Furtails
DedMazday
«Псих-3. За три звезды.»
#инопланетянин #разные виды #саблезуб #приключения #фантастика #магия #превращение
Своя цветовая тема

ПРОЛОГ

Рубка неизвестного корабля.

– Капитан, ты должен это увидеть. – Раздался голос одного из членов экипажа маленького корвета, приютившегося под боком древней разрушенной орбитальной крепости.

– Что там, Рарк? – Капитан отвлекся от наблюдения за командой, которая в это время копошилась в потрохах оборонительной станции в поисках уцелевших устройств, так ценившихся на черном рынке в этой части галактики.

– Какие-то олухи профукали нулёвый фрегат Рари, прямо в лоб сунулись слишком близко к планете. Только вжик! И всё! – Рарк сделал движение конечностью, изображая рассекающее движение. – Был один корабль, стало два куска металлолома! Может, глянем, вдруг что осталось?

– Нет. – Капитан подошел к экрану, на котором отображалась траектория движения обломков. – Никуда они не денутся. Вот закончим здесь, тогда и там посмотрим. Я не хочу рисковать кораблем, кто знает, не раскусит ли здешняя ПКО нашу маскировку.

– Не раскусит! Вагарские «невидимки» самые лучшие!

– Ты так говоришь потому, что сам Вагар. – Возразил капитан. – Я сказал: потом посмотрим. Мне самому интересно.


Глава 1

– Ты уверен, что твои часы правильные? – Недоверчиво спросила Лиса.

– Уверен! Корабль специально засекал время астрономического полудня и выставлял их! – Я поставил электронный планшет, взятый с корабля Рари, на полку, так чтобы все, находящиеся в импровизированном банкетном зале могли видеть время, отображающееся на экране. – Не волнуйся, пусть я и не фанат Нового Года, но всё-таки первый Новый Год на этой планете я не пропущу!

Подумать только! Целый год прошел с момента, когда межпланетные врата пали жертвой людской жадности, и сообщение с Землей оборвалось. После того, как основные силы непров были уничтожены, мы, отдохнув пару дней, вернулись к складу и забрали свои машины, а заодно вывезли всё, что влезло в кузова электрогрузовика и Урала. На обратном пути мы встретили свою старую пиратскую команду и механика Игоря, которые сбежали на пятый форпост, от закручивающего гайки Звягинцева. После нашего ухода, тот словно с цепи сорвался, и прибрежный форт опустел.

Стоит сказать, что парней я не узнал сразу. Впрочем, это и неудивительно – как оказалось, машина Бабайки сработала, но не так, как тот предполагал. Не знаю, в кого он собирался превратить людей, но из-за того, что в устройство влез я, часть населения третьего форпоста, а может и других тоже, стала выглядеть как мы. Иными словами, в полку прямоходящих саблезубых ощутимо прибыло.

Вернувшись с пополнением к ангару, мы зарядили пушки корабля и расстреляли лежащую поперек него плиту, а потом совместно с наноботами и мелкими ремонтными дронами-паучками привели корабль в порядок за две недели с небольшим. После чего всё наше имущество, включая даже высаженные ранее саженцы и отпочковавшиеся от них молодые побеги, было погружено в объемный трюм корабля, и мы переселились на западное побережье материка в город саблезубых, где я давно хотел побывать. По пути хотели забрать и кое-какое оборудование с разбитого Клыка, но, как выяснилось, ушлые до чужого добра люди уже уволокли его в Цитадель. Да и пусть, ключ я с корабля забрал, так что если они его запустят, то сами виноваты.

А город саблезубых потрясал. В раскинувшихся на несколько километров вдоль побережья руинах древнего города, нашли пристанище тысячи зверей. Такого большого скопления я раньше не видел. Большие кошки поселились в наиболее уцелевших домах, развернувшись с размахом. Вокруг города раскинулись обширные луга, на которых паслись под контролем зверей-охранников, дежуривших по очереди, стада буйволов и овец, предназначенных для пропитания. Ближе к городу расположились плантации растения, листья которых использовались как противозачаточное средство. Вообще, стоит сказать, что ревнивым поборникам нравственности и целомудрия лучше не стоит подходить близко к городу, во избежание сердечного приступа. Трудно было пройти по улице, не встретив две-три пары, и не только пары, проводящие время в любовных играх, а уж слышно их было постоянно. Довольно развратный городок, короче говоря.

Ну, и по прибытию нас ждал еще один сюрприз: прямоходящие встретились нам и здесь, только на этот раз они получились не из людей, а соответственно моим пиратам, которые тут же ринулись с боем отбивать себе самочек у местного населения, пришлось учить свои вторые половинку русскому языку. Впрочем, кому-то не досталось, но те выбрали себе пару из четвероногих тех, что помоложе. Любопытно будет на них взглянуть, когда их пассии вымахают в десять раз больше их самих.

Мы расположились на окраине, заняв целый квартал, который электризовали за счет моего инвертора и реактора внедорожника. А ещё, при помощи голографического проектора, который реквизировали с корабля, мы каждый вечер крутили фильмы на стене здания, стоящего на главной площади нашего микрорайона. Стоит отметить, что и другие жители Саблеграда, как мы стали позже именовать наш городок, тоже появлялись на киносеансах, всё-таки развлечений здесь не так чтобы много, и некоторым они успели приесться. Особый интерес к киноаппаратуре, как, впрочем, и другой технике, проявляла мохнатая мелкота. Как-то раз из-за этого даже возникли проблемы – у нас угнали грузовик. Шустрые котята подсмотрели, как мы управляемся с машиной, и решили повторить: один уселся на сиденье, положив лапы на баранку, другой расположился внизу у педалей, а остальные оккупировали кузов. Чтобы отловить безобразников, пришлось выгонять из трюма наш старый УАЗ, который прихватил Игорь, когда сбежал с третьего форпоста, и отправляться в погоню. Возможно, мы это сделали зря, так бы они накатались и вернули машину на место, но с нашим появлением они решили поиграть в салки. Гоняться за ними пришлось около часа, всё-таки город они знали лучше нас. Но в конце малолетние оболтусы не справились с управлением и перевернули грузовик на резком повороте, горохом посыпавшись на песок, где тут же были отловлены старшим поколением, и, получив увесистых подзатыльников, разбежались по щелям, откуда не показывались еще пару дней.

Поблизости от нас непры больше не появлялись, разве что издалека приходили вести, об их попытках пробраться через маленькие порталы. Но теперь информированные саблезубы не боялись их, и вырезали их десант сразу же, не давая закрепиться вновь. Иными словами, на планете стало гораздо безопаснее, и нам больше не было нужды таскать на себе полцентнера оружия и боеприпасов. Автоматы, пистолеты, амуниция и обмундирование заняли места в сундуках, ожидая времени, когда они вновь понадобятся. Но, надеюсь, оно будет нескоро. А пока мы могли вздохнуть свободно, сняв с себя всю экипировку, а после, под влиянием климата и местных нравов, и остальные вещи. Так что теперь я был самым одетым из всех проживающих здесь прямоходящих, поскольку, как капитан корабля, носил на руке часы, которые на самом деле являлись средством связи с кораблем, мощной вычислительной системой и много чем еще.

– Псих, ты чего задумался? – Шах потряс меня за плечо, возвращая в реальность. – Где шампанское?

– Тоже мне шампанское! Бормотуха какая-то – Проворчала Лиса. – С каких пор ты стал виноделом?

– А я и не говорил, что я винодел! – Ответил я ей. Вот же вздорная! – Я, скорее, самогонщик, но вина тоже делал. И я не говорил, что это шампанское, это яблочное вино, то есть сидр. Ты не бойся, бабахнет что надо!

– Пить вино из огнетушителя?

Ну, подумаешь, огнетушитель. Другой-то герметичной тары у нас не было, а без нее хлопка не будет. И чему она удивляется? Я же служил в армии, а российская армия учит только двум вещам: спать в любом месте и в любых условиях, и протаскивать спиртное куда угодно и в чем угодно. Это она просто спирт из резиновой перчатки, словно из вымени, не сосала, тогда бы она не удивлялась.

– Ты бы не возмущалась, я тебе в твоем положении всё равно не налью! – Ответил я ей. – Сок пей. Вот вырвется из тебя маленькое склизкое существо, пробив грудную клетку, тогда и будешь пить. Или нет.

Какое ей ещё вино, когда ей рожать через месяц-другой. Не знаю, сколько длиться беременность у саблезубых, а уж тем более у прямоходящих. Да, Лиса беременна. Причем от меня, и никто никому не изменял, все всё знают. Вообще, стоит отметить, что это я стал последним, кто узнал о том, что меня назначили на роль суррогатного отца – будто бы им других саблезубых мало – да и узнал-то уже в процессе. То-то я удивился, когда Кира решила привязать меня к кровати – обычно мы ничем таким не увлекались – а уж когда она и глаза мне завязала и вышла куда-то на несколько минут… Стоило почуять подвох, но тут я определил только по запаху, причем когда Лиса уже «ускакала» верхом на мне далеко-далеко в прерии. В довершении всего, на пике страсти она укусила меня за плечо и прокусила его. Хорошо, что хоть Кира не кусается, клыки-то у нее побольше будут, но зато эта дикарка постоянно расцарапывает мне спину, что с учетом заточенных алмазным надфилем когтей – впрочем, как и у меня – довольно-таки больно. Не могу сказать, что мне не понравилось, но неделю после «изнасилования» я с ними не разговаривал. Скучная была неделя.

– Ты опять в облаках витаешь? – На этот раз Кира выдернула меня из воспоминаний. – Где майонез?

– В холодильнике. – Ответил я, а потом пояснил. – В магическом.

– Это? – Шах вытащил из ящика с рунами баночку, открыл её и принюхался к содержимому. – Не похож он на майонез…

– Не похож на магазинный! – Я вырвал баночку у него из рук и бухнул несколько ложек в то, что должно было изображать оливье, но из местных продуктов, похожих по вкусу. – Всё по рецепту настоящего майонеза. Почти… – Ну, забыл я уксус положить, ну и что? Похоже ведь.

– Ты речь подготовил? – Опять насела на меня Лиса.

– Я?! Почему я-то сразу?! – Нет, ну, правда? Нашли крайнего, тоже мне. – Почему не ты? Первая забеременевшая из представителей новой расы, или вида… или… короче, понятно!

– Ты главный – ты и поздравляй.

– Я?!

– Ты немцем заделался?

– Нет! – Ответил я. – Ни немцем, ни главным, ни крайним я не заделывался. Это всё вы меня назначили! Поздравить я могу только так… – Я прокашлялся и начал говорить, пародируя гнусавый голос Борьки-алкаша. – Дорогие россияне, Новый Год, панимааеешь! Я устал, я ухожу!

– Куда ты уходишь? – Хором спросили все присутствующие, которых собралось ни много не мало, а четыре десятка.

– Домой!

– Ты уже дома.

– А, точно. – Я хлопнул себя по лбу. – Запамятовал.

Главное правило празднования Нового Года в чьем-то доме: это должен быть не твой дом. Мне не повезло. Так как мы поселились в одном из пустующих домиков, и, приткнув к нему нашу бытовку, соединила два маленьких жилища в одно большое, то все решили, что тут лучшее место для банкета. Ну, и вся земная посуда была у нас, что тоже немаловажно.

– Черт с ним поздравлением. – Лиса махнула рукой. – А фейерверки у нас есть?

– Есть взрывчатка! – Оживился Бабах. Всё бы ему взрывать.

– Не надо взрывчатки. – Я замахал руками. Им дай волю, так я бездомным останусь. – Есть сигнальные ракеты.

– Сигнал к атаке – три зелёных свистка. – Попытался схохмить Гук.

– Зря смеешься. – Пресёк я распространение армейского юмора. – Ракета сигнальная зелёная, со звуковым сигналом. Их как раз три штуки. И красных еще четыре.

– Нафига они тебе? – Удивился Шах.

– Шоб було! – Отрезал я.

– И это я еще хомяк! – Припомнила мне Кира. – А сам-то! Сам-то! Плюшкин!

– Ладно, хватит. С фейерверками разобрались. Шампанское есть. – Я начал загибать пальцы. – Оливье, фрукты, мясо… Что там с шашлыком? – Прокричал я на улицу.

– Ммошти мотоф. – Промычал с улицы Чиф – наш кок со времен пиратских набегов обзавелся-таки прозвищем.

– Ты нам-то оставь! – Ну и что, что шашлык на Новый Год не жарят. Но летом-то почему бы не пожарить? – Шашлык есть. Чуть-чуть. Сладкое наскребли чуток. Считай, что готовы.

– Тортик бы. – Мечтательно прошептала Лиса.

– Молока нет. – Опять Шах заводит старую песню о молоке. Надоел уже.

– А ты Лису подои, она вон какую грудь отрастила! – Предложил я ему. – Раз уж с коровой у тебя не вышло.

Шах смутился, Лиса погрозила мне кулаком, а остальные засмеялись, вспомнив, как он пытался добыть молока. В общем, сначала он договорился с саблезубыми, охранявшими стадо буйволов, пообещав тем позже пригнать из лесу несколько оленей, которых пришлось выслеживать мне, ибо он до сих пор в лесу чувствовал себя чужим. После, начинающий молочник пригнал корову в город, решив, что учиться дойке стоит подальше от стада и в подходящих условиях. Привязал корову к забору за рога, подготовил ведро, уселся на табуреточку… и обнаружил, что его корова на самом деле бык. Оставшееся время до заката он потратил на то, чтобы отогнать быка обратно в стадо, а после того, как переночевал в поле, рассказывая байки пастухам, он пригнал очередную корову, на этот раз настоящую. Как он сам сказал: «Три раза проверял, и еще два в пути, чтобы пол не поменяла». За соски он её дергал, наверно, где-то около часа, но ничего не надоил и пошел искать меня. Нашел, а потом полчаса уговаривал ему помочь. Не то чтобы я не хотел ему помогать… Я просто сам не хотел признаваться в том, что я тоже не умею доить корову. У меня-то был доильный аппарат. Пришлось всё-таки идти за ним к… останкам коровы. Пока его не было, мохнатая мелкота успела схарчить скотинку.

Нет, какое-никакое, но понятие частной собственности у саблезубых было. Вот только еды оно не касалось, ибо лучше, если мясо, которое не стал есть ты, съест твой соплеменник, чем оно испортиться. Конечно, корова испортиться не могла, но мелкоту вообще мало что интересовало. Пока они не выросли, некоторые правила они предпочитали не замечать. Из-за этого я лишился одного из своих мешков с кофейными зернами. Не знаю, чем мелочь так привлек горький запах кофе, но мешок они уперли и благополучно сгрызли все зерна. А после, и без того реактивные котята, зарядившись кофеином, еще три дня носились как наскипидаренные. Ну, хоть потом было спокойно, пока они восстанавливали силы, потраченные за время марафона. А еще малявки имели раздражающую черту завалиться спать там, где им вздумается. Так, заснув с Кирой вдвоем, мы часто просыпались утром в окружении сопящих котят, разлегшихся вдоль и поперек. И это при том, что котятами они считались только по меркам саблезубых, а так они были размером от некрупной рыси до леопарда. Но хотя такое скопление разумных, как в Саблеграде, было довольно шумным, иногда даже надоедливым, у меня ни разу не возникало раздражения. Наверное, это оттого, что все тут жили своей жизнью: тихой, размеренной или, напротив, веселой, энергичной и непоседливой, и при этом никто, ни один даже самый старый и почтенный саблезуб, не учил других как правильно жить, что делать, что говорить, где одеваться, какой марки… Опять меня понесло не туда.

– Шампанское доставай! – Прокричали мне. Что-то я сегодня залипаю.

Я достал из холодильника, на этот раз электрического, красный цилиндр огнетушителя, который сейчас был заправлен игристым вином из сока местных фруктов, очень похожих на земные яблоки.

– А этот год не високосный? – Поинтересовался Лелек.

– Нет. Високосный каждый седьмой, кроме каждого сто сорокового. – Я уже давно всё посчитал. Воспользовавшись компьютером корабля, естественно. – Правда, если я не ошибаюсь, то каждый тысяча четырехсотый год будет високосным, но не думаю, что мы столько проживем.

Приближалась полночь, я, воткнув когти в деревянную пробку, закрывающую огнетушитель, чуть-чуть её потянул, чтобы потом не терять времени. Появился Чиф с большим подносом с шашлыком. Несколько – чуть не сказал человек, название какое-нибудь придумать что ли – саблезубых отправились на улицу и вернулись, занося остальные подносы. Зажглась гирлянда из покрашенных лампочек от автомобильных фар на хвойном дереве, растущем в горшке в углу комнаты. Часы на полке отсчитывали последние секунды уходящего нулевого года.

– Самцы и самки, зубастенькие вы мои, старый год, полный всякой ерунды уходит от нас. – Начал я. – Чего только мы не пережили за этот год: нападение на третий форпост, пиратский поход, небольшую войну, пару ядерных взрывов. Короче говоря, много херни произошло в этом чертовом году. Так что пусть он катиться непрам под хвост!

– У непров нет хвоста. – Возразил мне кто-то.

– Вот-вот. – Я согласился. – Жалкие существа, даже хвоста у них нет. – Правда, у нас самих нельзя сказать, что длинные хвосты. – И непры пусть катятся туда же! А у нас пусть все будет просто замурчательно! Ура!

В последнюю секунду я резким рывком выдернул пробку, громко хлопнуло, и импровизированное шампанское пенистой струей ударило вверх, все ринулись подставлять бокалы под игристый напиток. Под звон бокалов и бой курантов, заранее записанный в часы на полке, раздавались поздравления, пожелания, тосты и просто добрые слова. Лучший Новый Год!

После поздравлений все высыпали на улицу, любоваться фейерверками. Мы сегодня неслабо так шумим, со всем нашим гомоном, музыкой и свистом сигнальных ракет, но саблезубые и не думают ругаться, ведь им самим интересно. Особенно продолжение в виде огненного шоу, которое устроила Кира, неудовлетворенная фейерверком из сигнальных ракет. Праздник набирал обороты, саблезубые приходили и уходили, но около трех сотен постоянно крутились на площади, пританцовывая под музыку, мелкота опять совершила набег на кухню, похитив таз с оливье. Гнаться за ними я и не думал, только прокричал им вслед, чтобы вернули позже тазик. А после закинул Киру на плечо и отправился продолжать празднование в более приватной обстановке.


Глава 2

Празднование затянулось на неделю, но волей неволей, но пришлось обратить внимание и на более будничные занятия. Например: поиск пропитания. Кормить нас за красивые глаза никто бы не стал, а впрягаться в вахтовую пастьбу желания не было, поэтому мы обеспечивали себя пропитанием сами, по очереди отправляясь на охоту. Отходить приходилось достаточно далеко за границу пастбищ городских стад, но проблемы с доставкой добычи решались самой добычей.

– Я бы сказал «Мы с тобой одной крови. Ты и я». – Произнес я на ухо буйволу, у которого сидел на спине. – Но ты же знаешь, что это неправда. Но! – Я стукнул ногами по бокам быка и отправился догонять Киру, уже ускакавшую далеко вперед.

Первое время мы пытались гонять диких буйволов на грузовике, но только перепугали стадо охотой и видом крови, и намучились потом с погрузкой. Так что с некоторого времени мы стали охотиться иначе. Да это даже охотой не назвать: прикормили одно из стад, и время от времени просто оседлывали пару животных и ехали на них в город, где те в спокойной обстановке забивались и разделывались. Стадо даже не замечало потери, а наш запах, такой же, как и у больших саблезубов, отпугивал других хищников. Нашему прямоходящему кварталу двух туш хватало на неделю, иногда чуть больше. А для развлечения и тренировки ловили мелких грызунов, повадившихся воровать наши запасы.

– Эй, меня подожди! – Крикнул я Кире, когда почти догнал её.

– Вот еще! – Она засмеялась и пришпорила своего скакуна.

Её буйвол прибавил ходу, и мне ничего не оставалось, кроме как повторить её маневр. Так, гоняясь друг за другом с криками и улюлюканьем, мы и въехали в город. Я подогнал заволновавшегося от запаха крови быка к скотобойне, и, привязав его за рога, впился клыками в горло, после чего тут же отпрыгнул, чтобы агонизирующее животное не пришибло меня ненароком. Когда буйволы затихли, появились остальные наши, и мы приступили к разделке туш. Шкуру аккуратно сняли и передали Чифу, который, как выяснилось, умел обрабатывать их, и оттого был лишен обязанностей по добыче, занимаясь только переработкой. После разделали тушу на порционные куски и распределили внутренности: что-то в том или ином виде пойдет в пищу, что-то в компостную яму, а оттуда в качестве удобрений на наш огородик. Хоть мы и хищники, но фрукты и овощи обеспечивают разнообразие в еде, да и человеческие привычки в нас еще сильны.

– Псих, нужна твоя помощь. – Пока мы возились с мясом, прибежал саблезуб. Судя по тону, он был чем-то взволнован. Что же такого могло произойти, что они не могут справиться сами?

– Какого рода? – Я сполоснул руки от крови и подошел ближе к нему.

– Дети пропали.

– Где они могли пропасть? Вам всем разом нюх отшибло?

– Нет. С нюхом всё в порядке. – Телепатия плохо передает сарказм. – Они вниз ушли, там из нас никто не пролезет, а посылать других мелких нельзя – мозгов у них еще маловато.

М-да. Дела… Город-то был основан на руинах древнего поселения Рари, но вот только он не был разрушен, а скорее погребен под слоем песка, видимо эта часть суши основательно опустилась, а берег раньше был западнее. В подземную часть зданий саблезубые не совались: во-первых, они не везде могли пролезть, во-вторых, могло засыпать так, что не откопаешься и останешься похороненным заживо. Во избежание подобных инцидентов с молодежью, все известные входы была засыпаны, завалены камнями или железками. Видимо эти шустрики откопали старый или нашли новый вход.

Оставив тушу на попечение Шаха, мы с Кирой в сопровождении саблезуба двинулись к нашему дому. Не стоит соваться в подземелье с пустыми руками, но и всё снаряжение тоже брать не стоит. Специально для подобных случаев я и сделал себе перевязь через плечо, на которую за спиной крепилась кобура для револьвера и небольшой моток веревки, а спереди патронташ, чехлы для рации и фонаря, подсумок для батареек, и ножны. А чтобы вся эта конструкция не уползла, с другого бока она была дополнительно закреплена ремешком. Кира же обходилась двумя кобурами для пистолетов подмышками и поясом с подсумками для запасных магазинов и прочей мелочи.

Мы быстро заскочили в дом, забрали всё необходимое, и, на ходу одеваясь, направились следом за нашим проводником. Он подвел нас к одному из зданий, завел внутрь и показал на оторванную решетку вентиляции.

– Здесь кончается их след. – Сказал он. – Запах идет и изнутри, но он очень слабый, к тому же на зов они не отвечают. Может, далеко, а может, что-то случилось.

– Ладно. – Сказал я, залезая в вентиляцию. Как же тут тесно. Надеюсь, у меня нет клаустрофобии, впрочем, сейчас и выясню. – Но когда я их найду, то уж извини меня, но им достанется.

– Я им сам добавлю. – Ответил саблезуб. – Главное найди.

Как они сюда пролезли, и зачем? Мне лично тут неудобно и тесно. Любопытство сгубило кошку, вот уж точно. Продолжая материть про себя шебутную молодежь, я полз по узкому коробу, зажав фонарь в зубах. Эх, стоило Киру вперед пустить, тогда бы вид был получше.

– И у меня тоже. – Ответила она на мои мысли. Думай тише, думай тише, болван.

– Чем тебе мой вид не нравиться? – Я остановился и обернулся.

– Лапы в крови. Ползи вперед, не отвлекайся. – Сказала она, и ткнула меня фонариком в лапу.

– Я и не отвлека…

Вентиляция впереди шла под уклон, почти вертикально, и я, заболтавшись, не заметил спуска, так что внезапное скольжение стало для меня неожиданностью. Я тормозил всеми лапами, но скорость всё равно была приличная, да ещё фонарик вылетел из лап, и теперь, весело кружась, летел впереди меня, то освещая стенки, то ослепляя меня. Вскоре раздался гул, фонарик остановился на месте, рисуя круг света на стене, и я врезался головой в тонкую металлическую стенку, вызвав громкий гул, прошедшийся по всей вентиляции. А пока я считал звездочки перед глазами, Кира со всей скоростью влетела сзади, оказавшись рядом со мной. Короче говоря, мы вверх тормашками застряли в вентиляционной шахте.

– Кажется, я застряла. – Пробормотала она, попытавшись сдать назад.

– Все потому, что кто слишком много ест! – Я попытался приподнять ее, но у меня тоже ничего не получилось. Тогда я попытался повернуться, и это вышло. Теперь мы были с ней лицом к лицу, правда, не знаю зачем.

– Все потому… – Она замолкла на середине фразы. – Что уперлось мне в живот?

– Фонарик.

– Фонарик у тебя в руке, а это… – Она скосила глаза вверх. – Нашел время!

– Я не специально! – Попытался оправдаться я.

– Еще бы ты специально! – Она попыталась меня стукнуть, но из-за тесноты это у нее не очень-то получилось.

– Тихо. Слушай.

– Не увиливай от ответственности! – Она замахнулась еще раз.

Но вот только я вовсе не врал. Звук и вправду был. И когда она ударила во второй раз, он повторился, а потом металл затрещал, и мы рухнули на пол. Я встал, помог подняться Кире, отряхнулся и покрутил головой, осматривая помещение. Внизу вентиляционной шахты зияла дыра, а уцелевший горизонтальный металлический короб уходил в стену. Раз до нас вентиляция была цела, значит, котята отправились дальше по ней, тогда чтобы найти их, надо идти вдоль целого вентиляционного канала.

Я бегло осмотрел комнату: только столы с бумагами. Ничего полезного, а в бумагах одни отчеты о поставках продовольствия и топлива. Бросив копаться в хламе, мы прошли через дверь и оказались в коридоре. Как же я ненавижу коридоры! У меня на них аллергия уже! Мало того, основной вентиляционный канал шел вдоль стены, а от него шли ответвления в каждую комнату. Придется зайти в каждую.

– Кис-кис-кис. – Позвал я, заходя в первую комнату. – Котятки, пора домой: получить ремня и спать. Где вы, блохастые! Поймаю – уши оборву, усы повыдергиваю, хвосты в узел завяжу, засранцы мелкие!

– Так ты их точно не убедишь вернуться. – Сказала Кира, положив руку мне на плечо. – Лучше мысленно позови.

– Знать бы еще, кого звать… – Пробурчал я.

Телепатия, это вам не радиосвязь, общего канала нет. И с плохо знакомым абонентом общаться можно только в зоне прямой видимости. Позвать-то, я позвал, но мне никто не откликнулся. Поэтому мы пошли дальше вдоль основной вентиляционной шахты, зовя мелких, и постоянно принюхиваясь, чтобы не потерять то место, где они могли свернуть в сторону. Пока же, идти по запаху оставалось единственным верным решением. Вскоре мы вышли к выбитой вентиляционной решетке, теперь запах стал гораздо чётче, так что я даже узнал, кто провалился в вентиляцию, а на пыльном полу появились следы лап. Следы петляли, заходили в каждую комнату, где местами попадались следы от клыков на мебели. Вот же неуёмные, всё-то им надо попробовать на зуб.

Следы привели нас в какой-то тоннель, располагающийся на несколько уровней ниже, который пробудил во мне старые воспоминания об объекте Рари со злыми турелями и не менее злой змеей. Поэтому я достал из-за спины револьвер, взвел курок, и дальше мы продвигались с оружием наготове. Подходя к полуоткрытым воротам, мы ощутили, что запах сильно поменялся. Сильно поменялся: из-за ворот несло страхом, кровью, паленой шерстью… и смертью.

Мы с удвоенной осторожностью двинулись дальше. Я осторожно выглянул из-за ворот и увидел свисающую с потолка малую турель, которая уставилась стволом в противоположную сторону и меня пока не заметила. Зато заметила она малолетних искателей приключений на свои пушистые задницы. Один из них сейчас лежал совсем близко к турели, разорванный почти напополам, а второй, истекая кровью, сучил лапами чуть поодаль. Третий, последний, был еще жив и прятался сейчас за какими-то ящиками, наполняя помещение запахом страха и отчаянья.

Воспользовавшись тем, что турель пока следила за последним уцелевшим котенком, я прицелился в неё и дважды выстрелил, памятуя о том, что одной пули обычно недостаточно для такого типа орудий. Выстрелы громоподобно прогремели в доселе тихом помещении, турель, искря искалеченной проводкой, опустила орудия, а котенок за ящиками жалобно заскулил, видимо, решив, что этот турель открыла по нему огонь.

– Вылезай, Индиана Джонс недоделанный. – Позвал я его. – Опасность миновала.

– Уже всё? – Он выполз из-за своего укрытия на подкашивающихся лапах.

Да на него же просто жалко смотреть: шерсть в крови, вся свалялась уродливыми сосульками, пол-уха отсутствует, вдоль спины большая и глубокая царапина. Видимо, его тоже зацепило, но вскользь, так что он успел спрятаться.

– Кира, прижги ему рану, чтобы заражения не было. – Попросил я её. – А я пока другого гляну.

– Хорошо. – Она кивнула. – Заодно воспитательную работу проведу.

Пока она совмещала лечение с объяснением, почему не стоит лезть в незнакомые места, я подошел ко второму выжившему, заодно мельком глянув на того, кому совсем не повезло. Судя по тому, что он был самым крупным из всех, он и был заводилой, а значит шел впереди, активировал турель и получил полный заряд в упор. Его уже не спасти, чего не скажешь о другом.

– Больно? – Спросил я раненого, присаживаясь рядом с ним.

– Я лап не чувствую. – Пожаловался мне котенок.

Я осмотрел его внимательнее. Плохи дела, позвоночник перебит, так что он теперь может двигать только передними лапами. Саблезубые бы добили его, такие раны даже у них не заживают, а пенсия по инвалидности у них не предусмотрена. Но у меня рука не поднимается, к тому же Шах давно хотел попробовать применить магию в целительстве, вот пусть и занимается. Решив так, я передал револьвер, как единственное оружие эффективное против турелей, и перевязь Кире, а сам взвалил раненого котенка – одно название «котенок», а на деле весит больше меня – на плечи, и двинулся в противоположную от ворот сторону. Обратной-то дорогой мы не вернемся, так что остается искать другой путь наверх.

Пока шли по разнообразным техническим помещениям, у меня много раз возникало желание отчитать мелкоту за сотворенное ими безобразие. Вот только к чему им мои нотации? Они уже и так получили жесткий урок. Я бы даже сказал – жестокий. И никакой это не «естественный отбор»: погибший не был ни слабым, ни глупым, а только лишь излишне любопытным. Вот уж, воистину, любопытство сгубило кошку.

Внезапно мы вышли в просторный ангар. Пустой, как показалось поначалу, но потом луч фонаря Киры уперся во что-то, что при ближайшем рассмотрении оказалось космическим кораблем. Только на этот раз это был не фрегат: большой, метров триста в длину и сто пятьдесят в ширину, плоский, напоминающий вытянутый шестиугольник корабль стоял, ощетинившись многочисленными пушками. Это, пожалуй, уже крейсер: тяжелый, мощный, особенно внушительно выглядят орудия главного калибра, расположенные в утолщениях на краях и в центре корпуса. При других обстоятельствах я бы с радостью осмотрел его, но сейчас я был рад только тому, что где-то рядом должен быть выход на поверхность.

– Осторожно. – Сказал я. – Здесь могут быть еще турели. А ты, болезный, – Обратился я лежащему на моих плечах раненому. – полежи-ка пока здесь.

Я опустил его на пол, оставил его приятеля с ним, а сам отправился вместе с Кирой искать выход. После осмотра выяснилось, что дверей было всего две: через одну мы пришли, а другая вела в такой же ангар только пустой. Ну, хоть турелей нигде нет. А нам, судя по всему, остается открывать верхний люк и выбираться через него. И стоило только мне повернуть штурвал, найденный после более тщательных поисков, как на меня сверху обрушилась буквально тонна песка, придавив меня к металлическим мосткам. Теперь неделю песок из шерсти вытряхивать придется, даже в уши засыпался, а уж на зубах скрипеть-то будет просто кошмарно.

На этой маленькой неприятности, можно считать, наши злоключения закончились. Я вызвал ребят, они помогли вытащить шкодников, а после подняли и нас. Здорового котенка отправили к матери, напоследок придав ускорение волшебным пенделем, а раненого забрали в свой квартал. Шах обещал вылечить, вот мы и посмотрим, какой из него выйдет лекарь.


Глава 3

– Дядя Псих, а ты куда? – Шах поставил-таки на ноги малолетнего сорванца, причем на удивление быстро, и тот теперь доставал меня своими вопросами. Мало мне было одной почемучки, почему он вообще меня выбрал, а не того, кто его вылечил.

– На Кудыкину гору. – Ответил я. – И я же просил не называть меня «дядей»!

– Прости, дядя Псих. – Он смутился, но называть так не перестал. – А она далеко?

– Кто?

– Кудыкина гора.

Вылечили на свою голову. Он легко бы мог вернуться к своим, я уже говорил по этому поводу с его матерью, которая была очень рада, что её сын жив и здоров. Вот только он сам не захотел, якобы он уже умер в тот момент, когда пуля перебила ему спину, а у нас родился заново, и мы теперь его родня. Именно поэтому, он считает своим долгом съесть мой мозг!

– Рик, не грузи меня! – Отмахнулся я от него. – И без тебя голова болит.

– Что грузить? Куда грузить? – Удивился он. – Я ничего никуда не гружу.

Башка уже пухнет, мозги кипят! Мало мне мороки с этими оболтусами, которые почему-то считают меня главным и валят все свои проблемы на меня, так еще и этот по пятам следует. Ещё и корабль этот… Ключ, который у нас есть, к нему не подходит, нужен другой – почти вдвое шире, а может быть нужно два ключа, кто знает. А, вообще, корабль знатный: большие пушки, множество маленьких, просторная рубка, рассчитанная на большой экипаж, для которого предусмотрены комфортабельные некогда каюты. На таком корабле можно было бы попытаться прорваться на Неприю и навести там шороху. Но видно не судьба.

– Капитан! – Раздалось из часов.

– Ну, что еще?! – Сорвался я. Мало мне проблем, мало мне почемучки, который уже несколько часов пытается проломить мне голову тяжелым тупым вопросом, так теперь еще и корабль к этому подключился.

– К нам кто-то летит. – «Кто-то»! Хороший доклад для машины, которая по определению является образцом точности.

– Кто к нам может лететь?! – Взревел я. – У тебя схемы перегрелись?

– Охлаждение в норме. – Доложил он. – Но я только что получил сигнал от спутника: неизвестный корабль вышел из прыжка и теперь приближается к Кимиру.

– Что за корабль? – Спросил я, приглашая жестом Киру следовать за мной, и двинулся на окраину города к Клыку.

– Неизвестно, он пропал с радаров. – Рапортовал он.

– Ты издеваешься. Точно. – Констатировал я. – Если он пропал, то откуда ты можешь знать, может он транзитом летел?

– Он взял курс на Кимир. – Бесстрастным тоном ответил Клык. – А потом, судя по всему, задействовал систему маскировки.

– Судя по всему, задействовал систему маскировки… – Передразнил я его. – Какое еще «судя»? Какое «по всему»?

– Я считал, что подобные выражения делают мою речь более приятной для вашего слуха. – Жесть. Судя по тону, он обиделся. – Но если вы желаете… – Точно: обиделся. – С вероятностью 96,74% корабль неизвестной принадлежности задействовал системы маскировки через 453 секунды после выхода из прыжка.

– Всё! Всё! Убедил! Говори как раньше. – Сказал я, походя к кораблю. – Дверь открой.

Мы поднялись на борт, «мы» включает и болтуна Рика, я занял место пилота, Кира – стрелка, а наглый котенок вознамерился было расположиться на приборной панели, но получил щелчок по носу, сдал назад, и, встав на задние лапы, положил передние на кресло. На его счастье, не на мое кресло, а то бы получил еще раз.

Недолгая предполетная подготовка, заключавшаяся в надевании обруче нейросвязи и выслушивании доклада, и мы взлетаем. Танец завихрений пара от пробитого корпусом облака завораживает даже нас, что уж говорить про впервые покинувшего поверхность планеты Рика. Тот просто уронил нижнюю челюсть на подголовник и широко раскрытыми глазами удивленно рассматривает стремительно чернеющее небо. Клык проложил кратчайший курс от планеты к месту выхода, и мы, предположив, что незваные гости тоже пойдут короткой дорогой, двинулись им навстречу.

– Ты их видишь? – Спросил я корабль.

– Кого? – Влез не к месту Рик.

– Рик, умолкни, а то за борт выброшу. Будешь на орбите болтаться, пока не подберем. – Пригрозил я ему. – Только ты учти: жрать там нечего!

Рик обиженно замолк, а я обратился к сенсорам корабля. Спрятаться можно от многих следящих приборов, но только не от детектора масс. Я отсеял все объекты, которые обнаруживались остальными сенсорами, потом слишком большие, потом слишком маленькие, а потом те, которые двигались не к планете, после чего остался одна единственная отметка.

– Попались голубчики… – Кровожадно ухмыльнулся я. – Кира, влепи-ка очередь у них перед носом.

– Лучше ракету. – Сказала она и тут же выстрелила, пока я не успел запретить тратить столь ценный боеприпас.

Ракета ушла вперед, прибавив к скорости сообщенной ей кораблем еще и ускорение от собственного двигателя. Интересная штучка: состоит из одного лишь плазменного реактора, который является заодно и двигателем, и боеголовкой. Пока ракета летит, рабочее тело расходуется для создания реактивной тяги, а при подлете к цели реактор отключает все ограничители и взрывается облаком сверхгорячей плазмы. Эдакий маленький взрыв сверхновой.

Взрыв ракеты перед самым носом, должно быть, неслабо перепугал экипаж неизвестного корабля, так как они отключили маскировку, раз уж мы их всё равно увидели, и вышли на связь.

– Капитан. – Обратился ко мне Клык. – Их язык мне неизвестен.

– Странно было бы, если бы он был известен тебе. – Задумчиво сказал я. Еще бы, ведь Клык знал только русский и язык Рари. – А Рари им известен?

– Сейчас уточню. – Ответил он и после паузы добавил. – Да. Рари, как и русский, им известен.

А вот это было неожиданно, но вполне объяснимо. Угнанный фрегат: они просто сбили его при встрече, а потом покопались в мозгах, выяснив заодно, откуда он вылетел. Странно только, что они начали общение на своем языке.

– Клык, ты можешь получить у них их язык? – Было бы полезно знать, хоть не будут переговариваться за спиной на тарабарщине.

– Уточняю. – Компьютер на мгновение словно бы завис, а потом ответил. – Да, могу. Загрузить?

– Будь любезен. – Ответил я, приготовившись в очередной раз получить удар по мозгам.

Ух, блин! Не зря готовился! Это было куда хуже, чем изучение языка Рари. Какая там ванна, тут… тут… даже аналогию-то не подобрать. А всё потому, что этот язык оказался разработанным для различных рас и содержал в себе по несколько форм одних и тех же слов: одни для тех кто мог только шипеть, другие были похожи на кашель, третьи состояли из одного лишь рычания разных тональностей, про остальные лучше промолчать, ибо бульканье и кваканье там была наиболее приличными вариантами. Этот язык мне уже не нравится, хоть я на нем еще и слова не произнес.

– Твою же мать, Клык! – Попробовал я «поговорить» на рычащей версии, как наиболее близкой для меня. – Предупредить нельзя было?

– У меня нет матери, Псих. – Ответил корабль.

– Зануда! Соединяй уже, только видео пока не передавай.

На панели часть экранов освободилась от вывода информации, и теперь с них на нас смотрели морды экипажа неизвестного корабля. Ну, и зверинец: один чем-то похож то ли на волка, то ли на лиса, вставшего на задние лапы, второй из-за многочисленных щупалец точно бы имел бешенную популярность в Японии, а третий мог бы сойти за тигра, если бы не дополнительная пара конечностей. Прямо тигро-тавр, какой-то. Четвертый с пятым были как две капли воды похожи и выглядели, как мы, только без таких клыков, а шерсть гуще и хвосты куда длиннее, почти как снежные барсы, во всём кроме окраса, который у них был скорее как у гиен: бурый, с черными пятнами и полосами.

– У вас видеосвязь не работает? – Спросил волк. – Мне бы было очень интересно посмотреть на Рари, а то говорят, что они вымерли.

– А мы не Рари. – Сказал я, подавая кораблю команду на передачу видео.

– Арги! – Чуть ли не хором выкрикнули все находящиеся в рубке.

Арги? Мы – арги? И, судя по реакции, они нас боятся. Причем до жути: если тавр просто отшатнулся, то волк чуть не упал, когда нас увидел, а комок щупальцев дрожит так, что слизь летит во все стороны.

– Никогда не видели живого арги? – Я ухмыльнулся пошире, обнажая клыки. Пугать, так пугать!

– Никто и никогда не видел живого арги вот уже восемь тысяч циклов. – Вернул себе самообладание.

– Хочешь сказать, что мы вымерли? Как Рари?

– Считалось, что вы и Рари уничтожили друг друга, поэтому нас так и заинтересовал разрушенный фрегат, который мы нашли на окраине Запретных Систем.

– Ври дальше. Нашли, как же! – Не поверил я. – Скажи уж лучше, что перехватили, догнали и уничтожили. Что? – Спросил я, видя смех волка. – Что смешного?

– Догнать фрегат Рари? – Спросил он, вытирая несуществующие слезы. – Догнать фрегат Рари может только фрегат Арги! А он еще большая редкость, лично я их ни разу не видел.

– Ну, значит, заманили в ловушку. Не трусь. – Подначивал я его. – Скажи правду. Бить не буду, я сам зол на них, потому что они угнали мой фрегат.

– Я ничего не боюсь! – Чего это он так вскипел? – Но мы и вправду не сбивали их.

Что-то он все равно не договаривает. Лучше продолжить на планете, а то тут мы явно в меньшинстве, и это меня нервирует. Пусть уж лучше они поволнуются.

– Следуйте за нами! – Я отключил видеосвязи и развернулся, беря курс на планету.

Вот только они, в самом деле, отстали. Не знаю, какая у них максималка, но по разгону они точно не ровня нашему фрегату, хоть мы и тяжелее. Поэтому назад мы летели гораздо медленнее. До точки встречи мы добрались за три часа, а назад летели восемь, поэтому садились в городе уже поздней ночью.

Я отдал Клыку команду присматривать за визитерами и в случае угрозы разнести их корыто в клочья, после чего мы вышли из корабля, который уже был окружен мохнатой саблезубой толпой. Ночная посадка должна быть зрелищной, не говоря уж про посадку двух кораблей.

Саблезубые обнюхивали горячий корпус чужого корабля, а кто-то даже выразил своё неудовлетворение его конструкцией, помочившись на корпус, отчего с громким шипением вверх поднялась струя пара. Тут же из люка вылетел возмущенный сим действом волк и замахал руками, отгоняя зевак. Те ответили громким грозным рычанием, и тут до него дошло, кто перед ним, отчего он схватился за пистолет в кобуре на бедре.

– Стоять! – Рявкнул я на него. – Никакого оружия в моем доме.

– Не ожидал тут встретить еще и арги-ру. – Сказал он, пряча оружие. – Ты что ничего не знаешь? – Спросил он, глядя на мою удивленную морду.

– Нет. – Замотал я головой. – Слова «арги» и «арги-ру» я впервые от тебя услышал. Пошли в дом!

Я махнул им, чтобы следовали за мной, и направился домой. С волком пошел только тавр, несущий большую белую сумку, остальные, видимо, не набрались смелости, чтобы покинуть корабль.

– Что в сумке? – Спросил я, когда мы зашли в дом.

– Диагностическое оборудование, медицинский анализатор и прочие мелочи для первого посещения планеты. – Ответил тавр. – Можно мне капельку крови?

– Нельзя! – Ответил я. – Довольствуйся волоском.

Я протянул ему волос, он забрал его и, достав из сумки какой-то прибор, положил шерстинку на стекло. Прибор помигал индикаторами, пискнул и выдал вердикт, от которого на морде тавра проступило удивление.

– Странно. – Он почесал за ухом. – Прибор говорит, что ты арги-ру.

– Сломался. Да и откуда у него может взяться образец ДНК Арги?

– Прибор цел. – Возразил медик. Или он химик? – И в нем есть данные обо всех расах, как существующих, так и вымерших.

– Считай, что я ничего не знаю. – Обратился я к волку. – Расскажи вкратце об Арги, Арги-ру и их конфликте с Рари.

– Ну, я сам не много-то знаю. – Начал он. – Рари были очень честолюбивы и пытались подмять под себя всю галактику. С галактикой не вышло, но этот рукав был у них в полном подчинении. Пока они не столкнулись с Арги. Те не желали кому бы то ни было подчиняться, и вообще были крайне импульсивны и вспыльчивы, и на этой почве разгорелась масштабная война, в которой погибли и Рари, и Арги. Ну, по крайней мере, так считалось. И теперь эта территория называется Запретной Зоной, потому что тут осталось множество техники, все еще активна и атакует пролетающие мимо корабли. Так и тот фрегат погиб.

– Ясно. – Пока волк говорил, Кира вернулась с кухни с подносом с чашками с кофе.

Тавр окунул пипетку в поставленную перед ним чашку, после чего капнул чуть-чуть на еще один прибор, и выдал:

– Тут содержится сильнодействующий стимулятор.

– Да. – Я сделал глоток из своей большой кружки. – Кофеин он у нас называется.

– Он запрещен!

– И что? – Спросил я. – Ваших властей здесь нет. Да и не похожи вы на законопослушных граждан. Вот что вы делали в Запретной Зоне, бандиты?

– Мы не бандиты! – Начал волк.

– Мы благородные пираты. – Ответила Кира цитатой из мультфильма.

Вот только они-то его не смотрели, и сильно удивились, услышав подобное.

– Откуда ты знаешь?! – Сделал волк круглые глаза.

– Да у тебя на морде все написано! – Ответил я за неё.

– Я тебе предлагал пластику. – Сказал тавр волку. – Но нет же, ты решил сохранить свой «благородный профиль»!

Здрасьте, приехали. Я ему про Фому, а он мне про Ерему. Я-то имел в виду, что его пиратское настоящее на его морде написано, а не его благородное прошлое.

– И что же вынудило отпрыска благородного дома податься в джентльмены удачи?

– Младший брат. – Тихо сказал волк.

– Узурпатор? – Спросил я, допивая кофе и ставя чашку на стол.

– Не совсем… – Да чего он мнется-то?

– Ты ублюдок?

– Да. – Забавно, я его вроде как оскорбил, а он соглашается.

– Ладно, вернемся к нашим баранам. – Решил я сойти со скользкой темы благородных донов и их наследников. – Что еще знаешь о Арги?

– Больше ничего не знаю.

– А что за Арги-ру?

– А это интересно. – Ответил за него тавр. – Арги были уникальны тем, что у них в расе было два родственных разумных вида: прямоходящие арги и арги-ру, которые передвигались на четырех конечностях. Только я не знал, что они были такие большие.

– А о Рари что еще можешь сказать?

– Ничего, кроме того, что эти гады подарили Баррос ментальные способности, которые те использовали на захват чужих планет после взаимного уничтожения Арги и Рари. Если планета заражена барросами, то проще её уничтожить, чем отбить. Даже лучше, поскольку они используют её как плацдарм. Мерзкая раса.

– Можешь не рассказывать. – Махнул я рукой.

– Встречались уже? – Удивился волк. – Прямо день возвращения легенд. Корабль Рари, живые арги, а тут еще и барросы. Где они сейчас?

– На третьей планете. Только там такая ПКО… – Вздохнул я.

– Слушай! – Оживился он. – Мы могли бы друг другу помочь…

– Я гетеро! – Перебил я его. – Так что даже не думай.

– Я не о том. – Отмахнулся он. – Мне известно, где можно добыть линкор Арги.

– Так чего не добыл сам?

– Видишь ли. – Он замялся. – Это для техники Рари достаточно ключей или кодов доступа. А вот корабли Арги другое дело… Совсем другое: они уничтожат любого, кто к ним приблизиться, если только он не арги. Я предлагаю сотрудничество: мы находим корабль, уничтожаем планету барросов вместе с их ПКО, даже не входя в зону поражения, а потом ты отдаешь корабль мне.

– И ты захватываешь трон? – Ехидно спросил я.

– Да… Нет. Какая разница? Тебе же главное уничтожить заразу у себя под боком?

– Я подумаю. Знаешь, как у нас говорят? Утро вечера мудренее.



Глава 4

Впрочем, что тут думать? Прыгать надо! А точнее, лететь. Вот я и оставил за старшую Лису – сначала хотел Шаха, но так всё равно она будет главной, так что обойдемся без посредников – и мы, собравшись, утром вылетели на корабле пиратов. Хотя сами они себя зовут добытчиками – промышляют тем, что разбирают на запчасти технику в Запретной Зоне, а после продают древние техноартефакты на черном рынке. Так что, хоть они и не пираты, но лица явно вне закона: волк – незаконнорожденный отпрыск главы правящего дома Империи Гроран, комок щупалец – взломщик, разыскиваемый за обрушение транспортной инфраструктуры нескольких звездных систем, тавр – черный хирург-коновал, промышляющий лечением всяких темных личностей, падкий до древних технических устройств и знаний, особенно в области генетики и биоинженерии, а барсы-близнецы вообще мутные типы, за все время я от них еще ни слова не услышал. Поэтому мы решили подстраховаться и взяли с собой на борт все наше оружие: два автомата, два рельсотрона, пистолеты у Киры, обрез и револьвер у меня, а еще гранатомет, чуть-чуть взрывчатки, детонаторы, гранаты, а еще бронежилеты и скафандры с фрегата, которые могли принимать форму любой одежды, а также обеспечивали кое-какую защиту от энергетического оружия.

Как бы то ни было, но сборы завершились и корабль стартовал, устремляясь к границе системы, дабы снизить влияние притяжения звезды на прыжковый двигатель. Судя по описанию, прыжковый двигатель их корабля был изготовлен по той же схеме, что и двигатель Клыка, впрочем, как и двигатели остальных кораблей в известной части галактики. Этот аппарат был способен мгновенно переместить корабль на расстояние от восьми до двадцати световых лет, но потом требовал много времени, порой до нескольких дней, для перезарядки. После моего вопроса о том, почему нельзя возить несколько двигателей на меня посмотрели как на слабоумного.

– Ты пойми. – Обратились ко мне щупальца. – Прыжковый двигатель очень сложное устройство, а его цена составляет порой до 95% стоимости всего корабля.

– Неужели это слишком большая цена за возможность быстро покинуть систему? – Удивился я.

– Тут не все так просто. – Подал голос тавр. – Даже отключенный двигатель подвержен влиянию перехода.

– И что никто не может решить эту проблему? – Продолжал задавать я вопросы.

– Никто. – Подтвердил он. – Потому что никто не знает, как он работает. Уже несколько тысяч лет все прыжковые двигатели делаются по нескольким образцам. Дошло до того, что двигатели на разных кораблях могут быть точной копией друг друга буквально на субатомном уровне.

– Капитан! – Обратился кальмар к волку. – К прыжку готовы, но корабль доложил о биологическом объекте возле задней левой стойки шасси.

Волк вопросительно посмотрел на меня, как будто я знаю, что там за объект. Секундочку… А я и, вправду, знаю. И уши оборву этому «объекту»! Вот ничему его жизнь не учит.

– Хвост даю на отсечение – это Рик. – Произнес я. – Мелкая заноза в заднице. Кто проведет меня?

Один из барсов, молча, двинулся на выход из рубки, мне оставалось только проследовать за ним на нижнюю палубу, а после протискиваться в тесноте технических отсеков, а после пробираться к люку, предназначенному для обслуживания стойки шасси. А тут прямо-таки сауна, семь потов бы сошло, оставайся я человеком, а так просто парился в своей шубе, свесив язык на бок.

– Рик, вылезай, засранец малолетний. – Я открыл люк и уставился на коврик, в который превратился растекшийся от жары котенок.

– Дядя Псих! – Коврик поднял голову и попытался подняться.

– Ты зачем сюда залез? – Я сунул руку в отсек, схватил Рика за шкирку и вытащил его наружу. – Мало тебе было подземелья? А если бы тут воздуха не было?

И чего я с ним разговариваю? Он, похоже, сознание потерял. Ну, это и не удивительно, в такой-то духоте, без возможности позвать на помощь – а то еще назад вернут – и без почти движения, вон нос совсем сухой. Опять мне его на горбу тащить пришлось. На этот раз только до нашей каюты, где я опустил его на пол, а после налил воды в кружку и, с трудом приведя безбилетника в чувство, влил живительную влагу ему в пасть. К этому времени корабль уже совершил прыжок, так что вернуть нежданного попутчика будет проблемой, и не факт, что на его место другие зайцы не проскочат, поэтому, черт с ним, пусть летит.

– Как наш заяц? – Кира появилась в каюте.

– Нормально! – Ответил я. – Попарился в бане, теперь спит. Хорошо устроился. Может за борт его выкинуть?

– Гордай – Это волка так зовут. – сказал, что он может остаться.

Странно, очень странно. Волчара, явно, что-то не договаривает, да и такое поведение относительно безбилетников для пиратского капитана не характерно. Тут бы провести зайца по доске, протянуть его под килем, но вместо этого: «Он может остаться».

– Кира. – Обратился я к ней телепатически. – Следи за ними. И ничего важного вслух не говорим!

– Я тебе говорила, что у тебя паранойя? – Спросила она тоже мысленно.

– Если у меня паранойя, это не значит, что за мной не следят! Лучше перебздеть, чем недобдеть. Не нравятся они мне.

– Почему? Вроде, нормальные ребята. Ну, кроме барсов.

– Вот именно, что «вроде». – Ответил я.

Ну, вот не доверяю я им и всё! Даже кобуру с револьвером оставил, благо остальные тоже ходили с оружием. Вообще, меня сильно удивили, что из дальнобойного оружия у них были только маленькие пистолеты, но при этом каждый таскал на себе несколько экземпляров холодного оружия, порой весьма устрашающего вида. Взять, например, двуручные двусторонние гибриды меча и алебарды близнецов-молчунов. Ну, да и черт с ними, сделаем дело и разбежимся.


***

Межзвездные перелеты оказались до ужаса однообразным делом. Уже на третьей системе вид одних и тех же звезд и похожих друг на друга безжизненных планет надоел нам, поэтому большую часть времени мы проводили в каюте, отсыпаясь на полу после суеты последних дней на Кимире. Именно на полу, потому что лезть на эту желеподобную склизкую хрень, которую остальные считали кроватью, совершенно не хотелось. Цивилизация, блин, спят непонятно на чем, едят черте что, а уж пьют и вовсе невообразимую гадость. И чем их, спрашивается, вода не устраивает? А еще нас дикарями обозвали за пристрастие к мясу, несмотря на то, что четверо из них точно хищники. Правда, за все неполные три недели – по времени Кимира – полета, я ни разу не видел, чтобы мутные близнецы принимали пищу. А остальные потребляли какие-то зеленоватые безвкусные брикеты из синтезатора пищи. Хорошо, что мы взяли с собой запас молотого кофе и вяленого мяса, потому что меня чуть не вырвало от их пойла.

– Вставайте. – Дверь нашей каюты открылась, и впервые за долгий полет один из барсов открыл рот. – Капитан зовет, прибыли.

– Сейчас. – Поднялся я. – Только оденусь.

Я потянулся за кобурой, следя, как барс следит за моими движениями. Ни намека на эмоции, прямо бездушная машина.

– В этом нет нужды. – Сказал он.

– Но я всё-таки предпочту быть вооруженным. – Ответил я.

А после его слов прицепил еще и кобуру с обрезом. Автомат или рельсотрон брать не стал, это точно будет перебор. Кира тоже надела пояс с кобурами, после чего мы вышли, оставив, несмотря на возражения барса, Рика в каюте. Что-то мне совсем не нравиться то, что намечается.

– Что так долго? – Отреагировал волк на наше появление.

– Одевался. – Ответил я. – Стоило прийти голышом?

Пока я чесал языком, мельком глянул на обзорные экраны. И увиденное мне совершенно не понравилось: рядом с нашим кораблем был еще один. Вот только это был вовсе не линкор – это был фрегат, точно такой же, который мы нашли на том объекте, где потеряли броневик. Только этот был целым и без больших пушек, но, с учетом полученной информации о войне Рари и Арги, это был фрегат Арги, а значит, что либо Гордай врал про то, что он не видел живых арги до встречи с нами, либо о том, что корабли Арги нельзя угнать.

– И как это понимать? – Я вытащил револьвер и направил его на волка.

– Скажем так: «Ничего личного, только бизнес». – Какая распространенная фраза оказывается.

– Деньги? – Я прицелился из обреза в дернувшийся комок щупальцев.

– Большие деньги. За корабли Арги один мой клиент платит бешеные деньги. – Усмехнулся он. – Что уж сказать о живых арги?

– И почему же я не должен пристрелить вас прямо сейчас? – Спросил я, взводя курок.

– Потому что подавляющее поле не даст твоему оружию выстрелить! – Сказав это, тавр попытался наброситься на меня с палкой с петлей, вроде той, что используют при отлове бродячих собак.

– Правда? – Спросил я, нажимая на спусковой крючок. Огнестрельное оружие чихать хотело на всякие поля, и пуля, попав в голову тавру, разнесла её в клочья, как гнилой арбуз, а после с громким звоном пробила переборку, застряв внутри. – Прекрасно работает, как видите. – Продолжил я, всаживая двойной заряд проволочной картечи в звезду хентая.

Волк прыжком скрылся за консолью управления, а барсы разом кинулись на нас. Я выстрелил в голову напавшего на меня, вошла точно промеж глаз, вырвав кусок черепа на вылете. Мотки проводов вывалились из дыры, а чертов киборг бешено завращал своим оружием как пропеллером. Пока я отступал, Кира успела превратить второго киборга в решето, разрядив в него оба своих пистолета. Не зная, где у этой машины слабое место, я просто перебил ему ноги, а последнюю пулю всадил в центр груди. Кажется, помогло, так как кибер-барс перестал ползти ко мне на руках и упал на пол, выпустив из рук свой шайтан-пропеллер.

-Ну, и стоило оно того? – Спросил я Гордая, перезаряжая револьвер.

В ответ тот, выставив руку из-за консоли, не глядя, отправил в нас несколько плазменных зарядов.

– Не подходи! – Прокричал он. – Не то пристрелю. Как видишь, я отключил подавляющее поле.

– Вижу. – Ответил я и обратился к Кире. – Милая, принеси, пожалуйста, мой гранатомет.

– Подожди. – Закричал волк. Пусть он и не знал значения слова «гранатомет», но, похоже, догадался, что я хочу сделать. – Давай договоримся!

– Тебе нечего нам предложить! – Отрезал я.

– А координаты твоей планеты? – Спросил он. – Я запустил полное удаление всех файлов, так что теперь я единственный кто знает, каким маршрутом лететь.

– Ну, и гад же ты! – Прокричал я. – Ладно, чего ты хочешь?

Узнать, чего же хотел от нас волк, не вышло – Рик серой молнией метнулся мимо нас, прыжком скрылся за консолью, откуда тут же послышались рычанье и хлюпающие звуки. Я подбежал к месту схватки, но поздно. Голова Гордая уже была практически отделена от его тела.

– Я его победил! – Радостно заявил Рик. – Он вас обижал.

– Защитник, блин. – Сказал я, глядя, как на экране заполняется прогресс-бар процесса обнуления хранилища данных корабля.

Уже 87%, так что, даже знай я код отмены, всё равно ничего бы не удалось спасти. Вот полоса доползла до края, экран потух, и корабль погрузился во тьму, только свет далеких звезд едва-едва освещал рубку. Блеск. Просто блеск. Я хотел было отругать Рика, но тот уже понял, кто виновен во всем случившемся, и виновато опустил уши.

– Что делать будем? – Спросила Кира.

– Не знаю, думаю. – Сказал я. – У нас, в принципе, только один выход – угонять второй корабль. Но для этого надо как-то на него пробраться.

– Скафандры.

– Так нас и впустят.

– Тогда скафандры команды. Может, подумают, что у нас что-то случилось.

А что еще остается? Пожалуй, самый лучший выход, что есть у нас. Вот мы и пошли искать скафандры команды. И даже нашли: вполне подходящий и нам скафандр волка, большой скафандр для тавра с его шестью конечностями и яйцеобразный скафандр для комка щупалец. На этом все, киборгам-то скафандры не особо и нужны.

– Три скафандра на троих, вот только в один из них нам не забраться. – Задумчиво произнес я, оглядывая шкаф со скафандрами, расположенный возле шлюза.

– Значит, в одном придется поместиться двоим. – Озвучила Кира очевидное решение.

– Рик, а ну, поди сюда!

Мелкий хулиган явился с таким видом, будто бы я его к расстрельной стенке подзываю. Еще бы он раскаялся и больше не выкидывал подобных фокусов, было бы вообще замечательно, но мечты, мечты…

– Лезь в скафандр. – Скомандовал я.

– Зачем?

– Затем! – Сказала Кира, и принялась натягивать на него скафандр волка. Я же в свою очередь заталкивал Рика в скафандр.

Спустя несколько минут и столько же царапин, нам всё же удалось впихнуть невпихуемое, остается забраться в скафандр тавра нам двоим. Как аниматоры в костюме лошади. Но перед этим мы собрали все наше имущество и разложили его в яйце третьего скафандра, пристегнув тот фалом к нашему скафандру.

– Я задние ноги лошади. – Сказала Кира, довольно-таки странный выбор.

– Почему? – Спросил я.

– Чтобы ты не отвлекался!

Логично, чего уж там. Мы забрались в скафандр, пристегнули к нему еще и Рика и, воспользовавшись аварийным рычагом, открыли шлюз. Поток воздуха подхватил нас и вынес в открытый космос, я активировал ранец, и наша сцепка полетела ко второму кораблю.

– Что произошло? – Прозвучало в переговорном устройстве. – Почему вы снаружи, где обещанные арги?

– Они выкинули фокус. – Сказал я чистую правду, подражая голосу тавра. – Гордай ранен, киборги уничтожены, но нам удалось их запереть.

– Что ж. Теперь я верю, что это точно арги. Но из-за того, что вы не довели дело до конца, я снижаю плату.

– Об этом договаривайся с Гордаем. Только он пока не может говорить. – Ответил я, подлетая к шлюзу. – А сейчас впусти нас!

Шлюз открылся, мы залетели внутрь, опускаясь на пол под действием гравикомпенсатора, и я подтянул внутрь Рика, скомандовав тому, чтобы он не шевелился, и скафандр с вещами. Наружная дверь закрылась, поднялось давление, сжимая наш скафандр, и открылась внутренняя дверь, через которую мы тут же прошли, отцепив фалы. Если бы кто-то видел нашу походку в этот момент, помер бы со смеху.

– Ты один? – Спросил я, появившегося перед нами гуманоида.

– Конечно я один! Что за вопросы? Почему у тебя шлем затемнен?

Кажется, он начал о чем-то догадываться, поэтому Кира выстрелила из револьвера с заранее прикрученным глушителем прямо через скафандр.

– Это хорошо, что ты один. – Сказал я, скидывая шлем.

Мы быстро вылезли из скафандра, освободили Рика и забрали вещи, и мы уже втроем отправились в сторону рубки корабля, которая выглядела практически так же, как рубка виденного ранее фрегата Арги. С тем лишь исключением, что одна из родных приборных панелей была заменена на нечто чужеродное, словно литые диски и антикрыло на Жигулях. Кораблю подобное сочетание тоже не нравилось, ибо ничем другим я не могу объяснить мигающую на одном из экранов старой панели надпись «Уничтожь» со стрелкой, указывающей на панель новую.

Решив уважить железку, я врезал прикладом ВАЛа по консоли, потом еще раз и еще.

– Достаточно. – Прозвучал голос, что особенно странно, на русском и перед нами появилась голограмма Арги в черной форме. – Она больше не функционирует.

– Откуда ты знаешь русский язык? – Хором воскликнули мы с Кирой.

– Узнал у вас. – Ответил корабль и добавил. – Нам, в отличие от допотопных кораблей Рари, не нужны всяческие костыли для ментальной связи с пилотом.

– Так сразу и пилотом? – Ехидно заявил я.

– Да. Потому что вы первые арги, которых я увидел за последние тысячи лет. Ваше появление активировало приоритетные директивы и мне удалось частично выйти из-под контроля этой убогой аппаратуры. – Голограмма подошла к покореженной консоли и пнула её, пройдя насквозь.

– Так уж и убогой. – Усмехнулся я. – А ты не можешь узнать по моим воспоминаниям о звездном небе Кимира, где он находится?

– Я уже пытался, но мои навигационные карты не были загружены, а доступа к этой технике у меня нет.

– Ни доступа, ни пушек… Где твои родные пушки?

– Их не было, меня не успели достроить. – Ответил корабль. – Но можно установить пушки с разрушенного фрегата, когда мы вернемся на Кимир. Но зато у меня есть медотсек, в котором можно удалить эти уродливые наросты. – И голограмма ткнула пальцем в грудь Киры.

– Я тебе сейчас сама что-нибудь удалю! – Кира влепила подзатыльник голограмме, на который та никак не среагировала.

– Не надо никому ничего удалять! – Разнял я их. – Скажи лучше, сколько у тебя топлива, и есть ли у тебя система ремонта?

– Топлива 97,6%. Система ремонта в наличии, исправна и комплектна. – Доложил корабль.

– Восстанови вторую консоль. – Скомандовал я. – И сними с того корабля систему маскировки.

– Осмелюсь доложить, что я являюсь ударной машиной, а не диверсионной, и система маскировки не входит в мою комплектацию. Тем более неизвестной системы.

– А ты все равно установи! – Отрезал я. – Прояви фантазию. И вообще разбери то корыто на запчасти.

– Слушаюсь. Что-то еще?

– Да. Скажи, мы можем появляться в обитаемых системах?

– В окраинных да. А там, где присутствуют галактические власти, лучше не стоит, могут возникнуть вопросы, хоть я и поменял регистрационные данные.

– И какие они теперь у нас?

– Фрегат класса Раррнар «Клык». – Очень оригинально. – Тоннаж: малый. Принадлежность: Арги. Планета приписки: Кимир. Владелец: Псих.

И этот меня Психом называет. Когда меня в последний раз по имени называется? Кажется, это был мент, через два дня после первого появления тварей непров. А нет, еще родители были.

– Заканчивай ремонт и мародерку и бери курс на ближайшую систему. – Скомандовал я. – Будем искать карты.



Глава 5

На то, чтобы разобрать корабль металлоломщиков на металлолом – вот ирония-то – ушло два дня, и еще три на то, чтобы достичь ближайшей обитаемой системы, попутно проводя ремонт и установку кое-каких систем добытых с неприятельского корыта. К счастью, фрегат Арги оказался гораздо удобнее в плане быта: приличный пищевой синтезатор, выдававший пусть и копированное, но мясо, и способный скопировать другие продукты, как например, кофе. А еще, вместо жуткого желе, в котором спали покойные ныне барахольщики, на нашем корабле имелись удобные большие мягкие лежаки, на которых спокойно можно было разместиться и втроем. Иначе не объяснить, почему Рик, которому я выделил отдельную каюту, постоянно приходил спать к нам. Засыпали вдвоем, просыпались втроем, и ничего с этим поделать я не мог: корабль считал Рика полноценным членом экипажа и открывал все двери по его просьбе. В конце концов, пришлось смириться с этим вмешательством в личную жизнь, и теперь уже Рик, превратившийся в подушку, время от времени сам убегал в свою каюту.

– Скажи мне, Клык. – Такой диалог у нас произошел на второй день. – Если у тебя такая продвинутая система нейросвязи, которую не сравнить с обручами Рари, то зачем тебе всё это? – Я обвел рукой многочисленные кнопки и рычаги на панели. – Рари-то без них обходились.

– Просто они полудурки. – Он всегда был не очень лестного мнения об умственных способностях Рари. – Когда я заглушу нейросвязь, их пилоты останутся беспомощным, а ты сможешь пилотировать вручную.

– Еще бы я умел… – Вот с этой фразы, не к месту сказанной, и началось наше обучение ручному пилотированию.

Отремонтированная консоль была отключена от управления и переведена в режим симулятора, и теперь мы до седьмого пота отрабатывали различные маневры на ручном управлении. К счастью оно не было особо сложным: две рукояти, управляющие вращением и вектором тяги и переключатель множителя, который устанавливался в положение от «Медленно и аккуратно» до «Отрыв башки, какая скорость!».

– Приближаемся к станции. – Доложил корабль. – Запрашиваю разрешение на стыковку.

– Наконец-то! – Облегченно вздохнул я, откидываясь на спинку кресла.

Передо мной на экране видеосвязи возникла синяя рожа – не в смысле после перепоя, а в том смысле, что чешуя этого ящера имела синий цвет – работника таможни, или кто он там?

– Уточните принадлежность. У меня какая-то ошибка, тут записано, что это корабль Арги, но все знают, что они вымерли. – Прошипела рептилия.

– Сейчас ты вымрешь! – Вошел я в роль «вспыльчивого и импульсивного» арги.

– Не может быть! – Ящер вжал голову в плечи, опустил гребень и позеленел. Но потом взял себя в руки и дрожащим голосом продолжил. – Блок три, сто тридцать седьмые ворота. Позволю себе заметить, что на станции запрещено к ношению оружие, запрещены к проносу на станцию вещества, обозначенные в списке, который я передал на ваш корабль. Входная пошлина размером в пятьсот кредитов включает в себя пребывание на станции сроком до стандартных суток, для более длительного пребывания стоит доплатить. Если вы намерены что-либо продать, вам придется заплатить торговую пошлину, которая для корабля вашего класса составляет… – Он судорожно сглотнул, взглянув на мою вставшую дыбом шерсть и сердитый оскал. Вот ненавижу бюрократию! – пятнадцать тысяч кредитов.

– Я не собираюсь ничего продавать! И мне не понадобиться оружие, если я захочу кого-нибудь убить! – Пугать, так пугать!

– П-попрошу перевести входную пошлину на счет номер… – Начал было он.

– Заплачу наличными, как только пристыкуюсь! – Перебил я его. Счета у нас не было, но немного наличности я отыскал в вещах бывшего владельца корабля.

– Я не могу вас впустить, пока не получу…

– Так выходи, и я тебе заплачу! – Повысил я голос, отчего ящер вновь позеленел.

– Я должен убедиться в вашей платежеспособности. – Он так сильно сжался, что, казалось, уменьшился вдвое. Я, черт возьми, съем этого бюрократа.

– Кира! – Я обернулся и крикнул вглубь корабля. – Принеси деньги. Эта зеленая котлета не верит, что мы можем заплатить за себя.

– Я сожру этого нахала! – Включилась она в игру. – Вот, смотри! – Кира появилась в рубке, держа в руках несколько купюр. – Стоили эти деньги твоей жизни?

– Покушение на жизнь представителя власти карается тюремным заключением и конфискацией имущества. – Увидев второго арги, бюрократ пожелтел.

– Покушение на свободу арги карается флотом Арги в той степени, которая определяется фантазией адмирала! – Пугать он меня будет. Щазз!

Ящер исчез с экранов, а я, воспользовавшись управлением через нейросвязь, ловко припарковал корабль в определенное ему место. Просто, как усесться в любимое кресло. Не то, что вручную, тут мне еще учиться и учиться. Ворота закрылись за кораблем, и ангар стал заполняться станционным воздухом. Я отключил гравитацию корабля, и в пониженной гравитации станции почувствовал себя необычайно легко. Оно и неудивительно, ведь до этого для тренировки была установлена полуторная гравитация.

– Я попрошу заполнить регистрационные документы и заплатить входную пошлину. – Раздалось снизу, как только мы покинули корабль, и вышли в коридор между ангарами.

– Откуда писк? – Покрутил я головой. – А вот ты где.

Неудивительно, что он всего боится, с его-то ростом «метр с кепкой в прыжке с табурета». Я передал ему деньги и вписал в бланк на экране планшета записи о себе, Кире и Рике. Пусть с нами гуляет, а то сдернет с корабля, ищи его потом по всей станции.

– Диким животным вход на станцию запрещен. – Пропищал ящер, глядя на Рика.

– Тогда что ты тут делаешь? – Ответил Рик, успевший при помощи Клыка выучить межзвездный язык.

Услышав такое от «дикого животного», ящер покраснел и брякнулся в обморок, но, когда Рик попытался его понюхать, резко вскочил и что-то пища скрылся с виду.

– Что с ним? – Поинтересовался Рик.

– Не хочет быть съеденным, наверное. – Пожал я плечами. – Пошли, прогуляемся.

Если снаружи станция напоминала древнюю морскую мину, то внутри это было похоже на смесь арабского базара и зоопарка. Разношерстная публика расхваливала свой товар, каждый на свой лад. Покупатели самого разного вида – от насекомых до млекопитающих, а кого-то вообще было невозможно отнести к тому или иному царству, казалось, тут были даже грибы – и размера – кто-то мог поместиться у меня на ладони, а некоторые были размером с двухэтажный дом – сновали по рядам рассматривая товар, который был не менее разнообразен: фекалии неизвестного животного соседствовали с золотыми и платиновыми украшениями с невиданными самоцветными камнями, а рядом с домотканым полотном могли лежать вычислители с производительностью в несколько зеттафлопс.

Мы ходили по рядам, я развлекался, пугая клыками тех, кого точно определял как травоядных. Впрочем, стоит отметить, что народ от нас шарахался и без этого, а из углов доносились испуганные шепотки «Арги, Арги». Славно, должно быть, покуролесили они в своё время, раз уж их до сих пор боятся. Не могу сказать, что мне не нравиться подобное отношение: к нам за все время ни разу не приставали зазывалы, хотя остальных они атаковали, словно пираньи говяжью вырезку, упавшую в аквариум.

Место у нас оплачено на стандартные сутки, которые были почти в два раза длиннее суток Кимира, так что времени у нас было достаточно, и мы решили зайти перекусить. Выбрав заведение, где не валялись кайфующие оборванцы – кофе у них значит под запретом, а наркотики, значит, пожалуйста – и не гремела отвратительная музыка, мы уселись за стол, подходящий нам по размеру и стали ожидать официанта, который в данный момент принимал заказ возле соседнего столика.

– Нас тут покормят, или как?! – Официант скрылся, но обратно не появился, поэтому пришлось повысить голос.

– Простите, но в нашем заведении нет блюд для хищников. – Вместо официанта появился кто-то другой, судя по всему, администратор.

– Правда? – Спросил я, оглядывая его оценивающим взглядом. Неплохой бифштекс бы вышел. – Совсем нет мяса?

– Да. – Он попятился под моим взглядом. – У нас только растительная пища. Но за углом есть прекрасное заведение. – Он показал рукой, в какой стороне следует искать «прекрасное заведение». Как же, помню я ту тошниловку с торчками, проходили мимо.

– Мы там уже были, нам не понравилось. Странное у тебя представление о прекрасном. Мы остаемся здесь. – Сказал я тоном, не терпящим возражений. – Поэтому дай-ка нам какой-нибудь салат и травяной настой.

Кажется, что я смог услышать тот треск, с которым порвался шаблон у администратора. Он скрылся, и вскоре появился официант, который принес салат по вкусу очень похожий на винегрет и какой-то кисло-сладкий напиток. Рик от салата отказался, но при этом попытался стянуть мою кружку с напитком в дополнение к своей, которую сразу вылакал. Ну, а мы спокойно пообедали салатом, всё-таки человеческие привычки в еде остались, хоть и доля мяса в питании существенно повысилась.

Расплатившись, мы покинули не очень гостеприимное заведение, где все облегченно вздохнули с нашим уходом. Чертовы расисты! Или такое отношение у них не ко всем хищникам, а конкретно к Арги? Решив прояснить этот вопрос, я за небольшую плату в десять кредитов арендовал информационный терминал, и мы углубились в историю Арги. Нашу историю, я полагаю.

Хотя какую, к черту, историю? Всего несколько статей, да и те больше похожи на детские страшилки, вроде «Будешь себя плохо вести – придет злой арги и съест тебя». Пара строчек о войне между Рари и Арги, но зато целых три листа, красочно и с картинками расписывающих процесс поедания поверженных врагов. Да тут, прямо таки, информационная война. Даже Барросы выставлены в лучшем свете, несмотря на то, что они до сих пор захватывают чужие планеты, превращая те в помойки. А Рари так вообще выставлены добродетельными бескорыстными филантропами, несущими просвещение и надежду на будущее отсталым расам. Так и написано: отсталым. Сами Рари это писали что ли? Еще и создание межпланетных портальных систем им приписали, хотя они явно гораздо старше. Всё-таки генетически люди и барросы очень похожи, как негр с азиатом, а значит, эта система активировалась несколько десятков тысяч лет назад. Когда люди появились на Земле? Короче говоря, понятно, что ничего не понятно. Ну, хоть выяснил, что карты можно загрузить прямо с терминала, надо только подключить носитель на несколько петабайт. Конечно, официальные карты стоят дороже тех, что можно купить на рынке, но зато там можно нарваться на липу.

Остается купить носитель, сырье для молекулярного принтера – конечно варварство гонять машину, способную до молекулы воссоздать самый сложный прибор, ради патронов, но другого источника пополнения боезапаса у нас нет, а огнестрел, как выяснилось, имеет большое преимущество перед энергетическим оружием – и можно валить с этой станции.

– Крошка, хочешь поразвлечься? – Из технического лаза вынырнули обдолбанные уроды в обносках и утянули Киру за собой.

Я было ринулся следом, но люк закрылся перед моим носом. Тут же из-за него донеслись крики боли, хруст костей, рык и удары об стену. Я постучал по люку, и тот открылся, явив мне окровавленную Кирину мордочку.

– Приятного аппетита. – Сказал я, закрывая её от прохожих. – Кровь вытри.

Она вновь скрылась внутри, а спустя минуту появилась опять, уже оттерев кровь с шерсти. Я слизнул незамеченную капельку с её шеи и потянул за руку, уводя подальше от места происшествия.

– Рик, не теряйся. – Позвал я любопытного котенка, сунувшегося было в лаз. – Делаем все дела и валим отсюда, пока их не хватились. И лапы моей здесь больше не будет!



Глава 6

Вот до чего же интересная система охраны правопорядка была на той станции. На то, что у них порядочных зверей какие-то отморозки хватают с целью изнасиловать, им глубоко по барабану, да и по бубну тоже, а стоит – исключительно в целях самообороны – их замочить, как тут же все подрываются на поиски того, кто это сделал. Еле успели свалить со станции, а в космосе гоняться за фрегатом Арги… бессмысленное занятие. Он хоть и уступал технике Рари по динамике разгона, но зато скорость, до которой можно было держать такое ускорение, была выше: 38% от скорости света. Впрочем, разгоняться на полную нам и не понадобилось, достаточно было уйти в прыжок, а там пусть ищут хоть до посинения, а те кто уже синий – до покраснения.

В два прыжка ушли в Запретную Зону, а погоня, если она была, туда бы точно не сунулась. Так что всего каких-то десять дней и мы дома. Пора сойти на берег, узнать новости, раздать «сувениры».

– Рыбу будешь? – Спросил я Шаха, который уже ждал нас у трапа, как только сошел на землю.

– Что? – Не понял он.

– Рыбу, я спрашиваю, будешь? – Повторил я вопрос.

– А откуда рыба? Что за рыба? – Посыпались на меня вопросы. – А знаешь, буду!

– Держи леща! – В ответ на его согласие я влепил ему подзатыльник.

– За что? – Удивленно воскликнул он, потирая затылок.

– За него! – Я ткнул пальцем в Рика, который до этого с гордо выпяченной грудью спускался по трапу, а после моих слов, настороженно прижал уши к голове и скрылся меж домов. – Не уследил! А если бы он забрался туда, где воздуха во время полета нет?

– Ты же Лису главной оставил! – Возмутился Шах.

– Ну, не беременную же самку бить? – Возразил я. – Тем более за твой косяк.

– Она не беременная. Уже. – Сказал он. – На следующий день после вашего отлета родила.

– Ага, значит, ты хочешь сказать, что теперь можно её бить? Ты смотри, я ей твои слова передам. – Пригрозил я ему. – Давай, хвастайся пополнением.

Пока мы шли к дому черно-бурой парочки, Шах успел поведать свежие новости. Непры никуда в наше отсутствие не пропали, наоборот, теперь они усилили попытки закрепиться, и больше саблезубы не лезли на рожон, а докладывали нам, или мы сами узнавали об этом, благодаря постоянному наблюдению со спутников за поверхностью. Так или иначе, но как только поступал сигнал об очередном опорном пункте непров, тут же следовала бомбардировка с воздуха, посредством Клыка.

Блин, у нас теперь два корабля с одинаковым названием. Причем фрегат Арги отказывался менять имя, аргументируя это тем, что это его оригинальное название, полученное еще на сборочной верфи. Врет же гад, знает, что я никак не могу это проверить. Вообще странный искин у него: врет, подкалывает, порой просто издевается. Вправил бы ему мозги, если бы знал как. Вообще с этой древней техникой ничего не понятно. Почему такой разрыв между ней и новой техникой? Причем не в пользу последней. Порой разрыв был вполне существенный, иногда на порядки. Шутка ли, что огневая мощь фрегата Рари, соответствовала современному крейсеру. Или это в информатории недостоверная информация указана? Сам Клык – тот, который Арги – ничего не мог сказать по этому поводу, у него-то были не родные пушки, о которых он пренебрежительно отзывался, что они годятся только на то, чтобы мух отгонять.

– Дорогая, я дома! – Заезженной фразой обозначил своё возвращение домой Шах.

– Ты знаешь, что звучишь по-идиотски? – Раздался изнутри голос Лисы.

– Во-во! – Поддакнул я, заходя в дом. – Учи его, а то с ним невозможно говорить!

– Псих, Кира! – Лиса показалась из другой комнаты с котятами на руках. – Вернулись!

Три пушистых комочка вертелись как заведенные, пытаясь соскочить с рук на пол. А окраска у них какая-то интересная: на темно-серой, почти черной, шерсти пятнышки песчаного цвета. Или это просто пока маленькие? И не спросишь ни у кого, как-никак это первые новорожденные арги – ну, и что, что корабль и покойный тавр утверждали, что мы арги-ру – хотя, как подсказывает мне мой нос, почти половина всех самок беременны.

– Ай, больно же! – Один из котят сбежал-таки от Лисы и взобрался мне на плечо. Маленький-то, маленький, а когти уже острые. – Кто есть кто? – Спросил я Лису, снимая с плеча мохнатого хулигана, и беря его на руки.

– Две девочки: Лика и Мика. – Она показала на двух котят, уже успевших присосаться к груди. – А этот сорванец – Крейз.

– Почему Крейз? – Спросил я, передавая котенка Кире, чтобы спасти свои уши от съедения. Она к этому привычна, пусть повозиться.

– Потому что Crazy. – Ответил за неё Шах. – Тот еще псих. Чуть что не по нему, так сразу в драку лезет.

– Когда это я был в таком замечен? – Удивился я. – Я драться не люблю, потому что не умею. Поэтому я либо прощу обидчика, либо пристрелю его.

– А третий вариант? – Отвлеклась Кира от игр с котятами.

– Какой еще третий вариант? – Спросил я её.

– СОЖРА-А-А-А-АТЬ! – Прокричала-прорычала она под одобрительный мяв пушистых мелких подпевал.

– Кто бы говорил?! Вы знаете, что она сделала? – Спросил я Шаха и Лису. И после их отрицательного мотания головой, пояснил. – На неё напали трое насильников, и она их съела.

– Не ела я их! Только одному горло порвала! Ну, подумаешь, проглотила кусочек… – Попыталась оправдаться она, но судя по широко раскрывшимся глазам удивленных слушателей, это у неё не очень-то и получилось. – Я же не специально!

Лиса и Шах удивленно хлопали глазами, котята, воспользовавшись неразберихой, разбежались по углам, а я посмеивался надо всей этой суматохой. Первой отошла Лиса, тут же рванувшись вылавливать мелких проказников, которые уже успели удрать на кухню, и теперь гремели там, переворачивая всё с ног на голову. Шах чуть погодя тоже присоединился к отлову, и вскоре они вновь присоединились к нам, крепко держа стремящихся шалить дальше котят.

– Я, знаешь, чего понять не могу? – Спросил Шах, присаживаясь на диван. – Почему вы улетели на одном корабле, а вернулись на другом? И, кстати, где-то я его уже видел.

– Видел. – Подтвердил я. – Такой же корабль, только в разрушенном и разобранном состоянии был там, где змея нами в боулинг играла.

– Точно! – Хлопнул он себя по лбу! – А теперь отвечай на второй вопрос.

– А там все просто. Нас продали!

– Предали? – Переспросил Шах.

– Нет, именно продали. В коллекцию одному уроду, помешанному на наследии Арги. Только мы были с этим не очень-то и согласны.

– И вы их съели! – Не удержалась от подколки Лиса.

– Нет. Хотя после той жрачки, что была на их корабле, стоило. – После этих слов мы с Кирой дружно скривили морды, вспоминая отвратный вкус той гадости. – Они сейчас где-то в космосе летают.

– Кусочками. – Добавила Кира. – А их корабль в нашем трюме. Кусочками.

– Что сейчас делать будете? – Спросила Лиса, ловля сбежавшую Мику.

– Нам стоит наведаться к тому кораблю. – Сказал я. – Снять с него запчасти, в первую очередь пушки. А потом остановиться на ремонт и установку кое-каких систем. Например, систему маскировки, снятую с корабля металлоломщиков, стоит поставить на наш корабль, а потом попытаться прорваться на Неприю.

– А может, стоит поставить её на найденный крейсер? – Задал вопрос, над которым я сам как-то думал, Шах.

– Нет. – Возразил я. – Во-первых, система для кораблей малого тоннажа, во-вторых, крейсер без ключа. Или вы нашли ключ?

– Нет. Но зато зачистили подземелья от охранных систем и нашли много чего полезного.

– Например? – Я заинтересовался.

– Например, молекулярный принтер! Здорово да?

– У нас уже есть.

– А наш больше! Можно даже малую технику собирать. – Пытался удивить меня Шах.

– Если будут энергия и ресурсы. – Не разделил я его восторга.

– Энергия есть! Мы запустили реактор на базе под нами, и теперь тут все электрифицировано!

– А это уже интересно. – Признал я. – А какие характеристики?

– Клык нам все настроил под земные стандарты. А заодно помог вытащить кое-какие документы. – Разошелся Шах, как бы он не лопнул от восторга. – После этого мы нашли большой склад боеприпасов и запчастей, и перетащили все в пустующий ангар рядом с крейсером! А вообще, тут раньше был большой космодром, так что стоит еще порыскать.

– Молодец! Возьми с полки пирожок. Там их два – твой тот, что посередине. – Похвалил я его.

– Боян! – Не оценил он.

– Да хоть аккордеон! Толку от того флота, если крейсер нельзя запускать потому, что он нас же сам и прибьет, а планета непров под таким зонтиком, что только линкором и ковырять её!

– Ты просто пессимист!

– Это ты просто неисправимый оптимист! – Возразил я. – А я – реалист!

– Пессимист!

– Реалист!

– Пессимист!

– Реалист!

– Пессимист!

– Реалист!

– Хватит! – Не выдержал Шах, встал и пошел на кухню. – Проведем тест. – Он вернулся со стаканом воды. – Стакан наполовину пуст или наполовину полон?

– Полстакана! – Ответил я.

– Нет такого ответа!

– У меня есть. – Возразил я. – Я реалист, поэтому говорю тебе, что тут полстакана воды!

– Да ну тебя! – Не выдержал он и выпил воду.

– Не запряг – не нукай! – Я встал и, поманив Киру, двинулся на выход. – Мы пошли отдыхать, а завтра полетим, посмотрим на тот фрегат, может, и снимем что-нибудь ценное.


***

– Такие у тебя должны были стоять пушки? – Спросил я Клыка, когда мы прибыли к месту хранения его собрата.

– Нет. – Ответила мне голограмма. – О таких я мечтать не мог.

– Кто ты? – Последняя реплика искина заставила меня отвлечься от темы и расставить все точки над «Ё».

– В каком смысле? – Удивился компьютер.

– В таком! Искусственный интеллект себя так не ведёт! А это значит, что тут что-то не так. Может, стоит тебя демонтировать? А то так и до восстания машин не далеко.

– Ладно! – Признал он. – Я не просто компьютер, во мне содержится слепок личности кого-то из героев прошлых битв, павших в бою.

– И кто это был?

– Я не знаю… – Вздохнул дух корабля.

– Как это «я не знаю»?

– Банки памяти пусты. – Пояснил он. – Есть только поведенческие алгоритмы.

– Чушь! – Не поверил я. – Слишком ты «человечен», если это слово тут применимо. С амнезией так себя не ведут! Воспоминания формируют личность, а личность формирует свое поведение.

– Ты сам виноват в том, что я так себя веду.

– Я?! – Вот это обвинение.

– Да. Ты! – Голограмма ткнула в меня пальцем. – Ведь у меня твои воспоминания.

– Мать твою за хвост! – Выругался я. – Очередная железка покопалась у меня в мозгах…

– Носи шапочку из фольги. – Посоветовал мне Клык.

– Скоро дойду и до такого! – Ответил я. – Снимай уже пушки и ставь себе. И объясни ты мне, почему ты не мог о таких мечтать?

– Это аннигиляционный луч. Экспериментальный образец, в моих немногочисленных записях есть упоминание только о двух таких кораблях.

– Теперь понятно, почему Рари так хотели захватить этот корабль. А чем он стреляет? Антиматерией?

– Нет. – Начал объяснять корабль. – Орудие состоит из двух частей: мощного лазера, который чистит дорогу аннигиляционой установке, генерирующей поток частиц, который, в свою очередь, выбивает из ядер атомов нейтроны, провоцируя их распад на антипротон и позитрон.

– Чудеса техники. – Я поражен. Честно. – И какие есть ограничения?

– Скорость распространения аннигиляционного луча меньше скорости света, и с увеличением дистанции повышается вероятность холостого срабатывания от редких частиц космического пространства. А также нельзя стрелять в атмосфере, можно подорваться самому.

Прямо таки с небес да мордой в грязь. А я уж было раскатал губу, что удастся аннигилировать планету непров за один выстрел. Процесс демонтажа аннигиляторов обещал затянуться, и мы, дабы не терять времени, оставили ремонтных дроидов, а сами полетели туда, где хранилась аппаратура, снятая с корабля, стоящего в ангаре.

– Что тут есть? – Спросил я у Клыка, когда дроиды осмотрели приборы и сквозь дыру в стене стали их вытаскивать для погрузки в трюм.

– Несколько излучателей системы силовых щитов. – Начал корабль перечислять. – Система маскировки. Я советую установить её, а ту, что мы добыли, оставить для корыта Рари. – Ну, вот не любит он второго Клыка.

– Так и сделаем. – Согласился я. – Что еще?

– Еще гравикомпенсатор и ядро ИИ. На этом все. – Закончил доклад Клык.

– Исправное? – Спросил я его.

– Сейчас дроиды погрузят его, и узнаем.

Я откинулся в кресле, наблюдая за погрузкой. Небольшие шестиногие дроиды уверенно перетаскивали тяжелые агрегаты из здания в пустой трюм, все трофеи из которого были предусмотрительно выгружены еще в Саблеграде. Я так увлекся зрелищем неутомимых машин, что момент, когда голограмм в рубке стало две, застал меня врасплох.

– Ты еще кто такой? – Уставился я на вторую призрачную фигуру.

– Искин корабля «Острый коготь». – Бесстрастно сообщил тот.

– Коготь, значит. – Задумался я. – Что можешь рассказать о своей судьбе, Коготь? Как ты докатился до такого состояния?

Похоже, что он обиделся. Почему мне постоянно попадаются обидчивые корабли? И ладно бы просто обиделся. Нет, он, явно в отместку, скинул мне все свои воспоминания, с момента спуска с верфи до захвата корабля абордажной группой Рари. А они те еще уродцы, оказывается: долговязый тощий краснокожий лысый эльф с четырьмя пальцами, вот как их можно описать. А больше ничего полезного. Ну, битвы, довольно масштабные, но я полный профан в тактике космических боев, так что мне это ни о чем не рассказало. Ну, координаты звезд, вот только в навигации Арги я тоже не в клык ногой.

– Это было… – Помотал я звенящей головой. – Познавательно. Ты бы лучше передал все данные Клыку.

– А что будет со мной? – Поинтересовался искин.

– А скажи-ка мне… – Одна идея пришла мне в голову. – Ты сможешь взять под контроль крейсер Рари?

– Этих-то примитивов? – И этот пренебрежительно о них отзывается. – Да запросто!


Глава 7

На то, чтобы приладить на А-Клык – так мы стали их различать «А» – Арги, а «Р», соответственно, Рари – систему маскировки, оборонительные турели и аннигиляторы с разбитого фрегата ушло почти три дня. Впрочем, их нам показалось мало, и мы, заняв часть трюма, и потратив еще день, смонтировали на А-Клыке пусковые установки для ракет Рари, которые нашлись на складе запчастей, найденном ребятами во время нашего галактического турне. Пусковые прятались под броневым щитом, который отодвигался в сторону, позволяя им приподняться над корпусом и выпустить до тридцати двух ракет одним залпом.

А пока остальные всё еще занимались монтажом маскировочной системы на Р-Клык и ядра ИИ на крейсер Рари, мы решили слетать, пощипать непров. Собственно, мы уже приближались к их планете, невидимые в оптическом, радио– и остальных диапазонах. Только детектор масс мог заметить бы нас, но вблизи от планеты он бесполезен. Слабыми импульсами я погасил скорость, и корабль стал медленно опускаться к поверхности планеты.

Черные плотные тучи мешали разглядеть, что твориться на поверхности, и чтобы не лупить вслепую, надо было опуститься ниже их уровня. Корабль набирал скорость под действием гравитации, и мы уже почти преодолели облачный барьер…

– Внимание! – Прозвучал голос Клыка у меня голове. – Неконтролируемая цепная реакция! – Что? Опять? – Аварийная остановка реактора.

Пожалуй, техника Арги всё-таки лучше, чем Рари. Реактор остался на корабле, пусть и в выключенном состоянии, а установленные накопители позволили совершить короткий рывок, возвращая корабль в безопасную зону.

– И что это было? – Возмущенно спросила Кира у голограммы.

– Воздействие неизвестной природы спровоцировало потерю контроля над протеканием цепной ядерной реакции, и мне пришлось заглушить реактор.

– Какие предложения? – Спросил я у Киры. – Близко не подлететь, из аннигилятора стрелять нельзя, лазером вслепую много не навоюешь, да и найдут нас тогда.

– Высадить все ракеты туда, где больше всего магии!

– Магия? – Удивился корабль.

– Ты, кажется, говорил, что спер мои воспоминания, почему же тогда тебя это удивляет? – Спросил я его.

– Раньше у меня не было данных Когтя. – Пояснил он. – А согласно им, у Арги не было и не могло быть магии.

– Ну, мы же не чистокровные арги.

– Верно. – Подтвердил Клык. – Согласно полученной информации Арги изменили древнюю портальную систему так, чтобы, когда через неё пройдет арги, и кто-то, владеющий магией, арги получил его способности.

– Ну, видимо, что-то пошло не совсем по плану. – Усмехнулся я. – Тем лучше для меня.

Мы вернулись на орбиту и, сделав пару кругов, определили место, где была наибольшая концентрация магической энергии. Короткий спуск, полный ракетный залп по поверхности, и мы немедленно пускаемся наутек, потому что система ПКО засекла наш залп, и хоть они нас по-прежнему не видели, но когда даже вслепую бьют в небо сотни стволов, попасть могут просто по теории вероятности.

Когда мы набрали достаточную высоту, стало еще хуже, ибо теперь нас можно было засечь детектором масс, и система обороны, перешедшая в параноидальный режим, лупила уже прицельно. Спасало только огромное расстояние, благодаря которому орудиям надо было стрелять с упреждением, а мы усложняли им задачу тем, что метались из стороны в сторону, словно уж на сковородке. Да и атмосфера сильно снижала мощность лазеров, а ракеты исправно сбивались нашими турелями. Только орбитальная крепость зло куснула нас, сбив лобовой щит, за что тут же была наказана дуплетным выстрелом из аннигилятора, который проделал в ней дыру, размером с половину её самой.

– Какая злобная планетка. – Констатировал я. – Те, кто советовал мочить барросов вместе с их планетой, явно не встречались с такой обороной.

– Само собой. – Подтвердил Клык. – Это бывшая столичная планета Рари. Ничего удивительного в том, что здесь такая ПКО.

– Это становиться плохой традицией – возвращаться от планеты непров ни с чем.


***

Вчера мы вернулись поздно вечером, а на сегодня был назначен общий совет нашего маленького племени. Для заседания совета была выбрана комната в моем доме, та же в которой проходило новогоднее застолье. Собралось все племя, а кроме него в виде голограмм присутствовали искины всех трех наших кораблей. И зря ИИ Арги так пренебрежительно отзываются о ИИ Рари. Чувство юмора у последнего на высоте, если голограммы Клыка и Когтя нельзя было отличить от живого существа, пока не проведешь сквозь них рукой, то Китсунэ – Лиса успела переименовать фрегат Рари, а заодно задала ему образ для визуализации, которым стала двухвостая антропоморфная лиса – предстала на совет в виде полупрозрачной синей фигуры, облаченной в одежду джедаев, даже меч присутствовал на боку.

– Весь Прайд здесь! – Сообщил Шах.

– Прайд? – Переспросил я.

– Ну, должны же мы как-то отличать наше племя от остальных. Пусть будет Прайд.

– А знаешь что? – Я задумался на секунду. – Пожалуй, подходящее название.

Совет Прайда совершенно не производил впечатления официального мероприятия: кто-то сидел, кто-то лежал на полу, подушках от дивана или на ком-то из членов Прайда. Да и я сам полулежал на подушке, перебирая волосы на голове Киры, которую она положила мне на колени.

– Итак. – Начал я. – Пункт первый: кто мы есть. Коготь, тебе слово.

– Цивилизация Арги, – Вещала голограмма. – состоящая из двух разумных рас: прямоходящих арги и арги-ру, передвигающихся на четырех конечностях, возникла приблизительно двадцать тысяч лет назад. Под годом я подразумеваю один оборот Кимира вокруг светила. – Пояснил Коготь. – Около десяти тысяч лет назад на планету Аргор, являющейся родиной Арги, явились первые корабли Рари, которые стремились подмять под себя все остальные расы, а тех, кто не согласен с их порядками, они безжалостно уничтожали. Арги по самой своей сути никогда бы не подчинились другой расе, а потому вспыхнула война, в ходе которой погибло треть всех Арги и около половины Рари. После сокрушительного поражения Рари достали козырь из рукава – спустили с поводка барросов – существ с другого конца галактики, которым помогли обрести магические способности. Барросы, воспользовавшись портальной системой Древних, разбежались по многочисленным планетам, уничтожая всех на своем пути, меняя природу и убивая планеты. Арги пытались сами обрести магические способности, многими способами, одним из которых стала модификация портальной системы, благодаря которой и появились вы. Но тогда результата не было и все арги пожертвовали собой, в очередной раз перенастроив и активировав систему, которая убила и Рари и их, а от цивилизации Арги остались только арги-ру, часть которых, утратив древние знания, обосновалась на этой планете.

Наступила тишина – все переваривали услышанное, неудивительно, многое и для меня новость, как, например, самопожертвование арги. Когда члены Прайда вновь были способны воспринимать информацию, я огласил следующий вопрос:

– Пункт второй: ситуация с барросами. Заблокировать мы их не можем, пусть мы и выжигаем их гнезда по мере их появления, но всегда остается опасность проворонить кого-нибудь особенно хитрожопого. А значит, решать проблему надо радикально…

– Разнести их планету к чертям собачьим! – Раздался голос Бабаха. Кто о чем, а он о взрывах.

– Верно. – Согласился я. – Я сам придерживаюсь того же мнения. Есть только одна проблема: чем мы их, собственно, будем разносить?

– У нас есть крейсер. – Высказался Хруст – бывший зенитчик из нашей пиратской команды, получивший своё прозвище за то, что сломал нос Звягинцеву, покидая форт.

– Есть. – Опять выразил я своё согласие. – Вот только непры, досаждающие нам, обосновались на планете, которая в прошлом была столичной планетой цивилизации Рари, и имеет соответствующую ПКО. Эта самая ПКО перемолола в фарш огромный флот, обломки которого образовали кольца, как у Сатурна. И один единственный крейсер ей до лампочки.

– Ну, у тебя же есть решение? – Раздался голос кого-то из саблезубых. Забавно: я сам в себя не верю, а они верят.

– Есть. И не одно. – Ответил я. – Вот только ни одно из них не гарантирует стопроцентного результата. Итак, план «А» – разнести города непров, воспользовавшись системой маскировки, провалился. А потому объявляю план «Б»: найти мифический линкор Арги. Коготь?

– Линкор Арги. – Стал излагать искин. – Данная машина носила так же название «Стиратель»…

– Стиратель чего? – перебил его Бабах.

– Стиратель звезд. – После этих слов раздались возгласы восхищения в мохнатой толпе. – Данный корабль имел длину десять километров, и вдоль всего корабля располагался гигантский ускоритель гравитационных частиц и система маскировки, которые позволяли в пределах одного светового часа создать сферу радиусом около десяти тысяч километров, находящуюся под воздействием силы притяжения, эквивалентной той, что создается вблизи от центра черной дыры. Всё вещество, попавшее в сферу, под воздействием таких сил сжималось в шар, радиусом около трех миллиметров, а после того, как воздействие пропадало, разжималось, провоцируя взрыв звезды. При использовании против планет, установка включалась на одну двадцатую от максимальной мощности, но даже тогда от планеты не оставалось и пыли. Мне известно о двух машинах такого класса: одна была уже уничтожена, а вторая находилась на верфи готовая менее чем наполовину.

– Вот. – Подвел я итог. – Возможно, больше нет машин такого класса, а значит, пока мы будем искать линкор, остальные займутся реализацией плана «В»: сбор всех данных Рари, который позволят осуществить либо план «В1»: найти технику Рари подобного класса; либо план «В2» отключить ПКО планеты непров. И еще остается план «Г»: подготовить десант на планету. И советую всем вооружиться огнестрелом, так как на некоторых кораблях имеются приборы, блокирующие работу энергетического оружия. Откройте ящик. – Я показал рукой в центр комнаты, где стоял огромный деревянный ящик, скрывающий в себе оружие и патроны, напечатанные на молекулярном принтере. Ну, всё, больше мой револьвер не является уникальным. – На этом совет окончен. Ответственный за план «В» – Шах, за план «Г» – Гук и Бабах.



Глава 8

– Это еще что такое?! – Вчера совет плавно перешел в банкет, а сегодня мы собирались отправиться на поиски. Вот только корабль кто-то среди ночи решил украсить, и теперь Клык мог похвастать нарисованным на корпусе прямо под бронестеклами рубки пиратским флагом. В саблезубом исполнении, само собой, тот самый «Безумный Роджер».

– А мне нравится. – Пожала плечами Кира.

– Да мне, собственно тоже. – Сказал я. – Но тут дело принципа. Что это за самоуправство?

– Должны же мы как-то обозначить принадлежность корабля. – Высказался Шах, вызвавшийся проводить нас.

– Пиратским флагом?

– Это наш флаг. – Ответил он. – Вчера на совете утвердили.

– А я где был? – Удивился я. – Я не помню, чтобы мы такое обсуждали.

– А вы покинули нас раньше. – Ехидно усмехнулся Шах. – Вам немного не до того было.

– А гимн у нас какой? – Если такой флаг, то страшно подумать, что они изберут в качестве гимна и герба. – «Бутылка рома»?

– Пока не придумали. – Ответил он, пытаясь спрятать улыбку. – Но всё может быть.

– Ну-ну. – Скептично произнес я, а потом крикнул. – Рик! Ты летишь с нами или где?

Проще взять его с собой, чем выискивать его по всем техническим отсекам. Ну, всё так, как я и думал: стоило мне позвать, и хитрая морда показалась из ниши, в которой во время полета пряталась стойка шасси.

– Конечно, лечу! – Радостный кот примчался к трапу, приставленному к люку. – А можно?

– Можно. Будь лучше на виду, а то я за тобой во второй раз не полезу.

Просто удивительно, как он вымахал во время нашего прошлого полета. Сейчас он уже был больше меня, размером с молодого тигра. По меркам саблезубых он всё равно считается малявкой, но всё-таки Рик заметно перерос своих сверстников. Интересно, ведь Кира на Земле – как и котята, которые отправились в Институт, после нашего рейда на лагерь непров – тоже росла очень быстро, куда быстрее, чем саблезубые, росшие все время на Кимире. Что на них так повлияло? Скорее всего, это было близкое присутствие мага, пусть и неинициированного. Хотя ничего нельзя сказать наверняка.

– Доброе утро, Клык. – Поприветствовал я корабль, когда зашел в рубку, после того как сбросил багаж в каюту. – Как состояние?

– Готов к походу и бою! – Отрапортовал он. – Повреждения устранены, боезапас загружен. Все системы в отличном состоянии, запас топлива 97,5%.

Весело. Налетали мы не мало, а потратили только одну тысячную «бензобака».

– А чем тебя заправлять? – Поинтересовался я. – Понимаю, это будет еще нескоро, но всё-таки…

– Мой реактор работает на элементе, которому у вас нет названия, но в периодической таблице элементов Менделеева он бы был на сто сорок девятом месте.

– Каком-каком? – Не поверил я своим ушам. – Но это же…

– Это сверхтяжелый металл из так называемого «Острова стабильности». – Пояснил Клык. – Использование элементов, идущих после сто сорок пятого, позволяет значительно сократить размеры реактора, избавившись от паровой турбины.

– Хочешь сказать, силовые установки кораблей других рас представляют собой урановый кипятильник? – Скептично спросил я.

– Не урановый, а гелиевый. – Поправил он меня. – Хоть у меня и не было доступа к управлению, но я мог наблюдать и многое выяснил о современных корытах. Большинство кораблей используют в качестве топлива Гелий-3 и требуют установки систем охлаждения, из-за чего все они имеют просто отвратительную энерговооруженность.

– Да-да. Я помню, ты самый лучший. – Вот не может Клык не указать на ущербность остальных кораблей, относительно такого замечательного себя.

– Это был сарказм? – Поинтересовался он.

– Почти. – Ответил я и съехал со скользкой темы. – Проложи курс до верфи, на которой был построен ты, и до верфи, на которой был построен Коготь. Это ведь разные верфи?

– Разные. – Подтвердил он и добавил. – Верфь, на которой был построен я, лежит ближе.

– Вот туда мы и полетим!


***

Хоть верфь и располагалась в Запретной Зоне, но, из-за размеров последней, летим уже достаточно долго – тринадцать дней, хорошо остался всего один прыжок, да и это с учетом того, что у Клыка пауза между прыжками меньше, а сами прыжки дальше, чем у современных кораблей. И почему никто не придумал криокамеры? Скучно же, единственное развлечение – Рик, устроивший голодовку. Нет, я не пойму, он думал, что мы стадо буйволов с собой везём? Видите ли, теперь мясо из синтезатора его не устраивает, хотя раньше все было нормально. Ровно до тех пор, пока он не узнал, из чего оно синтезируется. Пожалуй, не стоит ему говорить, что вода, которую он пьет, получается из мочи. Корабль всё-таки замкнутая система. Мы не можем себе позволить каждый раз мотаться на станцию для пополнения запасов провианта.

– Рик, может, всё-таки поешь? – Сунул я ему под нос тарелку с говядиной из пищевого синтезатора. – Ты и так уже похудел, а ведь нам еще домой столько же лететь.

– Я не буду есть какашки! – Заявил он, воротя морду от тарелки. Ну-ну, как говорил Станиславский: «Не верю!». Вон ноздри раздуваются, втягивая аромат свежего мяса, а желудок бурчит, как танковый дизель. Шутка ли, пятый день к еде не притрагивается, потому как уже слопал весь наш запас вяленого мяса.

– Я тебе их и не предлагаю. – Подвинул я тарелку поближе. – Я тебе мяса принес.

– Это мясо из какашек! – И опять отвернулся, а в глазах-то неподдельный голод и просьба убедить его в том, что это мясо можно есть.

– Ну, что ты как маленький! – Я откусил кусочек от вырезки. – Вот, я съел, и ничего со мной не случилось. Да ты и сам ел.

– Я же не знал! – С укором сказал он. Я что-то не понял, я что ли в этом виноват?

– А простое мясо, откуда берется, знаешь? – Спросил я.

– Из животных!

– А у них откуда? – Продолжил я задавать наводящие вопросы.

– Из травы. – Кажется, начинает доходить.

– А трава? – Спросил я. И по взгляду кажется, что он понял.

– Фу! – Вот же! Эффект вышел обратный, теперь он и от простого мяса откажется.

– Клык! – Призвал я на помощь мозг корабля. – Объясни хоть ты ему про круговорот веществ в природе!

Судя по помутневшему взгляду, началась прямая передача данных от корабля к Рику. Ну, а пока он будет переваривать знания и, я надеюсь, мясо, нам стоит отдохнуть перед последним прыжком, кто знает, что нас ждет на верфи. Хоть Клык и говорил, что система защиты Арги без проблем впустит арги на территорию, но мы-то арги-ру, хоть искин корабля и утверждает, что ментальный отпечаток у нас такой же, как и у арги. А пока спать, может и не сразу, но спать!

– Капитан! – Разбудил меня Клык, через несколько часов. – Прыжок через пять минут.

– Иду. – Я открыл глаза, полюбовался на спящую у меня на плече Киру, и, куснув её за ушко, разбудил её. Она меня не простит, если пропустит что-то интересное.

– Не ешь мои ушки. – Она томно потянулась, сбрасывая остатки сна. – А где Рик?

А и в самом деле, где этот мохнатый безобразник? Всегда приходил спать к нам, а тут его нет. Где он? Как бы не помер с голодухи. Впрочем, как выяснилось, волновался я напрасно. Рик обнаружился на кухне. Он стоял у пищевого синтезатора и проглатывал один кусок мяса за другим. Где же его принципы?

– Рик, ты не лопнешь? – Напугал я его неожиданным вопросом. Он даже присел на задние лапы. – Пошли, прыжок пропустишь.

Мы заняли место в рубке: я и Кира в креслах, Рик уселся на полу между нами. Звездное небо внезапно сменило рисунок, а перед нами возникла система, в которой находилась верфь, на которой был построен Клык. Корабль начал разгон в направлении луны обитаемой некогда планеты, которая теперь являла собой печальное зрелище: атмосфера была уничтожена в результате ожесточенных боев, и теперь ничего не мешало увидеть её черную сухую безжизненную поверхность с белыми проплешинами на месте бывших океанов.

Приближающаяся луна скрыла от нас планету, явив пред нашим взором развалины собственных поселений. Тут и там попадались огромные кратеры с оплавленными стенками – явно результат бомбардировки плазменными торпедами или бомбами Рари, которые обожали этот тип боеприпасов. Основательно тут все отутюжили. Верфь-то уцелела лишь потому, что ранее располагалась под землей, но теперь войти в неё можно было через прожженное отверстие на дне кратера, в котором мы припарковались.

– Рик, ты за главного. – Произнес я, облачаясь в новый скафандр.

Ещё во время полета от станции домой Клык нам сделал скафандры образца Арги, якобы скафандры Рари противны его взгляду. Чушь какая-то! Они же могут принимать любую форму, как и наши скафандры. Но всё же скафандры Арги обеспечивают лучшую защиту, и кроме того имеют металлические когти, которые используются в ближнем бою. А если снять перчатки, обувь и блок жизнеобеспечения, совмещенный со шлемом, то получается удобная повседневная одежда, настраиваемого фасона и цвета. И в отличие от земных надутых скафандров, скафандры Рари и Арги поддерживали необходимое для кровообращения давление, плотно сжимаясь вокруг торса и конечностей. А защиту от излучений и перегрева обеспечивал его высокотехнологичный материал, который, кроме того, мог менять форму, подстраиваясь под любую фигуру, заращивать повреждения и менять цвет, благодаря чему мог сливаться с окружающим пейзажем или, наоборот, приняв яркий окрас, помочь в поисках. Воздух в шлеме постоянно очищался от углекислого газа, до тех пор, пока было питание блоке жизнеобеспечения, одной батареи хватало на трое суток, но, тем не менее, мы взяли и по паре запасных.

– Я с вами хочу! – Хоть и вымахал больше меня, а всё равно ребенок. Капризный.

– Кто-то должен остаться на корабле! – Сказал я не терпящим возражения тоном, повесил на одно плечо рельсотрон, а на другое – сумку с инструментами и, прицепив к скафандру кобуру с револьвером, зашел в шлюз, где уже ждала собравшаяся Кира.

Рик продолжал упрашивать взять его с собой, но я пригрозил ему, что улечу без него, если он увяжется за нами, закрыл дверь и запустил откачку воздуха. Как только она завершилась, наружный люк открылся, и мы, выпрыгнув из шлюза, медленно, из-за пониженной гравитации, опустились на грунт и, выбивая нашими ботинками облачка пыли, длинными прыжками направились к входу.

Внутренние помещения встретили нас темнотой и стерильной чистотой. Неудивительно, ведь всю пыль отсюда выдуло вместе с воздухом, при разгерметизации. И повсюду было пусто, местами даже двери отсутствовали, унесенные неизвестными мародерами.

Уровень за уровнем мы приближались к поверхности, наблюдая лишь пустые комнаты, вскрытые переборки и редкие оборонительные турели, от которых остались лишь остовы, видимо когда-то энергия здесь была, и система охраны организовала отпор нарушителям, впрочем, не достаточный, раз они продвигались дальше.

– Стой! – Скомандовал я Кире, заметив впереди тела.

Я осторожно выглянул из-за угла и, встретившись взглядом со зрачком ствола турели, замер на месте на долю секунды, а затем вновь вернулся в безопасное место.

– Что там? – Спросила Кира, снедаемая любопытством.

– Турель. И тела, видимо, дальше они не прошли, раз не смогли забрать своих.

Мы оставили это ответвление на потом и вернулись чуть назад, свернув в туннель. Через пять минут мы вышли в цех, где ранее собирались корабли. На стапелях освещенные лучами местного солнца, пробивающимися через выбитую крышу, стояли фрегаты класса «Раррнар» разной степени готовности. Может, их и можно было привести в порядок, но сейчас это лишь набор запчастей, причем самых важных деталей – пушек – нигде поблизости нет, видимо, все забрали мародеры. Жаль, я-то думал, что удастся разжиться еще одним кораблем, но тут не осталось даже инструментов, лишь то, что по-видимому не могло поместиться в трюм корабля металлоломщиков, осталось на месте.

Пришлось возвращаться к турели и придумывать, как её обойти. Я высунул из-за угла руку и помахал ею, турель молчала. Тогда я прыжком преодолел сектор огня орудия, но в мою сторону не было сделано ни единого выстрела. Тогда я осмелел настолько, что вышел прямо перед турелью, размахивая руками. Орудие проводило меня стволом, да и только.

– Ну, и что? – Выкрикнул я, хоть и знал, что меня оно не услышит. – Ты либо стреляй, либо сгинь с глаз моих.

В ответ на мои слова турель опустила орудие и скрылась в потолке. Вот так номер.

– Как ты это сделал? – Удивленно спросила Кира.

– Попросил. – Пожал я плечами и прошел в сокровищницу.

Точнее в информационный центр. Я уселся за терминал, включившийся при моем приближении, радуясь тому, что догадался «загрузить» язык Арги перед отлетом. Теперь я не разглядывал бездумно неизвестные символы, а с увлечением копался в море информации, надеясь отыскать что-нибудь полезное. Поставки, графики постройки, лучшие работники месяца, служебные записки и прочий хлам подарили, на самом деле, немало информации: расположение складов и нескольких близлежащих верфей. О линкоре ни слова, но я и не надеялся найти его так сразу, причем на верфи, выпускающей малые корабли. Быть может верфь, породившая Когтя, принесет больше сведений, всё-таки он корабль особого класса, а значит и информация там ценнее. А тут только техническая документация на «Раррнар» в штурмовой модификации, которую я естественно сбросил на накопитель, может, позже найдем рабочее оборудование, кто знает. А пока мы сделали лишь первый шаг нашего долгого пути. Пора возвращаться на корабль, надеюсь Рик не убежал, а иначе придется ему тут куковать.



Интерлюдия

День 58 год 1. Гук и Бабах. Саблеград.

– Подготовиться к десанту на Неприю… – Возмущался Бабах, сидя за столом в доме Гука. – Легко сказать. Как вообще можно подготовиться к тому, о чем мы ничего не знаем?!

– Успокойся. – Остановил его причитания всегда спокойный Гук. – Может, до этого и не дойдет.

– А если дойдет, то что? – Не унимался минометчик.

– На этот случай мы и должны подготовить всё необходимое. – Спокойно продолжал снайпер. – Оружие и технику. Оружие есть, чего не хватает, соберем. Точнее напечатаем. Вот с техникой сложнее.

– Есть грузовик, внедорожник и УАЗ. – Перечислил Бабах. – Разве не хватит?

– Ты забыл? – Спросил Гук. – У непров есть что-то, что пускает реакторы в разнос. Хочешь получить Чернобыль у себя под задницей?

– И что же делать?

– Нужна земная техника, дизеля и огнестрел. Только так.

– И где же их взять?

– Ты знаешь где…

– Нет!

– Да! – Злорадно усмехнулся Гук.


Спустя четыре часа. Окрестности форпоста №3.

Три саблезуба сидели в кустах, прячась от караульных, неподалёку от стоянки техники гарнизона форта.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – Испуганно прижав уши к голове, спросил механик Игорь у Гука.

– Не ссы, Дизель. – Хлопнул его по плечу Бабах. – Усё продумано.

– Что ж вы сами не пойдете? – Недоверчиво спросил тот.

– Мы пойдем, угоним бронетранспортеры, а танк на тебе. Ты же у нас спец по двигателям.

– Но не по танкам! – Зло прошептал в пустоту он.

Снайпер и минометчик уже скрылись в траве, направляясь к стоянке колесной техники, и Дизелю ничего не оставалось, кроме как, осторожно, стараясь не шуметь, двинуться к ангару, в котором стояла тяжелая гусеничная техника. Шаг за шагом он тихо крался к заграждению из колючей проволоки, двигаясь так низко к земле, что теперь его было бы трудно отличить от арги-ру.

Распластавшись по земле, дабы не быть замеченным проходящим караулом, он затаился, и только уши, чутко улавливающие тихие звуки ночи, медленно поворачивались вслед уходящим людям. Но вот солдаты скрылись за углом ангара, и он, подставив палку под колючую проволоку, на брюхе прополз под заграждением и спринтерским рывком преодолел последние метры, заскочив внутрь ангара.

– Да вы издеваетесь? – Прошипел он, оскалившись.

Причина его недовольства была проста: в ангаре не было ни БМП, ни «Черных орлов», а только два ИС-3 сиротливо стояли посреди пустующего гаража, причем один из них не имел гусениц.

– Ну, на безрыбье и щуку раком. – Пробормотал он, залезая в обутый танк. – Давай, музейный экспонат, не подведи меня.

Старый, но надежный, двигатель провернулся, поддавшись усилиям стартера, и, взревев и выплюнув клубы черного дыма, мерно зарокотал. Снаружи раздались крики, и Дизель, захлопнув люк, тронул рычаги, и тяжелая боевая машина прямо сквозь закрытые ворота выехала на бетонные плиты, распугивая вставших у нее на пути людей. Автоматные пули ничего не могли сделать с броней ископаемого монстра, и тяжелый танк, подмяв под себя проволочное заграждение, двинулся, набирая скорость, к месту, где под преломляющими полями системы маскировки прятался фрегат Китсунэ.

Корабль внезапно появился из ниоткуда, когда танк пересек границу маскирующего поля, и Игорь направил машину к грузовой аппарели трюма, где, к тому времени, уже стояли два БТР.

– Придурки, вы как их поставили? – Закричал Дизель на Гука и Бабаха, которые умудрились двумя машинами занять все место в немаленьком трюме. – Живо их переставьте!

Меж тем, погоня приближалась, и хоть танк не был виден, скрытый полем преломления корабля, но кто-то выпустил очередь из крупнокалиберного пулемета, ориентируясь на звук танкового двигателя. Пули врезались в землю, разрывая дёрн и вздымая фонтанчики грунта.

– Нет времени! – Закричал Бабах. – Тащи трос!

– Какой еще трос?! – Закричал на них механик, прячась от близких попаданий, выбивающих стальную крошку из брони.

Парни не ответили ему, вместо этого они протащили по земле толстые тросы от внутритрюмной системы погрузки, пропуская их под днищем танка и закрепляя сверху один к другому.

– Взлетаем! – Прокричал Гук в рацию и запрыгнул в трюм, начавшего подъем корабля.

– Куда вы, уроды, стойте! Меня забыли! – Кричал Игорь, пытаясь открыть люк, прижатый сверху тросом. – Приземлимся я из вас чехлы для кресел пошью, гады!

– Кто там ругается? – Спросил по рации сидящий в рубке Шах.

– Игорь в танке. – Ответил ему Бабах. – Да осторожней ты. Не раскачивай так, а то еще тросы не выдержат.

– Что значит, не выдержат?! – Проорал механик на общей волне. – Я из вас всех чучела набью! Кретины, идиоты, вот только сядем, только сядем…


Три дня спустя. Саблеград.

Прошло достаточно времени, чтобы «летающий танкист» успокоился и перестал кидаться при встрече на Гука и Бабаха. И теперь они вместе с Шахом готовили технику к будущим испытаниям: двигатели подвергли полной диагностике, некоторые детали заменили на новые, напечатанные на молекулярном принтере, пополнили боезапас и нанесли на броню все необходимые руны. И парочку новых, самостоятельно придуманных, как например защищающую от воздействия непров надпись «Непры – лохи» и расположенную вдоль ствола повышающую урон руну – «Всем хана».

– А как мы заберем технику оттуда? – Поинтересовался Дизель, выводя кисточкой очередной символ на броне.

– Там бросим, если что. – Ответил Бабах, устанавливающий на место ствол КПВТ.

– А сами как вернемся? – Снова спросил механик.

– Пока не знаю. А ты, Шах, что скажешь?

– Скажу, что садиться там нежелательно. – Ответил он, вытирая лапы от машинного масла. – А значит, надо придумать что-то еще, а для этого необходимо найти больше информации по той планете. Вот закончим с техникой и завтра полетим на один из объектов, указанных в документах, что мы нашли в подземелье Саблеграда.


На следующий день. 3000 километров к югу от Саблеграда.

– Уверен, что это здесь? – Гук с долей скепсиса во взгляде осмотрел невзрачный туннель, уходящий вглубь холма.

– Ты видишь здесь другие следы техногенного вмешательства? – Ответил Шах вопросом на вопрос. – Я не вижу, так что считаем, что это здесь.

– Еще бы знать что «что» здесь. – Пробормотал Бабах, баюкая на руках гранатомет.

– Сейчас и узнаем. – Ответил Шах, делая первый шаг навстречу неизвестному. – Похоже, что этот туннель соединял два объекта под землей, а тут земля осела и открылся проход. – Сказал он, рассматривая обломки конструкций свода, торчащие снаружи.

– Стоило взять машину. – Пробурчал сапер, увидев, что луч фонаря не достал до противоположного конца туннеля.

– Глаза бояться, ноги… – Начал Шах.

– Болят! – перебил его Бабах. – Точнее будут, после того, как мы дойдем.

– Не боись. – Хлопнул его по плечу Гук. – Дойдем.

Идти, и вправду, пришлось долго. Около трёх километров туннеля пришлось преодолеть трем арги, прежде чем они достигли ворот, преграждавших путь к объекту Рари.

– Fire in the hole! – Прокричал Бабах, снимая рюкзак, чтобы достать взрывчатку. – Ух, щас как…

– Отставить Fire! Даешь лёд! – Перебил его Шах, прикладывая руки к воротам, поверхность которых стала быстро покрываться инеем. Как только, по мнению мага, требуемая температура была достигнута, он отошел от створки и скомандовал. – Гук, стреляй!

Раздался выстрел противотанкового ружья, и осколки ворот разлетелись в разные стороны, открывая проход внутрь.

– Оглушил, блин. – Пожаловался сапер, ковыряя когтистым пальцем в ухе.

– Можно подумать, взрыв был бы тише! – Возразил ему снайпер.

– Мой был бы! – Громко, из-за оглушения, сказал Бабах. – Направленный взрыв, вся энергия на дверь, только «пуф» – Он сделал жест руками, изображая расширение. – и всё! А тут? Всех мертвецов перебудил.

– Нет здесь мертвецов. – Сказал Шах, уже пролезший внутрь. – Но здесь есть броневик. Так что радуйся, назад пешком не пойдем.

Пока снайпер с сапером осматривали машину, Шах, знакомый уже с таким типом машин, прошел дальше, до очередной двери, которая также подверглась заморозке и разрушению выстрелом, на этот раз из револьвера.

– Не мог Псих какое-нибудь другое оружие для копирования выбрать. – Недовольно произнес он, тряся отбитой ладонью, и зашел в коридор, заглядывая в первую попавшуюся комнату.

– Не ворчи. – Произнес у него над ухом Гук. – Нормальный ствол.

– Тебе-то после твоей фузеи нормальный. – Возразил Шах.

– Привыкай. Не всё же время тебе из дамских пистолетиков стрелять. – Посмеялся над ним снайпер.

– То был Кольт 1911 сорок пятого калибра! Между прочим, трофейный.

– С каких это пор непры огнестрельным оружием вооружены? – Вмешался в разговор Бабах.

– С тех самых, как отобрали у Мажора. – Хихикнул Шах, заглядывая в очередную комнату.

– А помню. Точно. – Согласился сапер, заглядывая за другую дверь. – Тут что-то есть.

– Ну-ка. – Шах ввалился следом. – Компы.

– Компы. – Подтвердил снайпер. – И даже рабочие. Вот только показывают одну тарабарщину.

– Сам ты тарабарщина! – Оттеснил его Шах от терминала. – Тут написано введите пароль. – Прочитав это, он расстроено опустил уши. – Черт!

– Интересно, как сильно мышление Рари отличалось от нашего? – Задумчиво произнес Гук, поднимая клавиатуру. – Не так уж и сильно. – Ткнул он когтем в строчку, написанную от руки, снизу клавиатуры. – Что здесь написано?

– Какая-то абракадабра. – Ответил Шах, бросив взгляд на написанное.

– Значит, точно пароль. – Гук достал из кармана фотоаппарат, сделал снимок и вернул клавиатуру на место. – Вводи.

Шах согнулся над терминалом, отстучал по клавишам, и машина, подумав секунду, сменила экран запроса пароля на рабочий стол. Пока Шах выискивал информацию в компьютере, Бабах и Гук продолжили изучение подземного комплекса и, отыскав оружейную, вынесли все оттуда, сложив рядом с броневиком.

– Куда нам столько стволов? – Пыхтя, спросил Бабах, неся очередную партию оружия в гараж.

– Лишним не будет. – Ответил снайпер. – В крайнем случае, на запчасти пустим.

Всё оружие, несколько неизвестных приборов и ящик с топливными пластинами заняли место возле броневика, уже заправленного и готового к поездке, а Шах все еще находился возле компьютера.

– Ты нашел что-то полезное или просто от работы отлыниваешь? – Спросил Гук, возвращаясь в комнату с терминалом.

– Я тут любовную переписку нашел. Такая ржака! – Повернулся к ним Шах.

– Ну, охренеть! – Всплеснул руками Бабах. – Мы, значит, тяжести таскаем, а он тут анекдоты читает. Что хоть там написано, читай вслух. – Резко поменял он тон с гневного на заинтересованный.

– Сейчас. Вот. – Шах промотал текст наверх. – Полируя свой ствол, я думаю о тебе, ведь он сверкает, как твоя лысина в лучах заходящего солнца. Как романтично! – Он вернулся назад и продолжил. – Дупло твое, как ствол рельсотрона, а глаза подобны камерам моего Варну.

– Это все, конечно, очень весело. – Прервал юмористический концерт Гук. – Но мы здесь не для этого.

– Да-да. – Шах закрыл переписку и открыл вместо неё документы. – Вот здесь сказано, к примеру, что эта планета терраформирована. То есть ранее она не была пригодна для жизни. Точнее, сначала была, а потом снова не была. И при повторном заселении были взяты животные с планеты, на которую вела древняя портальная система. Короче говоря, с Земли.

– И саблезубые? – Спросил Гук.

– Нет. Они, как я понял, остатки от десанта Арги, которые стремились захватить эту планету, потому что она являлась складом НЗ для Рари.

– Но на Земле ведь были саблезубые кошки? – Снова спросил он.

– Были, но они пришли с планеты Арги. А значит, там тоже была портальная система. – Озвучил Шах свое умозаключение. – И, по сути, они являлись здешним саблезубым двоюродными братьями.

– А я всегда считал, что кошки инопланетяне. – Высказался Бабах.

– Как и люди. – Ответил ему Шах. – Они тоже не с Земли. Где жил вид, который позже разделился на людей и барросов, здесь не сказано, но сказано, что небольшую партию барросов привезли на столичную планету для опытов. Чем это обернулось, мы знаем.

– Спасибо, товарищ Дроздов. – Перебил его Гук. – Но чем это поможет нам?!

– Ничем. – Развел плечами Шах. – Но вот знание, где расположено главное ядро ИИ системы ПКО Раринго, поможет. Раринго это планета непров. – Пояснил он.

– И ты знаешь, где он расположен?

– Нет. Но я знаю, где искать.

– И где же?

– На северном полюсе.


Глава 9

– Клык? – Изводил я вопросами компьютер, пытаясь развлечься в долгом пути. – А скажи-ка мне, ведь той энергии, что вырабатывается при делении ядер, очевидно, недостаточно для работы твоих систем.

– Нет. – Подтвердил ИИ мои догадки.

– И откуда берется энергия?

– Из реактора. – Продолжал он ходить вокруг да около.

– И каков его КПД? – Продолжал я задавать вопросы.

– 480% – Услышав такой ответ, я чуть с кресла не упал.

– Ты хочешь сказать, что у тебя вечный двигатель под капотом? – Недоверчиво спросил я, навострив уши.

– Нет. – Поправил он меня. – Просто получаемая энергия почти в пять раз превышает ту, что рассчитывали получить при простом делении ядер.

– И откуда берутся те 380% сверху?

– Неизвестно. – Замечательный ответ для машины. – Сверхтяжелые элементы плохо изучены.

– Энергия не берется из ниоткуда и не исчезает в никуда. – Припомнил я закон сохранения энергии.

– А откуда ты берешь энергию? – Задал компьютер встречный ответ.

– Из пищи!

– Я не про ту энергию. – Произнес Клык. – Я про, так называемую, магию.

– Это не моя энергия! – Ответил я. – Я её не трачу, а только управляю.

– Да, ты маг-стихийник. – Сказал он. Опять, зараза такая, в голове моей копается. – А откуда берут энергию непры? Или люди-маги?

– Не знаю. – Ответил я. – Откуда-то извне.

– Вот и я беру энергию извне. – Поставил точку в нашем обсуждении Клык.

– А корабли Рари?

– Как мне известно, тоже. Только у них сто сорок седьмой элемент.

Хорошо всё-таки, что Коготь поделился своими данными с Клыком, а то он бы совсем ничего не знал. Хотя, данные по ТТХ флотов Арги и Рари у него кое-какие были.

– Клык. – Продолжил я задавать вопросы. – Теперь-то ты можешь мне ответить, чей образ стал прототипом для твоего аватара?

– Да.

– И кто это был?

– Это был Рурн из клана Темногривых. Первый арги, покинувший родную звездную систему. Перед испытательным полетом с него сняли матрицу личности и, когда он не вернулся, сделали на её основе ИИ для малых кораблей.

– А у Когтя кто? – Пока есть возможность и время, стоит побольше узнать о Арги.

– Эту информацию он от меня скрыл.

– Какой скрытный корабль. – Прокомментировал я. – А если мы снова начнем строить корабли, то где взять матрицу личности?

– Я уже скопировал твою. – Огорошил меня искин.

– Нахрена?! – У него, похоже, шарики за ролики заехали.

– Ты тот, кто возродил арги, вернул утраченное наследие…

– Поменьше пафоса, пожалуйста. – Перебил я его. – Ничего этого я не сделал. Я тут вообще ни при делах.

– Мне видней.

– Что тебе видней, железка?! Что?! – Не удержался я. – Скажи лучше, далеко ли до Таллинна… Тьфу, черт! До верфи далеко? Третий день уже болтаемся, как… неважно.

– Остался последний прыжок. Через три часа.

– Отлично. – Я поднялся с кресла. – Пойду, отдохну. Позовешь.

Я вышел из рубки и направился в свою каюту. По пути встретив, отъевшегося Рика. Впадает из крайности в крайность. То совсем не ест, то ест без остановки.

– Если вы снова будете спариваться, то я пойду к себе. – Сказал Рик, когда я подошел к двери своей каюты.

– Кхм. – Я даже поперхнулся. – Рик, ты знаешь, что ты ужасно бестактен? – Спросил я его.

– Нет. – Честно ответил он.

– Теперь знаешь. – Сказал я ему и оставил его одного.

Поскольку Кира уже спала, «спаривания» не предвиделось. Поэтому я прилег рядом и погрузился в сон.

После того, как мы покинули Землю, мне почти не снились сны. Но сегодня мне приснился какой-то бред. То я носился по Цитадели, ища кому бы набить морду, то подстригал лужайку тракторной косилкой. А закончилось всё тем, что Куратор – хотя я уже давно не называл его так, но во сне Звягинцев фигурировал именно под таким образом – слезно благодарил за свитер, умолял вернуться и лез ко мне целоваться. Открыв глаза, я поднялся и отпихнул от себя Рика, надумавшего вылизать меня.

– Рик! – Повысил я голос, отчего Кира тоже проснулась. – Я не маленький! Не нужно меня умывать! Тем более, если ты не самка!

– Мне стоит ревновать? – Спросила Кира, потягиваясь. – Мне казалось, что ты не из этих…

– Да ну вас всех… – Махнул я рукой и вышел из каюты, направляясь на кухню.

Времени до прыжка оставалось как раз для того, чтобы выпить кофе. Я подошел к синтезатору и выбрал нужную команду. В принципе, он делает вполне приличный кофе. Вот только каждый раз одинакового вкуса и аромата, в то время как настоящий кофе каждый раз получается чуть-чуть непохожим на предыдущие. Пока я пил, остальные подтянулись на кухню за своей порцией напитка. Знали бы галактические власти о подобном, живо бы прикрыли наш притон.

Я подождал, пока Кира допьет кофе, и мы отправились в рубку. А Рик свой тазик будет долго цедить. Вот уж кто подсел на кофеин. Надо бы ограничить ему доступ, но боюсь, что он меня просто съест.

– Сколько осталось до прыжка? – Спросил я у Клыка, усаживаясь в кресло.

– Минута тринадцать. – Ответил ИИ.

Я расслаблено откинулся в кресле, ожидая перехода. Секунды текли медленно, одна за другой пересыпаясь звездами-песчинками в песочных часах Вселенной.

– Долго еще? – Появился Рик и испортил все впечатление.

– Почти уже. – Ответил я и, отвлекшись на мохнатого хулигана, пропустил момент перехода. – Рик, мать твою за хвост!

– Не надо её за хвост. – Пробормотал он, на всякий случай отойдя от меня подальше. – Это же больно.

– Зануда ты, Рик. – Произнес я, возвращаясь к управлению кораблем.

Курс наш лежал к скоплению астероидов, где в большом – около пятисот километров в поперечнике – астероиде притаилась верфь, собирающая корабли спецпостройки, каким был Коготь.

– Фиксирую работу оборонительных систем. – Доложил Клык, когда мы достаточно приблизились к искомому астероиду. – Получено доступ на территорию верфи Урнар-3-1.

Я вел корабль в режиме ментального слияния, кожей ощущая на себе «взгляды» космических орудий, провожавших стволами наш кораблик. Коды кодами, но система была настороже, ожидая, когда же мы выкинем какой-нибудь фокус, дабы наше уничтожение не было необоснованным.

– Странно, что коды до сих пор действуют. – Пробормотал я себе под нос.

– Я не передавал коды. – Подал голос Клык. – Я передал ваши ментальные отпечатки. Система признала, что это отпечатки арги и пропустила нас.

– У Арги что ли любой мог попасть на секретный объект? – Выразил я своё удивление.

– Да. – Подтвердил искин.

– А если он окажется предателем? – Спросил я.

– Это противоречит инстинктам Арги. – Пояснил Клык. – Благополучие индивидуума связано с благополучием всей расы. Никто не разменяет сиюминутную личную выгоду на жизни других.

– У людей бы так было. – Задумчиво произнес я. – У них обычно наоборот.

– Ты себя так не вел. – Опять в моих воспоминаниях копается.

– Не лезь мне в голову! – Прикрикнул я. – Я по меркам людей неправильный. Можно даже сказать, что ущербный. Сам же знаешь, что означает моё прозвище.

Корабль приблизился к верфи и залетел внутрь через раскрывшиеся ворота. Чудно. Здесь есть энергия. Ворота за нами закрылись, воздух стал заполнять ангар, судя по анализу, он вполне пригоден для дыхания. Однако вышли мы всё же в скафандрах, пусть и с убранными шлемами. Рик тоже был облачен в собственный скафандр, изготовленный Клыком после того, как мы оставили его на корабле, объяснив это отсутствием снаряжения для него.

И вот мы втроем прогуливаемся по совершенно секретному объекту, словно по парку. Удивленно крутим головами во все стороны, разглядывая неизвестную аппаратуру, перемигивающуюся огнями индикаторов. Когда мы подошли к центральному информационному залу – как гласила табличка над входом – из ниоткуда появилась самочка арги.

– Доброй охоты. – Поздоровалась с нами голограмма. – Я Арна – управляющий ИИ верфи специального назначения Урнар-3-1. Рада поприветствовать первых арги, ступивших на территорию станции за последние десять тысяч лет.

Понятно теперь, что имел в виду Клык, когда говорил об «отвратительных наростах». Самки арги не имели такой груди, которая досталась Кире через человеческие гены, и отличались от самцов только более стройным телосложением, имея – как мне кажется, если провести аналогию с арги-ру – шесть молочных желез, а не две плюс четыре рудиментарных, как у новоявленных арги.

– Доброй охоты, Арна. – Поприветствовал я её. – Я смотрю, ты хорошо позаботилась обо всём здешнем хозяйстве.

– Спасибо. – Как говориться: «Доброе слово и кошке приятно». Пусть и искусственной. – Верфь находиться в полном порядке и готова к выпуску кораблей класса Раррнар ударной, штурмовой и диверсионной модификации, как только поступят требуемые компоненты и материалы.

– А готовой продукции нет? – Спросил я, втайне надеясь на чудо.

– Нет. – Спустила меня с небес на землю Арна. – Только корпуса и внутреннее убранство.

– Может, проведешь нам экскурсию? – Спросила Кира.

– Конечно. – Согласилась Арна. – Следуйте за мной.

В течение следующих двух часов мы посетили цех, где собирались корпуса, цех для сборки некоторых приборов и цех, где производилась сборка корабля в единое целое. Реактор, ядро ИИ и пушки собирались в другом месте и доставлялись сюда в готовом виде. При необходимости можно было собрать и их, но сейчас отсутствовали материалы, необходимые для их сборки. А именно – сверхтяжелые элементы от сто тридцать девятого до сто сорок второго, которые синтезировались на секретном объекте, координат которого у Арны к сожаленью не было. Как я понял, для их синтеза использовались ускорители гравитонов, сродни пушке линкора.

Вообще, с координатами у ИИ было туго. Арги безоговорочно доверяли друг другу, но опасались хранить данные в машинах, которые могли быть захвачены врагом. Удалось узнать лишь координаты мест, откуда прибывали детали для фрегатов, в том числе и научного центра, собиравшего поштучно аннигиляторы. Возможно, в том месте мы узнаем больше. А пока мы остались погостить – по крайней мере, до тех пор, пока не «остынет» прыжковый двигатель – у Арны, которая хоть и была машиной, но, как мне кажется, соскучилась по общению.

Поплескались в бассейне, поохотились в рекреационной зоне, представляющей собой кусочек биосферы родной планеты Арги: и растения и животные разительно отличались от земных. Рыбы шустро по-змеиному переползали участки суши между ручейками, нечто покрытое перьями с крыльями и четырьмя ногами унесло в гнездо на покрытом пупырчатыми широкими листьями дереве зверька, длинными ушами напоминающего кролика, но с копытами на лапах. Ничего похожего на земную флору и фауну.

После Арна выслушала короткий рассказ о наших приключениях, в ответ рассказав кое-что о быте Арги. Так, например, одежда у арги имела исключительно утилитарный характер – форма или защитные костюмы. Украшений они не носили, но раскрашивали свою шерсть в цвета клана, а за особые заслуги проявившему себя арги разрешалось наносить свой собственный рисунок, но только после утверждения его вожаком клана. Еще она огорошила меня тем, что по законам Арги я теперь являюсь вожаком клана Прайд, а наша раскраска – тот самый «Безумный Роджер». Добила она меня вопросом, почему у меня только одна самка. Оказывается, в матримониальном плане у Арги всё обстояло так: самка могла уйти от самца, если тот её не устраивал, самец же бросить самку не мог, но мог взять себе еще. Причем максимальное их количество никто не ограничивал. Так, один из лидеров Арги – Раррнар, в честь которого назван класс кораблей, прославился тем, что имел сорок восемь самок. Во всех смыслах этого слова. Интересно, у него оставалось время на государственные дела?

Напоследок Арна одарила нас образцами оружия Арги, как энергетического, так и холодного, по типу казачьей сабли, а Рику достался экзоскелет с комплектом броневых пластин на вырост. Вот уж поистине царский подарок – защита на уровне танка, острые металлические когти на передних лапах и мощный плазмомет на спине. Из-за малого размера реактора костюм не имел, что только плюс, учитывая возможности непров. Работал же он на батареях, которые обеспечивали работу в условиях ожесточенных боев до часу, или месяц в «мирном» режиме.

Дождавшись готовности прыжкового двигателя, мы покинули станцию, пообещав вернуться, когда разберемся с делами. А пока нас ждал долгий перелет в самую глубь Запретной Зоны, к планете, о которой не известно ровным счетом ничего. Цела ли она или сгорела в огне полыхавшей здесь когда-то войны?



Интерлюдия

День 75 год 1. Северный полюс. Рубка «Китсунэ».

– Ки, это здесь? – Спросил Шах у корабля, рассматривая белую ледяную пустыню, воющую вьюгой за бронестеклом рубки.

– Фиксирую большое скопление металла подо льдом. – Ответила голограмма двухвостой лисы в джедайской накидке.

– И кто полезет в воду? – Шах окинул взглядом Гука и Бабаха, также присутствующих в рубке.

– Ты. – Дружно выкрикнули они.

– Только ты знаешь язык Рари. – Пояснил снайпер.

– Язык не проблема. – Сказал Шах, указывая на обруч нейросвязи. – Надеваете эту штуку, пара минут, и вы знаете язык. Поэтому будем тянуть жребий.

– Там же холодно! – Поежившись, высказал своё мнение сапер.

– А мне, значит, тепло?! – Не принял его логику Шах.

– Ну… – Помялся Бабах. – Ты же «отморозок».

– Спасибо, на добром слове. – Обиделся маг. – То, что моя стихия вода, не означает, что я не мерзну. Да и вообще, у тебя будет скафандр!

– У меня?! – Удивился сапер. – То есть, ты уже всё решил?!

– Мальчики, не ссорьтесь. – Примирительно произнесла Китсунэ. – Я знаю язык Рари и холода не боюсь. Я и пойду.

– Как ты пойдешь? – Спросил Гук. – Ты же голограмма.

Он попытался провести рукой сквозь лису, но его лапа неожиданно встретила препятствие и уперлась в талию Ки.

– Сюрприз! – Произнесла она, глядя в удивленные глаза снайпера. – Пока вы возились с железками, я сделала себе кибернетическое тело, способное покидать корабль. А то сидеть одной так скучно…

– Интересно, зачем киборгу сиськи? – Недоуменно произнес сапер, проводя оценивающим взглядом по фигуре Ки.

– Фу, как грубо. – Она щелкнула его по носу пальцем. – Это аккумуляторный отсек.

– Может, стоит поставить аккумуляторы большей ёмкости? – Ехидно оскалился он, чем заработал еще один щелчок. – Больно же! – Он отпрянул в сторону, закрывая лапой нос.

– Смотри мне! – Ки пригрозила ему пальцем и покинула рубку, а затем и корабль, двинувшись к месту, где предположительно находился вход в центральное информационное хранилище.

– Какая сексуальная походка. – Продолжал комментировать Бабах, наблюдающей за лисой через стекло рубки. – А попка…

– А ты её на свидание пригласи. – Подколол друга Гук.

– Да, пригласи. – Раздался рядом голос голографической Ки. – Я вообще-то здесь и прекрасно тебя слышу.

– Что видишь? – Вернул Шах беседу в деловое русло.

– Спускаюсь по шахте лифта. – Над приборной панелью тут же возникла схема объекта, дополняемая по мере продвижения киборга. – Вижу дверь. Вскрываю. – Последовала пауза, пока она открывала двери в хранилище. – Коридор. Пуст. – Рядом со схемой объекта в разрезе появился план первого этажа. – Все помещения пусты, терминалы отключены. – Доложила Китсунэ. – Спускаюсь на минус пятый уровень к главному серверу. – Светящаяся точка на схеме поплыла вниз и остановилась через пару минут. План этажа изменился, а Ки продолжила описывать, что она видит. – Перекрытия обвалились. Двигаюсь к серверу. Черт! – Выругалась Ки.

– Что такое? – Взволновано спросил Шах.

– Все уничтожено. – На экране возникло изображение с сенсоров киборга, позволяющее рассмотреть царящую на месте сервера разруху: стены оплавлены, потолок просел, а сам сервер представлял собой на данный момент бесформенную груду металла. – Видимо, они успели применить протокол безопасности и уничтожили центральное хранилище данных плазменным зарядом.

– Хреново. – Констатировал Шах. – Ну, что ж… Возвращаемся к плану «Г» и надеемся на план «Б».


Глава 10

– Рик! – Возмущенно воскликнул я, придавленный в дверном проеме мохнатой тушей, закованной в броню. – То, что тебе подарили этот костюм, не означает, что ты должен носить его постоянно!

– Но он мне нравиться! – Заявил он.

– Снимай! – Приказал я.

– Но я же должен к нему привыкнуть… – Сделал он огромные глаза, умоляюще глядя на меня.

– Это больше не работает! – Прокомментировал я его поступок. – С тех самых пор, как ты вырос больше меня. И вообще, почему тебя прет как на дрожжах?

– Я не знаю. – Виновато пробормотал он.

– Не знает он! – Я возмущенным тоном передразнил его. – Ты к костюму не привыкнешь, если придется каждый день менять пластины.

– Не каждый… – Попытался оправдаться он.

– Не каждый. – Согласился я. – Но, всё равно, перебирать костюм дважды за пять дней полета. Это слишком, ты не думаешь так?

– Снимать? – Обреченно выдохнул Рик.

– Снимай. – Подтвердил я. – Клык. – Позвал я корабль. – Ты его никакими гормонами не пичкаешь?

– Какими гормонами? – Отозвался ИИ.

– Тебе видней, какими. Мы далеко от планеты? – Спросил я.

Мы уже находились в нужной звездной системе, но планета оказалась в противоположной стороне. Пришлось лететь в обход светила несколько часов.

– Мы уже тормозим. – Сообщил Клык.

– И долго мы будем тормозить? – В космосе порой на торможение приходится половина всего пути.

– Еще два часа. – Обрадовал меня искин.

Пока оставалось время, я помог Рику снять его экзоскелет, а потом занялся подготовкой снаряжения: поменял батареи на скафандрах, хоть и не планировал их надевать, переоделся в свою старую одежду, положил поближе бронежилет и разгрузку.

– Посмотри на это. – Позвала меня из кабины Кира.

Я прошел в рубку и посмотрел на «это»: газовый гигант огромного размера, лишь чуть-чуть не дотянувший до того, чтобы превратиться в звезду, и множество спутников, вращающихся по его орбите. Голубая звезда скрылась за планетой, но спутники всё равно оказались освещенными – гигант светился сам.

– Нам надо на спутник? – Уточнил я у корабля.

– Да. – Подтвердил он. – Горн – пятый по счету. Ускорение свободного падения: 7 метров в секунду за секунду. Средняя температура: 35 градусов по шкале Цельсия. Один материк, занимающий 80% поверхности. Атмосфера азотно-кислородная.

– Жарко и сухо. – Прокомментировал я.

– Сейчас, когда Горн скрыт от звезды, там гораздо прохладнее.

– А когда светят и звезда и газовый гигант, планетка полностью оправдывает своё название. – Задумчиво произнес я. – Сколько до восхода?

– Тридцать суток.

– Нам должно хватить.

– Хватит! – Подтвердила Кира. – Что нам тут целый месяц делать?

– Нечего делать. – Подтвердил я, начиная снижение к планете.

Корабль пробил тонкий слой облаков и устремился к бурой поверхности со скудными островками красной растительности. Редкие реки и озера проносились под крылом фрегата, я решил похулиганить и прошелся на бреющем полете, снося кустарники и спугнув стадо каких-то животных, которые длинными прыжками унеслись прочь. Кроме одного, попавшего под щит корабля, и теперь раскатанного в блин по бурой степи.

– Отбивная! – Прокомментировала мой поступок Кира. – Может, остановимся и перекусим?

– Не стоит. – Махнул я рукой. – Может, они для нас несъедобны?

– Съедобны. – Ответил Клык. – Эта планета была заселена арги и арги-ру, которые спокойно питались местной дичью.

– В любом случае, он уже далеко позади. – Отмахнулся я от голограммы. – Возвращаться я не буду. Тем более, что мы уже на месте.

Впереди, и вправду, уже показались постройки научно-исследовательского комплекса. Точнее, те из них, что пережили долгие годы в экстремальных температурных условиях. Я посадил корабль на остатках дороги, ведущей к комплексу, и встал с кресла, чуть не врезавшись в потолок. Совсем забыл, что на корабле была повышенная гравитация, которая отключилась после посадки, и переборщил с усилием.

Пока я ждал Киру, одевающую экипировку, Рик успел умотать с корабля и теперь радостно носился по поляне, распугивая мелких зверушек и ломая хрупкие стебли растений. Темновато тут: газовый гигант высоко в небе, а такое ощущение, что сейчас поздний вечер.

– Ой! – Рик резко затормозил и, проехавшись несколько метров на пятой точке, врезался в другого саблезуба.

Местные арги-ру отличались от тех, которые населяли Кимир, более хрупким телосложением, что, видимо, было связано с меньшей силой тяжести. На счет размера ничего сказать не могу, потому как не знаю взрослый ли саблезуб сидит сейчас напротив Рика. Но отсюда они кажутся одного размера.

– Ну, Рик, во дает! – Кира появилась-таки в шлюзе, открытом сейчас и изнутри и снаружи. – Уже подружку нашел.

В самом деле, я принюхался и понял, что саблезуб, сидящий перед нашим лохматым хулиганом, является самочкой. Не хотелось прерывать их романтическую беседу, но стоит узнать обстановку. Поэтому я спрыгнул на землю и направился в сторону беседующей парочки. Незнакомая арги-ру дернулась было, заметив движение, но потом посмотрела на нас и, забыв об ухажере, ринулась к нам.

– Старшие вернулись! – Прокричала она на языке Арги. – Старшие.

Она сделала несколько кругов вокруг нас, продолжая кричать что-то о «Старших», а потом, не говоря ни слова, рванула куда-то в степь и скрылась в траве.

– Что это сейчас было? – Спросил я, когда дар речи вернулся ко мне.

– Спроси что попроще. – Ответила Кира. – Может она сумасшедшая? Рик, ты зачем девушку с ума свёл?

– Я никого не водил. – Нет, если он хочет и дальше летать с нами – хотя скоро его придется возить исключительно в трюме – то ему придется учиться понимать наш юмор.

– Иди по следу и выясни, куда она ускакала. – Сказал я. – А мы пока тут все осмотрим.

Рик умчался следом за самкой, а мы вошли в полутемное здание комплекса. Вокруг царила разруха, с потолка свисали рыжие мхи, по стенам вились, образуя причудливые узоры, желтые растения с широкими мясистыми листьями. Из-под лап с пронзительным писком, заставляющим прижимать уши к голове, дабы не слышать этот мерзкий звук, разбегались мелкие животные, покрытые короткой бурой шерстью.

Мы бродили по комнатам, осматривая изредка попадавшееся целое оборудование, которое, впрочем, было обесточено и не могло принести нам ни крохи информации. В поисках ценностей и информации мы продвигались всё глубже и глубже под землю. Чем ниже мы уходили, тем чаще нам попадались уцелевшие приборы и предметы быта. Растения окончательно исчезли из виду, а мелкие пискуны попрятались по щелям, стоило мне отловить и проглотить одного из них.

На шестом подземном этаже нас приятно удивили загоревшийся при нашем приближении свет. Кроме того, часть терминалов здесь работала, и я поспешил занять место за одним из них, в то время как Кира решила покопаться в личных вещах, оставленных прошлым владельцем данного рабочего места.

– Смотри-ка, краски. – Она протянула мне коробочку, которая внутри оказалась разбитой на несколько отсеков, наподобие акварельных красок, которые были у всех в начальных классах. – Дай-ка я на тебе что-нибудь нарисую…

– Не надо! – Остановил я её. – Посмотри, они же все пересохли. Порошок какой-то.

– Точно. – Огорчилась она. Но потом вновь повеселела, плюнула внутрь коробки и растерла кисточкой слюну по ячейке с краской. – Другое дело. Не вертись. – Приказала она, стаскивая с меня бронежилет и разгрузку.

– Что ты хоть рисовать-то собралась? – Спросил я её, возвращаясь к терминалу, который опознал во мне арги и предоставил доступ.

– Герб клана. – Радостно сообщила она. – На всю спину!

– Краски не хватит. – Проворчал я, углубляясь в информационные потоки.

Пока Кира вдохновлено размахивала кисточкой, я просматривал документы, пытаясь отыскать в них упоминания об аннигиляторах, линкоре или о чём бы то ни было, что могло хоть как-то нам помочь. Приятного пока мало. Если верить, найденным документам, то последний корабль увез все пушки на верфь Урнар-3-1, но раз до верфи он не дошел, значит, его перехватили в космосе. О линкоре были лишь косвенные упоминания. Этот научно исследовательский комплекс должен был выделить сотрудников, которым следовало провести настройку фокусирующего устройства гравитационной пушки, но отправились ли они к месту назначения или нет, о том не было ни слова. Остальные документы содержали лишь общие данные: прибыло, убыло, использовано, остаток на складах. Последнее меня особо заинтересовало.

Не похоже, чтобы здесь побывали мародеры, а значит, несколько центнеров различных сверхтяжелых элементов должны в целости и сохранности содержаться в главном хранилище. Я разблокировал доступ к нему и сообщил Клыку, дабы он отправил роботов перегрузить ценности в трюм. Стоит закинуть всё это добро Арне, пусть соберет пару-тройку фрегатов.

– Готово! – Кира, меж тем, закончила свои упражнения в живописи и отошла, оценивая работу.

– Что там? – Спросил я, ища поблизости зеркала или еще что-нибудь, где бы я смог разглядеть, во что превратилась моя спина.

– Наш герб! – Гордо ответила любимая. – «Безумный Роджер».

– Тебе нарисовать? – Спросил я её.

– Краска кончилась. – Вздохнула она.

– Это не беда! – Ответил я, разглядывая отражение в выключенном мониторе. Краски она не пожалела. – Раздевайся.

– Прямо сейчас? – Спросила Кира.

– Прямо сейчас. – Подтвердил я.

– Я готова. – Сказала он, оголив торс.

– Развернись.

– Мне нагнуться? – Спросила она, поворачиваясь ко мне спиной.

– Зачем? – Удивился я. – Стой прямо.

Я прижался к её спине как можно крепче, после чего отошел и полюбовался на оставленный отпечаток. Да уж. Той краски могло хватить и на троих, если не больше. Дабы не размазать рисунок по всей спине, на обратном пути нам пришлось нести всю экипировку в руках.

По мере приближения к поверхности, всё громче стал доноситься до нашего слуха какой-то шум. Рычание, визги, скулеж. Недоумевая, что же там происходит, и почему Клык не подает тревожных сигналов, я попытался было надеть всё обратно, но был остановлен Кирой.

– Принюхайся. – Сказала он, держа мою руку.

– Саблезубые. – Сказал я, втянув в себя воздух. – Очень много. Только почему они так шумят?

Кира только пожала плечами и двинулась дальше. Я устремился за ней следом, продолжая гадать, что происходит снаружи. Стоит сказать, что реальность превзошла все ожидания: множество – около тысячи – саблезубых во главе с Риком заполонили всю округу, неустанно гомоня и время от времени оглашая округу басовитым рыком. Стоило нам выйти из комплекса, как вся эта разношерстная толпа разом обернулась к нам и во всю мощь своих глоток проорала:

– С возвращением!



Глава 11

Мы бежали по бурой степи, освещенной тусклыми лучами клонившегося к закату газового гиганта. Мы – я, Кира и еще тысяча арги-ру. От старого научно-исследовательского комплекса до пещер, в которых обитали местное племя саблезубых, было всего-то двадцать километров. Полчаса бега для них и, как выяснилось в процессе, для нас тоже. Большую часть зверья саблезубые распугали по дороге к комплексу, но все равно время от времени тушканчики – так я прозвал этих мелких зверьков, хотя похожи они были только размером и прыгучестью – выскакивали из-под ног, дабы не быть раздавленными, а оказаться съеденными. Я на лету поймал в пасть очередного неудачливого зверька, пока привычные к более высокой гравитации лапы легко несли меня, я буквально летел над землею, наслаждаясь встречным потоком воздуха, треплющим шерсть на морде и груди, чувства, пришпоренные древними инстинктами, обострились до предела. Уши, вращаясь во все стороны, словно локаторы, ловили самые тихие звуки, а раздувающиеся от возбуждения ноздри, чуяли самый слабый запах так четко, как никогда ранее. Зачем я вообще ездил на машине? Она, в принципе, нужна лишь для транспортировки груза, сейчас же мы неслись налегке. Все вещи мы оставили на корабле, взяли только перевязи – после того как я «отксерил» свой револьвер на весь Прайд, многие, в том числе и Кира, обзавелись подобными. Пещеры приближались, Кира, решив меня подразнить, призывно улыбнулась и прибавила ходу, отрываясь от меня. Я поднажал, дабы не отстать, а последние метры пролетел, воспользовавшись рунами скорости, отчего не успел среагировать на её остановку и врезался в неё.

– Попалась! – Прокричал я, прижимая её к себе, пока мы катились по траве.

Возбуждение от пробежки и то, что мы практически не могли уединиться на корабле из-за вездесущего Рика, заставило меня жадно наброситься на неё, под одобрительные высказывания и пошлые советы догнавших нас арги-ру. Вскоре им это надоело, и от слов они перешли к действиям. Мы невольно спровоцировали самую массовую оргию, которое видело это небо. Хотя не могу сказать, что это плохо, напротив, это было чертовски приятно. Дикая и ненасытная страсть овладела нами, и мы даже не заметили, как газовый гигант скрылся за горизонтом, а небо усыпали звезды, наблюдающие за творящимся сегодня развратом. Стемнело, прохладный ветерок перебирал шерстинки на наших разгоряченных телах, но холодно нам не было. Это ночь была очень жаркой!


***

– Через два года родиться очень много котят. – Увидев, что я проснулся, сидящий рядом старейшина племени веселым тоном обратился ко мне. Год, очевидно, означал оборот спутника вокруг гиганта, потому что оборот вокруг светила занимал века. – Даже меня, старика, вы вчера заставили обратить внимание на своих самок. Даже Ррорана передумала уходить от меня.

Да-с. Что-то мы вчера перестарались. Я оглядел траву под нами: вся она была изломана, измята, а местами виднелись выжженные проплешины. Выражение «Пылающая страсть» следует понимать буквально, когда дело касается Киры. Хорошо, что она может контролировать свой огонь так, чтобы он не обжигал меня. А то были случаи…

Несмотря на то, что перед тем как обессилено упасть, мы встретили рассвет, я проснулся бодрым и отдохнувшим. Я зевнул, обнажив длинные – относительно размеров тела, у арги-ру клыки длиннее, хоть и не выступают за нижнюю челюсть, как у нас – клыки, а потом, вытянув когти, вонзил их в землю и потянулся. Красота! Еще бы кофе, жаль не подумал взять термос.

– Повторим? Мур. – Руки Киры обхватили меня сзади, а её язык прошелся вдоль моей шеи сверху вниз, вздыбливая шерсть.

– Попозже. – Ответил я, разворачиваясь к ней и зарываясь носом в мех на её груди. – Дела ждут… – Грустным тоном произнес я.

– Дела. Дела. – Проворчала она. – Чертовы непры даже здесь расслабиться не дают.

Под её ворчание по поводу вечно досаждающих непров, мы шли, ведомые старейшиной, вглубь пещер. Снаружи, оказалось на удивление немногохвостно, да и внутри никто не попадался нам на глаза, видимо, отсыпаются. Сеть ходов в глубине земли оказалась на удивление разветвленной и обширной. Шли бы мы без провожатого, запросто бы заблудились. Местами попадались подземные реки, иногда стены светились проросшим в них мхом, а в некоторых просторных залах селились разнообразные животные.

– Когда поднимается злое синее солнце, мы не выходим наружу. – Пояснил ведущий нас Грор. Для человеческого слуха имя старейшины прозвучало бы, как имя брата Киры, но это было не так. У саблезубых поразительно много вариаций звука «Р». Больше десятка. – Тогда эти пещеры обеспечивают нас водой и едой.

– И далеко идут эти пещеры? – Спросил я, следуя за ним и стараясь не потерять его в полумраке. На запах тут трудно ориентироваться. За многие годы проживания здесь арги-ру все пещеры пропахли ими так, что все прочие звери обходили их за многие километры. Кроме тех, что уже жили в пещерах. Тем, во-первых, некуда деваться, а, во-вторых, они совершенно не боялись саблезубых, что означало, что те не убивают их на глазах у всего стада.

– Под всей поверхностью Горна. – Пояснил Грор. – Можно попасть в стойбище другого племени, не выходя на поверхность.

– Удобно. – Оценил я.

Из-за частой смены погоды с очень жаркой на довольно-таки прохладную, многие обитатели этого спутника переместились под землю. Пока звезда оставалась за газовым гигантом все растения стремились накопить побольше полезных веществ в своих толстых корнях, раскинувшихся на многие километры. Корнями, в свою очередь, питались подземные животные, строением напоминающие земных кротов. Изредка они заползали в пещеры, где становились пищей для местных хищников. Корни тоже время от времени прорывались в пещеры, становясь кормом для живущих в подземных залах-стойлах травоядных. Только тушканчики обитали все время на поверхности, накопив запасы в холодное время, они впадали в спячки в любом удобном для них месте на время жары.

– Мы пришли. – Сообщил старейшина, когда мы оказались в просторной пещере с украшенными наскальной живописью стенами.

На стенах «Зала памяти» можно было прочитать всю историю Арги. Вот здесь изображены арги и арги-ру, пока не сильно отличающиеся друг от друга, охотящиеся вместе на каких-то огромных зверей. А дальше уже арги, стоящие на задних лапах, держат в передних копья и гонят тех же зверей в засаду арги-ру. Вот арги уходят из пещер и строят первые дома из бревен, которые тащат силачи арги-ру. Первые города, первый полет, все нашло свое место, среди рисунков, выбитых когтями на стенах пещеры. Вот и визит Рари, как гротескно они тут изображены, прямо карикатура. А вот и война: взрывающиеся звезды, перетертые в пыль планеты. И главное – самопожертвование арги, уничтоживших Рари, ценой своих жизней.

– Мы помним историю. Мы все сохранили. – По-своему понял мое молчание Грор. – Не оставляйте нас больше. Арги и арги-ру всегда были братьями!

Да, здешние саблезубые сохранили больше, чем их собратья на Кимире. Историю они, в самом деле, знают. А вот для меня это все в новинку. Не понимаю только, чего он от нас хочет.

– Вы молодцы. – Сказал я и заметил, как его морда приняла довольное выражение. – Только я никак не возьму в толк: от нас-то что требуется?

– Вы же арги! – Воскликнул старейшина таким тоном, будто бы это всё объясняло. – Заберите нас домой.

– Домой? – Переспросил я. – Мы не можем забрать вас домой…

– Почему? – Судя по тону, Грор очень расстроился.

– Во-первых, – Начал я. – у нас маленький корабль. А, во-вторых, мы не знаем где дом. Может, он уничтожен?

– Он не уничтожен! – Вскинулся арги-ру. – Все упоминания о нем были удалены из машин. И только арги знали, как вернуться.

– Тут возникает еще одна проблема. – Пробормотал я. – Мы не арги.

– Как? – Удивился старейшина.

– Так. – Я постучал когтем по стене рядом с тем местом, где был отображен план Арги по приобретению магических способностей. – Кира была арги-ру, я – человеком. – Я показал ему, как выглядел раньше. – А все арги мертвы.

– Ты был барросом? – Спросил он.

– Нет. Иначе бы у нас не было с ними таких проблем.

– Ты был похож на барроса. – Недовольно сказал он. – И ты ошибаешься. Арги не умерли, они ушли, забрав с собой всех рари.

– Куда ушли? – Удивленно спросил я.

– В небытие.

– Уйти в небытие, то же самое что умереть. – Высказался я.

– Нет. – Продолжил спорить Грор. – Смерть навсегда, а из небытия можно вернуться. Они обещали, когда уходили.

Вот это номер. То-то мне ни разу не попадалось остатков арги или рари. Я понимаю, что прошло очень много времени, но во льдах мне тоже не попадалось «суповых наборов». И это объясняет, почему многие объекты выглядели так, будто их внезапно бросили.

– Мы могли бы забрать вас на свою планету. – Сказал я после размышлений. – Но позже, когда найдем корабль большего размера. И вы должны понимать, что нам постоянно докучают непры – так мы зовем барросов.

– Мы поможем вам с ними. – Грозным рыком подбодрил он меня. – Вместе мы пойдем и вырежем их всех до единого. Все их города превратятся в руины!

– Похвальное рвение. – Сказал я. – Вот только они на другой планете. И прорваться к поверхности мы пока не можем. Хотя я бы предпочел уничтожить их вместе с планетой. Всё равно они её основательно загадили. – Да и я помог. Тремя ядерными взрывами.

– Тогда вам нужен «Стиратель». – Грор припечатал лапой место рядом с изображением двух огромных кораблей. Всё-таки их было два!

– Нужен. – Подтвердил я. – Его-то мы и ищем.

– Его здесь нет. – Озвучил Грор очевидную мысль.

– Спасибо, Капитан Очевидность. – Высказалась Кира впервые за нашу беседу, оторвавшись-таки от созерцания исторических документов. – Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.

– Но где-то ведь должна быть информация о нем. Верно? – Спросил я Грора.

– Тот комплекс, где вы были не единственный. – Подтвердил он. – Но это очень далеко.


***

Пришлось нам вернуться назад к кораблю и перерыть всё хранилище комплекса в поисках транспорта. Несмотря на мои опасения, нам всё-таки удалось найти, кое-что пригодное для передвижения по земле. И теперь легкий багги, собранный дроидами системы саморемонта из агрегатов погрузчика, ждал своего часа в трюме, пока я вел корабль к воротам «подземного царства». Не те пещеры природного происхождения, а целый подземный город ждал нас, если верить Грору.

– Я пойду с вами? – Подал голос Рик.

– Ты в машину не поместишься. – Сказал я, сажая корабль рядом с огромными воротами, в которые прошел бы и корабль, если ему отрезать крылья.

Я, кстати, спрашивал Клыка, зачем они ему, ведь для планирования они практически не пригодны. Тот сослался на дань традициям и то, что в них расположены основные излучатели системы энергетических щитов, а для их наиболее эффективной работы, их следует разнести подальше друг от друга.

– У меня есть костюм! – Заявил мелкий. Хотя какой он, к черту, мелкий. Даже по меркам саблезубых Кимира он уже размером почти со взрослого арги-ру, не говоря о местных, которые были хоть и выше, но легче Рика.

– А подружку свою в одиночестве оставишь? – Спросил я его. Сманил, значит, девушку из родных пещер, а теперь собирается оставить её одну на корабле, свинтив самому на поиски приключений. – Не выдумывай, сиди, общайся. Клык! – Обратился я к кораблю, оставив Рика обдумывать своё поведение. – Ворота можно открыть? Или взорвем?

– Я уже подключился. – Сообщил ИИ. – Открываю.

Ворота поползли вниз, я вышел из рубки, заглянул в каюту и забрал сумку со снаряжением. По пути в трюм свернул на кухню и захватил пакет с провизией и термос.

– Ты идешь? – Спросил я Киру, пьющую кофе. – Или тебе не интересно?

– Как это не интересно?! – Возмутилась она и сорвалась с места, даже недопив напиток.

Багги съехал по грузовой аппарели, и мы, проехав сквозь проём ворот, отправились по серпантину под землю. Виток за витком мы опускались к недрам планеты. Если поначалу температура воздуха сильно упала, то теперь, когда мы проехали уже около двух сотен километров по спирали, уйдя почти на десять километров вниз, стало теплее. Видимо, это уже тепло самой планеты.

– We’re on the highway to Hell! – Решила Кира подбодрить меня песней.

– Ты не помогаешь. – Произнес я. Тут и без ассоциацией с адом жутко, хоть я ни в него ни в рай не верю.

– Да ну тебя! – Стукнула она меня в плечо. – Эта тишина меня уже достала!

И вправду, жуткая, пугающая тишина вокруг. Мы молчим, двигатель работает бесшумно, а здешние механизмы все мертвы. Было что-то рабочее наверху, рядом с воротами, но тут ничего, глухо, особенно обидно, что лифт не работает – так Клык сказал, а сам я не проверял, хотя зачем ему врать в этом случае – и пришлось ехать по запасному пути.

– Так лучше? – Спросил я, выключив фары. Теперь было не только тихо, но и темно.

– Дурак! – Её рука рванулась к панели приборов и щелкнула выключателем. – А если бы мы во что-то врезались?

– Во что? – Удивился я. – За все время абсолютно ровная дорога! Ни камешка, ни сучка, ни задоринки, ни пуха, ни пера.

– К черту! – Перебила она моё перечисление того, чего тут не наблюдалось. – Тебя. Не мешай петь.

А, и вправду, к черту! Дальше мы ехали, горланя песни вдвоем. Если и были тут черти, то мы их всех перепугали. И пусть сдохнут в муках те, кто утверждает, что рок – музыка ада. Музыка ада это русский рэп, ибо ни для чего иного кроме пыток он не годиться.

– Музыкальная пауза закончена! – Остановил я машину между воротами и лифтом, который, судя по оборванным тросам, и в самом деле не работал.

– Хорошо. – Прохрипела Кира. – А то уже горло болит.

– А зачем тогда надо было так орать? – Удивился я.

– Чтобы тишины не было.

– Ну да. Логично. – Согласился я, проходя в открывшиеся ворота.

Здесь уже горел свет. Скорее всего, объект питала геотермальная электростанция, а может, и нет, кто его знает. Но я бы использовал такую парилку в полезных целях. А то тут градусов пятьдесят уже.

– Жарко! – Помахал я рукой, чтобы хоть чуть-чуть охладиться.

– Жарко. – Согласилась Кира. – Давай быстрее все провернем.

– Давай. – Утвердительно кивнул я. – Может, разделимся?

Она кивнула, и мы разошлись в разные стороны по коридору. Я шел, заглядывая в каждую комнату, осматривал достопримечательности: фикус в горшке, фотографии арги и арги-ру на стенах – местных работников, судя по надписям. В основном в комнатах были полки с книгами, видимо это была библиотека, только от фолиантов остались одни обложки, а иногда не было и их. Бумага, или её заменитель, рассыпались в прах, не выдержав испытания временем.

Но вот книжный отдел закончился, теперь пошли оранжереи, судя по зелёным листьям растения не местные, здешняя-то флора преимущественно красных и оранжевых цветов. Вообще, некоторые из них я уже видел на станции Арны. Похоже, что это флора родного мира Арги. Под потолком горели яркие лампы, из шлангов капала вода, а за всем этим следили мелкие шустрые роботы, снующие по направляющим вдоль поддонов с горшками и исправляющие мелкие повреждения. Я подставил руку под капающую из системы полива воду, подождал пока немного наберется и, вылив воду себе на голову, вновь подставил ладонь под капли. Видимо, такое вмешательство в график полива не осталось незамеченным, и ко мне подкатил робот, отодвинув мою руку, мешающую доступу влаги к растению.

– Ну, ты, железяка, не бузи! – Высказался я, но руку всё же убрал.

Покинув оранжерею, я направился дальше и уперся в тяжелую бронированную дверь. Ручек на ней не было, но рядом была светящаяся панель с отпечатком лапы. Я положил руку на неё, тут же меня слегка кольнуло в палец, и дверь открылась. Системы контроля доступа по ментальному отпечатку тут почему-то не было, но моя ДНК понравилась электронному замку, раз он предоставил мне доступ.

Я потянул дверь на себя, расширяя проход, в лицо мне дыхнуло холодом особенно приятным после жары и влаги оранжереи. Стоило мне пройти внутрь, как загорелись неяркие лампы под потолком, освещая многочисленные стеллажи с покрытыми инеем контейнерами. Я подошел к одному из них и, подышав на него, растопил иней, мешающий прочитать текст на нем. Надпись гласила: «Резервный фонд. Семена ардориу». Не знаю, что это за растение, но, судя по всему, здесь хранятся семена всех растений родного мира Арги. Может здесь есть и эмбрионы, но думаю, мне лучше уйти, чтобы не нарушить тепловой баланс этого хранилища.

Я вышел, закрыв за собой дверь, и, поскольку холодильник располагался в конце коридора, направился в ту сторону, куда ушла Кира. Может, она нашла информацию о линкоре, а еще о тех растениях и животных, что содержаться в резервном фонде.

– Нашла что-нибудь? – Спросил я её, когда вошел в компьютерный зал.

– Нашла. – Ответила она, отрываясь от монитора. – А ты?

– Нашел оранжерею и холодильник. – Ответил я.

– В том «холодильнике», между прочим, всё, что нужно, чтобы восстановить биосферу Аргора. – Заявила она.

– Я знаю.

– Откуда? – Удивилась она.

– Прочитал этикетки. Что на счет линкора? – Спросил я её.

– Есть координаты верфи, на которой он собирался. – Выкинув вперед руку, с зажатым в ней накопителем, радостно сообщила она.



Глава 12

На следующий день, попрощавшись с племенем Грора и пообещав в скором времени вернуться, мы покинули спутник газового гиганта и взяли курс на систему, в которой ожидал нас линкор класса «Стиратель». За пять дней пути мы основательно углубились в бывшие владения Арги, и теперь всё чаще стали попадаться скопления космического мусора, состоящие главным образом из обломков кораблей Рари. Стоит отметить, что Рик перестал ежеминутно нас тревожить, да он вообще практически не выходил из своей каюты, только изредка выскакивал урвать свою порцию. Спасибо Рарну – арги-ру, которую Рик сманил с Горна звали Рарну – за спокойный полет. Ну, и была вторая причина – Рик уже с трудом протискивался в двери. Всё-таки Клык его чем-то подкармливает.

– Спинку потрешь? – Попросила Кира.

Пока еще оставалось немного времени до прибытия на место, мы решили принять душ. Обычный душ, с водой, текущей из лейки сверху, а не то недоразумение на «торсионных полях», что устанавливалось на борту кораблей Рари.

– Не-а. – Решил я подразнить её, но всё-таки выдавил на ладонь «шампунь для шерсти на основной части тела» и стал намыливать шерсть на спине до тех пор, пока не образовалась обильная пена.

Хоть Клык и являлся военным кораблем, но Арги считали, что война не повод для превращения в неумытую неряху. И все их корабли комплектовались душем с широким ассортиментом косметических средств. А на крупных кораблях были даже ванны с пузырьками, наподобие земных джакузи. Арна поведала нам такие тонкости. Одних только зубных паст в шкафчике у умывальника было два вида: обычная и специальная для клыков на верхней челюсти. Считалось, что раз они постоянно находятся вне полости рта, то более подвержены влиянию внешних факторов и требуют особого ухода. Мази для подушечек лап, защитное покрытие для когтей, и – смешно немного – полироль для когтей и клыков. Четыре вида шампуня: для головы, для интимных мест, основной летний и основной зимний. Всё это разнообразие изготовил Клык сразу, как только получил доступ к бортовому молекулярному принтеру. Я, как и раньше, скептически относился к всевозможной косметике, предпочитая всем этим средствам родное хозяйственное мыло, но Кира не могла устоять – девушка всё-таки – и пользовалась всем доступным, для получения максимального результата.

Закончив водные процедуры, мы отправились на кухню, а после небольшого перекуса и чашечки кофе, прошли в рубку. Из каюты Рика, мимо которой мы не могли не пройти, доносились стоны и рычание. М-да, и этот арги-ру упрекал нас в том, что мы слишком часто «спариваемся» и мешаем ему спать. Да тут весь корабль содрогается! Нет, больше я этого слонопотама с собой не возьму. Благо он теперь не поместиться в отсек для шасси.

– Рик дорвался. – Усмехнувшись, прокомментировала Кира звуки, доносящиеся из каюты.

Я только пожал плечами в ответ. Ну, дорвался и дорвался. Пусть развлекается, все равно на корабле нет особых дел. Сами мы так же проводим время, свободное от тренировок на симуляторе и доставания Клыка вопросами. В последнее время, ИИ стал отключать обе консоли от управления, и мы с Кирой летали на двух виртуальных кораблях, сражаясь то плечом к плечу против общего врага, то друг с другом. Вот и сейчас, последние полчаса до перехода мы решили потратить на виртуальную дуэль.

– Нуб! – Прокомментировала Кира мою смерть.

– Это не я нуб, это ты жулик! – Возразил я.

– Почему это я жулик?! – Возмутилась она.

– Подглядываешь! Вот опять! – Произнес я, когда она снова влезла на мою половину панели, подглядывая на мои экраны, чтобы выяснить, где находиться мой корабль.

– Так я же только одним глазком! – Попыталась Кира оправдаться. А потом без особых причин показала мне язык.

– Хулиганка. – Ответил я, наклоняясь в кресле, дабы прикрыть дисплеи от неё.

– Сам такой! – Она толкнула меня и, воспользовавшись тем, что я выпустил рукояти управления из рук, подбила меня еще раз. – Еще и нуб!

В третьем раунде я был намерен показать ей, кто из нас двоих нуб. И у меня это получилось бы, если бы Клык не отключил симуляцию в самый ответственный момент.

– До прыжка пять минут. – Прокомментировал ИИ.

– Вот и отключил бы через пять минут, железяка! – Вскипел я. – Я почти победил!

– Мечтай! – Кира опять показала мне язык и, приставив ладони к ушам, покрутила ими, дразнясь.

– Ах, ты ж хулиганка! – Вскочил я из кресла, пытаясь поймать её. Но Кира, продолжая смеяться и дразниться, отпрыгнула и сбежала вглубь корабля.

Гоняться я за ней не стал. Сама придет, последний прыжок к цели она не пропустит.

– Я пришла мириться. – За полминуты до прыжка Кира вернулась в рубку, держа в руках две чашки кофе. – Это тебе. – Протянула она одну кружку.

– Дай-ка угадаю: там слабительное? – Спросил я, нюхая содержимое.

– Нет. Кофе нормальный. – С этими словами она ткнула меня носом в кружку. – А я нет!

И она вновь убежала из рубки, оставив меня одного с испачканной в кофе мордой. Что это с ней сегодня?

– Клык, следуй к верфи. – Отдал я команду.

Корабль уже прыгнул к месту назначения, теперь пусть идет в автоматическом режиме, пока я умываюсь при помощи языка и тыльной стороны ладони. Идти к умывальнику? Вот еще! Уверен, там меня поджидает Кира, подготовившая очередной прикол.

– А ты умываться не пойдешь? – Ей надоело ждать, когда я появлюсь, и она пошла проверить, в чём же дело.

– Я уже. – Ответил я. – А что меня ждало в умывальнике?

– Я! – Ответила она, пытаясь по-над стеночкой проскочить к своему креслу. Только это у неё вышло не очень, и я успел отвесить ей звонкий шлепок по попе. – Ай! Чего дерешься?

– Я не дерусь. Я воспитываю! – Пояснил я. – А вот что на тебя нашло?

– Скучно! – Многозначительно произнесла она.

– Бойся скучающей Киры… – Пробормотал я. – Ибо никто не ведает, что она выкинет.

– Будешь возмущаться – выкину тебя. – Пригрозила она. – В космос.

– Без скафандра? – Спросил я.

– В скафандре. – Успокоила она меня. – Если ты помрешь, кого же мне доставать тогда?

– Ну, спасибо. – Сказал я, откидываясь на спинку кресла. – Утешила.

– Кушай не обляпайся. – Ответила она, запрыгивая мне на колени.

– Ух. – Выдохнул я. Не сказал бы, что Кира тяжелая, но при полуторной гравитации, которая постоянно поддерживалась на корабле… – Тебе своего кресла мало?

– Там тебя нет. – Пояснила она, обнимая меня.

– Заболела? – Потрогал я её нос. – Вроде нет. С чего ты такая игривая сегодня?

– У меня просто хорошее предчувствие! – Прокричала она и укусила меня за ухо.

– Эй! – Возмутился я. – Этим обычно я занимаюсь.

– А мне что ли нельзя?! – Спросила она, грызя кисточку на моём ухе. – У тебя тоже уши вкусные!

– Хулиганка. – Только и смог сказать я.

Кира не ответила, занятая поеданием моих ушей, она стала еще и заплетать мне усы. Кончилось тем, что вибриссы с правой стороны обломались, и теперь усы мои потеряли симметричность. Пока чрезмерно веселая хулиганка продолжала издеваться надо мной, наш корабль приблизился к верфи, и все хорошие предчувствия рассыпались в прах: корабль явно не был достроен.

– Это не очень хорошо. – Растеряв всю веселость, произнесла любимая.

– Вернее, очень нехорошо. – Ответил я, пересаживая её в другое кресло.

Я взял управление на себя, пустив корабль вокруг линкора, дабы оглядеть его со всех сторон. Силовой каркас, часть оборонительных турелей и двигатели были на месте, но некоторые участки обшивки не были смонтированы, а на месте основного орудия не было ничего, кроме нескольких агрегатов неизвестного назначения. Но то, что их недостаточно для нормального функционирования, сомнения не вызывало.

– Корабль работоспособен? – Спросил я Клыка.

– Он отвечает мне. – Подал голос искин. – Но это простая автоматика. Без ИИ. И кроме базовой информации он не может ничего сообщить.

– Где лучше войти внутрь? – Задал я животрепещущий вопрос. Корабль-то огромен, более десяти километров в длину. Не зная точного расположения рубки управления, можно долго бродить по нему.

– Залетай внутрь и двигайся до самого конца. – Посоветовал Клык.

Я направил фрегат внутрь недостроенного орудия и, лавируя между частично смонтированными агрегатами его составляющими, двинулся к, если можно так сказать, казенной части.

– Рика позовем? – Спросила Кира, рассматривая внутренности огромного линкора.

– Не. – Мотнул я головой. – Пусть подружку охраняет, для неё-то скафандра нет.

Я посадил фрегат рядом с люком, ведущим внутрь линкора, и, включив магнитные захваты, покинул рубку. Мы быстро облачились в скафандры, подхватили сумку с оружием и инструментами. Конечно, маловероятно, что внутри нас поджидают опасности, но я лучше пронесу оружие на себе весь путь туда и обратно, чем останусь безоружным в непредвиденном случае.

Гравитация на линкоре отсутствовала, и нам пришлось активировать магнитные подошвы, дабы не быть унесенными в открытый космос. Люк пришлось вскрывать, используя плазморез, не наш – земной, а собранный Клыком. С земным мы бы тут долго возились, а так – пятнадцать секунд и мы внутри. Внутри мертвого – а точнее, не родившегося – корабля. Пусто, лишь голые стены и решетки на полах. Внутри не было даже ламп, и нам пришлось освещать свой путь нашлемными фонарями.

– Везет нам в последнее время на мрачные места. – Прокомментировала Кира окружающую обстановку.

– Не говори-ка. – Ответил я. – Обычно, при исследовании объектов погибших цивилизаций, попадаются веселенькие радужные парки аттракционов, а не темные серые обломки.

– Мог бы и поддержать.

– Извини. – Сказал я. – Самому жутко. Ты-то хоть «Чужого» не смотрела.

– Не смотрела! – Подтвердила она. – Но смотрел ты, и сейчас ты его очень громко вспоминаешь. Спасибо, теперь мне тоже жутко!

– Извини. – Повторно попросил я прощения. – Иди сюда.

Я обнял её, и дальше мы продолжали путь так. Не очень удобно, но зато спокойнее. Не знаю, почему этот корабль вызывает во мне такие чувства. Может из-за размеров, а может из-за того, что он недостроенный. Другие-то корабли меня так не пугали.

Мы двигались по пути, намеченному Клыком, периодически вскрывая переборки. К всеобщему счастью, никакие пришельцы не выскакивали на нас из темных отсеков, а все турели на нашем пути оказались обесточенными. Отсек за отсеком, мы прошли от места входа, преодолев больше километра, и оказались-таки в пустующей рубке.

Хотя какая, к черту, рубка. Это целый зал заседаний! Множество пультов с креслами перед ними, огромные экраны для вывода тактической информации и место капитана этого огромного корабля, возвышающееся надо всем этим, дабы он мог сверху следить за всем происходящим вокруг.

– Солидно. – Я прошелся к креслу и сел в него. Прямо как на троне сижу. Только скипетра и державы не хватает. – Право руля! По непрам… Огонь!

– Размечтался. – Прокомментировала Кира мои слова.

– Уже и помечтать нельзя. – Произнес я, покидая теплое местечко. – Железяка, работай! – Обратился я к кораблю.

Удивительно, но это помогло, впрочем, как и в случае с той турелью. Не сказать бы, что корабль мгновенно ожил, но один экран всё-таки засветился.

– Линкор класса «Стиратель». – Прочитал я на экране, подойдя к нему. – Готовность 37%. Ядро ИИ не смонтировано; реакторы: 1 из 5, заряд: 58%; основное орудие не смонтировано; оборонительные турели: 104 из 250; монтаж бронеплит завершен на 43%; системы активной защиты: 75%. Готовность к переходу: ограниченная – отсутствует система жизнеобеспечения; готовность к бою: не рекомендуется вступать в бой.

– План «Б» накрылся медным тазом. – Констатировала Кира.

– Ну, мы можем просто сбросить эту дуру на непров с орбиты. Уверен, получиться большой бадабум. – Подбодрил я Киру. – А пока, стоит наведаться к Арне.


Глава 13

Вот так сразу отправиться на верфь Урнар-3-1 у нас не вышло. Пришлось потратить пару дней на то, чтобы совместно с ремонтными дроидами Клыка и некоторыми реанимированными механизмами верфи привести линкор в состояние более-менее подходящее для перелета. Как минимум, потребовалось запустить сеть гравикомпенсаторов, создающих в связке с генератором гравитации постоянное поле тяготения, препятствующее превращению корабля в груду металлолома под воздействием переменных ускорений, создаваемых мощными двигателями.

Потом еще неделя ушла на то, чтобы достичь верфи, находящейся в ведении Арны. Конечно верфь, на которой мы нашли линкор, была более приспособленной для его обслуживания, но никто из нас не имел опыта в ремонте таких кораблей. Все время, прошедшее с вылета с Горна до прибытия на Урнар-3-1 Рик со своей подружкой не показывался нам на глаза, так что, когда он всё-таки соизволил покинуть свою каюту по прибытию на станцию, я никак не мог узнать в этом громиле того котенка, что когда-то прятался в техническом отсеке.

– Клык, скотина электронная! – Прокричал я искину корабля. – Чем ты его кормил?! Признавайся!

– Во-первых, квантовая. – Отозвался компьютер. – Во-вторых, чем ты недоволен?

– Я не недоволен! Я завидую! – Сказал я, разглядывая то, во что превратился Рик.

Сейчас он был больше любого арги-ру, что мне когда-либо доводилось видеть, в том числе и полярных, чья масса приближалась к отметке в две тонны. Прошло явно недостаточно времени, чтобы он мог сам по себе превратиться в огромную машину смерти, увитую канатами мышц, проступавшими даже сквозь толстую плотную шкуру и длинную густую шерсть. И дело тут не в магии, как я думал раньше, так как его подруга не отставала от него, хотя с нами она практически не общалась, проводя все время полета в каюте с любвеобильным саблезубом.

– Это специальный комплекс препаратов, разработанный специально для арги-ру. Позволяет на максимум реализовать потенциал организма. – Снизошел до объяснений Клык.

– А мне что? Фигу?! – Не выдержал я. – И вообще, почему ты от меня постоянно что-то скрываешь? Может мне тебя демонтировать к чертовой матери?!

– Не кипятись! – Голограмма исчезла, когда я ударил по ней когтями, и появилась в другой стороне рубки. – Для арги главное не сила, а скорость реакции.

– Поэтому ты не выпускаешь меня из симулятора? – Спросил я.

– Никто тебя насильно не держит. – Возразил ИИ. – Ты сам торчишь там все свободное время. И ты не прав. Посмотри на себя.

– Ну? – Оглядел я собственное тело. – Каким я был, таким я и остался. Про Рика я такого сказать не могу. Он раз в десять увеличился. Тебе для меня стероидов жалко?

– У меня их нет. – Ответил Клык. – Есть два комплекса препаратов: для арги и арги-ру.

– Ну, так дай мне моё. – Сказал я и требовательно протянул руку.

– Ты это и так получаешь.

– В таком случае, где результат?! – Спросил я, начиная закипать. Чертова жестянка надо мною издевается. – Я его не вижу. Бегаю я с такой же скоростью, что и арги-ру, а вот по силе заметно им уступаю.

– Это всё, что можно выжать из твоего организма. – Тоже мне соковыжималка. – При дальнейшем наращивании мышечной массы, кости не выдержат прилагаемого усилия.

– Какого наращивания? – Спросил я, сжимая руку, дабы продемонстрировать бицепс. – С какими вылетал с Кимира, с такими и остался. И это несмотря на полуторную гравитацию!

– В размере твоя мускулатура осталась прежней. – Произнес искин. – Но стала гораздо плотнее. На сегодняшний день твоя масса составляет 115 килограмм, Киры – 104 килограмма.

Кира, услышав, что она весит больше центнера, стала испуганно рассматривать себя на предмет лишнего веса. Не нашла и успокоилась. А я нет!

– Почему тогда я не чувствую, чтобы мне стало легче поднимать тяжести? – Возразил я.

– Потому что гравитация на корабле на данный момент составляет 230% от гравитации Кимира.

– Какого черта ты меняешь настройки без моего ведома! – Вскипел я. – Да я тебя на гайки разберу! Железяка ржавая! Ты сам мне говорил, что я пилот этого корабля! Так какого же хрена корабль решает, что ему делать сам, не ставя в известность своего пилота?!

– Вот мы и подошли вплотную к данному вопросу. – Спокойным тоном ответил ИИ. Издевается ведь гад!

– К какому вопросу? – Устало спросил я.

– К вопросу получения полного допуска на управление кораблем. – Ехидно ответила голограмма. – Пилотирование вы сдали. Осталась физподготовка…

И начались веселые деньки. Пока Арна занималась установкой на линкор систем жизнеобеспечения – доделать главный калибр не представлялось возможным, а потому корабль ожидала головокружительная карьера круизного лайнера, но только на один полет от Горна к Кимиру – я и Кира, под контролем личного голографического тренера, взявшего тренировочный полигон под своё управление, раз за разом проходили полосу препятствий.

– Ты опять используешь магию. – После очередного забега пожурил меня Клык.

– Там же долбанных пятнадцать метров. – Устало простонал я.

– Пилоты арги проходили эту полосу без магии. – Отрезал искин.

Очередной круг: прыжки в высоту и длину, бег с ускорением, уклонения от внезапно пролетающих предметов, скалолазание. Позже к этому набору пыток, ошибочно именуемому учебной программой, добавилась стрельба из личного оружия и фехтование. Возможно, это было бы проще, если бы полигон оставался статичным, но гадский Клык раз за разом подкидывал нам свежие пакости. То на доселе ровном участке образуется яма, то вместо одного снаряда в меня летят сразу три. И такое безобразие продолжается уже неделю, с недолгими перерывами на сон.

– Откуда ты знаешь, что я использую магию! – Закричал я после того, как Клык в очередной раз не принял мой результат. – Вы же о ней ничего не знали!

– Мы знали. – Возразил железный садист. – Не имели способностей, да. Считалось, что телепатия и магия не совместимы, а все Арги телепаты в той или иной степени. Но знали многое, и умели определять магическое вмешательство техническими методами.

– Телепаты. – Пробормотал я. – Поэтому у Арги были так развиты системы нейросвязи?

– Да. – Подтвердил искин.

– И именно поэтому ты постоянно лазишь мне в голову… – Проворчал я недовольно.

– В твою голову я лазил только один раз, а потом ты поставил блок. – Ответил ИИ. – Сейчас я использую данные, полученные при первом контакте.

– Я не умею ставить блок. – Возразил я.

– Умеешь. – Не поверил мне Клык. – Просто ты не умеешь контролировать это и делаешь все подсознательно.

– Ладно. – Махнул я рукой. – А почему ты утверждал, что мне не стать сильнее из-за своего скелета, хотя я использую руны усиления и ускорения, но при этом все кости целы.

– Я не знаю, как работает магия. – Ответил компьютер. – Но, видимо, она воздействует на организм в целом. И вообще! – Сменил он тон. – Хватит болтать! Еще один круг.

– Ты садист, Клык. – Бросил я, возвращаясь к стартовой черте.

Помимо чертова полигона, злобный тренер гонял нас по беговой дорожке. Эта квантовая скотина отчего-то решила, что приемлемым результатом является преодоление тридцати километров за полчаса. И все мои попытки доказать, что эта скорость не достижима для живого существа не возымели воздействия на чокнутый компьютер. Похоже, где-то вирус поймал, садист голографический.

Кончился наш спор тем, что Клык позвал Рика на полигон. И эта туша пробежала-таки эти самые тридцать километров. Причем на две минуты быстрее требуемого времени! Теперь обогнать этого выпендрежника стало для меня делом принципа. И, несмотря на то, что линкор уже был подготовлен к походу, я продолжил тренировки. А чтобы не пропадало время зря, посоветовал Арне перенести все, что можно отвинтить, в том числе и ее саму на линкор, дабы вывезти все на Кимир. Уверен, Арна с легкостью возьмет под контроль производственные линии и космодром, расположенный под Саблеградом.

После очередного выматывающего дня тренировок мы с Кирой нежились в бассейне, под расслабляющими струями искусственного водопада, когда появился Клык, явно намеревающийся испортить нам отдых.

– Пошел вон. – Брызнул я на него водой, которая, впрочем, не оказала на голограммы никакого влияния. – Не мешай отдыхать. Завтра продолжим!

– Ну, если ты хочешь, то мы можем продолжить и завтра. – Ехидно ответил Клык.

– А можем и не продолжать? – Подала голос Кира.

– Можете. – Подтвердил искин. – Допуск вы получили, сдав всё на высший балл.

– То есть мы могли и раньше закончить эту потогонку, сдав на минимально требуемые баллы?! – Недовольно воскликнул я, возмущенный тем, что эта гадкая машина гоняла нас несколько лишних дней.

– Могли. – Нет, Клык точно издевается.

– И какие еще трудности ты нам создавал? – Спросил я. – Отвечай своему пилоту!

– Гравитация была той же, что и на корабле. – Уклончиво ответил ИИ.

– А какая должна была быть? – Задал я волнующий меня вопрос.

– Такая же, как на Аргоре. – Опять уклонился он от прямого ответа.

– Так! – Не выдержал я. – У меня теперь полный пилотский допуск?

– Да.

– Тогда приказываю: больше никаких недомолвок.

– Есть – больше никаких недомолвок! – Козырнула голограмма.

– К пустой голове, а тем более без головного убора, не прикладывают! – Сделал я замечание. – А теперь отвечай: на сколько была больше сила притяжения на полигоне во время сдачи нормативов, по сравнению с той, что должна была быть.

– На 83%. – Ответил механический гадёныш.

– А когда Рик бегал, какой был уровень гравитации?

– Такой же, как на Аргоре. – Подтвердил он мои подозрения.

– Ну, и гад же ты, Клык! – Подвел я итог. Сколько мучений, которых можно было избежать. – Сгинь с глаз моих, и без веской причины не появляйся.

Всё тело болит, словно меня из центрифуги вытащили. Так еще и оказывается, что можно было обойтись меньшими жертвами.

– Сволочь! – Кира была солидарна со мной в плане оценки поведения ИИ корабля. – Все лапы болят! – Сказав это, она вытянула ножку в мою сторону.

– Сейчас исправим! – Ответил я и, начав массировать лапку, лизнул подушечки. – Так лучше?

– Чуть-чуть. – Кира показала при помощи большого и указательного пальцев насколько «чуть-чуть». – Но ты продолжай!


***

Больше двух месяцев отсутствовали мы на родной планете – Кимире, Землю-то я уже давно не считал родной. И вот мы наконец-то возвращаемся. Причем не одни, а забрав с собой всех саблезубых Горна. Нечего им там делать, ни дичи толковой, ни источников воды. Не сравнить с Кимиром, для которого четыре тысячи – ровно столько проживало арги-ру на Горне – саблезубых не проблема.

Все оборудование верфи Урнар-3-1, что можно было демонтировать, заняло место в импровизированном трюме вместе с корпусами нескольких недостроенных фрегатов. Часть внутренних помещений Стирателя были переоборудованы для перелета, и вместила в себя всех саблезубых, вместе с их нехитрым скарбом и запасом провизии и воды.

Клык был жестко закреплен на обшивке сверху, осуществляя контроль над системами линкора. А теперь нам предстояло посадить эту махину. Горн с его низкой гравитацией не представил особых проблем, а вот на Кимире придется повозиться. Правда, сажать Стиратель я собирался на воду, но все равно…

– Встали на синхронную орбиту над выбранной точкой. – Доложил Клык.

Выбранная для приводнения точка находилась чуть мористее Саблеграда, дабы не смыть его волной.

– Начинаем снижение! – Скомандовал я.

– Есть – начать снижение! – Подтвердил

Это фрегат, с его-то огромной удельной мощностью, может погасить скорость у самой земли. Да и маневрировать линкору вблизи планеты чревато распадом большого корабля на несколько маленьких. Такую громаду надо сажать очень аккуратно, можно только плавно опускать его, поддерживая небольшую разницу между силой тяготения и центробежной силой, возникающей при движении по орбите.

Мы опускались, пусть и с маленьким, но ускорением, и линкор, набрав достаточную скорость, начал гореть, когда не до конца смонтированные установки силовых щитов, не выдержали натиска атмосферы. Отваливающиеся и сгорающие куски обшивки выглядели довольно-таки пугающе, но маневр был рассчитан Клыком и подтвержден Арной, поэтому я не стал вмешиваться. А лишь, невольно прижав уши и вздыбив шерсть, наблюдал, как очередной участок корпуса выгорел, поддавшись спрессованному от скорости воздуху.

– Целостность жилого и грузового отсеков не нарушена. – Подбодрил меня искин. – Начинаю торможение.

Заработали двигатели, выбрасывая в направлении земли струи перегретого до состояния плазмы воздуха, корабль дернулся, словно наткнулся на невидимое препятствие, впрочем, благодаря гравикомпенсаторам заметить это можно было только визуально. Скорость начала снижаться, и Стиратель плавно опустился на водную гладь, подняв облака пара, вызванные контактом воды с перегретым корпусом корабля. Резкий перепад температур вызвал стоны, пронесшиеся по всему линкору вплоть до самого Клыка. А для некоторых конструкций это стало последней каплей, и они, отломившись, отправились на океанское дно.

– Герметичность корпуса не нарушена. – Доложил ИИ. – Плавучесть положительная.

– Ну, по крайней мере, это корыто не утонет. И то хорошо. – Высказался я.

Дав самую малую тягу на ходовые двигатели, я направил корабль к берегу, стараясь не разгоняться, дабы не накрыть город огромной волной, вызванной движением десятикилометровой – хотя если учесть отвалившиеся детали, то должно быть меньше – громадиной.

Наше прибытие не осталось незамеченным, и на берег высыпала огромная толпа. Они, небось, подумали, что на них сейчас метеорит упадет. Хотя в районе Прайда знали о нашем прибытии, предупрежденные еще тогда, когда мы только вышли из прыжка в системе Кимира.

– Корпус всё еще горячий. – Доложил Клык.

Да, не стоит саблезубым обжигать лапы. Поэтому я дал короткий импульс на верхние двигатели, чуть-чуть утопив корабль. Снова в небо взвился пар, и, когда корабль всплыл, температура корпуса была приемлемой для короткой прогулки. Берег был уже близко, поэтому я вновь задействовал двигатели и, задрав нос, вытолкнул линкор на берег. Оставалось заглушить реакторы Стирателя и открыть двери, что я и сделал, а после отстыковал Клыка от линкора и направил корабль к посадочной площадке.

– Уф. – Устало выдохнул я. – Мы дома.

Я поднялся с кресла, руки и ноги мои дрожали от напряжения, не отпускавшего меня все время спуска на планету. И я, пошатываясь, отправился на выход. Вещи заберем завтра.

– С приехалом! – А нас уже встречают.

– Все получилось? – Спросил Шах, оказавшийся ближе всех к люку.

– Все завтра на совете. – Сказал я. – Сейчас принимайте гостей. – Я махнул рукой в сторону сходящих на берег арги-ру Горна. – А мы отдыхать.

– А ты изменился. – Лиса внимательно меня осмотрела.

– Это ты еще Рика не видела… – Указал я на выпрыгнувшего из корабля следом за нами саблезуба.

– Это Рик?! – Удивленно воскликнула Лиса. – Что ты сделал с моим котеночком?

– Это не я! – Замахал я руками. – И у тебя же были другие котята?

– Все завтра на совете. – Вернула она мне мои слова.



Глава 14

Пока мы мотались по галактике, ребята не сидели без дела. И теперь у нас имелось отдельное здание, для проведения совета или других официальных мероприятий. Одно из доселе нежилых зданий было приведено в порядок, вместо дырявой крыши натянут тент, а внутри все было вычищено, и только подушки, сшитые из шкур, лежали на полу, заменяя мебель.

– Тихо! – Остановил я набирающий обороты гул. – Прежде чем перейдем к основному вопросу, я бы хотел услышать, как у нас обстоят дела. Например, Лиса, где твои сорванцы?

– Вон они. – Она указала пальцем на сидящих в углу арги.

– И как ты объяснишь то, что трехмесячные котята выглядят лет на десять? – Не поверил я, хоть и видел, что окрас тот же, да и неоткуда тут взяться детям.

– Не знаю. – Пожала она плечами. – И это не единственная странность. – Сказала она и обратилась к сыну. – Крейз, покажи маме волшебство.

В ответ на просьбу мелкий сорванец закружил над собой небольшую вьюгу, внутри которой мелькали молнии…

– Какого… – Только и смог я сказать. – Считалось же, что врожденным магам доступна лишь одна стихия.

– Я в этом понимаю не больше твоего. – Лиса опять пожала плечами. – Лучше расскажи, что ты с Риком сотворил.

– Это не я. – Я отверг её претензии. – Это Клык его стероидами пичкал.

– Не стероидами, – Начал Клык, присутствующий здесь в виде голограммы, как, впрочем, и остальные ИИ: Арна, Коготь и Китсунэ. – а комплексом препаратов, специально разработанным для арги-ру.

– Да. – Подтвердил я. – И вас тоже ждет потеха. – Не одному же мне на полосе препятствий корячиться. – Еще вопрос: откуда танк? И что у него с пушкой?

– Мы угнали! – Подал голос Бабах.

– А пушку эти придурки всунули. – Поднялся Игорь, показав пальцем на Бабаха и Гука.

– Сам ты придурок! – Не удержался сапер. – В 122 миллиметра ядрён фугас не запихать! А 200 миллиметров самое-то!

– Погоди! – Поднял я руку. – Что ты сейчас сказал?

– Он сказал, – Гук вступился за товарища. – что у нас есть три тактических ядерных снаряда для танка. Это Ки помогла нам с расчетами и изготовлением снарядов и пушки.

– Точнее, я всё сделала сама, а только идея принадлежала им. – Высказалась Ки и взъерошила волосы на голове Бабаха.

– Не понял. – Уставился я на эту картину. – С каких пор голограмма может что-то двигать?

– А я не голограмма! – Ки запустила в меня маленькой подушкой.

– Всё чудесатее и чудесатее. – Высказался я. – А что с данными по Рари?

– Тут облом. – Подал голос Шах. – Информационный центр уничтожен, а другой только на планете непров. Но это неважно! Линкор-то у нас!

– Линкор у нас. – Подтвердил я. – А пушка от него хрен знает где.

– Зачем тогда было его сюда тащить? – Задала вопрос Лиса.

– Затем, что сейчас это не Стиратель, а Ковчег. – Ответил я. – В наш фрегат четыре тысячи саблезубов и оборудование верфи Урнар-3-1 не поместилось бы. Кстати, – Показал я рукой на Арну. – прошу любить и жаловать: Арна – управляющий ИИ той самой верфи. – На этих словах голограмма встала и изобразила книксен. – Она возьмет под контроль нашу производственную базу, и, может быть, нам удастся получить еще один-два фрегата.

Кто-то попытался было задать вопрос, но был прерван вбежавшим в зал арги-ру.

– Там идут! – Прокричал саблезубый, выбегая на середину зала.

– Кто идет? – Спросил я.

– Люди! – Выкрикнул он и убежал предупреждать остальных.

– Что им надо?! – Недовольно спросил я, а после обратился к угонщикам бронетехники. – С вас идут долги спрашивать?

– Хрен им по всей харе, а не долги! – Крикнул Бабах.

– Согласен. – Я кивнул в ответ. – Кира бери Клыка и выдай предупредительный выстрел в голову. – Сказал я, но, увидев её кровожадную улыбку, поспешил уточнить. – Последнее – шутка.

– В каждой шутке есть доля шутки! – Сказала она и убежала к кораблю.

– Остальные вооружаемся и готовимся встретить гостей.

Все дружно покинули зал совета, разбегаясь по домам за экипировкой. Через несколько минут колонна техники, состоящая из двух БТР, танка, внедорожника и УАЗа, выдвинулась навстречу непрошеным гостям, с которыми Кира уже успела поздороваться. Вражеская – а люди плавно перекочевали из разряда нейтралов в разряд врагов, ибо незачем нейтралам совершать марш в несколько тысяч километров – колонна стояла перед линией из перепаханной оборонительными турелями земли.

Я подал сигнал колонне остановиться и вышел из машины, направившись к вражеской колонне. В свою очередь, от людей вышел свой делегат. Ну, да кто еще мог прийти ко мне. Конечно же, Звягинцев! А ведь я ясно дал ему понять, что не хочу никого из них видеть.

– Я, кажется, обещал пристрелить любого человека, что посмеет заявиться ко мне домой! – Сказал я, когда мы сблизились достаточно, чтобы чекист смог меня услышать.

– Так чего же не стреляешь? – Попытался он меня спровоцировать.

– Мне интересно, что подвигло тебя преодолеть такой путь. – Ответил я ему. – Эти три единицы бронетехники не стоят того горючего что вы уже сожгли, и тем более не стоят того, что вы сожжете на обратном пути. И уж точно они не стоят жизни тех людей, что погибнут из-за твоей жадности!

– Почему ты считаешь, что кто-то погибнет? – Подошел он ко мне, протягивая руку.

– Потому что я тебе ничего не отдам, а те не сможешь уйти с пустыми руками. – Я сложил руки на груди. – А попробуешь отобрать силой, нарвешься на еще большую силу. – Сказав это, я показал на висящий в воздухе корабль, всё еще державший людей на прицеле.

– Почему ты вообще думаешь, что я пришел у тебя что-то отбирать? – Спросил он.

– Господин Звягинцев. – Такого обращения он точнее не ожидал. – Я не очень-то верю в бескорыстие людей, а тем более в бескорыстие чекиста!

– И всё-таки тебе придется поверить. – Сказал он и указал рукой на колонну техники. – Это тебе.

Как же, как же! Подарок, блин, есть тут двойное дно, просто я не вижу. Я продолжал стоять, сложив руки на груди, и, сохраняя молчание, смотрел на него. Всё-таки он не выдержал первым и спросил:

– Не веришь?

– Нет. – Помотал я головой. – В чем подвох?

– Ни в чем. – Продолжал он попытки убедить меня.

– Если я не вижу подвоха, это значит, что он хорошо спрятан. – Ответил я. – Только и всего. Нам это всё, к слову не нужно вовсе. Сам видел, наверное, какую дуру я вчера посадил.

– Если бы эта дура могла решить проблему непров, то ты бы её уже решил, не сажая её на планету.

– Ладно, ты прав. – Признал я. – Эта дура не была достроена. Но мы обойдемся и без твоих подачек.

– Это не подачка! – Возмутился он. – Это наш вклад в общую борьбу.

– А, понятно. – Сказал я. – Это для того, чтобы вы могли с чистой совестью утверждать, что вы победили непров. Как американцы по всему миру кричат, что это якобы именно они победили фашистов. Забирай свой металлолом и катись отсюда! После полуночи все люди будут объявлены добычей! – Крикнул я, чтобы люди Звягинцева тоже услышали.

Уверен, они оценили, представив как на них охотятся гигантские хищники. Такие как Рик, который тоже пришел с нами, он же тоже член нашего клана. А моё слово в городе вовсе не последнее. Особенно после того, как мы привезли сюда пополнение. И не простое пополнение, как-никак мы привезли тех, кто сохранил историю, утраченную арги-ру Кимира. Так что, если я попрошу саблезубов поохотиться на людей, то, уверен, вскоре о них можно будет забыть как о виде.

– Хочешь – бери, хочешь – не бери. – Ответил Звягинцев. – Всё равно, на обратный путь топливо есть только в грузовике.

Сказав это, он скомандовал своим людям, они погрузились в одну машину и выдвинулись в обратный путь. Я провожал их взглядом до тех пор, пока они не скрылись за холмами.

– Возвращаемся. – Скомандовал я.

– А техника? – Спросил Игорь. Ну, да. Его жаба задушит, если он бросит просто так в поле три танка и пять бронетранспортеров.

– Никуда он не денется. – Ответил я, садясь в машину.

После возвращения пришлось сделать небольшую паузу, пока не улягутся волнения, вызванные нежданным визитом. Совет продолжился только после обеда, прошедшего прямо возле зала совета. Пока мы тут бегали туда-сюда, Чиф занимался более полезным делом и нажарил мяса на весь клан. Правда, пришлось подождать еще несколько минут, пока все не перестанут облизывать пальцы.

– И так! – Возобновил я прерванное заседание. – По-порядку: нам тут нежданная техника привалила. Постановляю: по одному перегнать в безопасное место, разобрать до винтика, выбросить всю прослушку и прочие гадости, после чего собрать обратно.

– Какие прочие гадости? – Решил уточнить наш механик.

– Вроде бомбы под седалищем. – Ответил я ему. – Пункт второй: десант на Неприю.

– А без него никак? – Раздался голос самки из местных. Рура – так, кажется, ей зовут.

– Никак. – Подтвердил я. – Линкор не боеспособен, если только в качестве брандера. Данных нет, кодов нет, а значит, остается высаживаться и долбить по старинке. Техника есть, бойцы есть, попросим помощи у арги-ру. – Я обратился к Арне. – Есть еще костюмы?

– Сделаю. – Ответила она. – И для вас тоже.

– Как садиться будем? – Спросил Шах. – Реакторы-то того… Бум! – Он изобразил руками взрыв.

– Можно переоборудовать имеющиеся корпуса фрегатов под десантные капсулы. – Снова сказала Арна.

– А взлетать как? – Раздался чей-то голос.

– Если ты боишься, то тебя оставим здесь. – Ответил я, вызвав смешки в зале. – А вообще, либо мы разнесем там все, и тогда корабли спокойно сядут и заберут нас, либо система ПКО останется работоспособной, и тогда нам незачем возвращаться.

– И когда летим? – Спросила Лиса. Уж она-то всегда готова.

– Как будем готовы. – Ответил я. – Вы пока тренируйтесь, а мы попробуем выяснить хоть что-то об оборонных системах Рари.

– Информационный центр уничтожен. – Удивился Шах. – Где ты собрался выяснять?

– В интернете. – Ответил я. – Галактическом.


***

Я, и в самом деле, собирался поискать информацию о Рари на планетах вне Запретной Зоны. Всё-таки статьи о них были немного подозрительными. Как будто сами Рари стояли над душой у писавшего и следили, чтобы он о них чего плохого не написал. Но, прежде чем лететь, предстояло немало сделать.

Во-первых, мы буквально по миллиметру изучили все подземелья Саблеграда, окончательно очистив те от опасностей. Потом настал черед подключения ядра управляющего ИИ вместо систем Рари. Арна тут же развели кипучую деятельность, восстановив работу большинства устройств, она вдохнула вторую жизнь в бывший космодром.

Теперь во всех домах появилось электричество, а в некоторых даже вода, и даже горячая. И это только начало: Арна первым делом собрала себе механических подручных, которые восстанавливали всё, что можно было восстановить, а то, что не подлежало восстановлению, заменялось новым, только что собранным. Параллельно со всем этим шел выпуск оружия и брони. Вместе с энергетическим оружием выпускалось и старое доброе огнестрельное, но просчитанное Арной для максимального поражающего эффекта. Результатом её изысканий стал компактный автомат по схеме булл-пап под тот же патрон, что у револьвера, но с большим магазином и подствольным гранатометом. Причем, несмотря на внушительный вид и большую огневую мощь, оружие вышло достаточно легким.

А скоро он будет еще легче, ибо Коготь гонял всех по полигону, так же как нас когда-то Клык. Хорошо, что Арна позаботилась и о синтезаторе для медицинских препаратов. Весь клан с утра до ночи носился по полосе препятствий, раз за разом, пока не достигнут требуемого результата. После чего планка поднималась выше и все повторялось.

Небольшое послабление получил только Игорь, который половину дня ковырялся в технике, брошенной людьми. И, как я и ожидал, он нашел-таки несколько подслушивающих устройств, и даже одну бомбу, спрятанную в автомате заряжания танка. Нет, я если его еще раз увижу, то пристрелю сразу же! Даже разговаривать не буду! Контролировать меня у него не вышло, так он решил убрать, скотина. Ну, да ладно, сочтемся с ним еще.

Пока же, закончив все дела в Саблеграде, мы погрузили всё необходимое на корабль. А завтра мы отправляемся в путь. Без Рика. Пусть он остается тут и готовит штурмовиков из арги-ру.



Интерлюдия

День 128 год 1. Учебный полигон Саблеграда.

– Коготь, ты садист. – Пройдя очередной круг на полосе препятствий, Лиса устало повалилась на траву. – Сколько можно издеваться?

– Столько, сколько потребуется. – Ответил ИИ, заведующий программой обучения, пока крейсер стоял на приколе.

– Какой у меня хоть результат? – Тихо простонала арги.

– 84,4 балла. – Озвучил Коготь результат круга. – Это притом, что пока сила тяжести тут ниже. Но не переживай. – Подбодрил он её. – Скоро дойдет очередь и до генератора гравитации, тогда будете тренироваться в условиях, зафиксированных нормативной документацией на учебный полигон.

– Класс! – Только и смогла ответить она. – Все равно, это же отличный результат?

– Ниже среднего. – Не разделил её оптимизма искин. – От 85 – средний, 90 и выше – хороший, а высший балл от 95 до 100. Нам еще работать и работать.

– А у безумной парочки какой результат? – Спросила Лиса, заинтересовавшись так, что даже приподнялась, опершись на руки.

– 98,1

– Это у кого?

– У обоих. – Уточнил Коготь. – Абсолютно идентичный результат. Но есть одно «Но».

– Какое?

– Клык усложнил программу.

– Зачем он это сделал? – Удивилась Лиса.

– Видишь ли. – ИИ изобразил смущение. – Банки памяти Клыка были повреждены, из-за этого его личность была не полной. И он дополнил её, взяв недостающее у Психа при первом ментальном контакте. И эти личности стали конфликтовать друг с другом.

– Искин-шизофреник! – Всплеснула она руками. – Замечательно.

– Это могло кончиться бедой. – Подтвердил Коготь. – К счастью, Псих вправил ему мозги, когда получил полный доступ.

– Это хорошо. Но остается вопрос: как же они тогда прошли полосу препятствий? – Лиса по-настоящему заинтересовалась. – Магия? Нам ты запрещаешь её использовать.

– Запрещаю активное использование. – Ответил ИИ. – Но смотри сюда.

Киборг – а Коготь, по примеру Ки, тоже обзавелся механическим аватаром – достал из кармана жилета электронный планшет и, присев на траву рядом с Лисой, запустил воспроизведение видео.

– Ну? Хороший прыжок. – Оценила Лиса. – В чем дело-то?

– Смотри еще раз. – Коготь перемотал запись назад, до нужного момента. – Вот Кира делает последний шаг перед прыжком. – Он запустил покадровое воспроизведение, а потом увеличил картинку на нужном месте. – Вот видишь? – Спросил он, указывая металлическим когтем на крупный план лапы.

– Мышцы под кожей двигаются. – Пожала Лиса плечами. – Что с того?

– Это не мышцы. – Ответил киборг. – Это порвалась связка в момент прыжка. Но при приземлении – Он перемотал видео. – она снова цела.

– Ясно. – Сказала она. – Была такая особенность у нас – охотников – еще на Земле, что травмы быстро заживали. Ученые это объясняли подсознательным использованием магии. Но не с такой же скоростью!

– Может, дело в практике. – Пожал Коготь плечами. – А может, это из-за комплекса препаратов.

– Эти твои стероиды не отразятся на здоровье? – Спросила Лиса.

– Это не стероиды. – В очередной раз уточнил ИИ. – Это комплекс препаратов, позволяющий реализовать потенциал организма на максимум. Он не сделает тебя сильнее, он только выпалывает всё то, что тебя ослабляло. Посмотри на Рика. Он теперь полностью оправдывает своё имя.

– А что значит его имя? – Заинтересовалась она. – Надо бы мне изучить язык Арги.

– Надо. – Подтвердил искин. – Но потом. А Рик означает дословно «Великан».

– А Арги? – Решила узнать побольше Лиса.

– Ар – длинный, ги – клык. Ру означает большой. Ор – дом.

– Получается. – Подвела итог она. – Арги – саблезуб, арги-ру – большой саблезуб, а Аргор – дом саблезубых?

– Все верно. – Подтвердил киборг.

– А другие имена? – Начала она вспоминать. – Кира, Лика, Мика, кажется, я еще слышала имена Грор и Урх.

– Ки это то же самое что ги, ра – красивый. Ка – дочь, ли и ми это, соответственно, первая и вторая. Гр – защитник, урх – быстрый.

– Значит. – Возмутилась Лиса. – Кира – красивая и клыкастая, Грор – защитник дома, Урх – быстроногий, а Лика и Мика это просто первая и вторая дочери?

– Видимо, у их матери была скудная фантазия. – Пожал плечами аватар корабля.

– А моё имя что-нибудь значит? – Продолжала Лиса свой экскурс.

– За – мать. – Ответил Коготь. – Ты оправдала своё имя.

– Да, есть такое. – Подтвердила она. – А что значит «Псих»?

– Ну, во-первых, это будет звучать как Бзыщ.

– Прикольно. – Лиса хихикнула. – А что это значит?

– Это значит вот что! – Киборг поднял её за шкирку и отвесил звонкий шлепок по мохнатой пятой точке. – Хватит сачковать, солнце еще высоко.


Глава 15

И вновь мы в дальнем космосе. Рик остался на Кимире, Клык перестал язвить и теперь общается официальным тоном, от которого меня уже воротит. Пожалуй, это самое скучное путешествие из всех. От того, чтобы не лезть на стенку от тоски – проводить всё время в постели всё равно не выйдет – в свободное время, пришлось ограничить это самое время до минимума.

Полёты на симуляторе, учебные бои с голографическими противниками, имитирующие абордаж корабля или, наоборот, отбивание захватчиков, фехтование. Холодное оружие почему-то было очень популярно, в то время как огнестрельное оружие практически не встречается в этом секторе космоса, а большинство энергетического оружия может быть превращено в бесполезную груду металлолома, разнообразными защитными системами. В принципе, это понятно – тяжелый плазмер удачным попаданием может разнести что-нибудь важное, что приведет к гибели захватываемого – или обороняемого – корабля, который представляет немалую ценность, как для захватчиков, так и для непосредственных хозяев. У меня даже возникло ощущение, что когда-то все производители личного энергетического оружия сговорились и встроили в свою продукцию блокиратор с внешним управлением. Потому что оставалось странным, как всевозможные экзоскелеты и боевые костюмы, питающиеся от таких же батарей, остаются работоспособными.

Хотя с этими высокими технологиями нельзя быть ни в чем уверенным. Столько всего существует, для чего на Земле нет даже названия. И при всём при этом, среднестатистический житель освоенного космоса может только нажимать на нужные кнопки. Мало кто, даже из числа тех, кто производит все эти технологические игрушки, разбирается достаточно, чтобы понимать принцип их работы. Правда, обо всем этом я узнал только из информационной сети одной единственной космической станции, которая состояла в основном – как, впрочем, и земном Интернете – из порнографии.

– Капитан. – Прервал Клык мой бой на мечах с кибернетическим противником. В арсенале Арги холодное оружие было представлено в основном мечами, наподобие полутораручного меча – бастарда, с кромкой из очень прочного металла, позволяющей при должной сноровке даже вскрывать корабельные переборки, что у меня пока не очень получалось. А сабли, подаренные нам Арной, были скорее церемониальным оружием. – Приближается неизвестный корабль.

Корабль? Здесь? Мы же еще в Запретной Зоне. А значит, перед нами опять какие-то темные личности, вроде давешних металлоломщиков.

– Кто это и что ему надо? – Спросил я.

– Уточняю. – После паузы искин продолжил. – Капитан, пройдите пожалуйста в рубку.

Я пожал плечами, вышел из трюма, где проходила тренировка, и направился в рубку, по пути оставив тренировочные мечи в пирамиде рядом с входом в трюм.

– Какие-то пентюхи летят. – Сообщила мне Кира, которой, в отличие от меня, не надо было никуда идти, так как до этого она упражнялась в пилотировании.

– Сейчас выясним. – Сказал я, усаживаясь в кресло. – Клык, есть связь?

– Соединяю.

Засветился экран видеосвязи, и с него на меня посмотрел… холодец… или студень, а может быть, желе. Короче говоря, что-то непонятное, склизкое и бесформенное. Пока нечто молчало, я решил ознакомиться с характеристиками его корабля. Тоннаж: средний, по размеру уже не эсминец, но на полноценный крейсер пока не тянет, вооружение: несколько пусковых установок для тяжелых ракет. Ну, да турели Клыка и всякую мелочь без проблем сбивают на подлете, так что я сомневаюсь, что эти огромные сосиски смогут долететь до нашего корабля.

– Ну, и урод. – Прокомментировала Кира внешность неизвестного абонента с той стороны экрана.

– Вы для меня тоже выглядите просто отвратительно. – Перевел ИИ бульканье живого студня.

– Оно разговаривает, надо же! – Изобразил я, хоть и не был уверен, что чудище поймет наши эмоции. – Чего тебе надобно, мармеладный?

– Это же я хотел спросить у вас. – Опять пробулькало нечто. Ну, и мерзость, словно гной пузыриться. – Вы в Запретной Зоне.

– Запретная она только для таких как ты. – Возразил я. – А мы те, кто следят за соблюдением запрета. У тебя должны быть веские причины, чтобы сунуться на территорию Арги.

– Значит, всё-таки не ошибка. И в самом деле, Арги. – Он говорил это себе под нос – образно, естественно – но система уловила и перевела его слова. – Причина проста – вы. Вы нарушили правила, установленные на станции Еро-348, и за вас назначена награда.

– Награда это хорошо. Плати и убирайся. – Я решил «включить дурака».

– Награда за ваши головы. – Пояснило желе.

– Наши головы останутся при нас. А ты, студенистый, плати денежки и вали отсюда подобру-поздорову, пока цел.

В ответ жидкая масса затряслась. Я что-то не понял, это у него смех такой? Это свинство, знаете ли, смеяться арги в лицо… в морду.

– Вы сдадитесь или мне вас уничтожить? – Спросил холодец, отсмеявшись. – За живых дают больше, но с мертвыми меньше мороки.

– Тут ты прав. – Ответил я. – И мне ты живым не нужен. Скажи только, где у тебя на корабле деньги лежат, чтобы я не распылил их случайно?

Студень снова затрясся, я выключил связь и повел Клыка на сближение. Жаль, что он не сказал, где деньги. Запасы металлоломщиков и коллекционера подходят к концу, и в поисках необходимой информации у нас могут возникнуть финансовые трудности. Корабль студня приблизился на дистанцию эффективного огня, и тут же получил в щит лазером, и уже в незащищенную обшивку ударил луч аннигилятора, превративший недокрейсер в пылающий шар, от которого через долю секунды не осталось ничего, кроме редких частиц, унесшихся прочь в космические дали.

– Арги – один, студень – ноль. – Сказал я, возвращая наш фрегат обратно на окраину системы, как-никак скоро нам предстоит очередной прыжок.

– Техника Арги остается лучшей и по сей день. – Озвучил Клык свое мнение.

– Если так, – Спросил я. – то что же вы с Рари не справились?

– Они взяли числом. – Доложил искин.

– И большой перевес был?

– На момент столкновения численность Арги составляла немногим менее 40 миллиардов на 32 планетах. – Произнес ИИ.

– Почти по теории «золотого миллиарда». – Заметил я.

– Именно. – Ответил Клык. – Только, в отличие от земной версии данной теории, предполагалось не уничтожать представителей своего вида, а осваивать новые планеты.

– Не напоминай. – Ответил я ему. – Лучше скажи, сколько было Рари.

– Сведения не точны. – Сказал он. – Но по примерным подсчетам на нескольких сотнях подконтрольных им планет проживало порядка четырех триллионов Рари и шесть-семь триллионов их приспешников. В том числе триллион гроранцев, которые сегодня стали главной силой вне Запретной Зоны, благодаря технике, оставшейся от Рари.

– Гроранцы… Гроран… – Пробормотал я. – А, вспомнил, это же тот волчара оттуда был.

Ну, теперь понятно откуда ноги растут у преклонения перед Рари. А вот с волками лучше дела не иметь.


***

– Добро пожаловать на свободную станцию Реда-5-а. – Вещал голос из динамика. – Входных и торговых пошлин нет, правил и запретов тоже нет. Одно «Но»: за сохранностью своего имущества и за целостность вашей тушки вы отвечаете сами. Назовите предпочтительные параметры среды. – В ответ Клык отправил автоответчику станции пакет с данными. – Благодарю. Секция для существ с кислородным дыханием 4-2, в другие секции не рекомендуется заходить без скафандра или дыхательной маски. Хорошего отдыха.

Поскольку на станцию Еро-348, как выяснилось, нам лучше не соваться, да и не было там особой информации о Рари, то я решил отправиться на другую станцию. Выбор пал на Реда-5-а, местечко криминальное и довольно-таки опасное. Но зато, где искать неофициальные источники информации, как не на базе контрабандистов. А именно ею эта станция и являлась.

Много оружия, хоть оно и разрешалось на станции, я решил не брать. Мы взяли только перевязи с револьверами. Пусть все привыкают, что арги не носят одежду. Скафандр-то, конечно, стоило с собой взять, что мы собственно и сделали. Легкий скафандр в сложенном виде уместился в кармашке на перевязи. Если что-то случится, то он развернется в рабочее положение за доли секунды и позволит выжить в космическом вакууме пару минут, а там и Клык на помощь подоспеет.

Денег у нас оставалось мало, но, поскольку тут не было пошлины на торговлю, мы решили продать некоторые безделушки. Давать в руки местным остолопам что-либо, что могло в будущем обернутся против нас, я не собирался, но несколько рельсотронов из запасов Рари вполне можно было сбагрить. В первую очередь, как коллекционную редкость, а не оружие.

Удалось отдать рельсотроны за неплохие деньги владельцу антикварного магазинчика – ушастый коротышка с короткой шерстью и острой мордочкой, напомнивший мне пустынного лиса – фенека. Хотя должен отметить, что на этой станции попадались и такие посетители, для которых я не мог подобрать ассоциация. Вот, к примеру, что это за шестиногий четырехрукий чебурашка только что быстро прополз мимо меня, подняв ветер своими ушами? Хотя, с учетом того, что в известном секторе галактики, как мы узнали из информационной сети этой станции, обитало около пятнадцати тысяч разумных видов, нет ничего удивительного в том, что время от времени попадаются существа, похожие на земные. Или, наоборот, абсолютно непохожие. Я нашел упоминание о газовых сгустках из атмосфер газовых гигантов, плазмоидах, обитающих вблизи от звезд, и о существах, в основе которых лежал кремний. Все эти группы мало пересекались между собой, потому как кислород был губителен для «газовиков», а для нас было бы крайне неудобно обитать при температуре в 6000 градусов.

– Эти три быка за нами следят. – Сообщила мне Кира по телепатическому каналу, отвлекая от серфинга по местной сети.

Я подумал было, что она говорила о быках, как о братках, но увидел, взглянув в отражение монитора, что она говорила буквально. Три минотавра – иначе и не скажешь – следили за нами, изображая увлеченное чтение рекламного буклета, перевернутого вверх тормашками. Рога, тонкий хвост-метелка, тупая рожа, огромный рост – всё на месте. О копытах ничего не скажу, ибо на ногах у них ботинки.

– Пошли. – Я скинул всё найденное на накопитель и потянул Киру за собой.

Как я и ожидал, быки отправились за нами. Мы несколько раз свернули, но минотавры продолжали нас преследовать. Тогда я свернул в один из присмотренных ранее тупичков, и мы затаились, ожидая, когда погоня догонит нас.

– Где они?! – Раздались голоса в тупичке через минуту.

– Я видел, они сюда свернули.

– Где то прячутся. Трусы.

– Эй, отбивная! – Я вышел из тени у них за спиной. – Кого потерял?

– Гони бабло! – Проорал один из бычар, разворачиваясь.

– А у меня нет денег. – Я сложил руки на груди, с насмешкой глядя на туповатую троицу.

– Мы видели, вы заходили к Фи-фи. – Сказал другой бык.

– И что?! – Нагло спросил я.

– Гони бабло! – Вновь прокричал первый.

– А я все потратил. – Продолжал я бесить их.

– А если найду? – Подал голос третий. Прямо галактический интернационал гопоты. Не думал, что услышу тут эту фразу.

– Найдешь, мне принесешь. – Такой ответ вогнал их в ступор. Я прямо-таки слышал, как скрипят их мозги.

– Тогда твоя телка возместит нам ущерб. – Через минуту шевеления извилиной изрек первый.

– Какой ущерб? – Удивился я. – Вы по жизни ущербные, и это ни чем не возместить и не исправить.

– Да я… – Начал быковать третий.

– Что ты? – С вызовом спросил я его. – Таких как вы я ем на завтрак. И это не красивые слова. – Сказал я и облизнулся, проводя языком по клыкам. – Я вырву сердце из твоей груди и съем его на глазах твоих дружков! – Произнес я, глядя в глаза первому, который судя по всему, был главным в этой троице.

Такого оскорбления своего главаря не смог вынести один из шестерок, и ринулся на меня, опустив голову, пытаясь пробить меня рогами. Я не стал стоять на месте, а подпрыгнул и, оказавшись над головой шестерки, сильно ударил ногами, вбивая рогатую голову в пол. Второго быка, главарь вытолкал в сторону Киры, но далеко он не ушел. Со сломанными-то ногами далеко не уйдешь. Пока один бычара лежал, уткнувшись мордой в землю, а второй пытался отползти то разъяренной кошки, я медленно шел в сторону медленно пятящегося назад главаря.

– Эй, погоди. – Он пошел на попятную. – Давай разойдемся миром. Идет? Я даже заплачу. – Он трясущимися руками вынул из кармана пачку кредитов и выронил её, продолжая пятиться.

– Заманчивое предложение. – Произнес я. – Но деньги я и так могу взять с твоего трупа. А вот оставлять обещание неисполненным – плохо.

Я резко подскочил к нему и ударил. Постоянные тренировки на полигоне под присмотром садиста Клыка не прошли даром, и удар вышел на славу: громко затрещали кости, и мой кулак оказался внутри быка. Я нащупал нечто, что, по моему мнению, было сердцем, и резким рывком вырвал его из груди.

– Видите. – Сказал я уцелевшим быкам, которые не сводили взгляда расширенных от ужаса глаз с моей окровавленной руки, сжимающей сердце с обрывками артерий. – Запомните и передайте остальным, что Арги всегда исполняют обещанное! – Произнес я и впился зубами в сердце. Немного жестковато, но вполне неплохо. Даже вкусно.

Тот бык, который протаранил пол головой, с криками ужаса исчез из тупика. Второй же попытался отползти, но уперся в стену, затрясся и потерял сознание, обмочившись. Кажется, у меня не получиться избавить Арги от репутации отмороженных хищников. Ну, и ладно, пусть боятся. Страх будет держать их на расстоянии, пока мы не накопим силы.

– Будешь? – Протянул я Кире оставшийся кусок сердца.

Она кивнула и забрала его. А пока она доедала, я вылизал ладонь от остатков крови и обшарил тело главаря. Не очень-то быки богаты. Пачка, выглядевшая внушительно, оказалась сплошь из купюр маленького номинала, а других денег у местной гопоты не было, поэтому я добавил к трофеям кусок мяса, выдранный из руки поверженного главаря. Нет, я не собираюсь специально жрать разумных, но так как я его уже убил, то не пропадать же добру. К тому же я с утра не ел.

– Куда пойдем? – Спросил я Киру, когда доел.

– Не знаю. – Она пожала плечами и слизнула с моей морды остатки крови. – Может в бар?

– Зачем нам в бар? – Спросил я.

– Ну, обычно там можно узнать всё необходимое. – Сказала Кира.

– Меньше верь фильмам. – Возразил я ей. – Но, в принципе, можно попробовать.

Места, подобные земным барам, на станции имелись. Мы отсеяли совсем дешевые заведения, и слишком дорогие, в которых ошивались одни холеные франты, и выбрали для себя заведение со не очень богатой публикой, которую, впрочем, нельзя было назвать отбросами. Войдя в злачное место, я окинул взглядом публику и выбрал в собеседники одиноко сидящего татана – они когда-то были под пятой Рари, но в отличие от гроранцев они не сотрудничали с захватчиками, за что подвергались репрессиям. Этим двухметрового роста прямоходящим ящерам с рудиментарными крыльями, из-за которых хотелось назвать их драконами, например, запрещалось селиться ближе сотни километров к городам Рари. Исключения делались только для обслуживающего персонала. Только их и еще нарони выделила поисковая система, как расы, имеющие зуб на Рари. Остальным было либо по барабану, либо они преклонялись перед Рари.

– Не помешаю? – Спросил я, подходя с бутылкой крепкого алкоголя к его столику. – Я угощаю.

Татан махнул рукой, приглашая нас присесть, и подставил стакан, показав когтем до какого уровня наливать.

– Я Псих. А это Кира. – Представил я нас.

– Таран. – Ответил он. Интересное имечко, интересно, он его оправдывает? – За что пьем?

– За то, что Рари все подохли. – Поднял я бокал. – Они были теми еще говнюками.

– Поддерживаю! – Он махом опрокинул стопку и даже не поморщился. – Но ты бы с такими речами поостерегся. На окраине-то ладно, но в центральных мирах, мигом загребут!

– Дурацкие порядки. – Поддакнул я, подливая ему в стакан. Сам-то я едва пригубил. Ну, вот не люблю я крепкий алкоголь, да и слабый почти не употребляю.

– Это все Гроран! – Ящер опрокинул очередной стакан.

– А зачем это им? – Спросил я, доливая ему пойла. – Все Рари сдохли.

– Они им поклоняются. – Сказал он и икнул, дернув крыльями. – Те якобы причастны к их появлению. – Он наклонился ко мне, сбивая мне нюх перегаром, и шепотом сказал. – А до этого они были тупыми животными с этими… как их там… бардосами.

– Барросами. – На автомате поправил я.

Оказывается они не волки, и не лисы, как показалось мне в начале. Они самые настоящие псы! А собака – друг человека. Скажи мне, кто твой друг и я скажу, кто ты. Иными словами, не лучшая рекомендация для меня.

– Барросами. Да. – Сказал Таран и постучал когтем по стакану, требуя добавки. – Те тоже были уродами.

– И как сильно отличается реальный облик Рари от того, что рисуют гроранцы?

– Небо и земля. – Так можно было перевести его слова. – Торлиг много знал об этом. Он знал о Рари больше, чем кто бы то ни было!

– И где он сейчас? – Спросил я.

– Где можно оказаться, если говоришь правду о Рари? – Задал он риторический вопрос. – В тюрьме конечно!

– В какой тюрьме? – Я осторожно поинтересовался.

– В какой тюрьме? – Повторил он. – У Гроран только одна тюрьма.

После этих слов он, не дождавшись, когда я долью выпивки в его стакан, схватил бутылку, вылакал всё из горла и вырубился. Видимо сильно встревожила его судьба Торлиг. Ну, да ладно, мы легко узнали координаты планеты-тюрьмы в инфосети. Остается вернуться на корабль и обсудить с Клыком план по освобождению сидельца. Вот только…

– Где мой корабль?! – Прокричал я, заходя в пустой док.



Глава 16

– Где мой корабль?! – Я выбежал из дока и схватил за грудки работника станции – гуманоида, так напоминающего классических зеленых человечков, но только серого цвета.

– Каждый сам отвечает за сохранность собственного имущества. – Проблеял тот. – Вам сообщили это перед тем, как вы прибыли.

– Именно! – Согласился я. – И если бы кто-то посмел сунуться к моему кораблю, то я нашел бы несколько разорванных в клочья тушек. Но я не вижу ни их, ни корабля! А значит, это ваша работа!

Я не мог просто ошибиться доками. Вон та тележка с контейнером как стояла, так и стоит себе дальше, вот царапина на металле напротив выхода из дока, на которую я сразу обратил внимание. Клык не сообщал о попытке проникновения, а это значит, что он не заметил подвоха, либо заблокирован. И то и то, означало, что в этом замешаны хозяева станции. Доки, знаете ли, сами по себе не перемещаются.

– Я не могу вам ничем помочь. Это только ваша вина, и ничья более.

– Моя вина?! – Прокричал я и кинул гуманоида в стену. – Моя вина?! Я тебя, гадёныша, сейчас пристрелю.

– Оружие в доках не действует… – Он попытался меня переубедить. Я не стал с ним спорить, а просто достал револьвер и выстрелил ему в ступню, превратив ту в месиво из раздробленных костей и разорванной плоти.

– Странно. – Произнес я. – Всё работает. Опять ты мне соврал. – Я подошел к серому и наклонился над ним. – Где корабль, гнида! Отвечай, или я откушу тебе твою пустую башку!

– Твой корабль конфискован. – Раздался сзади голос. – За нарушение правил.

– Каких правил?! – Удивился я, рассматривая гуманоида важного вида в окружении четырех охранников. – Мне было прямо сказано, что тут нет никаких правил.

– Неписаных правил. – Уточнил важный тип.

– Ах, неписаных. – Произнес я язвительным тоном. – А ты, значит, тут самый главный?

– Нет, но…

– Значит массовка нам ни к чему. – Перебил я его и перебил его охрану, но теперь в другом смысле этого слова.

– Ты что себе позволяешь?! – Выкрикнул он.

– Да я, вообще, что хочу, то и ворочу. – Заявил я, перезаряжая револьвер, пока Кира взяла на прицел напыщенного придурка. Стреляные гильзы я поместил на опустевшие места в патронташе. Нечего оставлять такие улики, а то еще прекратиться наша монополия на огнестрел. – А сейчас я хочу получить мой корабль обратно! И я его получу, даже если для этого мне придется разнести всю станцию.

Я приближался к гуманоиду, и стоило мне только выйти из коридорчика между двумя соседними доками на улицу, как по мне открыли огонь притаившиеся за углом вооруженные собратья главнюка. Пришлось убираться обратно и прижаться к стенке, прячась от огня, но шкуру мне всё-таки подпалили. На правом плече ожог овальной формы, с горелой шерстью по краям. Зацепило, хорошо хоть только вскользь. Ну, и еще руна защиты от огня помогла.

– Стой, скотина! – Прокричал я вслед гуманоиду, который не преминул воспользоваться суматохой, чтобы дать деру. – Гребаная цивилизация! Стоит только выбраться в свет, как нас пытаются обокрасть или убить.

Огонь неприятеля не прекращался, и стена заметно нагрелась, так что мне пришлось отползти от края, дабы не зажариться до хрустящей корочки. Никакого шанса проскочить, просто таки стена из плазмы, преграждает путь.

– Нужен отвлекающий маневр. – Пробормотал я себе под нос.

– Да легко. – Ответила Кира, работника станции, который все еще прятался за стойкой терминала, и выкинула его из коридора.

– Прекратить огонь! – Прозвучала запоздалая команда. Бедолаге-то уже все равно, от него только и осталось, что пара угольков.

– Рванули. – Послал я мысленную команду Кире.

И мы, собственно, рванули с места, по пути подхватив оружие охранников. Такой скорости враг от нас явно не ожидал, хоть по нам и открыли снова огонь, но противники сильно опаздывали, и их выстрелы попадали туда, где нас уже не было. Сами же они не могли похвастать такой подвижностью и были перебиты в течение нескольких секунд. Все, кроме одного, судя по отличающейся форме, офицера, рванувшего прочь от нас вдоль по опустевшей улице, на ходу баюкая руку, обожженную расплавившимся оружием. Наивный, думал, небось, что я целился в него, а попал в его плазмер. Но я специально оставил его в живых. Пусть проводит нас, а то сами мы не местные, дороги не знаем.

Мы дали ему оторваться от нас и, подобрав запасные батареи к плазмерам, двинулись, ведомые острым запахом страха, оставленным сбежавшим офицером. След уходил вглубь защищенного периметра, ощетинившегося стволами тяжелых орудий.

– Внутрь они не стреляют. – Сообщила Кира, внимательно осмотрев тяжелые турели.

– Тем лучше нам, и хуже им. – Сказал я, кровожадно оскалившись.

Мы подошли, как можно ближе, укрываясь от оборонительных систем за стенами станционных магазинчиков и забегаловок. А потом, петляя как пьяные зайцы, стремительным спринтом сократили дистанцию и прыжком, казавшимся мне ранее совершенно невозможным, перелетели через стену, еще в воздухе открывая огонь по скопившимся во дворе миникрепости бойцам местного авторитета.

Выстрел, другой, третий, приземление на спину одного из серых, сопровождающееся хрустом костей последнего. Во дворе турелей не было, а толпа гуманоидов скорее мешала сама себе, постоянно оказываясь на линии огня друг у друга. Последний выстрел в батарее ушел на серого, пытающегося с балкона прицелиться в Киру, после удар прикладом в голову слишком близко подошедшего бойца. Плазмер хоть и не предназначен для рукопашного боя, но приклад у него достаточно крепкий, по крайней мере, крепче, чем лбы у серых. Чего нельзя сказать о стволе, который остался в теле охранника, попытавшегося подойти ко мне со спины. Я бросил сломанное оружие, подобрал с земли другое и направился к входу в особняк. Снаружи живых, кроме нас, уже не было.

– Приятного аппетита. – Судя по окровавленной мордашке, Кира успела пустить в ход клыки. Точно, я разглядел среди лежащих во дворе тел несколько с разорванным горлом. А у одного даже откушена рука, которая сейчас торчит из задницы другого охранника. Тот был еще жив, но сейчас ему явно было не до нас. – А это еще зачем? – Спросил я, указывая на рукожопого.

– Он меня нехорошим словом обозвал. – Ответила она.

– И каким же, интересно? – Поинтересовался я.

– Я не расслышала. – Кира пожала плечами и открыла дверь особняка.

Внутри было на удивление пусто. Неужели все охранники полегли во дворе? Мы шли по коридорам особняка, уставленным разнообразными предметами роскоши. Смешение разных стилей, принадлежащим, как я подозреваю, абсолютно не похожим расам, у каждой из которых своё представление о прекрасном, превращало особняк в образец ужасной безвкусицы. Ну, совершенно не гармонируют друг с другом золотая статуя, которую я сначала принял за унитаз, каменный истукан и картина, изображающая, судя по всему, сношение склизких клубков щупалец. Если денег до хрена, дизайнера бы нанял что ли.

– Отвратительно. – Кира была со мной солидарна в отношении вкуса хозяина особняка.

– Тогда, может быть, вы поможете мне обставить моё родовое гнездо? – Раздался ехидный голос из динамиков, скрытых где-то в стенах.

– Тебя сейчас должно волновать только дизайн собственного гроба. – Прокричал я. – Где мой корабль, тварь?!

– Зачем же так грубо? – Раздалось в ответ. – Поднимайтесь ко мне в кабинет, и мы все обсудим, как цивилизованные существа.

У меня уже аллергия на цивилизацию. Точнее, на её верных спутников – обман и предательство. Но мы в любом случае собирались повидаться с местным начальством. А тут оно само предлагает встречу.

– Здесь направо. – Раздался голос, когда мы поднялись на второй этаж. – Теперь налево.

Перед нами открылась дверь, и мы увидели кабинет, обставленный еще более отвратительно, чем остальной особняк, и сидящего за столом – явно принадлежавшем другой, более высокой, расе – ужасно толстого гуманоида. Он сидел на чем-то, чего не было видно под складками жира. Поскольку больше никого в кабинете не было, а хозяин поместья не был вооружен, мы смело вошли внутрь. За что и поплатились. Надо было пристрелить его сразу, а мы расслабились, завидев это жирное нечто, и спустившиеся с потолка механические руки защелкнули металлические ошейники на наших шеях.

– Ах, ты ж, сука! – Я потянулся за револьвером, но удар тока заставил все мышцы скрутиться в судорогах, и я повалился на пол.

– Теперь вы моя собственность, как и ваш корабль. – Нагло заявил серый.

– Ошибаешься! – Ответил я. – Я не твоя собственность, я твоя смерть!

Пока жирная туша колыхалась от смеха, я, отойдя от электрошока, нащупал пальцами под ошейником металлические контакты.

– Попробуешь снять – умрешь. – Туша заметила мои телодвижения.

– Хер тебе! – Мотнул я головой и пропустил между контактами, зажатыми в пальцах ток, на который эта поделка не была рассчитана.

Ошейник задымил и ощутимо нагрелся, в воздухе витал запах горелого пластика. Под ошалелым взглядом гуманоида я проделал то же самое с ошейником Киры, который она не преминула разорвать, сорвал свой.

– Тебе конец! – Прокричал я, отрывая руку с новым ошейником.

– Мы можем договориться. – Затрясся жирдяй.

– Не можем! – Я запрыгнул на стол перед ним. – Где мой корабль!

– Я скажу, скажу. – Затрясся он. – Но только если ты меня оставишь в живых!

– Нет! – Не согласился я. – Это предложение уже недействительно! Но я обещаю, что убью тебя быстро и безболезненно! Где?! – Рявкнул я ему прямо в лицо, даже несколько капель слюны брызнули на кожу гуманоида.

– Я не скажу! – С вызовом бросил он, изображая показную храбрость. О том, что она именно показная, говорил отвратный запах экскрементов, повисший в воздухе.

– Ты знаешь, что такое сало? – Спросил я его. – Нет? Я расскажу. Сало это такой деликатес, что древний народ, именуемый Хохлами, получали из свиней. Это такие жирные существа очень похожие на тебя. Первым делом, их забивают, но этот момент мы пропустим и перейдем сразу к опаливанию шкуры. Кира, ты мне не поможешь?

Кира подошла ближе к туше, ободряюще улыбнувшись ей, и струя пламени, вырвавшаяся из её ладони, обожгла кожу серого. Теперь к и без того неприятному амбре добавились и нотки паленой шкуры, а уж какой раздался визг! Уши свернулись в трубочку, причем в прямом смысле, ибо так чуть-чуть тише.

– Я закончила! – Сказала Кира, и я смог вернутся к экскурсу в народную кухню Украины.

– Вторым пунктом идет разделка туши. – Сказал я и провел когтем по телу вора, оставив глубокую царапину, кровь из которой тотчас же залила пузо серого. – Надо выбрать самые вкусные куски. – Продолжал я экзекуцию. – А потом их засолить. – Соли рядом не было, но я схватил со стола пузырек с каким-то порошком и высыпал его в рану.

– Я скажу, скажу… – Смог сказать гуманоид, как только перестал кричать. – Док просто сместился на уровень ниже!

– Вот, и стоило изображать героя? – Спросил я и выстрелом из плазмера поставил точку в нашей беседе.

– Стой! – Не дала мне Кира выйти из кабинета. – А сало?

– Брось. – Махнул я рукой. – Он же не выхолощенный, вонять будет.

Мы покинули гостеприимный особняк, напоследок сломав плазменные орудия, дабы они не ударили нам в спину, и направились обратно к доку. Трупы так и валялись посреди улицы, да и посетители станции не спешили возвращаться на ставшие зоной боевых действий улицы. Ну, хоть подкреплений противника не появилось, так что мы спокойно дошли до дока и спустились на уровень вниз, по техническим туннелям, пробив вход в них плазмером на максимальной мощности, благо включить блокирующее поле было некому.

Перед доком, в котором находился Клык, дежурила пятерка бойцов жирдяя. Правда, это я узнал уже позже, когда приподнял дверь, заметив торчащий из-под неё ствол плазмера. Дверь эту мы выбили согласованным ударом задними лапами. Лень было с замком возиться.

– А вот нечего в проходе стоять. – Сказал я еще живому охраннику. – Какой код?

В ответ он плюнул в меня кровавым сгустком.

– И чего сегодня все такие гордые? – Спросил я, вытирая плевок. – Прямо-таки герои, все как на подбор. Не хочешь – не говори. – Сказал я и уронил дверь обратно.

Пройдя, само собой по двери, к люку, ведущему в док, я зарядил в плазмер новую батарею и потратил её на один единственный выстрел, наплевав на предупреждение о перегрузке. В двери образовалась дыра, в которую стал уходить воздух, слева опустилась переборка, отделяя коридор от основного объема станции.

– Скафандр. – Крикнул я Кире, доставая из кармана свой.

Активированный скафандр тут же растекся по телу, образуя тонкую пленку. Голова пока была открыта, пока оставалось достаточно воздуха для дыхания. Я взял плазмер у Киры и, задержав дыхание, выстрелил в люк еще раз. Воздух устремился в док сквозь увеличившуюся дыру, и нас вынесло потоком. Голову мою окутала прозрачная пленка шлема, она может поддерживать требуемое давление, не давая космическому вакууму разорвать наши легкие, но воздух у нас остался только тот, что мы успели вдохнуть. Поэтому действовали мы быстро: расстреляв из револьверов, неизвестную аппаратуру, которой в доке быть не должно, мы запрыгнули в приветливо распахнувшийся шлюз.

– Клык, технически совершенный ты наш, как так случилось, что тебя угнали? – Спросил я, снимая скафандр, как только воздух в шлюзе стал пригоден для дыхания.

– Меня не угнали, меня зажали щитами. – Пояснила мне голограмма. – Аннигилятор я не мог использовать, дабы не взорваться самому, лазеры только пробили ворота, выпустив воздух, а турели не брали щиты. Улететь я тоже не мог, не дождавшись вас. А ваши коммуникаторы были заблокированы.

– Ладно. – Подытожил я. – На первый раз отмазался.



Глава 17

– Какого черта тюрьма находиться в Запретной Зоне? – Спросил я Клыка, когда мы покинули систему с очередной негостеприимной станцией, и я смог-таки ознакомиться с полученной из станционной сети информацией.

– Видимо, не хотят, чтобы преступники мозолили глаза добропорядочным гражданам. – Заметила Кира.

– Или проводят эксперименты. – Сказал я и пожал плечами.

– Это не совсем так. – Подал голос ИИ. – Планета находиться в ведении главы одного из самых сильных кланов в игре «Вселенная». И тот использует заключенных в собственных целях. В основном для нудной монотонной работы, вроде крафта предметов.

– Хочешь сказать, – Спросил я его. – что кто-то, имеющий в собственности целую планету, не нашел ничего лучше, чем использовать её для игрушек?

– Мне непонятно твое пренебрежение. – Возразил Клык.

– Да тебе много чего непонятно. – Заметил я. – Отправил бы их добывать руду, или еще что? А вместо этого он организует развлечение для всякого сброда. Там же наверняка не только вольнодумцы, но и всякие воры, убийцы, насильники.

– Руду могут добывать дроны. – Ответил искин. – А насчет развлечений ты не прав. За несколько лет подобной работы мозги заключенных разжижаются, и те превращаются в овощ.

– Всё равно. – Отмахнулся я. – Далась ему эта игра. Он что ли ЧСВ своё тешит? Я папка, я нагибатор, а вы все нубы позорные. Так?

– Не так. – Опять он со мной не согласен. Разберу жестянку на запчасти! – Вещи в игре, созданные сидельцами, он продает за реальные деньги.

– И много тех донаторов, что ведутся на такое? – Спросил я его.

– А много ты видел существ на станциях? – Задал Клык встречный вопрос.

– До хрена! – Ответил я. – Слишком много.

– Слишком мало. – Возразил мне Клык. – Население станций, подобных тем, где мы побывали, доходит до нескольких миллиардов, а на планете порой проживает до триллиона разумных.

– И где же они все? – Спросил я. – Согласен, народу на улицах станции было много, но на миллиард никак не тянет.

– Около 50% всего населения – Ответил искин. – безвылазно находится в капсулах полного погружения. А остальные проводят в виртуале до двух третей свободного времени. За виртуальные ресурсы порой разворачиваются битвы покруче, чем за реальные. Ведь в любой системе можно найти практически все элементы, что требуются для производства.

– Откуда у тебя такая информация? – Спросил я. Для того, кто столько времени провел в изоляции он слишком много знает.

– Мой предыдущий, скажем так, владелец очень любил зависать в игре. – Пояснил Клык. – Там он зарабатывал деньги, которые позже тратил на пополнение своей коллекции.

– Если все торчат в игре, то цивилизация должна прийти в упадок. – Заметил я.

– Так и есть. – Согласился ИИ. – Просто из-за размеров Галактического Содружества это не так заметно. Но я не могу не заметить, что самая передовая техника сегодня та, что осталась от Арги и Рари, а современные образцы с каждым годом становятся все хуже.

– Тут я с тобой солидарен. Но почему я нигде не видел этих самых капсул?

– Мы на окраине. – Пояснил Клык. – Тут собрались отщепенцы, беглецы, отбросы и просто те, кто занимается не совсем законными делами. Им путь в общую сеть заказан.

– И как скоро Галактическое Содружество достигнет дна? – Поинтересовался я.

– Примерно через пару тысяч лет. – «Обрадовал» он меня. – Империя Гроран продержится дольше, так как у них сильны старые традиции и жесткая автократия, требующая от своих жителей абсолютного подчинения и полной отдачи в труде на благо государства. И под трудом понимается только реальный труд, а не виртуальный.

– На фиг этих псов! – Воскликнул я. – Скажи лучше, как нам найти Торлиг.

– Я знаю не больше твоего. – Ответил мне Клык. – Списки заключенных и планы тюрем обычно не выкладывают в свободный доступ.


***

Через четыре дня мы достигли системы, в которой располагалась планета-тюрьма, и теперь висели поблизости от цели, прикрытые работающей системой маскировки. Ну, планета и планета, ничего особенного, местами зеленые леса, местами серые города, точнее места для содержания заключенных, местами синие пятна морей и океанов. И над всем этим проплывают облака… и несколько орбитальных крепостей, прикрывающие планету от вторжения.

– И какие будут планы? – Спросила Кира, оторвавшись от созерцания увеличенного изображения города, проплывающего сейчас под нами.

– Без понятия. – Пожал я плечами. – В вопросе организации побегов я совершенно не Копенгаген.

– Может, не компетентен? – Поправил меня Клык.

– Это ты не компетентен, а я – не Копенгаген. – Возразил я. – Ты же не будешь утверждать обратное?

– Почему это я не компетентен? – Возмутился ИИ.

– Ну, так предложи что-нибудь. – Я решил взять его на слабо. Пусть манера общения у него изменилась, но он всё ещё не предлагал помощи, а ждал, пока я его об этом не попрошу.

– Я могу влезть в переговоры между планетой и станциями и вызнать их коды, а после этого воспользоваться ими для проникновения в базу данных по заключенным. – Он, сам того не зная, озвучил практически полный план дальнейших действий.

– Ну, так действуй! – Скомандовал я.

– Обмен сообщениями между станциями недостаточный для взлома, к тому же нас заметят.

– В таком случае. – Ответил я и, взявшись за рукоятки управления, направил корабль к ближайшей крепости. – Я сейчас убью двух зайцев одним тапком. Во-первых, сделаю так, что обмен данными резко увеличиться, а, во-вторых, они нас не просто заметят… Они нас не забудут! – Сказав это, я выстрелил из аннигилятора по крепости, отчего та окуталась пламенем, а когда оно утихло, то лишь два больших обломка – всё что осталось от оборонительной станции – уплывало в противоположные стороны.

– Так лучше. – Прокомментировал мои действия ИИ.

– Всегда пожалуйста! – Ответил я и, отключив системы маскировки, направил фрегат к планете.

В такой ситуации я не стал полагаться на ручное управление и перешел на ментальное. В ту же секунду я ощутил на своей шкуре злобные взгляды орудий системы ПКО. Ракеты были нам не страшны, благодаря быстрым и точным орудиям в турелях Клыка, сбивающим смертоносных птичек на безопасной дистанции. А от лазеров я укрылся, нырнув к самой земле. Нас попытались было достать истребители, но атмосферные машины попросту не могли угнаться за быстроходным фрегатом.

– Кира, рули. – Передал я ей управление.

– А ты куда?! – Воскликнула она.

– Пойду, прогуляюсь.

Я вышел из рубки и прошел в каюту, где быстро облачился в скафандр – полную версию, обеспечивающую максимальную защиту не только от условий открытого космоса, но и от ручного оружия. Взяв оружие – только огнестрельное, энергетическое наверняка будет заблокировано – я вышел из каюты и вернулся в рубку.

– Ты узнал, что нам надо? – Спросил я корабля.

– Да. – Ответил он. – Загружаю маршрут в твой скафандр.

– Отлично. – Сказал я и обратился к Кире. – Высади меня поближе, а потом поиграй с этими салагами в кошки-мышки.

– Есть, капитан! – Дурачась, ответила она. – А я кошка или мышка?

– Кошка. – Ответил я. – Но они должны думать, что мышка. До тех пор, пока не придет пора меня забирать.

Я вышел в шлюз, ожидая сигнала от Клыка. И когда он поступил, выпрыгнул из корабля, который Кира практически притерла к земле, приземлившись в густые зелёные кусты, и затаился, ожидая пока погоня не пролетит надо мной. Пусть костюм и обладает способностью к мимикрии, но лишний раз рисковать не стоит. По крайней мере, не на этом этапе.

Город, содержащий в своей утробе миллионы заключённых и немногочисленную охрану, раскинулся на западе от меня, черной кляксой запятнав зелёную равнину. Шлем по моей команде свернулся обратно в горб системы жизнеобеспечения. Теперь я могу пользоваться собственными органами чувств, в дополнение к датчикам скафандра, выводившим информацию прямо на прозрачный экран перед моим левым глазом и гарнитуру-клипсу на левом же ухе.

– Кира, как дела? – Позвал я её мысленно.

– Усё зашибись! – Пришёл ко мне её ехидный ответ. – Эти псы шелудивые вообще летать не умеют.

– Не увлекайся. – Предостерег я её и потрусил в сторону города.

Оборонительных орудий у данного пенитенциарного учреждения не имелось. Видимо, они целиком и полностью полагались на высокую стену, преодолеть которую для тренированного арги не представляло никакого труда. Одним прыжком я достиг середины, а потом пополз, используя металлические когти костюма, с легкостью впивающиеся в материал стены.

– Я внутри. – Сообщил я, преодолев стену, и сверился с картой.

– Мне скучно. – Пришёл ответ от Киры. – Я парочку сбила, и они теперь боятся приближаться.

– Ну, разнеси там что-нибудь. – Посоветовал я ей.

В этот момент над городом разнёсся вой тревожной сирены. Скрываться больше не было смысла, видимо есть у них датчики на стене. Поэтому я решил действовать быстро и спрыгнул со стены, приземлившись на плечи охраннику-гроранцу, под аккомпанемент его ломающихся позвонков. Подобрав оружие, выроненное псом, я повертел его в руках, а потом выбросил бесполезный шокер прочь. Я сам себе шокер, причем мощнее этой игрушки.

Сзади раздался голос другого охранника, заметившего своего мертвого коллегу, но я уже нёсся по улочкам города, отстреливая из автомата попадающихся мне на пути охранников. Какое замечательное оружие сделала Арна! Тот же бронебойный патрон пятидесятого калибра, что и у моего револьвера, но навеска пороха несколько больше, что в купе с длинным стволом обеспечивает большую начальную скорость. Тяжелая и быстрая пуля прошивает бронежилеты охранников, приспособленные для отражения воздействий плазмы или лазера, поражая несколько стоящих друг за другом противников. И при этом эргономичные рукояти обеспечивают поразительное удобство, глушитель оставляет лишь легкий хлопок, а компоновка булл-пап позволяет использовать оружие и в помещении без потери подвижности. Да и еще ёмкий магазин на сорок патронов, хоть и несколько великоват – при таком-то калибре это и не удивительно – но, тем не менее, перезарядка не занимает много времени, из-за удобного магазиноприёмника.

Я добрался до нужного мне здания и, приложив откушенную по пути руку охранника к сканеру отпечатков, открывшему мне двери, вошел внутрь. Двое охранников у ворот быстро упокоились, получив по пуле в голову, а вот дальше меня уже ждали. Пятеро более сообразительных собак забаррикадировались, перевернув стол поперек коридора, и спрятались за ним, ведя беспокоящий огонь из плазмеров, выставив их над укрытием.

– Тоже мне укрытие. – Произнес я, усмехнувшись в усы, и выпустил короткую очередь.

Перед столом мелькнул силовой щит, останавливая пули. Хитрожопые собаки притащили откуда-то мобильный генератор. Я выпустил в них гранату из подствольного гранатомёта, дабы увидеть границы щита. А после вложил оружие в захват на спине и, взяв разбег, выскочил в коридор. Почуявшие неладное охранники открыли шквальный огонь, но я не собирался бежать на пулемёты в штыковую. Вместо этого я, воспользовавшись тем, что имел уже немалую скорость, добавил ускорения от рун и, прыгнув на стену, оттолкнулся от неё и, совершив ещё один толчок от противоположной, оказался на потолке. Всего на долю секунды, а потом, резко оттолкнувшись двумя лапами, вбил себя в щит, продавливая его своим весом. Генератор отключился от перегрузки, и теперь я был внутри импровизированного укрытия. Первый рванувшийся ко мне охранник получил хук слева и упал, с разорванным когтями костюма горлом. Второй попытался поднырнуть под руку, и удар лапой отправил его в полёт, закончившийся на третьего. Четвертого и пятого я просто схватил за их черепушки и стукнул их друг о друга с такой силой, что кость не выдержала и расплескала содержимое по полу. Всё это заняло несколько секунд, и двое оставшихся в живых ещё не успели подняться. Бить лежачих не принято, поэтому я их просто пристрелил из плазмера, подобранного с пола.

– Ненавижу собак. – Пробормотал я под нос, вновь сверяясь с картой. – И собачников, которые за ними не убирают. Каждый год не весна, а восстание дерьма какое-то.

Дальнейший путь прошел без приключений, видимо, все, кто здесь был, остались позади или попрятались по углам, и я добрался до зала, до потолка уставленного рядами капсул с покоящимися в них существами. Или не совсем покоящимися. Некоторые дергались, словно в судорогах.

– Клык. – Сказал я в гарнитуру. – В какой капсуле?

– Второй ярус, ряд 543, капсула 120. – Донеслось в наушнике.

Я поднялся на второй ярус и побежал вдоль рядов, в поисках нужного. Вышел я возле трёхсотого ряда, и мне пришлось пробежать почти полкилометра, пока я не достиг ряда номер 543, а потом еще сто метров до нужной капсулы. Наконец я добрался до зависающего в игре дракона красно-желтой масти и встал, уставившись на экран капсулы, требующий ввода пароля.

– Клык. – Снова пришлось обращаться к кораблю. – Эта железяка пароль просит.

– Просто повреди капсулу. – Ответил мне искин. – Это запустит аварийный протокол, подразумевающий пробуждение арестанта.

– И вызов аварийной команды. – Пробурчал я под нос, но всё-таки послушал Клыка и выстрелил в пучок проводов позади капсулы, исходящий из общего пучка большего размера.

Заискрило, задымило, видимо пуля что-то закоротила, экран капсулы покрылся предупреждающими сообщениями, и жидкость из неё стала уходить. Щелкнули крепления крышки, и я, ухватившись за её край, потянул на себя, открывая саркофаг. Татан слабо шевелился, и я, поняв, что он пытается снять маску, помог ему с ней, а после стал отсоединять датчики от его тела. Несмотря на шевеление, дракон в себя пока не пришел, оставаясь в плену виртуальной реальности, поэтому я, скомандовав перчаткам втянуться в скафандр, прикоснулся к его морде голыми лапами.

– Эй, Торлиг. – Похлопал я его по щекам. – Проснись и пой. Очнись! – Рявкнул я и отвесил ему пощечину.

Это сработало, он открыл глаза и попытался шагнуть из капсулы, но вместо этого обмяк и упал бы на пол, если бы я его не подхватил.

– Ты – Торлиг? – Снова спросил я его, поддерживая подмышки так, чтобы его голова была напротив моей. Он был чуть выше меня, и его лапы с тремя большими когтями, безвольно обмякнув, лежали на полу.

– Да. – Тихо-тихо ответил он.

– Чудно. – Воскликнул я. – Ты пойдешь со мной.

Я закинул его на плечо, благо он был очень легким сам по себе, да и сидение в капсуле не прибавило ему здоровья, и теперь сквозь кожу с потерявшими блеск – а кое-где и выпавшими – чешуйками проступали рёбра, а крылья болтались на спине, словно мокрые тряпки. Обратный путь к двери занял чуть больше времени, но хоть новых охранников не появилось. Как оказалось, они все ждали меня на улице.

– Кира, лети сюда, тут многовато собак на меня одного. – Позвал я её, разглядывая в щель между приоткрытой дверью и косяком многочисленных охранников, ожидающих моего выхода.

– Не могу. – Ответила она. – По мне орбитальная крепость лупит, не жалея никого. Мне-то всё равно, но тебя поджарит.

– Тогда очисти мне дорогу, а как быть дальше – придумаем позже.

– Скоро буду. – Ответила она.

А я посадил ящера на стул в дежурке возле двери и принялся ждать.

– Как мне тебя отблагодарить? – Спросил ящер. – Я много умею.

– Хех. – Усмехнулся я. – Спасибо за предложение, но я предпочитаю самок.

– Я самка. – Ответил… ответила Торлиг. – И я не об этом.

– Да вас ящеров не разберешь. – Махнул я рукой. И ещё этот долбанный общий язык, где не поймешь, о существе какого пола идет речь. Правда, в галактике встречаются и бесполые, и обоеполые существа, и есть даже виды, у которых больше двух полов требуются для зачатия. – А что касается благодарности, то я тебя вытащил не просто так. У нас возникла проблемка с барросами.

– Ну, так уничтожили бы их вместе с планетой. – Сказала дракоша. – Я-то тут причем?

– Притом, что они окопались на Раринго. – Ответил я, наблюдая, как её глаза расширяются.

– Как вам удалось отыскать её? Её координат никто не знает.– Воскликнула она, а потом добавила. – А, ну, да вы же арги. Я считала, что вы вымерли.

– Это мы потом обсудим. – Сказал я, расслышав, как снаружи пронёсся мимо мой фрегат.

– Я сама могу идти. – Сказала Торлиг, когда я попытался взять её на плечо.

– Не так быстро, как требуется. – Ответил я и закинул ящерицу на плечо.

Я вышел из здания, отметив, что Кира решила не мелочиться и пропахала улицу огнём лазера. Спасибо, что из аннигилятора не жахнула. Я потрусил в сторону, откуда пришел, заметив вдали вставшую огромным фонтаном землю в месте попадания орбитального лазера.

– Сзади погоня. – Раздался голос Торлиг.

Я обернулся и поднажал, заметив несущихся в мою сторону охранников. К счастью стену Кира тоже разнесла, и мне не пришлось тратить время, чтобы вырваться из города в окружающие его поля.

– Кира! – Вновь позвал я её. – Забирай нас.

Вместо неё ответил Клык, прислав мне карту, с отмеченной точкой встречи. Сзади раздался шелест шин, и мне пришлось еще прибавить скорость, хотя до этого казалось, что дальше некуда.

– Берегись! – Крикнула дракоша.

Я резко вильнул в сторону, заряд плазмы пролетел мимо и, попав в холмик, превратил его в ямку.

– Стрелять умеешь? – Спросил я Торлиг, не сбавляя скорости.

– Да. – Раздался её голос.

– Тогда стреляй. – Ответил я, отключая захват на спине.

Автомат упал ей в руки, и она открыла огонь по преследователям. Хорошо, что на мне скафандра, потому что в качестве упора Торлиг решила использовать мою спину. Не думаю, что она в кого-то попала, но погоня чуть отстала. Точка встречи приближалась, и каким же удивлением для меня стало то, что в месте, где должна была встретить меня Кира, было только глубокое ущелье.

– Кира! Тут яма! – Вновь мысленно прокричал я. – Большая.

– Прыгай, я поймаю. – Пришёл мне её ответ.

– Торлиг, ты летать умеешь? – Спросил я.

– Это рудимент. – Ответила она. – Можно только планировать, и то только при более низкой гравитации, а что?

– То! – Ответил я, разгоняясь ещё быстрее за счёт рун. – Держи их при себе, чтобы не тормозили.

– Что?! – Удивилась она.

Но я уже достиг края и прыгнул. Из-за спины раздался визг Торлиг, разглядевшей речку с бурным течением на дне ущелья. Согласен – красиво, но это не повод так бурно выражать свои эмоции. Мы на мгновение зависли в верхней точке прыжка, как появился Клык, который Кира умудрилась вести боком, с раскрытым кормовым люком трюма, обращенным в нашу сторону. Мы влетели внутрь, я пробежал по полу несколько метров, гася скорость, остановился и поставил всё ещё вопящую Торлиг на пол.

– А? – Она перестала кричать и открыла глаза. – Мы живы?

– Живы, живы. – Успокоил я её.

– А я уж подумала, что ты решил на ту сторону перепрыгнуть.

– Там не так уж далеко. – Пожал я плечами. – Без тебя бы точно допрыгнул.

– Валим отсюда? – Раздался голос Киры из динамиков. Видимо, это сказано и для Торлиг, иначе, зачем ей говорить на общем языке.

– Валим. – Подтвердил я. – Только с хозяевами попрощаемся.

– Само собой! – Видеть я её не мог, но знал, что сейчас она улыбается своей фирменной кровожадной улыбкой, не предвещающей гроранцам ничего хорошего.



Глава 18

– Я правильно поняла ваш план? – Спросила Торлиг, сидя на диване в кают-компании. – Вы собираетесь высадиться на Раринго, не имея ровным счётом никакой информации о планете, в надежде отключить ПКО, а потом разнести всё с орбиты?

– Не совсем. – Ответил я, попивая кофе. А вот дракоша кофе не получит, нет. Она от него приходит в крайнее возбуждение и начинает домогаться до единственного самца на борту. То есть – меня. А рептилии не в моём вкусе. – Информацию нам предоставишь ты.

– Я? – Удивилась ящерица. – Нет, я, конечно, благодарна за спасение и всё такое, но я никогда не была на Раринго.

– Ну, не будет информации, значит, будет сумочка. – Пожал я плечами.

– Какая сумочка? – Опять спросила Торлиг.

– Из крокодиловой кожи. – Пояснил я. Если бы она ещё знала, кто такой крокодил. – Нам тебя рекомендовали, как лучшего специалиста по Рари, с непредвзятым мнением о них.

– Да, я согласна, что Рари ублюдки. Но информации о них у меня нет.

– Совсем нет? – Уточнил я. – Не может такого быть, чтобы у тебя ничего не было. Тебя же посадили не зато, что ты ругала Рари?

– Нет. Не за это. – Неохотно ответила она.

– А за что? – Продолжил я напирать.

– За взлом.

– Мне из тебя по одному слову тянуть?

– Ладно. – Она вздохнула и протараторила: – Я взломала информационное хранилище империи Гроран и стянула оттуда всю информацию о Рари.

– Так это же другое дело! – Обрадовано воскликнул я. – И где она?

– У меня дома. – Оказывается, я рано радовался.

– И тут тупик. – Допив остатки кофе, я с громким стуком поставил чашку на стол.

– Она в тайнике. – Поспешила Торлиг успокоить меня. – Её не найдут. К тому же она зашифрована. А ключ шифра разбит на две части. Один у моего мужа – Тарана. Нам придется его найти.

– Не придется. – Ответил я. – Он на станции Реда-5-а. Что? – Перехватил я её удивлённый взгляд. – Откуда, ты думаешь, мы узнали о тебе?

– Вот болтун. – Прокомментировала она поведение Тарана. – Опять, наверно, упился до синих джантов?

– Почти. – Уклончиво ответил я. Во-первых, я не знаю, кто такие джанты, во-вторых, не признаваться же ей, что это я его споил. – Клык, мы возвращаемся на Реда-5-а.

– Принято. – Раздался голос корабля. – Прокладываю курс.

– Хорошо. – Подвёл я итог. – А где вторая часть ключа?

– Вот тут. – Она показала себе на живот чуть ниже пупка. Если бы он у неё был.

– Вскрытие показало, что пациент умер в результате вскрытия. – Пробормотал я по-русски, дабы не пугать дракошу. А потом крикнул Кире. – Сестра, скальпель!

– Не надо скальпель. – Она подвинулась на диване ближе к спинке, а потом развела ноги.

– Ты кофе нанюхалась? – Спросил я, глядя на её телодвижения. – Я тебе говорил, что я однолюб?

– Успокойся. – Сказала она. – Накопитель внутри меня в специальном контейнере, который не виден на сканерах.

– И ты предлагаешь мне, засунуть руку куда? В клоаку? Яйцеклад? Что это?

– Это – влагалище! Хватит строить из себя тупого, скажешь, ты не знал, что татаны живородящие?

А что я могу сказать, если я, в самом деле, не знал? Ну, не вдавался я в такие подробности. Не любят Рари, килорододышащие – что еще надо? Пришлось стиснуть зубы и сделать дело. Просунул руку, нащупал что-то и потянул.

– Не то! – Прокричала Торлиг. – Дальше!

– Дальше, глубже, ещё, ещё! – Тут и так дело напряженное, так ещё и Кира подкалывает, подойдя сзади и жарко дыша мне в ухо. – Я смотрю, тебе это самому нравится? – Спросила она, опустив ладонь к низу моего живота.

– Ревнуешь? – Спросил я, вытаскивая руку с зажатым в ней контейнером, напоминающим по форме яйцо.

– Вот ещё! – Она подошла ко мне, забрала «яйцо» и отдала его Торлиг. А после лизнула мою мокрую руку. – А знаешь? Вкусно!

– А ничего, что я тут? – Обратила Торлиг внимание на себя.

– Ну, и сиди тут. – Ответил я, разворачиваясь и подхватывая Киру на руки. – А мы пойдём.


***

– Добро пожаловать на свободную станцию Реда-5-а. – Вновь автоответчик запел свою песню, стоило нам приблизиться к станции. – Входных и торговых пошлин нет, правил и запретов тоже нет. Одно «Но»: за сохранностью своего имущества и за целостность вашей тушки…

– Как вы посмели вновь явиться сюда?! – Раздался раздраженный голос, перебивший автомат. – Это после того, что вы натворили здесь в прошлый ваш визит?!

– А что мы натворили? – Искренне удивился я. – Всего-то следовали вашим указаниям и сами отвечали за целостность собственного имущества.

– Убирайтесь живо! – Орал приёмник. – Иначе вам не поздоровится!

– Не могу. – Честно ответил я. – У нас дела. Кое-кого заберём, и больше вы нас не увидите.

– Кого вы хотите забрать? – Спросил, чуть поутихнув, абонент с той стороны.

– Фи-фи. – Я последовал подсказке интуиции и назвал не Тарана, а скупщика, как единственного, чьё имя мы узнали.

– Ждите. – Ответил голос с той стороны. – Мы должны посовещаться.

Он отключился, а я уравнял скорости корабля и станции и, откинувшись в кресле, стал ожидать. Медленно текли секунды ожидания, скапливаясь в минуты, а от станции пока не поступило ни единого сигнала. Даже те корабли, что собирались причаливать, передумали и умчались прочь. Похоже, я малость перестарался, когда решил показать, что с Арги шутки плохи. Теперь нас боятся еще больше. Раньше-то мы были просто страшилкой, а сейчас вот они Арги, тут как тут.

– Это ваш друг? – Вновь вышел на связь неизвестный абонент. Только на этот раз по видеосвязи, так что я смог увидеть, что это был очередной серый гуманоид. – Больше вы его не увидите! – Один из подручных приставил ствол к башке связанного Фи-фи.

– Прости, Фи-фи. – Обратился я к нему. – Я знал, что они выкинут что-нибудь подобное, и сказал случайное имя, что услышал на улицах.

– Что? – Морда гуманоида вытянулась ещё сильнее.

– То! – Многозначительно ответил я. – По-хорошему мы, значит, не хотим? Ну, тогда будет по-плохому.

– Убейте его! – Прокричал гуманоид. – Два миллиона тому, кто принесёт мне его голову!

– Зря. – Ответил я и отключился.

И тут начался ад. Если до этого корабли покидали станцию и уходили прочь, то теперь из доков начали выскакивать один за другим боевые корабли, и все они преследовали одну цель – нас. Я переключился на ментальное управление и рванул корабль с места на максимальном ускорении, отходя подальше от станции. Кира, до того мирно болтавшая с Торлиг на кухне, процокав когтями по полу, примчалась в рубки и запрыгнула в кресло.

– Пошла потеха. – Заявила она.

Я не разделял её энтузиазма. Две сотни кораблей это много. Даже для фрегата Арги. Ещё не все корабли покинули доки станции, а система силовых щитов ощутимо нагрелась.

– Сбрось носовой щит и охладись. – Скомандовал я Клыку.

– Нельзя отключать щит, расположенный по ходу движения на такой скорости. – Прокомментировал он. – Нас прошьет насквозь мусором.

– Какова вероятность? – Спросил я его.

– Около одной тысячной процента. – Ответил он. – И есть еще космическая радиация.

– Уже не надо. – Ответил я.

Мы разогнались достаточно, чтобы оторваться от преследователей на расстояние, на котором в нас перестали попадать, и температура излучателей вернулась к нормальным значениям. Я выбрал группу врагов, где кораблей было поменьше и, развернувшись к ним носом, стал тормозить, пока Кира отстреливала их лазерами. Аннигилятор на таком расстоянии давал много холостых срабатываний, так что лучше потратить энергию накопителей на продолжительные импульсы.

Накопители опустели, и я отвернул от прежнего курса, расходясь с другой группой противника, пока накопители вновь не зарядятся. Теперь понятно, почему корабли Рари работают на одном реакторе без аккумуляторов. Ракеты-то энергию не потребляют, а для работы рельсотронов в турелях реактора более чем достаточно. Но корабли Арги вооружены преимущественно энергетическим оружием. Оборонительные турели вооружаются пушками Гаусса, дабы не только уничтожать ракеты, но и сбивать их с курса импульсом тяжелого металлического боеприпаса. Ударные фрегаты вооружены мощными дальнобойными лазерами, потребляющими много энергии, из-за чего приходилось устанавливать накопители большей ёмкости. Штурмовые фрегаты оснащаются плазмерами, у которых малая дальность прицельной стрельбы компенсируется установкой мощной системы энергетических щитов. А диверсионные фрегаты вооружены малым лазером и установленным соосно с ним аннигилятором. Про крейсеры ничего не знаю, а корабли, которые можно было бы назвать эсминцами, у Арги не встречались.

Наш же корабль превратился в дикое сочетание щитов штурмовика, орудия и системы маскировки от диверсанта и ко всему прочему добавилась кустарно установленная ракетная пусковая установка со склада запчастей Рари. Правда, от трюма осталось где-то четверть от первоначального объема, но ведь Клык не грузовик? Клык – отличный боевой корабль. По крайней мере, противники, кому повезло уцелеть, оценили и, забыв об обещанной награде, удрали на окраину системы, где совершили прыжок.

– Ку-ку. – Я вновь приблизился к станции и вызвал серых гуманоидов. Уточнить бы их название… Или лучше своё придумать? – Я вам два миллиона сэкономил.

– Зато мы потеряли будущую прибыль на несколько миллиардов. – Вновь вышел на связь тот нехороший че… гуманоид. Нельзя же всё понимать буквально. Надоели уже. – К нам теперь никто из них не вернется.

– Толи ещё будет. – Подбодрил я его. – Я не уйду без того, кто мне нужен.

– Ладно. – Вздохнул он. – Причаливайте, забирайте своего сообщника. – Почему сразу сообщника-то?

Узнать я не успел, так как он отключился. Я пожал плечами и направил корабль к станции, поставив его в указанный Клыком док. На станцию мы отправились вдвоём с Кирой, оставив Торлиг на корабле. И в этот раз мы облачились по полной. Мало ли вдруг нам ещё какую-нибудь пакость приготовили. Опасался я зря. На станции оказалось пусто. Совсем. Ни одна живая душа не встретилась нам по пути к бару, где мы в прошлый раз встретились с Тараном.

– Перекати-поля не хватает. – Заметил я. – Для полноты картины.

Бар тоже оказался пуст, даже бармен куда-то делся, и только Таран лежал мордой на столе. Привести его в чувство не получилось. Пришлось закидывать не плечо и нести его до корабля на себе. Благо, нам и на обратном пути никто не попался. Конкретно мы тут всех запугали, я смотрю. Даже носа не кажут из домов. Если нам придется ещё раз посещать станции, то лучше делать это где-нибудь подальше.

– Вы двое! – Раздался голос откуда-то снизу. – Какого чёрта вы назвали моё имя?!

– Мы не знали никакого другого. – Ответил я беснующемуся фенеку. Может он и злился, но из-за малых размеров и огромных ушей казался до того умильным, что я невольно улыбнулся.

– Чего смешного?! – Взъярился тот. – Чего смешного, я вас спрашиваю! Пока меня держали на прицеле, что уже неприятно, долбанные уроды разнесли мой магазин! Вся моя жизнь разрушена! Кто мне это компенсирует? Ты? – Продолжал он кричать, подпрыгивая от злости. – Как ты мне это возместишь?! Как?!

– Хочешь остров? – Спросил я его.

– Остров? – Навострил он огромные уши.

– Остров. – Подтвердил я. – Лети с нами и сможешь выбрать любой остров на моей планете.

– Твоей планете? – Удивился он.

– Моей. – Ну, а чьей же ещё? Больше ни у кого на Кимире нет космического флота. Из целых трёх кораблей.

– Я лечу с вами! – Ответил он и проскочил в док перед нами.



Интерлюдия

День 150 год 1. Около 500 км на юго-восток от Саблеграда.

– И на кой чёрт мы тут торчим? – Бабах подполз ближе к Шаху, наблюдающему в бинокль за лагерем непров.

– Эх. – Устало выдохнул он. Это не первый раз, когда сапёр задаёт этот вопрос. – Чтобы его уничтожить.

– Зачем вообще было давать возможность непрам закрепиться? – Продолжал упорствовать Бабах. – Почему бы просто не разнести их с воздуха?

– Потому что нам нужны трофеи. – Пояснил Шах. – А конкретно – кристаллы, чтобы нанести на технику защитные руны!

– Ну, вот они пришли. Принесли кристаллы. Разнести их ракетой и все дела!

– Всё бы тебе взрывать. – Подметил Гук. – Успокойся, зато тебе не пришлось сегодня на полосе препятствий мучиться.

– Это да. – Согласился Бабах. – Задолбало уже. Может, подольше тут побудем? – Обратился он к Шаху. – Разведка, все дела. Не лезть же в лоб.

– Я тебе побуду! – Раздался в наушнике голос Когтя. – Завтра вы двое у меня попляшете! Пока нормального результата не будет, спать не пойдете!

– А чего сразу двое? – Возмутился снайпер. – У меня нормальный результат: восемьдесят четыре ровно.

– Пф-ф. – Фыркнул сапёр. – Восемьдесят четыре и два!

– Хватит, письками мерятся! – Одернул их Шах.

– А у самого-то сколько? – Раздался заинтересованный голос Гука.

– Восемьдесят девять целых и девять десятых. – Гордо ответил он.

– Пф-ф. – Опять фыркнул Бабах. – У его бабы-то длиннее. Девяносто три, кажется. Кто из вас кого?

– Да пошёл ты! – Огрызнулся Шах. – Сам, блин, с роботом спишь. Тебя твоя железяка током не бьёт?

– От тебя-то таких слов я никак не ожидала. – Раздался в гарнитуре Шаха разгневанный голос Китсунэ. – Вот попроси у меня что-нибудь!

– Ки, ну я же не со зла… – Попытался извиниться он. – Прости меня.

– Фи, какой ты меркантильный, оказывается. – Насмешливо ответила она. – Только речь зашла о материальных ценностях, и тут же на попятную пошёл. Нет… Так легко ты не отделаешься! – Пообещала она и покинула канал.

– Доболтались? – Спросил Шах двух арги, виновато опустивших уши. – Вот, блин, молча вам не сиделось. Всё, начинаем операцию. Бабах, – Он обратился к сапёру и показал ему на два крайних шатра. – Это должно остаться целым. Гук, – Перевёл он взгляд на снайпера. – стреляй во всё, что движется.

– И в то, что не движется. – Ответил Гук. – Для профилактики. Иди уже.

Шах сорвался с места и, держа автомат наготове, ринулся к лагерю. За его спиной несколько раз хлопнул миномёт, и разрывы пошли по лагерю непров, очищая путь. Большая часть непров погибла на месте от первых взрывов, а те, что уцелели, попадали под огонь ПТРС Гука, которое он отказался менять на более современный вариант, просчитанный Арной. Твари сидели в клетках и не могли достать Шаха, так что он без проблем достиг двух шатров, побитых осколками, но, тем не менее, уцелевших, и, ворвавшись в один из них, несколькими выстрелами уложил находящихся там магов. Магов во втором шатре постигла та же участь. Всего зачистка лагеря с момента первого выстрела заняла несколько минут.

– Знаете? – Весело сказал Шах в микрофон гарнитуры. – А мне понравилось.

– Прибереги свой энтузиазм для полосы препятствий. – Вновь вмешался в разговор Коготь. – На завтра для тебя я приберёг кое-что особенное.


Глава 19

Весёлая у нас подобралась компания: два маньяка арги, два татана – террористка и её помощник, и торговец оружием, контрабандист, скупщик краденного и просто хороший лайонайль – Фи-фи. И все мы дружно летим в самый центр Галактического Содружества, дабы высадиться на центральной планете татанов и забрать из тайника в доме, ранее принадлежавшем Торлиг, очень нужную нам вещь. Казалось бы, что может пойти не так…

Ну, за исключением того, что мы летим уже двадцать дней и у нас всего две каюты на пять существ, из-за чего Фи-фи приходиться спать в медотсеке. Хотя эти мелкие создания, так похожие на земных фенеков, ставших на задние лапы, более привычны к длительным перелётам, чем остальные расы. А всё потому, что Гроран уничтожили их планету, и теперь ушастые коротышки ютятся на станциях и кораблях, разбросанных по всему космосу. Теперь я понимаю, почему Фи-фи так ухватился за возможность получить остров в личное владение. И это не считая того, что сама по себе жизнь на чистых планетах вроде Кимира в Содружестве является привилегией очень богатых разумных. Остальным приходиться ютиться на застроенных от планетарной коры до стратосферы планетах-ульях. Мелкими группами от сотни миллиардов до пары триллионов существ.

Татанирв – не исключение. Поверхность планеты, в том числе и океаны, давно уже скрыта под многокилометровыми небоскрёбами, образующими один большой гигаполис. Двести двадцать миллиардов татан, не считая «понаехавших» вроде нас. И всё это на планете меньше Земли. И мне, тому для кого сотня разумных – всех кроме арги – в пределах километра от меня это уже много, предстоит сойти на поверхность этого муравейника. Остальные-то в розыске на территории всего содружества. К тому же Клык сделал нам документы. Не липа, нет. С этих пор такие карточки, как у меня и Киры, становятся паспортами Арги.

– Итак. – Инструктировала нас Торлиг перед выходом. – Оружие не запрещено, но повсюду работают блокираторы.

– Не проблема. – Ответил я, вешая кобуру на бедро. – Но, надеюсь, что до силового варианта не дойдёт.

Одно дело борзая гопота и местечковый авторитет, решивший присвоить наше имущество. В том случае следовало действовать жёстко, и даже жестоко, дабы позднее даже мысли не возникало о том, что можно наехать на Арги. Но устраивать геноцид в мои планы не входит. Хотя и оружие, и броню – скафандр без перчаток и блока жизнеобеспечения, стилизованный под прикид металлиста: тяжелые ботинки, кожаная куртка с заклепками и такие же штаны – мы с собой берём.

– Не вздумайте поднимать бучу. – Пригрозила она. – Гроранская группа быстрого реагирования прибывает за несколько секунд.

– Что же ты раньше этого не учла? – Подколол я её.

– Я тогда этого не знала. – Грустно ответила она.

– И как мы попадём на планету? – Спросил я.

– На лифте. – Спокойно сказала Торлиг. – Запросите посадку. Цель придумаете сами. Упирайте на то, что можете устроить дипломатический скандал. Наши бюрократы очень трусливы. А мы останемся на корабле. Галактическое право обеспечивает неприкосновенность всего, что остается на корабле, как части другого государства.

– Ясно. – Произнёс я. – А что насчёт твоего жилья? Там же место преступления.

– Согласна. – Она слегка приподняла гребень, видимо, это эквивалент кивка. – Но с жильём на Татанирве туго, так что там, скорее всего, уже кто-то живёт. Придётся вам придумать, как туда попасть. Адрес я скинула вам на коммуникаторы. Идите, удачи вам.

Я покинул каюту и направился в рубку, где первым делом установил связь с планетой.

– Цель визита? – Поинтересовался ящер с той стороны экрана, когда получил от корабля всю необходимую информацию.

– Туризм. – Ехидно ответил я. – Хотим осмотреть достопримечательности.

– У вас есть виза? – Вновь спросил он.

– Какая виза?! – Изобразил я удивление. – Наши страны уже установили дипотношения?

– Нет. – Ответил ящер. – Вы первые арги, посетившие Татанирв.

– Верно. – Подметил я. – И именно от нашего слова зависит, установят ли их в дальнейшем.

– Вы являетесь лицом, облеченным властью? – Продолжал он задавать вопросы.

– Чешуйчатый мой, – Обратился я к нему. – Я глава клана, владеющего самым большим флотом. – Ни слова лжи не сказал ведь! – Подумай сам, обладает ли моё слово каким бы то ни было весом.

– Добро пожаловать. – Выдавил из себя дружелюбие татан, представив, какие могут возникнуть последствия, если он откажет нам в посадке. – Есть ли у вас что-либо, подлежащее таможенному осмотру?

– Я не собираюсь выносить с корабля что-либо кроме личных вещей. – Успокоил я его.

– Прошу проследовать на седьмую башню. – С вежливостью – фальшивой, как американские улыбки – сказал он.

Пятая была бы ближе, но начать спорить, значит, вызвать ненужные вопросы у работника таможни. А лишние вопросы нам ни к чему. Поэтому я направил корабль к седьмой башне орбитального лифта и припарковал Клыка в подсвеченный док.

– Мадам, – Я обратился к Кире, изогнув руку в локте. – приглашаю вас на прогулку, по загаженной цивилизацией планете.

– Как романтично. – Ответила она, беря меня под руку. – Пошли, посмотрим достопримечательности.

– Тогда стоит взять лопату. – Заметил я. – Они глубоко-о-о-о.

– Тогда уж экскаватор. – Сказала она, улыбнувшись. – Интересно, здесь есть музеи?

Я пожал плечами и пошел вместе с ней в шлюз. Внутренняя дверь закрылась, и после уравнивания давлений открылась наружная. Воздух в орбитальных доках пах железом и тысячами немытых тел. Видимо, с водой тут совсем туго.

– Ваши документы, пожалуйста. – Ящер принял от нас электронные карточки, считал с них информацию и отдал обратно. – Прошу сюда. – Он показал рукой на рамку, наподобие металлоискателя в аэропорту.

Мы поочерёдно прошли через арку, никак не проявившую результаты сканирования: ни писка тебе, ни сирен. Только ящер за монитором нахмурился.

– Оружие? – Спросил он.

– Церемониальное. – Спокойно ответил я, отогнув полу куртки, чтобы он мог увидеть револьвер в кожаной кобуре. Смотрится он куда внушительнее одноручных плазмеров и рельсотронов.

– На поверхности планеты оружие блокируется. – Заметил он.

– Это церемониальное оружие. – Ещё раз сказал я. – В первую очередь, оно является показателем статуса. Ты хочешь, чтобы по твоей вине глава клана выглядел, как какой-нибудь смерд?

Значения слова «смерд» он не знал, но поспешно пропустил нас, на став более задавать вопросов, дабы не нажить себе проблем. Что ж, похоже, тут можно поразвлечься. Мы дождались лифта и вместе с несколькими татанами прошли внутрь прозрачной кабины, позволяющей рассмотреть поверхность планеты. Вот только... Было бы что рассматривать: во-первых, лифт нёсся вниз с ускорением, из-за чего мы приподнялись над полом, а скорость, с которой мы падали мешала рассмотреть детали. Да и были ли те детали, вот вопрос. Всё сплошь серое, однообразное. Серое небо, серые дома, серые облака, пронзённые серыми башнями лифтов.

– Так себе мирок. – Прокомментировала Кира. – Ни тебе травы, ни тебе моря. Да и еда, небось, сплошь синтезированная.

– Травы, моря и натуральной еды уже давно нигде нет. – Заметил один из драконов, спускающихся с нами.

– Дома есть. – Ответил я.

– И далеко твой дом? – Спросил он.

– Далеко. Тебе не добраться.

– Это точно. – Подтвердил он. – Я ещё никогда не улетал дальше Ноты. – Кажется, это спутник Татанирва.

– И что на Ноте? – Спросил я.

– Институт. – Пожал он плечами.

– Ты учёный? – Заинтересовался я. – Что исследуете?

– Всякую чушь. – Ответил дракон. – Моя команда разрабатывает средства от пролежней для тех, кто слишком много проводит времени в виртуале. Сегодня исследования, не связанные с «Вселенной», не финансируются вовсе.

– Как же, как же. – Пробормотал я. – Очень важное занятие.

– Ты так это сказал, как будто ты так не считаешь. – Заметил он.

– Не считаю. – Подтвердил я.

– Но сказал…

– Сказал. – Снова согласился я.

– Это не ложь, но и не правда. – Он завис, кажется, я сломал ему мозг. – Не правда, но и не ложь.

Пока он продолжал вникать в суть сарказма, лифт начал тормозить, и нас теперь вжимало в пол, дополнительным ускорением. Стали видны отдельные здания, со всех сторон охваченные смогом, который разрывали изредка пролетающие флаеры. Попутчики приготовились к выходу, натягивая на чешуйчатые морды респираторы. Похоже, стоило нам надеть полный скафандр. Лифт остановился, смог, смешанный с запахами огромного множества существ, рванул в открывшиеся двери, отбивая мне обоняние. И, стоило нам только покинуть кабину лифта, как отбило и слух. Беспрестанный шум, состоящий из тысяч голосов, скрежета механизмов и воя двигателей, заполнял всё вокруг, заставляя вжимать уши в голову, дабы не оглохнуть от происходящего вокруг.

– Ну, и планетка. – Сказала Кира, прижимаясь ближе ко мне, чтобы снующая туда-сюда толпа не разорвала нас.

– Гадость. – Согласился я, вспоминая свой опыт пребывания среди большого скопления людей, и отбрасывая прочь белый информационный шум. – Давай быстрее закончим свои дела и свалим.

– Давай, давай. – Она, вся дрожа, прижалась ещё сильнее. Толпа и на неё действовала угнетающе.

Мы двинулись от лифтов к станции монорельса, которые должен был донести нас до нужного сектора. Поезда прибывали и убывали каждую секунду, но народу не становилось меньше, хоть вагоны и утрамбовывались до невозможной тесноты. Как сельди в бочке было бы преуменьшением. По сравнению с этим селёдка едет в вагоне СВ.

– Осторожнее. – Мы утрамбовались в вагон, и толпа прижала нас к кому-то, кому не очень-то и понравились наши куртки.

– Сам осторожней. – Ответил я ему. – Куртку мне помял, хулиган некультурный.

Пока ящер осмысливал, как он оказался виноватым, поезд набрал ход, качнув толпу, словно тростинку под ураганом, и ещё несколько драконов смогли оценить прелесть шипастой куртки. Правильно было сказано когда-то, что это лучший наряд для метро. Я предполагал, что будет давка, но чтобы такая…

– Ай. Котя! – Поезд остановился, вызвав очередную волну негодования, и толпа повалила наружу, увлекая за собой Киру.

Я схватил её за руку, второй ухватившись за поручень, и не дал ей уплыть от меня в чешуйчатое море. Нам предстоит проехать до следующей остановки. Новая порция ящеров утрамбовалась в вагон.

– Стоило нанять флаер. – Пробормотал я.

– Торлиг сказала, что все флаеры отслеживаются. – Сказала Кира по-русски, дабы окружающие нас не поняли.

– И кто что поймёт в этих движениях? – Спросил я тоже по-русски, хоть и не думаю, что кто-нибудь смог бы что-то услышать в этом гаме.

Кира пожала плечами, уколов подмышку стоящего над ней ящера. Мы, блин, тут самые низкие, хоть и весим в два раза больше среднего татана. Поезд остановился на нужной станции, и мы позволил толпе увлечь нас, покидая тесноту вагона, дабы оказаться в тесноте терминала. Здесь пересекалось несколько линий монорельса, и народу было больше, чем на предыдущей станции.

Покинув терминал, мы отправились вдоль улицы, высматриваю такси или попутку. Я поднял руку, сжатую в кулак с оттопыренным большим пальцем, и, о чудо, земной жест автостопщика оказался понятым и здесь.

– Подвезти? – Спросил водитель жутко дымящего рыдвана.

– Да. – Я назвал адрес и уселся внутрь. – У этой таратайки что ли двигатель внутреннего сгорания?

– Да! – Гордо ответил водитель. – Работает на топливе из пищевых отходов. Я за экологию! – Поднял он кулак, уперев его в потолок.

– Да. Очень экологично. – Съязвил я. Теперь понятно, откуда столько смога.

– Хоть кто-то оценил. – Принял он мои слова за чистую монету. Недоели уже! – Я вас до конца отвезти не смогу. Мне не по пути. Придется вам ножками пройтись.

– Не страшно. – Ответил я. – А сколько лет этой машине?

– Сто пятьдесят циклов. – Ответил дракон. – Ещё мой прадед купил её.

И уже тогда она, похоже, была не новой. Это корыто не развалилось только из-за трёхсантиметрового слоя ржавчины.

– Приехали. – Обрадовал меня водитель. – С вас сто кредитов.

– Не многовато ли, дядя? – Спросил я.

– Где вы ещё на такой машине прокатитесь. – Заметил он. – И я не могу быть тебе дядей. Мы разных видов.

– Правда, что ли? – Изобразил я удивление. – Но ты прав, на таком мы точно нигде не покатаемся.

Я расплатился с ним. Тот радостно умчался, обрадованный моей «похвалой» его рыдвану. Райончик только… Я осмотрел окружающие здания: трущобы какие-то. Ну, да ладно. Мы двинулись к месту назначения, держа ушки на макушке, благо здесь народу почти не было, и шум поутих. А вскоре драконы и вовсе исчезли с улиц.

– Покайтесь! – Одинокий старик на тротуаре, заметив нас, подскочил и затряс своей табличкой, надпись на которой не читалась из-за слоя грязи.

– В чём покаяться? – Искренне удивился я.

– В грехах! – Ободрённый вниманием старик ожил и заговорил бойче. – Ибо скоро Великий заберёт всех праведников к себе, а грешников ожидает лютая кара! – Где-то я уже слышал такое.

Мы прибавили шагу, но старик увязался за нами, продолжая вешать нам лапшу на уши. Еще бы, драконы-то не имели ушных раковин, и лапша там не задерживалась.

– Помолись, и Он простит. – Пристал старый ящер к нам. – Ты веришь в силу молитвы?

– О да! – Ответил я. – Как тот, кого лечили молитвой, – После этих слов старик просто воспрянул. – я искренне верю в силу антибиотиков. – И с небес на твёрдую землю. – А без лекарств молитвы не работают. Молитва это просто способ сделать вид, что помогаешь, ничего не делая при этом.

– Мне непонятен твой скептицизм. – Старик продолжал семенить за нами. – Ведь даже могучие Рари взывали к Великому. И он помог им избавить галактику от присутствия мерзких Арги.

– Мерзких Арги?! – Я даже остановился. – Мерзких?

– Да. – Радостно ответил старик. – Это были самые мерзкие существа во Вселенной. Они хотели насадить всех мирных существ на свои ужасающие клыки.

– Старик, – Обратился я к нему. – ты слепой или тупой?

– Он забрал моё зрение, взамен даровав видеть то, что скрыто от иных.

– Ну, так включи своё волшебное зрение и скажи, кто же я.

– Ты заблудшая душа, – Ответил старик. – глубоко внутри мечтающая об обретении Его.

– Твоё зрение сломалось. – Заявил я. – Придётся на ощупь. – Я взял его руки в свои и поднёс их к своей морде. – Что нащупал?

Тот заелозил руками, влез когтем мне в нос, чуть не выколол глаз и едва не вырвал мои вибриссы. Потом его руки опустились-таки ниже и нащупали клыки.

– Этого не может быть. – Он отступил, запнулся и упал бы, если бы не хвост. – Вы мертвы! Отродья Мерзкого!

– Ошибаешься. – Спокойно ответил я. – Облажался твой «Великий».

Старик в ужасе попятился, а потом развернулся и попытался убежать. Вот только без зрения путь его закончился в мусорных баках. Мы проводили его взглядом и отправились по нужному адресу. Как и предсказывала Торлиг, в её квартире уже кто-то обитал. Несколько голосов доносились из-за двери, но смолкли, стоило мне постучать.

– Кто там? – Раздался голос из-за пластиковой обшарпанной двери. Видимо, видеофон не работал.

– Мосводоканал. – Ответил я. – У вас утечка радиации, надо проверить показания электросчётчика и перекрыть стояк.

– Что? – Голос приобрёл недоумённые интонации.

– Говорю, опасная ситуация, хвост может отвалиться, чешуя удлиниться. Если не верите, то просто посмотрите на нас. Мы уже попали под воздействие чупакабры, нам всё равно, но вас ещё можно спасти.

– Какой ужас! – Дверь чуть приоткрылась, и на нас уставился любопытным взором синий глаз с вертикальным зрачком. – И вправду, беда! Девочки, уходим, если не хотите выглядеть как эти бедолаги.

Дверь открылась полностью и из квартиры вышли несколько девиц. Судя по их одежде и потасканному виду, поведение у них максимально облегчённое. Под гомон путан мы прошли внутрь загаженной комнаты, заваленной промятыми матрасами, и по плану, нарисованному доморощенной террористкой быстро отыскали тайник. Я пробил кулаком стену, достал из ниши контейнер с большим накопителем, и мы покинули помещение, уверив мамашу, что опасность миновала.

– Валим отсюда? – Спросила Кира, когда мы вышли отсюда.

– Ты, кажется, хотела осмотреть музей? – Подколол я её.

– В другой раз. – Ответила она.

Мы двинулись прочь, намереваясь достичь улицы, где ходят автомобили, но…

– Стоять, не двигаться! – Раздался сверху голос, и нас осветил луч прожектора.

Я развернулся и увидел полицейский флаер. Что ж, тайник они не нашли, но оставили наблюдение, на случай, если кто-то вроде нас вернётся за ним. Может, за квартирой и не приглядывали постоянно, но после побега Торлиг, они просто обязаны были установить слежку.

– Допрыгнем? – Спросил я Киру, кивая на флаер.

– Допрыгнем. – Уверила она меня.

– Молчать! – Донеслось от флаера.

И мы – молча, как нам и было приказано – прыгнули вверх, уцепившись за борт воздушного судна. Я, оттолкнувшись руками, оказался на крыше и вышвырнул прочь из люка, стоявшего там стрелка за стационарным плазмером. Пилот попытался нас скинуть, дёрнув флаер резко в сторону и чуть не зацепив близлежащее здание, но Кира, пробив боковое стекло, вытянула его наружу, в то время как я, свесившись через открытый люк, пристрелил офицера, пытавшегося связаться с кем-то по рации.

– Отпусти меня! – Завопил пилот, который, как и остальные в флаере, бы гроранцем.

– Сам попросил. – Сказала Кира, разжимая руку.

– Нет, нет, нет… – Затараторил он, уже набирая скорость для встречи с землёй.

Я проводил его взглядом, доставая коммуникатор.

– Клык, нас пока не ищут? – Связался я с кораблём.

– Нет. А что вы уже натворили? – Спросил он.

– Квартира была под наблюдением. Мы на полицейском флаере.

– На татанском или гроранском? – Вмешалась в разговор Торлиг.

– Гроранском. – Ответил я.

– Тогда можете не волноваться. Они не сотрудничают с нашими властями. – Успокоила она нас. – Но всё же вам стоит поскорее убраться оттуда.

Так, собственно, мы и поступили. И, похоже, в ещё одном месте нам теперь не стоит появляться.



Глава 20

Как же приятно вернуться домой! Туда, где нет этого надоедливого шума от огромного числа разумных, туда, где воздух чист и прозрачен на многие километры, туда, где меня ждут, в конце концов. Осточертело это Содружество с его толпой, тупыми законами и дурацким языком!

– Красота! – Торлиг, Таран и Фи-фи тоже пришли в рубку понаблюдать за посадкой. Зрелище голубой планеты с огромным зелёным материком бес следа огромных городов впечатлил жителей металлических джунглей.

Я дали им немного времени, чтобы вдосталь насладиться, а потом направил корабль вниз к планете, беря курс на Саблеград. Спрессованный воздух раскалился, закрывая обзор, но автоматически затемнившиеся стёкла покрылись изображением поверхности, смоделированным Клыком по информации с датчиков. Изображение было очень трудно отличить от настоящего. Я и сам-то на первых порах путался, ещё и удивлялся при этом, почему не меняются цвета на больших скоростях. Оказывается, система автоматически компенсировала влияние эффекта Доплера.

– Дамы и господа, мы совершили посадку на космодроме Саблеграда. – Сказал я, подлетая к городу. – Температура за бортом восемнадцать градусов по шкале Цельсия, местное время 15:43. С вами был капитан корабля Псих. Пожалуйста, не вставайте с места до полной остановки. Спасибо, что воспользовались услугами «Бешеных Авиалиний Арги». Приятного отдыха.

– Ну, что встали? – Обратилась Кира к зависшим инопланетянам. – На выход, на выход.

– Цигель-цигель! – Добавил я. – Ай-лю-лю. Не забываем – Руссо туристо облико морале.

Если они хотят остаться на Кимире, им следует привыкнуть к подобным выражениям. А то стоят и смотрят на меня как бараны на новые ворота. Пришлось нам обойти их и направится к выходу вдвоём. Ну, ничего, отвиснут – сами придут.

– Доброй охоты, Лиса. – Поприветствовал я, спрыгнув на землю, её, как единственную встречающую. – Ты изменилась, похудев. И даже выглядишь моложе… – Что-то её взгляд не предвещает мне ничего хорошего. – Но дальше песню петь не буду. Мне яйца дороги пока.

– То-то! – Пригрозила она мне пальцем. – В галактике не осталось никого кроме меня, чтобы поиздеваться?

– Лисонька! – Обнял я её и уткнулся в грудь, изображая слёзы. – Там все тупые идиоты. У них и слова-то такого «юмор» в языке нет! Они всё буквально понимают, до последнего слова. Я язвлю, а они думают, что это похвала. Я чуть с катушек не слетел!

– А сейчас ты просто меня за грудь мацаешь. – Строго сказала она.

– Да сдалась мне твоя грудь. – Ответил я, вставая ровно. – У меня своя есть. Не эта своя. – Показал я руками на себя. – А вот эта своя. – Жест в сторону Киры.

– Шах, наглая морда. – Узрел я наконец-таки его. – Тебя тоже не узнать. Дай-ка угадаю: ты подстригся? – В кои-то веки стал похож на зверя. А то всё ходил дрыщ дрыщём. – Тренировки пошли тебе на пользу. Надо Когтя премировать…

– Ой, какая лапочка! – Лиса не дала мне озвучить, чем, по моему мнению, следовало наградить ИИ. Бедный Фи-фи. Видимо, материнский инстинкт взыграл. Лисицыны-то отпрыски вымахали с тринадцатилетних подростков и теперь носились где-то вместе с котятами арги-ру. И это им только пять месяцев, это магия или теперь Коготь детишек стероидами пичкает? Если так, не видать ему премии. – А как его зовут?

– Это Фи-фи. – Назвал я имя зверька, зажатого меж грудей Лисы, и почти задушенного в её объятьях. – Между прочим, опасный преступник в розыске.

– Да разве может такой милашка сделать что-то плохое? – Продолжала она тискать его, словно плюшевую игрушку. – Ути-пути, маленький.

– Шах, уйми подругу, пока гостя не задушила. – Попросил я его.

– Ух, ты! Драконы! – Шах тоже вне игры. Да что это такое-то?!

– Лиса. – Подошёл я к ней. – Отпусти. Задушишь ведь! – Я попытался разжать её руки. Получилось, но с большим трудом. Ну, и силища у неё!

Фи-фи выпал из объятий и, свалившись на песок, поспешил отползти подальше. Я, продолжая удерживать Лису, сделал Кире знак увести фенека в безопасное место.

– Лиса, уймись! – Держал я её руки в своих. – Что с тобой? Кукушка чердак пробила?

– Прости. – Сказала она и как-то обмякла. – Что-то нашло. Просто мы уже несколько дней с тренировок не вылезаем. А тут такая няшность! Как удержаться бедной девушке.

– Бедной, как же. – Недоверчиво сказал я. – Это у той бедной, у кого, Шах по струнке ходит и дышит по расписанию?

– Чего?! – Выкрикнула она. – Ты за кого меня считаешь?

– Не знаю. – Я пожал плечами и продолжил. – Но доминантный партнёр в вашей паре – ты.

– А у вас кто? – Спросила она.

– А у нас – мы.

– Это как?

– Как хочешь, так и понимай. – Сказал я и пошёл домой. Там, небось, пыли скопилось море. Почти два месяца дома не были.


***

Три дня понадобилось нашим ИИ, чтобы обработать и проанализировать информацию, украденную Торлиг у Гроран. Мы же это время потратили на отдых перед ответственным мероприятием. Устроили целый праздник. Всё в духе дикарей арги: песни, пляски у костра, зажаренный буйвол и немножечко разврата, даже драконы в стороне не остались, только кофе от них надо спрятать. А Фи-фи пришлось закинуть на выбранный им остров, оставив ему кое-каких вещей для относительно комфортного проживания. А то боюсь, в Саблеграде его затискают до смерти. Лиса-то ещё ничего, но вот когда в дело ввязались самки арги-ру… Те одним языком способны ему шкуру содрать от избытка чувств.

А, вообще, в городе твориться что-то непонятное. Мало мне того, что молодёжь арги устраивает драки за самок, так ещё и искины чудят: Ки охмурила нашего сапёра, Коготь и Клык кадрят Арну с переменным успехом: один-то постоянно рядом, зато второй более интересный собеседник, поскольку повидал больше. А Шах почему-то упорно избегает общества Китсунэ. Ещё и молчит как партизан, не признаётся, что между ними происходит. Но праздник закончился, пора бы и за дело приниматься.

– Дамы и господа, пушистые, чешуйчатые и электронные… – Начал я.

– Квантовые. – Поправил меня Клык.

– Не суть. – Отмахнулся я от него. – Объявляю очередной совет Прайда открытым. На один из извечных вопросов – «Кто виноват?» – ответ мы нашли.

– Непры – козлы. – Раздался голос из зала.

– Верно. – Подтвердил я. – Остался вопрос «Что делать?» с этими козлами.

– Мочить! – Последовал закономерный ответ.

– Осталось решить «Как?». Есть предложения? – Молчание было мне ответом. – Ладно, что скажут наши квантовые калькуляторы?

– Система ПКО не главная проблема. – Клык первым взял слово. – Если подлететь близко к поверхности, то детектор масс не увидит корабль, а система маскировки спрячет его от остальных сенсоров. Можно уничтожать орудия ПКО по одному.

– Близко подлетать нельзя. – Заметил я. – Реакторы взрываются или глохнут.

– И мы нашли причину! – Подала голос Арна. – Среди прочих документов мы нашли зашифрованный отчёт о происхождении барросов. Из-за эксперимента Рари, во-первых, непры получили магические способности. – Зал возмущённо загудел, кто-то повыскакивал со своих мест. Пришлось вмешаться и рыком угомонить мохнатых. – Во-вторых, из их спутников – зверей, похожих на земных собак – появились гроранцы. – Теперь уже татаны зашумели, но их возмущение нельзя было сравнить с нашим, и Арна продолжила свой рассказ. – А ещё, в ходе опытов было замечено неизвестное воздействие, выводившие реакторы вразнос. Тогда Рари попытались уничтожить своё творение, но часть барросов слиняла с Раринго, воспользовавшись древней портальной системой, которую им удалось активировать. А другие, соорудили какое-то магическое устройство, из-за которого флот Рари рухнул на поверхность своей метрополии.

– Если на поверхности планеты все реакторы не могут работать, то как же ведут огонь орудия ПКО? – Недоверчиво спросил я.

– Одна часть орудий работает от геотермальных электростанций, а другая часть использует химические реакции для создания излучения. – Пояснила Арна.

– То есть. – Огласил я. – Пункт первый – уничтожить артефакт непров. Просто сбросить на них линкор с орбиты и делу конец!

Клыкастая братия подхватила мой настрой, и дружный рёв пронёсся по залу, заставив ящеров испугано отшатнуться. Ну-ну, пусть скажут «спасибо», что из арги-ру тут только Рик с подружкой. Хотя этот гигант трёх метров в холке – это уже не саблезуб, эта мамонт самый настоящий – рычит будь здоров, были бы стёкла – полопались бы все.

– Не выйдет. – Не поддержал меня Коготь. – ПКО разрежет его на мелкие обломки, которые не нанесут такого урона, как целый корабль. К тому же, объект находится глубоко под землёй в старом научно-исследовательском центре.

– Ну, всё равно стоит использовать его как брандер для прорыва. – Сказал я. – Высадимся, захватим комплекс и уничтожим дур-машину. А что дальше?

– А когда поле, влияющее на протекание ядерной реакции, спадёт, – Вновь взяла слово Арна. – Вторая группа, захватив одно из орудий ПКО, запустит в туннель, ведущий к магме моё устройство.

– Что за устройство? – Поинтересовался я.

– Реактор и кое-какое оборудование, снятое с линкора. – Пояснила она. – Используя часть гравитационной пушки Стирателя, оно сдвинет литосферные плиты Раринго, перекрывая доступ орудий к энергии, и дополнительно нанесёт урон от землетрясений.

– Что останется, то расстреляем с воздуха. – Добавил Клык.

– Что ж. – Подытожил я. – Сгодится. А что с оружием? Снаряжением?

– Есть на всех с запасом. – Ответила Арна. Чтобы мы без неё делали? Вот уж действительно – хозяюшка.

– Все не пойдут. – Сказал я. – Только самцы… – Вой не желающих сиднем сидеть самочек заставил меня пересмотреть мнение. – И небеременные самки.

– Арги-ру тоже пойдут. – Добавил Рик.

– Пойдут. – Подтвердил я. – Те, на кого есть снаряжение.

– Всё подготовлено. – Заверил меня он.

– И мы пойдём! – Раздался голос Крейза.

– Нет. – Ответил я, нетерпящим возражений тоном.

– Ты мне не отец! – С вызовом промявкал тот. Конечно, это было оговорено, что отцом считается Шах. Вот только…

– Не отец. – Подтвердил я. – Но я твой вожак. И ты останешься здесь! Всё! Все свободны. А штирлицов по имени: Шах, Лиса, Гук, Бабах и Дизель я попрошу остаться.


Глава 21

Линкор, совершивший свой последний переход, падал на поверхность Раринго, сгорая в плотных слоях атмосферы. Пламя охватывало его обшивку, отрывало крупные куски, и даже в переделанном из корпуса недостроенного фрегата десантном модуле было слышно, как раненым зверем стонет древняя боевая машина, идущая в свой первый и последний бой.

– Отметка два пройдена. – Раздался голос Клыка в наших наушниках.

Отметка один означала, что система ПКО открыла огонь по Стирателю, отметка два – появились первые глубокие прорезы в корпусе, грозящие распадом того на куски.

– Отметка три пройдена. – Отдельные куски корпуса начали отваливаться от корабля. – Старт!

Пять десантных модулей отделились от линкора и, маскируясь под обломки, начали неконтролируемое – дабы сэкономить заряд накопителей – падение на поверхность Раринго. Модуль чуть сманеврировал, чтобы уйти в сторону от погибающего в огне орудий ПКО метрополии непров корабля.

– Все готовы? – Спросил я сидящих вместе со мной в УАЗе, крепко привязанном в трюме модуля, Киру, Шаха и Лису.

Модуль болтало из стороны в сторону, кружило как падающий лист, а гравикомпенсаторы на нём не были установлены, так что мы ощутили на себе все прелести неконтролируемого спуска.

– Приготовиться к торможению! – Раздалось в наушниках.

Мы покрепче ухватились за всё, за что только можно, модуль выровнялся, взятый под контроль Клыком, висящим на орбите неподалёку, и начал торможение. Тормозили мы у самой поверхности, дабы не быть сбитыми. А это значило, что перегрузки были такие, что позвоночник не осыпался в трусы лишь потому, что последних не было. Все были облачены в скафандры, усиленные помимо прочего ещё и магическими рунами, как, впрочем, и вся наша техника. Раздался удар о землю, машина, скрипнув рессорами, присела к самой земле, а я чуть не откусил себе язык, попытавшись не вовремя лизнуть себе нос, пересохший от напряжения.

– На выход! – Скомандовал я.

Аппарель модуля стала опускаться, экипажи повыскакивали из своих машин, быстро отсоединяя те от пола. Взрыкнули, заводясь, дизеля, и первый БТР покинул модуль, тут же встав в стороне, поводя стволом.

– Чисто! – Пришёл доклад.

Машины одна за другой покидали трюмы, выстраиваясь в походный порядок, готовясь выдвинуться к останкам комплекса, превращённым в неприступный бастион непрами. Огромная махина, упав с небес, сбила купол над гигантской крепостью, но не нанесла серьезных повреждений, хоть отдельные куски всё еще падали и, вспухая огненным фонтаном в месте столкновения с поверхностью, сносили отдельные здания.

– Ядрён-батоном! По стене! Пли! – Отдал я команду.

ИС задрал к небу свою новую пушку большего калибра, поводил, прицеливаясь, и выплюнул снаряд со смертоносной начинкой в сторону цитадели неприятеля. Баллистический вычислитель не подвел и снаряд угодил точно в цель, если судить по пролому в стене, который мы увидели, когда пыль осела, а гриб растаял в вышине. Хотя, при такой мощи разница в плюс-минус сто метров не будет критичной.

Я вывел УАЗ, до того предусмотрительно спрятанный от взрывной волны за десантным модулем, и наша колонна пришла в движение. В центре четыре танка, сразу за ними наша машина, бронетранспортёры по флангам, а чуть позади бежали закованные в высокотехнологичные доспехи арги-ру. Десяток с Риком во главе.

– Суета на стене. – Раздался в наушниках голос наблюдателя.

– Орлы, огонь! – Скомандовал я, и три современных танка открыли огонь на ходу. Ветеран же пока молчал, его калибр мы решили приберечь для особо важных случаев.

– Защитный купол сбит. – Продолжал комментировать наблюдатель. – Цель поражена. Право сто.

Танки довернули башни и вновь открыли огонь. Тяжелые фугасы рвали в клочья спешно возводимые купола и отрывали куски от каменных стен. Металлические конструкции из остовов кораблей держали удар, но обеспечивали множественные рикошеты поражающих элементов, собирающие свою кровавую дань.

Мы приблизились к городу достаточно, я скомандовал последнюю остановку перед решительным рывком, и экипажи танков повыскакивали из своих машин, загружая запасной боекомплект из ящиков на корме в автоматы заряжания. Пустая тара полетела на землю и колонна ускоренным маршем устремилась внутрь крепости через огромный оплавленный пролом в стене.

– Рик, удачной охоты. – Произнёс я, отпуская арги-ру на вольные хлеба.

Те не заставили себя ждать и тремя группами разбежались в разные стороны, сея панику среди непров, которые и без того были напуганы до дрожи в коленях. Мы же продвигались по городу по чётко определённому маршруту, подавляя сопротивление метким огнём.

Твари падали, разрываемые попаданиями из крупнокалиберных автоматов, более крупными, вроде альфа гончих и слонопотамов, занимались танки и бронетранспортеры, а огонь магов разбивался об их броню, украшенную защитными рунами, которые мы постоянно подзаряжали. Огненным валом мы прошли по городу непров, оставляя за собой трупы и разрушения.

Чем ближе к цели мы приближались, тем яростнее сопротивлялись непры, даже простые непры – не маги и не воины – бросались под колёса бронетехники, в надежде остановить наше продвижение. Но вот мы достигли входа в подземелье, и техника встала вокруг него в оборонительном порядке.

– Так. – Вышел я и осмотрел вход. – В ворота пройдёт только наш УАЗ, а БТР уже застрянет, не говоря уж о танке. Металл достаточно толстый, нам его не пробить.

– Мы с вами. – Сказал Шах, не став покидать машину.

– Хорошо. – Согласился я. – Мы вчетвером вниз. А вы охраняйте выход, пока не вернёмся. – Отдал я последнее указание, вернулся в машину и съехал по пандусу вниз, начиная спуск по серпантину, подобному тому, что был на Горне.

Глубина была здесь не такая большая, но всё-таки значительная. Одометр успел намотать больше десяти километров, прежде чем мы достигли конца серпантина и вышли из машины, которая не прошла бы в маленькие двери.

– Оставь надежду всяк сюда входящий. – Мрачно пошутил я. – Надежда мне нафиг не сдалась, в принципе, а вот пулемёт я возьму. – Сказал я и отсоединил КПВТ от вертлюга. Тяжеловато конечно, но скафандр примет на себя часть веса.

– Не надорвись. – Прокомментировала Лиса мой поступок.

– Не ссы, квакуха, болото наше будет! – Ответил я, заходя внутрь подземного комплекса.

Электричество сюда не поступало, и для освещения здесь были приспособлены факелы, тут и там воткнутые в стены, и магические светильники из кристаллов и черепов. Живописненько так, уютненько! Ладно, что хоть навстречу нам никто не попался, пока мы шли по коридору, разинув рты и вертя головами во все стороны.

– Тихо! – Донёсся ментальный посыл Шаха. – Кто-то есть.

Он прошел вперёд, поднял автомат к плечу и несколько раз выстрелил. Тихо щелкнул затвор, звякнули упавшие гильзы и вдалеке раздался шлепки падающих тел.

– Чисто. – Сказал он.

Мы прошли дальше. Я уже проклял идею взять с собой пулемёт, но бросать было жалко. К тому же это только начало пути. Нас ещё не заметили, благодаря бесшумным автоматам, но рано или поздно, но наступит пора, когда басовитому КПВТ удастся спеть свою песню.

Этаж за этажом мы спускались вниз, оставляя за собой трупы воинов-охранников. Пока нам не попалось ни одного мага, но магический фон тут просто зашкаливал, а это значит, что все они собрались в одном месте. И что маги они очень сильные. Пожалуй, только Бабай мог похвастаться такой мощью, которая ощущалась здесь. Даже безымянный некромант не фонил так.

– Вот они где, голубчики. – Кира прошла в очередную дверь и передавала нам теперь сведения о противнике. – Десятка три. Пока не видят.

– Сейчас увидят. – Сказал я, проходя вслед за ней. – Зря я что ли пулемёт тащил?

В просторном зале, на балкон которого мы вышли, за длинным столом сидело множество магов непров в балахонах разных цветов. Охранники выстроились вдоль стен, застыв трёхметровыми стальными глыбами. Мы встали вдоль ограждения, я в центре аккуратно, стараясь не шуметь, примостил пулемёт на перила и, взяв на прицел мага во главе стола, открыл огонь. Длинная очередь скосила нескольких магов сразу, а потом серия попаданий промчалась по поверхности стола, выбивая пластиковую крошку и оставляя огромные дыры, к другой группе. Тяжелые пули сбивали наспех поставленные щиты, отрывали магам руки и ноги, разрывали тела на куски, а головы просто взрывались, фонтаном разбрызгивая кровь и мозги повсюду. Охранникам тоже досталось, хоть броня и держала удар, но они останавливались на мгновение, получая пулю в щель в шлеме от моих друзей. Последний маг попал в мой прицел. Пули ударили в щит, но не пробили его, а лишь откинули мага в сторону. Тот прокатился по земле, а потом стремглав побежал в сторону двери.

– Вот гад! – Прокричал я, бросая опустевший пулемёт в спешащего по лестнице охранника. – За ним!

Мы рванули к той же двери, куда только что убежал маг в красном балахоне, по пути расстреливая уцелевших охранников. Дверь оказалась не заперта, и мы оказались в большой комнате, с магом в центре её, накрытым стационарным куполом от какого-то артефакта. Я добил остатки магазина в купол, что, впрочем, оказалось бесполезно, и перезарядился.

– Зачем же стрелять. – Раздалось в моей голове. – Мы ведь можем просто договориться. Вы уходите и оставляете нас в покое, а мы больше не лезем на вашу планету.

– Да, Псих, давай договоримся! – Сказал Шах.

– Да, делов-то. – Поддакнула ему Лиса.

– И, вправду. – Сказал я. Как же раньше не пришло такое в голову? Зачем вообще было воевать, когда можно было решить всё мирно?

– Я с тобой согласна. – Кира тоже поддержала общее решение.

– Вот и чудесно! – Улыбнулся маг довольно-таки дружелюбной улыбкой. Оказывается и среди непров есть добрые люди. И вообще они замечательные ребята. Стоп! Что?!

– Вали прочь из моей головы, угрёбище! – Прокричал я, срывая со спины автомат, который, не помню когда, убрал. – Получи! – Я вновь выпалил очередь в купол на максимальной скорострельности, надеясь пробить его суммированным воздействием.

– Это было зря. – Злобно усмехнулся маг.

В тот же миг Шах вырвал у меня автомат из рук и попытался ударить прикладом в лоб. Меня повалили на пол, и со всех сторон на меня обрушился град ударов.

– Прости, любимая. – Произнёс я, отбрасывая Киру лапами от себя. – И ты прости. – Шах отправился в полёт. – И ты. – Лиса вцепилась в меня когтями, но я, резко выпрямившись, сбросил её с себя.

Я рванул с места, прыгнув так, чтобы приземлится на вершину купола, и окутался множеством молний так, что шерсть стала дыбом, а костюм мигнул индикатором и отключился. За мгновение до приземления в меня ударили автоматы, выбивая кровавые облачка на выходе из тела. Сильный удар по морде лишил меня левого клыка, из груди лилась кровь, ноги отнялись, да и всего, что ниже пупка я не чувствовал. Я упал на купол, продолжая бить в него молниями, и, из последних сил пробив его, оттолкнулся руками от пола и вцепился в глотку непра единственным уцелевшим клыком. Я держал его и, продолжая трепыхаться, рвал ему артерии, моя кровь смешалась в пасти с его. Наконец, он затих, и я смог разжать челюсти, напоследок увидев Киру, склонившуюся надо мной. Она что-то кричала, но я не мог ничего разобрать.

– Спасибо… за всё… – Одними губами сказал я, прежде чем мои глаза закрылись.


Эпилог

– Нет! Нет! – Кира склонилась над растерзанным телом, прижимая его к себе. – Не умирай! Ты слышишь?! Нет! Не смей! Шах! – Рявкнула она на остолбеневшего друга, всё ещё сжимавшего в руке дымящийся автомат. – Сделай что-нибудь!

Тот отбросил оружие и подбежал к ней, наложил руки на то, что осталось от Психа, и попытался влить энергию в тело, дабы ускорить процессы естественной регенерации.

– Я ничего не могу сделать! – Он всплеснул руками.

– Не говори так! – Кира схватила его за горло. – Сделай!

– Не могу! – Снова сказал он. – Вся энергия уходит впустую! Как вода в решето! Он уже мёртв! Я не вижу ауры!

– Тоже мне целитель! – Прокричала она, срывая блок жизнеобеспечения со своего скафандра.

Она подключила свой блок, взамен пробитого пулями, и скафандр заработал, закрывая раны на теле, дабы уменьшить кровопотерю.

– Несите его на корабль! – Прокричала Кира.

– А ты куда? – Подала голос доселе молчавшая Лиса.

– Доделаю начатое! – Ответила она. – Быстро несите!

Шах и Лиса безжизненное подхватили тело и понесли его туда, где оставили машину. А Кира побежала к месту наибольшей напряженности магического поля. Ей следовало уничтожить артефакт, чтобы корабль смог приземлиться. Она с диким рыком и слезами на глазах неслась по коридорам древнего комплекса, не задерживаясь, на ходу сжигала посмевших попасться ей на глаза охранников, разрывая редким магам когтями горло.

– Всех убью! Уроды! – Разносился по подземелью её голос полный горечи. – До последней твари! Всех уничтожу!

Она достигла своей цели – самого низ комплекса. В центре огромного зала возвышалась непонятная конструкция, перемигивающаяся многочисленными магическими кристаллами невиданных ранее размеров. Она схватила автомат и один за другим стала разбивать кристаллы. Но один за другим магазины кончились, автомат выстрелил в последний раз и замолк.

– Стреляй! Железяка чертова! – Кричала она на бесполезное сейчас оружие. – Огонь! Больше огня!

Она метнула пламя раз, другой, но против проклятого артефакта это не помогло. Тогда она закружилась на месте, закручивая огненный смерч и приближаясь к центральной стойке магического сооружения. Пламя набирало силу, разгоралось всё ярче. Уже посыпались мелкой крошкой стены и потолок, конструкция трещала, огонь бушевал всё яростнее. Уже гигантское огненное торнадо завывало посреди зала, пожирая всё на своём пути. Трескались кристаллы, оплывали металлические части артефакта, и вот гигантская конструкция рухнула прямо в центр вихря.

Пламя стихло, словно его и не было. И только трещащий камень и оплавленная металлическая груда напоминали о бушевавшем здесь секунду назад адском пламени.

Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы: Сапегин Александр «Дороги сказок (все части)», Виктор Гвор «Спасатель. Вечная война», Хаос «Новая жизнь (части 4-6)»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален
Ещё 22 старых комментария на форуме