Furtails
Anonymous_Pegasus
«Муки сердца (том первый)»
#NO YIFF #копытный #MLP #грустное #верность #насилие #романтика #трагедия #фентези #магия
Своя цветовая тема

Автор: Anonymous_Pegasus

Переводчик: kaze_no_saga

Оригинальный текст: http://www.fimfiction.net/user/Anonymous+Pegasus


Беты (редакторы): Pifon


Фэндом: Мой маленький пони: Дружба - это магия

Основные персонажи: Чейнджлинги (Перевёртыши, Оборотни)


Пэйринг или персонажи: Куно/Варден


Рейтинг: PG-13

Жанры: Романтика, Драма, Психология

Предупреждения: Насилие

Размер: Макси, 92 страницы

Кол-во частей: 16

Статус: закончен


Глава 1: В плену


Еще одна капля крови скатилась на землю из носа ченджлинга. В ее ушах звенело, голову ломило, а голубые глаза были залиты туманом и не могли сфокусироваться. Имев несчастье оказаться почти в эпицентре взрыва любви, молодой ченджлинг испытала на себе большую часть его мощи.


Она называла себя Куно — именем из далеких земель за океаном. И сейчас Куно была в беде. Она лежала в открытом поле, на боку, ее нос кровоточил, в ушах стоял неприятный звон, и каждая кость в теле нестерпимо ныла. Болели глаза, болела голова, болели плечи, крылья, видимо, были покалечены, и запасы энергии подходили к концу. Ченджлинг чувствовала, как из носа сочится кровь. Еще один засохший красный ручеек вел к ее уху.


Тело казалось тяжелым, отказывалось двигаться и было слишком покалечено, чтобы изменить внешность. Для ченджлинга практически невозможно изменить внешний вид поврежденной части тела, будь то глубокая ссадина, перелом, порез или даже сильный ушиб. Куно была уверена, что в таком состоянии она может и думать забыть о превращениях минимум на два-три дня.


И вот она лежит уже черт знает который час, в середине поля, у всех на виду. Судя по цвету неба, приближался вечер — но какой по счету? Сколько она уже провалялась тут, в траве?


Ее мучил голод — особый голод, известный только ченджлингам. Ей нужно было питаться чьей-нибудь любовью, но как этого добиться в таком состоянии — оставалось для молодого ченджлинга загадкой. Даже голод не помогал хотя бы приблизительно определить, сколько прошло времени. Куно испытывала такой же сильный голод лишь однажды за свою относительно недолгую жизнь — во время своего путешествия на торговом судне к берегам Эквестрии. На корабле не было влюбленных, и никого не привлекала Старстрик, в облике которой ченджлинг отправилась в путешествие. Голод мучил ее всю дорогу, и по прибытии она первым делом направилась в ближайшую больницу и заняла место больного раком. Удивительно, сколько любви пони дарят тем из них, кто собирается переступить порог смерти.


Истощенная после взрыва любви, Куно так и не могла определить, пролежала ли она на одном месте несколько часов или несколько дней. Даже ее раны не излечивались — очень плохой знак. Регенерация ченджлингов напрямую зависит от количества получаемой ими любви. Травма, которая отправит обычного пони в больницу на месяц-другой, будет всего лишь досадным неудобством на пару дней для сытого ченджлинга.


С тихим стоном Куно попыталась пошевелиться. Резкая вспышка боли раздалась в плечах и огнем прокатилась по крыльям. Сознание наполнили смутные воспоминания неконтролируемого полета и столкновения с землей. В костях чувствовалось знакомое свежее, прохладное ощущение недавнего исцеления — как мятный леденец, только не во рту, а во всем теле. Видимо, на это и ушла большая часть оставшейся энергии.


Куно почувствовала толчок и, оскалившись, попыталась отодвинуться. Медленно, очень медленно ей удалось повернуть голову и увидеть, что ее потревожило.


Глаза ченджлинга распахнулись в ужасе при виде Королевского Стражника, держащего копье в паре сантиметров от ее лица.


Ей конец. Больше ничего нельзя сделать.


Куно негромко вздохнула и расслабилась, продолжая смотреть на стражника из-под полуприкрытых век. Больше ничего нельзя сделать. Ей конец.


Стражник неподвижно стоял на месте, сверля ее взглядом свих голубых глаз из глубины шлема. Его металлическая броня сияла на солнце ослепительно, почти болезненно ярко. Из-под шлема виднелась влажная от пота голубая грива.


Куно кинула последний взгляд на своего безымянного палача и закрыла глаза, приготовившись встретить свой конец.


Прошло несколько долгих секунд, и ченджлинг почувствовала толчок в плечо — стражник тыкал ее древком копья, стараясь привлечь ее внимание.


Куно медленно открыла глаза и уставилась на стражника, не понимая, что ему еще нужно. Его рот открывался и закрывался, но совершенно беззвучно.


У Куно ушло несколько секунд, чтобы наконец понять — она оглохла.


Превозмогая боль, ченджлинг попыталась поднять копыто.


Стражник произнес еще что-то, на этот раз гораздо более агрессивно. Древко копья обрушилось на голову Куно, и пустота поглотила ее.


Сознание медленно возвращалось. С тихим стоном Куно попыталась приоткрыть глаза. Теперь, вдобавок ко всему, у нее на голове была огромная шишка.


Быстрый осмотр окружения показал, что она лежит на некотором подобии койки — доски, подвешенной к деревянной стене. На койке лежала простыня и грубое одеяло. Пол был голым, неошкуренным и блестел, как будто его недавно протирали. На полке неподалеку стоял кувшин с водой и кружка, а также миска с какой-то незнакомой ченджлингу едой.


Помимо этого в комнате обнаружилась дверь — видимо, из цельного дуба, и окно — слишком маленькое, чтобы пытаться через него выбраться. Стекла в окне не было, зато в раму было вбито деревянное перекрестие.


Куно потянулась, размяла крылья и со стоном поднялась с койки. Сжав зубы, ченджлинг заставила себя устоять на негнущихся налитых болью ногах и приковыляла к двери.


Куно попыталась толкнуть дверь. Та немного поддалась, но сразу уткнулась в какое-то препятствие. Засов. Или замок. Куно с почти физической болью осознала, что не услышала звука удара.


Оставив дверь в покое, она подошла к полке с едой.


Обнюхав сосуд с жидкостью, ченджлинг убедилась, что там была простая вода. Если туда чего-то и подмешали — этого не ощущалось.


Наклонив голову, она начала лакать воду высохшим языком. Конечно, удобней и цивилизованней было бы использовать чашку, но Куно никогда не нравилось, как чашки цепляются за ее клыки.


Дальше была… еда. Или что там было в соседней миске. Пахло едой. Куно поморщилась, понюхав коричневое месиво. Она не ела обычной еды уже несколько недель. Для ченджлинга еда — как вода для пони. Она может помочь выжить, продержаться, но ей не насытишься.


Страдальчески вздохнув, Куно придвинула миску поближе, морщась от боли в мышцах, и поднесла ее ко рту. Ей вспомнилось, что это блюдо зовется «тушеные овощи». Там действительно были кусочки овощей и фруктов, а также один стебель сельдерея, наполовину торчащий из миски.


Куно еще раз поморщилась, но взяла сельдерей и положила в рот, жуя с отрешенным видом.


Нижняя половина стебля была мягкой и разбухшей, зато верхняя оказалась свежей и хрустящей. Покончив с сельдереем, Куно уставилась на миску и с неизвестно откуда нахлынувшим голодом набросилась на еду.


Закончив, она вздохнула и поставила миску на место. Ченджлинг попыталась встать, но внезапно мир вокруг закрутился. Куно споткнулась и с удивлением упала на живот. Конечно, все ее тело все еще болело, но тут дело было явно не в этом. Спустя несколько секунд она пришла к очевидному выводу — в еде было снотворное.


Затем она заснула.


Куно очнулась от ощущения движения. Приоткрыв глаза, она увидела небо и лес. Ченджлинг лежала на соломенной подстилке в какой-то маленькой тачке. Она не могла поднять голову и посмотреть, кто ее везет, однако она видела деревянный сарай, в котором ее держали. Тачка подскочила, и они оказались в доме.


Полубессознательного ченджлинга везли вдоль стен, обитых темным деревом, по длинному коридору. Потом они повернули в комнату, и тачка остановилась.


Куно почувствовала прикосновение копыт. Какой-то сильный пони поднял ее и — на удивление бережно — положил на кровать. Скорее всего, это был тот самый стражник, который нашел ее в поле, хотя она не была уверена на все сто процентов. Снотворное еще действовало, и она не могла пошевелиться. Мало кому известно, но большинство наркотических веществ — в том числе снотворных — действуют на ченджлингов несколько иначе. Их иммунная система и уникальная биология практически полностью нейтрализуют большинство ядов и токсинов. Конечно, не полностью: снотворное, учитывая ее текущее плачевное состояние, действовало скорее как сильный паралитик, однако не заставило ее полностью потерять сознание.


Прошло добрых пятнадцать минут, прежде чем Куно смогла пошевелиться. Повернувшись набок, она обнаружила, что ее новая комната выглядит гораздо приличнее. В углу комнаты стояла раковина, деревянная полка с кружкой, зарешеченное окно и даже большое зеркало. Кровать была изначально встроена в стену как цельная деревянная конструкция. На кровати лежал тонкий матрас, простыня, одеяло и подушка.


Куно проигнорировала окно — решетка была слишком узкой, чтобы пытаться протиснуться — и направилась к зеркалу.


Из-за стекла на нее уставился весьма побитый жизнью ченджлинг. Синяки под глазами, высохшая кровь на носу и ушах, и куча грязи по всему телу. Куно до смерти хотелось найти ванну и отмыться, но об этом пока можно и не мечтать.


Ченджлинг задумчиво осмотрела зеркало, остановилась, затем наклонилась и осмотрела пол под ним. На полу обнаружилась пыль и остатки в спешке подметенных опилок. Нахмурившись, Куно опустила копыто на зеркало и наклонилась вбок, чтобы посмотреть, где оно встречается с отражением. Между ними не было ни миллиметра. Куно знала, что нормальные зеркала работают иначе. Если прислонить копыто к обычному зеркалу — то между ним и отражением всегда останется какое-то расстояние. Значит, это было магическое зеркало. Магические зеркала использовались по нескольким причинам: они не запотевали от пара, они не пачкались и не мутнели, они никогда не разбивались и, что важнее всего в текущей ситуации, они могли быть использованы как односторонние зеркала.


Куно нахмурилась, размышляя, кто может быть с той стороны. Очевидно, кто-то хотел следить за ней, оставаясь незамеченным.


Фыркнув, ченджлинг отвернулась от зеркала и направилась к раковине. Раковина была сделана из керамики и укреплена железными болтами. От раковины вела труба, исчезающая в стене дома и ведущая куда-то наружу. Куно повернула кран и была вознаграждена потоком свежей холодной воды.


Не теряя времени даром, она умылась, обрызгивая лицо водой и прогоняя остатки сонливости. Оттерев засохшую кровь с носа и ушей, ченджлинг вытерлась наволочкой. Чувствуя себя меньше похожей на дикое животное и больше на цивилизованное существо, Куно вернулась к зеркалу и прижала углы влажной наволочки к верхнему его краю. Подождав, пока наволочка прилипнет к стеклу, она отпустила ткань и шагнула назад, любуясь своей работой. Наволочка провисит там еще несколько минут, пока вода не высохнет, но главное — ей нравилось считать, что она этим мелким фокусом выводит неизвестного наблюдателя из себя.


Разобравшись с зеркалом, Куно подошла к окну и, поставив копыта на подоконник, выглянула наружу. Ее взгляду предстал замечательный сад с мощеными камнем дорожками, розами, яркими цветами, кустами, деревьями и даже странного вида лианами. Чуть вдалеке виднелись грядки со стройными рядами помидоров и клубники. Дальняя сторона сада упиралась в подножие горы. Склоны горы были покрыты лесом и, хоть Куно и не была уверена, но, видимо, этот дом стоял у подножия горы, на которой расположился Кантерлот. Значит, они ни в Понивилле, ни в Кантерлоте.


Ченджлинг нахмурилась, пытаясь заставить свой замутненный мозг сложить все факты воедино. Она ни разу не видела других стражников. Был только один — тот, который ее нашел. Тогда почему он не сдал ее страже в Понивилле, или сразу в Кантерлот?


Куно подскочила и вскрикнула, почувствовав неожиданный толчок в бок, и, потеряв равновесие, свалилась на пол. Поднявшись, она уставилась на стражника. Он вошел, пока она смотрела в окно, и она его не услышала. Стражник был в полном комплекте брони и с копьем наперевес. В одном копыте он держал ошейник с замком. Куно уставилась на ошейник.


Стражник что-то сказал, протягивая его ей.


Куно прижала уши и наклонила голову. Почувствовав ошейник на шее, ченджлинг оскалилась, но предпочла не сопротивляться. Стражник застегнул ошейник и Куно почувствовала — но не услышала — щелчок замка. От ошейника к копыту ее тюремщика шла веревка — видимо, чтобы у нее не было возможности улететь.


И теперь он ее куда-то тащил. Куно отправилась за стражником, не сопротивляясь, но и без удовольствия. Что бы ее ни ждало — у нее нет выбора.


Ченджлинг проследовала за белым пони через небогатый, но уютный дом в ванную. Стражник уселся около двери, приглашая ее войти внутрь и заняться своими делами, но при этом не упуская ее из виду.


Куно с радостью воспользовалась предложением, наполнив ванну водой и оттирая грязь со своего хитина обнаруженной неподалеку губкой. Прохладная вода и вновь обретенная чистота освежили разум и тело. Мыло пахло как-то подозрительно, так что Куно обошлась водой и губкой. Минут десять спустя она вылезла из ванны и вытерлась обнаруженным там же чистым белым полотенцем, которое после этого стало заметно коричневее.


Оставив полотенце на полу, Куно вышла из ванной, чувствуя себя гораздо лучше.


Стражник, одним движением сократив поводок — и свободу ченджлинга — вдвое, кивнул головой вперед и что-то сказал.


Куно посмотрела на него, кивнула и пошла вперед, в большую комнату. В комнате был накрыт обед на двоих — на противоположных концах стола. С каждой стороны стояла тарелка супа и кусок хлеба.


Стражник закрепил поводок на столбе около стола с помощью карабина и еще одного замка, затем обошел стол, снял шлем, прислонил копье к стене — как можно дальше от пленного ченджлинга, и занял свое место.


Куно посмотрела на стражника, на стол, и пришла к выводу, что второе место предполагалось для нее. Отодвинув стул и сев, она бросила взгляд на пони на противоположном конце стола, ожидая одобрения.


Стражник вежливо кивнул.


Куно протянула копыто и взяла хлеб. Разломив его пополам, она начала выковыривать и задумчиво жевать белую мякоть, подтолкнув вторую половину на другую сторону стола.


Стражник оценивающе оглядел ченджлинга, взял свою половину хлеба и, не отрывая взгляда от пленника, отломил кусок и обмакнул в суп.


Выковыряв большую часть мякоти, Куно налила внутрь хлеба немного супа и начала понемногу есть получившееся блюдо. Не слишком сытно, но все-таки еда. За неимением доступа к любви пища поможет ей продержаться хоть немного дольше.


Стражник тем временем продолжал пристально следить за ней, как будто ожидая, что она в любую секунду попробует осуществить какой-нибудь безумный план побега.


Куно просто продолжала свою скромную трапезу.


Некоторое время спустя она заметила, что белый пони пытается ей что-то сказать. Она подняла взгляд и беспомощно помотала головой.


— Я не слышу, — сказала она, продолжая есть.


Заметив, что ее собеседник продолжает что-то говорить, она опять покачала головой и подняла копыто, прерывая его.


— Я действительно ничего не слышу, — сказала Куно, вздыхая, — Я повредила уши. Я ничего не слышу с тех пор, как очнулась на поле.


Пони захлопнул рот, и ченджлинг посчитала, что на этом беседа закончена. Минутой позже, однако, у нее под носом оказался блокнот.


«У тебя есть имя?»


Куно подняла взгляд на пони и нахмурилась. Он стоял рядом, с копьем наготове, готовый действовать при первом признаке опасности.


— Меня называют Флитвинг, — без задней мысли солгала Куно. Она не была уверена, но вроде бы ее голос прозвучал хрипло.


Блокнот исчез и появился с новой надписью.


«Меня зовут Варден. Не пытайся сбежать»


Куно закатила глаза.


— Ошейник, цепи, запертые двери и одностороннее зеркало уже успели намекнуть мне, что я тут в плену.


Пони отвернулся, и Куно обратила внимание, что он — пегас. Странно. Волшебное зеркало в ее «камере» явно поставили недавно, однако ее тюремщик — не единорог.


— Вас здесь много? — спросила Куно.


Пони остановился, посмотрел на нее через плечо, затем вернулся с блокнотом.


«Нас очень много. Не пытайся сбежать»


— Ты уже это говорил, — сказала Куно со страдальческим вздохом, — и я тебе не верю. Меня нашел именно ты, ты же перенес меня в ту комнату, и сейчас ты стоишь тут передо мной. Я думаю, ты тут один. Но я все равно не могу понять, почему ты не сдал меня в Понивилль или в Кантерлот…


Куно с удовольствием отметила выражение удивления и замешательства, промелькнувшее на лице Вардена при этих словах. Было приятно поймать его врасплох.


Вместо прямого ответа пегас написал на блокноте что-то еще и положил перед Куно маленькую красную таблетку.


«Не заставляй меня применять силу»


Куно посмотрела на таблетку, потом опять на пони.


— Это опять твое снотворное?


Стражник кивнул и дописал пару строчек.


«Это подавитель магии. Видимо, у него странные побочные эффекты на ченджлингов»


Куно нахмурилась. Она слышала об этих подавителях магии: специальные вещества, которые добавляют в еду или воду пленным единорогам и, как выяснилось, ченджлингам. Нахмурившись еще сильнее, Куно взяла таблетку и проглотила, поморщившись.


Стражник приподнял бровь.


Ченджлинг закатила глаза и открыла рот, показывая, что не прячет таблетку под языком или за щекой, после чего получила разрешение закрыть рот.


Уже через несколько секунд ей захотелось спать. Веки налились свинцом, и она положила голову на стол. Перед ней вновь появился блокнот, но тьма уже накрыла ее, и Куно провалилась в сон.


Глава 2: В ошейнике


Куно проснулась в своей комнате и уставилась в деревянный потолок. Голова ченджлинга все еще гудела от подавителя магии, и ее немного тошнило.


С глубоким стоном Куно скатилась с кровати, приземлилась на дрожащие ноги и встряхнула голову, приводя мысли в порядок. Обстановка комнаты немного изменилась: у окна появился деревянный стул и стол со стопкой книг.


Куно подошла к столу и стала перебирать цветные обложки. Приключения, романы, фантастика, история… Множество разных книг. Особенно много романов про Дэринг Ду.


Что все это значит? Куно оказалась в замешательстве.


Солдат королевской стражи поймал ее и, видимо, держит у себя дома. Это не тюремная мебелировка — она уверена. Куно всю жизнь старалась держаться подальше от тюрем и всего с ними связанного. Но — деревянная комната, недавно установленное одностороннее стекло, окно с видом на сад и… ошейник? В тюрьмах так не бывает.


И, насколько Куно знала, установить такое зеркало может только единорог. Получается, Варден это все устроил только для того, чтобы держать ее здесь? Если бы Королевская Стража знала о том, что она здесь, совершенно беспомощная — ее бы уже давно отвезли в Кантерлот и публично казнили. Или, как минимум, изгнали бы из Эквестрии.


Однако она все еще здесь. Если Варден действительно единственный ее тюремщик — ему пришлось связаться с каким-нибудь единорогом, чтобы установить зеркало. Слишком много хлопот ради одного маленького ченджлинга. И еще он принес эти книжки, чтобы она не скучала. Можно подумать, он беспокоится о ее душевном здоровье.


Ее размышления были прерваны появлением тени на полу перед ней. На этот раз она была готова к прикосновению и не вздрогнула. Под носом ченджлинга появился блокнот.


«Я ухожу до вечера. Не пытайся сбежать»


Куно уже хотела предложить Вардену заказать блокнот с «Не пытайся сбежать» в конце каждой страницы, как заметила еще одну строчку.


«Пока меня не будет, можешь использовать любые комнаты. Тебе требуется что-нибудь особенное?»


Куно посмотрела на стражника и, моргнув, переспросила:


—… Особенное?


Стражник кивнул.


— В плане… питания? — уточнил сбитый с толку ченджлинг.


Еще один кивок.


Куно горько рассмеялась.

- Можешь принести мне пони, из которого я буду сосать любовь. Больше, кажется, ничего. Я буду слабеть и вскоре умру, чем бы ты меня не кормил. Хотя, можешь достать мне ошейник получше. С колокольчиком.


Стражник озадаченно оглядел ее сверху вниз, пытаясь понять, шутит она или говорит всерьез, развернулся и вышел с озадаченным выражением лица.


Куно шагнула вперед и приложила копыто к двери как раз вовремя, чтобы почувствовать щелчок замка. Затем она легла на пол и перекатилась на спину, расправив крылья. Ченджлинг замедлила дыхание, закрыла глаза и сосредоточилась. Не слышать ни звука было очень непривычно, но она все еще могла почувствовать вибрации от шагов Вардена мембранами крыльев.


Куно «услышала», как Варден прошел до конца коридора, остановился, и, немного погодя, пошел обратно. Когда дверь открылась, Куно уже лежала на животе, с любопытством глядя на стражника.


Одним копытом он придерживал копье, а другим протягивал ей конец веревки.


Страдальчески вздохнув, ченджлинг потянулась к ошейнику и нашла замок. Шагнув к Вардену, она позволила тому прикрепить веревку. Стражник защелкнул замок и поднял второй конец поводка. Куно просеменила за пегасом в зал, где они вчера обедали. Прицепив веревку к железному кольцу около ванной и закрыв второй замок, Варден надел шлем, оглянулся еще один раз и вышел из дома.


Очень скоро Куно обнаружила, что стражник все предусмотрел. Длина веревки позволяла пользоваться ванной, частью кухни, добраться до обеденного стола и, если очень постараться — дотянуться до одного из подоконников.


Все шкафы и полки на кухне были пусты, в ванной — тоже (за исключением пары бутылок с подавителем магии — эдакая садистская шутка), и все, что можно было использовать как оружие или инструмент для освобождения, было убрано подальше.


Так что Куно сделала то единственное, что может сделать ченджлинг в сложившейся ситуации.


Она набрала ванну горячей воды и расслабилась в ней с половинкой таблетки подавителя в качестве болеутоляющего.


Нежась в ванне, Куно решила дать шанс странно пахнущему мылу, но в итоге была вынуждена изрядно поработать мочалкой, чтобы избавиться от непонятного запаха. Затем она закрыла глаза и задремала. Принятая ей половина таблетки притупила все чувства, и заглушила боль в основании крыльев и в голове. Время пролетело незаметно, и вскоре она почувствовала толчок древком копья.


Куно приоткрыла глаза, увидела Вардена и что-то пробурчала, давая знать, что проснулась. Все еще сонная, она неловко выбралась из ванны.


Варден помог ей устоять на ногах и накинул на плечи полотенце. Вытеревшись, Куно с удовлетворением обнаружила, что на этот раз полотенце осталось чистым — если не считать пары светло-коричневых пятен по углам.


Варден все это время пристально следил за ней сквозь дверной проем.


Подождав, пока она закончит, он отвел ее к столу. На обед снова были тушеные овощи с хлебом. Куно сидела со своей стороны стола, мрачно жуя свой хлеб. Веревка была немного коротковата и весела над полом, давя на ошейник. Это раздражало. Каждый раз, когда веревка покачивалась, у Куно создавалось впечатление, что кто-то тянет ее за шею.


Куно закончила есть и смотрела, как Варден доедает свою порцию.


— Итак… Зачем ты меня здесь держишь? — спросила она.


Уши Вардена дернулись, и он ответил ей неловким взглядом, прежде чем вернуться к еде.


— Многозначительное молчание ни к чему не приведет, знаешь ли. Я и так ни черта не слышу, — заметила Куно, гоняя по пустой тарелке корочку хлеба.


Варден снова посмотрел на нее и сжал губы. Отставив тарелку, он вышел из-за стола и вернулся с блокнотом. Написав на нем что-то, он толкнул блокнот через стол.


«Нашел тебя в поле»


— Да ладно? — отозвалась Куно с ядовитым сарказмом.


Пегас помрачнел и написал еще что-то.


«Ты — ченджлинг»


— Твоя наблюдательность выше всяких похвал! — Куно восхищенно покачала головой.


«Не мог оставить тебя там»


— Ну, это понятно, — признала Куно, постукивая копытом по столу, затем указала этим же копытом на окружающую комнату: — Но это не тюрьма. Не настоящая тюрьма. Ты тут единственный стражник, и это, — она постучала по ошейнику, — не похоже на тюремную робу. Почему ты держишь меня в тайне от Стражи?


Стражник выглядел разочарованным тем, что ей удалось так просто сложить два и два. После долгой паузы он продолжил писать, подолгу раздумывая над каждым словом.


«Они убьют тебя»


Куно кивнула:


— Да, скорее всего.


«Не могу этого допустить»


— Можешь, конечно. — Куно помахала копытом в воздухе, — Еще удивишься, как это просто получится.


Куно не услышала, но всем телом почувствовала удар белых копыт по столу. Пегас стоял над столом, и, сощурив глаза, не мигая смотрел на нее.


— Ты действительно так беспокоишься обо мне? — задумчиво спросила Куно, — Я всего лишь ченджлинг. Не сомневаюсь, твоя совесть простит тебе смерть одного ченджлинга.


Варден нахмурился, затем покачал головой и написал в блокноте всего одно слово:


«Нет»


Куно посмотрела на блокнот и помрачнела.


— И что, ты собираешься держать меня здесь? Вечно? Ты же понимаешь, что таким образом ты убьешь меня точно так же, как кантерлотская стража?


Пегас сел на место и продолжил обед. Некоторое время спустя он с грустным видом кивнул.


— Тогда отпусти меня! — сказала Куно.


В ответ пегас отрешено покачал головой.


Зарычав, Куно отодвинулась от стола и отвернулась, давая понять, что разговор окончен.


Несколько минут спустя она почувствовала прикосновение к плечу и повернулась, со злобой глядя на пегаса.


— Убийца.


Варден сжал губы и махнул копытом с веревкой в направлении ее комнаты.


Куно вздохнула, позволила ему отвести себя в свою комнату, легла на кровать, фыркнула и закрыла глаза.


Щелкнул замок, и ошейник исчез с ее шеи. Что-то опустилось на кровать рядом с Куно, и она почувствовала, как закрылась дверь в комнату.


Через несколько минут она открыла глаза и обнаружила на своей подушке новый ошейник. Красивый красный ошейник с колокольчиком.


Ченджлинг вздохнула, подняла ошейник и задумчиво щелкнула копытом по колокольчику. Звона слышно не было.


Она надела ошейник и закрепила его на шее. Замка на нем не было, но Варден определенно повесит его перед тем, как в следующий раз вывести ее из комнаты.


Куно снова вздохнула, подошла к столу, взяла первую попавшуюся книгу и начала отречено листать ее, постукивая по колокольчику. По крайней мере, теперь она поймет, когда к ней вернется слух. Если вернется.


Что не будет иметь никакого значения, если она не найдет способ выбраться отсюда. Через неделю — или чуть больше, если регулярно питаться — она все равно умрет.


Глава 3: Планы


Куно смотрела на зеркало, постукивая по невесомому колокольчику и наблюдая, как он покачивается в отражении. Звона все еще не было слышно.


Вокруг нее на полу валялись книги, которые она дочитала и отбросила в сторону. Некоторые она даже прочитала дважды. И все равно ей было скучно. Она всегда быстро читала, и коллекции коротких историй подарили ей два-три часа развлечения, не больше. Удивительно, как медленно течет время, когда нечем заняться.


Куно уже пыталась изменить внешность, и ей это не удалось. Боль в ушах говорила о том, что они еще не полностью исцелились. Это хороший знак. Раз уши еще регенерируют — значит, слух может когда-нибудь вернуться. Мир казался странно пустым без звуков. Неприятно чувствовать свое дыхание, сердцебиение, но совсем не слышать их.


Прикосновение копыта к плечу опять застало ее врасплох, заставив подскочить на месте, и она разочарованно скрипнула зубами. Нельзя давать ему возможность так неожиданно подкрадываться.


Повернувшись, она посмотрела на Вардена. Впервые с момента их встречи он был без брони. Под ней обнаружился весьма привлекательный пони, которому очень шла некоторая неопрятность. Его грива и хвост были плохо причесаны, а взгляд был достаточно серьезным, чтобы вызывать доверие, но не настолько, чтобы быть слишком пугающим. Голубовато-синий оттенок гривы Вардена замечательно сочетался с его белой шерстью, создавая незабываемый образ.


Куно успела также обратить внимание на его кьютимарку — две лианы, взбирающиеся по деревянным жердочкам. Странная кьютимарка для королевского стражника. Ум ченджлинга ожил, обрабатывая эту новую информацию.


Почему кьютимарка стражника имеет отношение к садоводству?


Постепенно все детали мозаики начали вставать на места.


Нежелание Вардена причинить ей вред действием или бездействием — не совсем то качество, которым гордится Стража. Его сад: красивый, ухоженный, идеальный. Его суп, явно из домашних заготовок. Тот факт, что он живет в особняке у подножия горы, а не в бараках.


Все сходится!


Варден состоит в запасе Стражи.


Запас — часть стражи, городское ополчение, натренированное в боевых искусствах и призываемое к копью в случае чрезвычайных происшествий или военного закона. Ченджлинги, разбросанные по всей Эквестрии — происшествие чрезвычайнее некуда. Значит, Варден состоял в запасе, и его призвали. Но пегасу не хватило духу выполнить свой приказ, и теперь она здесь. Он не мог позволить ей остаться на свободе, но если бы он передал ее страже — ее бы казнили.


Куно заметила, что Варден пытается ей что-то сказать, и, моргнув, вернулась к реальности. У нее под носом появился блокнот.


«Пора обедать»


Убедившись, что пегас смотрит на нее, Куно кивнула и, задрав голову, подставила ему ошейник.


Варден моментально пристегнул к нему веревку и защелкнул замок. Поводок натянулся, и ченджлинг последовала за пегасом, прижав уши и с выражением крайнего недовольства на морде. Ей не нравилось, что ее водят туда-сюда как какого-то вьючного осла. Это унизительно.


Тем временем, в ее голове уже выстраивался план. Варден не был настоящим королевским стражником. Вояка по выходным. Коммандос на полставки. Значит, есть шанс, что он будет ошибаться, хотя пока ошибок за ним не наблюдалось.


В который раз веревка была пристегнута к железному кольцу в обеденной комнате. Пристально осмотрев веревку, Куно пришла к выводу, что это плотно сплетенный нейлон. Чтобы перегрызть ее, уйдут часы — не говоря уже о том, что можно перерезать себе все десны.


Размышления ченджлинга прервал запах еды, и с урчащим животом она направилась к столу. Обнаружив перед собой очередную тарелку супа и кусок хлеба, она поддалась дикому голоду.


Горячий суп и мягкий хлеб наполняли рот и желудок, но ничуть не утолили аппетит. Точно так же голодающий пони может пытаться насытиться дистиллированной водой. Это, конечно, то же что-то, но теперь голод чувствовался только сильнее.


«Ты в порядке?»


Куно с трудом разобрала текст на блокноте перед своим носом. Она затрясла головой, пытаясь избавиться от нахлынувшего из ниоткуда серого тумана. Когда она успела свалиться на пол? Или потерять сознание? Варден склонился над ней, кусая нижнюю губу.


Ченджлинг моргнула и попыталась подняться. Тело не слушалось, и она с трудом встала на копыта.


Зашатавшись, Куно чуть не упала, но сильные копыта поймали ее и помогли устоять на месте.


— Все в порядке, — пробормотала Куно, и попыталась оттолкнуть пегаса, но промахнулась и снова упала на пол. На этот раз было гораздо больнее. Она упала на одно из своих уже поврежденных крыльев, согнув его пополам, и с тихим криком завертелась, пытаясь высвободить его.


Два копыта подхватили ее и, после пары слабых протестов, Куно сдалась, отдаваясь на их волю. В ее голове сверкали вспышки от голода, который не может удалить никакая еда, и каждая вспышка врезалась в нее зазубренным ножом. Даже дышать становилось больно.


«Мне действительно суждено умереть вот так?» — промелькнула мысль в ее голове.


Куно так и не заметила, что ее куда-то несут. Веревка исчезла с ошейника, хотя сам ошейник и тяжелый замок остались на шее. Ее принесли в незнакомую комнату и положили на мягкую, теплую кровать с войлочной простыней.


Слабо пошевелившись, Куно попыталась подняться, но чье-то копыто прижало ее обратно к кровати. Другое копыто пробежало по копытам и шее, ища пульс.


— У-уши… — автоматически пояснила Куно. Серый туман уже начинал плести свои узоры перед глазами.


Копыто сместилось к ушам, где хитин был тоньше всего, и нащупало слабый пульс.


— Я… я в порядке… — пробормотала ченджлинг, делая еще одну попытку подняться.


«Нельзя позволить ему видеть меня слабой. Я сильная. Если мне и суждено умереть от голода — я умру с честью» — подумала она


Но где-то глубоко в душе Куно чувствовала, что это только начало. Голод будет становиться все хуже и хуже. Впереди еще не меньше недели агонии.


— Ни черта ты не в порядке! — прозвучал голос откуда-то издалека. Копыто опустилось на ее плечо и вновь прижало ее к кровати.


Звон колокольчика, трение хитина и шерсти о войлок… Звуки наполнили голову ченджлинга. Я снова слышу! Звуки были приглушены, как будто между ней и окружающим миром стояло толстое стекло. Но я снова слышу!


Куно расслабилась и осталась неподвижно лежать на кровати, позволяя пегасу делать, что тот сочтет нужным.


— О Богиня… Какого черта тебя принесло в это треклятое поле?! — простонал пегас и поднялся, почти в панике глядя на ченджлинга.


Куно не ответила ему даже взглядом — она старалась не подавать виду, что к ней вернулся слух. Вместо этого она сосредоточилась на изучении комнаты. Комната была небольшой, чистой, без лишней мебели. У стены стоял книжный шкаф, а ближе к окну — комод. На комоде виднелись массивные заводные часы, какой-то желтый цветок в горшке и фотография в посеребренной рамке. На фотографии молодой Варден обнимал какую-то земную пони. Они улыбались и выглядели счастливыми.


Варден перехватил взгляд Куно и опрокинул фотографию картинкой вниз, проворчав что-то неразборчивое.


— Просто… просто лежи тут, — пегас помахал копытом, чтобы привлечь ее внимание.


Когда ченджлинг повернулась к нему, он повторил одними губами «Лежи тут!» и сделал соответствующий жест.


Несмотря на резкую боль в животе, Куно чуть было не рассмеялась.


Пегас убежал на кухню, оставив ее в одиночестве. Шум кухонных шкафов еле достигал больных ушей ченджлинга, но она понимала, что времени у нее немного.


Бегая глазам по комнате, она призвала оставшиеся силы и поднялась с кровати.


Короткий шаг и прыжок позволили ей дотянуться до комода и опрокинуть его.


Комод упал прямо ей на спину, и она закричала от резкой боли, стараясь выкарабкаться. Тяжелые часы упали на пол, разбившись дождем пружин и шестеренок. Цветочный горшок постигла та же участь, и пол оказался покрыт грязью вперемежку с осколками керамики. Один из ящиков комода вывалился наружу, добавляя к месиву на полу пакеты с различными семенами.


Несколько долгих секунд спустя комод был поднят на место, и два сильных копыта в очередной раз подняли ее с пола.


— Я в порядке… В порядке… — Куно сопротивлялась как могла, слабо отпихиваясь от белого пегаса.


В итоге ченджлинг вновь оказалась на полу, чувствуя на себе неодобрительный взгляд Вардена.


Когда тот вновь ушел, Куно осталась лежать на месте. Когда пегас вернулся с тарелкой супа и принялся кормить молодого ченджлинга с ложечки, Куно уже успела спрятать самую большую пружину из часов, которую смогла найти, под здоровым крылом таким образом, что вес хитина удержит ее на месте, пока она не потребуется.


Глава 4: Осуществление


Куно смотрела на темную стену своей комнаты.


Варден принес ее сюда из своей спальни около часа назад. Она притворилась спящей и тихо радовалась своим возвращающимся силам. Боль в желудке поутихла и теперь была вполне терпимой. Двигаться все еще было неприятно, но она лечилась. И она становилась сильнее.


Похоже, пегас привязался к своей заключенной больше, чем ему казалось.


Большую часть последнего часа Куно простояла у стены напротив зеркала, каждой частичкой своего тела прислушиваясь к перемещениям Вардена по дому. Она была практически уверена, что он только что отправился спать. Нужно удостовериться, что он не следит за ней через зеркало.


Убедившись, что Варден лег спать, Куно перевернулась и слезла с кровати. Расправив крыло, она приподняла его копытом и потянула за основание, высвободив пружину. Ченджлинг поморщилась, осматривая неприятного вида вмятину на мембране крыла. Ее крылья на самом деле гораздо прочнее, чем кажутся на первый взгляд. Хоть в центре они и хрупкие, их края бывают настолько твердыми, что некоторые ченджлинги даже затачивают их и используют как оружие.


Добыв пружину, Куно начала длительный процесс ее разгибания. Со временем короткая пружина превратилась во внушительной длины стальную проволоку. Ченджлинг удовлетворенно хмыкнула. Чем больше — тем лучше!


Кое-как выпрямив проволоку, она начала сгибать и разгибать ее, раз за разом, пока сталь не поддалась и проволока не сломалась пополам. Повторив процесс еще дважды, Куно оказалась счастливой обладательницей четырех приблизительно одинаковых стальных прутиков.


Сложив каждый из них пополам, она начала с помощью своих зубов, копыт и края раковины придавать им желаемую форму. Удовлетворенная результатом, она внимательно осмотрела плоды своих трудов и выбрала два лучших, спрятав их обратно под крыло.


Два оставшихся исчезли под матрасом.


— Одни найдет — другие останутся… — прошептала Куно — не столько ради драматического эффекта, сколько просто потому, что хотела услышать собственный голос.


Спрятав запасные отмычки, ченджлинг улеглась на кровать и начала возиться с замком, все еще висящем на ее ошейнике. Пожалуй, это первая ошибка Вардена — дать ей возможность узнать свой замок получше. Ему следовало каждый раз забирать его с собой.


Устроившись поудобнее, Куно достала два куска проволоки и на ощупь вставила их в замочную скважину. Потребуется не один час, чтобы методом проб и ошибок подобрать правильную комбинацию нажатий, но у нее в запасе вся ночь и масса терпения.


К утру ей удалось успешно открыть замок в пятый раз. Ченджлинг неплохо освоилась с отмычками, и последняя попытка заняла меньше пяти минут. Этот успех, однако, стоил ей одной отмычки — она сломалась, когда Куно повернула ее слишком резко.


Увы, больше времени на практику не оставалось. Сияние Селестии уже разгоралось на востоке, и ей пора было заканчивать.


Достав две запасных отмычки, она выбрала ту, что получше, и спрятала обратно под крыло вместе с той, что пережила ночные эксперименты. Взяв последнюю отмычку и остатки сломанной, она повернулась к зеркалу и продолжила ковыряться в замке.


Куно не знала, сколько ей пришлось лежать в таком виде и разыгрывать спектакль со взломом. Загнав сломанную отмычку поглубже и заклинив ее, ченджлинг продолжила делать вид, что отчаянно пытается вытащить ее.


Дверь в комнату распахнулась, и Куно на долю секунды напряглась всем телом, но сразу же заставила себя успокоиться. С трудом подавив инстинктивное желание повернуться на звук, она вновь сосредоточилась на замке, продолжая симулировать полную глухоту. Ее копыта упорно двигали отмычки туда-сюда, будто бы изо всех сил стараясь открыть его.


Копыто коснулось ее плеча, и она вскрикнула, поворачиваясь и пряча копыта с отмычками под себя, стараясь представить себе какую-нибудь позорную ситуацию. Сцена с Варденом, застающим ее в кровати с копытом между задних ног вкупе с ее богатым на детали воображением сработала, и ченджлинг немного покраснела.


— Я-я ничего не делала! — слабо запротестовала Куно, очевиднейшим образом пытаясь спрятать отмычки под матрас. — Эта штука такая тяжелая!


Варден хмуро посмотрел на нее и указал копытом на торчащие из замка остатки отмычки.


— Никогда не умела взламывать замки, — надувшись, сказала ченджлинг.


Варден фыркнул и молча протянул копыто.


Глубоко вздохнув, Куно нарочито медленно вытащила орудия преступления из-под матраса и со злобным видом передала их пегасу, после чего, фыркнув, отвернулась.


— Откуда ты…


— Если ты и пытаешься мне что-то сказать — то я все равно ничего не слышу, ты забыл? — проворчала ченджлинг, не оборачиваясь.


Что-то прорычав, Варден развернулся и вышел. Дверь захлопнулась, щелкнул замок. Куно хихикнула.


Через минуту пегас вернулся и пихнул ей под нос блокнот.


— Я не собираюсь это читать, — отвернулась она.


Ощутимый толчок в плечо заставил ее оглянуться и огрызнуться. Варден прижал блокнот почти к самому ее лицу.


«Откуда ты их достала?»


Блокнот исчез, и Куно уставилась на озлобленно сложившего копыта пегаса.


Фыркнув, она опять отвернулась. Несколько секунд спустя она произнесла скороговоркой:

- Твои часы. Ты думал, они разбились случайно?


Варден прищурился и с недоверием оглядел ченджлинга снизу вверх.


— Ну хорошо, ты отобрал у меня отмычки! Ты победил! Теперь… Теперь я просто умру тут, в этой комнате, и ты будешь как бы и ни при чем, — Куно в негодовании сплюнула на пол. Похоже, ей удалось задеть пегаса за живое.


Варден на мгновение замер, прижав уши, и его взгляд потеплел.


— Я… — начал он, спохватился, вспомнив, что Куно его не слышит, и вздохнул. — Я не хотел, чтобы до этого дошло… но я не могу позволить тебе ломать чужие жизни… — закончил он почти шепотом.


Куно услышала его, но не подала виду.


— А еще ты глуха как чертов осел! — прорычал Варден, в порыве гнева швырнув блокнот в угол комнаты. — Проклятье…


Когда пегас вылетел из комнаты, хлопнув дверью, Куно и ухом не повела. Минуту спустя она разыграла неподдельное удивление, оглянувшись и не увидев его в комнате.


Пару часов спустя Варден появился снова, с намотанной на копыто веревкой, и жестом велел ченджлингу подойти.


Со страдальческим вздохом Куно повиновалась и подставила пегасу ошейник.


Щелкнув замком, он потянул за поводок, вынуждая ченджлинга следовать за ним. В очередной раз, закрепив свободный конец веревки на железном кольце, пегас пригласил Куно к столу.


На обед были все те же тушеные овощи и хлеб.


Куно посмотрела на еду, затем на пегаса. Еда больше не привлекала ее. Теперь она питалась почти незаметной привязанностью Вардена, а это блюдо гораздо сытнее того, что сейчас на столе. Но придется продолжать притворяться.


Негромко фыркнув, ченджлинг начала есть, кусая все реже и реже, имитируя слабость. На самом же деле сейчас она чувствовала себя сильнее, чем за все последние дни вместе взятые.


Вчера Варден допустил еще одну ошибку.


Когда она потеряла сознание за столом, он забыл дать ей подавитель магии.


Свободный от побочных эффектов таблетки, ум ченджлинга был чист и ясен как никогда. Куно точно знала, что ей теперь делать.


Варден поднял голову, услышав звук удара. Куно упала на пол.


С взволнованным видом пегас обогнул стол и подбежал к неподвижному ченджлингу.


Как только его копыта коснулись ее, Куно начала действовать.


Перевернувшись, она закинула веревку на шею пегаса и, рванув вперед, опрокинула его на спину. Удар головой о жесткий пол на несколько секунд оглушил его.


Этого хватило ченджлингу, чтобы успеть намотать веревку на шею пегасу и изо всех сил потянуть на себя.


Стражник слишком поздно осознал свою ошибку и начал отбиваться, но его движения становились все слабее и слабее, пока он, наконец, не потерял сознание.


Куно стояла над ним, продолжая натягивать веревку. Еще чуть-чуть, и приток крови к его мозгу прекратится, и он умрет. Еще всего пару секунд. Или можно рвануть веревку на себя и сломать ему шею.


Но что-то ее остановило. Она медленно ослабила хватку. Проверив пульс пегаса, и убедившись, что он жив, ченджлинг занялась своим замком. Через семь минут Куно освободилась и с недоброй ухмылкой оглядела бессознательного пегаса у своих ног.


Варден постепенно пришел в себя. В голове гудело, а крылья затекли. Попытавшись пошевелить ими, он обнаружил, что они связаны. Дернувшись, он открыл глаза и встряхнул головой. Все его тело было опутано веревкой, и на шее что-то звенело. Красный ошейник с колокольчиком. К ошейнику был пристегнут поводок.


Куно подтолкнула копытом голову Вардена, обращая на себя внимание.


— Ах ты сука! — закричал пегас.


— Следи за языком! — упрекнула его ченджлинг, щелкнув копытом по носу, и откусила кусок хлеба. — Извини за веревку, кстати говоря, но ты большой, сильный жеребец! Нельзя допустить, чтобы ты вырвался и чего-нибудь натворил.


— Ты меня слышишь, — сухо отметил Варден.


— Верно подмечено, — ответила Куно, усмехнувшись, — Еще великие откровения будут?


— Я тебя убью, — прорычал Варден угрожающе.


— Я очень в этом сомневаюсь. У тебя была масса возможностей — было бы желание. Теперь давай опустим любезности и перейдем к сути. Я ченджлинг. Ты пони. Для тебя естественно хотеть убить меня, однако ты не хочешь. На самом деле именно из-за твоей странной привязанности ко мне я снова могу слышать. — Куно шагнула к Вардену и уперлась копытом ему в грудь, пристально глядя в глаза, — И теперь я заинтригована и жажду удовлетворить свое любопытство.


— Иди к черту! — прорычал Варден, продолжая попытки высвободиться.


Куно вздохнула и покачала головой. — Нам обоим будет проще, если ты не будешь сопротивляться. Ты пощадил меня… и, если ты расскажешь мне все, что я хочу — кто знает, может, я тоже тебя пощажу.


— Иди. К. Черту. — ответил пегас, пытаясь оттолкнуть черное копыто от своей груди.


— Хватит уже, ты так совсем из сил выбьешься, — Куно склонила голову набок, плотно сжав губы. — Хотелось, конечно, обойтись без этого, но ты не оставляешь мне выбора.


Рог ченджлинга нацелился на пегаса, и зеленый луч ударил его между глаз. Варден задергался и закричал, но вскоре успокоился и застыл.


С удовлетворенным видом Куно наклонилась над заколдованным пегасом, проводя копытом по его щеке и глядя в его пустые, зеленые глаза. Даже несмотря на вновь нарастающий голод, она не смогла скрыть довольной ухмылки.


— А теперь давай узнаем твои секреты, — прошептала ченджлинг.


Глава 5: Сопереживание


Куно помахала копытом перед носом Вардена, внимательно следя за его взглядом. Зрачки пегаса не шелохнулись. Он полностью под ее контролем.


— А теперь, Варден, расскажи мне: почему ты держал меня здесь? — спросила ченджлинг, играя с колокольчиком на шее связанного пони.


— Я не мог тебя отпустить. Ты бы навредила кому-нибудь. — ответил пегас без тени эмоций.


— Тогда почему ты меня не убил? — осведомилась Куно, приподняв бровь.


Пегас помолчал, задумавшись. — Я… пытался. Пока ты была без сознания там, в поле. Я не смог. Мне не хватило сил.


— Физических или духовных? — спросила ченджлинг, бегло осматривая себя на предмет незамеченных ранее колотых ранений.


— Духовных, — тихо ответил Варден. — Я не мог так поступить.


— И ты не передал меня другим стражникам, потому что знал, что они меня казнят, верно?


— Верно.


Куно задумчиво хмыкнула, потирая копытом подбородок. Исчезнув на несколько секунд, она вернулась с фотографией в серебристой рамке из комнаты Вардена.


— Кто это?


— Это Сварм, — последовал содержательный ответ.


— И кто это такая? — повторила свой вопрос Куно.


— Это Сварм. Пони. — Пегас смотрел пустым взглядом на стену в противоположном конце комнаты.


Куно тихо зарычала. Варден начинал сопротивляться ее магии, а сил обновить заклинание у нее не хватит.


— Прекрати. Сопротивляться. — ченджлинг пихнула пегаса копытом, — Кто такая Сварм? Чем она занималась? Почему она так дорога тебе?


— Сварм была пчеловодом… Она делала замечательные скульптуры из меда… Сварм была моей женой… — Варден затряс головой и задергался.


— Спокойно, Варден, спокойно! Все хорошо. Мы друзья. — успокаивающе прошептала Куно, касаясь рогом лба пегаса и немного продлевая заклинание.


Пони успокоился и снова уставился в одну точку.


Куно встряхнулась, прогоняя серый туман усталости.


— Ты постоянно говоришь о ней в прошлом времени. Она ушла от тебя?


Варден медленно покачал головой.


— Она умерла


— Почему она умерла?


— Потому что я слаб. Потому что я не смог ее спасти, — сухо ответил белый пегас.


— Поясни, — потребовала Куно, нежно поглаживая голубую гриву, стараясь сохранить Вардена в спокойном расположении духа.


— Она была больна. Рак. Я должен был достать лекарство. Я не смог. Она умерла.


Куно зарычала и пихнула его в бок.


— Рассказывай подробнее, или я тебя еще раз заколдую!


Варден затряс головой, дернулся, моргнул.


— Сварм всегда помогала мне… С самого детства. Мы жили в Кантерлоте. Ее все любили. С ней все дружили. Со мной никто не дружил. Я был простым пегасом и ничего не умел. Она стала моим другом. Хорошо ко мне относилась. Остальные ко мне относились плохо. Цеплялись. Я был единственным пегасом в классе. Когда мы выросли и закончили школу, я продолжал с ней общаться. Я вступил в стражу. Она продолжала делать скульптуры. Она знала, что я не подхожу для армии. Она научила меня садоводству. Она помогла мне получить кьютимарку.


Она всегда все делала первой. Она пригласила меня на первое свидание. Она говорила, чем я могу ее порадовать. Она предложила мне копыто и сердце. Она заболела через год после свадьбы. Мы жили за городом, и она не хотела ехать к врачу. Она не любила врачей. В конце концов, я уговорил ее. У нее обнаружили рак легких. Лекарство существовало, но в роще, где его выращивали, поселились мантикоры. Они были очень территориальны и охраняли своих детенышей. Нужные травы требовались нечасто, и стража не стала посылать отряд, чтобы убить мантикор.


Сварм становилось все хуже и хуже. Я отправился за травами. Но я был слаб. Я два дня просидел перед рощей, боясь войти. Когда же я собрался с духом и сунулся туда — то еле смог спастись. Полагаю, мне повезло, потому что когда я вернулся в больницу, Сварм уже была мертва. Я не смог ее спасти, и она умерла.


Куно хмуро слушала рассказ пегаса, прижав уши.


— Теперь достаточно подробно?! — прорычал пегас.


Куно удивленно моргнула, прежде чем понять, что заклинание спало.


— Точно так же я не смог удержать тебя взаперти. Следовало сразу сдать тебя страже. Радуйся, что тебе встретился самый слабый из всех королевских стражников. - Варден отвернулся и затряс головой, прогоняя остатки заклинания


Ченджлинг нахмурилась, покачала головой и протянула копыто, нежно поворачивая голову пегаса обратно.


— Сочувствие и сопереживание — не те черты, которых следует стесняться…


— Однако ты, не обладая ни одной из них, легко меня раздавила. — Варден сплюнул сквозь зубы, оттолкнул копыто ченджлинга и отвернулся. — Давай… покончим с этим.


— Ты многого не знаешь о ченджлингах, — пробормотала Куно, прижав уши.


— Я знаю достаточно! — огрызнулся пегас, — Вы крадете любовь. Вы ломаете жизни. Ты не заслуживала моего сострадания, и сейчас ты это докажешь, убив меня.


— Тебя не очень-то огорчает такой исход. — заметила Куно, стараясь сменить тему.


— А ради чего мне осталось жить?» — прорычал Варден, с яростью поворачиваясь к ченджлингу. «Все, что у меня было, мне подарила Сварм. Все, с самого детства. А теперь ее нет, и в этом виноват я. Я слежу за садом и тренируюсь со стражей, чтобы хоть на что-то жить. Но у меня нет жизни. И единственная мечта, которую я попытался самостоятельно воплотить в жизнь, эта дурацкая идея, что тебя можно исправить, сделать нормальным членом общества или хрен разберет о чем я там думал — это все тоже покатилось к чертям! Так что если ты не собираешься меня убивать — проваливай!


Куно прижала уши и даже немного сжалась.


— Ты хотел меня… исправить?


— Я хотел доказать, что если кто-то родился чудовищем — то он не обязан жить как чудовище. И еще я слишком слаб, чтобы убить тебя, пусть даже косвенно. — Варден фыркнул и отвернулся со взглядом, полным презрения.


— Но… я не чудовище. — попыталась возразить Куно, — Я просто… ченджлинг.


— Чудовище, — сплюнул Варден, оскалившись, — Вы воруете любовь. Почему вы не можете ее заработать?


— Заработать? — переспросила Куно, давясь смехом, — Даже слабейший в мире стражник считает, что ченджлинги — ужасные чудовища, злые с рождения.


Варден промолчал, отвернувшись.


— И, не найдя в себе силы убить меня, этот стражник решил запереть меня и обречь на долгую и мучительную смерть. Это ты — монстр!


— И где она теперь, эта твоя мучительная смерть? — обернулся Варден, предпринимая еще одну безуспешную попытку освободиться.


— Думаю, я тебе нравлюсь больше, чем ты готов признать, — с вызовом объявила Куно.


— Я никогда не умел разбираться в окружающих, — ответил пегас.


— Вот, значит, до чего мы докатились, мхм? — Куно грустно усмехнулась, — До взаимных оскорблений?


— Ты вроде как хотела убить меня? — напомнил Варден, продолжая тщетные попытки избавиться от веревок.


— Я… я не собиралась убивать тебя. Ну, может, пока я тебя душила, эта шальная мысль и приходила мне в голову, но… — ченджлинг пожала плечами.


Варден остановился передохнуть и фыркнул:


— Тогда проваливай!


— Нет, — ответила Куно, покачав головой. — Я уже решила, что мы сейчас сделаем.


Пегас уставился на нее, сощурившись.


Ченджлинг потянулась к его горлу.


Варден повернул голову и оскалился.


Звякнул колокольчик, и красный ошейник исчез с его шеи. Веревки, которыми он был связан, ослабли и упали.


Варден вскочил на ноги и навис над маленьким ченджлингом, и на секунду Куно подумала, что совершила ошибку. Однако она решила быть смелой. Встав в полный рост, ченджлинг посмотрела пегасу в глаза.


— Я докажу тебе, что мы не чудовища.


— Какая разница? Плевать я хотел! Что мешает мне прикончить тебя прямо здесь и сейчас?! — взорвался Варден.


Куно прищурилась и лукаво усмехнулась.


— Для меня есть разница. Тебе этого не понять, но ты можешь это принять. А что касается «прикончить»… — замолчав, ченджлинг развернулась, подняла с пола ошейник и, сняв замок, кинула его пегасу.


Варден поймал замок и удивленно уставился на него.


Куно беззаботно улыбнулась:


— Ты уже не раз доказал нам обоим, что у тебя на это кишка тонка.


Глава 6: Подарок


За столом висела неловкая тишина. Варден молча наблюдал, как Куно с удовольствием выбирает из своего обеда лучшие кусочки и кидает их в рот, закусывая хлебом и совершенно не обращая внимания на состояние пегаса.


Скрывшись на несколько минут в своей комнате, Варден вернулся в полном комплекте брони и с копьем, и аккуратно уселся на свое место. Куно сидела там же, где обычно, только без ошейника и веревки, и из-за этого казалась раз в восемь опаснее.


— Ну что, ты не собираешься меня расспрашивать? — спросила ченджлинг, приподняв бровь и ухмыльнувшись.


Варден сжал копье покрепче, хотя в глубине души знал, что если дело дойдет до драки — оно ему не поможет.


— Зачем мне тебя расспрашивать?


— Ну, я теперь знаю твою историю, а ты мою — нет. Ты вроде как собирался превратить меня в пай-девочку. Давай на время забудем о том, что мне необходимо питаться любовью. Отложим поиски бесконечного источника любви на потом, и перейдем сразу к перевоспитанию. Очевидно, что чтобы начать кого-то перевоспитывать, надо знать, как он жил раньше, так? — Куно наклонила голову набок, задумчиво пережевывая кусок хлеба и глядя на пегаса.


Варден помрачнел и кивнул, глядя на нее из-под шлема.


— Я… Д-да, так.


— Ну? — ченджлинг приподняла бровь, — Давай, не стесняйся.


-… Сколько пони ты убила? — спросил Варден нарочито спокойным тоном.


Куно хихикнула.


— Сразу к самым сложным вопросам, а?


— Я так и знал, что ты не признаешься, — пегас махнул копытом и отвернулся.


— Троих, — небрежно ответила она.


Варден поперхнулся.


— Что? Слишком много? – спросила Куно как ни в чем не бывало.


— Т-ты убивала пони… — слабо пробормотал Варден.


— Ага, три штуки, — подтвердила она, — И? Ты сам меня спросил.


— К-кем они были? — прошептал пегас.


— Ну первый раз можно считать несчастным случаем, хотя я, конечно, виновата, спору нет. Я пыталась попасть в больницу и притвориться раковым больным, еще там, у себя на родине. Пока я была замаскирована под медсестру, мне поручили пациента с сердечным расстройством, и я умудрилась прописать ему диазепам на неделю. Плохая идея. Он не выжил.


Второй — тоже несчастный случай. Я заняла место пони, которая оказывала особые сексуальные услуги за деньги, и питалась любовью своих… клиентов. Когда во время одной сессии пони отпустил красный мячик, я не сразу поняла, что это знак ослабить веревку у него на шее. К тому моменту, когда до меня дошло, что его мольбы о пощаде — уже не сексуальная фантазия, а вполне искренни — он уже успел потерять сознание. Я пыталась его спасти, но мне это не удалось.


Варден уставился на нее, распахнув рот.


— Что?! — Куно подняла копыта и наклонилась назад, прижав уши, — «Я пыталась спасти его, честно!


— А-а третий? — спросил пегас, заранее боясь услышать ответ.


Взгляд ченджлинга помрачнел.


— Единорог из богатой семьи, с которым я встречалась. У меня ушел месяц, чтобы понять, что он занимается торговлей рабами. Они связывались с детскими домами, усыновляли жеребят и продавали их буквально за любые деньги.


Варден в ужасе уставился на нее.


— Прямо здесь, в Эквестрии?


Куно покачала головой.


— Нет, у меня дома. За океаном. Его приспешники выяснили, что я ченджлинг. Несложно было догадаться, увидев меня в моем истинном виде, по колено в крови, всаживающей салатную вилку ему в глаз. Но я отвлекаюсь.


Пегас продолжал смотреть на нее, не в силах пошевелиться.


Несколько долгих секунд спустя к Вардену вернулся дар речи.


— П-почему ты убила его?


Куно хихикнула и покачала головой.


— Он был отвратительным любовником.


Варден окаменел.


-… Серьезно?


— Нет, — Куно усмехнулась и покачала головой, потом приняла серьезный вид. — Я убила его потому, что он продавал сирот разным очень, очень плохим пони.


— Но… — Варден нахмурился.


— Но — что? Думаешь, я не могу испытывать жалость к пони? — она обвиняюще посмотрела на пегаса и тоже нахмурилась.


Белый пегас затряс головой.


— Нет, просто… сначала ты говоришь, что ты совершенно бессердечная, потом выясняется, что ты убиваешь пони за то, что он торгует сиротами…


— Я не говорила, что я бессердечная, — заметила Куно, ткнув в направлении Вардена куском хлеба, — Это ты сам решил, что я бессердечная.


— Ты, как ни в чем не бывало, угрожала убить меня! Это бессердечно! — ответил тот, фыркнув.


— Самый простой способ добыть информацию во время допроса — нанести множество болезненных увечий объекту допроса или… поставить вероятность продолжения существования сего объекта по окончании допроса под вопрос. Если ты знаешь, что умрешь в любом случае — зачем что-то рассказывать? А если у тебя есть шанс выжить — то это даст тебе надежду, — произнесла Куно спокойно, как азбучную истину.


— Я… Мне нечего возразить, — удивленно сказал Варден, медленно качая головой.


— «Пыточное искусство для начинающих» — ответила Куно, улыбаясь до ушей.


— Что же ты за хрень-то такая, а? — пару секунд спустя спросил Варден негодующим тоном.


— Я — ченджлинг! — гордо заявила Куно, выпятив грудь, — Здорово, правда?


Куно сидела снаружи дома, впервые за последние дни, и наслаждалась свежим воздухом и солнечным светом. Солнце уже начинало садиться, опускаясь за горизонт на западе.


Когда Куно вышла из дома, Варден уже возился со своим садом. Копье торчало из земли неподалеку — не совсем рядом, но достаточно близко, чтобы успеть выхватить его, если ченджлинг вздумает наброситься на него.


Отдых Куно был слегка омрачен ноющей болью в крыльях. Она до сих пор не полностью исцелилась, и, хоть привязанность Вардена и помогала процессу, до полного восстановления оставался еще не день и не два.


Куно лениво наблюдала за работой пегаса. Варден ловко и точно перебирал и пододвигал лозы и лианы на жердочках, чтобы те росли ровными рядами и не путались. В саду были несъедобные лианы, помидоры, тыквы, арбузы и еще куча зелени, которая Куно до этого не встречались. Пегас тем временем подключил к работе крылья, работая с удивительной скоростью и аккуратностью.


— Почему ты не ешь ничего из того, что тут растет? — полюбопытствовала Куно.


— Еще ничего не созрело, — пояснил Варден без энтузиазма, — Можешь, конечно, попробовать, если хочешь, но у тебя заболит живот… И вообще, зачем тебе есть? Тебе обязательно принимать пищу?


— Пищу… Хм-м. Не знаю, как объяснить это не-ченджлингу, — призналась Куно, опуская глаза, — Любовь нас питает. Еда может нас поддерживать некоторое время, но это совсем не то. Первые несколько лет мы живем на обычной пище, но стоит нам попробовать любовь — и еда перестает… работать. Ее больше не достаточно. Одной еды не хватает. Она может заменить любовь на некоторое время, но это будет… постно? Как-то так.


— А если ченджлинг никогда не попробует любовь? — спросил Варден, оторвавшись от грядки.


Куно удивленно моргнула.


— Это невозможно. Им придется избегать контактов с любыми пони, с другими ченджлингами, со своими родителями…


— А если ченджлинг сосет любовь из другого ченджлинга — это что, как каннибализм? — спросил пегас с растущим любопытством.


— Не совсем. Это скорее перераспределение. Подари ченджлингу неделю любви — и ты потеряешь неделю любви. Но обычно это происходит без согласия партнера. Так что можешь называть это… изнасилованием любовью? — предположила Куно, рассмеявшись.


— Изнасилование любовью… — задумчиво повторил Варден, потом очнулся и встряхнул головой. — Странные создания эти ченджлинги.


— Это пони — странные! — фыркнув, ответила Куно. — Если бы я могла без вас обойтись — давно бы поселилась на высокой горе где-нибудь подальше отсюда.


— На что это похоже? — неожиданно спросил пегас, вновь посмотрев на ченджлинга, — Питаться любовью?


Куно с задумчивым видом принялась выравнивать острыми передними зубами ссадину на хитине переднего копыта, размышляя над ответом.


— Это непросто объяснить. Вроде как тепло. И немного шершаво. Чуть-чуть щекотно. Вроде бы похоже на жидкость… но в то же время и на газ. Почти как… почти как пар, оседающий на стенках котла. Любовь вроде как оседает внутри тебя, а потом разливается по телу, как волна теплого, расплавленного… ну, тепла.


— Какое… понятное описание, — Варден покачал головой.


— Имей совесть! — шутливо возмутилась Куно, швырнув в него палкой.


Пегас рассмеялся, уворачиваясь, но сразу посерьезнел и, прикусив нижнюю губу и прижав уши, с возобновленным рвением вернулся к работе.


— Я что-то не так сказала? — взволнованно спросила Куно.


— Да нет, я… Нет, все в порядке, — сухо ответил Варден, с удвоенным сосредоточением выкапывая ямку для новой лозы.


Куно усмехнулась и покачала головой.


— Удивлен, что мне удалось тебя развеселить?


Копыто с лопаткой застыло на месте. Спустя несколько секунд, Варден кивнул.


Куно сидела в ванне и, напевая какую-то дурацкую песенку, усердно, до блеска натирала губкой свой хитин.


— Каково тебе ходить в этом? — спросил пегас, уже некоторое время пристально следящий за ней сквозь дверной проем. — В этой… чешуе? Шкуре? Черт-знает-в-чем?


— Это называется экзоскелет. В основном это хитин. Как у жуков, только мягче и податливей. Как… линолеум. Ну, свежий линолеум. Не растоптанный.


— Линолеум… — тихо повторил Варден, — Любопытно.


— Ты же постоянно носил меня туда-сюда. Разве не нащупался? — спросила Куно, приподняв бровь.


— Я… старался прикасаться к тебе как можно меньше, — признался Варден.


— Из уважения или из отвращения? — Куно фыркнула.


— И из-за того, и из-за другого, — честно ответил он.


Куно кивнула с серьезным видом.


— Резонно. Можешь подойти и потрогать, — предложила она, протягивая пегасу копыто.


Варден моргнул и прижал уши к голове. Переступив с ноги на ногу, он все-таки поддался любопытству. Шагнув поближе, пегас протянул копыто вперед.


— Не бойся, я не кусаюсь — со смешком подбодрила его Куно, — Если ты, конечно, не настаиваешь. Тогда я могу сделать исключение.


Варден замер, уставившись на зубастую улыбку ченджлинга. Нерешительно вздохнув, он все-таки потянулся вперед и осторожно коснулся черного хитина, почти моментально отдернув копыто.


— Ах да, совсем забыла тебе сказать… У каждого ченджлинга на хитине есть маленькие шипы, которые переносят кучу всякой заразной дряни… — спокойным голосом добавила Куно.


Варден побледнел и начал в панике тереть копыто о ближайшую стену.


Ченджлинг тем временем разразилась хохотом, расплескав воду по всей ванной.


Пегас в конце концов понял шутку и с негодованием уставился на обидчика.


— Зачем ты его выкинул?! Позвякивая висящим на красном ошейнике колокольчиком, Куно с негодующим видом прошагала к постели Вардена и уставилась на него немигающим взглядом.


-… Я думал, что ты больше не захочешь его видеть — ответил Варден, прижав уши.


— Но нельзя же его просто взять и выбросить! — возразила Куно, помахав для убедительности ошейником перед его носом, — Это мой ошейник!


Варден мигнул и покачал головой.


— Хорошо, не буду. С каких пор ты страдаешь патологическим накопительством?


Нахмурившись и прижав ошейник к груди, Куно помотала головой.


— Просто… у меня есть на то причины!


Пегас приподнял бровь, заметив, как ченджлинг занервничала.


— И что же это за причины? — продолжил он.


Куно фыркнула, опустила взгляд и нахмурилась еще больше.


— Просто это первый раз… ну… первый раз, когда я получила подарок.


— Первый раз за всю жизнь? — спросил Варден, недоверчиво качая головой.


— Да нет, мне дарили много подарков! — проговорила она, глядя на ошейник, — Просто ни один из них не был действительно для меня… для Куно — всегда для тех, кем я притворялась.


— Это… довольно грустно, — признал Варден, медленно качая головой, — Я бы обнял тебя, но, боюсь, ты воспользуешься моментом и откусишь мне язык.


— Лучше выковыряю глаз, — уточнила Куно с довольной улыбкой, — Гораздо вкуснее.


— Ну что ж, спасибо за крепкий и здоровый сон без всяких кошмаров, — вздохнул пегас, возвращаясь к ремонту часов.


В следующий раз они встретились прямо перед сном. Ченджлинг прокралась в комнату Вардена и, приподняв носом край одеяла, проскользнула в кровать, прижавшись к спине белого пегаса.


Распахнув глаза, Варден окаменел.


— К-какого черта ты тут делаешь?!


— Я сплю на твоей кровати — невозмутимо пояснила Куно.


Варден озадаченно моргнул.


— Что?


— Я тебе нравлюсь, — сказала Куно, уткнувшись любопытным носом в крыло пегаса и зевнув, — И тебе приятно, когда я рядом, правда? Так я буду нравиться тебе еще больше и взамен получу еще больше любви, ну а ты — ты получаешь симпатичного ченджлинга у себя под одеялом. Мы оба остаемся в плюсе, а?


Варден сжал губы и напрягся еще больше, но спорить не стал.


— Успокойся уже, упрямый ты осел! Или мне устроить тебе расслабляющий массаж крыльев своими страшными дырявыми копытами? — пригрозила Куно, шутливо укусив край белого крыла.


Варден вздрогнул от неожиданности, но затем заставил себя расслабиться.


Ченджлинг уже давно еле слышно посапывала, прижавшись к спине пегаса, но к нему самому сон пришел только под утро.


Глава 7: Друзья


— У тебя такие мягкие крылья, — промурлыкала Куно, прижавшись к спине Вардена и трясь щекой о белые перья.


Вздрогнув, Варден распахнул глаза, моментально просыпаясь.


Куно довольно заурчала, поглаживая копытом его крыло.


— Никогда не трогала крыльев пегаса. Разве что когда сама превращалась, но это совсем не то.


— Хватит развратничать с моими крыльями, — сонно пробормотал Варден.


— Но они же такие мягкие! — хихикнула Куно, — Я проснулась по шею в твоих перьях — что мне оставалось делать?


Пегас пробурчал что-то неразборчивое. Ченджлинг хмыкнула и ткнулась носом ему в спину у основания крыльев.


— Не любишь просыпаться по утрам?


Варден поворочался и протер копытом глаза.


— Обожаю просыпаться по утрам, — пробормотал он, — Вот только утра должны наступать часика на два-три позже.


— Ха-ха. Последний раз, когда я слышала эту шутку, я так смеялась, что упала со своего зиккурата, — покачала головой ченджлинг.


— Еще слишком рано, — возмутился Варден, поворачиваясь на другой бок.


Куно воспользовалась моментом и ткнулась носом в его нос. Пегас слегка покраснел и отодвинулся на расстояние вытянутого копыта:


— Спи дальше.


— Но я больше не хочу спать! — ченджлинг наклонила голову набок и вопросительно посмотрела на Вардена, потирая копытом основание ушей, — А еще ко мне окончательно вернулся слух. Теперь я слышу нормально, а не как через испорченное радио.


— Сколько тебе лет? — неожиданно спросил пегас, — Не… не тысяча, надеюсь?


— О, как все прицепились к этой тысяче лет! Луну изгнали на тысячу лет. Кристальная Империя исчезла на тысячу лет. Дискорд просидел в камне тысячу лет. Что за одержимость числами с кучей нулей? — возмутилась Куно, обвиняюще ткнув Вардена копытом в грудь.


— Это просто первое большое число, которое приходит в голову! — попытался оправдаться пегас.


— Нет, мне не тысяча лет. Около двадцати, если я правильно помню. Когда я родилась, как-то не пришло в голову поставить в календаре крестик. В принципе я даже и не помню, когда у меня день рождения, — Куно задумчиво хмыкнула, потирая подбородок копытом.


— Ты никогда не отмечала дня рождения? — уточнил Варден после секунды молчания.


Ченджлинг фыркнула.


— Я много раз отмечала дни рождения. Просто это были не совсем мои дни рождения.


Варден кивнул с задумчивым видом.


— Не совсем твои… Не совсем для Куно, да?


Ченджлинг замерла, прижав уши, удивленная, что пегас знает ее настоящее имя.


— М-м, да. Да.


— Ты упомянула свое имя вчера вечером, когда мы говорили об ошейнике, — Варден довольно улыбнулся.


— О, я и мой длинный язык, — вздохнула она, качая головой.


— Итак… Что ты намереваешься делать теперь, когда ты, м-м, не связана? — осторожно осведомился пегас.


— Я буду долго, непоследовательно и нерационально мстить тебе, пока ты не потеряешь рассудок, — спокойно ответила Куно и, потянувшись, сладко зевнула.


Варден ответил ей долгим пристальным взглядом.


— Я никак не пойму, когда ты шутишь, а когда говоришь серьезно.


— В том-то и суть! — ответила она, вновь ткнув его в грудь копытом.


— Я сегодня должен отправиться в город, — зевнув, сообщил Варден.


— Что? Зачем? — озабоченно спросила ченджлинг.


— У меня дела. А ты что, боишься остаться одна?


— Не правда! — возмутилась она, — Я скорее боюсь, что ты вернешься домой с отрядом стражи за пазухой.


Варден фыркнул и закатил глаза.


— И что же ты теперь будешь делать? Свяжешь меня?


— Как будто ты сможешь мне в этом помешать! — угрожающе произнесла Куно, — А потом я заставлю тебя полюбить меня, о да…


Пегас в ужасе распахнул глаза и отодвинулся еще дальше.


— Мне очень не нравится, как это звучит.


— Поверь мне, если до этого дойдет — тебя меньше всего будет заботить, что как звучит, — ченджлинг невинно облизала губы.


— Что ты задумала? — Варден выставил перед собой копыта, готовый оттолкнуть ченджлинга от себя.


— Я вызываю у тебя любовные чувства, — спокойно ответила она.


Варден моргнул и прижал уши к голове.


— Прекрати. Ты меня пугаешь.


— Но я такая и есть! — сказала Куно, пододвигаясь поближе к пегасу. — Я милая, соблазнительная и озорная. Жеребцам это нравится.


Варден фыркнул и прижал копыто к груди ченджлинга, останавливая ее.


— Этому жеребцу — нет.


— Похоже, ты действительно так считаешь, — Куно рассмеялась и покачала головой, — Бедный, глупый пегас.


— Прекрати, — сухо сказал Варден, сжав губы.


— И что, будем сидеть, надувшись, в разных углах комнаты, глядя в разные стороны? — спросила ченджлинг, покачав головой.


— Меня это вполне устроит.


— Еще бы, ведь тогда ты сможешь пялиться на мой зад! — Куно с довольным видом пихнула его в плечо.


— Почему ты постоянно переводишь разговор на сексуальную тему? — укоризненно спросил пегас.


— Потому что любовь и похоть так сильно связаны, что нельзя пройти по одному из этих путей, не пересекая другого. А еще потому, что ты очень милый, когда смущаешься.


Варден вздохнул и покачал головой.


— Не притворяйся, тебе же нравится, когда я называю тебя милым, — безапелляционно заявила Куно.


— Я… думаю, да, — признался пегас, отвернувшись и прикусив губу.


— Что-то не так? — Куно наклонилась к нему, помрачнев.


— Да нет, просто… — Варден замолчал, пожал плечами и продолжил, — С тобой так легко… Не знаю… просто разговаривать. Даже в какой-то мере приятно.


Куно открыла рот, чтобы что-то сказать, но пегас приложил копыто к ее губам, заставляя замолчать, и продолжил:


— Я хотел сказать, что пока ты не пытаешься намеренно заставить меня чувствовать себя неловко — я не чувствую себя неловко. И меня это беспокоит. Ты — ченджлинг. С тобой… не должно быть так легко общаться.


Куно отодвинула его копыто и фыркнула.


— Значит, тебя беспокоит, что со мной приятно общаться, да?


— Да! — неожиданно резко ответил Варден.


У ченджлинга ушло несколько секунд, чтобы понять, в чем дело.


— Ты думаешь, что я тебя заколдовала… — тихо произнесла она.


— Меня посещала подобная мысль, — сухо ответил пегас.


Куно помрачнела и отвернулась.


— Я тебя не заколдовывала.


— И откуда мне это знать? — с вызовом посмотрел на нее Варден, — Ты же ченджлинг!


— Уже тот факт, что ты можешь хотя бы заподозрить наличие заклинания, говорит об обратном, — медленно отметила ченджлинг.


— Я…


— Ты просто не можешь смириться с тем, что с этими отвратительными ченджлингами можно нормально общаться! — перебила его Куно и, соскочив с кровати, отвернулась.


Варден прижал уши.


— Я совсем не это хотел сказать!


— Но именно это ты подумал! — прорычала ченджлинг, топнув копытом, — Ты даже представить себе не можешь, каково это — постоянно быть кем-то другим! Сегодня ты пегас, завтра — единорог, послезавтра — грифон! Утром — медсестра, днем — столяр, вечером — пекарь! Иногда даже приходится изменять пол! Временами я вообще забываю, кто я на самом деле! Путаюсь во всех этих масках! И единственного, единственного пони, который когда-либо видел меня в моем истинном обличии, тошнит от одной мысли, что с таким чудовищем можно пытаться нормально поговорить!


Варден опустил взгляд, неловко теребя одеяло.


— Но ты же и есть чудовище…


Куно ударила копытом об пол с такой силой, что чуть не проломила доску.


— Большое. Спасибо.


Скрипнула кровать, и пегас подошел к ченджлингу, осторожно касаясь ее плеча.


— Не смей меня трогать! — огрызнулась Куно и попыталась ударить его копытом, но не успела.


Варден обнял ее, крепко прижав к груди, и наклонил голову как можно дальше назад, в страхе закрыв глаза.


— Пожалуйста, не надо меня кусать!


Куно глубоко зарычала, пытаясь высвободиться.


— Какого черта ты делаешь?


— Я обнимаю тебя, — пояснил Варден, прижимая ее еще крепче и отводя голову еще дальше, — Мне показалось, что тебя нужно обнять.


— Обнимают друзей, — сердито отозвалась она.


— Совершенно верно, — кивнул пегас и, убедившись, что укусов не ожидается, немного расслабился.


— Мы не друзья, — прорычала Куно, продолжая попытки вырваться, — У меня нет друзей.


— Можно, я буду твоим другом? — негромко спросил Варден, нежно поглаживая ее по спине свободным копытом.


Ченджлинг снова зарычала, обхватив копытами тело пегаса и уткнувшись носом ему в плечо.


— Имей в виду: когда мои друзья мне надоедают — я съедаю их сердца.


— М-может, тогда будем просто п-приятелями? — заикаясь, предложил Варден и пискнул, когда Куно сжала его еще сильнее.


— Поздно. Ты уже сделал предложение, и я его принимаю, — ответила она, закопавшись в голубую гриву пегаса.


Варден позволил ей стиснуть себя, затем, посмотрев на нее, взволнованно спросил:


— Ты что, плачешь?


— Нет! — рявкнула Куно, стукнув его копытом по спине, — А теперь заткнись, а то я тебя покусаю!


Пегас молча кивнул и положил подбородок на затылок маленького ченджлинга, не говоря больше ни слова.


Глава 8: Секреты


Куно довольно потянулась и устроилась поудобнее в горячей ванне, наслаждаясь тем, как пена щекочет ее хитин. Все обожают ванны с пузырьками — даже взрослые, серьезные, смертельно опасные ченджлинги.


— Я ухожу в город, — сказал Варден, пройдя мимо ванной и кинув беглый взгляд на Куно, но остановился и, развернувшись, уставился на нее.


Куно, сверкая восхитительной бородой и гривой из мыльных пузырей, ответила ему вопросительным взглядом.


— Что? — спросила она, мигнув.


— Ничего, — Варден покачал головой и направился наружу, по пути поправляя ремень сумки.


Куно, мурлыкая что-то себе под нос, продолжила надраивать хитин губкой. Она всегда обожала мыться, особенно — в душе. В этом было что-то успокаивающее. Тем более ей не так-то часто удавалось помыться в своем естественном виде.


Размышления ченджлинга прервал резкий стук в дверь.


Куно замерла и напряглась. Она хотела было подняться и открыть дверь, но вспомнила, что Варден жил один, а сама она в форме ченджлинга. В дверь постучали еще раз. Это точно не Варден — он только что ушел, и вообще, зачем бы ему стучаться в дверь собственного дома?


Нахмурившись, Куно осторожно вылезла из ванной и вышла в коридор. Стук повторился. Превратив концы копыт в некоторое подобие лап, она беззвучно прокралась в комнату Вардена, закрыла за собой дверь и повернулась к большому антикварному шкафу, где он хранил одежду.


* * *


Входная дверь дома распахнулась, и жалкие останки замка покатились по полу.


Три пони в кожаных доспехах и с неприятного вида кинжалами вошли внутрь.


— Осмотрите все. Проверьте шкафы. Он не будет держать его на видном месте. — Сказал один из них, пегас, видимо — лидер группы. Два земных пони кивнули и принялись обыскивать комнаты, начав с ванной и гостиной.


— Эй, босс! А если кто-нибудь дома? — крикнул один из них.


— Никого нет. Мы стучали, никто не подошел, — пегас легкомысленно пожал плечами, не отрываясь от осмотра кухонных ящиков.


В конце концов, обыскано было все, кроме комнаты Вардена. Открыв дверь, троица вошла внутрь. Один из них стащил с кровати матрас, проверяя, не спрятано ли чего под ним, а второй подошел к шкафу с одеждой и распахнул дверцы.


Куно в облике Вардена выскочила наружу, взмахнула копьем и прокричала:


— Какого черта вам нужно в моем доме?!


Ченджлинг старалась держать копье как можно крепче и не подавать виду, что плохо умеет с ним обращаться. В свое время она брала несколько уроков обращения с древковым оружием и безоружного боя, но вступать в драку с тремя вооруженными противниками было бы по меньшей мере неразумно. Облик Вардена был массивней и медленней ее собственного, а крылья были гораздо тяжелее. Куно давненько не приходилось превращаться в пегаса.


Увидев Куно, лидер взломщиков рассмеялся. Она была в облике большого пегаса, в полной броне и с копьем — но его это ничуть не беспокоило.


— Варден, наш великий и беспощадный стражник! Рад тебя видеть! Где товар, Варден? Если отдашь его по-хорошему, может, в этот раз даже не угодишь в больницу, — вкрадчиво произнес он.


— Почему бы вам по-хорошему не свалить отсюда? — ум Куно напряженно работал. Что за товар? Не овощи же Вардена?


— Где товар, Варден? — холодно повторил пегас. Достав кинжалы, двое оставшихся пони начали окружать ченджлинга.


Куно шагнула назад, выставив копье между собой и нападающими.


— Он… в дальней комнате. За зеркалом.


Пегас кивнул головой в направлении двери. Один из его подручных кивнул в ответ и скрылся снаружи.


Несколько полных напряженной тишины минут он вернулся назад.


— Эмм, босс… Я не могу открыть его.


— Разбей. — Спокойно ответил пегас.


— Никак, уже пробовал. — Он пожал плечами.


Главарь зарычал и развернулся.


— Пошли! — приказал он ченджлингу и указал головой в сторону двери.


Куно направилась в комнату с зеркалом, держа копье наготове и постоянно оглядываясь на следующего за ней пегаса.


— Открывай! — потребовал он, останавливаясь в дверном проеме. Земные пони уже стояли у зеркала и ждали.


Куно оглядела троицу и покачала головой.


— Честно говоря…


Окончания предложения не последовало. Резко развернувшись на месте, она обрушила древко копья на голову пегаса, отправляя его на пол. Прежде, чем двое оставшихся пони успели среагировать, она выскочила наружу, втолкнула бессознательного пегаса внутрь и захлопнула дверь, закрывая замок.


Сняв шлем и вдоволь насладившись криками и стуком по ту сторону двери, Куно сбросила облик пегаса и направилась в гостиную.


Кое-кому предстоит многое объяснить.


* * *


Плечом открыв дверь, Варден ввалился внутрь дома и, кряхтя, сбросил с плеч тяжеленную сумку.


Перед ним предстала Куно в его броне, хоть и без шлема, и с копьем в копытах.


Пегас замер, мигнул и медленно шагнул назад.


— М-м-м?


— У тебя были гости, — пояснила Куно, кивнув в сторону своей бывшей камеры.


Варден в посмотрел на нее в недоумении.


— Гости? И ты заперла их?


— Они вроде как выломали дверь, — Куно указала копытом на останки замка, — и перевернули все вверх дном в поисках… товара. Ты ничего не хочешь мне рассказать, Варден?


Пегас прижал уши и уставился на свои копыта, пробормотав:


— Н-нет…


— Вооруженные пони не вламываются в чужие дома просто от нечего делать, — покачала головой ченджлинг, — Что это за товар?


— Я… — Варден замолчал на секунду и, со стыдом повесив голову, пробормотал, — Я выращиваю для них Аврору.


Куно удивленно моргнула.


— Аврору? — переспросила она, качая головой.


— Аврора — это очень сложная в выращивании и уходе лоза, — пояснил он, — В медецине ее использовали как анастетик из-за сильных психотропных эффектов, но вскоре перестали — ее слишком дорого выращивать.


— Ты продаешь наркотики, — сухо сказала Куно.


Варден угрюмо посмотрел на нее.


— Продажа подразумевает получение чего-то взамен.


— Ты выращиваешь ее бесплатно? — с недоверием спросила ченджлинг, — Продавать наркотики — и так дурацкая идея, но если ты раздаешь их задаром — это уже граничит с клиническим идиотизмом.


Пегас отвернулся и слабо вздохнул.


— Я не хочу ее выращивать. Они меня заставляют. Когда я в последний раз попробовал отказаться — я пролежал в больнице две недели. А когда однажды я ошибся с удобрением и лоза завяла…


— И что, они постоянно выламывают твою дверь и перерывают все ящики? — уточнила Куно.


— Н-нет… Обычно они присылают пару пони с дубинками, чтобы «напомнить» мне о моих «обязательствах», — признался Варден, медленно покачав головой.


С угрюмым видом он прошагал мимо ченджлинга на кухню, открыл один из буфетов и посмотрел внутрь.


Куно проследовала за ним и заглянула через его плечо. Оказалось, что буфет висит как раз напротив зеркала в ее камере. Сквозь заколдованное стекло было видно, как один из земных пони безуспешно пытается подцепить край зеркала своим кинжалом.


— Я их знаю. Даггертейл не будет в восторге от того, что они вмешиваются в его бизнес… — пробормотал Варден, — Эти трое раньше служили в страже, но их вышвырнули оттуда за нарушение правил конфискации нелегальных веществ — они прикарманивали добрую половину конфиската. Похоже, они нашли себе новую нишу.


— Что будешь с ними делать? — спросила Куно, пристально глядя на пегаса.


— Я… я не знаю. Если я сдам их страже, то они расскажут им, что я выращиваю Аврору. Конечно, я скажу, что меня заставляли, но не факт, что мне поверят… — сказал Варден, повесив голову.


— Подумать только, и ты служил в Королевской Страже! — фыркнув, ченджлинг развернулась и направилась к двери в камеру.


— Что ты делаешь?! — в ужасе прошептал Варден, устремляясь вслед за ней.


Куно оглянулась на него, коварно оскалилась и исчезла во вспышке зеленого пламени.


* * *


Пегас и два земных пони в панике уносились прочь, изредка кидая полные ужаса взгляды на стоящую на пороге дома и глядящую им вслед Принцессу Луну собственной персоной.


Когда они скрылись за поворотом, Куно сбросила облик принцессы и тихо хихикнула.


— Нет, ну ты видел их лица?! — страшно довольная собой, радостно пропищала она Вардену.


— Да, напугала ты их до смерти, конечно. Что ты там устроила? — полюбопытствовал он.


Куно зубасто улыбнулась в ответ.


— Я сказала, что провела последнюю тысячу лет на луне, занимаясь исключительно изобретением изощренных наказаний для грязных наркоторговцев.


— Н-ну, спасибо, наверное, — Вардена слегка передернуло, — Обедать будешь?


Куно хихикнула еще раз, затем развернулась к пегасу, моментально посерьезнев.


— Мы еще не закончили обсуждать всю эту историю с Авророй.


Варден прижал уши.


— Они покалечат меня, если я перестану выращивать ее для них.


— Возьми себя в руки! Ты же чертов стражник! — возмутилась ченджлинг, — Сдай их страже! Анонимно, если хочешь!


— У них есть друзья в страже. У них везде связи. Просто… просто гораздо легче делать так, как они говорят. Тогда мне не причинят вреда. — Ответил Варден, неосознанно потирая свое плечо и вздрагивая.


— Что они с тобой сделали? — спросила Куно, смягчаясь.


Пегас повесил голову и беспомощно вздохнул.


— Они вкололи мне яд. Вроде это был яд желтой кольцевой кобры, но я не уверен. По крайней мере, это они так сказали. Боль началась не сразу. Они связали меня и оставили мучиться. Когда они вернулись, я умолял их о пощаде. Они дали мне противоядие и предупредили, что если я не буду выращивать Аврору, то они заглянут ко мне еще раз… но уже без противоядия.


Куно хмуро сжала губы.


— Нужно оказать им какое-то сопротивление! — заявила она, топнув копытом.


— Уже пытался! — прорычал Варден и, повесив голову, отвернулся. — Они сломали мне колено. Обещали сломать второе, если это повторится. Тебе-то легко говорить! Ты можешь просто убежать от любой проблемы! Я не могу по мановению копыта превратиться в кого-то еще. Я ничего не могу поделать. — Пегас замолк, развернулся и ушел в свою комнату.


Куно с грустью в глазах посмотрела ему вслед.


Глава 9: Сочувствие

Куно сидела, потягивая лимонад через соломинку, просунутую между острых передних зубов.


Варден был занят уборкой, и она уже сказала, что не пошевелит ни копытом, чтобы помочь ему.


Пока не соберется с силами и не прекратит вести себя как тряпка — пускай сам устраняет последствия своей нерешительности.


Троица наркоторговцев провела довольно тщательный обыск, вот только прибрать свой бардак на обратном пути они не удосужились.


Варден никогда не копил ненужный хлам, и сейчас был этому рад как никогда — всего-то поставить на место ящики, захлопнуть дверцы да выкинуть разбитую посуду.


Куно тем временем сидела и наблюдала за ним.


— Итак, этот Даггертейл. Как так вышло, что ты выращиваешь для него эту гадость?


— спросила Куно, лениво потягивая лимонад.


— Потому что он из меня может веревки вить. — Фыркнул Варден, возвращая на место очередной ящик.


— Как сопляк вроде тебя умудрился оказаться в Страже? — спустя пару секунд без обиняков спросила Куно.


— Спасибо на добром слове, — прорычал Варден, ставя на место следующий ящик и собирая в него разбросанные по полу ложки и вилки.


— Всегда пожалуйста! — улыбнувшись, кивнула она.


Пегас с минуту молча собирал с пола столовые приборы, затем произнес:


— Из меня не получился стражник. Совсем. Я всегда знал, что стража — это не для меня… но у меня все еще не было кьютимарки. Выяснилось, что я замечательно обращаюсь с растениями, но мне бы не хватило сил работать в саду настолько большом, чтобы выращивать достаточно продуктов на продажу, а жить-то на что-то надо. Тогда я подал заявку и поступил в запас. Думаю, Шайнинг Армор просто пожалел меня, решил, что меня все равно никогда не призовут сражаться по-настоящему…


Немного помолчав, она внезапно спросила:


— Эта… Аврора, как ее используют?


— В основном как галлюциноген. Видишь много красивых цветных огоньков. По себе знаю. — ответил Варден с невеселой ухмылкой.


— Ты ее пробовал? — Куно с отвращением поморщилась.


— Может, я бы и попробовал. Со временем. Даггертейл, однако, не дал мне времени на размышления. — пегас грустно покачал головой, собирая с пола осколки тарелок.


Куно удивленно моргнула.


— Даггертейл подсадил тебя на наркотики?


— Не забывай, я в то время был не в лучшей форме. Сварм только что умерла, я был в одиночестве и совершенно подавлен.


По тону его голоса было ясно, что «был подавлен» — это слишком слабо сказано.


— Даггертейл подкараулил меня, когда я отправился в город, и накачал меня этой гадостью. — Варден горько улыбнулся, — Мне было хорошо… но недолго. Вскоре мне потребовалось еще.


Куно снова поморщилась, с неудовольствием посмотрев на пегаса.


— Я был совершенно разбит! — попытался оправдаться Варден, глядя в сторону, — У меня погибла любимая жена. Пока я был под воздействием Авроры… боль ненадолго уходила. Когда я был уже полностью зависимым, Даггертейл пришел и сказал, что, если я не буду выращивать для него Аврору — то я больше никогда ее не получу. Я без раздумий согласился, но в то время я был слишком накачан наркотиком, чтобы нормально вырастить даже какой-нибудь горох — не говоря уже об Авроре. Естественно, я угробил первую лозу, и Даггертейл был… недоволен. Я понял, что так дело не пойдет, и завязал.


— Вот так вот просто взял и завязал? — уточнила Куно, оглядывая пегаса сверху вниз, — Извини, но я не верю.


Варден хмыкнул.


— Я не говорил, что было просто. Я запасся едой и водой на несколько дней и приковал себя кандалами к унитазу.


— Жестко, — отметила ченджлинг.


— Уже на второй день я был никакой. Большая часть воды ушла на тщетные попытки увлажнить копыто и стянуть браслет. Когда стражники, отправившиеся выяснить, почему я пропустил воскресную тренировку, меня нашли — я уже еле дышал. Когда меня выпустили из больницы — Даггертейл решил давить на меня угрозами насилия — или собственно насилием, если требуется. С тех самых пор я на него и «работаю». На память у меня остались эти шрамы, — сказал Варден, протягивая Куно копыто.


По ее скромному мнению, такие шрамы мог оставить скорее зазубренный нож, чем кандалы.


— Черт побери, какая же ты тряпка! — ответила ченджлинг, медленно качая головой, — Почему ты не можешь постоять за себя?


— Потому что тогда мне причиняют боль, — грустно ответил Варден, опустошая совок с осколками в мусорное ведро, — А я не люблю боль. Я тебе не огромный мачо-стражник, способный одной левой разобраться с дюжиной бандитов.


— И ты мне об этом не рассказывал, потому что… — сухо спросила Куно.


— Одно дело — поддаться насилию… и совсем другое — принимать наркотик, который ты должен выращивать, — пегас печально покачал головой, — Думаю… думаю, я не хотел, чтобы ты считала меня полным ничтожеством… Но, похоже, уже слишком поздно, а? — невесело усмехнулся он и, со стыдом склонив голову, направился в ванную продолжать уборку.


* * *


Вечер застал Куно в собственной постели. Прямо сейчас ей было неловко находиться рядом с Варденом, и им обоим нужно было о многом подумать. Похоже, пегасу пришлось пережить гораздо больше, чем он рассказывал.


Ченджлинг прижала к груди подушку и, закрыв глаза, положила на нее подбородок. Она всегда знала, что в мире есть совершенно отвратительные пони, но никогда не встречалась с ними лично. Куно всегда старалась выбирать счастливые семьи, где любовь текла рекой. Раздавленные жизнью пегасы — не лучший источник пропитания для ченджлинга.


За ее спиной послышалось движение, и она подняла голову, в удивлении уставившись на открывшийся перед ней вид.


В дверях стоял смущенный Варден, держа в копытах светлого цвета коробку с торчащими из нее горящими свечами.


— Что ты там поджег? — спросила она, вставая с кровати и поворачиваясь к пегасу.


— Я… — пегас замолк, кусая нижнюю губу, — Черт, как бы дурацко это ни звучало, но… Когда ты сказала, что никогда не праздновала дня рождения, я решил, что…


Варден прерывисто вздохнул, встряхнул головой и шагнул вперед, ставя коробку на кровать.


В коробке лежал большой двухслойный коричневый торт с белым кремом по краям и огромным словом «КУНО» посередине. Из торта на равном расстоянии торчали три красно-белых свечки. Торт был не слишком большим, но это был торт на день рождения. На ее день рождения.


— С днем рождения, Куно! — негромко сказал Варден. — Я… я не знал, какой вкус тебе больше нравится. Сверху он шоколадный, снизу — банановый… Я могу завтра сходить поменять, если хочешь…


— Н-не надо, — пискнула Куно, с трудом выговаривая слова, и уставилась на торт. Огоньки свечей играли в ее широко распахнутых глазах. — Он… прекрасен…


Пегас вздохнул с облегчением.


— Ну, тогда загадывай желание и задувай свечи!


Куно моргнула и в панике посмотрела на на Вардена:


— Н-но… я не знаю, что загадывать!


— Загадай мир во всем мире, — посоветовал пегас, улыбнувшись. — Все так делают.


Ченджлинг уставилась на торт и, судорожно втянув воздух, наклонилась над лакомством. Первый раз в жизни она могла загадать свое собственное желание. Куно внимательно посмотрела на Вардена, загадала желание и задула свечи, погрузив комнату во тьму.


— С днем рождения тебя, с днем рождения тебя… — запел пегас, и Куно про себя порадовалась темноте своей комнаты. Она определенно дала волю эмоциям, и в ее горле образовался какой-то непонятный комок.


Закончив петь — а пел он совершенно отвратительно — Варден предложил Куно нож.


Нагнувшись над тортом, она с математической точностью отрезала ровно одну восьмую лакомства и дрожащими копытами поднесла ко рту. Первый кусочек был божественен. Торт оказался мягким, сочным и замечательно испеченным.


Открыв глаза, Куно обнаружила, что Варден вышел из комнаты. Вскоре он вернулся и смущенно протянул ей небольшую коробочку.


Ченджлинг несколько раз моргнула, давая глазам привыкнуть к темноте. Подарок. Настоящий подарок на день рождения! Плоская, широкая, квадратная коробочка, украшенная большим красным бантиком.


Голос Куно потерялся где-то в глубине живота, и у нее ушло несколько секунд, чтобы вернуть его.


— Э-это все мне?


— Каждый заслуживает свой день рождения, — кивнул Варден, — Даже ченджлинги.


Дрожащими копытами Куно взяла подарок, осторожно положила его на кровать и аккуратно развернула.


Не успела она снять крышку, как Варден произнес:


— Я не знал, что тебе достать… Не пойми меня неправильно! Надеюсь, ты не обидишься… Пожалуйста, только не кусайся!


Ченджлинг медленно подняла крышку и, зашуршав оберточной бумагой, достала из коробки ярко-красный с золотистой каймой ошейник, на котором золотой нитью было — целиком и полностью! — вышито ее собственное имя.


— Он… прекрасен… — прошептала Куно дрожащим голосом.


— Я не успел подобрать к нему колокольчик, но…


Тем временем ченджлинг дрожащими от волнения копытами уже пристраивала ошейник на место, поворачиваясь спиной к пегасу, чтобы тот помог застегнуть его.


Секунду спустя, ошейник прочно висел на ее шее.


— С-спасибо, Варден, — пробормотала Куно, стараясь проглотить комок в горле, — Большое спасибо!


— На здоровье, — ответил Варден, разворачиваясь, чтобы уйти.


Куно набросилась на него сзади, обхватила за шею и прижала к себе. Пегас озадаченно остановился, затем улыбнулся.


— С днем рождения, Куно!


— Спасибо, Варден! Большое спасибо! Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.


* * *


Куно сидела на кровати и доедала торт, облизывая крем с копыт, очень стараясь не запачкать свой новый ошейник. Порция Вардена уже была отложена в сторону на случай, если он тоже захочет попробовать. Подняв взгляд, она заметила Вардена, тихо стоящего в тени коридора. Похоже, он считал, что она его не видит. Он улыбался.


Ченджлинг была удивлена пегасом до предела. Его избивали, смешивали с грязью, использовали, он пережил больше за один год, чем Куно за всю свою жизнь. И все равно он был рад, что ей понравился его торт. Он был рад, что она рада.


Каждый раз, кусая торт или прикасаясь к ошейнику, Куно чувствовала себя все хуже. Она манипулировала им ради его любви, использовала его как источник пищи, а он просто хотел сделать ее счастливой. Чудовище! Животное! Она уже и не знала, что чувствовать.


Но одно она знала наверняка. Этот пегас как-то странно на нее действовал.


Когда она попыталась загадать желание для себя самой — все, что пришло ей в голову — это чтобы Варден когда-нибудь стал счастлив, чтобы этот бедный, разбитый пегас однажды смог скрыться от преследующих его бед.


И — кто знает? — может, он даже начинал ей нравиться?


Глава 10: Аврора


Зевнув, Куно сладко потянулась, ненароком спихивая коробку от торта на пол. К счастью, коробка была пуста — порция Вардена была предусмотрительно убрана в холодильник. Желудок ченджлинга намекнул ей, что не стоило есть столько торта сразу, но она была готова смириться с легким дискомфортом. Оно определенно того стоило.



Куно постаралась запомнить вчерашнюю дату. Теперь она будет знать, когда наступает ее день рождения. Даже если она когда-нибудь будет другой пони — у нее все равно будет свой собственный праздник.



Эта мысль заставила Куно распахнуть глаза, усесться на кровати и удивленно уставиться в на свое отражение в зеркале.



Даже если она будет другой пони?



Даже?



Она серьезно рассматривала возможность остаться здесь?



Куно застонала и принялась тереть голову копытами, пытаясь привести мысли в порядок. Что за дурацкая мысль - остаться здесь? Этот пегас - непрерывное стихийное бедствие. Ходячая проблема.



Взгляд Куно опустился на ее ошейник, и она медленно коснулась его, нежно проведя копытом по вышитому на нем имени. Ее взгляд потеплел. Варден не так уж и плох. Он, конечно, слабак, зато сердце у него на нужном месте. Или, может, ему просто не хватает кого-нибудь, кто будет подсказывать ему, что делать?



Ченджлинг нахмурилась, опустила копыто на землю и вздохнула.



Услышав скрип открывающейся двери, Куно повернулась к Вардену. На его крыле висело ведро, из которого торчал пульверизатор.



— Я ухожу. Мне надо... М-м... Короче, я ненадолго, — неловко закончил он, отводя взгляд.



— Отправляешься проведать свою Аврору? — догадалась ченджлинг.



Варден повесил голову.



— У меня нет выхода...



— Я пойду с тобой, — заявила Куно, спрыгивая с постели и потягиваясь.



— Но я должен за ней следить, иначе Дагге... стой, чего? — в удивлении переспросил пегас.



— Я пойду с тобой, — спокойно повторила Куно, направляясь к двери, — Хочу посмотреть на этот цветочек, так разворотивший твою жизнь.



Варден задумался, затем неуверенно кивнул.



— Н-ну, хорошо, почему бы и нет?



— Ну так пошли уже! — махнула копытом ченджлинг.



Выйдя из дома, Варден оглянулся на Куно и вопросительно приподнял бровь:



— Ты же умеешь летать?



— А крылья у меня зачем, по твоему? — отозвалась она, закатывая глаза.



— Ну, я думал, может... — Варден замолчал, тряхнул головой и, сделав пару шагов, взмыл в воздух. Куно огляделась вокруг, прикусив губу. Вспыхнуло зеленое пламя, и на ее месте оказался молодой голубого цвета пегас с зеленой гривой и кьютимаркой в виде цветка.



Удовлетворенная новым обликом, несколько раз на пробу помахав крыльями и привыкнув к их весу, ченджлинг отправилась догонять Вардена.



Варден несколько секунд в замешательстве разглядывал голубого пегаса, потом с пониманием хмыкнул.



— Не хочу, чтобы меня видели ченджлингом, — пояснила Куно.



Пегас кивнул.



Минут десять спустя Варден приземлился на небольшой полянке в центре леса. Куно последовала за пегасом, опускаясь на высокую, мягкую траву.



Варден махнул копытом, давая знак следовать за ним, и зашагал по заросшей тропинке вглубь леса. Вскоре они вышли к высокому утесу, рассеченному напополам узким ущельем.



— И что, теперь ты вставишь древний ключ в замаскированную замочную скважину, часть скалы отъедет в бок, и за ней откроется потайная лестница? — спросила Куно, глядя на полоску голубого неба над вершиной утеса.



Варден замер, обернулся к ней и удивленно спросил:



— Ты что, уже здесь была?



Ченджлинг уставилась на него немигающим взглядом.



— Ты серьезно?



— Нет, — ответил пегас с довольной ухмылкой и показал ей язык, — Ты такая доверчивая!



— А ты... ты... сам такой! — погрозила ему копытом Куно.



Варден усмехнулся и направился в ущелье. Вскоре они оказались на большой поляне, надежно скрытой от внешнего мира густой листвой растущих на уступах возвышающейся над ними горы деревьев.



По каменной стене ущелья стекал маленький ручеек, впадающий в крошечное озерцо в центре поляны. Скалистые склоны горы поросли мхом и разнообразными лианами.



Сама лоза, из-за которой они сюда и направились, выглядела по меньшей мере странно: темно-зеленая, с красными прожилками, которые, казалось, пульсировали, как живые. Тут и там из нее торчали желтые бутоны, переплетенные теми же красными прожилками.



— Она почти готова расцвести, — взволнованно сказал Варден, вытаскивая из ведра пульверизатор и подходя к ближайшему бутону. Внимательно осмотрев его, пегас один раз прыснул на бутон из бутылки и шагнул назад.



Наклонив голову набок, Куно с любопытством наблюдала за его действиями.



— Так что, ты их просто поливаешь?



Хмыкнув, Варден оглянулся покачал головой.



— Нет. Это мой особый состав.



Ченджлинг закатила глаза.



— Ты, небось, просто добавил чуть-чуть удобрения?



— Вообще-то, чтобы добиться нормального роста лозы, мне приходится удобрять ее экстрактом пяти очень дорогих, очень сложных в выращивании растений. Аврора так редка, потому что в естественной среде она попросту не растет. Она была выведена специально.



— И зачем же ее вывели? — спросила Куно, наблюдая, как Варден ходит от бутона к бутону, внимательно осматривает их и изредка спрыскивает своим раствором.



— Ну, изначально ее разрабатывали как универсальное растение. Это сильный анестетик и амнезиак, если правильно дистиллировать. Очень удобно для хирургических операций — отрубает кратковременную память напрочь. Когда просыпаешься - не помнишь ничего. Но, с другой стороны, это очень популярный наркотик среди насильников. Подмешал жертве в напиток - и на утро она уже ничего не вспомнит. Был даже случай, когда один пони убил свою жену, а затем накачался Авророй, чтобы забыть о случившемся.



Куно моргнула и поморщилась.



— Итак, это галлюциноген и наркотик для насильников. Неудивительно, что она вне закона.



Варден усмехнулся.



— Ах да, и если Аврору особым образом дистиллировать и смешать с аммиаком, то получившиеся кристаллы будут... очень нестабильно реагировать с обыкновенной водой.



— Нестабильно? — переспросила Куно.



— Они взрываются, — пояснил Варден.



— О Селестия... Это галлюциноген, наркотик для изнасилований, да еще и взрывчатка? — спросила она, с открытым ртом уставившись на лозу.



— Ну, Аврора же не просто так появилась, — пегас пожал плечами, — По сути, это продукт скрещивания нескольких редких растений. Именно поэтому его так сложно выращивать. Несколько лет назад группа единорогов в сотрудничестве с Сообществом Садоводов Эквестрии пыталась создать идеальное растение — растение, которое можно использовать в любых целях. Им это не удалось. У них получилась Аврора. Они выбрали лианы, потому что их можно выращивать вертикально для экономии места. Не знаю, как раскрылись взрывчатые свойства, но это как-то связано с кучей магической энергии, которую накапливает растение в процессе роста. Если его сок кристаллизовать — то он высыхает до такой степени, что реакция с водой вызывает мгновенное расширение. Трение при расширении настолько сильно, что воздух вокруг кристаллов воспламеняется, а вытесненный воздух создает волну наподобие взрывной. Думаю, если провести реакцию при очень низкой температуре или в вакууме — то получится вещество легче и мягче самих облаков.



— А почему его вообще используют как наркотик, раз его так сложно выращивать? — задумчиво спросила Куно.



— Аврора безопасна. Сколько бы ты не принял — передозировки быть не может. Ты можешь уйти в нирвану на неделю и умереть от истощения, это да... Но сам наркотик тебя не убьет, — отметил Варден с усмешкой, — Более того, у него до сих пор не обнаружено никаких побочных эффектов. Кроме, конечно, зависимости...



— А почему больницы не хотят платить за Аврору? — спросила Куно, осторожно приподнимая один из бутонов и внимательно разглядывая его.



Варден фыркнул.



— Не хотят платить? Да они ее с копытами оторвут! Безвредный анестетик и легко контролируемая точечная амнезия? Если бы ее было легче выращивать — морфий остался бы разве что на страницах учебников по медицине.



— Тогда почему ты не продаешь Аврору больницам? Ты же можешь выйти на легальный уровень. Получить лицензию, или королевское разрешение от Селестии, или что там положено... — предложила Куно.



— И тогда Даггертейл переломает мне крылья, — вздохнул Варден, — Очень немногие в этом регионе способны выращивать Аврору, и я — один из них. Остальные либо уехали, либо попросили у Стражи защиты. Одного вроде как даже убили...



Куно прижала уши, помрачнев.



— А если бы Даггертейл исчез?



— Тогда его место занял бы кто-то другой, — покачал головой Варден, — Я вижу, что ты хочешь помочь, но... У меня нет выхода. Могло быть и хуже. Я выращиваю одно из сложнейших растений в мире, и я делаю это хорошо. И, думаю, оно приносит многим пони радость...



— И ломает их жизни, — добавила ченджлинг, топнув копытом.



— Варден опустил взгляд, катая копытом какой-то камушек. — Да, наверное... Но я стараюсь не думать об этом. Я не в силах ничего изменить.



Куно покачала головой, затем шагнула вперед, обняла пегаса и потерлась щекой о его лицо.



— Если я избавлюсь от Даггертейла — то ты будешь должен мне всю свою любовь, окей?



Варден рассмеялся.



— Если ты снимешь его с моей шеи — я на тебе хоть женюсь.



Куно усмехнулась и закатила глаза.



— Осторожней с обещаниями, Варден!



— Ты бы все равно не согласилась, — покачал головой он.



— Ты прав, — моментально ответила ченджлинг.



Пегас прижал уши и вздохнул. Куно приподняла копытом его голову и посмотрела ему в глаза.



— Эй! Значимость свадеб сильно преувеличена! — сказала она и, усмехнувшись, лизнула его в лоб, — Лучше бы ты пообещал затащить меня в постель.



Варден шокировано моргнул. Ченджлинг невинно улыбнулась.



— Из меня выйдет отвратительная жена. А вот в постели — в постели ты бы возлюбил меня всем сердцем!



Пегас пробормотал что-то неразборчивое, затем отодвинулся и посмотрел на нее.



— Сколько жеребцов у тебя было?



— Несколько сотен, — ответила та, ничуть не смущаясь, — и даже несколько кобылок.



Варден нахмурился.



— Однако.



— Попробуешь назвать меня распутной, доступной или, того хуже, шлюхой — и можешь попрощаться со своим глазом.



— Несколько сотен, — повторил Варден, сжав губы.



— А сколько раз в жизни ты обедал, Варден? Тысячи? — сухо спросила Куно, прищурившись.



— М-м... Да?



Куно негодующе помахала копытом.



— Для меня секс — это еда. Я не занимаюсь им ради духовной близости. Я не хочу привязываться к пони, у которых ворую любовь. Мне нужна только их любовь, а секс — очень простой и удобный способ получить ее. Ты бы отказался от пары сотен бесплатных обедов?



Варден пристыженно отвернулся.



— М-м... Нет? Ну... Раз уж ты так говоришь...



— Ну вот и молодец, — с удовлетворенной улыбкой Куно похлопала пегаса по плечу.



— Ты же... ты же не думала совратить меня только ради того, чтобы пообедать, а? — спросил Варден, стараясь звучать как можно спокойней. Ему это не удалось.



— Было дело, пару дней назад, когда у меня еще было мало энергии. Я предпочла воздержаться. А что? — ответила она, дернув ухом.



— Да нет, просто... Чтобы ты знала... Мне очень нравится Спитфайр, — сказал Варден и, стремительно краснея, направился к выходу из ущелья.



Куно закатила глаза и, покачав головой, с обвиняющим видом последовала за ним.


Глава 11: Первый поцелуй


Весело мурлыкая очередную дурацкую песенку, Куно облизывала с копыта шоколадное тесто. Ей так понравился торт на день рождения, что она решила испечь еще. Варден снабдил ее рецептом, ингредиентами и посудой и отправился в город, напоследок попросив ее "не спалить дом дотла".


Куно уверила его, что не спалит. Наверное. Ей уже приходилось печь хлеб, но торт - это совершенно другое дело.


Хлопнула входная дверь, и ченджлинг замерла, прижавшись к стене.


Прозвучали шаги, и раздался знакомый голос:


— Это я!


Куно расслабилась и продолжила яростно перемешивать тесто деревянной ложкой.


Варден снял сумку, поставил ее на стол и уставился на ченджлинга, с любопытством приподняв бровь.


— Ты все еще его перемешиваешь? Я же ушел час назад!


— Я должна была убедиться, что комочков не осталось! — ответила Куно, — так что я мешала очень тщательно. А пока я ела комочки, тесто по краям миски затвердело, и мне пришлось съесть и его тоже. А пока я его ела — появились еще комочки, и мне пришлось съесть и их!


— Ага, конечно. Пришлось, — Варден покачал головой, требовательно протягивая копыто.


Хмыкнув, ченджлинг отдала миску пегасу. Тот вылил остатки теста в блюдо для выпекания и поставил его в духовку. Вернув Куно миску, он наклонился вперед и вставил ложку в дырку в ее копыте.


— Можешь их облизать.


Радостно пискнув, она подняла копыто и принялась слизывать тесто.


— Зачем ты ходил в город? Ты же был там вчера, — спросила ченджлинг, не отрываясь от процесса.


— Вчера я успел только заказать торт и подобрать ошейник. Я, видишь ли, не лучший летун на свете. Конечно, тренировки со стражей помогают, но я до сих пор не могу далеко летать с тяжелым грузом.


Куно понимающе хмыкнула, избавляясь от ложки и приступая к миске.


— Слушай, а зачем у ченджлингов дырки в копытах? — спросил Варден, начиная распаковывать продукты.


— Ну, — раздался из глубины миски голос, — Наш хитин довольно-таки тяжелый. Он тонкий и гибкий на суставах, но толстый и прочный там, где мобильность не требуется — например, на копытах. Если бы не эти дырки — мы бы весили раза в полтора больше и не могли бы оторваться от земли. Наши крылья не рассчитаны на большой вес.


Варден молчал. Оторвавшись от миски и махнув крыльями, Куно вопросительно посмотрела на него:


— Что?


Пегас молча смотрел на нее, приподняв бровь.


Лицо ченджлинга было сплошь вымазано шоколадным тестом. Щеки, нос, подбородок и даже рог — ничто не избежало печальной участи.


— Ну что-о? — простонала Куно.


— Ничего, ничего... — ответил он, тихо рассмеявшись.


— Не очень-то похоже на "ничего"! — возмутилась она.


— Просто... ты так мило смотришься, — признался пегас со скромной улыбкой.


— Спаси-ибо! — радостно отозвалась Куно и нырнула обратно в миску.


Усмехнувшись, Варден покачал головой.


Несколько минут спустя Куно с довольным вздохом откинулась на спинку стула, последний раз лизнула край миски и отставила ее в сторону. На вымазанном шоколадным тестом лице ченджлинга сияла удовлетворенная улыбка.


— Закончила? — спросил Варден.


Кивнув, Куно взяла ложку и уставилась в свое искаженное отражение.


— О Селестия, как я перемазалась!


Подавив смешок, пегас обмакнул полотенце в раковину и потянулся к ее лицу. Ченджлинг отшатнулась и замотала головой.


— Нет-нет-нет! Никаких тряпок! Я их не люблю, — содрогнувшись, сказала Куно, и, не сдержавшись, расплылась в хитрой улыбке, — Придется тебе вылизать меня.


— Вылизать... тебя?.. — ошарашенно переспросил пегас.


— Примерно в этом процесс вылизывания меня и заключается, — отчеканила она с коварной ухмылкой.


Варден тяжело вздохнул и закатил глаза.


— Меня не покидает ощущение, что ты задумала это все с самого начала.


— Какую, по твоему, выгоду я могу надеяться из этого извлечь? — невинно спросила Куно.


— Н-не знаю, — признал пегас, нахмурившись, — Но, согласись, твоя просьба звучит несколько странно.


— Варден? — строго сказала Куно.


— Да?


— Заткнись и начинай вылизывать!


Варден покачал головой и с обреченным стоном пододвинулся поближе к ченджлингу. Вытянув копыта, он обнял ее и медленно наклонился вперед, пока его нос не оказался в паре сантиметров от лица Куно и осторожно провел языком по измазанной тестом щеке.


Под тестом скрывался черный, гладкий и немного влажный хитин.


Чеджлинг радостно вздохнула и осторожно наклонила голову поближе, стараясь не задеть пегаса рогом. Ее крылья немного трепетали, а копыта слегка дрожали от удовольствия.


Варден задумчиво вылизывал щеку ченджлинга, наблюдая за ее реакцией, затем перешел к подбородку, вылизал нос и занялся лбом. Чуть было не напоровшись глазом на рог, он наклонил голову и провел языком от его основания до заостренного конца. Вздрогнув, Куно хихикнула


— Щекотно, — мурлыкнула она с закрытыми глазами.


Пегас улыбнулся, нежно поцеловал кончик рога и вернулся к лицу, подбирая пропущенные остатки теста. Ченджлинг выглядела до неприличия мило.


— Ну вот, все чисто, — мягко сказал Варден.


— Все чисто, — кивнув, подтвердила Куно, и тихо вздохнула.


Повисла неловкая тишина. Варден в смущении водил копытом по полу.


Куно уже было решила, что пегас упустит такую очевидную возможность, но Варден шагнул вперед, приподнял копытом ее подбородок и горячо поцеловал.


Удовлетворенно хмыкнув, ченджлинг, радостно трепеща крыльями, ответила на поцелуй, разжав губы и встретив язык пегаса своим.


Варден прижал ее к себе, продолжая поцелуй. Его собственные крылья тоже раскрылись и напряженно затрепетали в воздухе.


В их ртах все еще чувствовался привкус шоколада, и это придавало поцелую приятную изюминку. Несколько долгих секунд спустя они оторвались друг от друга, Куно — с улыбкой до ушей, Варден — стремительно краснея и пряча глаза.


— Д-довольно неплохо получилось... — сказал пегас, внимательно разглядывая свои копыта.


— Присоединяюсь, — мурлыкнула ченджлинг, облизывая губы, — я разжилась и лишним тестом, и лишней любовью. Даже как-то эгоистично вышло.


Варден нервно улыбнулся.


— И ты взял инициативу в свои копыта! — отметила Куно, радостно подскакивая на месте, — Я уже боялась, что придется повалить тебя на пол и делать все самой!


— Боялась? Или надеялась? — уточнил Варден, поднимая бровь.


Куно улыбнулась и поцеловала пегаса в нос.


— Видишь, ты не так уж и безнадежен!


Глава 12: Чистый лист


Воровато оглядываясь, Варден поднял стоящее у двери ведро с пульверизатором, повесил его на крыло и тихо выскользнул из дома. Уже было довольно поздно, и Куно мирно спала в своей комнате.


Пегас осторожно закрыл за собой дверь и уселся на крыльцо. Выждав с четверть часа, пока глаза полностью не привыкнут к темноте, он направился в сад и принялся собирать букет цветов, которые выращивал специально для этой цели.


Собрав все необходимое, Варден отошел подальше от дома и взлетел, направляясь в сторону Эверфри.



* * *



Это было очень тихое, спокойное место — небольшой холм на границе леса, покрытый чернеющим в темноте ковром высокой травы. На холме не было деревьев, кроме одного — старого дуба на самой вершине, и с его склона открывался прекрасный вид на расстилающийся внизу лес.


Для Вардена это место очень много значило. Здесь они со Сварм провели свое первое свидание, лакомясь медовой скульптурой в форме вагончика. Здесь она сделала ему предложение, и они обменялись восковыми кольцами. И именно здесь Сварм была похоронена.


Варден неслышно прошел по шепчущей на ветру и щекочущей ноги траве к надгробию в корнях дерева. Опустив ведерко на землю, он достал из него цветы и аккуратно положил перед черно-белым изображением на камне — фотографией Сварм.


— П-привет, любимая... — прошептал Варден, почтительно отступая назад, и опустился на траву, положив подбородок на передние копыта. — Да, я знаю, я обещал навещать тебя почаще, но... я был очень занят. Я знаю, ты простишь меня.


Вытащив пульверизатор, он несколько раз опрыскал цветы, чтобы они дольше не увядали.


— Я встретил кое-кого... Она очень... Нет, не хорошая. Скорее... очень похожая на тебя. Очень упрямая. И, как и ты, очень уверенная в себе. Но... она — ченджлинг. Да, я знаю, звучит по-дурацки, а?


Пегас негромко вздохнул, провел копытом по гриве и покачал головой, собираясь с мыслями.


— Она... она мне очень нравится. Не так сильно, как ты, конечно... Она очень милая. Может, я смогу ее изменить. Сделать хоть одно доброе дело в своей жизни. Тебе никогда не нравилось, когда я сидел на месте и жалел себя, если можно было что-то сделать.


Варден замолчал, задумавшись о том, что он сейчас изливает душу куску камня и безжизненной фотографии, но прогнал эту мысль.


— Она... она предложила мне помочь избавиться от Даггертейла. Тогда я смог бы выращивать Аврору для медицинских целей... Было бы здорово, правда?


Пегас тяжело вздохнул, глядя на свои копыта.


— Я... я скучаю по тебе. Но, когда Куно рядом... Она напоминает мне тебя. И это приятно. Но и больно тоже, — пегас помолчал, затем поднял взгляд, -- Почему ты ушла от меня, Сварм? Почему? Я так хочу услышать твой голос... Я так хочу обнять тебя...


Варден замолк, уткнувшись носом в копыта. По его щеке прокатилась слеза.


— Почему ты ушла?.. — прошептал он.


Время текло незаметно для пегаса. Он не знал, сколько уже пролежал там, на траве, когда позади раздался шорох.


— Варден? — окликнул его знакомый голос.


Он не ответил, продолжая неподвижно лежать на земле. Несложно было догадаться, что она все равно его найдет.


Осторожно ложась рядом, Куно нежно коснулась его плеча.


— Все в порядке?


Варден кивнул и отвернулся, незаметно смахивая крылом слезы.


— В-все хорошо, — пробормотал он, делая глубокий вдох, — Я.. я просто принес сюда немного цветов.


— Это Сварм, да? — спросила Куно, заранее зная ответ, и прижалась поближе к пегасу.


Он кивнул.


— Я слышала, что ты с ней разговаривал, но слов не разобрала.— тихо сказала Куно, нежно трясь своей щекой о щеку пегаса. — Тебе ее не хватает, да?


Пегас вновь молча кивнул и прижал уши, опустив крылья.


— Я... мне не приходилось терять кого-то, кто был мне действительно дорог, так что мне сложно понять, что ты сейчас чувствуешь. Не думаю, что могу чем-то помочь... Я могу что-нибудь для тебя сделать, Варден? — спросила она, сочувственно поглаживая его копытом по спине.


Варден повернулся к ней, затем приобнял одним копытом, кладя голову ей на плечо.


— Просто... побудь здесь со мной немного.


— Она была доброй? — спросила Куно, прижимаясь к нему и нежно перебирая перья его крыла.


Пегас кивнул, со вздохом уткнувшись в шею ченджлинга.


— Очень доброй... Но не всегда... Не знаю, как это объяснить... Она всегда была рядом, когда мне была нужна помощь и поддержка, но она была еще ближе, когда мне требовался хороший пинок под зад. Она была лучше всех. И она была моей. И я был ей нужен. Ей было плевать, что я слабак, что я не умею драться... Что другие пони вытирают об меня ноги... Она была просто рада быть со мной.


— Ты так говоришь, как будто любить тебя — глупо, — нахмурилась Куно, нежно тыкая пегаса в бок.


— Я бесполезен, — с отвращением сказал Варден, — Я всегда знаю, что мне нужно сделать, чтобы стать лучше, чтобы решить ту или иную проблему... Но я никогда этого не делаю. Я всегда слишком слаб, слишком напуган.


Куно нахмурилась еще сильнее и обняла пегаса передними копытами.


— Как по мне, ты не так уж и плох.


Он рассмеялся и покачал головой.


— Ты так говоришь только потому, что я единственный пони, с кем ты когда-либо общалась в своем истинном облике.


Ченджлинг несколько секунд внимательно смотрела на пегаса, затем кивнула.


— Ты совершенно прав.


Пегас в недоумении повернулся к ней.


— Что?


— Ты единственный, с кем я когда-либо общалась по-настоящему. Ты единственный, кто был добр ко мне. Глядя на меня, ты видел не просто ченджлинга — ты видел нечто большее, — ответила Куно, потеревшись о Вардена носом, — Я встречала сотни влюбленных жеребцов. Я чувствовала, какова их любовь. Ты стоишь на ступеньку выше их.


— Спасибо за красивую лесть, — усмехнувшись, сказал Варден, кладя голову обратно на ее плечо.


— Ты бы все отдал ради еще одного дня с ней? — мягко спросила Куно.


Варден кивнул, разглядывая ее копыта.


— Без раздумий... Обнять ее, прижать к себе, услышать ее голос, зарыться в ее гриву... Увидеть ее улыбку... — Пегас замотал головой и сжал глаза, до крови закусив нижнюю губу.


Куно обхватила его копытами и, крепко обняв, потерлась носом о его шею.


— Не надо стесняться меня, Варден. Выговорись.


Пегас изо всех сил прижал ченджлинга к себе и уткнулся носом в ее грудь, больше не сдерживая слез.


— Я... Я даже не успел попрощаться... Ее уже не было... И все потому, что я такой слабак.


Куно что-то мягко прошептала, успокаивающе поглаживая его гриву.


— Почти... Да что там, каждый день я думаю о том, что это должен был быть я. Это как какая-то дурацкая шутка судьбы, что самый ничтожный из нас остался жить... — Варден покачал головой.


Ченджлинг понимающе кивнула и, наклонившись, нежно коснулась носом лба пегаса.


— Я для тебя что-нибудь значу, Варден?


— Д-да... Нет... Я не знаю... — беспомощно ответил пегас, прижимая уши, — Т-ты мне нравишься. Ты похожа на Сварм. Меня уже даже не беспокоит, что ты — не пони.


— Если бы вместо Сварм умер ты — то я бы сейчас тоже была мертва. Так что ты уже принес в этот мир немного добра, Варден.


— Я... — пегас не нашелся, что ответить, и покачал головой.


— Каково это — потерять кого-то, кто тебе так дорог? — с неподдельным любопытством спросила Куно.


— Это... Ну, как... Как будто у тебя из груди вырвали сердце, но ты продолжаешь жить... Или как лишиться крыльев. Или остаться без глаз. Какая-то часть тебя так сильно связана с тем, кого ты любишь, что когда ты их теряешь — ты теряешь как бы часть себя... Это очень больно. И, каждый раз, когда ты о них вспоминаешь — становится только больнее, как будто тебе соль втирают в рану. Как будто ты снова теряешь их... И снова… И снова...


Куно побледнела, прижав к голове уши.


— Звучит не очень-то приятно, — пробормотала она, — А каково... каково тогда любить?


Варден поднял голову и посмотрел на нее полными слез глазами.


— Это... невероятно! Любовь заполняет в тебе пустоту, о существовании которой ты до этого и не подозревал. Ты чувствуешь, что способен на все. Ты настолько счастлив, что тебе почти больно. Ты улыбаешься, даже когда тебе хочется плакать.


Куно кивнула и нежно лизнула пегаса в нос.


— Сварм любила тебя?


Варден кивнул, стиснул зубы и отвернулся. Куно нежно, но уверенно развернула его голову обратно и посмотрела ему в глаза.


— Думаешь, она хотела бы, чтобы ты страдал всю оставшуюся жизнь?


— Сварм... Сварм всегда хотела, чтобы я был счастлив... — прошептал пегас.


— Я чувствую, что ты влюбляешься в меня, Варден. Я — ченджлинг, я знаю, о чем говорю, — Подняв копыто, она нежно погладила его уши.


Варден опустил голову, но его молчание было достаточным признанием.


— Я представляю себе, что ты сейчас чувствуешь. Как будто твое сердце предает себя. Как будто ты бросаешь Сварм ради какого-то чудовища, но... но... — Куно замолкла и, прикусив губу, бросила взгляд на надгробие, — Если бы Сварм стояла вот тут вот, прямо сейчас — велела бы она тебе и дальше быть несчастным? Честно?


Варден медленно покачал головой.


— Она бы строго грозила мне копытом и кричала, чтобы я двигался дальше и искал свое счастье.


Куно мягко кивнула, обнимая пегаса.


— Тебе надо кончать жить вчерашним днем, Варден. Как ты представляешь себе свое будущее? Чем ты будешь заниматься следующую дюжину лет? Продолжишь выращивать Аврору для Даггертейла?


Варден опустил взгляд.


— Я не особо об этом задумывался.


— Тебе кажется, что твоя жизнь уже кончилась, что это просто тающие угольки, оставшиеся от костра вашей со Сварм любви... но это не так! У тебя еще многое впереди! Пора отпустить ее, Варден. Сварм больше нет. Никогда не забывай ее, но не вздумай разрушать свою жизнь из-за воспоминаний. Ей бы это совсем не понравилось.


Несколько долгих секунд пегас молчал, затем поднял взгляд.


— Я хочу немного побыть один, — его голос дрожал, зато тон был серьезен как никогда.


Ченджлинг молча кивнула, обняла пегаса и отправилась вниз по склону холма.



***



Варден тихо плакал, лежа в одиночестве под старым дубом на вершине холма.


— Я... я решился, любимая. Пора начать жизнь с чистого листа. Я... я больше не позволю топтать себя ногами. Я больше не буду слабым, — произнес пегас, стараясь дышать спокойнее. Встав на задние копыта, передними он обнял холодный камень, поцеловал фотографию и отвернулся, прикусив губу. Пегас поднял с земли цветы и, сжав бутоны копытом, оторвал лепестки.


— Я... я знаю, что ты хочешь, чтобы я был счастлив. Я никогда тебя не забуду... Я только надеюсь, что... — Варден замолчал, не в силах говорить дальше, и отвернулся. Собравшись с силами, он повернулся к надгробию. — Я... я надеюсь, что ты сумеешь меня простить.


Пегас отпустил лепестки, и они посыпались на могилу.


Это всегда были ее любимые цветы.


Ветер подхватил красные лепестки и понес их над лесом, пряча в ночной тьме.


— Прощай, Сварм... — прошептал Варден, разворачиваясь и направляясь вниз, к подножию холма и к началу новой жизни.



* * *



Пегас вернулся домой нескоро. Проскользнув внутрь, он тихо прикрыл за собой дверь и, оставив ведро у входа, проскользнул в кровать, прижал подушку к груди и уткнулся в нее лицом.


Слез больше не осталось, и он чувствовал себя истощенным — физически и эмоционально. Впервые со смерти Сварм ему не хотелось плакать, думая о ней.


Послышалось шуршание, и Куно проскользнула в кровать, прижимаясь к спине пегаса. Варден перевернулся и крепко обнял ее, изо всех сил прижимая к груди и горячо целуя. Куно пискнула, удивленная его внезапным напором, затем прижалась поближе.


Прервав поцелуй, пегас с улыбкой посмотрел на еле различимого в темноте комнаты ченджлинга.


— Спасибо, Куно... Просто... спасибо.


— Больше не будешь плакать? — мягко спросила Куно, трясь щекой о его нос.


— Больше не буду, — пообещал Варден, прижимая ее к себе.


Глава 13: Счастье


Солнечный зайчик просочился между занавесок спальни и удобно устроился на лице Вардена. Пегас зевнул и сладко потянулся. Он проснулся как раз вовремя, чтобы заметить, как лежащая рядом Куно закрывает глаза и притворяется спящей. Пегас хмыкнул и с любопытством ткнулся в ченджлинга носом. Куно поморщилась, зевнула, вытянув язык, и уткнулась копытами ему в грудь, медленно потягиваясь.



— Я уже заметил, что ты не спишь, — укоризненно сказал Варден.



Фыркнув, ченджлинг приоткрыла один глаз и уставилась на него.



— Ты смотрела, как я сплю? — спросил Варден с удивлением и долей испуга.



— ... Может быть, — согласилась Куно.



— Немного страшновато, — сказал Варден, — что ты нашла в этом такого интересного?



Ченджлинг насупилась и прижала уши.



— Я... Ну, не знаю... Просто ты... совсем другой, когда спишь.



— Другой? — удивленно переспросил Варден.



— Другой, — кивнула Куно, внимательно разглядывая пегаса, — Такой тихий... спокойный... Это так мило!



— Я всегда тихий и спокойный! — возмутился он.



Ченджлинг мягко рассмеялась, покачала головой и нежно поцеловала его в нос.



— А вот и нет. Вокруг тебя постоянно висит какая-то аура беспокойства. Как будто над тобой все время висит злой пегас с грозовым облаком в охапке и только и ждет подходящего момента, чтобы тебе насолить.



— Вообще-то не пегас, а единорог, — ответил Варден, тяжело вздохнув, — Не помню, чтобы я чувствовал себя спокойным и счастливым с тех пор, как... как умерла Сварм.



Ченджлинг мягко кивнула, хоть в душе и не согласилась с пегасом. Она видела, как он улыбался, когда открывала подарок на день рождения. Она видела радостную искру в его глазах, когда вылизывала миску из-под теста.



— Не желаешь немножко поразвлечься? — спросила Куно, трясь носом о шею пегаса.



— Ты опять пытаешься совратить меня? — Варден закатил глаза.



Ченджлинг фыркнула.



— Я имела в виду, что ты мог бы сводить меня на свидание... В Понивилль, например. Показать, как пони веселятся.



— Н-ну, — пегас задумался, поджав губы, — В Кантерлоте сейчас вроде как ярмарка?



— Звучит интересно, — улыбнулась Куно.




* * *




Варден прошел через ворота ярмарки в компании белоснежного пегаса с зеленовато-голубой гривой и кьютимаркой в виде синего цветка.



На воротах висел плакат с перечеркнутым красным крестом изображением ченджлинга. На плакате было написано: "Сообщайте страже о любом подозрительном поведении. Договоритесь о проверочных словах с семьей и друзьями для легкой идентификации ченджлингов. Безопасность — забота каждого!"



Куно увидела плакат и нахмурилась. Варден потащил ее мимо, к колесу обозрения.



— Не обращай внимания! Пошли дальше. Мы пришли сюда веселиться!



Тихо вздохнув, Куно кивнула и осмотрелась вокруг.



— Чем займемся сначала?



Варден задумался.



— Я должен выиграть тебе плюшевую игрушку.



— Плюшевую игрушку? — удивленно переспросила Куно.



— Именно, — кивнул Варден, указывая на свисающего с потолка ближайшей палатки большого крылатого тигра. В палатке играли в популярную на ярмарках и фестивалях игру с метанием пауков.



— Хочу! — объявила Куно, тыкая копытом в тигра.



— Тогда я добуду его для тебя! — уверенно сказал Варден, подходя к стойке и доставая десять монет.



Получив трех тряпичных пауков, пегас прицелился, взвешивая одного из них на копыте, и бросил. Паук пролетел ниже, чем следовало, и зацепился за самый низ сетки.



— Пробный выстрел! — не отчаиваясь, сказал Варден и, высунув язык, взял второго паука. Следующий бросок пришелся чуть левее, чем следовало, а третий вообще перелетел сетку. В итоге он набрал только пять очков, а тигр стоил сорок: одно попадание в яблочко и два — во внутреннее кольцо. Потребуется еще немало попыток. Варден выбрал утешительный приз и передал его Куно.



— Но я хочу тигра! — капризным тоном сказала она.



— Знаю, знаю, сейчас будет тебе тигр! — ответил пегас с уверенным кивком.



Четыре попытки и четыре маленьких игрушки спустя от его уверенности не осталось и следа.



— Эх... Это не так просто, как кажется... — пробормотал Варден, поворачивая голову в сторону лотка с напитками, — Куно, можешь купить нам лимонаду? Я попробую еще пару раз.



Кивнув, Куно взяла деньги и нырнула в толпу, направляясь к лотку. Как только она скрылась из виду, пегас подошел к владельцу палатки и заговорщически наклонился над стойкой.



— Слушай... Мы оба знаем, что мне никогда не выиграть этого тигра... — опустив копыто в сумку, Варден извлек на свет увесистый мешочек с монетами и с тихим звоном потряс им на стойкой, — Просто... скажешь ей, что я выиграл? Пожалуйста?



Оглянувшись через плечо, пегас с ужасом увидел, что Куно возвращается, прижимая крыльями два стакана с напитком. Хозяин палатки перехватил его взгляд и довольно ухмыльнулся. Смахнув мешочек с золотом под стойку, он достал трех пауков и одного за другим метнул в сеть, без видимых усилий попадая почти в самый центр и набирая сорок пять очков. Ошарашенное выражение еще не сошло с лица Вардена, когда Куно приблизилась, ставя лимонад на стойку и глядя на сетку, вытаращив глаза.



— У тебя получилось? — с улыбкой спросила она, радостно подпрыгивая.



— Конечно, получилось! — ответил за него владелец, — Особенно удался последний бросок.



Варден захлопнул рот и кивнул.



— Выбирайте ваш приз! — хозяин палатки обвел копытом игрушки.



Пегас сразу же указал на заветный подарок. Получив крылатого тигра, Куно сразу прижала его к груди и вцепилась зубами в полосатое ухо.



Варден вопросительно приподнял бровь.



Куно моргнула, встретив его взгляд, по прежнему не выпуская ухо изо рта.



— Что? — спросила она голосом, слегка приглушенным плюшевым ухом, затем надулась, выпятив грудь, — Он должен знать, кто здесь главный!



Пегас просто стоял и смотрел на нее.



— Ты невыносимо мило смотришься.



— Я знаю! — с радостной улыбкой согласилась та.



— Пошли, нам еще надо попасть на колесо обозрения! Быть может, его заклинит, и нам придется сидеть вдвоем в кабинке на огромной высоте несколько часов, — с видом знатока заявил Варден.



Куно распахнула глаза.



— Правда?



С довольной ухмылкой он покачал головой.



— Честно говоря, нет. Так бывает только в дурацких историях о любви, когда автор отчаянно пытается найти удобный предлог запереть своих героев наедине на пару часов. В реальной жизни такого не бывает. Не говоря уже о том, что все такие аттракционы оборудованы системами безопасности и бесперебойного питания как раз на такой случай.



— Ну-у!.. — простонала Куно, разочарованно опуская уши.



Пегас улыбнулся.



— Если хочешь, мы можем притвориться, что провисели там несколько лет, только ты и я...



— Договорились! — моментально согласилась она.




* * *




Пегас и пегас-ченджлинг возвращались домой, сгибаясь под тяжестью гор плюшевых игрушек и сладкой ваты соответственно. Куно никогда не пробовала сладкую вату и не особо горела желанием, но когда Варден предложил — она не раздумывая взяла по две штуки каждого из трех вкусов. Перешагнув порог, ченджлинг сразу же опустила пакеты на пол и приняла свой истинный вид.



— Фух... Так странно не быть собой.



— Это самая необычная фраза, что я когда-либо слышал, — ответил Варден и, покачав головой, понес мешки в гостиную.



Куно направилась за ним и положила сладкую вату на стол, задумчиво разглядывая упаковки.



— Почему ты не попробовала ее на ярмарке? — полюбопытствовал пегас.



Куно поморщилась.



— У всего разный вкус, когда ты земной пони, пегас или единорог, и даже когда ты старая добрая Куно.



— Очень... интересно. Может, именно поэтому единороги так любят всякую странную гадость? — предположил Варден.



— Довольно вкусно, если ты единорог, — заметила Куно, распаковывая лакомство голубого цвета.



Поднеся сахарную вату ко рту, ченджлинг вцепилась в нее, щелкнув зубами, и в недоумении заморгала, уставившись на следы от клыков.



— Она такая легкая... и пушистая...



— Поэтому она и зовется ватой, — улыбнувшись, пояснил Варден.



— Твоя правда, — пробормотала Куно, широко открывая рот и, усердно работая челюстями, начала поглощать сладость.



Ее копыта задрожали.



— Она фаеф у феня фо фту!



Варден сидел, глядел на ченджлинга с сахарной ватой в зубах и радостно улыбался.


Глава 14: Письмо


Вставив деревянную палочку в дырку в копыте, Куно лакомилась третьей по счету сладкой ватой. Откусывая маленькие кусочки от пушистого лакомства, она каждый раз замирала, наслаждаясь непривычным ощущением во рту.


Варден сидел за столом и читал какой-то журнал о садоводстве.


— Было бы здорово завести виноградник... — как бы про себя произнес Варден, мечтательно разглядывая фотографию виноградной лозы с большими, тяжелыми фиолетовыми ягодами.


— Виноградник? — переспросила Куно, продолжая жевать с довольным видом.


Варден кивнул.


— Да... виноградник... Это вроде как моя голубая мечта.


— Голубая мечта? — спросила ченджлинг, наклонив голову набок, — Почему голубая?


— Потому что посинела от своей несбыточности, — усмехнулся Варден, — Для начала нужно раздобыть землю. Мне принадлежит достаточно большой участок прямо здесь, но большая его часть покрыта лесом, и, даже вырубив деревья, я все равно мог бы выращивать только обычные сорта, а на них спрос невелик.


— Выращивай необычные, — пожала плечами Куно.


— Тогда придется переехать куда-нибудь южнее. Или наоборот, гораздо севернее, — ответил Варден с мечтательной улыбкой, — Я давно хотел уехать на далекий север и выращивать кристальный виноград.


— Кристальный виноград? — удивленно моргнула Куно.


— Экзотический сорт, который был очень популярен, пока Кристальная Империя существовала. Когда она исчезла, на полях некому было работать, и виноград погиб. Никто не выращивал его сотни и сотни лет, — со знанием дела объяснил Варден.


— И как ты собрался его выращивать, если он вымер? — спросила Куно, наклонив голову.


— Сварм раздобыла для меня ящик семян незадолго до того, как... В общем, она знала, что я обожаю редкие лианы, а что может быть реже, чем виноградная лоза, растущая только на сильном морозе, и вымершая тысячу лет назад? — ответил Варден с улыбкой, — Я был бы единственным в мире пони с виноградником этих ягод. Я был бы единственным производителем вина. Через пять лет я был бы богат, как король.


— Звучит заманчиво, — кивнула Куно, — Почему ты еще не занялся этим? Не отправился на север и не начал их выращивать?


Варден вздохнул.


— Меня постоянно что-то отвлекало.


— Например? — настойчиво спросила Куно.


— Суицидальная депрессия? — предположил пегас, приподняв бровь.


Куно прижала уши и мягко кивнула.


— Причина ничем не хуже других... А теперь? Что теперь тебя останавливает?


— Даггертейл, например. Надо как-то от него избавиться. Затем надо купить землю, достать из подвала ящик с семенами и по земле доставить его на север. По воздуху не получится — понадобится как минимум дракон. Ну, или три-четыре пегаса, — Варден хмыкнул, потирая подбородок, — Но в основном все-таки Даггертейл и земля.


— Плохо дело, — Куно скорчила недовольную рожу, — Тогда почему Сварм купила эти семена, если все равно знала, что здесь их не вырастить?


Варден мягко улыбнулся.


— Она всегда была оптимисткой. Думала, мы сможем подкопить денег и купить землю на севере.


— Тогда почему ты не копишь? — в недоумении спросила Куно.


— Даггертейл. Аврора — основная статья его дохода. Просто так он меня не отпустит.


— А если убить его — его место займет кто-то другой? — с мрачным видом припомнила Куно.


Варден кивнул.


— Кратко говоря, да.


— Значит, надо всего лишь убедить Даггертейла оставить тебя в покое, и тогда ты будешь свободен? — озабоченно уточнила ченджлинг.


Варден снова кивнул.


— Всего лишь. В этом-то и проблема.


— Ты его об этом спрашивал? — продолжала допытываться Куно.


Пегас рассмеялся.


— Спрашивал? Он не очень-то любит вопросы такого рода.


— Давай я его спрошу. Назови мне имя кого-нибудь из его приближенных, — потребовала она, откладывая недоеденную сахарную вату в сторону.


— Я... не думаю, что это хорошая идея, — ответил Варден, покачав головой и закусив губу.


— Я просто передам ему письмо для Даггертейла. И все. Отправлю сообщение, — невинно улыбнулась Куно.


— Не будешь его убивать, калечить, начинять письмо взрывчаткой, ядом и так далее? — недоверчиво покосился на нее пегас.


— Просто передам ему письмо, в котором попрошу оставить тебя в покое, — ответила она, кивая.


Варден задумался.


— Ну, думаю, большого вреда не будет... Его заместитель — довольно мерзкий тип, единорог по имени Саншайн. Будь с ним осторожнее — он злобный, тупой и не гнушается ничем.


Кивнув, Куно подскочила к столу, взяла перо и бумагу и начала писать:


"Уважаемый Даггертейл..."



* * *




Даггертейл жил в большом поместье на окраине Кантерлота, с идеально подстриженным газоном, широкой дорожкой от ворот к главному входу, зелеными оградами и мраморными скульптурами.


Белый гравий похрустывал под копытами Саншайна, идущего к дверям поместья и несущего перед собой свиток. Он несказанно удивился, когда около часа назад на улице к нему подошла какая-то странная пегас и заявила, что у нее имеется важное сообщение для Даггертейла. Саншайн, как и положено хорошему заместителю, отвел ее в надежно скрытый от посторонних глаз переулок, чтобы без свидетелей получить письмо. В конце концов, какого вреда можно ждать от одного маленького пегаса? Они все как один худющие сопляки.


Распахнув двери, единорог уверенно зашагал по мраморному полу, кивнув охраннику у входа. Охранник, земной пони, как и стража, носил металлическую броню, однако у него она была бронзового оттенка и сильно отличалась формой. Саншайн прошел мимо, остановился и, почесав копытом голову, спросил:


— Эм-м... Где у нас кабинет босса? Направо или налево?


Охранник вздохнул и махнул копытом вправо.


— Премного благодарен, — сказал единорог и уверенно зашагал в указанном направлении.


Даггертейл был уже немолодым, но еще далеко не седым единорогом. Золотое кольцо с брильянтом на роге, золотая серьга в ухе и золотой же монокль на левом глазу отлично сочетались с белым цветом его шкуры.


Закинув задние копыта на стол из красного дерева, единорог читал журнал, куря трубку и изредка делая глоток-другой из стакана бренди со льдом и, очевидно, совершенно не беспокоился о мирских проблемах.


На стене висело изображение Найтмер Мун, из которого торчали три узких метательных кинжала.


— Вам письмо, Босс! — Саншайн зашел в комнату, приподнимая свиток повыше.


— Сколько раз я велел тебе стучаться, прежде чем зайти? Вернись и постучи, — спокойно сказал Даггертейл, помахав копытом.


Саншайн прижал уши и, извинившись, вышел из комнаты, закрыл за собой дверь и постучал.


— Войдите! — раздался голос Даггертейла.


Единорог вновь открыл дверь и зашел в комнату, кладя письмо на стол.


— Вам письмо, Босс.


— И что, я должен читать его сам? — сухо спросил Даггертейл.


Саншайн в замешательстве моргнул, затем зашуршал письмом, разворачивая бумагу, и уткнулся в него.


— Ты умеешь читать, Саншайн, я знаю. Читай, — приказал Даггертейл, раздраженно помахав копытом.


— Уважаемый Даггертейл! Вы меня не знаете. Меня зовут Куно. Я недавно прибыла в эту страну после многих бед у себя на родине. Мне стало известно, что вы используете моего нового друга Вардена, заставляя его выращивать для вас разного рода растения. Я вынуждена любезно настаивать на том, чтобы вы либо вступили с ним в традиционные деловые отношения, как и подобает джентльменам, либо прекратили пользоваться его услугами, так как я считаю, что...


Даггертейл прервал единорога, фыркнул и закатил глаза.


— Откуда у тебя это письмо?


— От какого-то пегаса, — ответил Саншайн, — Я ее раньше не встречал. Очень милая.


— Когда ты последний раз видел Вардена? — спросил Даггертейл.


— Как раз перед тем, как придти сюда, — ответил Саншайн.


— И? — Даггертейл вопросительно приподняв бровь.


— У него и Куно было для тебя сообщение, — единорог помахал бумагой в воздухе, — Но этот пегас, Куно... Она хотела доставить его лично.


— Лично? Сюда, в поместье? — тихо рассмеявшись, уточнил единорог, — Ну что ж, это сэкономило бы нам кучу времени! Ты, случаем, не выяснил, что же это за сообщение?


Кивнув, Саншайн закрыл глаза и нахмурил брови, напряженно думая.


— Ах да... — спустя пару секунд ответил единорог, открывая глаза.


Даггертейл поперхнулся, увидев его глаза — бездонные, яркие и светло-голубые.


Подскочив и проскользнув крупом по столу, Саншайн обеими задними ногами ударил Даггертейла в грудь, опрокидывая того на пол, и приземлился сверху. Быстрое касание рогом лишило белого единорога магических способностей на некоторое время, лишая его всякой возможности сопротивляться.


Сбросив маскировку, Куно с коварной улыбкой склонилась над Даггертейлом, проводя острыми клыками по шее снизу вверх, до самого уха, и несильно сжала челюсти. По шее единорога потекла струйка крови, и он вскрикнул от боли.


— Я могу считать, что завладела твоим вниманием, Даггертейл? — сладко спросила ченджлинг.


Даггертейл энергично закивал, стараясь восстановить дыхание.


— Я не стану тебя убивать... — с улыбкой прошептала Куно в ухо единорога, — У меня на родине мое имя означает "Агония". Не знаю, почему мать выбрала это имя, но я очень скоро поняла, что оно мне очень даже подходит.


Наклонившись еще ближе, Куно зацепила клыком золотую серьгу единорога и, зажав копытом его рот, рванула на себя. Раздался приглушенный вопль боли. Ченджлинг ответила тихим смешком, не выпуская из зубов залитую кровью серьгу.


Снова наклонившись над единорогом, она сжала копытами его горло.


— Все те, кого ты когда-либо знал. Все те, кого ты каждый день видишь на улице. Если хоть один волосок упадет с головы Вардена — ты будешь с ужасом следить за каждым из них. Я не убью их, о нет! — невинно хихикнув, Куно укусила единорога за разодранное ухо.


Даггертейл всхлипнул и, в ужасе глядя на ченджлинга, попытался прижать к уху копыто.


Куно снова хихикнула и тихо прошептала: — Каждый из них... Не забывай, я могу быть кем угодно. Твоей матерью. Твоим ребенком. Твоим лучшим другом. Твоим заместителем. Кем угодно. И, если с Варденом что-нибудь случится... Я приду за тобой.


Злобно расхохотавшись, Куно поднялась и пнула единорога в живот. Тот с закрытыми глазами скорчился на полу.


Подойдя к портрету Найтмер Мун, она вытащила один из кинжалов, насадила на лезвие кольцо и вогнала нож в лежащее на столе письмо, затем превратилась обратно в Саншайна и спокойно вышла из комнаты.


К тому моменту, когда Даггертейл пришел в себя достаточно, чтобы подняться на ноги — от ченджлинга не осталось и следа. Из стола торчал кинжал с заляпанным кровью кольцом. На пригвожденном кинжалом листе было всего два слова:


"НЕ ЗАБЫВАЙ"


Глава 15: Финал


Куно сидела в ванне и, зажав во рту зубную щетку и напевая очередную дурацкую песенку, терла свое покрытое пеной тело жесткой губкой. Было уже поздно, и почти пора ложиться спать.


Она уже сказала Вардену, что жокеи Даггертейла должны оставить его в покое, и осталось только ждать. Варден не собирался ложиться спать. Он продолжал ходить взад и вперед по гостиной. Один из агентов Даггертейла должен был появиться сегодня утром. Если он не придет — пегас может считать, что он свободен.


У Даггертейла, однако, были иные планы.



* * *



— Так, вы двое, обойдите дом и проследите, чтобы они не сбежали через задние окна, — приказал Саншайн, указывая копытом на двух земных пони. Кивнув, они отделились от основной группы и направились в обход здания.


Саншайн повернулся к оставшимся.


— Вы помните, что надо делать, так?


Четверо пони кивнули.


Махнув копытом, единорог отдал приказ. Двое пони направились к двери, еще двое — к окнам. Саншайн наблюдал за ними, потирая оставленную Куно в переулке шишку. Пришла пора расквитаться.



* * *



Продолжая напевать, Куно начала тереть хитин в том месте, где обычно висел ошейник. Пора бы подобрать какую-то подкладку, чтобы ткань ошейника не так сильно натирала шею, подумала она. Надо будет спросить Вардена.


В этот момент окно ванной взорвалось дождем осколков.


Стекло зазвенело по кафелю. Разбивший окно камень глухо ударился о дверь.


Куно на мгновение растерялась. Выскочив из ванны, она развернулась к окну и агрессивно оскалилась.


Куно слишком поздно поняла, что в окне никого нет. Дверь ванной распахнулась и ударилась о стену. В коридоре, недобро оскалившись, стояли двое земных пони. Еще один появился в окне, блокируя все пути к отступлению.


Куно увидела еще одного, который пробежал мимо двери к комнате Вардена. Последовали звуки драки.


Ченджлинг бросилась на пони в дверях, занося копыто.


Первый пони увернулся, шагнув в сторону, а второй заехал копытом ей в нос. Куно упала набок. Ее голова гудела, а из носа начала сочиться кровь.


Сильный удар копытом в голову опрокинул ее на другую сторону, и она потеряла сознание. Керамика пола моментально окрасилась красной кровью из ее носа и уголка рта.


* * *


Саншайн прошагал сквозь дом как сквозь свой собственный и зашел в комнату, куда уже тащили отбивающегося Вардена и бессознательную Куно.


— Отпустите меня! — прокричал пегас, стараясь вырваться. Удар в живот заставил его замолчать.


Увидев Саншайна, Варден побледнел.


— Здравствуй, Варден, — тепло поздоровался единорог, — какие необычные у тебя нынче друзья.


Пегас перехватил его взгляд, и увидел, как бессознательную Куно втаскивают в комнату и бесцеремонно швыряют на пол.


— Не смейте ее трогать!


Еще один удар в живот — и Варден сложился пополам, прижимая копыта.


— Даггертейл отправил нас передать сообщение, — сказал Саншайн, с кровожадной ухмылкой разглядывая скорчившегося пегаса, — попрощайся со своим насекомым.


Стараясь восстановить дыхание, Варден попытался подняться на ноги. Один из земных пони обхватил ченджлинга и поднял ее над землей. Другой схватил ее за рог и запрокинул ей голову. Еще один выхватил нож и с ухмылкой подошел к Куно.


— Н-нет... — выдохнул Варден, поднялся на ноги и попытался подойти к ней. Неожиданный удар под ребра опрокинул его на пол. Что-то хрустнуло. Еще один удар пришелся в плечо. Со слезами на глазах он посмотрел на ченджлинга. — П-пожалуйста, не надо!


Пони с ножом подошел вплотную, прижал кинжал к хитиновой шее и облизнулся, наслаждаясь моментом.


— Н-нет... — прошептал Варден, опуская голову.


Саншайн поднял копыто.


— Стой!


Пегас с надеждой поднял взгляд.


— Даггертейл хочет, чтобы ченджлинг был мертв. Пускай стража казнит его. Мы получим награду. В любом случае она умрет.


— Н-но... — прошептал Варден, — Вы же н-не...


— Заткнись! — прорычал Саншайн и пнул пегаса в грудь. Раздался неприятный хруст.


— Придержите его копыто, — тихо сказал единорог.


Двое земных пони отпустили ченджлинга и подошли к пегасу. Варден со свистом вдохнул. Один из пони вытянул его переднюю ногу, другой помог зафиксировать ее.


— Умоляй меня, Варден. Умоляй, чтобы я не причинил тебе вреда, — прошептал ему на ухо Саншайн.


— П-по... прошу вас, не надо... — Варден в ужасе посмотрел на единорога, затем на свое копыто.


Лицо Саншайна медленно расплылось в холодной улыбке.


— Нет.


Раздался хруст.


Единорог обрушил весь свой вес на ногу Вардена, прямо на сустав, и он завопил от боли. Даже держащие копыто пони вздрогнули от отвратительного хруста и выпустили покалеченную ногу.


С бегущими по щекам слезами пегас прижал копыто к груди, продолжая кричать.


— Крыло, — спокойно произнес единорог.


Земные пони вытянули белое крыло и разложили его на полу. Варден почувствовал движение и замер. Полными слез глазами он повернулся и Саншайну и прокричал:


— Нет! Пожалуйста, не надо! Я все сделаю! Я все сделаю, прошу вас! Не-ет!


Продолжить он не успел. Единорог поднял копыто и изо всех сил опустил его на хрупкое крыло.


Раздался новый крик боли. Пегас кричал и кричал. Его тело было наполнено агонией. Вардена вырвало на пол, но он продолжал кричать.


— Ничтожество, — фыркнул Саншайн, хотя и продолжал с явным удовольствием наблюдать за страданиями пегаса.


— Полагаю, теперь ты не будешь перечить Даггертейлу? — спросил он, хватая Вардена за гриву и глядя ему в глаза, — Теперь скажи мне спасибо за то, что еще жив, Варден! Иначе попрощаешься со своим вторым крылом!


Варден продолжал стонать, заливая слезами пол.


— С-спасибо, что... что я еще жив... — с трудом выдохнул он сквозь слезы и всхлипы.


— Хороший мальчик.


Саншайн махнул копытом, и остальные пони исчезли, унося с собой Куно.


Единорог задержался в дверях.


— Завтра мы придем за отчетом об Авроре.



* * *



Варден попытался встать. Солнце светило сквозь занавески. Уже утро, а он так и не смог подняться на ноги. Запах собственной рвоты будил чувство стыда. Стыда и отчаяния.


У него забрали все, что у него было. Опять. Куно — все, что у него было. И ее забрали. И ее казнит стража.


Сначала Сварм. Теперь — Куно.


А ведь он был почти счастлив! И теперь ничего этого нет.


Лучше бы Саншайн просто убил его.


Несколько минут спустя он смог подняться на ноги и заковылял к ванной. Там все еще стояла почти полная бутылочка подавителя магии. Содержимого хватит, чтобы умереть от передозировки. Жить больше незачем. Жизнь кончена.


На то, чтобы добраться до ванной, ушло несколько полных боли минут, но мысль об окончании страданий толкала его вперед.


По кафелю было ползти легче, чем по дереву. Сметя остатки стекла с дороги, Варден приподнялся над раковиной. Он открыл дверцу шкафа и вытащил пузырек с таблетками.


Однако что-то его остановило.


Перед его глазами висело слово "Куно". Моргнув, он попытался собраться с мыслями. На крючке над раковиной висел ярко-красный ошейник с вышитыми золотом буквами. Варден замер.


Куно больше нет. Ее сдали страже. Она мертва.


Или еще нет?


Варден уставился на бутылочку с таблетками. Можно так просто все закончить. Так просто... Ни боли, ни страданий... Но что будет с Куно? Варден — ее последняя надежда.


Ему стало почти смешно. Такой сильный, смелый ченджлинг — и она рассчитывает на него? На самое последнее ничтожество?


Пегас посмотрел на залитое слезами отражение в зеркале. Слабак. Он — слабак.


Он отбросил пузырек в сторону, и таблетки рассыпались по полу голубыми бусинами.


Варден посмотрел на себя в зеркало и, прикусив язык, собрался с силами. Пора прекращать быть слабым. Он нужен Куно.




* * *


Куно всхлипнула и пришла в сознание. Ее голова и передние копыта были зафиксированы на месте. Сердце Куно бешено забилось, и копыта задрожали. Она — в гильотине. Краткий осмотр окружения привел ее к иному выводу. Она была всего лишь в колодках. Задние копыта были прикованы друг к другу. Ее поймали.


Вокруг лился яркий солнечный свет. Она поняла, что оказалась во внутреннем дворе Кантерлотского замка, на виду стражи у входа и постепенно собирающихся зрителей. Она тяжело вздохнула и повесила голову. Публичная казнь. Из нее хотят сделать пример остальным.



* * *



Четыре часа. Четыре полных боли и слез часа — дорога от его дома до ворот Кантерлота. Его колено было совершенно раздроблено, и сделанные в спешке повязки ничуть не помогали. Одно крыло безжизненно висело вдоль тела, а из-под шлема текли слезы. Каким-то чудом он умудрился просунуть переломанное крыло сквозь отверстие в броне.


Приняв три таблетки подавителя в качестве обезболивающего, он двинулся в путь. Копыто за копытом. Время — время несущественно. У него есть цель, и он ее достигнет. Так или иначе.



* * *



Он шел по улицам Кантерлота. Прохожие пытались помочь ему, но он их игнорировал. Наклонив закрытую шлемом голову, пегас медленно, но уверенно шагал вперед, к замку.


Когда Варден подошел к воротам замка, вокруг него уже собралась большая толпа — кто-то просто смотрел, кто-то пытался предложить помощь, кто-то шептался между собой.


У ворот его встретил лично Шайнинг Армор, поблескивающий фиолетовой броней Стражи.


— Смирно, солдат! Что с тобой случилось?


Варден поднял голову и, продолжая хромать вперед, ответил:


— Жизнь случилась.


Пегас шагнул вперед, но Шайнинг преградил ему путь копьем.


— Назови себя, солдат!


Варден замер, затем вытащил собственное копье, с трудом удерживая го одним копытом. Толпа резко вздохнула. Круг вокруг пегаса и капитана сузился.


— Я дошел до сюда. Это было сложнейшее испытание в моей жизни. Я готов пройти и сквозь тебя, чтобы добраться до нее...


— До нее?.. — переспросил Шайнинг, совершенно не впечатленный его речью.


— Я не хочу причинять тебе вреда, — произнес Варден, нахмурившись.


— Ты... ты пришел за ченджлингом? — спросил Шайнинг, пристально глядя на пегаса, — Ни шагу дальше!


Варден вздохнул и поднял копье, затем рванулся вперед. Капитан легко увернулся от удара и крутанул свое копье, попав Вардену под подбородок и отбросив его на два шага назад.


Шлем пегаса укатился в сторону, звякая по камням мостовой.


— Сдай оружие! — потребовал Шайнинг.


Варден со стоном поднялся на ноги и перехватил копье поудобнее, направляясь в сторону капитана.


Шайнинг шагнул вперед, легко отмахнулся от острия копья Вардена и ударил его древком в голову, затем в шею. Пегас упал.


— Почему ты не сдаешься?


— Мне еще есть за что драться, — ответил Варден, опираясь на копье и с трудом удерживая равновесие.


Капитан подошел к пегасу и, ударом копья опрокинув его на землю, приставил острие к его горлу.


Варден молча встретил его взгляд.


— Что ты творишь, Варден? Ты объединился с ченджлингами?!


Пегас посмотрел в залитые гневом глаза капитана и улыбнулся.


Шайнинг Армор удивленно уставился на него.


— Ты даже не можешь себе представить... Даже... Для тебя она — чудовище... Ты не видишь в ней живого существа.


—- Она — чендждинг!


Варден повернул голову и увидел вдалеке отчаянно бьющуюся в цепях Куно.


— Она — гораздо, гораздо больше, — пробормотал Варден, прислоняясь плечом к каменной стене, — гораздо больше...


— Она промыла тебе мозги! — прошипел Шайнинг, качая головой.


Варден негромко рассмеялся.


— Это вам промыли мозги. Промыли мозги, чтобы вы их ненавидели. Промыли мозги, чтобы вы не видели дальше собственного носа... Она не чудовище. Она... прекрасна. Я люблю ее! Если вам есть, в чем ее обвинить — помимо того, кем она родилась — тогда да, казните ее!


Пегас зарычал, схватил древко копья, прямо над острием, и крепко сжал его:


— И если я заслуживаю умереть за то, что хочу спасти ее — тогда давайте! Убейте меня!


Шайнинг Армор неуверенно посмотрел на пегаса.


Из толпы появилась фигура и поспешно подошла к единорогу. Внимательно поглядев на Вардена, Кейденс обменялась со своим мужем парой реплик.


Пегас наклонил голову назад, подальше от острия копья, и поймал взгляд Куно.


Она глядела на него, и слезы лились по ее щекам. Ченджлинг прокричала его имя, но он был слишком далеко.


Шайнинг закончил разговор с женой, пристально посмотрел на пегаса, затем сделал шаг назад. Капитан махнул копытом, и стража разошлась в стороны, образуя коридор между Варденом и Куно.


Пегас моргнул, затем поднялся на ноги и, не задавая лишних вопросов, двинулся вперед, к ченджлингу. Варден скользнул взглядом по стоящей рядом Кейденс: аликорн любви кивнула ему и произнесла одними губами: Иди к ней!


Пегас добрел до подмостков, приподнялся и горячо поцеловал Куно, обняв ее шею копытами.


— Я... я боялся, что потерял тебя... — прошептал он, не переставая целовать ее.


— Прости меня, В-варден.... — шепотом отозвалась она, прижимая уши, — Мне не надо было идти к Даггертейлу... Это я во всем виновата...


Варден покачал головой.


— Тсс...


Куно замерла, неожиданно осознавая окружающую их толпу.


— И ч-что теперь?


— Теперь мы пойдем домой... — пробормотал Варден, открывая колодки. С большим трудом он смог поднять тяжелую деревянную балку, но вскоре Куно была свободна.


Высвободившись, Куно огляделась и увидела, сколько вокруг стражи. Несколько дюжин.


— Варден... — прошептала она.


— Будь сильной, Куно, — ответил Варден, поднимаясь на ноги и, положив ченджлингу на спину здоровое крыло, направился к выходу.


Все наблюдали за необычной парой в молчании: и толпа, и стража, и капитан, и его жена. Никто не попытался их остановить, но никто и не попытался помочь.


Варден прошел пешком большую часть главного проспекта Кантерлота. Затем он упал на землю. Куно не смогла его разбудить.



* * *



Многое случилось в Кантерлоте в последующие несколько дней. В государственном банке видели молодого пегаса. Она сняла все деньги со своего счета и приобрела участок земли на севере.


Стража расследовала смерть Даггертейла — его обнаружили у себя дома с ножом в горле. Расследование показало, что он был убит Саншайном, своим заместителем. Тот факт, что Саншайн был вскоре после убийства обнаружен в трех милях от дома в канаве со сломанной шеей, на вывод следствия не повлиял. Было решено, что он пытался скрыться и неудачно упал. Дело раскрыто. Все спорные доказательства отложены для дальнейшего рассмотрения и благополучно проигнорированы.


Сотрудники Кантерлотской больницы быстро свыклись с тем, что у кровати бессознательного пегаса часами просиживает ченджлинг в красном ошейнике.


Все в городе знали историю о Куно и пегасе, который прошел четыре километра со сломанной ногой и крылом, чтобы спасти ее. Поговаривали, что сама принцесса Кейденс убедила Шайнинга отпустить их. Стража смотрела на ченджлинга с неприязнью, но обходила ее стороной.



***



Куно посмотрела на Вардена и прикусила губу. Пегас был в коме на неопределенный срок. У него было внутреннее кровотечение, сломанное колено, крыло и несколько ребер. Варден теперь всегда будет хромать на одну ногу, и больше никогда не сможет летать.


И он в таком виде прошел четыре мили, чтобы спасти ее.


Куно почувствовала, что плачет. Дрожащими копытами она положила на тумбочку у кровати два свертка бумаги и, помедлив, красный с золотым ошейник.


Затем она поднялась и, не оглядываясь, вышла из палаты. Больше ее никто не видел.



* * *



Варден очнулся через восемь дней в полном одиночестве. Куно нигде не было. От нее остались только ошейник, купчая на участок земли на севере и письмо:


“Дорогой Варден!


Я не знаю, как это сказать. Я ухожу. Я решила, что не люблю тебя. Я не знаю, что такое любовь. Любовь — это что-то только для пони. Не просто пища, не просто ощущение.


Ты показал мне, на что способна любовь. Ты прошел четыре мили ради меня со сломанным крылом, ногой и ребрами. Ты сделал это потому, что любишь меня. Я это точно знаю. И ты тоже это знаешь.


Но еще я точно знаю, что на твоем месте я бы не смогла этого сделать.


Ты — невероятный пони, Варден. Ты заслуживаешь кого-то, кто будет любить тебя так же сильно. К сожалению, это не я.


Спасибо тебе за все! Будь счастлив, Варден. Ты заслуживаешь быть счастливым и любимым.


С наилучшими пожеланиями,


Куно”


Медсестры, делающие ночной обход, не раз замечали, как белый пегас тихо плачет, прижимая к груди письмо и ошейник.



* * *



Прошло два месяца.


Варден посмотрел вслед четырем пегасам, уносящим ящик с семенами на север, затем оглянулся на Кантерлот. Он уходил, оставляя все в прошлом, чтобы начать новую жизнь на севере.


Он продал свой старый дом, передал Аврору под охрану стражи, и свидетельствовал по делу о торговле наркотиками. Суд постановил, что Варден действовал по принуждению и не может быть привлечен к ответственности, а Куно была признана не имеющей отношения к делу. Конечно, за ней будут пристально следить, если она вновь объявится.


Вздохнув, Варден в последний раз перечитал письмо Куно, затем разорвал его на мелкие кусочки и рассыпал их по земле.


— Прощай, Куно. Спасибо тебе за все.


Пегас прохромал к повозке и залез внутрь. Колеса скрипнули, и Варден приготовился к долгому путешествию на север, к новой жизни.


Эпилог

Прошел год.


Варден сидел на качелях под старым деревом и задумчиво ковырял копытом снег. Близился сбор урожая, но прямо сейчас никакой работы не было — оставалось только ждать, пока ягоды поспеют. Северная часть поля уже была вспахана и готова к посадке. Его первый и единственный помощник, земная пони по имени Грин Хуф, уехала к родителям на несколько дней.


Ветер качнул висящий у крыльца красный ошейник. Воздух наполнился тихим звоном, а голова пегаса — воспоминаниями. Варден все еще любил ее, но так давно ее не видел. Грусти больше не было, осталась меланхолия. Конечно, он жалел, что она ушла, что он не успел убедить ее остаться. Он как будто бы снова потерял Сварм. С другой стороны, Куно оставила его гораздо более сильным, чем раньше.


После истории в Кантерлоте охота на ченджлингов поутихла. С юга новостей приходило немного, да и сам Варден был слишком занят виноградником, чтобы их выслушивать, однако он все равно надеялся, что с Куно все в порядке и что она счастлива — где бы она сейчас ни была.


Колокольчик зазвенел неожиданно громко. Пегас удивленно поднял голову. Перед ним в белом снегу сидел черный ченджлинг с ошейником в зубах и разглядывал его, наклонив голову набок. Варден протер глаза.


— Было не так-то просто тебя отыскать, — проворчал ченджлинг, не выпуская ошейник изо рта.


— К-куно?


— Некоторым я известна под этим именем, — с довольной улыбкой кивнула она.


Варден налетел на нее, опрокинул в снег, прижал к себе и расцеловал. Сердце пегаса дико стучало.


— Т-ты вернулась!


— Не за тем, чтобы ты меня сразу же раздавил! - хихикнув, Куно выпустила из зубов ошейник и ответила на поцелуй, — Я решила заскочить проверить, как у тебя дела.


Варден кивнул, разжал объятья и нежно потерся носом о ее щеку, затем поднялся из снега и помог ченджлингу встать.


— Не могу поверить, что ты здесь! Я... я боялся, что никогда больше тебя не увижу... — его голос дрогнул.


— Ну, я у тебя кое-что оставила, — Куно подняла с земли ошейник и помахала им в воздухе, — Вот, вернулась забрать.


Варден моментально изменился в лице.


— ... вот оно как...


— Помоги надеть, дурашка! — сказала Куно, разворачиваясь и подставляя шею.


Варден подошел к ней и щелкнул замком.


— Готово... — пробормотал он, нежно погладив ее щеку.


Куно развернулась и несколько раз радостно подпрыгнула, наслаждаясь веселым звоном.


— Со мной столько всего случилось — ты не поверишь!


— Куча дел?.. — спросил пегас, хромая обратно к качелям.


Куно кивнула и уселась рядом.


— Ты многому меня научил, но я все еще хотела узнать, что такое любовь. Всю жизнь питаться ей и даже не знать, что это, по сути, такое — это как-то... — ченджлинг недовольно поморщилась.


— Любовь сложно измерить и разложить по полочкам, — невесело усмехнулся пегас, глядя на Куно краем глаза, — даже если ты ешь ее на завтрак.


— Я и сама это поняла... со временем. Но в итоге я разобралась, что это за штуковина такая.


— Да? Просветишь?


— Любовь — это... такая чертовски непонятная штуковина, — Куно неопределенно помахала копытом, — Вроде как еда. Она наполняет, и внутри становится тепло и чуть-чуть щекотно.


Варден улыбнулся и кивнул.


— Ты нашла себе кого-то?


— Еще как! Ну, скорее, это он меня нашел, — призналась Куно, на секунду задумалась, затем продолжила, — Он сильный, очень смелый и, можно даже сказать, умный. С натяжкой. Хотя выглядит он так себе.


— Прямо как я, только сильный, смелый и умный, — ухмыльнулся пегас.


— Он многому меня научил о любви, сам того не желая.


— Мы постоянно учим друг друга чему-нибудь, хотим мы этого или нет, — мудро заявил Варден.


— Конечно, но он научил меня очень многому. Он бросал вызов всему моему мировоззрению, просто находясь рядом. Удивительный пони. Но... Я не могла понять, люблю я его или нет, так что я... убежала.


— У тебя это замечательно выходит.


— Но в конце концов я решила, что люблю, — Куно прижалась к Вардену и положила голову ему на плечо, — потому что без него у меня внутри было как-то... пусто? Понимаешь?


— Не понимаю, — признался пегас с улыбкой.


— Ну, как бы тебе объяснить... Я могла заполучить любовь от кого угодно, но эта любовь всегда была... хуже. Не такая, как его. А больше всего на свете я хотела почувствовать именно его любовь. Ну, конечно, сомневаюсь, что ради него я смогла бы отпахать четыре мили со сломанным копытом, но я же не ты! — Куно мягко ткнула пегаса в плечо.


— Похоже, ему чертовски повезло с тобой, — вздохнул Варден.


— А еще он обещал на мне жениться! И я думаю, что соглашусь. Пожалуй, я готова провести с ним рядом остаток жизни.


— Очень... очень рад за тебя, — пробормотал Варден, немного отодвигаясь от ченджлинга и пряча взгляд.


Куно нахмурилась.


— Ты что, завидуешь?


Варден тяжело вздохнул и кивнул.


— Думаю, да... Этот загадочный пони получит все, о чем я мечтал последний год.


— Ничего не могу поделать. Этот загадочный пони как-то пообещал, что женится на мне, если я помогу ему избавиться от Даггертейла, так что у него в принципе нет другого выхода.


Варден поперхнулся.


Прижав копыто к его рту, Куно наклонилась вперед и потерлась носом о белую щеку.


— Женись на мне, Варден!


Пегас ошарашенно заморгал, стремительно краснея.


— Н-но... я...


— Не заставляй меня идти за веревкой! — пригрозила Куно, коварно оскалившись, — Хотя... так было бы даже интересней!


— Но... но ты же сбежала от меня! — в замешательстве запротестовал Варден.


— Потому что я тебя не любила! — фыркнула она, — Вернее, думала, что не любила. Но, когда я ушла, внутри стало так пусто... Любви, которую я воровала у других, больше не хватало. Это была просто пища — совсем не то, что мне требовалось. Как безвкусные сухари вместо свежего макового рулета.


— Я... прямо не знаю, что и сказать... — Варден в шоке смотрел на ченджлинга, боясь пошевелиться.


— Скажи "Да". Ты любишь меня. Мы можем вместе выращивать твой виноград. Можем даже завести собаку!


— Это тебе не шутки, Куно! Это серьезно!


Куно фыркнула, затем обхватила Вардена за шею и горячо, страстно поцеловала.


— Однажды я уже ушла от тебя, Варден! Я сразу же пожалела об этом. У меня ушел целый год, чтобы набраться смелости вернуться. И теперь ты хочешь меня прогнать?


Варден покачал головой и нежно поцеловал ее.


— Слушай, конечно же я скажу "Да" — со временем. Просто ты так неожиданно появилась!..


— Не тяни! — ченджлинг начинала терять терпение, — Это же просто формальность! Твоя душа и так уже принадлежит мне! Ради меня ты дрался с капитаном стражи!


— И он меня победил, — ответил Варден, вздрагивая.


— И он чертовски отменно надрал тебе зад! — поправила его Куно.


— А ты ведь так и не сказала этого вслух... — отметил пегас, потираясь носом о теплый хитин.


— Не сказала чего?


— Тех трех слов, что я хочу от тебя услышать, — с серьезным видом ответил Варден.


Куно кивнула и обняла его за шею.


— Сначала скажи, что женишься на мне.


— Нет уж, сначала ты!


Куно отстранилась назад, внимательно посмотрела в глаза пегаса и улыбнулась.


— Варден! Я люблю тебя!

Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Ссылки: https://ficbook.net/readfic/1527747, http://www.fimfiction.net/story/60491/an-affliction-of-the-heart
Похожие рассказы: Владислав "Dark" Семецкий. «Мёртвое Эхо : Легенда о Шанди. Глава Шестая. Гнев.», Anonymous_Pegasus «Муки сердца (том второй)», Мирдал, Хеллфайр «Через миры»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален