно, ладно, сейчас гляну.


-Заодно гадостью из рукояток протри, мало ли что это такое - может смазка, может яд, все одно полезно.


-Ага. А потом на тебе проверим.


-Не язви, а то не расскажу, что со мной произошло, после того, как я шамана в расход списал.


-Все, поняла, не дурак.


После этих слов я согнулся в попытке сдержать хохот. Хоть это и было кощунственно с моей стороны, но попытки Катерины говорить о себе в мужском роде выглядели крайне комично.


Впрочем, за свой смех я очень быстро поплатился, получив крепкую затрещину и пинок в конское брюхо. Еще немного позубоскалив друг над другом мы предались каждый своему занятию - я рассказу о произошедшем в пространственной складке, совмещая это с заточкой меча, а Катерина внимательному слушанию моего рассказа и осмотру своих сабель.


Удовлетворенная моим рассказом и состоянием мечей Катя проворчала что-то вроде "Ну вот, опять тебе повезло" принялась сосредоточенно обрабатывать лезвия мечей составом, заключенным в их рукоятках. К тому моменту, когда эта процедура была завершена, моя смена подошла к концу и я еще немного поболтав со своей несчастной землячкой устроился спать.


По всей видимости ночь прошла спокойно, так как никто меня не будил и не тревожил и очнулся я лишь от нахального лучика солнца, что упорно мучил мои глаза. Проснулся я последним и в самый раз успел к завтраку, состоявшему из осточертевших уже сухарей, не менее осточертевшего сушено - вяленого мяса и вчерашнего травяного отвара.


Проглотив свою порцию я не почувствовав и намека на насыщение поинтересовался, сколько еще осталось запасов. Оказалось, что с едой у нас появляется ощутимая проблема. При таком же объеме порций наших припасов хватит в лучшем случае на два дня. А значит пора задуматься и о пополнении запаса продовольствия.


Существенной проблемой это не было, так как в крайнем случае можно и на вездесущих сусликов поохотиться, благо сновало их повсюду в изобилии. Высказав свои соображения я предложил не рассиживаться на одном месте а собирать имущество и поспешать в дорогу, так как погоня ждать не будет.


На наивный вопрос Ксанаса, откуда я так уверен в существовании погони я ответил, что иначе и быть не может. Не думаю, что местные зеленокожие монголы простят нам поджог их деревни, а убитый нами сын вождя ставит нас в положение личных врагов местного главнюка. На подобные новости мои спутники отреагировали на удивление спокойно и шустро собравшись вскочили на коней. Вновь началась безумная изнуряющая скачка.


Но нашим мечтам о скором ее окончании пришлось сбыться слишком рано. Утром пятого дня Сарон, дежуривший во время очередного кратковременного привала заметил на горизонте два десятка темных фигур. Похоже нас все же догнали и отставать не собирались.


Выбор у нас был невелик - либо немедленно мчаться во весь опор, в надежде, что все же нам удастся уйти на изморенных лошадях, либо подыскать место, подходящее для обороны и вступить в бой, наградой за победу в котором будет жизнь.


Оба варианта были на букву "Х", и не подумайте, что хорошие, но второй давал нам хоть мизерный шанс на выживание, так как скачка без остановок вымотает не только коней, но и нас, а уставшие и голодные мы не будем способны дать хоть сколь-нибудь серьезный отпор оркам. Решив так наш скромный отряд похватал свои нехитрые пожитки и на предельно возможной скорости поспешил к видимым на горизонте двум небольшим холмам.


На одном из них мы заметили небольшую группу деревьев и направились именно к нему, так как лучше иметь пару толстых деревьев за спиной, чем пару тонких стрел в ней. Через полчаса бешеной скачки мы домчались до холма и с матюгами вперемежку с молитвами кое-как затащили на него коней. Привязав их к деревьям у себя за спиной мы оперативно приготовились к бою.


Добив запасы провизии мы даже почувствовали себя сытыми и отдохнувшими и к моменту, когда в нас полетели первые орочьи стрелы, правда не долетевшие до холма метров двадцать, мы были во всеоружии. Когда расстояние между нами уменьшилось примерно до двухсот метров я быстро присел на колени, воткнул в землю десяток самых лучших стрел, отобранных заранее, по наитию прошептал над каждой непонятную формулу того самого демонического языка, которым пользовался при строительстве доминиона и ухватив одну стрелу в зубы а вторую наложив на тетиву натянул лук. Взгляд скользнул вдоль древка, поймал вырвавшегося вперед воина, руки машинально взяли упреждение, как когда-то в далеком детстве, пальцы мягко разжались и стрела, коротко вжикнув понеслась на встречу со своей жертвой, а за ней вторая, третья, пятая. К моменту, когда наши враги приблизились к подножью холма я успел выпустить все десять стрел и десять неподвижных тел отметили путь отряда зеленокожих. Как не странно, но после каждого убийства я ощущал легкий жар во всем теле и слышал тонкий, на грани слуха звон.


По всей видимости это было последствием наложенного на них заклинания. Вот только, что оно делало мне было до сих пор непонятно. Я решил разобраться с этим позже и вытащил кентаврион.


Пока орки, оказавшиеся никудышными лучниками - за время скачки они выпустили каждый минимум по пять стрел, но только две или три засели в щитах прикрывавших меня Сарона и Гаррена, остальные бестолково втыкались в землю или деревья, за которыми укрывались рыцарь и эльф, готовились к штурму, я прочел над мечом то же заклинание, что и над стрелами и приготовился к атаке. Рядом встали Ксанас с рогатиной наперевес и Катя с обнаженными мечами, искусство обращения с которыми похоже ей передало тело. По краям нашего своеобразного строя встали наемники, укрывшись за щитами и приготовив топоры.


Наконец оставшиеся в живых орки с громким матом, видимо заменявшим им боевой клич кинулись вверх по склону холма.


Похоже с тактикой у ребят было из рук вон плохо. Атаковать снизу вверх всегда трудно и опасно, потери у атакующих и обороняющихся соотносятся два, а то и три, к одному. И это при равном уровне подготовки и вооружения. А если учесть, что просто стоять и ждать удара мы не собирались, а при ударе сверху вниз преимущество было за нами, как и превосходство в вооружении, то исход боя можно было прогнозировать в нашу пользу.


Потому наш отряд, вопя ни чуть не тише орков, ринулся им навстречу. Когда расстояние между нами было около семи метров степняки выхватили короткие, сантиметров по двадцать, пучки трубочек и в нас полетели уже знакомые шипы. Наемники укрылись за щитами, Катерина отмахнулась мечами, я даже не обратил на них внимания, так как изменения, которые произошли со мной позволяли не задумываться о такой мелочи, как небольшая доза яда.


Не повезло только Ксанасу, рогатина которого мало подходила для отражения мелких предметов. Одну стрелку он успел поймать на древко, но вторая вошла ему в бедро и рыцарь повалился на землю. Почти сразу же орки дали второй залп и немного зазевавшиеся Сарон и Гаррен присоединились к дворянину. Шанса на третий залп мы зеленокожим не дали, врубившись в их отряд, как топор в полено. Вот здесь мы возблагодарили все на свете, что орки предпочли оставить своих волков внизу, потому что сражаться вдвоем против десятерых не самое приятное занятие на свете.


Орки, в стрельбе не показавшие хоть сколько-нибудь существенных результатов в ближнем бою оказались серьезными противниками. Не стесненные броней они умудрялись атаковать из просто немыслимых положений и уклоняться от, казалось бы, смертельных ударов. В результате уже через несколько секунд боя я обзавелся немаленьким разрезом на бедре задней ноги и парой неглубоких царапин на человеческой своей половине, но и орки заплатили за это немалую цену - один лежал на земле с рассеченным до середины груди туловищем, а оставшиеся четверо имели по паре довольно серьезных порезов. У Катерины дела обстояли намного лучше - такое же легкое и проворное как орки, тело эльфа исполняло завораживающий танец смерти. Казалось что два клинка плетут неповторимое кружево и не терпя сопротивления своему полету рассекают плоть так же легко, как воздух. Все это я отмечал краем сознания, так как полюбоваться у меня не оставалось времени. Я скакал, извивался, прыгал, бил всеми четырьмя копытами, но единственное, чего мне удалось добиться, это проломить грудь еще одному противнику, сам же, тем временем получив еще один порез, но уже на груди. Эта рана стала последней каплей в чаше моего терпения и я окунулся в красную пучину ярости. Взвинтив темп до предела я смог достать еще двоих а в третьего не задумываясь плюнул, как-то по-особенному сократив мышцы горла. То, что произошло потом удивило даже меня самого - вместо обычного плевка из моего рта вылетел аккуратный огненный шарик, размером с приличный апельсин и врезался прямо в голову орка, затем взорвавшись и расплескав содержимое черепа несчастного зеленокожего. На созерцание этого зрелища отвлеклась и Кэт, и ее последний противник, но когда голова орка взорвалась моя землячка успела оправиться раньше и ее степняк благополучно упал, захлебываясь кровью из пробитого горла. На этом битва на холме была окончена и я занялся осмотром менее удачливых членов нашего отряда.


Моя спутница, сказав, что займется варгами спустилась к подножью, я же, прихватив всех троих пострадавших - наемников взяв подмышки, а рыцаря попросту закинув на круп спокойным шагом двинулся к нашей стоянке. Все трое оказались живы и по всей видимости через несколько часов должны были очнуться, поэтому я уложил их на землю и спустился к Катерине. Оказалось, что девушка в эльфийском теле попросту подходила к стреноженному волку и с чувством самозабвенного садизма перерезала ему горло, после чего тащила тушу на склон холма, туда где уже лежали тела убиенных орков. Я подошел к этой куче, и занялся хоть и мерзким, но крайне полезным делом, под названием мародерство. Для начала я снял с варгов седельные сумки, в которых наверняка должна была быть еда, да и кое-какие полезные мелочи. Затем поднял пучок трубочек, из которого вели стрельбу степняки. Это оказалось не чудо технической мысли, как я полагал в начале, а умелое применение защитной реакции живого организма. В тонкую, около сантиметра толщиной, трубочку была просунута голова жирной гусеницы. Свободный конец ее тела аккуратно фиксировался между тремя тонкими щепочками, сверху оставляя тельце открытым. Гусеница закрывала этот участок какой-то затвердевающей на воздухе субстанцией и оказывалась в своеобразной норке. Видимо через ствол оружия ее и кормили. Для стрельбы было достаточно надавить на спинку личинки, проламывая защитный панцирь. Очень не хотелось бы мне оказаться на полянке, где живут такие червячки... Для нас такая вещица была в общем-то бесполезна, ввиду совершеннейшего отсутствия знаний о личинках, и я без сожаления отбросил ее к трупам. В седельных сумках отыскалось изрядное количество вяленого мяса, сухарей и несколько больших бурдюков с водой. Сейчас я, конечно, с большим удовольствием хлебнул бы чего покрепче, но за неимением сгодилась и водица. На вкус она была свежей и бурдюки отправились в наш лагерь, вместе с провизией и великолепным бронзовым котелком, обнаруженным в последней осмотренной мной сумке.


К моменту, когда я вернулся с вершины девушко-парень закончил резню и укладывала последнего ездового волка в общую кучу тел. На вопрос, зачем она это делает бывшая ленинградка ответила, что тела лучше всего сжечь, что бы было сложнее восстановить картину событий по следам. Идея была здравой и я с удовольствием помог землячке натаскать травы и сучьев. Получившийся костер был явно маловат, что бы спалить тела орков и варгов без остатка и подумав мы свалили одно из росших на вершине деревьев и мечами изрубили его на крупные поленья. Удовлетворившись результатом девушка собралась уже было сходить в лагерь за огнивом, но я остановил ее и прицельным огненным плевком, в который вложил всю свою ненависть к поганым рабовладельцам, отчего тот вышел размером с футбольный мяч, запалил костер. Когда пламя разгорелось от костра повалил едкий, вонючий дым, затянувший почти весь склон. Невольно мне вспомнился туман в жилище старого шамана и я сказал об этом своей спутнице. Землянка резко спала с лица, тут же подхватила меня за руку и потянула вверх по склону. По закону подлости мы конечно же не успели. Пробежав всего несколько шагов мы ровнехонько угодили в глубокий провал.


Пролетев кубарем минут десять по наклонному спуску мы наконец ударились о нормальный пол, судя по ощущениям облицованный камнем. Рядом со мной ожесточенно материлась Катерина, значит она жива и судя по всему относительно невредима, сам я тоже судя по ощущениям отделался лишь легким испугом.


Попали мы в просторный зал, освещенный белыми шарами, развешанными под высоким сводчатым потолком. Похоже, что холм, на котором мы неосмотрительно устроили свой бивуак оказался внутри полым, а если принять во внимание каменный саркофаг, стоящий в центре зала, то и не холм это вовсе, а самый настоящий курган.


Тут во мне взыграл инстинкт историка и я начал скрупулезно изучать барельефы и рисунки, украшавшие стены гробницы. Судя по ним находились мы в усыпальнице какого-то весьма влиятельного человека, при жизни совершившего немало грандиозных деяний, как то постройка огромных замков, разрушение ничуть не меньших замков, уничтожение вражеских армий, подписание каких-то документов и многое другое.


Пока я увлеченно рассматривал стены моя спутница приблизилась к саркофагу и внимательно рассматривала что-то лежащее на его верхней крышке. С сожалением оторвавшись от великолепных изображений и подойдя ближе я понял, что изучает парне-девушка ветхую книгу в изящном металлическом окладе украшенном крупными темно-бордовыми камнями.


Фолиант лежал на верхней крышке гроба, окруженный причудливой вязью малопонятных символов, по которым то и дело будто бы пробегали электрические разряды. Вдруг все замерло и над книгой начал подниматься полупрозрачный зеленоватый туман. Когда столб тумана достиг потолка мы услышали старческий, но еще сильный голос, принадлежащий человеку, который всю жизнь повелевал и имел на то полное право. "Ай, молодцы! Ох, уважили старика! Благодарю вас за прекрасное представление и богатую жертву, молодые люди. А Вас, юная леди особенно!" - проговорил невидимый собеседник на орочьем языке.


-Откуда... - начала было Кэт.


-Я знаю о Вас обоих даже больше, чем Вы сами, дети мои - не дал договорить девушке неизвестный.


-Где Вы, покажитесь, будьте добры - решил я вмешаться в разговор, начавший напоминать какой-то фарс.


-Как скажете, сударь.


Туман опал и собрался в фигуру мужчины неопределенного возраста с седой пышной бородой и ореолом белоснежных волос. От всего его облика явственно веяло мудростью, властностью и силой.


-Вы довольны, юный демон?


-Да-да, конечно, сударь. Кто Вы?


-Я Мордрег, последний Верховный Маг Империи Шарам. Раньше, веков двадцать назад, моя родина простиралась от Южного океана, до Северных лесов и от Восточных морей до Западных островов. Но лет через пятьдесят, после того, как я, по собственной глупости, погиб, Высшие маги и императорский двор погрязли в интригах и те, кто обладал благородством и магическим потенциалом не могли пробиться ни в Университет, ни в правящую элиту. Их не пропускали ничтожества, нахальством, предательством и подкупом урвавшие недопустимо много власти. А затем взбунтовались и наши рабы. Это те, кого вы сейчас зовете орками. Среди них отыскались довольно сильные шаманы и демонологи. Скрываясь в тени они годами оттачивали свое мастерство и когда они решились напасть, Империя, ослабленная длительными интригами, не смогла ничего им противопоставить. И вот, за каких-то шесть веков, прошедших с момента окончательного падения моей родины не осталось даже памяти о наших городах. Лишь иногда вспоминают о нас бывшие соседи, именуя Темной Империей, хотя и сами не брезгуют нашими разработками. Да и соплеменники вашего, сударыня, вместилища, дроу, нередко вспоминают о годах нашего господства. Но это все сантименты. Не будем о прошлом. Я уже давно лежу здесь и осталось мне не долго, так что напоследок я сделаю еще одно дело, что бы накопленные мной силы и богатства не пропали впустую.


-И что же Вам угодно будет совершить, сударь? Уж не убить ли демона и дроу? - съехидничала моя спутница.


-Ни в коем случае, милое дитя. Я попытаюсь помочь вашему дуэту. В наше время редко можно найти ситуацию, сходную с Вашей и мне будет очень интересно понаблюдать, что же из этого выйдет.


-Из чего? Вы что-то знаете? - решил поинтересоваться я.


-Давайте пока не будем об этом. Всему свое время... - проговорил Мордрег. Мы с Катериной непонимающе переглянулись. Старый маг, тем временем, продолжал: "Давайте лучше ближе к разделке, так сказать. Начнем, пожалуй с вас, юная леди. Вернуть Вам человеческое тело я не в силах, но преобразовать это не составит мне труда". С этими словами гражданин умершей империи начал рисовать в воздухе непонятные фигуры, которые начинали светиться бледно-красным светом. Вместе с этим тело эльфа начало охватывать белое сияние, за которым через несколько секунд уже невозможно было различить что-либо. Затем сияние превратилось в кокон, из которого раздался полный боли стон.


Я машинально потянулся к мечу, но меня остановил голос древнего волшебника: " Все в порядке молодой человек. Процесс превращения довольно болезнен. Давайте не будем мешать магии делать свое дело и займемся Вами. Для начала мне потребуется небольшая помощь".


-Какая, если не секрет - скрепя сердце, сжимавшееся от тревоги за мою землячку, поинтересовался я.


-Понимаете, в этом состоянии я не обладаю физическим телом и потому Вам придется совершить самый кощунственный акт для ценителя искусства. Подойдите вон к той плите, на которой изображен воин, сжимающий в руке голову химеры".


Я исполнил указание и заинтересованно начал изучать барельеф. Старец, видимо не разделяя моего интереса подплыл ближе и продолжил: "А теперь разбейте ее".


Да, действительно это было кощунственно, но раз такова просьба владельца гробницы, не мне ему что-то говорить. Я встал на задние копыта и со всего маху обрушился на плиту. Та, громко хрустнув разлетелась на несколько крупных осколков и передо мной предстала великолепная комната, в которой прямо на полу, подобно мусору, валялись драгоценные камни, золотые монеты, украшения, одежда, доспехи, утварь и оружие. "Перед уходом возьмете все, что сочтете необходимым и сможете унести. Обязательно советую прихватить все, что надето на манекене, что стоит в углу. Это мои личные меч, лук щит и доспехи. Кстати, неужели Вам так удобно в этом громоздком теле кентавра?" - раздался над ухом голос Мордрега.


-А что, у меня есть альтернативы?


-Конечно же, молодой человек. Вы же демон, и отнюдь не самый слабый, а значит смена формы вам более чем по силам.


Я заинтригованный советом старика попытался изменить свое тело так же, как менял пространство доминиона. Открыв глаза я им не поверил. Наконец-то у меня пропал этот огромный и неудобный круп! Хоть в теле человеко-коня и удобно путешествовать, да и в бою оно не бесполезно, но в путешествиях по подземельям габариты его крайне неудобны. Да и привычнее мне как-то быть человеком... Дальнейший осмотр выявил и другие изменения - судя по отражению, в заботливо созданном старым волшебником, зеркале мое лицо и тело приобрели почти фотографическое сходство с моим земным обликом, с небольшими коррективами на вроде удаления легкого пивного брюшка, увеличения объемов мышц, незначительных изменений черт лица и добавления типичных демонических атрибутов - небольших рожек и вертикального зрачка. Проблема возникла лишь с кентаврионом - огромный меч, хоть и весьма удобно расположился на спине, но был явно великоват для моих родных ста семидесяти сантиметров роста, кроме того, все, что было привешено к крупу или было рассчитано на габариты кентавра просто попадало на пол. Впрочем, для данной ситуации этот облик подходил неплохо и весьма мне нравился, о чем я и сообщил древнему чародею. Тот, многозначительно оглядев получившееся тело, удивленно хмыкнул и предложил вернуться к моей подруге, упомянув лишь, что бы я не злоупотреблял сменой облика, так как хоть это и не самая сложная часть демонической магии, но она весьма опасна, ввиду того, что можно легко сформировать нежизнеспособное тело. Так что лучше создать для себя две-три надежных формы и в дальнейшем использовать только их. Я, приладив на себя пояс кентавра на манер шотландского килта и взяв на заметку полученную информацию поспешил за ним.


Подойдя к кокону мы замерли в ожидании. Через несколько минут по ослепительно белой поверхности пробежали темно-красные трещины и сфера распалась, явив моему взору самую прекрасную девушку, из всех виденных мною ранее. Светлая, бархатистая кожа, сплошь покрытая причудливым узором татуировки, иссиня-черные волосы, широкие, немного покатые плечи, идеальные обводы фигуры делали ее похожей на странное полуночное видение, а выглядывавшие из-под волос остроконечные пирсингованные ушки придавали ее облику безмерную фантастичность и пикантность. А когда это совершенство открыло глаза я понял, что пропал... Бездонные серо-голубые озера, окруженные пульсирующим черным ободком и украшенные золотисто-желтым солнышком вокруг зрачка они намертво врезались в мою душу, будто раскаленное клеймо. Катерина окинула меня недоумевающим взглядом, неуверенно улыбнулась и только тут мы оба заметили, что одежды на девушке не наблюдается, на ней остались лишь мечи, укрепленные на поясе, браслеты и обруч. Красавица сначала покраснела, а затем разразилась таким потоком изощренных оборотов Великого и Могучего языка, перемешивая их с подхваченными от орков эпитетами, что следом покраснел не только я, но и не ожидавший такого Мордрег. Выразив свое мнение по поводу сложившейся ситуации девушка быстренько поспешила в сторону пролома в стене. Подойдя к лазу в сокровищницу прелестное создание издало восторженный визг и исчезло из виду за каменной стеной. Тем временем древний маг продолжил раздачу подарков.


-Итак, юноша. Вы весьма неопытный демон, хотя и довольно сильный, так что я дам Вам несколько советов. Во-первых собирайте души. Вы правильно сделали, что выпили души убитых Вами орков. В следующее посещение доминиона Вы убедитесь, что это дало свой результат. Но настоятельно рекомендую Вам применять для этих целей не оружие, а Ваше собственное тело. Будучи в истинной форме и убивая жертву частями тела вы захватываете душу жертвы, что исключает энергопотери и некоторые другие проблемы. Так же настоятельно рекомендую Вам завести себе последователей. Посредством жертвоприношений они так же способны обеспечить Вас душами и непосредственно энергией веры. Кроме того советую Вам опасаться демонологов и жрецов Единого. Во всем нашем мире, на всех четырех планетах, их силы и власть достаточно велики что бы связать столь молодого демона или даже уничтожить.


После упоминания о мире и планетах я оживился и попросил старца рассказать мне о местном мироустройстве, так как с момента появления здесь так и не сподобился толком поинтересоваться географией.


Оказалось, что местная цивилизация значительно обогнала земную по изучению и освоению других планет. Еще несколько тысячелетий назад шестеро великих магов создали колоссальную сеть порталов, объединившую четыре пригодных для жизни планеты, существующих в данной системе. К сожалению из всей сети уцелели лишь единицы, находившиеся ранее в крепостях самих магов, которые оказались теперь в столь труднодоступных местах, что пользоваться ими отваживались лишь самые отъявленные авантюристы. Так же перемещаться между планетами могли маги, владеющие местом средоточия, или иными словами доминионом.


Маг попытался затеять спонтанную лекцию по теоретическому обоснованию этого факта, но я прервал его, поинтересовавшись лишь тем, могу ли я построить портал из доминиона в место, которое не видел, так как с практической стороны меня интересовал лишь этот вопрос, на что получил развернутый и чрезвычайно нудный ответ, смысл которого выражался одним словом - "нет". После этого волшебник продолжил рассказ о географии.


Мир, в котором мы находились, носил название Солон, планета Харна. Кроме нее существовало еще три: Ирга, Морна и Шеграт. На Харне имелось два огромных континента, Мор и Шихан. Находились мы сейчас на Шихане, в северо-восточной его части. Всю северную половину континента занимала Империя Эграм, в которую мы, собственно, и стремились. В центральной и южной части материка раскинулся Согарский Халифат, а под прибрежными горами протянулось Подгорное царство, древнее королевство гномов. На этой планете, в отличие от своих собратьев с трех остальных, эти малыши стали не только отличными кузнецами, но и несравненными мореходами. Их змееголовые корабли бороздили просторы океана, обеспечивая транспортные перевозки и захватывая для своего царя новые земли на островах. К западу от Халифата раскинулись непролазные леса эльфов и намертво иссушенные пустыни кентавров. Так же по всему континенту были раскиданы сотни небольших княжеств, населенных другими народами, гораздо менее многочисленными. Ну а с географией восточной части я уже был ознакомлен своими спутниками. Второй материк хоть и уступал Шихану размерами, но так же был населен. Расположился он частью на южном полюсе планеты, частью в более теплых широтах. Северное побережье было ограничено огромным горным кряжем, принадлежавшим народу дроу. Центральная часть была сплошь затянута джунглями, в которых хозяйничали каджиты и гоблины. Западное и восточное побережье облюбовали люди и гномы, а в промерзлых южных землях безраздельно господствовали снежные эльфы, к которым никто не отваживался соваться, да и сами они редко оказывались за пределами своей белоснежной родины, так как даже несильная жара переносилась этими сынами стужи крайне тяжело. На этом длительная лекция была закончена. С географией остальных планет мой собеседник сам не был знаком, и потому сказав, что все остальное я узнаю и сам ненадолго прервался, рассматривая мою спутницу, уже успевшую одеться и неслышно подойти к нам.


Девушка надела свободные черные шелковые шаровары, черные лаковые сапожки до середины голени, немного не подходящие по размеру, но вполне пригодные к носке и темно-красную, цвета старого вина, рубашку, местами носившую следы варварской перекройки кинжалом и больше напоминавшую теперь классическую земную блузку, завязанную кокетливым узлом на крайне привлекательном животике. Рукава импровизированного топа были зафиксированы браслетами, а волосы тщательно убраны под обруч. Мечи были заткнуты за широкий кушак из черной замши, что завершило образ некой пиратки, только что сошедшей с корабля. В таком наряде девушка выглядела настолько обворожительно, что я окончательно утвердился в уверенности, что, словно подросток, влюбился по самые уши.


Мордрег, видимо заметив взгляд, каким я смотрел на Кэт, отдал мне последнюю рекомендацию, заключавшуюся в совете не называться никому, кроме последователей своим настоящим именем, во избежание воздействия через него, отправил и меня подбирать соответствующую экипировку. Катерина попыталась было, что-то добавить, но была бесцеремонно прервана старцем, который видимо собирался устроить лекцию и для нее, причем в мое отсутствие. Я предпочел не задерживать начало их беседы и оперативно поспешил в сокровищницу.


Богатств там было просто невероятное количество. Человеку, выросшему в мире, где уже давным-давно золото стало лишь финансовым активом, который хранится только в особых хранилищах, в которые простому смертному нет смысла и мечтать попасть, в форме бездушных брусков металла, просто не возможно представить, до чего же бывает прекрасно богатство. А уж если оно в таких безумных количествах свалено кучами у тебя под ногами... На несколько бесконечных мгновения я впал в полный ступор разглядывая все это великолепие. Спустя какое-то время я немного оклемался и приступил к осмотру сокровищницы древнего чародея.


Для начала я огляделся в поисках хоть какой-то тары для богатств. Среди несметных россыпей драгоценностей была обнаружена невесть как очутившаяся там потертая дорожная торба с причудливой вышивкой, в которую я и решил собирать отобранное имущество. В первую очередь в котомку полетела пригоршня драгоценных камней. Далее туда же отправился великолепной работы кубок их рога какого-то животного, объемом примерно грамм на семьсот, так как пить из маленьких, рассчитанных на человека, кружек в теле кентавра мне было несколько не с руки. Следующим пунктом стал комплект одежды для человека, так как постоянно находиться в форме человека-коня я не собирался. Далее свое пристанище в сумке нашла маленькая шкатулочка со странного вида амулетом, выглядевшим как стилизованная волчья голова, глаза которой были сделаны из рубинов а на лбу была аккуратно выгравирована какая-то печать. Каково же было мое удивление, когда заглянув в торбу я обнаружил лишь шкатулку! Засунув руку в сумку я без труда нашел и камни, и кожаный костюм, который я подобрал для себя и означенную шкатулку. Такой факт меня изрядно заинтересовал и ради эксперимента я ухватил валявшееся неподалеку копье и аккуратно засунул в сумку. Длинное, около двух с небольшим метров, древко, скрылось в относительно маленькой сумке целиком, и я даже не почувствовал сопротивления! Теперь я понял, отчего эта потертая котомка оказалась среди всего этого изобилия роскоши. По всей видимости сей предмет был так часто поминаемой фантастами бездонной сумкой, в которую можно было засунуть все, что угодно. Что бы проверить еще одну теорию на счет этого типа сумок я засунул туда пару полных комплектов доспехов, а следом за ними некрупный драгоценный камешек. Оказалось, что в одном авторы ошиблись - против закона сохранения масс никакая магия не попрет. Я прекрасно ощущал вес всего, что умудрился затолкать в торбу. Хотя, учитывая мои изрядные данные в плане грубой силы слишком критичным фактором эта проблема не была. Вытащив на свет божий доспехи и копье я продолжил осмотр запасов старичка. Поскольку ограничивал меня в выборе лишь общий вес то отбирал я лишь самые крупные и красивые камни и мелкие, но по всей видимости, магические вещицы. Учитывая, что таких здесь было большинство, то я старался выбирать наиболее причудливые. Главное было не забыть поинтересоваться у Мордрега что я набрал. Далее последовал осмотр указанного старцем манекена. Облачен он был и вправду крайне богато, а шедший от вещей, явно магический, фон я ощутил даже при всей своей неопытности.


Наряжена статуя была в матово-черную, легкую кожаную куртку покрытую сверкающими серебристыми заклепками и подозрительно смахивающую на такую близкую и родную "косуху" и шелковую рубаху, темно-синюю, словно ночь пустыни и покрытую причудливой вышивкой которые я тут же аккуратно снял и уложил в торбу. В руке каменный человек сжимал монструозный меч, размерами не уступавший моему кентавриону, но имевший до безумия затейливую форму. Будто мастер сплел вместе тысячи стальных волосков, не задумываясь о том, что бы придать этому пучку монолитность. И каждый волосок был покрыт мельчайшей вязью непонятных знаков. Я машинально протянул правую руку к этому чуду работы древних оружейников. Стоило моим пальцам лишь коснуться рукояти, как волоски, из которых состоял клинок пришли в движение и с размаху вонзились в мою руку, проникая под кожу, разливаясь болью по венам и мышцам. Бесконечно долго я стоял зажав в руке огромную рукоять и крича от боли, а в мою руку, словно фантастические змеи, вползали серебряные нити и скользили безумным узором под покрасневшей кожей. Но все однажды заканчивается. Так и эта пытка завершилась, оставив о себе как напоминание лишь бесполезную рукоять и завитки серебряного рисунка на моем теле, на руке особенно частого и завораживающего. Немного отойдя от боли я начал соображать, что это было и что теперь делать. В бессильной ярости от своего непонимания я замахнулся на стену и попытался ударить кулаком. Именно попытался, так как за несколько мгновений до удара кисть взорвалась резкой болью и в стену уже врезались три длинных, сантиметров по тридцать, шипа, сформированных из нитей, недавно вползших в мое тело и выраставших прямо из костяшек кулака. Так вот в чем заключен секрет этого меча! Поэкспериментировав минут пятнадцать я разобрался с механизмом работы этого творения безумного гения. Нити по моему желанию с одинаковой легкостью превращались и в плетеный доспех, и в двуручный меч, и в когти, в общем во все, что только могла создать моя больная фантазия. Они даже могли просто вылетать из-под кожи огромной тучей серебряных волосков, пробивая на своем пути все, что им встречалось, что я тут же доказал, проведя испытания на паре комплектов доспехов. Однако, любое трансформирование этого артефакта вызывало приступы дикой боли и повреждение кожи, что меня очень опечалило и отказываться от своего верного двуручника я все же не решился.


Следующим пунктом программы стал лук древнего мага. Учтя опыт с мечом я для начала быстро прикоснулся к оружию закованной в нитяную броню рукой, после чего быстро ее отдернул. Никакой реакции это действие не вызвало и пришлось проверять на себе. Однако и прикосновение голой руки не превратило выточенный из каких-то костей лук в змею и я набравшись смелости вынул его из чехла, что располагался на бедре манекена. Древко было просто великолепно. Оно было выполнено в форме двух человеческих рук, вернее их скелетов, соединенных в области плечевых суставов при помощи вычурно изукрашенной рукояти из угольно-черного камня и подвижных в области локтей, правда, сгибание было возможно лишь в том же направлении, что и у обычной руки. Покопавшись в футляре я обнаружил и тетиву, она была свита из неких волокон, отдаленно напоминавших волосы, но явно превосходивших их в прочности. Ради пробы я изрядно покряхтев надел тетиву на оттопыренные большие пальцы "ладоней". На пальце манекена обнаружилось великолепное кольцо для натяжки тетивы, не сравнимо превосходившее мою жалкую пародию каменного века, а на левой руке к превеликой моей радости обнаружился прекрасный щиток, которым я наконец-то прикрыл уже изрядно избитое предплечье. Полностью подготовившись к стрельбе я поднял лук, поддел кольцом, надетым на большой палец, натянутую до звона тетиву, зафиксировал его указательным и резко, на разрыв натянул лук. В ту, секунду, когда тетива была натянута до отказа мою правую руку пронзила резкая боль и прямо из моих пальцев вылетело два стальных волоска, мгновенно свившихся в изящную и легкую стрелу. Похоже лук и меч представляли собой сложную систему взаимосвязанных артефактов. Вполне возможно, что кроме столь неожиданно обнаруженных свойств они имели и иные, не менее полезные и неожиданные, так что у меня появился еще один конкретный вопрос к конкретному мертвому магу. Быстро завершив рейд по кладовой Мордрега снятием со статуи остальных вещиц и заталкиванием их в котомку я споро вышел в зал.


-Милостивый государь, а позвольте поинтересоваться, какова была Ваша прижизненная специализация? - поинтересовался я у нашего собеседника, что бы проверить одну внезапно появившуюся догадку.


-Вообще-то я был некромагом и некроартефактором, надеюсь Вас это не пугает? - незамедлительно последовал ответ.


-Именно этого я и боялся. Значит Вы все же лич, а не простой призрак?


-О, нет, как вы могли подумать такое! Я всего лишь вольный дух. Я не имею тела, а лишь душу и оформленный энергококон, не более того. При жизни я все же в большей степени интересовался преобразованием плоти и костей в более прочные материалы и созданием из них сложных магических систем, чем подъятием мертвых и изготовлением различного рода химер. Это собственно и помогло мне продлить свое существование - я сумел привязать свою душу вот к этой книге. Кстати, ваша спутница уже получила ее копию. Это мой рабочий дневник, для Вас обоих он содержит массу полезной информации, да и по прямому назначению вполне может послужить.


-Ладно, леший с Вашей профессией. Будьте добры, расскажите еще о том, что я там понабрал в Вашей сокровищнице, да, пожалуй мы откланяемся, а то нам еще до столицы добираться, да и спутников в чувства приводить.


-О своих спутниках можете особенно не беспокоиться. Наемники не выживут, яд этих личинок слишком силен для них и они уже не проснуться, а молодой виконт через пару часов придет в себя, правда самочувствие у него будет преотвратнейшее. Отправиться в Эграм-Тори решение довольно разумное, так что отговаривать Вас не решусь. А теперь давайте сюда, что Вас так озадачило.


Я ввалил перед духом кучу отобранных мной вещиц. В отдельную охапку я определил вещи, снятые с манекена, так как они интересовали меня больше всего.


-Нет-нет, мелочевку уберите обратно, о ней все записано в моем дневнике. А вот с моими вещами, пожалуйста поаккуратнее. Вот этот амулет - защитный артефакт седьмого круга, самая мощная магическая защита, которую вы только сможете отыскать, настоятельно рекомендую надеть.


Амулет, о котором шел разговор был простенькой пластинкой из черного металла с крупным ярко-зеленым камнем в центре. Поскольку я в защите особо не нуждался артефакт перекочевал на шею девушки, не смотря на все ее возражения. Далее последовала очередь куртки и рубашки, которые оказались просто красивыми вещами с наложенным на них воплощением прочности, правда, уровень чар был достаточно высок, что бы придать обычной с виду одежде прочность неплохой стали. Кольцо и щиток вообще не имели на себе каких-либо значительных магических свойств кроме, разве что автоматической подгонки по размеру. Когда разговор подошел к луку маг немного насторожившись проговорил: "Так, с Поющим, я вижу Вы уже познакомились, а где же Танцующий?".


Я в недоумении поинтересовался, что же такое Танцующий. Оказалось, что это имя меча. Тогда я рассказал о произошедших с ним метаморфозах. Услышав это маг на долгое время впал в глубокий ступор. Минут через пятнадцать некроартефактор наконец соизволил дать объяснения.


-Видите ли, юноша, этот меч изначально задумывался как меч-трансформер, способный принимать любую форму, согласно желанию владельца. Вот только находиться при этом он должен в руке хозяина, а не в теле... Похоже Ваша демоническая природа вошла в резонанс с материалом клинка, а именно измененной кровью единорога, и как результат видоизменила Танцующего, превратив его в часть Вашего тела... Боюсь теперь я не смогу помочь Вам со свойствами обретенного Вами комплекта. Отныне это уже не то, что я создал, а нечто более страшное и необъяснимое. Я всего лишь могу пояснить свойства материалов и описать воздействие наложенных чар. На этом моя помощь закончится и с остальным Вы будете разбираться сами.


-Ну валяйте, профессор - мысленно костеря девятиэтажными оборотами всех магов, колдунов и прочих хитро-желтых волшебников и всю их родню до начала времен проговорил я.


-Ну что ж, начнем. Итак. Кровь единорога, являясь мощным магическим проводником, задействована в данном артефакте как материал клинка. При изготовлении она подверглась ряду изменений, как то придание ей более высокой текучести, способность мгновенно менять агрегатное состояние и выпивать энергию из тел противников, передавая их владельцу. Кроме того на каждый волосок, составляющий лезвие были наложены чары рассечения седьмого круга, позволявшие лезвию в любой своей конфигурации пробивать почти любые щиты и иные материалы. Работает устройство в резонансе с Поющим. Это коленчатый лук, изготовленный из человеческих рук, с рукоятью из когтя каменного вирма и тетивой из волос гарпии. Все материалы претерпели ряд изменений, направленных на усиление упругости материала, его жесткости и прочности. Взаимодействие их заключалось в использовании лука как дополнительных рук при фехтовании и подпитки энергетического накопителя лука от поглощающих способностей меча. Вот, собственно, и все, что я могу Вам поведать...


-М-да... Не густо, но деваться некуда. И с тем, что есть разберемся. В таком случае мы, наверное пойдем - негромко сказал я, принимая обличие кентавра и облачаясь в экипировку.


-Да-да, конечно. Будете в наших краях - заходите. Вы и представить себе не можете, каково это - долгие века провести взаперти и полном одиночестве.


-Да уж, будем надеяться, что нам не придется это узнать - проговорила Катерина, прежде чем мы шагнули в проход, ведущий на поверхность.


Глава 6.


Обратный переход прошел намного спокойнее, чем путешествие вниз - сделав по паре шагов мы просто на несколько секунд потеряли сознание, а очнулись уже на верхушке холма. Наемники и рыцарь все так же мирно лежали там, где я их оставил, и лишь бойко чирикающие птички и чуть дымящийся погребальный костер нарушали картину полной безмятежности, царившей здесь.


Памятуя о печальном прогнозе Мордрега в отношении наших спутников я тут же поспешил проверить их состояние. Старик оказался прав - Сарон уже даже не дышал, а пульс на запястье Гаррена ощущался лишь едва-едва. Ксанас так же не нарушил предсказанного и с чистой совестью сопел в две дырочки, в очередной раз доказывая свое богатырское здоровье. Как бы то ни было, но к наемникам я проникся глубокими приятельскими чувствами за время совместного плена и теперь ощущал в душе болезненную горечь утраты. Но скорбеть времени не было. Не дождавшись вестей от первой карательной группы орочий вождь наверняка пошлет отряд на их поиски, а еще одного столкновения мы можем и не выдержать. Отправив Катю грузить коней и собирать нашу немудреную экипировку я на скорую руку выкопал две довольно глубоких, метра по полтора ямы с помощью выращенной прямо из руки небольшой лопаты. В одну из них я уложил тело Сарона вместе с топором, щитом и всем его имуществом, как хоронили знатных рыцарей на Земле, а полумертвого Гаррена положил рядом со второй. Вдруг в моей, напрочь отбитой, еще с детства, голове зародилась безумная идея - а что, если попробовать вылечить пострадавшего. Если яд слишком силен для его измотанного пленом организма, то может попытаться изменить его организм так, что бы яд перестал быть ядом? Идея показалась довольно здравой и я приступил к ее воплощению. Для начала я уложил наемника подальше от ямы, что бы мне было удобно присесть рядом с ним. Затем прочертил вокруг нас обоих круг, принял человекоподобный облик, в этот раз мне даже не пришлось представлять образ - получив сигнал подсознание само перестроило мое тело. Затем я начал наполнять область внутри круга своей энергией. Когда сам воздух вокруг нас налился багровым свечением и ощутимо потеплел я начал выпевать строки, на мой взгляд подходившие по смыслу и рожденные где-то в глубинах моей души:


Какое мне дело, что было прежде?


Слово гремит как предвечный набат.


Руками сплетаю я адский мотив.


Сердце не бьется и грудь не колышет.


Ты умер... Но все-таки жив!


Надену на плечи серую шкуру,


Волку не страшны ни сталь, и ни яд...


Пронзительным воем пусть небо пронзает


Лесному бродяге таинственный брат.


(Стихи автора)


Я ощущал, как каждое мое слово вызывает дрожь в собранной в круге энергии и изменяет плоть наемника, превращая его во что-то иное, гораздо более опасное и живучее, чем хрупкий человек. Когда стихли последние строки тело Гаррена выгнулось дугой и парень испустил долгий, протяжный вой, обнажая мощные белоснежные клыки и покрываясь жесткой серой шерстью. Похоже мой эксперимент удался, хотя благодарности за него я могу и не получить. Тем не менее я оставил наемника лежать на земле, а сам аккуратно затер круг, впустив из него остаточную энергию. В этот момент меня охватила странная слабость и мое сознание, вежливо помахав ручкой, отключилось.


В себя я пришел когда над лагерем уже стояла непроглядная темнота, нарушаемая лишь робким костерком, возле которого сидела задумчивая и прекрасная женская фигура. Поскольку, кроме Кэт, девушек поблизости быть не могло, проблем с идентификацией силуэта не возникло. Я с кряхтением поднялся на четвереньки и подполз к девушке. Даже это несложное действие выпило из меня силы и терзаемый одышкой я упал рядом с костром, чуть не угодив в него лицом.


-"Ну и что тут происходило, пока я валялся в глубоком астрале?" - поинтересовался у девушки я.


-"Да особо ничего. Если не считать, что Гаррен до сих пор не может придти в себя и свыкнуться с мыслью, что отныне он не человек, да еще и смерть Сарона его изрядно опечалила. Он сейчас рядом с его могилой. Ксанас все еще в отключке после орочьей отравы, но похоже, скоро проснется. Так что выпей-ка ты отвара, прими нормальный вид и отправляйся вправлять мозги наемнику, пока он совсем не съехал с катушек" - надув губки и смешно наморщив носик проворчало прекрасное создание.


Тяжело вздохнув я поспешил выполнить приказ своей обворожительной спутницы и выпив кипящего отвара прямо из котелка отправился выяснять, что произошло с наемником и пытаться вернуть его в нормальное состояние. По пути я принял обличье кентавра, благо, после ситуации в гробнице, когда я остался совершенно голым, я благоразумно подогнал свой бронеремень таким образом, что бы и в облике конечеловека он исполнял свои функции и во второй моей ипостаси не падал на землю, а прикрывал то, что демонстрировать совсем не нужно. Похоже мой эксперимент оказался слишком тяжелым ритуалом, так как даже такая, вроде бы, мелочь, как смена обличья чуть было не заставила меня вновь потерять сознание. Однако, не смотря на все сложности я довольно быстро нашел своего подопытного и немного покряхтев, как ветхий старик, уселся рядом.


-"Ну что, как ты?" - спросил я у парня.


-"Как я? Да все просто чудесно! Во что ты меня превратил? Как я теперь буду жить? Смотри на дело своих злодейских чар!" - прокричал наемник и стянул со своего лица закрывавшую его до этого момента тряпицу.


Видок его и вправду был довольно экстравагантным. Глаза запали и обрели траурно-черный ободок, обнявший пронзительно голубую радужку. Губы изрядно оттопыривались, скрывая жемчужно-белые клыки, челюсти подались вперед, а уголки рта теперь находились чуть ли не у самых ушей. Прибавив ко всему этому жесткую серую шерсть, когти на пальцах и звериные лапы вместо ног получаем довольно жуткого монстра, которым теперь и стал наемник. Я предполагал, что мой эксперимент превратит его во что-то вроде оборотня, но похоже что-то пошло не так как надо. Хотя... Еще не все потеряно, решил я и громко выкрикнул: "Гаррен, обратись!", вложив в слова изрядный импульс силы. Тут же тело монстра начало изменяться, возвращаясь к своему исходному состоянию. Через минуту, или чуть больше все было кончено и о предыдущей жуткой личине парня напоминали только странные звериные глаза, немного великоватые для человека клыки обнаженные в злом оскале и небольшие когти на пальцах. Выражение лица молодого наемника сначала было разъяренным до предела, затем изумленным, а после того, как он ощупал себя и убедился, что стал почти полностью похож на человека, и вовсе радостным. Теперь мне предстояло самое тяжелое - убедить парня, что ему предстоит жить со всем этим и ответить на все его вопросы, которые, судя по взгляду, обещали быть отнюдь не простыми.


Для начала я поведал ему все те детали, что мы с девушкой скрывали от наемников ранее. На известие, что мы из другого мира и тела эти даны нам некромагом парень отреагировал спокойно и даже известие, что я теперь демон, причем весьма не низкого уровня, так как сомневаюсь, что каждой инфернальной сущности по силам иметь собственный доминион, не вызвало у него никаких эмоций, кроме легкого удивления. Когда я перешел к описанию остальных событий, что мы с Катериной утаили от своих спутников реакция Гаррена так же заключалась в хмуром взгляде на мою скромную копытную персону. Ничуть не меньше меня удивило и то, что вместо ожидаемого потока брани и каверзных вопросов наемник поинтересовался лишь: "Ну и за каким штезом вы это все скрыли?". Причем, задумавшись на несколько мгновений он сам себе и ответил - "Хотя, сомневаюсь что мы бы вам поверили. Скорее всего сочли бы сумасшедшими и продолжили бы прозябать в орочьем стойбище".


Знаешь, я благодарен тебе и этой девушке, что сидит у костра. Это ведь Катаэль, верно? Если бы не вы - мы с кузеном так и умерли бы рабами... А так - Сарон пал в бою а я... Что ты все же со мной сделал, порождение Инферно? - продолжил бывший наемник.


Новость, что парни - родственники меня немного удивила, однако, покопавшись в памяти я понял, что только такой невнимательный дуралей способен был не заметить, что наемники относятся друг к другу и в правду по-родственному.


А вот с ответом на вопрос возникла весьма ощутимая проблема. Я и сам с большим трудом мог представить, что же получилось в результате моего вмешательства, о чем и было сообщено парню.


-"Ну так разберись, ты же все-таки демон..." - озадачил меня наемник.


Поскольку деваться мне было мягко говоря некуда пришлось заняться внимательным осмотром и изучением визуальных особенностей получившегося монстра. Судя по значительно уплотнившимся мышцам и разросшимся костям тело Гаррена значительно прибавило в силе, выносливости и прочности. Массивные суставы стали более гибкими. Судя по порывистости и резкости движений - в скорости новое тело наемника вряд ли уступит эльфам или даже демонам. Температура его тела ощутимо возросла, навскидку - до тридцати восьми-сорока градусов, а значит скорость обмена веществ так же увеличилась. Небольшой разрез на запястье показал, что кровь нашего спутника теперь даже на вид отличается от человеческой. Она стала почти черной и безумно горячей. Так же разрез подтвердил и догадку о мощной регенерации моего творения - он затянулся буквально в считанные мгновения.


Я пересказал Гаррену все свои выводы и сказал, что не знаю, как теперь определить его видовую принадлежность, так как прецеденты мне просто неизвестны.


Оказалось, что знание, к какому виду магических существ сейчас относиться его тело наемника ни в коем разе не интересовало. Весь его интерес был сугубо практическим - на какие возможности рассчитывать и чего опасаться. Я заверил спутника, что единственное, что действительно наверняка его убьет это потеря головы в буквальном смысле. Все остальное мое творение как-нибудь преодолеет.


Таким ответом воин вполне удовольствовался и поболтав со мной еще несколько минут ни о чем преспокойно отправился спать.


***


После уничтожения погони дальнейший наш путь проходил как в сказке - прекрасная погода, припасов вдоволь, спешить никуда особенно не нужно... Просто красота! Но все же что-то не давало мне покоя. Какая-то полудогадка, мысль, витающая где-то на краешке сознания, но ни в какую не желающая становиться более четкой и ясной.


Однако, время шло, а ничего не происходило и я запрятал свои опасения куда подальше и просто получал удовольствие от дороги.


Поскольку точных маршрутов патрулирования лесов Рысями Ксанас не знал мы не спешили входить в пределы Империи и неспешно кочевали по кромке этого местного подобия сибирской тайги в надежде, что рано или поздно нас обнаружат и выйдут на контакт. Так, собственно, и случилось.


Шел девятый день с момента нашего побега из орочьего плена. Мы по негласно заведенному расписанию сразу после пробуждения провели небольшую тренировку с оружием, затем позавтракали подстреленной накануне зверушкой, напоминавшей земную косулю и свернули лагерь.


Где-то через пару часов пути перед копытами коня ехавшей впереди Кати с пронзительным свистом в землю вонзились две стрелы. По всей видимости это были особые сигнальные стрелы. Подобные в свое время использовали племена скифов для того, что бы дать понять предполагаемому нарушителю, что дороги дальше нет. Здесь похоже использовался тот же механизм - на стрелу вместо наконечника надевался свисток, который издавал резкий и довольно противный звук, то есть не заметить такой сигнал было просто невозможно. А вот надумай кто-то из нас оказать сопротивление, то ничего бы у него не получилось, так как свое местоположение снайпер так и не раскрыл. В этом-то и заключалась суть такого метода предупреждения - сменить позицию стрелку не сложно, а вот криком "Стой, кто идет?" можно подписать себе смертный приговор.


Что нам следовало делать дальше я не знал и потому вопросительно посмотрел на рыцаря. Тот все прекрасно понял и повернув своего коня к лесу произнес в никуда фразу на не знакомом мне языке, по-видимому служившую паролем.


Судя по всему он все сделал верно, так как через несколько мгновений из кустарника вылез человек в чем-то, отдаленно напоминавшем земной маскировочный костюм "Леший". Но больше всего меня удивило оружие, которое он сжимал в руке.


С виду оно больше всего напоминало приклад от ружья с торчащим из него вместо ствола стальным шипом и металлическим кольцом укрепленным на цевье. В принципе это оружие можно было бы принять за арбалет, но отсутствие "плеч" такой вариант исключало. Однако, я решил не мучить себя догадками и для начала выслушать, что же нам сказал этот странный егерь, с которым, как оказалось, Ксанас даже был знаком. Он же работал и нашим переводчиком.


Сказал лесник много - отряд лучников, сопровождавший десяток Ксанаса в крепость вернулся и сообщил, что рыцари погибли. Их конечно же всех посмертно объявили героями, повысили в звании, тоже посмертно, разумеется, семьям отослали жалование и "похоронки", а затем вызвали из столицы новый отряд, только побольше. Вот отсюда-то и начались проблемы.


Прибыл с тем отрядом какой-то столичный хлыщ, в жизни ни единого орка не видавший, а про войну слышавшего лишь в страшном сне, и предъявил местному коменданту, барону Цереру, императорский приказ о назначении некоего маркиза Лессе, то есть его, синьором Приграничья. Естественно барон не решился оспаривать приказ Императора и признал полномочия новоявленного владельца приграничного региона.


Правда, в приказе правителя не было ни слова о том, что его ставленник не только абсолютно не опытен в военных делах, но и на почве собственного идиотизма свято верит в то, что сумел изучить все тонкости военного искусства по книгам лучше, чем местные командиры на практике. И второе дело, которое он совершил получив власть была попытка наступления на орков. Первым, конечно же, был сбор дани с местного населения в личную казну лорда.


Попытка наступления, к сожалению, оказалась на редкость удачной и спалив пять становищ, что и не мудрено, когда в распоряжении имеется две сотни тяжелых пехотинцев, полторы сотни легкой конницы и с полным кварангом* (стратегическая единица в мире Солона, подразумевает объединение из трех троек магов. В состав каждой тройки входит сильный и опытный маг и двое стажеров.) боевых магов в придачу, почти без потерь со своей стороны этот недоумок окончательно уверился в собственной непобедимости и начал творить сущее безумие.


Он при помощи нескольких летучих отрядов нашел и выжег дотла три родовых святилища племен зеленокожих. Естественно Великий Хан не мог не обратить на это внимания и недолго думая выставил Империи ультиматум - либо император Эрдрег выдает ему смутьяна и вместе с ним изрядный кусок Приграничья, либо он к концу второго месяца объявит Великий Поход - совместный набег всех орочьих племен, и целью его обычно является не захват рабов, а завоевание новых земель.


Эрдрег был бы и не прочь выдать зарвавшегося дворянина оркам, но проблема была в том, что на запрошенных в откуп землях имелось несколько весьма богатых месторождений "слез дракона", чрезвычайно редкого и ценного минерала, после определенной обработки обладавшего удивительным свойством усиливать любое заклятие. Учитывая, что на всей планете имелось не более двадцати месторождений этого вещества то они играли весьма серьезную стратегическую роль. Ведь даже самый слабенький маг имея в своем распоряжении достаточное количество порошка этого минерала мог тягаться в силе с мастерами не самого низкого уровня. А уж если такое оружие попадет в руки орочьих шаманов, то дело начнет сильно попахивать некоторыми нефтепродуктами...


Проще говоря при любом развитии событий войны было не избежать, и все по милости чересчур много о себе возомнившего маркиза. Причем и казнить его Император не мог, поскольку сейчас маркиз со всем своим войском оказался в окружении на территории орков, да еще и умудрился потерять почти всех магов.


В связи с этим к границе направляются две сотни "Стальных Сердец", три сотни коронной панцирной пехоты, почти столько же "Веселых Висельников" - попросту говоря, смертников, которые служат за помилование и сотня "Проклятых", наемников-нелюдей, которые славились по всей Харне своей выучкой, отвагой, безрассудством и беспощадностью, причем, направленной не только на врагов, но и на самих себя.


Если член отряда не мог выполнить задачу иначе, чем ценой собственной жизни, то он без малейшего сомнения платил эту цену.


Вся эта немалая армия должна быть дополнена в Приграничье остатками конных лучников и Рысями, которые должны были так же исполнять роль стрелков, но только пеших, а так же взять на себя разведывательно-диверсионную деятельность. После окончательного формирования войско должно было под командованием барона Церера отправиться в степи для прорыва окружения.


Выглядело все это крайне не утешительно. По всей видимости нашу компанию угораздило угадать что называется: "между молотом, и наковальней". И что самое досадное - мы не могли выбраться отсюда, так как наше появление уже было засвидетельствовано целым отрядом местных егерей. Вариант просто отказаться от участия в боевых действиях был отброшен, так как по местным законам в Приграничье все, кто способен носить оружие обязаны были присоединяться к регулярным военным подразделениям, как только получали известие о начале какой-либо крупной военной операции. Не счесть намечавшуюся заварушку таковой было бы по меньшей мере верхом глупости.


Радовало лишь то, что платили за участие в подобных кампаниях довольно щедро, а отряд обладал значительной свободой и подчинялся лишь приказам главнокомандующего, то есть считался полноценной тактической единицей.


В результате нам ничего не оставалось, как присоединиться к патрульному отряду Рысей. Знакомец Ксанаса, назвавшийся Изеном, оказался его начальником и приняли нас как самых дорогих гостей.


Глава 7


Около недели мы провели в компании Изена и его ребят, ожидая прибытия основных сил Империи. За это время мы довольно крепко сдружились с ними, уладили ряд юридических формальностей, связанных с нашим появлением и присоединением к местным вооруженным силам и даже успели отметиться в близлежащем городке, точнее в его трактире. Все же выпить за знакомство, а так же обмыть удачный побег от орков - это же сам Бог велел!


После продажи трофеев наша команда могла смело считать себя относительно обеспеченной. Это даже если не принимать в расчет припрятанное в моей чудо - сумке имущество древнего мага, так как если различную мелочевку можно было сбыть у любого торговца, то драгоценные камни и магические вещи в приграничье продать было крайне сложно. Да и Ксанас оказался не таким уж и небогатым. Все же военнослужащим в мире меча и магии платят очень не плохо, да и престиж этой профессии здесь находился на совершенно ином уровне, чем в нашем демократическо - либерастском мире.


Наконец в наш лагерь примчался гонец, сообщивший, что основные силы уже находятся в двух днях пути от намеченного начальством места сбора. Нам вменялось в течение суток прибыть в это место, оказавшееся на поверку небольшой деревушкой у самой границы с землями орков. Для того, что бы обеспечить нам максимально быструю переброску гонцу был передан магический свиток портала, так что спустя час, потребовавшийся отряду на сборы, легкий перекус и прочие условно необходимые мелочи мы взирали на уже начавший формироваться лагерь основных сил Империи.


Встретил нас маг - порталист, полноватый улыбчивый старичок неопределенного возраста. На вид ему можно было с равным успехом дать как шестьдесят, так и шестьсот. Особенно если принять в расчет то, что магической силой от него тянуло просто безумно, заставляя нас с Катериной немного волноваться по поводу сохранения нашего инкогнито. Ведь если на дроу, пусть и с ощутимым магическим потенциалом, здесь смотрят пусть и с недоверием, но без ненависти, то отношение разумных к демонам в этом мире весьма неоднозначно. Но не смотря на наши опасения все обошлось - то ли этот старичок был не настолько силен, как казалось, то ли он был слишком узким специалистом, то ли что-то еще, но мельком оглядев всех членов отряда он махнул нам рукой и попросил освободить площадку, дабы не создавать опасной ситуации.


Пока наш отряд выбирал себе место для стоянки я расспрашивал Ксанаса, так как меня очень заинтересовало, почему нельзя было таким же методом перебросить и оставшиеся войска. Рыцарь довольно долго пытался от меня отвертеться, но в конце концов все же сдался и поведал, что переброска десятка человек это одно, а сотни - совершенно другое. При построении портала требуется не так уж много энергии, а вот на удержание врат открытыми ее требуется на порядок больше. Потому на месте принимающего обязательно должен стоять очень сильный маг, да еще и крайне опытный в данной сфере магии, а для открытия прохода достаточно энергии заложенной в свиток, принимающий в таком случае является еще и своеобразным маяком. Суммировать силу при построении перехода не получается, так как для нормального функционирования созданного таким образом портала требуется, что бы энергия была абсолютно идентичной, что не возможно, так как не существует в мире двух абсолютно одинаковых существ. Перебрасывать же все силы небольшими отрядами слишком тяжело и неоправданно. Потому и используют порталистов для переброски мелких групп, не превышающих полтора - два десятка человек.


Объяснение было более чем исчерпывающим и я не стал слишком сильно наседать на рыцаря, а полностью переключился на изучение лагеря.


Устроен он был довольно разумно - регулярные части располагались своими тесными группами, дворянские дружины и ополчение так же располагалось в четком порядке - подобное к подобному.


Народу здесь собралось, мягко говоря, не мало. Даже приблизительно, то есть "плюс - минус лапоть", на место сбора уже прибыло около семи-восьми сотен человек, это не считая опоздавших и имперских частей, прибытие которых ожидалось ближе к вечеру вторых суток. А это без малого еще тысяча с лишним человек.


То есть общая численность сил, привлеченных к операции составляла приблизительно две тысячи человек и представителей прочих рас. По меркам местного уровня цивилизации это были весьма большие силы, но в данном случае выглядели они не столь уж впечатляюще, так как Империя и Оркское Ханство являлись для Харны сверхдержавами и могли выставить и несколько десятков тысяч воинов. Но военные действия подобного масштаба не могли не вызвать соответствующих политических последствий. Естественно и Хан и Император это понимали и по всей видимости планировали решить проблему малой кровью.


Пока я занимал голову подобными рассуждениями наш отряд уже прибыл к отведенному для стоянки месту и начал разворачивать лагерь, а Изен отправился к начальству доложить о прибытии и получить дальнейшие распоряжения. Вернулся он, словно в подтверждение приснопамятной пословицы, к обеду, как и все хорошие люди, вот только новости принес отнюдь не самые приятные. Во-первых план прорыва окружения по всей видимости придумывал какой-то ребенок с застарелыми садистскими наклонностями, так как жертвовать несколькими отборными сотнями бойцов для отвлечения сил противника просто глупо. Эффективнее было бы потратить чуть больше времени и просто громить противника старыми добрыми партизанскими методами.


Во-вторых местность, на которой должно было произойти сражение сама по себе мало подходила для осуществления означенного плана. Это не говоря о том, что в состав отвлекающего отряда включили и почти всех привлеченных к операции Рысей, в числе которых оказался и отряд Изена.


Поскольку и мы с ребятами (а Ксанас, по причине своей юридической гибели, не мог претендовать на что-то большее, чем место простого наймита) были включены в список отряда, хоть и на правах наемников, то я не преминул отметить умственные способности командующего. После чего предложил небольшие коррективы с учетом особенностей задействованных кадров.


В прямом столкновении от егерей толку будет ни на грош, а вот если разбить атакующую группу на два сегмента, которые будут действовать согласованно, то эффективность наших действий возрастет в разы, если, конечно, одна из групп на время заляжет и ударит своевременно. Детальное обсуждение моего предложения было решено отложить до прибытия на место, на том весь разговор плавно перетек в поглощение неплохого ужина и легкую попойку.


Утром был отдан приказ о выдвижении на позиции. Пункт нашего назначения находился в полутора сутках пути от нынешнего места дислокации имперских войск и все это время я находился каком-то состоянии полусна-полуяви. Все же походная рутина это весьма скучная и мерзкая штука и наиболее безопасный способ ее перенести - это превратиться на время в бессознательного и тупого "робота".


По прибытии "законного бандформирования" на место меня довольно быстро привел в чувство Изен, накануне нашего выступления созвав координационный совет. На нем присутствовали представители каждого отряда, который должен был участвовать в отвлечении орков. Именно на этом совете и предполагалось внести все изменения и коррективы в предложенный мной план.


Выглядел он следующим образом: Поскольку приказом непосредственного руководства нам было приказано атаковать противника с Севера,( т.е с Полуночи, как выразился командующий), то при разделении одна из групп прорыва должна была залечь лицом на Запад (по-местному Закат) и атаковать орков тогда, когда они втянутся в бой с основными силами отвлекающей группы.


Единственная корректива которую внесли в мой план - это работа магов, которые должны были быть прикомандированы к нашему отряду утром. Дополнительную группу должен был прикрывать ученик мага из прикрепленных к отряду прорыва двух троек. Он должен был закрыть засадный отряд от внимания шаманов орков и простых воинов при помощи иллюзий или чего-то подобного, а сам маг и второй его ученик должны были обеспечить огневую поддержку.


Мы не рассчитывали, что эти люди будут по-настоящему сильными чародеями и потому не слишком надеялись на их работу, однако помощь даже самого слабого мага могла оказаться той самой соломинкой, что переламывает хребет ослу.


Когда же мы увидели прикомандированные к отряду тройки, удивлению нашему не было предела. Во-первых, командование не обмануло наши ожидания и направило к нам далеко не лучших чародеев, а во-вторых, как пояснил мне стоявший рядом Ксанас, вероятнее всего, что боевого опыта у этих кудесников не наблюдалось. Для обеспечения магической поддержки сил прорыва к нам прикомандировали трех боевых магов огня и какого-то непонятного старика с учениками. Внешний их вид мог привести в тихий ужас любого - на плечах мага покоилась видавшая виды кожаная куртка, из-за невысокого качества обработки материала легко способная заменить легкую броню, прикрывающая изрядных габаритов брюхо, наводящее на мысли о количестве пива, выпитого данным организмом. На ногах этого довольно крепкого еще старика красовались роскошные кавалерийские полусапоги, напоминающие высокий вариант байкерских "казаков", в которые были заправлены замшевые штаны, украшенные по бокам шнуровкой. В общем, подобного индивида я ожидал бы встретить на встрече любителей мотоциклов и пива в одном из питерских "колодцев", но уж никак не накануне средневековой битвы...


Под стать учителю были и "ученички" - двое молодых парней с горящими глазами и внешностью "а-ля безумный ученый в школе". Единственное, что кардинально ломало представление об этих людях - это амулеты с обозначением их специализации. Судя по информации из книги некроартефактора, на них красовались знаки самой безумной, из существующих на Харне, магических школ - школы Плазмы.


Основным недостатком этого направления Искусства являлось то, что магу нужно было работать с двумя самыми нестабильными стихиями, воздухом и огнем. Поэтому адептами данного направления становились либо настоящие фанатики от науки, либо крайне дисциплинированные и волевые люди - ведь удержать эти своевольные стихии под контролем можно либо при помощи запредельного мастерства, либо посредством чудовищной концентрации. Но зато при необходимости эти маньяки могли производить воистину чудовищные опустошения в рядах противника. Вот только и для соратников они представляли ненамного меньшую угрозу из-за чрезвычайно высокой мощности творимых заклинаний и их низкой стабильности.


Как бы то ни было, но "плазмовики" оказались весьма кстати, так как именно в сложившейся ситуации их эффективность должна была оказаться максимальной.


От дальнейшего изучения необычных чародеев меня отвлекли громкие возгласы, раздававшиеся с другой стороны нашей стоянки. Когда мы с Ксанасом и Гарреном подбежали к месту событий, то были сильно удивлены - в круге, образованном бойцами Катерина с присущим ей чувством садизма медленно убивала какого-то незнакомого мужчину.


После недолгих расспросов удалось установить, что данный организм, из отряда "Висельников" додумался приставать к девушке с недвусмысленными предложениями, то ли введенный в заблуждение ее своеобразной манерой одеваться, то ли и вовсе прияв нашу Катерину за полковую "девицу облегченного поведения". Естественно, что на клинки за ее поясом он внимания не обратил, а на тонкие и нецензурные намеки в духе "Отвали ... позорный, ... недоделанный, урод ... на ..., ..., ..., через ..., ..., ..., и в ..., ..., ...." отреагировал слегка неадекватно, приняв из за приглашение к экстремальным отношениям горизонтального характера. Собственно это было вполне ожидаемо от представителя местного "Штрафбата", но реакция моей землячки была несколько необычной. Я мог ожидать от нее многого, но это хрупкое и нежное создание превзошло мои самые смелые фантазии. Несчастный горе-любовник восхотел любви с жестокостями и сейчас получал их по полной программе. Действия девушки завораживали - словно опытный анатом она превращала выверенными движениями кинжала несчастную жертву в бесформенный кусок мяса. К нашему приходу неудачник уже успел лишиться большей части кожного покрова, носа, обоих ушей, кисти одной руки и "окаянного отростка". Самое удивительное, что жертва темной эльфийки земного происхождения после всех проделанных процедур оставалась жива, причем даже пыталась кричать, вот, только это ей не удавалось - либо Кэт освоила наконец-то магию, либо повредила мужчине голосовые связки, но он не мог издать и звука, хотя и раскрывал постоянно рот в приступах криков боли. Но сильнее всего меня поразила блаженная улыбка, застывшая на губах девушки - по-видимому, ей нравился этот процесс...


На мой вопрос, почему никто не вмешается в происходящее, Гаррен ответил так: "Эти висельники - расходный материал, одним меньше - одним больше, какая разница? А так - остальные увидят эту расправу над нарушителем и поостерегутся опрометчивых действий". Не скажу, что такое отношение к "штрафникам" меня удивило или обрадовало, но я прекрасно его понимал - малейшее дисциплинарное послабление в частях такого рода было чревато весьма не радостными последствиями... Да и к, различного рода, криминальным элементам я не питал не малейшего сочувствия, в отличие от большинства моих ровесников и земляков.


Внезапно Катерина что-то пробормотала и резким движением вонзила кинжал в сердце своей жертвы. одновременно с последней судорогой умирающего тела я ощутил, что меня начинает охватывать знакомый легкий жар и чувство эйфории. Только сейчас я начал понимать, что за странные пытки производила девушка - она приносила насильника в жертву. И предназначалось это подношение именно мне...


После смерти жертвы столпившиеся вокруг девушки зрители с выражением сильного обалдения на мордах лица начали расходиться. Кто-то уважительно кивал, кто-то опасливо обходил стороной безумную дроу, а кто-то даже отваживался похлопать по плечу главную героиню недавнего представления. В этот момент разница между нашими мирами была наиболее отчетлива, ведь случись такое на Земле тысячи существ начали бы орать во весь голос о бесчеловечности и антигуманности подобных действий. А затем вообще заявили бы, что насильники, грабители и прочая подобная им диаспора это всего - лишь невинные агнцы, которые лишь единожды оступились и задача любого цивилизованного человека лишь устно наставлять его на путь истинный. Здесь же любой кто преступил немудреные законы попросту терял право именоваться разумным существом...


Тем не менее, внушение Катерине за сегодняшнюю самодеятельность сделать требовалось и как только окружавшая ее толпа разошлась я жестом поманил девушку за собой и направился в свою палатку. Как только за спиной Катерины опустился полог, заменявший дверь, я взглянул на нее, глубоко вздохнул и едва удержавшись, что бы не заорать в голос произнес: "Ну и как это понимать твою?".


- А что именно? - ответила мне девушка с выражением полнейшей невинности на лице.


- Этот твой ликбез для начинающих садистов!


- А что мне еще нужно было делать? Расслабиться и получать удовольствие? Один раз я уже прошла через это и больше не хочу!


- Да просто выпустила бы ему кишки! Я бы тебе слова не сказал, да еще бы помог! Но на хрена было нужно его мне в жертву приносить?! Да еще и не просто так зарезала в мою честь, а еще и через высокохудожественные пытки!


- Что я сделала? - и без того большие глаза Кати приобрели пресловутый размер "шесть на девять" и совершили героическую попытку взобраться на лоб.


- Да ничего особенного, моя Верховная Жрица... Что ты говорила или думала когда добивала этого "членистоголового"?


- Ну... Я заметила, что ты смотришь на то как я пытаю это ничтожество и решила прекратить. Ну и пожелала ему напоследок отправляться к демонам...


- А в это время думала обо мне?


- Эмм... Наверное...


- Ну что ж... Поздравляю тебя с первым удачно проведенным жертвоприношением, моя единственная жрица...


- Угу... И Вам того же, и Вас туда же, да по тому же месту, многоуважаемый демон - проворчала в ответ Кэт.


После этих слов царившая в палатке напряженность куда-то испарилась и мы дружно расхохотались.


За этим занятием нас и нашел вестовой от Изена, который по решению собрания командиров был провозглашен неофициальным руководителем операции. Гонец передал, что главнокомандующий отдал приказ о выступлении нашего отряда и пока сворачивается лагерь Изен хотел бы провести небольшое собрание для согласования некоторых практических моментов, в частности распределение магов по отрядам.


Вопрос был действительно важным и вульгарно "забить" на это собрание не представлялось возможным.


Штабная палатка отвлекающего отряда располагалась в центре лагеря "Висельников", приданных к нам практически в полном составе. В плане вооружения и направленности навыков они больше всего напоминали легкую пехоту. Каждому воину этих частей полагался легкий круглый щит, трехметровое копье и короткий, тяжелый, пехотный тесак. Защитой им служили крайне паршивые кожаные брони, выглядевшие как сработанные из лоскутов грубой вареной кожи жилеты. Довершали картину ведрообразные шлемы и разномастные, явно снятые с чужого плеча прочие детали доспеха. На одном из таких молодцов я даже заметил бронированный пояс кентавра, и это не говоря о том, что многие пытались самыми разнообразными способами усилить свою штатную броню.


Все это я успел подметить по пути к шатру барона Санти, являвшегося командиром этого законного бандформирования.


Когда же я зашел в походный дом барона, то на несколько мгновений замер в полнейшем апофигее от состава присутствующих. Здесь присутствовали только старшие командиры отрядов, к которым, технически, можно было отнести и магов, так что я на их фоне мягко говоря не смотрелся.


Тем не менее, я отрапортовал о своем прибытии и встал в уголке, дабы не стеснять присутствующих своими немаленькими габаритами. Все же мой рост от копыт до головы был примерно около двух с половиной метров, а длина крупа была меньше в лучшем случае на пару десятков сантиметров. Добавьте к этому изрядно подросшую за время орочьего рабства мускулатуру и получившаяся махина и окажется моей тушкой. Естественно на окружающих я производил гнетущее впечатление и вызывал приступы неконтролируемой зависти со стороны местных "качков". Присутствующие не заметили моего небольшого замешательства и Изен поставленным командным голосом начал: "Благородные господа. Вышестоящее начальство отвело нам роль "пушечного мяса". Согласитесь, это не самое достойное решение. Тем не менее отказ от исполнения прямого приказа в данном случае будет являться государственной изменой и потому отказаться от предложенной роли мы не можем. Следовательно наша задача, как непосредственных исполнителей и командиров исполнить приказ, но как дворяне и офицеры мы обязаны свести потери своих людей к минимуму и потому я Вас всех здесь собрал. У кого-нибудь есть вопросы по данной теме?"


Раздавшийся следом за заключительной фразой гвалт заставил меня серьезно задуматься о дальнейшем ходе совещания. Судя по всему ничего особо важного в ближайшие полчаса - час ничего важного я не услышал бы и потому решил с чистой совестью посвятить это время самому важному занятию - я решил поспать.


Из этого блаженного состояния меня вывел громоподобный вопль Изена: "Влад, так тебя и эдак наперекосяк! Хватит спать!". Оказалось, что "болтологическая" часть совещания уже благополучно завершилась и началось детальное обсуждение плана действий. Поскольку основную концепцию предложил именно я, то и отвечать на поступающие вопросы пришлось тоже мне. С большинством координационных моментов мы разобрались примерно за четверть часа. Немногим больше времени заняла дележка магов. Наибольшую роль здесь сыграла направленность чародеев. Поскольку первый отряд, который был непосредственной приманкой для степняков, должен был во-первых производить впечатление слабости, а во-вторых действовать крайне осторожно, то "плазмовики" были бы только лишними для них. К тому же странный дедуля оказался не просто Мастером школы плазмы, но еще и своеобразным экстремалом - он имея способности ко всем четырем стихиям и общей магии усердно занимался экспериментами, заставлявшими остальных магов попросту крутить пальцем у виска. В частности Мастером Плазмы он стал лишь по одной причине - для научных изысканий ему требовалось много информации, доступной лишь мастерам, а в ближайшем отделении гильдии магов был лишь один Грандмастер имевший право присваивать звания выше магистерского и он оказался адептом школы Плазмы. Технически же наш ученый - экстремал, представившийся как мастер Ишем лэм Ксарим, легко мог бы получить Грандмастера по любой из школ стихийной направленности и Магистра по общей магии. На вопрос, почему же он этого не делает ответ оказался вполне ожидаем: " А оно мне надо? И так за звание мастера - "кипятильника" заставили в армии три года трубить и двоих болванов в ученики подсунули! А за каждого "Гранда" придется десяток таких дубин до магистров тянуть! И в армии десять лет служить, или приносить личную присягу Его, неловко вы...чурному, Императорскому, что б его, Величеству! А как же мои эксперименты? Я и сюда-то поехал лишь по одной причине - на орках можно будет проверить парочку моих теорий и разработок. Да и мои болваны все же не полные бездари. Один из них даже исхитрился переделать заклинание "Воздушного тарана" под школу Плазмы... Оказывается узловые точки плетения в данном заклинании можно было наполнять не только энергией Воздуха, но и Огня, нужно было только проводить наполнение структуры одновременно и повернуть несколько элементов под другими углами. А как мы неплохо поработали над совмещением вербальной, мануальной и энергетической методик построения плетений...". На этом его словоизлияния были прерваны дружным хором голосов: " Мастер Ишем, мы все поняли, вы с учениками поступаете в отряд засады".


А вот после этого начался спектакль под названием: "Как найти командира?". Важные и благородные офицеры чуть не передрались за право командовать засадой, так как основным прорывом бесспорно должен был руководить Изен. Спустя минут двадцать ожесточенной перебранки командир Рысей неожиданно рявкнул: "А ну, цыц, распрокурвины дети! Раз уж вы назначили меня старшим над собой, то я имею полное право сам назначить командира засады. Им будет Владерей - тимер, ибн Тимер - гали, ибн Шагли - мурат из рода Поющей Стали!". После этой реплики в палатке наступила просто гробовая тишина и глаза всех присутствующих почему-то обратились в мою сторону.


По всей видимости Изен сказал сейчас что-то очень важное и как-то связанное со мной, вот только как говориться: "или лыжи не едут, или я дурак, или асфальт не правильный". Вскоре, к счастью, вопрос все же прояснился - спустя пару минут разглядывания меня любимого присутствующими Изен наконец заговорил.


- Многоуважаемые господа, позвольте Вам представить троюродного племянника вождя рода Поющей Стали, который пропал около года назад на границе орочьих степей! Не так давно мой отряд встретил его в компании темной эльфийки, да-да, той самой, что сегодня расправилась с излишне настойчивым ухажером и наемником - харухом. Также с ними присутствовал известный Вам всем виконт - МЛарг, мой старинный приятель. Эта компания показалась мне довольно подозрительной и я связался со своим дядюшкой, графом Сторре.


После этих слов в палатке возник удивленный ропот. Многие знали, что Изен принадлежит к знатному роду и службу в армии проходит инкогнито лишь в дань семейной традиции, но что его дядя - глава имперской разведки стало весьма неожиданной новостью.


Тем временем графский племянник продолжал: "Его люди навели справки о всех темных эльфах и кентаврах пропавших поблизости от Ханства и проданных туда в рабство за последний год. Задачу ему облегчало только то, что представители этих гордых народов попадают в плен крайне редко и число таких несчастных зачастую крайне невелико.


В общей сложности их набралось всего трое, причем лишь один оказался кентавром. Продали этого молодца некоему барону Терли, который прежде был известен по всей Империи как сильный некромаг и неплохой ученый, хотя и с излишне гипертрофированными амбициями и самомнением. Да, и, говоря откровенно, с очень большими проблемами с психикой. Для большинства присутствующих не секрет, что замок барона чуть более полутора месяцев назад был разрушен карателями службы контрразведки, а сам барон был немножко упокоен вместе со всеми своими порождениями. Группе удалось захватить лабораторный журнал некромага. В котором, помимо прочей, немаловажной, информации упоминалось и о кентавре. Кстати о дроу там так же сказано несколько слов... Правда, девушек среди подопытных не было... Дальнейший след человека - коня теряется, но судя по тому, что располагавшееся неподалеку стойбище орков через некоторое время было выжжено дотла я вряд ли ошибусь, если скажу, что и там отметился данный пустынный житель.


Как вы все уже догадались, имя этого достойного - Владерей- тимер, ибн Тимер - гали, ибн Шагли - мурат из рода Поющей Стали. Как ближний родственник главы рода он получил полное дворянское образование, да и общее впечатление об этом молодом кентавре у меня создалось весьма благоприятное, так что мне кажется, что будет вполне уместно поручить ему командование засадным отрядом. Да и, по чести сказать мне просто интересно, как наемник будет действовать на должности кадрового офицера...


На этом Изен умолк и в палатке воцарилась абсолютная тишина. Действительно, новости были очень и очень впечатляющими...


Поскольку в возможности увильнуть от подобного распоряжения я не находил, то все, что мне оставалось - это изобразить подобие стойки "Смирно" и почти проорать: "Благодарю за доверие, господин командир! Разрешите принять командование?!"


Мне ничего не ответили, а только небрежным взмахом руки послали... Выполнять, мать его, распоряжение... Вот только с чего начать я представлял более чем слабо. Оставалась лишь надежда, что мои подчиненные не позволят мне допустить какую-нибудь фатальную глупость.


В определенный под мою команду отряд входили мастер Ишем, с обоими учениками, полусотня Рысей и пара десятков Висельников, умеющих сносно обращаться со стрелковым оружием и небесполезных в рукопашной. Естественно, что и Ксанас, и Гаррен, и моя свежеобретенная жрица остались при мне. Ксанас оказался прекрасным помощником в тактическом и стратегическом планировании, Гаррен просто замечательно вписался на роль моего адъютанта и посредника между мной и солдатами, а репутация Кэт оказалась неоспоримым аргументом для бесед с особо непонятливыми подчиненными.


Кое-как разобравшись с принятием командования я собрался немного отдохнуть, но и этого мне не дали, так как оказалось, что необходимо срочно выступать...


Ночной марш-бросок к месту засады оказался довольно легкой задачей, благодаря тому, что в обучении своих подопечных Мастер Плазмы остался верен себе и не делал упора на какую-то конкретную направленность чародейского искусства и его ученики с легкостью могли заменить и Иллюзиониста, и боевого мага, и Целителя, да и вообще почти любого мага, за исключением представителей чуждых им стихий. Так что наложить на весь отряд скрывающее заклятие и чары "Ночного глаза" не составило для них большого труда.


Утро мы уже встречали на своих позициях. Изен выстроил свои силы плотным клином. Первые ряды составляли Висельники, сомкнувшие щиты в монолитную стену. Следом за ними выстроились Проклятые и несколько десятков Рысей.


По режущему слух сигналу рога вся эта конструкция сохраняя стройный боевой порядок медленно двинулась по направлению к расположению зеленокожих. Те, в свою очередь, естественно заметили подобную наглость и засуетились. Полетели первые стрелы, пока еще не находящие себе жертв, но проверяющие серьезность намерений нападающих.


Отряд имперцев не стал в пустую расходовать боеприпасы и ни на мгновение не остановил своего продвижения.


Оркам подобный расклад совсем не понравился и оживление в их лагере начало расти. Результатом их суеты стала довольно прилично сформированная ударная колонна наездников на варгах, которая весьма шустро устремилась навстречу Изену. Вот только проку от их атаки было ни на грош, так как стоило волчьим наездникам оказаться на расстоянии, достаточном для качественного прицеливания из стрелометов, как первые ряды колонны будто бы срезало гигантским ножом. Следом в общее веселье вступили маги и на месте орочьего ударного звена образовалась слегка оплавленная воронка.


Внезапно мои наблюдения были прерваны гневным шепотом: "Вот ведь бездарности! К чему эти бесполезные фокусы? Они бы еще начали их файерболами закидывать! Нет, молодой человек, вы видите? Они же лупят "Огненным цветком" по области, втрое превышающей эффективную, для этого плетения! А скорость построения? А прочность структур? Да любой из моих охламонов уделает эти жаровни ходячие!".


- Мастер Ишем, не могли бы вы менее экспрессивно выражать свое недовольство действиями коллег? И, кстати, магическим зрением здесь никто, кроме Вас и Ваших учеников не владеет, так что либо растягивайте "Взор" на всех, либо не приставайте к нам с вопросами о нашем мнении о неизвестных нам фактах - осадил нашего ученого Ксанас.


- Как это не владеет? Разве уважаемая Катиэль и наш командир не владеют Искусством?


Разговор постепенно переходил в достаточно опасную для нас с Катериной область и я поспешил вмешаться: " Мастер, будьте добры, помолчите. А по поводу высокого искусства Магии, если Вы желаете, мы с Вами можем переговорить после боя. У меня как раз есть к Вам несколько достаточно серьезных вопросов".


Мудрец попытался что-то возразить, но его внимание привлекло непонятное шевеление в стане наших противников. Увлеченные короткой перепалкой мы не заметили, как на сцену выступили главные действующие лица - шаманы. Их-то появление и ознаменовало волнение зеленошкурых.


Эти субъекты выгодно отличались от моего старого знакомца, нашедшего последний приют в горящем стойбище. Они были заметно крупнее и моложе. На их плечах покоились роскошные накидки, а уж про магическую мощь и говорить не стоило, ведь в подобные рейды кого попало не отправляют. Да и для уничтожения магов отряда злополучного Владетеля Приграничья нужно явно не лаптем щи хлебать.


Навстречу отделению Изена вышло четверо шаманов, что исходя из данных разведки, составляло треть от общего числа магов противника. Такой сюрприз был довольно неприятен, так как планировалось, что предводитель зеленокожих решит покончить с нашим отрядом одним ударом и заставит шаманов нанести удар полным кругом. Он же, по-видимому оказался умнее и выставил лишь треть. Хотя, судя по тому, как наблюдал за их действиями наш магический консультант - Ишем, и этого могло оказаться достаточно.


Один из местных тружеников бубна и мухомора скинул с себя накидку, а остальные начали приплясывать вокруг него как малышня вокруг новогодней елки непрерывно колотя в свои рабочие инструменты. Изен тоже прекрасно понял, чем может ему грозить окончание ритуала и что-то прокричал своим орлам. Отряд сбился плотнее и значительно ускорил шаг, а вскорости над ними засиял слегка красноватый прозрачный купол, это маги активировали защиту.


Одновременно с этим случилось две вещи: во-первых шаманы закончили свою свистопляску, а с противоположной от нас стороны вражеского лагеря раздался звук оглушительного взрыва. И, если первое событие было вполне ожидаемым и ни чуть не смертельным, то второе оказалось для нас сюрпризом, причем с непонятными последствиями.


На какое-то время над степью воцарилась непробиваемая тишина. На пару секунд я даже подумал, что взрыв и оказался результатом проводившегося нашим противником ритуала. Но как показало время настолько наивные мечты сбываться не могут.


Вокруг окончивших камлание шаманов начало наливаться какое-то грязно-голубое свечение и в сторону наших ребят потянулись непонятные туманные щупальца. Причем самым печальным было даже не это, а то, что в точке нашего нападения уже почти не осталось сил противника и означать это могло только то, что зеленокожие перенесли все свое внимание на наши основные войска, а отряд Изена списали со счетов. В глаза просто бросалось предположение, что противник в общих чертах знал заранее план наших действий и продуманно и эффективно построил оборону.


Вот только про нашу "домашнюю заготовку" степняки похоже не подозревали, а значит настала пора и мне попытаться оправдать доверие командования. Жаль, конечно, что ни мне, ни Кэт не удалось пока в полной мере освоить магию, но дневник - это не учебник, да и специализация у Мордрега была, прямо сказать, весьма специфичная и большая часть рабочих нюансов была для нас с девушкой попросту не применима.


Но и без магии отданный в мое распоряжение отряд представлял собой весьма серьезную боевую единицу, а для магической поддержки у нас имелся мастер и его ученики.


Хотя парочке фокусов у некроартефактора я все же научился - по крайней мере довольно объемистый раздел "Метаморфизм и коррекция собственной плоти" дался мне буквально на одном дыхании. Скорее всего это было обусловлено моей демонической природой, но я не слишком старался задумываться над теоретическими выкладками. Ломать содержимое черепа о вопрос "Как?" намного приятнее вечером у камина с большой кружкой выдержанного плотного темного пива, а не в полевых условиях...


Продолжение следует...

Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы: Юлия Матси «Ролевик. Нэко», Хэлларен Ангрралах Глидерэль Нархдаргал «Два-в-одном!», Мирдал «Краденый сон»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален