Furtails
Terry Spafford
«Цитадель Метамор. История 56. Сеятель ветра»
#NO YIFF #дракон #хуман #грустное #верность #приключения #трагедия #фентези #магия
Своя цветовая тема

Год 706 AC, середина января - начало февраля

Расправив крылья, я в вихре взметнувшегося снега, медленно скользнул с вершины горы Виггл, все еще опьяненный мощью, буквально только что излившейся сквозь меня. Мою шкуру покалывало, при каждом движении по телу проскальзывали едва заметные искорки - остаточный заряд, след работы в самом фокусе неимоверно мощных чар - в принципе не представлял опасности, но все же, все же... Он мог расстроить еще незавершенные заклинания и заставлял окружающих беспричинно оглядываться и нервничать. Впрочем, была и польза - пока остаточный заряд держался, мои магические способности весьма и весьма подрастали. Так что, не желая расстраивать магов и нервировать окружающих, я до рассеивания заряда обычно отправляюсь патрулировать дальние подступы, помогая скаутам.

Должен сказать, ситуация была редкой, почти уникальной. Впервые за всю известную мне магическую практику, я закреплял заклинания, контролирующие погоду над Цитаделью так рано - всего лишь через четыре месяца после прошлого раза. Да, по традиции мы проверяли и подновляли магические связки всякий раз, как складывались необходимые условия, но четыре месяца... К счастью, в следующий раз эти условия возникнут не скоро - почти через полтора года.

Пол часа полета - и я приземлился на едва заметный даже сверху фундамент старой фермы. Поля давным-давно поделены между соседями, сложенная из булыжников изгородь исчезла, остатки глинобитных стен размыло дождями, обгоревшие обломки жердей сгнили без следа, лишь контур фундамента, и регулярно подновляемые могилы, еще виднелись над сугробами. Да, двадцать лет прошли-пролетели...

Я остановился там, где когда-то была дверь дома. Могилы, могилы... Последние пристанища моих братьев, сестры, родителей. Медленно подойдя ближе, я осторожно погладил растрескавшийся камень, укрывший останки матушки... и воспоминания нахлынули так, будто все произошло не двадцать лет назад, а вчера, нет сегодня, сейчас, только что!

Вот я играю в двух шагах от крыльца. Вот мама выходит на ступени, крича, чтобы я бежал в лес, за братьями и отцом...


* * *


- Счас, ма! - крикнул Сарош, несясь по тропинке со всех ног.

Уже забегая в лес, он услышал топот лошадей, со стороны тракта, и подумал: наверное вернулась та самая леди из Метамора. Настоящая магичка, не то что фокусники на ярмарке! На той неделе она останавливалась в их доме, по дороге к горе Биггл, и рассказывала страшные, но такие притягательные истории о жизни в стенах Цитадели, о нашествиях с севера, о странных животных, чудищах и магах, приходящих из страны вечных снегов.

Сарош улыбнулся, вспоминая, как леди взъерошила ему волосы, когда он спросил: зачем она отправилась так далеко от дома?

- Я часто пытаюсь выйти за пределы доступного и возможного... - тут она подмигнула Сарошу. - А может мне просто стало скучно сидеть среди серого камня день за днем и захотелось взглянуть на чудесные южные земли!

Лично Сарош в их маленькой долине, в фермах, и огороженных стенками из нетесаного камня полях, ничего чудесного не находил. Таинственная и загадочная Цитадель, по его мнению, была куда как удивительнее, но не спорить же с леди-магичкой... и он, как и положено солидному мужчине, промолчал.

А следующим утром она, и ее охранники, уехали куда-то по тропинке и теперь мальчик, еще слишком маленький для работы в поле со старшими, тщательно готовился к отражению атаки лутинов в чащобе, возле дома.

- Пап! Ужин готов! - крикнул он, вбегая в уединенную стайку, которую отец и братья подновляли, готовясь к зиме.

- О-о-х! - простонал отец, распрямляясь и откладывая инструмент. - Уже? Отлично! Идем к матушке, покуда не простыло!

Потом он с молодецким хеканием посадил смеющегося Сароша на плечи и позвал старших сыновей, работавших в глубине стайки:

- Сыне! Ужин ждет!

Да так с младшим на плечах и пошел по тропе, вокруг леска, через холм, домой.

- Пап, а что это так дымится? - спросил Сарош, показывая на темный дым, появившийся над склоном.

- Та-ак. - отец заметно напрягся и ускорил шаг. - Не знаю сынок, но мне...

Пронзительный женский крик разнесся над холмами, перекрывая голос отца. И внезапно осекся. Крик и тишина... Отец бросился бегом, братья припустили следом. Они выскочили на вершину холма и замерли, как вкопанные.

Пламя пожирало соломенную крышу их дома. Отец тут же спустил Сароша с плеч, но мальчик еще успел увидеть мужчину в черном, догоняющего одну из сестренок.

Отец вздрогнул, услышав еще один пресекшийся крик, и встал на колени перед мальчиком:

- Беги в лес, так быстро, как еще не бегал. Спрячься... Под упавшим деревом лисы по весне разрыли нору, там и спрячься. И пока мы не придем за тобой, из норы ни ногой, понял?!

Сарош молча кивнул.

- Будь умницей. А теперь беги! - отец подтолкнул его к лесу и мальчик изо всех сил припустил к выворотню.

Перепуганный до полусмерти, он не посмел остановиться, пока не скрылся в остро пахнущей норе, под спутанными ветвями лежащего дерева. Там он сжался в комочек, забившись в самый дальний отнорок, прислушиваясь к едва доносящимся отзвукам, принюхиваясь к едва ощутимому запаху дыма. Он так и просидел там, пока не сгустились сумерки...


Луч света, холод и голод разбудили его ранним утром. Сарош потянулся, чихнул, вспоминая, где он и почему это спит не дома, с братьями... Потом вспомнил вчерашние слова отца, мужчину в черном, преследовавшего сестру и снова спрятался в глубь норы. Вжавшись в землю, он ждал, пытаясь не обращать внимания на бурчащий живот, но, в конце концов, голод победил, и мальчик вылез из-под засохшего дерева.

Он осторожно пробрался к краю перелеска, прислушиваясь к каждому шороху и всматриваясь в каждое движение и колебание ветки. Остановившись на опушке, Сарош увидел уже совсем тонкий дымок, идущий откуда-то со стороны дома. Напрягая слух, он уловил чирикание птиц и шуршание веток, колыхаемых ветром. И больше ничего...

Он постоял еще немного, не решаясь нарушить слова отца, и думая: почему же за ним так долго никто не идет? Именно голод в очередной раз заставил Сароша забыть об отцовском наказе. Мальчик, обойдя стороной страшное, выгоревшее на корню поле, потащился к дому. Еще раз он остановился перед вершиной холма, колеблясь и никак не решаясь - ни пойти вперед, ни вернуться назад. Потом он все же рискнул выглянуть и застыл на месте. Прогоревшая крыша их дома провалилась, стены частично обрушились и почернели от огня. Сараи и стайки прогорели, уцелевшая скотина разбрелась по грядкам...

Забыв о голоде и давясь слезами, Сарош добежал до лежащих на земле тел отца и матушки. Холодных, неподвижных... Прижавшись к телу мамы, он зарыдал, не замечая ничего вокруг - ни низких облаков, быстро собравшихся почти над головой, ни теплого дождя, смешавшегося со слезами и затушившего последние тлеющие головешки...


* * *


- Получилось!!! Я справилась!! Сама! Сама! Я! Смотрите все! Я!! Все!! Сделала!! Сама!!!

Закрепление Якорного заклятья - дело настолько экстатическое и возбуждающее, что Электра не удержалась от радостного вопля. Тем более, что были к тому и дополнительные причины: впервые она сделала все действительно сама, одна, без наставника, без присмотра, без указующих взоров старших коллег. Ее охранники, наблюдавшие за процессом с безопасного места под краем каменной площадки, только заулыбались глядя на ее веселые размахивания руками и слушая радостные вопли.


Каких-нибудь три или четыре часа спустя и несколькими милями ниже и восточнее, они уже не очень-то улыбались, досыта наслушавшись ее непрерывной болтовни, восторженных воплей и восклицаний. Вообще-то они помрачнели и напряглись почти полчаса назад, просто Электра, переполненная подпитанным магией чувством экстатического восторга, этого упорно не замечала. Пока идущий впереди молодой наемник по прозвищу Скрэч, не поднял руку:

- Твое... то есть ваше магичество... Электра! Помолчи чуток!

Он несколько мгновений внюхивался в дующий навстречу ветер и всматривался в клубящийся на горизонте дым.

- Не нравится мне этот запах. Походу, что-то случилось на той ферме, где мы останавливались. Давайте-ка ходу прибавим. И твое магичество, это... молнии там свои приготовь, а?

Электра усилием воли стряхнула расслабляющий восторг и тоже внюхалась в напитанный сыростью и едким дымом ветер:

- Ты прав. Что-то там не так! - она всмотрелась в громоздящиеся на горизонте тучи. - Чтоб мне век одной спать! Да не могут тучи так на одном месте торчать! При таком ветре, да еще так низко! Эй, парни! Подстегните лошадей!


Они остановились на самом краю странного дождя, будто пологом укрывшего уже почти не дымящуюся ферму. Один из охранников, когда-то служивший егерем, спешился и вгляделся в следы на тропе:

- Что тут сказать, ваше магичество. Четыре лошади туда, четыре обратно. Все с седоками, ни один не берегся. Ушли они, и ушли целыми. Боюсь...

Электра кивнула:

- И запах... аж блевануть хочется. Парни, ничего не напоминает?

- Да что уж тут, ваше магичество, - усмехнулся тот же бывший егерь. - Человечина это, горелая человечина.

- Так, - еще сильнее нахмурился Скрэч. - Достали мечи. По сторонам смотреть! Их там нет, и хозяев, скорее всего, тоже уже... но берегущегося, сами знаете, светлые боги берегут.


Три четверти часа спустя они смотрели на выгоревшие остатки сараев, на тела крестьян, принимавших их всего неделю тому назад. Электра растерянно дернула намокшие пряди и, откинув их с глаз, еще раз оглядела разоренное подворье:

- Поищите, может кто живой. И Скрэч... ты... у тебя больше опыта, чем у нас всех вместе взятых. Может, сможешь определить, кто это сделал. Попытайся хотя бы.

Охранники, почти все бывшие наемники, и с немалым опытом, действовали четко и быстро: пока четверо осматривали тела, двое сбегали проверить сгоревшие постройки и амбары, еще двое - бывший егерь и его помощник, обошли ферму по кругу, высматривая не смытые дождем следы.

- Эй, а пацан-то живой! – воскликнул кто-то из оставшихся во дворе. - Ваше магичество, вы бы это... пацанчика-то...

Электра спрыгнула с лошади и осторожно приподняла плачущего паренька с безголового женского тела.

- Мама, мама! - он попытался вырваться, но когда магичка прижала его к груди, затих, только горько всхлипывая.

- Живых нет. Убиты чисто, каждый своим кинжалом, - Скрэч протянул магичке смертоносную вещь: кинжал с зачерненным лезвием и сложно выгнутой наборной рукояткой из черной кожи. - Голову отрубили только женщине. Вещи на местах, ухоронки целы, даже скотина не тронута. Что угодно, но не бандиты, и не грабеж.

Лицо Электры закаменело:

- Понятно. Профессионалы. Но кому понадобилась простая крестьянская семья? Или не простая?

- Кто знает? - покачал головой Скрэч. - Мертвых не спросишь, а живой, скорее всего не знает. Что с пацанчиком? Возьмем с собой?

- Безусловно, - кивнула Электра. - Разбивайте лагерь. Похороним тела, подумаем, посмотрим. Может найдется что-нибудь, из прошлого. А паренька... Поищем ему новых родителей по дороге. В крайнем случае, найдется комнатка в Цитадели.


Два дня ушло на подготовку могил и похороны. Сарош молча наблюдал, как четверо охранников копают землю, под моросящим, неостановимым дождем. Лишь однажды он прервал сосредоточенную неподвижность - когда его отца подняли, чтобы отнести в могилу. Тогда мальчик подбежал ближе и вытащил из груди мужчины кинжал. Тщательно протерев оружие старой рубашкой, он вгляделся в тисненый герб на рукоятке. Молния выбрала именно этот миг, чтобы высветить застывшую складку на юном лице и гнев в глазах.

- Пойдем Сарош, - вздохнула Электра, обнимая мальчика. - Позволим им закончить похороны.

Тот напрягся было, но тут же расслабился и позволил увести себя к изгороди. Там Сарош еще раз осмотрел кинжал, потом тщательно обвернув тряпкой, сунул в дорожную сумку. Когда первые лопаты упали на тела, он опять отвернулся, уткнувшись лицом в подол дорожного платья Электры, и затрясся от сдерживаемого рыдания.


Утром, напоследок помянув погибших, они тронулись в путь. Похороны закончились еще в полдень, но требовалось привести разбежавшуюся скотину, собрать кое-какие, уже не нужные хозяевам припасы, отыскать ухоронки - в конце концов, все это теперь принадлежало Сарошу и не стоило оставлять небольшие ценности случайным грабителям.

На соседней ферме они сообщили хозяину и его жене печальные новости.

- Ох-хо... - схватился за голову шеботной мужичек. - Что делается-то! Ведь жеж... Да как же так-то?! Вот беда-то! А нам-то как? Ведь скотина же! И поля... А урожай? Ой, мать моя...

- Цыть! - прикрикнула на него низенькая, но мощная, что называется поперек-себя-шире жена, ставя перед мальчиком тарелку похлебки. - Проследим. За всем проследим. А младшенького-то куды? Оставляйте у нас. Найдем уж хлеба-то кусок!

- Хочешь? Нам... - начала было электра, но Сарош перебил ее:

- Нет! - почти выкрикнул он, хватая магичку за руку, и умоляюще заглядывая в глаза: - Ты меня спасла! Я не хочу покидать тебя!

- Малыш, ты уверен? Путь в Цитадель долог и опасен, жизнь в Цитадели очень, очень непроста и тоже опасна. Почему бы тебе не остаться здесь, где тебя все знают, и ты знаешь каждый куст?

- Нет! - жарко воскликнул Сарош, не ослабляя хватку. - Ты будешь там и я тоже!

- Да... - вздохнула хозяйка, - сын своей матери. А похож-то как! Ну, вот не нашего она была полета, не ее это было дело, в нашей глуши сидеть, за деревенским дурнем замужем! И матушка моя, да будет ее дорога легка, то же самое говорила!

- Да... - кивнув, вздохнула Электра. - Что ж, теперь-то. Хорошо, Сарош, возьмем тебя в Цитадель. А вот скажите мне хозяюшка...

Мальчик слушал неспешный разговор двух женщин, а над крышей уединенной фермы густые, пропитанные дождем облака потихоньку начали истаивать, рассеиваться, позволяя луне заглянуть в освещенное лучиной, подслеповатое окошко.


И вновь утро, и снова путь. Извилистая, колдобистая дорога вывела их из горной долины, потом вдоволь наизвивавшись по крутому спуску, привела к холмистым предгорьям и дальше вниз, по равнинам. С каждым днем, проведенным в пути, настроение Сароша постепенно менялось - от тоски и горя, сначала к печали, а потом и к откровенному, ничем не сдерживаемому любопытству. К тому времени когда они достигли ворот Цитадели Метамор, Электра уже едва могла удержать его в седле - так яростно он вертелся, пытаясь смотреть во все стороны разом.


Пожелав доброго дня привратной страже и отдав поводья конюху, Электра провела мальчика к себе:

- Мы найдем тебе комнату чуть позже, когда ты при...

Она осеклась, увидев, что Цитадель как всегда опередила чаяния своих жителей и защитников. В большой комнате, используемой магичкой под гостиную, до отъезда было две двери: в лабораторию и в спальню. А вот сейчас их стало три. Причем третья выглядела старой, чуть потрескавшейся от долгого использования, даже деревянный паркет перед ней был потертым, будто в эту дверь заходили, забегали, а иногда и забредали заплетающимися ногами не одно десятилетие. Приоткрыв ее, Электра увидела просто обставленную - стол, кровать и сундук - комнату, в самый раз подходящую для маленького мальчика.

- Кхм... Мда, искать не придется, - покачала она головой. - Ну, Сарош, устраивайся, вот твоя комната. И не беспокойся, в стенах Цитадели, никто не сможет повредить тебе.

С этими словами она поставила дорожную сумку мальчика к сундуку и протянула руку к кинжалу, который Сарош так и не выпустил из рук всю дорогу. Но мальчик отпрянул, прижимая завернутое в тряпку оружие к груди:

- Нет! Он мой! Пожалуйста, не надо!

Электра подняла руки, сдаваясь:

- Хорошо, но может быть, положишь его в сундук? А я поговорю с мастером, который обучает новобранцев. Мало иметь оружие, надо уметь его использовать.

Пока мальчик пыхтя откидывал тяжеленную крышку и прятал кинжал, Электра  выглянула в крестообразное окно-бойницу - тени уже удлинились, а значит, солнце клонилось к вечеру.

- Я пойду к мастеру гильдии магов, доложу об исполнении. А ты пока осмотрись вокруг, только не выходи за ворота Цитадели.

Она уже выходила за дверь, но обернулась и добавила:

- И запомни, в Цитадели нельзя заблудиться! Если хочешь куда-то попасть - думай о цели и иди. Вот и все!


* * *


Шум и веселые крики других детей выманили меня из комнат Электры. Я легко вписался в пестрое общество Цитадели, перезнакомился со всеми ее жителями, кое с кем даже подружился... но никогда не позволил себе забыть о семье. Молчал, но в глубине души помнил всегда!

И однажды, когда мне едва-едва исполнилось шестнадцать, я попытался сбежать... даже не сбежать - меня никто не держал, нет, просто уйти. Найти убийц моей семьи и убить их. Электра застала меня как раз упаковывающим вещи. Последовавший разговор был, наверное, самым сложным и тяжелым в моей жизни. Нет, она не пыталась отговорить меня, она просто попросила рассказать ей все, что я помнил из произошедшего в тот далекий день. А потом указала и объяснила все те детали и тонкости, которые мой юный взгляд просто не заметил, или заметив, не счел важным...

Тяжелый разговор постепенно перерос в не менее тяжелое решение. Я не ушел в тот день. Далось мне это непросто, но я все же остался... и не пожалел.


Вздохнув, я покачал головой и опять смахнул налетевшую снежную крупку со старых могильных камней:

«Здравствуйте мама, папа, - нежно сказал я, - в прошлый раз я не заглянул к вам... вы уж простите непутевого сына, но я действительно был нужен защитникам Цитадели. Я не знаю, слышите ли вы меня, но если слышите, то знайте - я помню вас и я... я хотел бы рассказать вам многое. Знаете, я делаю и вижу вещи, которых не мог бы представить даже в самых смелых мечтах. Вот только и цена этого... велика. Вы только посмотрите на меня! Вы наверное даже не пустили бы меня такого на порог! И не узнали бы! Хотя мама, ты наверное, все же узнала бы... А я не могу отринуть мысль: что бы вы сказали обо мне сейчас? Гордитесь ли вы мной? Или разочарованы тем, что я покинул ферму?»

Я вздохнул и опустился на колени перед могильным камнем.

«Хотел бы я знать...»

Помолчав еще мгновение, я наклонился и отодвинул в сторону один из камней. В тайнике лежал черный кинжал, тот самый, что когда-то давно я вынул из тела отца. Но теперь черное лезвие портили восемь царапин. Две были процарапаны другим кинжалом, еще шесть - драконьим когтем.

«Я не забыл обещания. Хотя Электра и пыталась отговорить меня... Но я помню! И все еще охочусь за ними! Пусть я знаю совсем немногое... но этих... я очищу этот мир от них! И не успокоюсь, пока каждый из них не ляжет туда, где ему и должно лежать - в могилу!»

Вернув старый клинок в тайник, я аккуратно задвинул камень на место.

«И тогда мы обретем покой...» - прошептал я больше себе, чем душам умерших.

Еще раз поклонившись, я осторожно, спиной вперед вышел с кладбища. И лишь отойдя в сторону, изменился до полной формы и, покружив немного над остатками фермы, полетел на юг. Цитадель вообще-то находилась к северо-востоку, но когда у меня не было срочных дел, я выбирал именно этот маршрут, в обход самых высоких пиков и перевалов.

Уже в глубоких сумерках я достиг южной границы Большого Барьерного хребта. Того места, где непроходимые нагромождения скал и утесов, изредка разрываемые маленькими долинами, резко становились ниже, превращаясь сначала в узкое плоскогорье, потом в череду пологих холмов, а потом и вовсе сходя на нет. Я хотел еще слетать на остров Магдалейн, в Джонстаун, повидать знакомых мальчишек и брата Электры, но прикинув длину пути, не то чтобы передумал... да, в общем-то, именно передумал. От южного выступа Большого Барьерного хребта - преддверья горы Биггль, через весь Северный Мидлендс, потом через северный залив Звездного моря, потом вдоль Драконьего хребта и в самом конце пути, последний очень большой перелет через пролив... Ну их! Никуда пацаны не денутся, слетаю в другой раз, при какой-нибудь оказии.

Еще раз взглянув на заходящее солнце, я нашел достаточно большой уступ, и еще полюбовавшись роскошным закатом, на фоне заснеженного леса, задремал.


После прошлогоднего визита на остров Электры, на моей спине, если кто не знает... Так вот, с тех пор в Цитадель с острова пришло два каравана. Вернее, не совсем так. На самом деле это был один караван, просто до устья реки Голомянки они прошли морем, потом разделились. Часть груза отправилась на лодках вверх по реке, часть - сухопутной дорогой. Обратно довольные рыбаки двинулись вместе - по реке. Кстати,  вместе с ними отправилось трое наших - три метаморца пожелали переселиться на остров. Два морфа - морф дельфина, морф морской черепахи, и юноша с проклятьем молодости. Первые двое ранее уже бывали на острове Магдалейн, а паренек-разведчик, которого поймав на шпионаже, едва не сожгли живьем где-то на юге, решил на время скрыться подальше.


Утром я поднялся пораньше и, утолив голод жестким и жилистым горным козлом, лениво полетел вдоль южной границы Барьерного хребта. Через пару дней скалистые обрывы и утесы плавно завернули к северу, стали чуть положе, немого отступили к востоку, под крыльями потянулись поля, дороги, селения... Северный Мидлендс.

Впрочем, путешествие мое почти не изменилось. Пересекая обжитые земли, я все равно держался в стороне от деревень и городов, выбирая для ночлега самые заброшенные холмы и поля. Разумеется, немногие смельчаки посмеют приблизиться к дракону, даже спящему, но последние годы с востока регулярно доходили слухи о людях, героях-убийцах драконов, и я не собирался рисковать шкурой.


* * *


По моим расчетам я был примерно четырех днях пути от Цитадели, когда внизу показался караван. Я немного опережал «план полета», спасибо попутному ветру. И как раз начинал присматривать удобное местечко для посадки и ночевку, а тут - на тебе! На самой удобной полянке, немного в стороне от тракта, расположились! Покружив над фургонами, я призвал легкий ветерок, заставивший приподняться вымпел на переднем. Желтая полоса, на коричневом фоне и стилизованная повозка. Знакомый герб! И их кэптан, знакомая баба... в смысле дама. Кстати, теперь уже баронесса. И полугода не прошло, как лорд Хассан вручил ей баронскую цепь. Ну, так - четыре каравана, сотня бойцов под началом, за пятьсот солидов годового дохода. Сила!

Я приземлился на соседнюю полянку. Не такую удобную и просторную, но более-менее, хватило крылья раскинуть. И изменившись до получеловеческой формы, потащился через сугробы к дороге.

Подойдя ближе, еще раз изучил лагерь. Действительно ли их ведет наша знакомая кэптанша? И если, она, то не в Цитадель ли? Хотя куда еще, в таком-то месте? Нет, в принципе, они могли идти мимо Цитадели, далее на север - по берегам моря Душ еще оставались поселения, не подпавшие под власть Насожа. Хотя маловероятно, дорога уж очень опасна. Но в таком случае, раз уж они идут в Цитадель, да еще со знакомой кэптаншей во главе, думаю, они позволят переночевать с ними. Если же нет... вздремну чуток на полянке, и полечу дальше.

Тем временем торговцы окружили лагерь низенькой стенкой из снега, развели костер в ямке, посреди лагеря, взгромоздили треногу и солидного вида котел. А я рассматривал фургоны, открытые телеги и особенно груз. Вернее, не просто груз, несколько тюков, отчетливо попахивавших морской рыбой, чуть подсвеченных магией, с рисованной эмблемой на боках - дельфин, выпрыгивающий из воды.

 «Они точно идут в Цитадель! Ни одно из поселений Северного Мидлендса не торгует с островом Магдалейн!» - возбужденно подумал я, в то же время стараясь не вещать на всю округу.

Тут молодой человек отошел от костра и зачем-то отправился к тем самым тюкам. Замерев, я наблюдал за ним, чувствуя что-то знакомое в походке, в том как он двигается... но в неверном свете костра, никак не мог рассмотреть лица. Даже забыл о страже, прохаживающейся по периметру... И тут, наконец, вспомнил, о том, что я вообще-то дракон. И хорошенько втянул воздух ноздрями.

 «Ну Сид, твоя матушка уже поженила тебя и Мэри-Мак, а?» - отправил я мысль, добавив к словам картинку с улыбающейся и подмигивающей рожицей.

Он вздрогнул так, что едва не свалил на себя, стоявший на краю телеги тюк. Ближайший охранник тоже закрутил головой и схватился за меч, недоуменно пытаясь определить - кто это заговорил вдруг в его голове.

- Сарош?! Ты? Ты здесь? - неуверенно спросил юноша, вглядываясь в раннюю зимнюю темень. Охранник, услышав его слова, подошел ближе.

Я же вышел из тени, на середину дороги, позволяя ближайшему факелу осветить себя:

«Привет, Сид! Давно не виделись!»

- С кем это ты разговариваешь? - приблизившийся охранник подозрительно уставился на меня, отгородившись на всякий случай лезвием меча.

- Джек, полегче, - вступился юноша. - Я его знаю. Это Сарош, дракон-телепат из Метамора, мы познакомились в прошлом году, еще на острове.

Джек опустил меч, но все еще глядел на меня с профессиональной опаской:

- Точно? Места, знаешь ли, не самые безопасные.

Сид засмеялся и шагнул ближе:

- А ты знаешь многих бронзовых драконов, говорящих в твоей собственной голове? Это он, и он куда лучше толпы лутинов!

Я улыбнулся словам Сида, потом кивнул Джеку и другим охранникам, подходящим ближе:

«Доброго вам вечера, уважаемые торговцы. Приветствую вас на землях Цитадели Метамор. Я заметил ваш караван, узнал давнего друга и приземлился, в надежде найти место, чтобы сложить крылья на ночь».

- Так, - суровая женщина, одетая в кожаный доспех без шлема, передник, с поварешкой в руке и баронской цепью на шее сказала лишь одно слово, но его хватило, чтобы столпившиеся слуги и охранники раздались по сторонам, пропуская ее вперед. А женщина вгляделась в меня:

- Знакомая морда. Сарош. Что-то случилось?

Я склонил голову:

«Кэптан, доброго вам вечера. Насколько я знаю, ничего. Я же возвращаюсь из путешествия на юг, по делам Цитадели. И на самом деле, просто искал место для ночлега, когда увидел ваш караван, - кратко обозначил ситуацию я. - А сейчас, прошу прошения за беспокойство, и если можно хотел бы переговорить с Сидом наедине».

Кэптан нахмурилась:

- Родители этого юноши попросили меня присмотреть за ним в пути. 

- Ох! - вздохнул Сид. - Да хватит вам! Я достаточно взрослый, чтобы позаботиться о себе! И, в конце концов, Сарош - дракон, червя вам в печенку! Да с ним безопаснее, чем в Эльфквеллине, у императора под кроватью!

Последние слова мальчика явно немного разрядили обстановку. Кэптан даже усмехнулась, потом несколько недоуменно взглянув на зажатую в руках поварешку, на заляпанный кашей фартук, усмехнулась еще раз:

- Ладно, раз уж за тебя Сид ручается, то так и быть. А Джек присмотрит.

 «Если вам будет так легче, то мы будем на тропе, на самом видном месте», - добавил я.

Джек кивнул:

- Дело говоришь. А я посижу тут, посмотрю. Вы метаморцы неплохо подчищаете лутинов, но мало ли.

С этими словами он отступил чуть-чуть, устроился на снятом с телеги тюке, и хорошенько закутавшись в теплый плащ, занялся раскуриванием трубки.

Я же прошел немного по тропе, краем глаза глядя, как лошади, всхрапывавшие и беспокойно бившие копытами, постепенно успокаиваются. Интересно, подумал я, это из-за моего запаха? Или все еще действует остаточный заряд от работы с Якорным заклятьем? А может и то, и то вместе?

«Сид, тебе лучше идти в нескольких шагах от меня, не приближаясь, - сказал я идущему следом парню. - Я все еще переполнен магией, это не вредно, но на некоторых действует... по-разному».

- Так вот почему ты светишься!

«Свечусь?»

- Ага! Так это... Изнутри! Такими... как бы сплохами. Или переливами. То есть переливаешься. А когда двигаешься, то искорки проскакивают. Красиво получается - алые переливы, на бронзовом фоне и белые, такие мелкие-мелкие вспышки-искорки. Как снежинки.

«Забавно, - сказал я, - а если чихнуть, что будет? Кстати, магическому зрению тебя Гордон научил?»

- Точно! - заулыбался Сид. - Он говорил, что мой магический взор просто великолепный, лучший даже чем у его наставника! Вот только мы так и не смогли определить мой основной магический талант. Гордон еще бурчал, что нужно отправить меня куда-нибудь... где наставник опытнее и сильнее его, вобьет что-нибудь умное в мою твердую голову. Они посоветовались с Электрой и решили, что Цитадель подойдет лучше всего... Сарош, а от чего это свечение?

Смахнув снег с поваленного дерева рядом с тропой, я помахал Джеку, наблюдавшему за нами, и усевшись, продолжил разговор:

«Ну... свечение, это от того, что я недавно находился в самом центре очень сильных чар. Неимоверно древних и столь же мощных. И вот результат - во мне теперь остаточный заряд. В принципе, он совсем бесполезный. Светится, усиливает мою магию, но совсем чуточку. А еще мешает окружающим. Ничего страшного, но иногда неудобно. Кстати, о наставнике. Гордон ведь прав, Электра - самый лучший наставник, даже лучше Пости. Она сделает из тебя волшебника в мгновение ока».

Тем временем вокруг стало темнее. Я поднял глаза к небу и обнаружил маленькую любопытную тучку, закрывшую полную луну. Потянувшись мыслью вверх, я призвал ветер и приказал ему сдуть проказницу в сторону.

- Сарош, - внезапно напрягся Сид, - что ты сейчас сделал?

 «Хм?! О чем ты говоришь?» - спросил я, отвращая взгляд и мысли от поспешно уползавшего облачка, и возвращая их на землю.

- Ты только что пользовался магией, так? Я видел такие... как бы струны... или что-то такое струящееся... оно в небо и...

 «Я только что прогнал одно облачко, загородившее нам свет луны, - сказал я задумчиво. - Сид, ты всегда смотришь магическим взором?»

Юноша пожал плечами:

- Всегда, с тех пор, как научился ему. Все выглядит куда интереснее... хотя, если честно, я просто не знаю, как перестать смотреть им.

«Забавно, - мысленно хмыкнул я. - А у меня не так. Я почти не вижу магию. Лазурно, он настоящий дракон, говорил, что у драконов это бывает, но очень редко. Зато я вижу другое. Я вижу струи ветра, вижу потоки холода и тепла, чувствую как движутся облака и как будет меняться погода. И знаешь, мне при этом совсем не нужна магия, я просто вижу, чувствую... и все. А вот магия - наоборот. Мой магический взор совсем слабый и нечеткий. Какие-то бесформенные пятна. Электра даже как-то пошутила - мол, чтобы улучшить мое магическое зрение, мне нужны волшебные очки!

Большинство людей и животных чувствуют магию. Так или иначе, но чувствуют. Поэтому им неприятно рядом со мной, когда я вот так вот свечусь. Отзвуки древних чар заставляют их нервничать, и такие люди быстро находят причину отойти подальше. Однако лишь очень немногие маги могут эту остаточную магию видеть. Очень немногие... И если ты видишь так хорошо, как говоришь, то ты будешь очень, очень сильным магом. Когда научишься. Но... если так, то Гордон должен был научить тебя хотя бы чему-нибудь!»

- Ага! И Гордон мне также говорил, - кивнул Сид. - Потому он и решил, что мне стоит съездить в Цитадель. И чтоб ты знал, мой магический взгляд даже лучше, чем ты думаешь!

Он поднялся и отряхнув прилипшие к теплым штанам комки снега и труху, вгляделся в меня:

- На тебе я вижу сейчас как минимум пять разных магических... узоров. Вот!

Сняв рукавицы, он провел пальцами вдоль моего тела, отслеживая мышцы, но не касаясь шкуры. Я следил за ним, очарованный.

- Вот это свечение. Такое... немного серое, с белыми прожилками. Серое - как гранит, а прожилки светятся и теплые, как мрамор нагретый солнцем. Это не то свечение, которое от древних чар, оно другое, они похожи, но немного разные. Которое от древних чар оно на поверхности, переливается и посверкивает, а это... Это не чары, оно не образует узора, просто есть в тебе... как вода в крынке. Если вглядеться... - Сид замер на миг. - Оно очень сильное, и древнее... и как бы немного вне времени что ли. И вообще, вне. Вне всего. Ну, вот такое оно.

Остальные и в самом деле заклинания. Четко видно узор из таких, как бы нитей. И в каждой нити струится энергия, где ярче, где слабее. Самое простое заклинание на груди, - он ткнул кулаком мне в районе солнечного сплетения. - Вот тут. Оно зеленое, самое яркое, но самое размытое и грубое, что ли. Нити толстые, узор совсем простой, но какой-то... как будто местами недоделанный, местами разорванный, а местами совсем смешавшийся в клубок.

- Вот тут, - Сид провел ладонью по моей шее. - Тут голубая сеть. Вроде как даже не просто заклинание... Ну, Гордон мне показывал, как заклинание совмещают с алхимией. Так вот, тут также. Оно куда сложнее и аккуратнее. И тоньше. В основном нити оплетают шею и немного голову.

 «Понятно, - смущенно вздохнул я. - Первое, это заклинание, которым я испортил себе изменение. Оно было совсем простое, и я не смог его завершить. Мне... помешали. Второе - чары дальнего разговора. Наложил их на меня Магус. Он, помнится, дал мне какое-то зелье и только потом накладывал собственно чары».

- Угу, - кивнул юноша. - Потом идет темное заклятье. Оно очень мощное и оно в глубине, под всеми остальными и его видно плохо, - он пожал плечами. - Наверное, это и есть то самое проклятье Насожа, и противозаклятье, которое сделало тебя морфом. Удивительная штука. Я никогда не видел ничего даже похожего. Оно очень темное, даже злое, но при этом по-своему красивое. Такое... строгое, очень-очень четкое. И просто невероятно сложное. Тугой клубок прочных черных нитей, буквально звенящих от наполняющей их силы. Я еще совсем мало знаю магию, но мне кажется, такую штуку сплести непросто.

Он вздохнул и шагнул назад:

- Если бы ты мог это видеть, Сарош! Ты буквально весь пронизан темной паутиной, но противодействующее заклинание смогло немного как бы ослабить эту черноту... нет, не ослабить, а как бы раздвинуть, что ли... А потом они все слились, эта темная паутина проросла внутрь противодействующего заклинания, и внутрь первых двух тоже... А серое их заполнило, как бы немного раздуло изнутри... кажется, оно теперь подпитывает черное... и наоборот, поглощает его местами... они теперь одно целое. Представляешь?

Я только пораженно покачал головой.

«Твой магический взор просто невероятен. Многие... да почти все маги могут видеть магию, но так точно и четко... Просто невероятно! Хм... Подумалось - а как ты будешь видеть саму Цитадель? Ведь там же невероятно мощные чары. Учти это, когда подойдешь ближе. Да! Ты не забыл, что с тобой может быть, если ты останешься у нас в гостях слишком долго?»

- Ты, Гордон, моя мама, отец, мэр и даже Электра. Где уж тут забыть! Я побуду в Цитадели несколько дней, поговорю с магами, обдумаю, что мне может быть полезно и вернусь на остров. Если же ваши маги не смогут сразу что-нибудь сделать, то я уйду подальше, на несколько месяцев. А потом вернусь.

 «Звучит неплохо. Только не тяни, а то мало ли... бывали прецеденты. Всякие. Кстати, как там на острове? Как дела у твоих друзей?»


Мы проговорили почти всю ночь. Сид пересказал все новости с острова Магдалейн, а также все слухи, собранные в городах, которые они посетили по пути. Я рассказал все, что смог о Цитадели, о событиях на севере, за Большим Барьерным хребтом, о лутинах, о набегах разрозненных банд на одинокие фермы, о скаутах...

Наконец, когда луна скрылась за деревьями, мы назвали раннее утро ночью и легли спать. Вернее, я принял полную драконью форму и расположился вдоль тропы. А Сид сбегал в лагерь за спальным пологом из медвежьего меха и устроился у меня под крылом.


Парень уже засопел, а я никак не мог уснуть. Из головы никак не шло его описание пронизывающих мое тело и душу заклинаний. Напрягая до предела магический взор, я попытался осмотреть себя. Но увидел только бронзовое, с алыми всполохами сияние древней магии. Даже и близко не различил тех деталей, что описал мне Сид. Вздохнув и сокрушенно покачав головой, я перевел взор на юношу и еще раз поразился. Ало-бронзовое сияние остаточного заряда, окружавшее только меня, сейчас накрывало и Сида тоже. Как одеяло, перетянутое с меня на него. Еще раз покачав головой, я устроился поудобнеее и наконец, уснул.

Утром я первым делом шлепнул крылом юношу и, активировав магический взор, заворожено смотрел как бронзовое, с алыми сплохами свечение истончилось, растянулось, когда проснувшийся Сид отходил в сторону ближайших кустиков. А потом остаточное свечение резким рывком оставило юношу и втянулось в мое тело. Мда... Очень интересно, хотя и совершенно бесполезно.

Выпив предложенную кэптаном пинтовую кружку горячего взвара, я попрощался с караванщиками, с Сидом и, размяв крылья, прыгнул в воздух. Сделал пару кругов над тропой, над собирающимся караваном. Уже утром выяснилось, что они направятся совсем не мне во след, а сначала обойдут несколько городков и городов Северного Мидлендса, и только потом заглянут в Цитадель Метамор. Две, а то и три недели до конечной цели. Я же оправлялся прямиком, так что, нам было не по пути.


В последний раз махнув им крыльями, я поднялся повыше и уже не отвлекаясь ни на что, полетел прямиком к Цитадели. Двое суток почти без сна, лишь немного отвлекся, подхватив и сожрав прямо на лету молодую косулю, удачно вышедшую на опушку. И к вечеру вторых суток, жутко усталый, плюхнулся в сугроб на верхней площадке родной башни.

Подняться с теплых камней и принять двуногую форму, было ну очень не просто. Засыпая на ходу, душераздирающе зевая, я бросил куда-то в угол походной мешок, накинул мантию и поплелся вниз по лестнице, к Электре.

Перед самой дверью, я в очередной раз солидно, что называется, с чувством, с толком, с расстановкой зевнул. И замер, так и не постучав - из-за неплотно прикрытой дубовой плахи донесся отрывок разговора:

- Не забывай, он более не человек. И его случай не такой, как у всех. Как правило, человеческое начало почти подавляет в морфах начало животное. Хотя бы по той причине, что у животных слабый, неразвитый разум. У дракона же разум куда как развит, и в данном случае естество дракона может доминировать, а естество человека вполне может быть подавлено.

Голос показался мне очень знакомым... и неудивительно! Не так уж и много в Цитадели драконов, настоящих драконов. Так что...

- Лазурно, ты, наверное, прав. Но чем это грозит? Что в итоге?

- Да собственно, ничем.  Кроме одного пункта. По драконьим меркам Сарош еще очень молод. Может быть, он уже зрелая личность, по человеческим меркам, но как дракон, он еще малыш.

- Малыш?!

- Ну... подросток. Но не более. А потому, нет ничего удивительного, что он иногда кажется несколько... чересчур эмоциональным, малость безответственным, в иных вещах. А временами ведет себя как ребенок.

Электра вздохнула:

- О-о-о... Ну, если это все, то не так уж и страшно. Если ты сам не заметил, то Цитадель буквально битком набита детишками. Почти четверть от всех нас. И в отличие от других, у него эта проблема со временем пройдет. А пока я бы хотела, чтобы он меньше витал в облаках, а больше учил заклятья.

Лазурно засмеялся:

- Уж в том, что эта проблема у него пройдет сама собой, ты права! А облака... Присмотрись, все не так плохо. Витать-то Сарош витает, но о своих обязанностях помнит. К работе он относится очень серьезно.

Теперь засмеялась и Электра:

- Относится очень серьезно, ко всему, кроме ученичества. Что ж... потерплю. Надеюсь только, он повзрослеет раньше, чем я умру от старости...

Улыбнувшись, я решил войти именно сейчас, пока они не начали, хм... Мда. Иначе говоря, я постучал.

«Здравствуй Электра. Я вернулся с отличными новостями!»

И услышал удивленное и немного смущенное:

- Дверь открыта, Сарош. Входи.

В щелку я увидел как Электра вздрогнув, отстранилась от Лазурно, а хитрый дракон, увидев открывающуюся дверь, только улыбнулся и подмигнул мне.

- Что-то ты быстро вернулся, - быстро продолжила магичка.

 «Привет, Лазурно. Извини, что помешал, вернувшись так скоро, но по пути я встретил одного человека и не утерпел - поторопился сообщить вам о нашей встрече. Как думаете, кого я встретил?»

Электра улыбнулась:

- Сида?

А на мой недоуменный взгляд только рассмеялась:

- Ты промыслил хорошо узнаваемый образ, вместе с вопросом. Поздравляю, тебе все лучше и лучше удается передавать не только слова, но и образы. Как скоро он прибудет?

 «Две или три недели. Он идет с караваном нашей кэптанши».

- Хорошо, - кивнула она. - Я подготовлю ему твою старую комнату. И сообщу Магусу, что Сид скоро прибудет. А теперь, Юный Дракон Длинные Уши, поскольку ты все еще насквозь пропитан древней магией, а нам совсем не нужен Магус с колючками вместо меха или Пости с кустом шиповника вместо хвоста, постольку вот тебе приказ наставника! Поднимись в свою башню, отдохни, а завтра с рассветом возьми меч, походной мешок, уточни у ДеМуле маршрут и отправляйся на помощь скаутам!

 «Будет исполнено в точности, Грозная Госпожа!» - скрывая улыбку, склонил я голову и, помахав на прощанье Лазурно, покинул лабораторию.


Перевод - Claw Lyne.

Литературная правка - Дремлющий.

Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Ссылки: http://metamorkeep.com/stories
Похожие рассказы: Terry Spafford «Цитадель Метамор. История 57. Поверь и в путь», Галина Полынская «Шандола», Мирдал «Краденый сон»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален