Furtails
James L. Steele
«Опасные мысли (отрывок)»
#NO YIFF #инопланетянин #лис #разные виды #ящер #постапокалипсис #фантастика #приключения
Своя цветовая тема
ВНИМАНИЕ, РЕДАКТИРУЕМЫЙ ТЕКСТ!!!
Вы можете редактировать этот перевод, улучшив его качество.
Для этого нужно кликнуть курсором на фразу, которую желаете исправить, и в появившемся окне сделать это, подтвердив изменение нажатием кнопки "ОТПРАВИТЬ".
Если в ходе редактирования увидите теги примерно такого вида - - не стирайте и не изменяйте их - иначе из текста пропадут имеющиеся в нём рисунки!
Дополнительную информацию можно посмотреть, кликнув по кнопке "детали" на переходной странице раздела "Мастерская Гайки".
Для желающих заняться редакцией всерьез вот ссылка на очень полезный в этом деле сайт:
https://context.reverso.net/перевод/английский-русский/Freestone

Ну хоть одну фразу отредьте! Разве это много?



Опасные мысли
James L Steele



Мовар

Пузырь в пространстве-времени расширялся из одной точки на уровне глаз. Она становилась все шире и шире, пока, казалось, не уперлась в каменный круг у тропинки. Пузырь дрожал и сморщивался, когда он держался открытым против давления окружающего пространства-времени, пытаясь сжать его.

Отверстие привлекло внимание нескольких обитателей этого мира, и они подошли к нему.
На другой стороне они увидели планету, которую никто из них не узнал сразу, с огненными вулканами и двумя дневными звездами в небе, одна красная, другая белая. В этом чужом мире стояли два разумных существа, которые открыли эту дыру. Туземцы этого мира мгновенно узнали в них Деку и Кайлака, двух Археонов с планеты Рел.

Несколько человек из мовара побежали в другую сторону, к другому пузырю такого же размера, висящему менее чем на расстоянии вытянутой руки от Земли.
Они пробежали через него один за другим и исчезли, хотя внешние наблюдатели могли видеть их изображение, бегущее на заднем плане, спроецированном на поверхность.

В первой дыре пространства-времени толпа стала больше. Два разных вида млекопитающих стояли бок о бок и ждали. Половина людей стояла на четырех ногах, и мех у них был разного цвета-от ярко-зеленого до ярко-коричневого. Свет от звезды их планеты заставил их всех слабо светиться от кончиков хвостов до кончиков ушей.
У них были большие глаза и длинные заостренные морды, которые заканчивались придатком, напоминающим третий глаз. Даже среди бела дня мохнатые твари излучали свой собственный свет.

Среди них стояли безжизненные существа. Они были вдвое выше своих мохнатых собратьев и передвигались на двух ногах, но все равно сгорбились и при необходимости могли передвигаться и на четвереньках. Дневной свет оказывал на них противоположное действие. Свет, испускаемый мохнатыми тварями, казалось, падал на их бесформенные тела, как будто они светились отрицательно.
Они не были невидимы, но казались блеклыми и едва заметными на первый взгляд.

Релианцы, видимые сквозь колеблющуюся сферу, приблизились к нему. Они становились все больше и больше, заполняя отверстие, пока, наконец, не появились на его поверхности. Первым вошел теропод, покрытый синей чешуей, такой темной, что она казалась почти черной. Красная полоса пробежала по верхней части его морды и вниз по спине до кончика хвоста.
Сразу же после того, как его хвост вышел из портала, за ним последовала двуногая собака с цифровыми ногами и слегка сгорбленной осанкой. Его брюхо было белым, предплечья-черными, а кончик хвоста-тоже белым. Остальная часть его тела была покрыта красным мехом. Они стояли бок о бок и наблюдали за людьми, пока нестабильная сфера смыкалась за ними.

Мохнатые существа лаяли и скулили на вновь прибывших.
Бесформенные, стоявшие в тени даже тогда, когда дневная звезда испекла эту планету в ярком свете, шипели и щелкали на этих двоих. Они подошли к хищнику и лисе, потрогали их чешую и мех. Люди мовара были лишь выше колен теропода.

Дека и Кайлак остались неподвижны и получили приветствие. Они только что пришли из мира, населенного людьми, говорящими только на одном языке, и теперь им приходилось приспосабливаться к двум.


Они были здесь всего один раз, много солнечных лет назад, и при гораздо лучших обстоятельствах. Они быстро приспособились к новому миру с новыми обычаями и новыми языками. Из шипения и воя стали вырываться слова.

- Порталы погасли!

- А что случилось потом?!

- Рицио сказал нам, что она больше не может выбраться с планеты!

- Она была без сознания несколько дней!

- Мы ни до кого не могли дозвониться!

Дека и Кайлак были среди многих видов, которые эволюционировали в стадах, и они никогда не уставали от своего способа приветствовать новичков среди них.

Толпа становилась все больше.
Мовары, как мохнатые, так и бесформенные, хлынули из портала с другой стороны. Слух об их прибытии быстро распространился, и люди со всей планеты пришли поприветствовать их. Дека и Кайлак знали, что они не поднимают столько шума из-за каждого посетителя, но катастрофа коснулась и их тоже, и они хотели знать, что происходит.

Дека огляделась по сторонам. Они приземлились на ответвлении каменной дорожки, предназначенной для незваных гостей.
Ветка соединялась с более широкой тропой, которая тянулась на сотню шагов в обе стороны. Другие тропинки расходились от этого прохода и заканчивались каменными кругами, дюжинами, насколько он мог видеть в обоих направлениях. Каждый из них обычно имел портал в другой мир, или в другое место в этом мире. Теперь он видел только шесть открытых порталов, и они дрожали и колыхались, пытаясь удержать свою сферическую форму. Мовары выскочили из этих порталов и присоединились к группе, окружившей Деку и Кайлака. Каждый хотел прикоснуться к ним, поговорить с ними, услышать от них.

Оба посетителя одновременно услышали десятки голосов, повторяя каждое слово. В них было легко разобраться.

- Да, все это правда, - сказал Дека, изо всех сил стараясь говорить на языке безжизненного вида. - Наша планета была уничтожена.

Еще больше вопросов обрушилось на них. Более озабоченные лапы и руки коснулись их.

- Вот почему мы здесь, - продолжал Кайлак.
Он говорил на языке мохнатых существ, так как его рот и горло были лучше приспособлены для этого.

Вскоре путь был полон людей. Дека и Кайлак почувствовали в воздухе запах беспокойства, и это их успокоило. У них был общий запах с млекопитающими мовара, хотя эти существа больше полагались на глаза, чем на нос. Наконец, каждый житель культуры Мовар окружил Деку и Кайлака, более тысячи светящихся четвероногих и несветящихся двуногих.


Стадо пришло в движение, и двое чужаков, находившихся среди них, унеслись в нем. Все отошли подальше от нескольких порталов на каменной дорожке, грубо следуя по ней. Тропинка закончилась в травянистом поле, и стадо повело туда Релианцев.

Место встречи на языке моваров никак не называлось. Это было настолько важно для их жизни, что у них даже не было слова для этого. Инопланетяне называли его так, и теперь там стояли Дека и Кайлак.


По щиколотку утопая в траве, пока стадо не остановилось и не потекло вокруг них, они попытались рассказать свою историю. Кайлак, рыжеволосый пёс, заговорил с одним из мохнатых существ, но только для того, чтобы она отошла, а другой занял её место. Отбежавшая самка поведала остальным крохотный кусочек истории Кайлака, и он поплыл по стаду.

Затем кайлак рассказал ещё один фрагмент своей истории ближайшему самцу, пока тот не отошел в сторону, повторяя то, что Кайлак говорил другим, а они другим, и так далее.


Дека, синий чешуйчатый теропод, также рассказывал фрагменты этой истории людям, которые распространяли эти фрагменты другим. Это было не так уж и сложно, просто то, как мовары общались. У каждого был фрагмент целого, и в конце концов стадо собрало эти фрагменты, сложило их вместе и придумало всю историю.

Они оплакивали гибель более двадцати тысяч человек, а также бесчисленных животных и растений.
Коллективное горе целой культуры заполнило это поле. Поднялись крики и шипение. Кайлак и дека ничего не чувствовали. Они были свидетелями горя последних четырех планет, но ни одна из них не достигла их. Они ничего не чувствовали, особенно когда было так много дел, так много неотвеченных вопросов.

По мере того как вращение планеты уносило дневную звезду к дальней стороне мира, свечение мохнатых существ становилось все более интенсивным.
Так же как и пустота, которую оставляли на свету те, у кого не было складок. Постепенно все заснули, оставив Деку и Кайлака бодрствовать посреди поля.

Они были измотаны, но путешествие на эту планету освежало. Было что-то особенное в том, чтобы быть среди людей, столь Объединенных разумом и целью. Они сидели на траве и наблюдали.

Земля теперь была погружена в полную темноту, но свечение мохнатых представителей расы моваров создавало на земле вторую звезду.
Свет не достигал бесформенных членов стада, которые казались отверстиями в этом свете.

Мовары были культурой, основанной на зрении. У мохнатых четвероногих были пигменты в их мехе, которые поглощали ультрафиолетовый свет от звезды планеты и использовали его, чтобы светиться как средство привлечения пары. Двуногие, лишенные шерсти существа когда-то охотились на них, эволюционировав, чтобы воспользоваться этим сиянием, но мохнатые Мовары обладали превосходным зрением и могли легко распознавать хищников, поэтому лишенные шерсти существа развили в своей коже особый пигмент, который имел эффект поглощения света.
В ответ на это у мохнатых появились большие глаза, способные поглощать огромное количество света, чтобы лучше видеть своих хищников. В конце концов, антипигмент хищника стал настолько утонченным, что фактически уничтожил свет.

Как и на многих других планетах, хищник и жертва оставались запертыми в этом конфликте в течение тысяч лет. Это поднимало их разум все выше и выше, пока оба вида не достигли разумности. Когда они поняли, что оба разумны, они слились в одно стадо, и хищники нашли себе другую пищу.
Они всё ещё сохраняли свою сильную стадную ментальность и не могли слишком долго оставаться в стороне от группы. Немногие покидали планету больше чем на день или два, если только они не приводили с собой дюжину других.

Что-то двигалось на дальнем конце поля, у ступицы. Дека и Кайлак поднялись на ноги и осторожно двинулись через толпу спящих особей навстречу сияющему четвероногому, стоящему на тропинке.
Они чуяли запахи тех, у кого не было шерсти, чтобы не наступить на кого-нибудь. Дека был особенно осторожен, потому что когти на его внутренних пальцах ног вспарывали плоть без малейшего усилия. У кайлака были тупые когти, чтобы хвататься за землю во время бега, поэтому он не был так обеспокоен.

Им потребовалось много вздохов, чтобы пересечь поле. Когда они прибыли, то отбросили тусклые тени в зелено-желтом сиянии своего собрата-Археона, Рицио.
Мохнатый Мовар достигал только их колен, поскольку она шла на четвереньках.

- Добро пожаловать обратно в Мовар, - сказала она на Рилианском языке.

- Спасибо, - сказала Дека тоже на реле.

- А что случилось потом?

- Мы вам все расскажем вкратце, но, пожалуйста, с вашей точки зрения, расскажите нам, что здесь произошло.

Она повернулась и пошла по дорожке. Дека и Кайлак шли рядом с ней, подстраиваясь под её шаг.


- Я тут кое с кем разговаривал... я не помню, что именно. А потом я почувствовал невероятную боль в голове. Следующее, что я помню, было пробуждение в траве. Все говорили мне, что я был без сознания в течение пяти дней. Порталы исчезли. Для меня это было полной неожиданностью. Я ведь не просто спал. Я потерял все порталы, которые поддерживал. Сразу же я начал заново соединять разные части Movar, но это было трудно.


Она посмотрела на один из порталов, когда они проходили мимо. Он мерцал и колебался, показывая искаженный, неустойчивый вид области мовара на дневной стороне. Она остановилась прямо перед ним.

- Я... Кажется, я уже не могу открывать пути, как раньше. Прошло несколько дней, прежде чем я вообще смог открыть новый портал. Я всё ещё не могу открыть путь в другие миры. Я был в другом месте на Моваре, пытаясь заново открыть пути в каждый регион.
Я вернулся, как только узнал, что ты здесь.

Она повернулась и села лицом к хищнику и лисе.

- А что случилось потом?

- Дека потер когтистые пальцы друг о друга. - По порядку или не по порядку?

- Возмутился рицио. - Я ценю твою попытку, но мне сейчас не до смеха.

Кайлак сел. Рептилия тоже села, и Рикио лег ей на живот. Пока Кайлак говорил, Дека оглядела тропинку. Каменные круги были так пусты без опирающихся на них порталов. Весь этот путь когда-то содержал сотни путей, ведущих к такому же количеству миров.
Другие планеты всего в шаге отсюда. Пройди через любую из этих сфер, и тотчас же ты окажешься за миллион световых лет отсюда, разговаривая с цивилизацией старше твоей родной планеты, и каждый сможет приходить и уходить, когда ему заблагорассудится.

Сейчас было открыто только пять порталов, все они вели в разные части мовара, все нестабильные, похожие на те, что он и Кайлак открыли после катастрофы. Как и Рицио, ни один из них не мог сосредоточиться так хорошо, как раньше.
Что бы ни случилось, это причинило им такую боль, о которой они даже не подозревали.

Сейчас дека завидовала Рикио. Ему не хватало нескольких десятков порталов, которые нужно было поддерживать. Ему не хватало размышлений о них днем и ночью, ощущения связи между различными точками Вселенной и удержания их открытыми. Сейчас... Их с Кайлаком жизнь была сплошной паникой. Он сомневался, что кто-то из них сможет поддерживать портал дольше нескольких вдохов, не говоря уже о годах.
Теперь рицио мог по крайней мере поддерживать связь между разными частями планеты. Не идеально, но прочно.

Обычно сферы были настолько твердыми и стабильными, что казались вовсе не путями, а стеклянными сферами. После катастрофы он не мог открыть портал в конюшню, и ему этого не хватало.

С тех пор как их планета была уничтожена, он, казалось, потерял большую часть своей способности концентрироваться.
Было время, когда он и Кайлак создавали идеальные сферы и сохраняли их совершенными в течение многих лет, как и все опытные Археоны.

История была закончена. Кайлак рассказывал её последовательно.

- Даже представить себе не могу... - Сказал рицио. - Вся планета целиком?

- Он развалился прямо у нас на глазах, - ответил Кайлак. - Мы сбежали, а потом порталы рухнули.

- Я держала тридцать один открытым, - сказала Дека. - У кайлака был ещё тридцать один ребенок.
Сорок соединили вместе разные части нашего мира. Остальные двадцать два вели за пределы планеты. Они закончили на одном дыхании друг от друга.

- Нас обоих на несколько дней парализовало, - продолжал Кайлак. - Все прекратилось. Законченный. Завершенный. Нам не о чем было думать. Так уж получилось, что мы оказались на родной планете ямах.

- По крайней мере, о тебе позаботились, - сказал Рицио.

Дека уставилась в землю. - Мы их напугали. Мы просто упали, и наш путь закрылся за нами.
Порталы их Археона тоже держались открытыми закрытыми, и он впал в такую же кому.

- Они сохранили наши тела живыми, пока наш разум оправлялся от шока, - продолжал Кайлак. - Больше с нами никого не было. Когда мы узнали, сколько времени прошло, мы решили пойти к Рибу и поискать выживших, но никто не прошел через этот портал, прежде чем он рухнул. Мы путешествовали по другим мирам, надеясь найти кого-то, кто выжил.


- А как же Райв и его друг? - спросил рицио.

- Мы не знаем, что с ними случилось, - сказала Дека. - Они могут быть уже мертвы. Я не знаю, где были Соня и Рупи, или детеныши.

Некоторое время они сидели молча. Рицио опустил её голову и положил её между лап. Дека и Кайлак хранили молчание. Её запах сказал им, что она только начала чувствовать вес того, что произошло. Она заскулила, встала и пошла между хищником и лисой, утешая их единственным известным ей способом.
Она пыталась сбиться в кучу вместе с ними, но без стада это было трудно сделать. Дека и Кайлак наклонились поближе, чтобы создать свое собственное маленькое стадо.

Она должна была горевать. Её горе не коснулось их. Оба Релианца не чувствовали ничего, кроме грубой решимости найти выживших и выяснить, что же произошло.

- К сожалению, - начал Рицио, - сюда действительно кто-то приходил.

У кайлака зацвели уши. - Так и сделали?!
А где они сейчас?

- Я думаю, тебе стоит посмотреть самому.

Она попятилась от них, повернулась и побежала вверх по тропинке. Дека и Кайлак побежали за ней. Сделав сотню шагов, Рикио резко развернулся и очертя голову вбежал в портал, который едва сохранял свою сферическую форму. Дека повернулся, пригнул голову, держа хвост прямо за собой, и тоже побежал через него. Кайлак расправил хвост, прижал уши к голове и последовал за своим хищником.
Он появился на скалистом выступе рядом с декой и Рицио. Здесь всё ещё было светло, но звезда вот-вот должна была сесть. Кайлак узнал эту часть мовара.

У обоих видов существовала традиция относительно смерти. Когда Мовар старел, он покидал стадо, отправлялся к скалам и жил там, пока его тело не сдавалось. Когда-то они верили, что края утесов на самом деле были началом мостов в следующую жизнь, поэтому они убедились, что встретили свой конец на высоком утесе.


Открытие портальной физики должно было бы сделать традицию путешествия на тысячи шагов к ближайшему утесу устаревшей, но это только сделало их более решительными, чем когда-либо, чтобы сделать путешествие самостоятельно, без коротких путей. Только в самых крайних случаях они использовали порталы, чтобы привести кого-то к утесу после смерти.

Кайлак, Дека и Рицио стояли лицом к линии тел Рилианцев, некоторые из которых были рептилиями, другие-собаками.
Полосы чешуи и меха отсутствовали. Огромные полосы плоти и костей исчезли, обнажая внутренние органы. В телах были проделаны огромные дыры. Ноги не хватает. Руки наполовину отрезаны. Лица, выдолбленные до костей. Иногда часть самой кости отсутствовала, как будто она растаяла, оставив остальную часть черепа гладкой и отполированной.

Их было человек двадцать, они лежали как можно аккуратнее, повернувшись лицом к краю обрыва.
Дека и Кайлак осторожно приблизились. Запахи от тел давно испортились, и не было никакого способа узнать, был ли кто-то из этих людей тем, кого они знали. Дека немного поворчал; Соня могла быть среди них, и он никогда об этом не узнает.

Одно из собачьих тел было разрезано пополам по длине. Над ним стояли дека и Кайлак. Рикио подошла к ним чуть позже, стараясь говорить тихо, как будто боялась разбудить их.

- Я и сам этого не видел.
Стадо сказало мне, что они хлынули через портал именно так, как вы их видите. Я поддерживал путь между Релом и Моваром, и он рухнул, когда этот проходил мимо. Эти люди всё ещё были живы. Я был без сознания, и никто не имел ни малейшего представления о том, что произошло или что им следует делать, поэтому они перенесли их сюда. Это был первый путь, который я открыл. Мне очень жаль.

Кайлак опустился на четвереньки и принялся обнюхивать тело, изо всех сил стараясь понять, кто же он такой, пытаясь получить от него хоть что - нибудь!
Все, что он мог чувствовать-это запах разложения. Он принюхался ещё сильнее. Он вдыхал грязь, вынюхивал её и шел на четвереньках вдоль линии, обнюхивая всех подряд.

Дека сделала то же самое, согнувшись в поясе, бегая взад и вперед вдоль линии, пытаясь опознать кого-нибудь. Он не чувствовал ничего, кроме запаха смерти. Ни ожогов, ни запаха РАН. Плоть и кости просто отсутствовали случайным образом, как будто сама гравитация проникла в их тела и забрала все, что хотела.


Так они ходили взад и вперед по линии несколько раз. Они встретились у тела в середине, рептилии Рилианской расы. Одна нога отсутствовала, как и хороший участок туловища. Больше никакого запаха. Нет никакой возможности узнать, кто это был, или был ли это мужчина или женщина.

Дека открыл рот и закричал. Кайлак завыл вместе с ним. Пять планет после разрушения их мира, и это были первые Релианцы, которых они нашли.


Рич медленно подошел к ним. Она подтолкнула их друг к другу, и они образовали небольшое стадо, пока горевали. Они заснули, когда звезда села на этой стороне планеты.

Дека проснулась среди ночи. Здесь, наверху, было холодно без звезды, согревавшей его чешую, поэтому он протянул руку и притянул свою лису поближе. Это разбудило лиса, и он постучал своим Раптором по носу. Они встретились взглядами. Они были вместе достаточно долго, чтобы знать, что думают об одном и том же.


Они побывали только на пяти планетах. Они не могли быть последними из Релов, и они отказывались принять такую возможность. Они немного отдохнут со стадом, а затем отправятся в новый мир. Дека начал подсчеты.


1

Дека опустилась на колени на краю каменного круга. Это был круг, когда-то занятый сферой, которая соединяла планеты Рел и Мовар. Он обдумывал расчеты в своем уме в течение четырех дней этой планеты, и он был почти готов открыть путь.

Но все это время он не сидел сложа руки. Он и Кайлак общались с Моварами. Дека помогал ухаживать за посевами, а Кайлак помогал травоядным охотиться на добычу.

Лишенные шерсти хищные Мовары ухаживали за растениями, пока пушистые травоядные охотились. Это было прекрасное соглашение, которое они заключили столетия назад, когда впервые обнаружили, что их светящаяся добыча разумна. Оба вида продемонстрировали свою приверженность к познанию друг друга, питая друг друга.
Они стали двумя видами, одной культурой.

Поначалу земледелие и охота занимали всю их жизнь, но чем больше они узнавали друг о друге, тем шире становился их кругозор. Они открыли физику порталов, и с тех пор порталы орошали посевы и обеспечивали кратчайший путь к мигрирующим животным, которых поедали лишенные шерсти. Они освободили народ мовара, чтобы он мог жить так, как ему заблагорассудится. Деке никогда не надоедало об этом думать.
Эта история повторялась на стольких разных мирах во всей контактируемой Вселенной.

Найти тела двадцати шести Релианцев было лучшим, что с ними случилось до сих пор. Обнюхивание жертв катастрофы сделало его реальным, а столкновение с реальностью позволило эмоциям наконец вырваться наружу.

Кайлак даже пытался найти мовара для секса, но поскольку его мех не светился, ни одно из покрытых мехом существ в этом мире не интересовалось им. Он попытался соблазнить тех, у кого не было шерсти.
Кайлак никогда не был с существом, которое поглощало бы свет, и это звучало как большое волнение. Однако они считали его довольно уродливым, потому что он отражал слишком много света. Это расстроило лиса, но было облегчением для деки, потому что впервые после катастрофы Кайлак проявил желание. Дека беспокоилась о нем, так как Рилиан собачьего вида мог вернуться к своим старым привычкам всего за пару дней, если его лишить секса. Прошло уже около тридцати дней после катастрофы, и Кайлак до сих пор ни разу не вспомнил об этом, так что Дека вздохнула с облегчением, наблюдая, как он снова пытается соблазнить людей.

Лис выдержал ещё четыре дня без него. На любой другой планете Кайлак нашел бы себе партнера всего за несколько мгновений. Почти все в контактной Вселенной знали о существовании собачьих видов Рел, и большинство пользовалось ими в полной мере, но не люди мовара.


Все это время Дека размышлял о том, где они находятся во Вселенной, и куда он хотел бы пойти с этой точки. Он размышлял о том, куда приведет движение галактики каждая планета, где на орбите будет находиться каждая планета прямо сейчас, какова скорость вращения каждого мира, и куда ему нужно будет целиться, если он захочет посадить их на землю. Каждая планета имела определенную область для прибытия Археонов без предупреждения, и нацеливание на любое конкретное место требовало многих лет практики.


Дека был хорошим археологом, и он был полон решимости сделать сферу снова. Он и Кайлак чувствовали себя намного лучше после пережитого горя, поэтому он был уверен, что сможет сделать это снова.

Кайлак стоял позади своего хищника и наблюдал. Многие Мовары тоже наблюдали за происходящим, в том числе и Рикио. АРХЕОН, открывающий новый путь, - это то, чего многие не увидят в своей жизни, поэтому они жаждали стать свидетелями этого.

Дека подходила все ближе и ближе.
Математика текла в его мозгу, как жидкость. Он не знал о числах, вычисляющих орбиты, вращения, скорости, плотность пространства-времени, гравитационное искажение и множество других переменных величин. Скорее он осознавал то чувство, которое давали ему уравнения, числа и меняющиеся переменные.

Наконец он прибыл. Его разум рассчитал, где находится следующий мир. Каждое уравнение возвращало переменную, которая входила в предыдущее уравнение, которое входило в другое, образуя в его сознании каскад взаимосвязанных формул.
Сами уравнения образовывали мост между Моваром и другой планетой, находящейся на расстоянии нескольких тысяч световых лет. Они открыли дыру в пространстве-времени. Он колебался, расширялся, наполнялся и растягивался, пока не превратился в колеблющуюся сферу, достаточно большую, чтобы пройти сквозь неё. Мовары, никогда не видевшие открытого нового портала, стояли в благоговейном страхе.

Дека попыталась сделать его полностью сферическим и гладким, но он не запирался на месте.
Чего-то не хватало. Какую-то часть уравнений он никак не мог найти. Это его раздражало.

По другую сторону портала пернатые люди приземлились перед новым путем и заглянули в него.

Дека поднялся на ноги. Кайлак стоял рядом с ним, поглаживая шею своего хищника мягкой ладонью и пальцами.

- Это не обязательно должно быть идеально.

Дека вонзил в землю смертоносный коготь и вошел в колеблющуюся сферу, Кайлак следовал за ним по пятам.
Как только они закончили, Дека отпустила уравнения. Переменные перестали меняться с предсказуемой скоростью, уравнения отключились, и мост рухнул. Ощущение того, куда должна была переместиться планета с тех пор, как он разорвал связь, не покидало его ещё несколько мгновений, прежде чем он полностью забудет об этом, и тогда ему придется пересчитать все с самого начала, если он хочет вернуться.

Теперь они находились на планете ИКСИ.


Археоны часто находили большое утешение, зная, где находятся определенные планеты во все времена. Это заставляло их чувствовать себя так, как будто они несли с собой целую культуру. Сам дека поддерживал портал в этот мир из Рела, и потеря связи с ИКСИ заставляла его сердце биться по ночам даже сильнее, чем вид его собственной планеты разрушенной.

Он и Кайлак стояли на деревянной поверхности, выходящей на бескрайний океан, окруженный массивными верхушками деревьев.
Платформа находилась всего в нескольких шагах над водой и, подобно каменной дорожке на Моваре, уходила далеко за горизонт. Концентрические кольца роста выстроились вдоль земли, каждый примерно в четверти шага друг от друга, отполированные гладко поколениями людей, идущих здесь. Некоторые участки были заметно менее гладкими, чем остальная поверхность. Эти пространства когда-то содержали в себе сферы других миров.

Этот остров пней был центром их цивилизации, достаточно большим, чтобы держать порталы на сотни планет и всё ещё позволять посетителям общаться с местными жителями.
Десятки других порталов вели бы к деревьям по всему океану.

В этой мертвой древесной скорлупе были прорезаны каналы, которые образовывали трещины на поверхности и туннели внизу, где должны были находиться подводные сферы, некоторые из которых соединялись с океанами на других планетах, а другие вели к многочисленным частям океана на этой планете.

Не было видно ни одного портала.

Птицеподобные существа заполнили небо, освещённое сзади крошечной, раскаленной зеленью звездой.
Они спрыгнули с деревьев, взмыли вниз и приземлились на пень, окружив Релианцев. У них было яркое оперение, колеблющееся в голубых и желтых, белых и зеленых тонах. Особенно зеленые. Зеленый цвет на этой планете был настолько ярким, что на него было больно смотреть прямо.

Эти птицы стояли вертикально, почти такие же высокие, как теропод и Клык, расправив крылья и размахивая ими, делая широкие жесты, подчеркивающие их чириканье и трели.
Раптору и лисе потребовалось несколько мгновений, чтобы отбросить язык моваров и вспомнить этот. Деке было легче всего говорить на нем, так как его голосовые связки лучше подходили для подражания их высокому щебетанию. Постепенно слова становились понятны.

- Порталы исчезли!

- С вами все в порядке?!

- А что случилось потом? А где же все остальные?

К удивлению Деки, Кайлак заговорил первым: - Рел был уничтожен.
Мы ищем выживших. Кто - нибудь из Рела приходил сюда?

Птицы продолжали щебетать, кричать и жестикулировать. С этими людьми трудно было даже перемолвиться словом. Кайлак объяснил то, что они знали, а знали они очень мало. Как только лис сделал это, Дека повернулась и посмотрела вниз с края платформы. Прямо под поверхностью океана собралась ещё одна группа: водные виды Иксианской культуры.


За несколько мгновений он вырос с нескольких десятков рыб до нескольких сотен. Они выплыли со дна океана и из туннелей под его ногами. Вода в этом мире была настолько чистой, что можно было видеть пол, независимо от того, насколько глубоко он был. Они, вероятно, задавали те же вопросы, что и их птичьи товарищи, но ничего не было слышно на поверхности.

Кайлак закончил рассказывать им, что произошло, и толпа взорвалась криками всей цивилизации, оплакивающей потерю целой планеты.
Из - под земли донеслась низкая вибрация, от которой Дека и Кайлак упали в обморок. Некоторые птицы, всё ещё сидевшие на соседних деревьях, слушали Кайлака, рассказывая его историю людям, живущим под землей. Рыба тоже горевала, и это было так громко, что она пересекла воду и взмыла в воздух.

Сотни птиц на пне кричали от горя. Сотни рыб в океане выражают одни и те же эмоции по-своему.
Постепенно время горевать закончилось, и одна из птиц приблизилась к ним.

- Пойдем с нами.

Две птицы расправили крылья и взлетели. Они навалились сверху на деку и Кайлака, растопырили когти и подняли их за плечи. Теперь Релианцы знали, что случилось что-то плохое, так как птицы никогда никого никуда не уносили. Раньше в этом не было необходимости; их АРХЕОН поддерживал порталы к каждому дереву в этом мире.


- Это Криб, - сказала одна из птиц, когда они несли двух Релианов через бывшую ступицу к дереву, которое возвышалось на сотни шагов в воздухе.

- А что с ним случилось? - Крикнула дека.

- Этого никто не знает. Мы надеялись, что ты сможешь помочь.

Птицы взмыли вверх и сбросили их на толстую ветку. Дека и Кайлак пробежали через него и через отверстие, вырезанное в стволе дерева. Внутри было темно, но Релианцы обоих видов могли видеть в темноте, так что их глаза приспособились.


Дорожка спиралью спускалась вниз вокруг ствола, образуя внутренний пандус, вырезанный из самого дерева. Внутреннее пространство было достаточно широким, чтобы пройти пятьдесят раз, прежде чем повернуться. Здесь было несколько птиц, которые грызли и клевали дерево своими клювами. Птицы должны были держать эти места вырезанными, иначе дерево вырастало бы обратно внутрь.

Дорожка заканчивалась водой. Под поверхностью воды рыбные виды Иксианской культуры прогрызли собственное отверстие.
Прямо сейчас различные рыбы жевали части дерева под поверхностью воды. Сохранение этих деревьев было главным в их культуре, так как они были единственными местами, где два вида могли общаться.

Релианцы приблизились к воде и остановились. Прямо под ними находилась самая нижняя секция пандуса, где она уплощалась и образовывала ровное кольцо. Вода была достаточно высока, чтобы накрыть рыбу, но достаточно низка, чтобы кто-то с ростом деки и Кайлака стоял на плоской поверхности и взаимодействовал с рыбой и всё ещё мог дышать.


Криб неподвижно лежал на этом кольце.

Дека и Кайлак знали, что сейчас произойдет, и развели руками и ногами.

Птицы были одержимы тем, чтобы поддерживать чистоту воды. С тех пор как они узнали, что их жертва обладает чувствами и может думать, они построили свою культуру вокруг того, чтобы никогда больше не причинять им вреда. Они тщательно чистили себя, удаляя все свободные перья, сок, листья, насекомых и другие примеси, прежде чем войти в общее водное пространство.


Не имея клюва, Дека и Кайлак не могли прихорашиваться сами. Поскольку у него не было меха, Дека был освобожден от этого требования, но он все равно прошел через это ради них. Но только кайлак...

Две птицы приземлились на Кайлака, расплющив лису на спине, а клювы быстро натянули клочья шерсти по всему его телу. Еще пятеро прилетели сверху и приземлились на Кайлака, и от ушей до лап, от ножен до морды они очистили его от всего, что могло загрязнить воду.
Его хвост дико развевался от смеха, когда все больше и больше птиц опускались на него, переворачивали его и чистили его зад.

У деки был только один птичий рот, и она очень нежно коснулась его клювом, потому что его чешуя была уже чистой. Зная, что он придет сюда, он нашел время искупаться на Моваре. Он также знал, что Кайлак, с другой стороны, не купался специально.

Несколько мгновений спустя птицы слетели с Кайлака и уселись на спиральном пандусе наверху вместе с другими сотнями птиц, нетерпеливо ожидающих вокруг дерева.
Лис встал, расправил мех, пригладил руками хвост и прищелкнул ушами. Он присоединился к деке, и они вместе вошли в воду. Интенсивный свет звезд сохранял поверхность морской воды теплой, так что здесь было приятно. Трап выровнялся, и теперь они шли по нижнему кольцу в воде только до бедер.

- Какое облегчение снова видеть Вас, Дека и Кайлак.

Голос доносился из ствола дерева, усиленный дозвуковым голосом одной из рыб, плавающей между поверхностью и платформой, на которой стояли Дека и Кайлак.


- Я рада, что вернулась, - сказала Дека. Он говорил на языке птиц. Это не было эхом; ствол дерева уловил звук и унес его вниз по воде.

В отличие от столь многих видов в контактирующей Вселенной, обе разумные расы на ИКСИ не принимали общение как должное. Деревья были тщательно вырезаны и подстрижены, а вода оставалась чистой. Любое изменение означало бы потерю их единственной связи друг с другом, а потеря связи с единственным другим разумным видом на всей планете была слишком велика, чтобы рисковать.


- А что случилось с Крибом? - спросил кайлак.

Под поверхностью было много рыбы. Невозможно было сказать, кто говорит, так как рыба не разговаривала ртом.

- Твоя история заполняет некоторые пробелы в наших знаниях, - ответил ствол дерева. - Теперь мы знаем, что послужило причиной этого, но не знаем почему.

Дерево настолько усиливало голос рыбы, что само передавало эмоции. Деке это никогда не надоедало.


Релианцы вошли в воду и встали рядом с Крибом. Он не был мертв; его жабры двигались внутрь и наружу, но медленно.

Кайлак положил руку на рыбу. Его чешуя была холодна на ощупь. Дека тоже положил на него руку, стараясь не выпускать когти, чтобы случайно не проткнуть кожу.

- Он всё ещё не очнулся от шока, - сказал Кайлак.

Дека закрыл глаза и тихо заворковал.


- Значит, мы здесь первые? - спросил кайлак. - А больше никто не приходил?

- Нет, - ответил голос из багажника. - Ты-первый. Неужели всех постигла одна и та же участь?

Дека ощупала гладкую чешую рыбы. - Да. Это уже шестой мир, в котором мы побывали. Все испытали шок, когда порталы Рела рухнули. Мы отсутствовали несколько дней. Все остальные Археоны были на свободе так же долго. Некоторые бодрствуют, но всё ещё не могут думать.


- Значит, он скоро проснется? - спросил голос с дерева.

- Надо бы... - Сказала дека. - Возможно, ему просто нужно больше времени.

- У разных рас всё будет по-разному, - сказал Кайлак, глядя на деку снизу вверх. - Криб не похож на других Археонов. Мы должны принести Селту.

- Но почему же? - Ответила дека. - А что они могут сделать? Мозг должен исцелиться сам. Даже они не могут этого заставить.

Некоторое время кайлак молчал.
Он был уверен, что Дека все поняла. Им редко приходилось объяснять что-либо друг другу.

- Это не просто кома из-за травмы, - продолжила Дека. - Это кома от шока, вызванного тем, что несколько порталов закрылись против его воли. Подумайте о том, что вы чувствовали, когда были под водой. Мост сорвало, но твой мозг всё ещё работал над расчетами. Переменные всё ещё двигались в своих предсказуемых циклах, и все же ничего не происходило.
Что же делает разум Археона? Продолжайте пытаться добраться до места назначения. Его разум пойман в ловушку уравнения, которое не имеет решения сейчас, но у него было решение раньше. Для этого нет лекарства.

Отсутствие эха здесь казалось поразительным. Слова не просто повисли в воздухе. Они добрались до места назначения и выполнили свою работу. Молчание, последовавшее за словами Раптора, было очень тяжелым.

- Ты можешь что-нибудь сделать?
- сказала одна из птиц наверху.

Дека повернул морду кверху. Он точно расслышал, кто это сказал, но обратился ко всем сразу.

- Криб хотел все сделать сам. Всякий раз, когда появлялся портал в другой мир, он хотел сделать его. Чем больше путей он открывал, тем счастливее становился. Он держался за уравнения порталов Рела крепче, чем большинство из них. Вероятно, ему потребуется больше времени, чтобы проснуться.

- Дека...
- Сказал кайлак. - Иксианская Анатомия.

Дика повернулась и сердито посмотрела на Кайлака. Лис был уверен, что Дека все знает, но не хотел даже думать об этом.

Кайлак обратился к людям на дереве: - У этой рыбы два мозга. Непроизвольные функции в одном, сознательный ум в другом. Каждая часть не может повлиять на другую. Шок мог повредить его сознанию, но не затронул основных функций организма. Учитывая, сколько уравнений он держал, и как сильно он держал их, катастрофа, возможно, убила его.

Дека закрыл глаза и про себя зарычал, всё ещё сложив руки на груди и выпустив смертоносные когти.
- Он жив! Рано или поздно он проснется! Ему просто нужно больше времени, чем нам!

- Я знаю, что ты не хочешь думать об этом, Дека, но это возможно. Селты могут чувствовать активность мозга. Если они решат, что он всё ещё жив, тогда мы знаем, что нам нужно только подождать.

- Я не нуждаюсь в Селте, чтобы сказать мне, если кто-то жив или мертв! Позволь мне остаться с ним на некоторое время. Может быть, он ответит на мой голос.

- А что, если он не проснется?
Мы должны быть к этому готовы.

Дека пыхтела и тяжело дышала несколько раз, всё ещё крепко зажмурившись. Постепенно его руки разжались. - Я знаю, что ты прав. Начните расчеты.

- Я уже это сделал. Я буду готов через день или два.

Эти слова наполнили дерево надеждой. Кайлак повернулся и вышел из воды. Он попрощался с рыбой и поднялся по спиральному пандусу. Птицы взмыли в воздух, кружась над верхним входом.
Они так хорошо прихорашивались, что ни одно перо не упало с их тел.

Кайлак добрался до вершины спустя некоторое время. Он вышел в зеленый звездный свет и выглянул наружу. Кустистые верхушки деревьев, насколько хватало глаз. А под ними-бескрайний океан без единого клочка суши на всей планете.

Что-то оранжевое врезалось в Кайлака и сбило его с ног, пригвоздив к ветке. На него тоже опустилось что-то бело-розовое. На нем сидели две птицы. Нос кайлака подтвердил, что оба были женщинами.
Один из них уселся на его ножны, уговаривая выйти. Кайлаку нравились пернатые Иксианцы. У них не было никаких правил, кроме как держать его подальше от воды. Ему было приятно наконец-то успокоиться. Это было слишком давно.



2

Криб не было его настоящим именем, но это было его имя на птичьем языке. Дека уже давно жалела, что он не может выговорить свое имя. Одно дело-слышать и понимать его, и совсем другое-самому издавать эти звуки.


Хотя птицеподобные люди на этой планете имели больше общего с ним, он тяготел к чужеродной перспективе рыбы. Жизнь, которую он не мог понять. Существование, которое он не мог разделить. Рилианские Рапторы не умели плавать, поэтому вода была для деки неиссякаемым источником очарования. Большинство видов эволюционировали из воды задолго до того, как достигли разумности. Дека гордилась тем, что у неё была личная дружба с одним представителем другого вида, который не имел её.


Их взгляд на жизнь, а также на жизнь тех, кто живет над водой, был удивительным, чтобы принять. Находясь внутри дерева, которое увеличивало их голоса в нечто такое, что вдыхающий воздух мог услышать, делало их отношения больше, чем просто разговор, но опыт.

В прошлые годы, когда Дека посещал этот мир, он и Криб проводили целые дни просто разговаривая, каждый из них делился опытом, который другой мог только вообразить.
Попытка поместить их в некий контекст, который другой мог бы понять, обострила оба их ума.

Теперь дека говорила о них, надеясь на какую-то реакцию. Он объяснил, каково это-стоять над потоком лавы. Он объяснил ощущения, которые испытывает тело во время бега по сухой земле. Он рассказывал истории о том, как они с Кайлаком были молоды. Он объяснил, как провел время с Соней, как они познакомились, как ощущал секс, наблюдая за тем, как она откладывает яйца, какой прилив первобытных эмоций он испытывал, наблюдая, как они вылупляются.
Это была жизнь, которую Криб мог только вообразить.

Дека напомнила Крибу истории о подводной жизни, которые он рассказывал деке. Исследуя пещёры глубоко под водой. Они касались дна океанов на других планетах, где давление было настолько велико, что вода замерзала и превращалась в теплый лед. Он вспомнил истории о наблюдении за тем, как растут деревья. Деревья в этом мире начали свою жизнь на дне океана. Рассада выпустила на поверхность крошечную лозу, чтобы собрать свет, и Лоза выросла в ствол, который мог бы поддерживать всю экосистему. Рыба только слышала об изобилии жизни в кронах этих деревьев, так что деке пришлось объяснять её на их языке, и это было восхитительное упражнение.


Так много разговоров. Так много Дека пережила из-за Криба. Ни один другой водный житель никогда не мог выразить словами, на что похожа жизнь под водой так, как это делал он.

Монологи деки, обращенные к бессознательной рыбе, продолжались более двух дней. Он почти не спал. Он чувствовал, что если слишком долго не будет смотреть на Криба, то упустит что-то важное.

Время от времени к нему присоединялся кайлак, но поскольку секс на одном из этих деревьев считался нечистым, он недолго оставался там.
В течение первых нескольких дней Кайлак едва ли мог идти куда-нибудь, не найдя себе партнера. Он наверстывал упущенные возможности во многих других мирах.

Кайлак отождествлял себя с птицами лучше, чем с рыбой. Полет был чем-то, что он не мог испытать, поэтому он проводил с ними как можно больше времени. Кайлак был уверен, что ощущение меха было для них чем-то новым, вот почему им так нравились клыки Рела.


Кайлак с удовольствием наблюдал за тем, как охотятся птицы. Поколения назад, когда они обнаружили, что самые большие рыбы в воде были так же разумны, как и они, птицы бросили охотиться на них и начали защищать разумную жизнь на своей планете. И только когда они начали понимать, что говорят рыбы, они осознали, что каждое действие птиц влияет на жизнь в воде. Теперь птицы не делали абсолютно ничего, что негативно влияло бы на воду, и они убедились, что инопланетяне делают то же самое.


Птицы охотились на крупных насекомых и мелких млекопитающих, обитавших на деревьях. Они держали некоторые навесы изолированными, чтобы эти животные могли процветать и собираться позже. Они также поддерживали способы нереста в регионах неразумных рыб и угрей.

Они отнесли Кайлака к деревьям насекомых и млекопитающих, чтобы проложить там дорогу. Насекомые были размером с его голову, но безвредны, а млекопитающие с опаской относились к пришельцам из поколения собирателей урожая, но как только они приняли Кайлака за своего, то стали приближаться к нему. Их руки были постоянно сформированы для захвата ветвей.
У них не было меха, но их кожа была зеленой, которая отражала много света, чтобы отпугивать хищников. Некоторым птицам всё ещё было трудно поймать их.

Здесь были сотни деревьев, предназначенных только для этих существ. Криб сохранил все порталы, ведущие к этим изолированным навесам, так что каждый житель планеты имел к ним постоянный доступ. Когда Криб был без сознания, птицам пришлось лететь несколько дней, чтобы добраться до них. Рыба также должна была мигрировать, чтобы найти пищу, теперь, когда порталы, связывающие разные части океана, также исчезли.
С исчезновением порталов жизнь снова стала не более чем постоянным поиском пищи.

Кайлак открыл несколько путей по всей планете. У него не было много времени, и так как он также рассчитывал путь до Сельты, было намного труднее сосредоточиться. К счастью, создание портала, связывающего две части одной и той же планеты, не потребовало слишком больших усилий. Он создал пять из них, но всё ещё не мог создать совершенную сферу.
То, как шатались и пульсировали порталы, заставляло некоторых птиц бояться ими пользоваться, и Кайлак не был уверен, что сможет поддерживать их бесконечно. Он годами поддерживал десятки путей между мирами, не задумываясь ни на секунду. Теперь он едва мог держать их открытыми, и несколько раз в день ему хотелось биться и кричать, пока несколько птиц не приблизятся и не помогут ему расслабиться.

Кайлак намеренно держал подсчеты в Сельте почти завершенными.
Он был готов ко второму дню, но каждый раз, когда он спускался вниз, чтобы встретиться с декой после возвращения с охотничьего дерева, дека не казалась готовой. Раптор всё ещё разговаривал с Крибом, и Кайлак с каждым днем замечал в голосе Деки все большую настойчивость. Его запах содержал больше адреналина. А потом, на пятый день, от Деки пахло горем.

Быстро прихорашиваясь, Кайлак присоединился к своему хищнику в воде. Дека лежал поверх рыбы, его рот был очень близко к тому месту, где должна была быть ухо Криба, если бы у рыбы была такая пасть.


- Пожалуйста, проснись... я чувствую, как ты дышишь. Ты вообще меня слышишь?

Кайлак шлепал по воде. - Он прижал ладонь к затылку Деки.

- Дека. Прошло уже пять дней.

- Это я знаю.

- Я теряю свои порталы. Я не могу долго держать их открытыми. Нам нужно найти того, кто сможет это сделать. Нам нужно это знать.

Дека медленно поднялся с тела рыбы и встал, не сводя глаз с Криба.
- И все же я надеюсь, что ты ошибаешься.

Они вышли из воды, поднялись по трапу и вышли на яркий зеленый свет. Несколько птиц, как самцов, так и самок, обернулись и посмотрели на Кайлака. Лис учуял, что они хотят сесть на него, но заметил, что он был со своим Раптором, и, должно быть, решил, что они делают что-то важное, поэтому они сдержались.

Птицы поднялись в воздух, подхватили Релианов и понесли их вниз к стволу дерева, где должны были находиться сотни порталов.
Они опустили обоих на полированную поверхность, и Кайлак побежал между двумя каналами к тому месту, где раньше был портал Рела. За спиной Кайлака стояла дека. Лис присел, глядя прямо перед собой.

Уравнения, переменные, всегда изменяющиеся, всегда движущиеся. Все было в движении, и научиться двигаться вместе со всем было самой важной частью. Кайлак чувствовал, как его разум движется вместе с планетами и галактиками.
Это стало предсказуемо. Так предсказуемо, что между ними не было никаких световых лет.

Он воспринимал Вселенную такой, какой она была на самом деле, - не огромной тканью, а набором точек, соединенных между собой. Атом на одной стороне Вселенной может влиять на атом на другой стороне. Кайлак почувствовал это, и он установил такую связь между двумя точками во Вселенной. Он открыл её пошире. Шире. Она образовывала трехмерную дыру в пространстве-времени, и все, что находилось на другой стороне, проецировалось на поверхность.
Оно дрогнуло. Кайлак попытался удержать его прямо, но всё ещё не мог сосредоточиться. Он снова чувствовал себя учеником.

Через портал виднелись различные кошачьи линии с колышущимися мускулами и саблезубыми зубами. Они стояли на четвереньках, размахивая хвостами. Среди них стояло несколько небольших собакоподобных существ, тоже четвероногих.

Кайлак не пытался навязать ей совершенство. Он встал и прошел прямо внутрь, но не позволил расчетам идти дальше, и портал остался открытым.


Он появился на том самом месте, где раньше был старый портал в Рел. Его внезапное появление привлекло толпу Селтов и Зир.

- Это Рилиан! - крикнул один из котов.

- Кайлак!

- Сир сказал нам, что с Релом что-то случилось! У вас все в порядке?

- Кайлак повысил голос, чтобы его было слышно лучше. - Иксианцы нуждаются в помощи! Их АРХЕОН без сознания! Мы должны знать, почему!

В пределах слышимости находилось не менее двадцати добровольцев из Селта.
Кайлак выбрал одну из кошек по имени Ррана и провел его через портал. Они пересекли несколько миллионов световых лет за один шаг и мгновенно вернулись на деревянный хаб ИКСИ.

Птицы отнесли всех к дереву, и когда они спустились по трапу, Дека и Кайлак объяснили им, что произошло. Ррана и Кайлак прихорашивались. Дека подчинилась ему, потому что он уже давно не мылся. Затем они вошли в воду.
Она была слишком высока для того, чтобы Ррана мог идти, поэтому он поплыл к рыбе. Когда он прибыл, Кайлак и дека подняли его снизу, чтобы ему не пришлось пытаться удержаться на плаву. Он положил мягкую лапу на голову Криба. Все замерли в ожидании. Он ощупал несколько мест вдоль головы рыбы. Затем использовал обе лапы, что заставило Деку нервничать.

- Я чувствую активность в первом мозгу, но ничего во втором.

У деки отвалился хвост.
Кайлак прижал уши к затылку. Никто не пошевелился.

- Мне очень жаль, - сказала Ррана. - Криб мертв.

Воздух на дереве был пуст. Дека отпустил кошку, заставив Кайлака держать его одного.

Пес подвел Ррану к трапу, и они вместе поднялись наверх. Они ушли, оставив Деку, рыбу и птиц наедине оплакивать потерю своего Археона. Ствол дерева поймал их крики и унес в океан.
Голос деки, в частности, был слышен по всей планете.

Selta

1

Путь закрылся за ними, и впервые с тех пор, как Кайлак начал жить как АРХЕОН, он почувствовал облегчение, закрывая путь. Она была открыта всего несколько десятков раз, и все это время он чувствовал, как она уходит от него. Такого не случалось с тех пор, как он был учеником, и это убедило Кайлака, что с ним что-то не так. Если того, что случилось с Релом, было достаточно, чтобы убить Археона, это должно было иметь на него большее влияние, чем он думал.
Он надеялся, что Селты хоть что-то об этом знают.

Они с декой бок о бок пересекли центральную зону. Голова деки была опущена. Кайлак положил руку на затылок хищника.

- Мне очень жаль.

- Мы могли потерять и больше... Что, если катастрофа убьет больше Археонов? Сколько ещё миров изолировано? И Криб Тоже... я бы хотел, чтобы нам не пришлось вот так уезжать из ИКСИ.

Кайлак вздохнул. - Саали позаботится о них, пока они не найдут нового Археона.


- Я знаю, что так и будет, но как насчет всех остальных?

Дека и Кайлак шли по тропинке в траве, истертой веками визитерами. Она представляла собой подобную систему путей, обнаруженную в других мирах, причем каждая ветвь заканчивалась на небольшой поляне, где должен был находиться портал. Теперь эти поляны были пусты, за исключением нескольких путей, связывающих различные районы Сельты.

Дека и Кайлак только что покинули один из Археонов Сельты в океанском мире.
Она очень хотела помочь, но, как и в случае с любым другим Археоном, которого они встречали после катастрофы, она ещё не могла соединить миры. Саали будет держать пути к охотничьим угодьям открытыми, как над водой, так и под ней, и возглавит поиски Археона на ИКСИ.

Сельта была бескрайним миром лугов и редких деревьев. Он вращался вокруг Белой звезды, которая сама была поймана в ловушку на орбите вокруг красного гиганта. Все объекты в этом мире имели красную тень, обращенную в другую сторону.


Саблезубые кошки топтались на четвереньках. Среди них были клыки, Зейр. Дека и Кайлак были самыми высокими людьми в поле зрения, почти вдвое выше. Пока они шли между кошачьими линиями и клыками, Кайлак размышлял о том, что если бы не окружающая среда его планеты, то собачьи виды на реле могли бы остаться четвероногими. Вместо этого ноги лиса удлинились, но остались цифровыми, что позволило ему функционировать как в вертикальном положении, так и на четвереньках.


Они приблизились к тому месту, где собралась толпа, осторожно проталкиваясь вперед. Сельты и Зир почуяли их приближение, испустили благоговейный запах и расступились перед ними. Они услышали голоса на одном языке. Кайлак и дека уже переключились с дуэльной культуры ИКСИ на единый язык, общий для обоих разумных видов на Селте.

- Их история соответствует отсутствию адреналина в крови.


- Это не объясняет полировку костей. Я ничего на них не чувствовал. Отсутствие стресса или слабости молекул.

- Кости не были сломаны.

- Характер повреждений не прямой, а косые линии, ведущие вверх и наружу. Все они смотрели в одну сторону, направляясь к порталу, ведущему в Сельту. Они были разорваны на части сзади.

В центре разговора оказались дека и Кайлак. Здесь находилось девять тел, все Релианцы обоих видов.
Вместе с ними из их тел были вырезаны кости, внутренние органы и плоть. Здесь толпились различные кошки, ходившие туда-сюда от тел. История, которую рассказали Кайлак и дека, дала им новую информацию для работы.

Саали сказал им, что Сельты были заняты после катастрофы, пытаясь оживить их. Прошло уже более трехсот лет с тех пор, как на Селте произошло убийство разумного существа, и это повергло весь мир в панику, а Сельты и Зейр мигрировали в центр, пытаясь спасти свои жизни.


Селты и Зейр собрали как можно больше информации. Теперь уже все знали, какова на вкус кровь, желчь, лимфа, моча и фекалии жертв, сколько мозговой активности присутствовало при поступлении и как она со временем угасла.

Впервые за всю историю своей культуры Сельты были ошеломлены причиной смерти. Массивная органная недостаточность и кровопотеря были очевидны, но что вызвало такие травмы?
Что привело к тому, что раны оказались в чистых линиях по всему телу? Раны выглядели так, словно прямые квадратные лучи падали с неба под углом в пятьдесят градусов, проникали в тела на произвольные глубины, а затем вытягивали кости, органы и плоть вместе с ними.

Хищник и лис ходили между телами, между Сельтами и Зейром, всё ещё рассматривая их. У тел были такие же повреждения, но некоторые из лучей проникали в разные места.
У некоторых Релианцев не хватало кусков черепа, и они оставляли мозг открытым, расправленным там, где не хватало куска. Другие проникали только в грудь и конечности, оставляя голову неповрежденной.

- Нет вкуса горения, разрыва или дробления по краям”, - сказал один Селт.

- Телесные жидкости на вкус были нормальными, - сказал другой. - Что бы это ни было, оно не оставило никаких следов, даже энергии.

- Это была общепланетная катастрофа, которая убила этих людей.
Мы должны рассмотреть, какие события могли бы это сделать.

- А теперь ещё и АРХЕОН мертв, - сказал один из Зейр. - Живу в теле, но мертв в уме. Что же может быть причиной этого?

Сотни кошек и клыков собрались вокруг девяти тел. Саали сказал деке и Кайлаку, что жители Селты были настолько травмированы смертью в их мире, что всё ещё пытались оживить их, даже когда тела начали разлагаться.
Только появление Кайлака вывело их из паники, и они переключились с спасения своих жизней на определение причины смерти. Дека и Кайлак сели и прислушались.

Эти два вида переключились от медицинских возможностей к планетарным катастрофам. Блуждающая черная дыра или звездный труп, блуждающий слишком близко к Релу. Остаток сверхновой. Плотное пространство-время.

Даже самая большая черная дыра не смогла бы так быстро уничтожить планету.
Звездный труп, даже самый большой, не стал бы отрывать от людей отдельные части, а все тело было бы оторвано от мира. В окрестностях Рела никогда не было сверхновой звезды, и она бы этого не сделала.

Они обсуждали другие планетарные катастрофы, такие как извержения вулканов или гибель звезд, но ничего не сходилось. Ничто не могло уничтожить мир размером с Рел одним лишь дыханием, оставив такие раны на жертвах.
Это было сделано намеренно. Созданный. Это не катастрофа.

Обсуждение продолжалось до самой ночи. Все могли видеть в темноте, так что это не было проблемой. Сельты и Зейр были настолько вовлечены в спор, что никто не остановился, чтобы поесть или попить.

Селты не были стадным видом, но когда дело доходило до подобных вещёй, они действовали как один. На самом деле это были Zjr, которые жили вместе большими группами в более примитивные времена.


Зейры были единственными, кто мог охотиться на диких животных, и Селты, когда-то ставшие падальщиками этих убийств, постепенно включили себя в качестве Альф каждой стаи, чтобы извлечь выгоду из убийств, которые они совершали.

Но болезнь опустошила Zjr и угрожала полностью уничтожить их. Эволюция благоприятствовала Сельтам, которые могли исцелить их Зжр, чтобы клыки могли продолжать охотиться на невероятно быструю добычу в этом мире.


Эта взаимозависимость толкала их умы все выше и выше, пока они не достигли сознания. Сегодня Селты были единственной вещью, которая удерживала Зир от смерти, и Зир были единственными, кто мог поймать добычу на этой планете.

Наконец, кто-то заметил среди них двух живых Релианцев. Тут же все приблизились к ним, и дека с Кайлаком улеглись на спину в траве. Селты обхватили их лапами с головы до ног. Языки лизали чешую деки и шерсть Кайлака.
Несколько когтей пронзили их кожу, и кошки почувствовали вкус их крови. Другие пробовали на вкус их мочу, третьи ощупывали черепа обеими лапами. Несколько кошек одновременно положили свои лапы на череп Кайлака, прижимая его к Земле.

А потом-сладкий запах. Релианцы были к этому готовы.

2

Они проснулись вместе и сели на траве. Многочисленные Сельты и Зир заметили, что они проснулись, и бросились им навстречу. Еще несколько лап на черепе.
Снова легкие уколы, вкус крови.

Несколько кошачьих касались Кайлака сразу в десяти местах. Клык мгновенно выскользнул из ножен и начал извергать семя. Тридцать кошачьих попробовали его и объявили анализ тем, кто не мог.

Кайлак повернул голову к деке. Они дотронулись до Деки точно в нужных местах, чтобы заставить его отпустить тоже, и они представили анализ остальным присутствующим.
Быстро распространились слухи о том, как Релианцы выздоровели.

Кайлак заметил, что часть его шерсти отсутствовала, вместо этого она была покрыта желе, сделанным из какого-то растения, смешанного со слюной. Он хорошо это знал. Он был готов к этому, но всё ещё не мог прийти в себя от мысли, что не так давно кошки разобрали его тело на части, исследовали его, попробовали различные жидкости, удалили аномалии, а затем снова собрали его вместе.


Это был пост-восстановительный экзамен. Они так хорошо знали анатомию Рилиана, что могли заставить Деку и Кайлака мочиться, просто коснувшись их в нужном месте. Они знали нервы, чтобы стимулировать в правильной последовательности и вовремя, чтобы сделать их кульминацию мгновенно. Они даже знали точную последовательность прикосновений и звуков, производимых их телами для выделения большего количества инсулина, гормона роста, тестостерона или эстрогена.


Сельты знали, как работает каждый вид. Благодаря их стараниям поддерживать жизнь Зейра, их вкус, обоняние и осязание были настолько остры, что они могли диагностировать любую болезнь, и если лечение означало разборку тела, очистку его и повторную сборку, это было легко для них.

- Ты снова можешь двигаться, - сказал один из Сельтов.

Кайлак выпрямился. Дека перекатился на живот и поднял голову.
Они болели, но чувствовали себя лучше, чем когда-либо. Чешуя деки была неровной в нескольких местах вокруг его тела. Они вскрыли его поперек живота и даже вскрыли череп. Шерсть кайлака была в тех же местах в клочьях, что означало, что они так же тщательно следили и за ним.

- Мы очистили ваши тела от нечистот, - сказала кошка перед ними, женщина, вероятно, не та же самая кошка, которая оперировала их. Никто из Селтов этого бы не сделал, все бы приняли участие.


Дека первым обрел дар речи. - А что с нами случилось? Почему мы не можем сделать идеальные порталы?

- А почему они нестабильны? - Закончил кайлак.

- Вы всего лишь второй и третий археологи, которых мы исследовали после катастрофы. Ваши тела содержат много токсинов, в то время как приоритет других систем, предполагая, что вы были в борьбе или бегстве все это время. Кроме того, ваши тела были здоровы. Однако ваш мозг проявил активность, подобную активности сера.
Весь мозг участвует в создании порталов, поэтому весь ваш мозг был покрыт шрамами. Нейроны показали медленное время отклика, и ваш мозг перенаправляется вокруг самых медленных нейронов, пока они не заживут. Вот почему вы двое, и Сир, не можете создать стабильные порталы или держать их открытыми очень долго. Но ваши умы покрыты шрамами по-другому по сравнению с Sere. Мы считаем, что эта разница объясняет, почему вам удалось создать сферы для других миров, но Sere не может. Мы не знаем почему.

- А мы исцелимся? - спросил кайлак. - А мы сможем снова построить стабильные пути?

- Сир снова начинает выходить за пределы этого мира, а ведь ещё несколько дней назад он не мог даже попытаться это сделать. Мы верим, что вы поправитесь в конце концов, но мы не можем быть уверены ни в чем, не зная, что вызвало это. В отличие от рыб на ИКСИ, у вас было больше нейронов, чтобы поглотить шок от внезапного закрытия порталов Рела. Вернее...
Нам интересно, действительно ли они закрылись.

- Что ты имеешь в виду? - спросила дека.

- На телах жертв, которые мы исследовали, были случайно извлечены куски мяса. Подумайте о том, что происходит с порталами. Они не просто закрылись. Что-то протянуло руку и выхватило их, а при этом попыталось забрать и часть вашего сознательного разума.

Кайлак и дека смотрели друг на друга. Затем они повернулись к Селту, лежащему перед ними.

- А что могло быть тому причиной?
- Сказала дека.

- Мы не знаем, но мы определили людей, наиболее подверженных риску смерти из-за этого. Сир работает над прокладыванием путей к этим мирам, но он был сильно травмирован. Может быть, пройдет какое-то время, прежде чем он снова сможет сделать стабильный путь в другой мир.

Дека перекатился на ноги и встал. - А где же Сир? - Он опустил руку, и Кайлак, взяв ее, поднялся сам.

- Он сейчас в ступице.

- Благодарю вас.
Скажите всем, что мы благодарны за то, что вы сделали.

Она облизнула нос, жест означавший "добро пожаловать", и вернулась к Сельтам и Зейру, которые всё ещё спорили вокруг тел.

Катастрофа нарушила здешнюю жизнь. Обычно кошки и клыки собирали свои группы по всей планете, собирая растения, создавая лекарства и изучая как можно больше о контактирующей Вселенной. Сельты регулярно осматривали Zjr, исправляя даже самые незначительные дефекты тела.


Теперь все ждали, когда вернутся порталы, чтобы помочь тем, кто в этом нуждался. То, что они делали для деки и Кайлака, редко делалось для инопланетян, так как те были слишком заняты Зир. Селты, вероятно, сделают много исключений в ближайшие годы, собирая как можно больше информации о последствиях катастрофы на теле, чтобы они могли быть готовы к ней в следующий раз и, надеюсь, предотвратить смерти, которые произошли в их мире.


Кайлак и дека осторожно расступились в толпе. Сельты осматривали Зейра, ощупывая их головы, прислушиваясь к сердцам и животам. Сельты были экспертами в ловле болезни при первом симптоме, и любой признак болезни или слабости был немедленно исправлен.

Один Зейр спал на траве и был вскрыт. Три Селта облизывали его внутренности, пробуя на вкус источник того, что угрожало сделать его больным.
Они обнаружили инфекцию, вытащили ее, а затем начали запечатывать рану слюной и растительным гелем.

В далеком прошлом, когда Зир и Селты достигли разумности, Селты перестали просто использовать их, чтобы прокормить себя. Они стремились понять тех клыков, которые охотились за ними. С пониманием пришло взаимное доверие, и теперь Сельты поддерживали жизнь Зейра, потому что они заботились о Зейре.
Клыки теперь охотились не потому, что были вынуждены, а потому, что обожали Селтов. Именно тогда они открыли физику портала, и они использовали порталы, чтобы устранить необходимость мигрировать вместе со стадами.

Естественный отбор был жесток, но он дал популяцию кошек, которые могли чувствовать вкус или запах любой болезни в теле через свои жидкости. Они знали, как соединены нервы, и их лапы были достаточно чувствительны, чтобы обнаружить активность в этих нервах.
Сельты и Зир жили в течение сотен лет. Смерть среди них была настолько редкой, что их слово смерти относилось только к добыче и чужакам.

Дека и Кайлак готовы были доверить свои жизни любому Селту. Все они были целителями от рождения, и они знали анатомию каждого контактирующего вида. Было бы невежливо ожидать от них медицинской помощи, поскольку их таланты были в значительной степени только для Zjr, но всякий раз, когда новый вид присоединялся к контактирующей Вселенной, Сельты были одними из первых, кто разбирал их тела и узнавал о них все.

Дека и Кайлак увидели Сира, сидящего перед пустой поляной в стороне от дороги.
Они знали эту позу, позу ученика на последних стадиях расчета нового портала через пространство-время, хотя сер и не был учеником. Хищник и лиса тихо приблизились и встали позади него, голова Сира была только выше их груди. Они немного подождали.

Точка над поляной стала шире. Он стал размером с Селт, а затем пространство-время толкнуло его назад и закрыло.
Сир зарычал на себя и лег, положив голову между лап.

Рядом с ним на животе лежал дека. Кайлак сидел по другую сторону от Сира. Его так и подмывало лечь прямо на него, но он вспомнил, что это не стайные существа.

- Я не могу пробраться, - сказал Сир. - Каждый раз, когда я пытаюсь покинуть планету, уравнения ускользают от меня.

- Вы слышали диагноз? - спросила дека.

- Я так и сделал. Это подтвердило их диагноз обо мне.
Порталы не закрывались. Их увели куда-то ещё, и они утащили с собой часть нас. Мне понадобится больше времени, прежде чем я смогу связаться с другими планетами. - Его голос дрогнул. - Так много смертей... Слишком. Мы не можем это остановить.

Сельты считали смерть естественной только в других мирах и для других видов. Когда он коснулся их мира, это было неёстественно. Их инстинктивное стремление спасти Зир иногда приводило их в крайнюю панику, пытаясь предотвратить смерть от прикосновения к кому-либо.
Селтам часто приходилось напоминать себе, что они не могут спасти всех. Сир проходил через это прямо сейчас.

Дека и Кайлак лежали рядом с Сирэ, глядя на пустую поляну, где должна была находиться идеальная сфера. В центре было так тихо. Вся цивилизация замерла, ожидая, не нужна ли ещё кому-нибудь помощь. Они подозревали, что уже слишком поздно, но все равно были готовы.

- Вам так повезло, что вы можете покинуть этот мир, - наконец сказал Сир.
- Возможно, вы двое-единственные, кто может это сделать. Пожалуйста, иди к Лесе. Убедитесь, что их Мехи Archeon все в порядке.

- Это один из самых опасных видов? - сказала Дека.

- Ну да. Пять видов являются уязвимыми, в том числе рыба на Ixcy, но сильфоны находятся в наибольшей опасности.

Дека и Кайлак переглянулись. И они согласились. Следующим пунктом их назначения должен был стать газовый гигант.

Сир перевернулся на спину, задрав лапы в воздух.
- Кайлак...

Лис почуял его запах, вскарабкался на сера и оседлал его, радуясь, что может помочь ему справиться с травмой. Дека улегся и стал прикидывать, где может находиться газовый гигант. Он с нетерпением ждал, когда снова увидит крылья и рев.

Дека заснула, а Кайлак и Сир стонали и тяжело дышали, пока не сели Дневные звезды.

Дека боялась того, что могло случиться с лесой после катастрофы.



Lesa

1

- Хорошо, что ты несколько раз выходил перед тем, как мы уехали в лесу.

Хвост кайлака заплясал вокруг, когда его уши расцвели. - Это я знаю. Мне придется провести там несколько дней без него.

- Нам придется несколько дней обходиться вообще без всяких контактов.

Дека сидел на утоптанной тропинке перед пустой поляной, где должен был быть портал в Рел, в последние мгновения подсчитывая путь к газовому гиганту.
Он и Кайлак провели последние четыре дня с Селтами и Зир, пока все оплакивали погибших Релианцев в их мире. Жители Селты обращались с телами только так, как умели: глядя на них. Это было символично, напоминая всем, что хотя они и сделали смерть редкой в своем мире, они не должны прятаться от неё, когда она случается. Дека и Кайлак наблюдали за происходящим, но не чувствовали отвращения. Они пытались усвоить тот же урок, что и жители Селты.

В нескольких шагах от Деки портал расширился до размеров Рилиана и опустился на землю. Он был сферическим в течение нескольких вдохов, а затем Дека потерял ощущение нескольких переменных, и местное пространство-время начало хаотично отталкиваться. Дека привыкла ощущать порядок внутри себя, но это чувство было трудно найти снова. Дека встала и прошла прямо внутрь.
Кайлак последовал за его хвостом и вышел наружу. -

Ветер высосал Кайлака из портала, оторвал его от Земли и пронес на несколько сотен шагов, крутя вокруг своей оси. Он попытался закричать, но ветер вырывал воздух из его легких, заставляя его чувствовать себя опустошенным. Он раскинул руки, и его когти заскрежетали по стеклу.

Он находился внутри стеклянной трубки, достаточно большой, чтобы три существа его роста могли ходить прямо.
Кувыркаясь, он ловил отблески синих и красных облаков, кружащихся со скоростью тысячи шагов за один вдох.

Ветер замедлился, словно наткнувшись на преграду, и бросил Кайлака на губчатую землю. Это была не грязь. Грязи в этом мире не существовало.

Кайлак поднялся на четвереньки, хватая ртом воздух. Он не чувствовал никакого запаха, и его обнаженная кожа горела. Все, что было покрыто шерстью, на данный момент чувствовалось хорошо, за исключением того, что его легкие растянулись до предела.
Он задыхался, бился. Его нос был здесь бесполезен, поэтому он использовал свои глаза, чтобы выяснить, где он был.

Дека лежала в нескольких шагах от него, окруженная сине-красным газом, тоже задыхаясь. Кайлак повернул голову в ту сторону, откуда они пришли. Стеклянная трубка изогнулась вокруг края острова, плавающего в облаках. Атмосфера газового гиганта устремилась внутрь через отверстие в трубе, где открылась сфера Деки.
Ветер опустил их на середину холма, где они немного замедлились, чтобы встать на ноги.

Атмосфера планеты состояла из водорода и гелия с различными другими микроэлементами, которые объединялись в облаках, образуя аммиак, мышьяк и серу. Кайлак взломал компьютер. Дека закашлялась и ахнула. Кайлак поднял руки, и легкий ветерок подтолкнул его ближе к хищнику. Он схватил Деку, чтобы не улететь ещё дальше.
Дека прижала его к себе, и они оглядели трубу.

Что-то полетело против ветра и приземлилось в дыре. Дека и Кайлак видели его только в тени, поскольку он был освещён сзади через газ. Он вспыхнул несколькими цветами в быстрой последовательности.

Сохраняй спокойствие, я иду.

Он повернулся и полез в трубу. По мере приближения он становился все яснее и яснее. Его тело было треугольной формы. Его руки были фактически сложены крыльями, которые сморщились, когда он шел.
Его голова также имела треугольную форму, сливаясь с телом так хорошо, что было трудно сказать, где заканчивалась голова и начиналось тело.

По краям его тела тянулся костяной гребень. Он производил цвета, иногда светящиеся, иногда вспыхивающие. Зеленый-белый-желтый-черный-зеленый-красный-яркий-красный-увядать-синий-вспышка-розовый-шесть раз -

У нас не было возможности предупредить кого-либо Мехи Archeon мертв и крыло Archeon не проснется только перед тем, как порталы вышли они удвоились в размере и взяли часть труб с ними трубы открыты теперь некоторые люди были убиты мы не ожидали, что кто-то придет сюда -

- белизна-увядать-к-серый цвет-вспышка-желтый цвет-вспышка-по-разному-тени-померанцово-коричневого цвета -

- или мы бы починили трубы раньше, но уже не было времени -

Релианцы больше не могли за ним следить.
Их зрение постепенно угасало. Крыло стояло на расстоянии вытянутой руки, и на его спине что-то было. Это было похоже на стекло, с множеством стеклянных осколков внутри, все вращалось и двигалось: машина с шестью стеклянными трубками, Соединенными со шлангом, сделанным из чрезвычайно тонкого стекла, которое соединялось с боковинами. Он сунул две трубки в рот деке и Кайлаку.

Воздух хлынул в рот Кайлаку. Он сначала откашлялся ядом, а потом выпил приятную смесь кислорода и азота.
Дека стоял рядом с ним, всё ещё держась за свою лису, и как можно быстрее втягивал воздух из трубки. Они должны были выдохнуть из трубки, которая впускала больше яда в их легкие, но это было лучше, чем раньше.

Крыло позволило машине, лежащей на спине, упасть на губчатую землю. Хребет вдоль его тела засветился: бело-розово-оранжевый-вспышка-синий...

Следуйте за мной, у нас есть укрытия для кислорододышащих

Дека и Кайлак помогли друг другу подняться. Крыло ковыляло по земле мимо них, следуя за ветром через трубу.
Релианцы держали машину между собой и следовали за крылом.

Дека повернул голову в сторону и осмотрел внутреннюю часть острова с другой стороны стекла. Там, на открытом месте, виднелось множество Крыльев. Атмосфера обрушилась на них с одной стороны, газ пронесся так быстро, что Дека едва успела его разглядеть. Среди них были существа, плавающие чуть выше губчатой поверхности на разной высоте.
Раздутые сгустки плоти с гребнем обегали все их тело, которое вспыхивало и светилось разными цветами. Они смотрели на Релианцев, болтая друг с другом.

Чужаки здесь и сейчас

Как они сюда попали

Кислородные дыхательные аппараты

Ужасный момент, чтобы прибыть

Может быть, они знают, что случилось с порталами

К этому времени они уже достигли квадратной выемки в земле, покрытой стеклянным люком.
Крыло распахнуло её и поманило их внутрь. Дека и Кайлак спустились по короткому склону, и люк над ними захлопнулся. Релианцы высасывали воздух из трубок и выкашливали отходы вместе с любым ядом, который туда попадал. Машина, которую они держали в руках, придавила их к земле, и они сгорбились, ожидая перед стеклянной дверью.

Атмосфера накалилась. Мех кайлака развевался вокруг, когда ядовитый воздух выходил наружу, а чистый кислород и азот устремлялись внутрь.
Наконец, получив возможность дышать воздухом, они опустили машину на землю и держались друг за друга, покашливая и осматривая друг друга.

- Ты же под прикрытием... в красных струпьях, - сказал Кайлак.

- Твоя кожа обожжена. У тебя кое-что из шерсти выпало.

Кайлак ахнул ещё несколько раз. Дека отчаянно закашлялся, и тут он вдруг почувствовал жгучую боль на своей чешуе, вызванную химическими ожогами от аммиака в воздухе. Еще немного - и они могли бы растаять.


Стеклянная дверь открылась. Релианцы шагнули вперед, неся теперь уже инертную машину. Когда дверь закрылась, они стояли посреди зверинца из разных людей.

Два четвероногих клыка из Эмрима.

Пять шестиногих насекомых из Т'лаае, когти сложены как можно ближе к их телам.

Три двуногие ящерицы из Геллина. Их шейные чешуйки были кроваво-красными и пульсировали. Кайлак закашлялся и помахал хвостом, гадая, каково это-три самца-Геллина один за другим.


Дека и Кайлак ещё несколько раз глубоко вздохнули, переглянулись и заговорили на другом языке. Дека первым делом выбрала язык Эмрима.

- Меня зовут Дека. Это Кайлак. Мы из Рела. Мы же археологи.

Кайлак повторил его на языке Т'Лаа, который представлял собой сплошные щелчки и хриплое бульканье.

Затем дека повторил свои слова на языке Геллинов.

Жители никак не отреагировали. Дека и Кайлак заметили, что Геллины стояли в дальнем конце комнаты, ближе всего к двери, которая была уставлена несколькими полками, на которых лежали маленькие кубики.
Остальные сгрудились у стеклянной панели в дальнем конце комнаты. От них пахло ужасом, и запахи, поднимавшиеся от пола, говорили деке и Кайлаку, что уже довольно давно никто не отваживался отойти от стены.

Кайлак точно знал, что происходит, но в данный момент он был слишком занят тем, что изгонял яд из своих легких.

Наружный люк снова захлопнулся. Дека и Кайлак резко обернулись и посмотрели сквозь стеклянную дверь.
На другой стороне стояло крыло, окруженное тонким сине-красным газом. Рядом с ним, на уровне глаз, парили Мехи.

Гребни их тел светились в унисон.

Добро пожаловать Relians вы пострадали

Дека и Кайлак не могли говорить на их языке. Ни один инопланетянин не смог бы. Но два разумных вида, населявших плавучие острова леса, выучили альтернативный язык для общения с инопланетянами. Это было упрощенно, но сработало.
Дека и Кайлак опустили машину на землю, развели руками и дружно расписались в ответ.

Да, мы ранены, но с нами все в порядке.

Плавающий сгусток плоти сдулся и слегка опустился на землю. Он вспыхнул несколькими цветами так быстро, что они смешались в один оттенок. Хорошо теперь я рад, что мы сказали кому-то следить за трубами в случае, если кто-то прибыл

Теперь мелькнуло крыло. Может ты знаешь, что случилось

Дека и Кайлак жестикулировали так быстро, как только могли, но язык жестов был ограничен в том, что они могли передать.
Два Лесанца сверкнули длинными белыми полосами, Услышав весть о гибели Рела. Релианцы расписались в новых подробностях от Селтов о том, что катастрофа сделала с Археонами и выразили сожаление по поводу потери их мехов Archeon. Вот почему они пришли: Сельты боялись за его безопасность. Они заверили их, что их крылатая АРХЕОН должна проснуться, как только её разум оправится от шока, но они не знали, когда именно.

Мехи вспыхивали и блекли всеми цветами радуги: ни один Релиан не был в этом мире, когда порталы вышли из строя и как раз перед тем, как порталы закрылись, они раздулись вдвое и поглотили часть трубок, позволивших атмосфере леса во многих инопланетянах в трубках умерли прежде, чем мы смогли отнести их в убежища все пятьдесят три острова имеют укрытия для разных дышащих, но у нас заканчивается еда для них

Между тем крыло тоже вспыхивало и гасло: нам было трудно держать их вместе, мы не могли общаться ни с одним из них, и те немногие, кто знает наш язык, не знают его достаточно хорошо, чтобы многое понять

Вскоре цвета стали синхронизироваться, так как два существа объединили свой разговор, что означало, что он подходит к концу.


Нехватка пищи становится проблемой генераторы атмосферы могут работать почти до бесконечности, но мы не ожидали, чтобы держать это много инопланетян так долго, пожалуйста, возьмите этих людей обратно в свои миры

С синхронизированной коричнево-зеленой вспышкой они закончили. Зная, что Дека и Кайлак были Археонами, они также использовали ультрафиолетовые и инфракрасные компоненты своего языка.

В ответ дека и Кайлак расписались вместе.
Да, мы заберем этих людей отсюда.

- Ты можешь быть быстр, - мелькнуло крыло.

Дека и Кайлак задумались о том, как измеряется время в этом мире, а затем вместе подписали свой ответ.

Полцикла, чтобы сделать портал для каждого острова. К тому времени мы должны быть готовы к выходу из этого мира, или это может занять ещё два дня.

Крыло и мехи не блеснули счастьем.

Очень долго, но мы знали, и мы сделаем все возможное не все дышащие кислородом так что возьмите боль, чтобы не отправить их на смерть вы знаете расположение островов

- Это был вопрос.
Дека ответил за них обоих знаками.

Да, какие именно цифры?

Острова с первого по двадцать-кислорододышащие, с двадцать первого по двадцать пятый-дышащие только азотом, с двадцати шести по пятьдесят три-дышащие метаном.

Три разных типа миров для портала. Пятьдесят три портала, которые откроются в другие миры.

Дека подписала: - нет времени, чтобы отвезти всех по отдельности в их родные миры. Мы пошлем кислорододышащих на Сельту, азотодышащих на Кекси, а метанодышащих на Джинив.
Там о них позаботятся.

В то же время Кайлак подписал: - мы создадим пути для каждого мира здесь, в этом убежище. Мы откроем сферы для каждого острова и приведем всех сюда, чтобы уйти из одного места.

Два Лесанца вспыхнули и снова замерцали в унисон. Спасибо и, пожалуйста, поторопитесь мы не можем держать всех здесь вечно и мы так сожалеем о Rel мы хотим знать, что вызвало его, пожалуйста, скажите нам, когда вы узнаете

Они повернулись и поплыли вокруг.
Верхний люк открылся, они поднялись по крутому трапу, и Люк снова закрылся. Дека и Кайлак повернулись на месте, наблюдая за людьми в укрытии.

- Я буду работать над путями к островам и Сельте, - сказала Дека. - Ты работаешь над двумя другими порталами из другого мира.

Кайлак издалека чуял запах ящериц-Геллинов, шевеля ушами. Они жались друг к другу, прикасаясь друг к другу, и в них бурлили гормоны.
Запахи других людей в комнате были пугающими. Кайлаку не нужно было быть археологом, чтобы понять, что здесь произошло.

- Сначала самое главное. - Кайлак подошел к Геллинам. - Всем привет.

Ящерицы рычали и шипели на него в унисон. Кайлак сел среди них, достаточно близко, чтобы они могли уловить его запах. Кайлак впитывал их запахи, и они пахли великолепно. Лис выскользнул из ножен, и все трое Геллинов одновременно заметили это.


Дека потер когти и повернул голову к стене. Он обратился к людям, прижавшимся к нему. Сначала он заговорил на языке Эмримов.

- Не волнуйтесь. Моя лиса может их успокоить.

Он повторил свои слова на языке т'Лаа, но люди всё ещё выглядели и пахли испуганно за Кайлака. Дека решила, что они уже пытались урезонить Джеллинов раньше, и кто-то был ранен, так что они все это время сидели здесь, прижавшись друг к другу.


Дека решила позволить действиям Кайлака убедить их. Он пересек комнату и подошел к стене напротив двери. Стены были губчатыми, сделанными из того же растительного материала, что и пол и потолок. В этой стене было проделано отверстие, заполненное толстой стеклянной пластиной. Дека выглянула наружу.

Красно-голубые облака над головой были освещёны белой звездой. Остров был достаточно далеко внизу в атмосфере, чтобы звезда казалась размытым диском сквозь газ.


В отдалении дека увидела ещё один остров. Огромные серпантины тянулись от него далеко в облака, оканчиваясь луковицеобразными, наполненными газом воздушными шарами, которые плавали на границе между космическим пространством и атмосферой планеты. Они поглощали звездный свет, перерабатывали его в энергию и подавали обратно в тело.

Растение, укоренившееся в верхних слоях атмосферы.

В тысячах шагов внизу газ разделился на полосы красного, синего, белого и желтого цветов.
В каждой полосе ветер дул в противоположных направлениях. Дальше вниз облака становились настолько плотными, что они вели себя как жидкость, и ничто не могло выжить там. Сами острова были полны газа, который удерживал их между плотными облаками внизу и смертельной радиацией из космоса. Это были единственные обитаемые районы леса.

Каким-то образом, с постоянно ревущей атмосферой, здесь сформировалась жизнь.
Два вида, живущие внутри плавающей массы растительной жизни, каждый из которых развивает свой собственный способ перемещёния с острова на остров в поисках пищи.

Крылья развили тела настолько аэродинамические, что на них почти не действовал ветер. Мехи развивали тела, которые вбирали воздух и использовали его, чтобы двигаться вокруг себя.

Дека отвернулась от окна и посмотрела на Кайлака. Лис лежал у него на спине, а доминирующая Джеллин-сверху. Кайлак стонал и облизывал чешуйки на руке ящерицы. Геллин тоже рычал и стонал, пока две ящерицы позади них сражались за то, кто будет вторым.


Хищник почуял запах людей, собравшихся в комнате. Они поняли, что лиса делает то, что никто из них не мог, и это работало.

Дека сложил руки вместе, с улыбкой коснувшись когтей, и снова уставился на стеклянную пластинку. Он никогда не уставал видеть эту планету. Это было так красиво, и от одной мысли о том, что жизнь здесь может процветать, у него кружилась голова.

Мехи и Крылья не были ни хищниками, ни добычей.
Они питались растениями, перемещаясь с острова на остров, когда съедали достаточно одного, чтобы не убить его. Они помогли друг другу найти новые острова, и каждый вид вырос вместе и стал полагаться на другого для выживания. Сила постоянного шторма была настолько сильна, что их язык не развил ни одного разговорного компонента. Вместо этого их тела стали частично флуоресцентными, а сам цвет стал языком.

Пятнадцать поколений назад они открыли портальную физику, и им больше не нужно было летать с острова на остров в поисках пищи. Они поддерживали постоянные порталы на острова, и цивилизация процветала. Это была прекрасная культура в столь же прекрасном и опасном мире.

Они отправились в другие миры и присоединились к контактирующей Вселенной. Они узнали, что другие виды хотят испытать, где они живут, поэтому они сделали что-то очень редкое и почти невозможное на такой планете, как эта.
Используя песок из других миров, они построили стеклянные трубы вокруг каждого острова, чтобы инопланетяне могли посещать лесу. Все, что не могло быть сделано из растительной материи, было сделано из неё, так как стекло было единственным другим материалом, который не испортился бы в этих суровых условиях.

Они создали машины для быстрого рыхления почвы и установки труб. Машины для создания искусственной атмосферы для посетителей. Они были настолько полезны, что машины начали управлять другими частями их жизни.
Они начали использовать машины, чтобы перерабатывать растительную материю в другие вещи. Что-нибудь съестное. Вещи, которые можно использовать для других целей, но все для того, чтобы позволить инопланетянам посещать их.

Кайлак ахнул, когда доминирующий самец отступил, и следующий взобрался на него сверху. Дека потер когти и залюбовался видом снаружи. Остальные любовались видом с другой стороны убежища.

Когда второй самец проник в его лису, дека задумчиво смотрела на машины.
Теперь машины были повсюду в этом мире. Деке хотелось бы видеть больше, но они всегда были окружены ядовитой атмосферой. Он никогда не мог понять, как живут Крылья. Он никогда не мог видеть, как мехи легко плывут от одного острова к другому под сильным ветром. В лучшем случае, эти трубки давали лишь мимолетный взгляд на жизнь, которую Дека никогда не испытала бы.

Второй самец быстро расправился с Кайлаком, а теперь и третий подтолкнул лису локтем.
Он перекатился на четвереньки, и Джеллин забралась на него сверху.

Дека посмотрела вниз через стекло. Чуть ниже, частично погруженная в поверхность, находилась машина, которая поддерживала их жизнь. Он был больше портативного устройства, которое они несли внутри, и к нему были подсоединены только два шланга. Теперь дека жалел, что у него не было возможности узнать, как работают эти машины. Это было невероятно для вида, чтобы пойти на такие расстояния, чтобы разместить инопланетян вообще, и это заслуживало дальнейшего изучения.


Хищник отступил назад и повернулся к ближайшему обитателю комнаты, самке четвероногого Эмрима с желтым мехом. Она стояла примерно на уровне талии Деки.

- А как тебя зовут?

Она не сводила глаз с Кайлака и Джеллинов. - Меня зовут Равок.

- Приятно познакомиться. Где же наши запасы продовольствия?

- Она указала лапой на стену позади Джеллинов. Дека отошла от стены и приблизилась к ней.


- Нет, не подходите к ним близко! - Крикнул равок.

Дека прошла мимо истощенных Геллинов к стене, которую они охраняли. Он был выложен небольшими кубиками обработанного растительного вещёства. Дека взяла одну из них двумя когтями и понюхала. Она пахла съедобно, даже для хищника, сделанного из концентрированных питательных вещёств. Он не будет наполняться, но сохранит кому-нибудь жизнь. На полке оставалось всего двадцать кубиков, и дека подсчитала, что туда поместится сотня.


- Раньше на этой стене их было полно? - спросила дека.

- Так оно и было, - ответил четвероногий. Её пара не произнесла ни слова, и дека почувствовала слишком много страха в его запахе. Он согнулся пополам.

Дека повернулась к ней. - Не волнуйтесь. Ты скоро покинешь этот мир.

Последняя Джеллин покончила с Кайлаком. Чешуя на их шеях остыла, и их запахи больше не забивали комнату. Общий аромат комнаты сменился облегчением.


- Вот именно, - сказал Лис, всё ещё стоя на четвереньках. - Скоро мы окажемся на кислородно-азотной планете. - Повторил кайлак на двух других языках.

Джеллин вышла из машины. Кайлак рухнул на пол, слегка погрузившись в него. Два клыка и пять насекомых подошли к кайлаку, пока он лежал без сил.

- Не знаю, как вам удалось их успокоить, но спасибо! - щелкнуло несколько насекомых.


Кайлак махнул хвостом. - Я рилианский пес.

- Простите, но я никогда не был в вашем мире, - сказал другой. - Я не знаю твоего вида.

Кайлак перевернулся и встал. - У клыков Рэла есть универсальные феромоны.

- Почти универсально, - сказала дека с полки.

- Да, почти среди всех совместимых видов. Как только я вошла внутрь, я почувствовала их запах. Я так и думал, что здесь от этого одни неприятности.


- Так оно и было, определенно! - сказал пес.

Кайлак чуял, что она была женщиной, а другой-мужчиной. Это была супружеская пара, и он помнил, что эмримские клыки были исключительно редкими, так что не было никакой надежды получить их от любого из них.

- Они забирали всю нашу еду, шипя на нас за то, что мы приближались к ним. Это первый раз, когда мы смогли ходить по комнате!

- Это неудивительно, - сказал Кайлак.
- Геллины территориальны во время своего репродуктивного цикла. Они не приехали сюда на своем мотоцикле, но их затолкали в замкнутое пространство, и они вышли оттуда, потому что не думали привезти на лесу кого-то из своего вида-компаньона.

Кайлак оглянулся через плечо и повторил свои слова на языке Геллинов. Доминирующий самец что-то пробормотал и зарычал. Кайлак снова повернулся лицом к клыкам.

- Именно так я и думал.
Не держи на них зла. Этого они тоже не ожидали. Пребывание в заключении стимулирует брачный импульс, и их высшие мозги отключаются, когда это происходит. Обычно их компаньоны могут держать их в узде, но они были застигнуты врасплох. Они сожалеют о том, что произошло.

Дека переводила для всех. Теперь все казались более дружелюбными к Геллинам, и расстояния, наконец, сократились.

- Мы можем растянуть наш запас еды, - сказала всем Дека.
- Пока мы работаем над тем, как добраться до других островов, мне стало любопытно. Что привело всех сюда?

Насекомые заговорили первыми. Они только недавно услышали о газовом гиганте, который построил средства для посещёния инопланетян. В их мире, Т'лаае, не было порталов на лесу, поэтому они взяли сферы на шесть разных планет, прежде чем, наконец, пришли к одной из них с путем сюда. Они прошли по стеклянным кольцам, любуясь видами нескольких разных островов.
Внезапно порталы расширились и исчезли, унося с собой куски трубы, и ядовитая атмосфера хлынула в трубу. К счастью, крылья и мехи увидели, что произошло, схватили портативные атмосферные машины и повели всех в укрытие.

Дека и Кайлак перевели их рассказ остальным.

Затем пошли клыки из Эмрима. Они только что поженились и пришли в лесу, чтобы отпраздновать это событие.
Их АРХЕОН только для них открыл путь на лесу. Равок немного изучил их язык, но она не знала достаточно, чтобы понять, что говорят ей мехи и Крылья после катастрофы.

Все они собирались пробыть здесь всего лишь день или около того, чтобы увидеть эту красоту, увидеть крылья и мехи, которые летят и плавают без малейших усилий на ветру, способном сбить любого из них с ног и ободрать кожу до мяса.
Это было не очень реально, так как не могло быть никаких запахов, но это заставило их использовать свои глаза, чтобы принять опыт, так же как крылья и мехи делали это.

Люди в комнате, наконец, поняли друг друга. Некоторое время Дека и Кайлак бродили по комнате, стоя между группами людей и переводя между ними. Теперь, когда Джеллины успокоились, все наконец смогли поговорить с ними.

Кайлак стоял у стеклянной панели, переводя рассказ Геллинза для четвероногих, когда его глаза уловили движение снаружи.
Под стеклом приземлилось крыло самолета. Кайлак подошел к нему и посмотрел вниз. Он едва мог разглядеть крыло внизу, ползущее по верхушке атмосферной машины.

- Что он там делает? - спросил кайлак, в основном сам себе, но достаточно громко, чтобы его услышала Дека.

Громкий треск наполнил убежище. Это существо сбросило машину с края острова.

- Это ты! - Стой! - Стой!

Дека подбежала к окну.
Все остальные последовали за ним.

Крыло вырвало машину на свободу, ветер подхватил её и унес прочь. Шланги, всё ещё соединенные с убежищем, теперь хлопали вокруг.

- Завизжала дека, колотя по губчатому растительному материалу, из которого состояла стена.

Крыло посмотрело вверх, раскинуло руки и поплыло вверх, приземлившись на стекло и впившись взглядом внутрь. Его гребни быстро вспыхивали четырнадцатью цветами. Наконец она оттолкнулась, позволив ветру поймать ее, и скользнула прочь из поля зрения.


- И что там написано? - сказали несколько человек на своих языках.

Кайлак тупо уставился в окно. - Не вздумай возвращаться.

Дека перевел на все необходимые языки на одном дыхании. Некоторое время никто не двигался.

***

(Конец бесплатного фрагмента. Если понравилось, купите полностью - и мы выложим перевод)


Похожие рассказы: otrstf «Антропоморфные лисы в космосе - 4», otrstf «Антропоморфные лисы в космосе - 2»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален