Furtails
Chris O'Kane
«Гонки без правил»
#NO YIFF #магия #морф #превращение #триллер #фентези #крыса #лисотавр
Своя цветовая тема

ГОНКИ БЕЗ ПРАВИЛ

Chris O'Kane


-...а если провалите засаду, я лично позабочусь о том, чтобы вас порубили на мелкие кусочки и скормили волкам!! - прошипел Варнал, обращаясь к стоящей перед ним группе лутинов. Это были лучшие охотники и специалисты по засадам во всей новой армии Насоджа - маг лично отобрал их, несколько месяцев нещадно муштровал, - и теперь пришло время воспользоваться результатом...

Холодный взгляд мага скользил по лицам солдат.

- Вы знаете свои места, задачи, и если сделаете все как надо, мы все будем очень богаты... но если ошибетесь - умрете мучительной смертью. Всё поняли?!

- Да, лорд! Как скажете, лорд! - дружно закивали лутины.

- Ладно, по местам и смотреть в оба!!

Человек еще немного постоял, глядя как низенькие, покрытые редкой жесткой щетиной фигурки скрываются в придорожных кустах, и направился к заранее подготовленному укрытию. Сосредоточившись, он произнес активационную формулу, и привычно расслабился, пропуская сквозь себя точно отмеренное количество энергии...

Теперь, став невидимым, ему нужно было только немного подождать, а потом всего лишь позаботиться, чтобы его солдаты (тьфу, тоже мне солдаты, одно слово - лутины) выполнили задуманное.

Напоследок Варнал проверил главное оружие сегодняшней битвы - черный камень.


* * *


«Метаморские скауты в наглости своей перешли всяческие границы, - разноразмерные, перекошенные буквы сливались в стремящиеся вкривь и вкось строчки письма, подписанного известной всему северу монограммой - стилизованной буквой «Н». - Смерть ближайшего слуги моего, мага и военачальника Фурлина, сына Фарзона, серьезно замедлила мое дело. А посему, любому, доставившему мне одного из них живым или мертвым, выплачено будет достойное вознаграждение. Доставивший же мне живым главу метаморских скаутов, лиса-морфа именуемого Михась Яркий Лист, получит исполнение любого своего желания, каковое будет посильно мне и моему войску...»


* * *


Варнал улыбнулся...

Он уже давно знал, что попросит в награду за Михася. О да, он знает, что стоит попросить!

Еще раз проверив заклинание невидимости, маг глянул на дорогу, и погладил черный камень. Он вложил туда очень хорошее заклинание. Сложное, но эффективное. Первая часть его прижмет камень к телу метаморца. Вторая же часть... О! Сложнейшее переплетение демонической, божественной и классической магий, пронизанное энергетическими нитями должно было восстановить действие заклятий Насоджа во всей их полноте. И пусть действует оно лишь пока камень касается тела... но и этого будет достаточно! Непобедимый воин станет либо беспомощным младенцем, безгласным глупым животным, либо безумной от вожделения женщиной. На случай же непредвиденного - силовая линия, связывающая вложенное в камень заклинание с душой мага. Его душой! И все! Сколь бы ни была сильна искажающая магия, уж ему-то, одному из лучших магов армии Насоджа хватит могущества!

Внезапно откуда-то сбоку донеслись вопли, звон стали - и маг, беззвучно выругавшись, выбрался из укрытия. Чтоб им там всем Демон печень повыел! Если эти лутины опять передрались, он их сам...

Однако продравшись сквозь подлесок, маг увидел не какую-то там драку карликов, он увидел настоящее сражение! Дюжина лутинов окружила двух морфов - выдру и красного лиса...

Красного лиса! Виртуозно действующего громадным топором!

Это был Михась!

Варнал замер на месте, следя за схваткой, и выжидая подходящего момента. Он видел, с каким мастерством лис орудует чудовищным топором, нанося размашистые, косые, и короткие тычковые удары. Как двойное лезвие легкой бабочкой взмывает в воздух, с тихим свистом обрушиваясь вниз разящей смертью...

Каждое его движение, казалось, отнимает жизнь очередного карлика. Его спутница, выдра-морф, орудовала длинным мечом, и ее успехи были немного скромнее.

«Сколь велико его мастерство! - думал Варнал, глядя на эту пляску смерти. - Не зря, не зря за его жизнь Насодж обещает столь многое!»

И тут маг увидел долгожданный шанс.

Убив очередного лутина, Михась, стоя спиной к нему, оглядывался по сторонам в поисках следующего, - и Варнал бросился к воину, вытянув вперед руку с камнем!

Уши Михася дернулись, уловив едва слышный шорох шагов за спиной, и лис-морф, стремительно разворачиваясь, вскинул свой смертоносный топор, - но было уже поздно...

Прижав камень к лапе своего врага, Варнал подал команду. Он почувствовал, как магия камня потянулась к магии проклятия в лисе-морфе, встретилась с ним, и... пораженный маг ощутил то, чего никак не ожидал; СОПРОТИВЛЕНИЕ!

Через мгновение он понял, что кто-то изменил проклятие. Не ослабил его, как можно было ожидать, а полностью переделал, блокировав любое последующее изменение!

Варнал сконцентрировался, подключая собственную магию и направляя ее против блока, стремясь разрушить его, чтобы вернуть заклинание к исходному состоянию...


***


Зал для официальных встреч был полон - по меньшей мере двести человек присутствовало на еженедельном докладе барона Александра Мэллори о положении дел в королевстве.

Футах в десяти справа от короля Вильямса стоял черноволосый мужчина, одетый в длинную синюю с золотом шелковую одежду, украшенную великолепным плетеным шнуром. Многочисленные перстни украшали его пальцы, а на поясе висел длинный меч в дорогих ножнах. Массивное витое кольцо на шее из золота и серебра указывало, что его владелец - маг.

На лице этого человека был написан живейший интерес к гладкой речи барона, но на самом деле он почти не слышал того, что тот говорил.

Высший маг, Сэр Брайан Лучник, Гамильтон Яркий Лист, граф Файрбурга Маркиз Дилэни, защитник короны, герой Тарнума и главный маг короля буквально изнемогал от скуки. Мэллори был ужасно многоречив, все его доклады - феноменально скучными и вдобавок абсолютно бесполезными, потому что этот человек никогда не говорил ни о чем действительно важном. Единственная причина, почему маг здесь присутствовал, была политика. Если он хотел оставаться в милости у короля, то должен был участвовать во всех придворных церемониях, какими бы скучными они ни были...


Барон Мэллори как раз добрался до части про ежегодные доходы от сбора урожая, когда маг ощутил ЭТО...

Он почувствовал, как старое заклинание оживает, и по его спине пробежала холодная дрожь.

Закрыв глаза, Брайан сосредоточился на чужой магии - и сразу же узнал ее.

Кто-то пытался разрушить то, что он сделал шесть лет назад!

Лорд-маг громко вскрикнул, когда за сотни миль отсюда магия Варнала атаковала его заклинание. Покачнувшись, он захрипел, разрывая ставший вдруг тесным ворот шитого золотом камзола...

Словно откуда-то издалека до Брайана доносились испуганные крики людей; какой-то стражник подхватил его, не дав упасть - а еще через мгновение маг содрогнулся всем телом, когда неведомый враг ударил еще более мощной магией...


За годы роста своего могущества лорд Брайан принял участие во многих магических поединках. Некоторые из них выглядели долгими танцами с изящными па, хитрыми сплетениями атак и отступлений, а победителя в них чаще всего определяли судейским голосованием. Другие же представляли собой короткие схватки с применением грубой мощи, - и тогда победителем становился тот, кто в конце все еще мог стоять на ногах.

По собственному опыту Брайан знал, что когда все сводилось к простому обмену ударами сила против силы, всегда побеждал тот, кто мог ударить сильнее...


И вот сейчас, собрав всю свою магическую силу, он нанес противнику один мощнейший удар.

- БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ!!! - неистово вскрикнул Брайан. - Кто бы ты ни был, РУКИ ПРОЧЬ ОТ МОЕГО БРАТА!!!!!

Лорд-маг почувствовал, как его магический удар поразил противника. Он ощущал, как исходное заклинание изменения трансформировалось, вспыхнуло огненным вихрем, угрожая уничтожить их обоих - и мгновенным усилием поставив щит, разорвал связь...


На залитой солнцем и кровью поляне Варнал дико завизжал, когда старое проклятие Насоджа, питаемое его собственной нитью силы, ядовитой змеей вцепилась в него, корежа и ломая...


* * *


Андрэ так быстро шел по коридору, что мальчику-магу Виссэксу приходилось бежать.

- Андрэ, прошу, помедленнее! - мальчик ухватил росомаха-морфа за лапу и тот наконец сбавил ход.

- Андрэ, вы же с Михасем старые друзья! Что именно с ним произошло?

Росомах пожал плечами:

- Пока не знаю. Из сообщения Каролины я понял только то, что они снова пытались провернуть тот трюк с амулетом... помнишь, как это было с Крисом? Еще она сообщила, что амулет как-то необычно подействовал на Михася...

- Да не о том речь! - Виссэкс аж ногой топнул от избытка чувств. - Я о том, что произошло с ним шесть лет назад! Он тогда отправился к своему старшему брату за снадобьем, якобы способным снять проклятье Насоджа. И что-то там было такое... такое, что когда я его спросил, он вместо ответа... в общем, летел я далеко, а стена оказалась очень твердая. И синяк был... роскошный.

Андрэ чуть усмехнулся, опустив взгляд, и немного подумав, ответил:

- Месяцев через шесть после Сражения у трех ворот Михась сказал, что его брат Брайан может найти средство, снимающее проклятие, после чего ушел из Цитадели. Что там произошло, я не знаю, но когда примерно через месяц он вернулся, весь израненный, то выглядел безумцем, и бросался на всех подряд. В Цитадели он задержался всего на час - взял топор, кое-какие припасы, и ушел через северные ворота. - Андрэ покачал головой, печально прижав уши. - Я сам провожал его тогда. До сих пор помню, как он уходил в дождь...

В следующий раз мы увидели его только через год. Один из дальних патрулей попал в засаду, и был почти полностью уничтожен, когда из чащи появился грязный, лохматый монстр, размахивающий гигантским топором. Всего за пару мгновений это страшилище прикончило дюжину лутинов, а остальные в страхе разбежались. Это был Михась, и патруль привел его домой... а ведь мы к тому времени уже давно считали его мертвым... даже я...

Росомах медленно вздохнул:

- Увидев его, я просто глазам не поверил. Он выглядел словно смерть во плоти, - грязный, вонючий, мех свалялся, вместо одежды какие-то тряпки... Я вымыл его, постриг - вобщем, немного привел в порядок, покормил и уложил в кровать. Он спал три дня, вставая только чтобы поесть. А когда проснулся, стал таким же, как прежде - словно ничего и не было!

Мальчик-маг кивнул:

- Ты его спрашивал, что произошло там, у его брата?

- Нет. Я решил, что когда он будет готов рассказать об этом, то сделает это сам. Не захочет... значит, нет. И знаешь... однажды Михась поблагодарил меня за то, что я не стал ни о чем спрашивать. Мне известно только то, что он постоянно остается в форме морфа. Похоже, способность трансформироваться им полностью утрачена.

- Но это значит, что его брат сумел как-то изменить проклятие? - предположил Виссэкс. - Вот это да! Немногие маги на такое способны!

- О да, Брайан мог, он очень, очень сильный маг. Не слишком искусный, но очень сильный. Думаю, один из самых сильных в Мидлендсе.

- Ого... - изумленно поднял брови мальчик-маг. - Впечатляет. Но что дальше? Проклятье Насоджа, измененное нашими магами, измененное Брайаном, опять же измененное один Насодж знает, чем еще из амулета... представляю, какая там сейчас магическая каша!

Росомах пожал плечами:

- Сообщение Кэрол было весьма неопределенным...

- Ладно, вскоре мы все узнаем. Они уже должны были добраться до Нижней Цитадели. Идем встречать.


Во дворе их встретил форменный хаос - по меньшей мере несколько десятков жителей Цитадели столпились у ворот, окружив вернувшихся разведчиков. Все говорили, кричали, и или просто суетились, мешая пройти.

Андрэ дернул Виссэкса за рукав, указывая на центр толпы:

- Каролина там!

Однако при своем небольшом росте мальчик-маг мог видеть только спины и хвосты метаморцев.

- Мне сквозь эту толпу ничего не видно... - сердито буркнул он.

- ДОРОГУ!! - рыкнул Андрэ.

Топа расступилась словно по волшебству и Виссэкс наконец смог увидеть Каролину, которая стояла рядом с конем, разговаривая с Жрицей.

- Что именно произошло, я не знаю. Михась зарычал, а когда я смогла обернуться, все уже закончилось! - объясняла выдра.

Подойдя ближе, маг увидел, что через спину лошади позади седла переброшен лис характерного ало-песочного окраса. Его лапы были связаны, а морда крепко стянута кожаным ремнем.

Бросившись к лису, Андрэ нежно похлопал его по голове:

- Михась? - спросил он дрогнувшим от волнения голосом.

- Да? - отозвался голос с другой стороны коня.

Росомах растерянно оглянулся.

- Михась?! - переспросил он.

Над спиной коня поднялись знакомая голова и плечи.

- Андрэ! - радостно воскликнул Михась. - Привет! Рад тебя видеть!

- Но... - захлопал глазами Андрэ, показывая на связанное животное. - Но, если ты там, тогда кто это?

Каролина пожала плечами:

- Мы не уверены, но, судя по всему, это тот самый маг, который напал на Михася.

- И похоже на то, что его заклинание сработало совсем не так как он планировал! - фыркнул Михась.

Стоящий рядом с росомахом Виссэкс почти не слышал этих слов. Он смотрел между ног лошади, - его маленький рост позволил ему заметить нечто весьма необычное.

- Михась, почему у тебя четыре ноги?!

Недоуменно подняв брови, Андрэ присел, и проследив за взглядом мальчика, за четырьмя лошадиными ногами увидел четыре лисьи лапы...

- Что с тобой случилось?!

- Как раз это тебе и предстоит объяснить, Виссэкс. Ты же у нас маг!

С этими словами Михась вышел из-за лошади.

От талии и выше он выглядел как обычно - кольчужная рубаха, широкий кожаный пояс, топор за спиной. А вот ниже талии у него теперь было еще одно тело размером с небольшого пони, но в остальном выглядевшее как тело самца обычного рыжего лиса, - и, естественно, с четырьмя ногами и длинным пушистым хвостом.

- Ты кентавр!! - изумленно прошептал Андрэ.

- Скорее лисотавр, - поправила его подошедшая Жрица.

- Невероятно! - пробормотал Виссэкс, обходя вокруг Михася. - Я должен изучить тебя... потрясающая форма, очень интересная и перспективная!

- Изучить?! - недовольно фыркнул лисотавр. - Я застрял в этой очень «перспективной» форме, а тебе всего лишь интересно!

Каролина сжала руку Михася и лизнула его в щеку:

- Расслабься дорогой, мы все исправим. К тому же я всегда мечтала о любовнике, у которого... в общем, как у коня!

Все вокруг так и покатились со смеху, кроме Жрицы, которая только чуть улыбнулась, да самого лиса. Но Каролина, полуобняв лисотавра, игриво куснула его ухо - и хмурая морда Михася тут же повеселела.

- Ты пытался трансформироваться обратно? - поинтересовался Виссэкс.

- Конечно, но без толку. Я же сказал, что застрял в этой форме! - откликнулся Михась.

- Мы обязательно решим твою проблему! - заверил его Виссэкс. Каролина, в твоем сообщении упоминался камень-амулет. Где он?

- Да, - кивнула выдра. - Вот он, держится как приклеенный на передней лапе лиса.

Мальчик-маг и Жрица внимательно изучили связанного зверя и необычный камень.

- На Христофоре использовали точно такой же, - вынесла вердикт волчица.

- И магией сияет почти так же... хм, а вот связующей нити с магической оболочкой мага там не было, видишь ее? - добавил Виссэкс, всмотревшись. - Каролина, ты его не касалась?

- Разумеется нет! - фыркнула выдра. - Мы были очень осторожны и держались от камня подальше.

- Тогда... нет, к Магусу не стоит, там бардак... предлагаю перейти ко мне в лабораторию, и провести общее исследование, - предложил Виссэкс.


Небольшая группа двигалась через бесчисленные залы Цитадели. Виссэкс шел впереди, Андрэ следом, перекинув связанного лиса через плечо. Рядом с ним шла Жрица, разглядывая зверя, который выглядел ошеломленным всеми этими событиями. Каролина и Михась шли позади всех, но облик лиса-морфа вызывал множество взглядов и вопросов встречных.

На одном из перекрестков они наткнулись на Рикктера, который при виде Михася пораженно замер на месте.

- Вопрос можно? - спросил енот, когда тот походил мимо.

- Скорее всего нет, - ответил лисотавр, поворачивая за угол и оставляя его позади.


***


В полуподвальной лаборатории-мастерской связанного лиса положили на пустой стол, а Михась остался стоять в центре комнаты, нервно переступая с ноги на ногу.

Убедившись, что лис по-прежнему надежно связан, Виссэкс повернулся к Михасю.

- Прежде чем мы начнем, я хотел бы получить некоторую информацию. Михась, расскажи все, что знаешь о заклинании, наложенном на тебя братом шесть лет назад.

Лисотавр замер, словно окаменев.

- Нет!!

Жрица шагнула к нему:

- Михась... - начала было она, но он низко и угрожающе зарычал.

- Ты что, простых слов не понимаешь?! - сдавленным голосом прохрипел он.

Каролина робко коснулась его руки:

- Дорогой, они ведь хотят помочь тебе...

Он медленно повернулся к ней... и вдруг заплакал, вздрагивая всем телом.

- Я не могу!!! - прошептал с болью в голосе. Каролина прижалась к мужу всем телом, и лизнула его соленый от слез мех на щеке. - Я не... я просто не могу...

Подойдя ближе, Жрица положила ладонь ему на плечо:

- Мы подождем в другой комнате… когда сможешь продолжить, просто постучи в дверь.


Виссэкс, Андрэ и Жрица молчали еще пару мгновений после того, как маг закрыл дверь мастерской.

Первым тишину нарушил Андрэ:

- Как бы я хотел хоть как-то помочь ему…

- Ты уже помог, - заметила Жрица. - Своим присутствием, своей поддержкой... а особенно тем, что не задавал ненужных вопросов.

Виссэкс покачал головой:

- Что же такое произошло, что... Жрица! Ты же можешь! Загляни ему в душу! Может там действительно...

- Многие знания - многие печали, - грустно ответила волчица. - Не нужно смотреть в его душу. Когда придет время, он расскажет сам. Но не раньше.

- Виссэкс, а ты сможешь изменить его назад? - спросил Андрэ. - Думаю, ему это поможет.

- Для изучения образовавшейся магической путаницы мне потребуется некоторое время, но кое-какие догадки у меня есть прямо сейчас, - задумчиво произнес мальчик-маг, отойдя к ближайшему столу и усевшись на край столешницы. - Я неплохо изучил заклятье Насоджа, и могу с уверенностью сказать, что пересилить его практически невозможно. Для этого придется пересилить саму Цитадель, а это сам понимаешь, вещь совершенно нереальная. Я почти не сомневаюсь, что когда сэр Брайан не смог снять заклинание, то попытался изменить его. Каждый морф имеет две основные формы - полная животная и наполовину человеческая. Брайан мог попытаться добавить еще одну - полностью человеческую.

- Тогда получился бы оборотень... верефокс, - заметил Андрэ.

- Скорее кицунэ, - улыбнулась Жрица. - Но судя по результату, Брайан и этого не смог, и заклинание Насоджа подпортил.

- Именно так, - кивнул Виссэкс. - Что-то он напутал, что-то изменил. В результате камень, который по идее должен был просто восстановить первоначальное заклинание Насоджа, сработал... криво. Более того, у меня есть подозрение, что сэр Брайан оставил в ткани заклинания нить силы, связавшую его и Михася. Все-таки, при всех его сомнительных качествах, сэр Брайан брата любит. Поэтому, когда тот маг попытался вернуть его в исходное состояние, он столкнулся с враждебной магией. А сэру Брайану сил не занимать! Получившийся поединок выиграл Брайан, а магия амулета, вывернувшись наизнанку, через нить силы поразила мага - произошел магический откат.

Жрица кивнула:

- Похоже на то. Но мы по-прежнему не знаем, что именно случилось с Михасем.

Виссэкс пожал плечами:

- И не узнаем, пока его не обследуем. Впрочем, здесь, в тишине и безопасности Цитадели сделать это будет гораздо легче. А вот когда находишься в глуши, окруженный несколькими сотнями лутинов... не самая лучшая обстановка для экспериментов с магией!

В этот момент дверь открылась, и в комнату заглянула Каролина.

- Мы готовы продолжать.

- Кэрол, он рассказал тебе хоть что-нибудь? - торопливо спросил Андрэ.

Выдра на мгновение задержалась в дверях.

- Да, - ответила она и ушла, не проронив больше ни слова.


Глубокой ночью мальчик-маг и Жрица нанесли, наконец, последний штрих в изменяемую прямо по живому схему магических потоков, управлявших сейчас телом Михася. Виссэкс еще несколько мгновений любовался повисшей в центре комнаты разноцветной паутиной-отражением, запустил по ней последнюю мерцающую волну... и убрал взмахом руки.

- Что ж, Михась, мы готовы. Попробуй измениться в свою обычную двуногую форму.

Лис глубоко вздохнул, и ощутил успокаивающее прикосновение Каролины. Вчера днем, оставшись наедине, он рассказал ей все так давно укрываемые в укромных уголках памяти жестокие подробности, и теперь с его души словно свалился огромный камень.

- Ты уверен?

- Да, - кивнул Виссэкс. - Я уверен, ты снова сможешь трансформироваться. Нужно просто вспомнить, как ты это делал и... сделать.

- Надеюсь, ты прав, - вздохнул Андрэ.

Закрыв глаза, Михась попытался представить свою двуногую форму... но вместо того вдруг увидел себя в форме обычного животного. Прошло уже много лет с тех пор, как он мог измениться полностью... побегать по лесу, поохотиться. Ему очень недоставало этой стороны своего естества - и вот теперь ощутил быстро нарастающий поток силы, пронизывающий тело...

Услышав вздох Каролины, Михась открыл глаза. Куда-то вдруг пропали все краски, превратившись в оттенки серого цвета, и вдобавок все стало гораздо больше. Красная рубашка Андрэ казалась теперь грязно-серой, и на вид он теперь был футов двадцать высотой.

"Да это же не он выше, а я ниже!" - подумал Михась.

Каролина присела на корточки и медленно протянула лапу:

- Дорогой, ты меня понимаешь?

Он попытался сказать "разумеется!", но сумел лишь тявкнуть и заскулить. Удивившись, Михась попытался поднять руку к морде, - и обнаружил на ее месте настоящую лапу!

Осмотрев себя, он понял, что трансформировался в полного лиса. Не в свою обычную форму лиса-морфа, а настоящего лиса, с четырьмя лапами и без рук.

Восторженно взвыв, Михась сделал обратное сальто.

"Это просто фантастика!! " мысленно закричал он, и забегал кругами вокруг Каролины.

- Михась!! - в панике вскрикнула она.

- Спокойно, все нормально! - вмешалась Жрица. - Он просто радуется возвращению своей животной формы.

Остановившись, Михась подтверждающе тявкнул и кивнул Жрице. Тут ему в голову пришла озорная мысль. Глянув на Каролину, которая все еще стояла на корточках, лис бросился к ней, лизнул в морду, и положив передние лапы на плечи, толкнул. Вскрикнув от неожиданности, выдра упала спиной на пол.

Вскочив ей на живот и продолжая облизывать пушистую мордочку, Михась представил себя двуногим и двуруким.

Трансформация прошла за один удар сердца, и облизывание превратилось в долгий страстный поцелуй...

Когда же их губы наконец разъединились, Каролина посмотрела ему прямо в глаза:

- Михась, иногда ты такое животное... но именно это я в тебе люблю больше всего!


* * *


Следом за Жрицей Михась и Каролина вошли в помещение псарни.

Когда-то содержавшее в своих клетках почти полторы сотни собак разных пород, ныне оно почти опустело. Несколько дряхлых псин, пара метаморцев-морфов, чей разум не выдержал изменения, да недавно появившийся лис в угловой клетке - вот и все обитатели.

- Доброе утро! - раздалось от разделочного стола. - С чем пожаловали, гости дорогие?

Ширококостная, рослая, весьма объемная женщина в дерюжном переднике поверх длинного серого платья поправила заляпанный кровью колпак и, отложив широченный мясницкий нож, вышла навстречу гостям.

Жрица церемонно поклонилась служительнице:

- Да будет благословенна твоя работа и остр твой нож, Шелен. Как поживает наш пациент?

Женщина улыбнулась:

- Отлично ваш лис поживает. Ночью прекрасно спал, утром плотно поел, днем прогулялся. Сейчас вот на обед похлебку готовлю. Вы не смотрите, что он пока еще тощий, будет хорошо кушать - мигом тело-то наберет!

Михась присел на топчан рядом с клеткой и заглянул внутрь. Рыжий лис, свернувшийся в клубок в углу, искоса взглянул в ответ.

- Он все еще кусается?

- Пытался разок, - еще шире улыбнулась Шелен, - да у меня не забалуешь. И рычать он тоже больше не будет.

Лис в клетке сердито показал женщине язык и отвернулся, прикрыв морду хвостом.

- Хорошо, очень хорошо.

Каролина заглянула в клетку:

- Вижу, вы наконец сняли камень у него с лапы?

- Да, хоть и пришлось повозиться, - кивнула Жрица. - Труднее всего было оборвать связавшую их нить силы, не повредив самому лису. Магическая связь без каких-либо ограничений... очень, очень грубо сляпанное заклинание.

- Грубо сляпанное! Какая чушь!! - раздался голос из клетки.

- Знаешь, Варнал, если не можешь сказать что-то стоящее, тогда лучше помолчи! - строго сказала Шелен сидящему в клетке животному.

- Когда он осознал себя? - спросил Михась.

- Вскоре после того как сняли камень, - ответила Жрица.

- Что за мерзкая судьба! - вздохнул Варнал. - Я, великий маг, должен закончить свой век в клетке!

- И это все, что ты можешь сказать? - поднял бровь Михась - Да ты нас благодарить должен!

- Благодарить?! И за что же я вас должен благодарить?! - лис возмущенно сел на своем матрасике.

- Вообще-то мы могли бы и не затруднять себя снятием с твоей лапы твоего же камня! - фыркнул лис-морф. - И сидел бы ты в клетке неразумным животным до конца жизни!

Варнал резко захлопнул уже было открытую пасть. Потом, подумав, спросил:

- Значит, я здесь не навсегда? Так когда Герцог выпустит меня из этой крошечной клетки? У меня клаустрофобия!

Нахмурившись, Шелен погрозила магу пальцем:

- Ты всего полчаса назад вернулся с прогулки!

Лис скривил морду и прижал уши:

- Тоже мне, прогулка - на поводке! Так выпустят меня или нет?

- Чтобы ты знал, лорд Томас приговорил тебя к лишению свободы на три года! - усмехнулся Михась.

- ТРИ ГОДА?! О-о-о... - застонал лис.

- А ты думай об этом, как о полном пансионе на три года! - посоветовала Каролина, и присутствующие расхохоталась - все, кроме Варнала.

Зарывшись под матрасик, маг в отчаянии обхватил голову лапами:

- Три года! - донеслось из клетки его приглушенное поскуливание. - Три года...


Перевод - Redgerra.

Литературная обработка - Дремлющий.




ИСТОРИЯ СТО ТРИДЦАТАЯ. 4WD

Chris O'kane

Михась скучал. Впервые за много недель ему нечем было заняться. Доклад составлен и отдан; идти в патруль не раньше следующей недели; остальные скауты кто в патруле, кто на тренировке, кто занят своими делами. Каролина с Леди Кимберли занялись шитьем чего-то женского, сверху узкого, снизу широкого и с кружавчиками, а его прогнали... Мадог отправился куда-то в компании отца Хуга, а Маттиас занялся сочинительством. Даже Рикктер что-то творил в мастерской. Только бедному, ленивому Михасю заняться ну абсолютно нечем!

Лис-морф немного постоял в дверях своей мастерской, но так и не вошел.

- Что-то мне лениво сегодня с моделями возиться... - сказал он сам себе, поворачивая к кровати.

Взгляд Михася остановился на висящем над ней рисунке - карандашном наброске похожего на лиса кентавра - лисотавра. Собственно, на рисунке был сам Михась - та магическая атака доставила лису немало неприятных минут, пока Виссэкс совместно с Жрицей не разобрались в ее последствиях.

Вместе с прежним обликом к нему вернулась также способность изменяться в обычного лиса. После шестилетнего заточения в двуногой форме так приятно было опять превратиться в настоящего лиса, сбегать в ближайший лес, помышковать! Поначалу Михась изменялся туда-сюда десять раз на дню, но с тех пор прошло уже много времени, и новизна впечатлений поблекла. А воспоминания о времени, проведенном в форме лисотавра, уже не казались такими уж неприятными...

В голове Михася мелькнула неожиданная мысль. Во всех тех изменениях он ни разу не пробовал принять облик лисотавра. От счастья возвращения возможности трансформироваться он просто не подумал об этом.

А ведь Виссэкс что-то такое говорил... как же он тогда сказал?

«Структура проклятья Насоджа очень нестабильна и вполне возможна его частичная деформация, или скажем так - частичная комбинация обоих доступных форм, при должном мысленном усилии, разумеется».

Хм...

И еще два раза.

А не попробовать ли?

Сначала мысль о том, чтобы снова стать кентавром немного пугала, но постепенно он заставил себя успокоиться.

"Без сомнения, возможность измениться в него может быть большим преимуществом, " - сказал он сам себе. - "Раз я могу превращаться в обычного лиса и лиса-морфа, тогда почему не в лисотавра? В конце концов, это ведь просто смесь из них двоих!"

Решительно поднявшись с кровати, Михась снял одежду и принялся расчищать середину комнаты, расталкивая мебель по углам. Потом встал в центре, закрыл глаза и сосредоточился. Он вспоминал такое странное и в то же время удивительно естественное состояние, когда у него было четыре ноги и две руки, пытался создать в уме образ лисотавра, представлял себя таким... но мысли разбегались, картинка не складывалась, перетекая то в образ обычного лиса, то в образ лиса-морфа.

"Ты слишком сильно стараешься, Михась, " - сказал он себе. - "Расслабься, позволь изображению слиться в единое целое естественным образом, не заставляя его силой".

Последовав собственному совету, лис расслабился - и внезапно в его сознании сформировался нужный образ! Как-то вдруг само собой вспомнилось ощущение тяжелых мощных лап, и пружинистых, перекатывающихся мышц нижнего тела, и изящный изгиб поясницы. Михась ощутил внезапно прокатившийся по его телу поток тепла и открыл глаза.

Все было как прежде. Лис разочаровано осмотрел себя - увы, все осталось, как и было. Та же светлая шерсть на верхнем животе, плавно переходящая в чуть более темную на нижнем. Те же мощные передние ноги, несущие тяжесть верхнего торса, и задние, чуть изящнее, но нисколько не слабее, готовые в любой момент оправить его шестилапое тело в прыжок...

Шестилапое?!!

- Получилось!! Получилось!!!! - в восторге взвыл лис, - нет - лисотавр!

Он подпрыгнул, потом закружился по комнате, заново изучая свое такое знакомое, и в то же время совершенно неизвестное тело. Привыкая к ощущению мощи и силы нижнего туловища, его пружинистых лап, увеличившейся скорости движения, прыгучести...

К тому же он стал выше как минимум на фут и определенно тяжелее. Фунтов так пятьсот ...

- Хммм... - пробормотал Михась, по очереди напрягая конечности. - К такому телу просто напрашивается копье! Да и моим Шепотом со всей этой массой мышц орудовать должно быть намного легче... пойду-ка, попробую!

Прихватив со стойки любимый топор, Михась уже направился к двери, но остановился у порога.

«Не то, чтобы оно меня как-то волновало, - подумал он, - но стоит все же немного одеться. Хотя бы ради карманов!»

Вытащив из шкафа потертый кожаный жилет с вышитой на спине голубой лисьей головой, лисотавр бросил взгляд в зеркало:

- Так-то лучше!

Направляясь к двери, Михась вслух рассуждал, что собирается делать дальше:

- Для начала немного потренируюсь с копьем, затем поработаю с Шепотом. А потом пойду в Молчаливый Мул. Точно! Полюбуюсь, какие у всех будут морды и лица, когда в главный зал войдет пятисотфунтовый лис-кентавр, с пятифутовой секирой и десятифутовым копьем !

Засмеявшись, Михась вышел из комнаты. Ему больше не было скучно!


Перевод - Redgerra.

Литературная обработка - Дремлющий.


История сто девяностая. 4х42

Chris O'Kane

Маттиас с озабоченным видом спешил по коридорам Метамора. У крыса была важная миссия!

Он вошел в дверь в один из флигелей - Восточный, - тот самый, где обретались скауты и где по должности должен бы быть Михась. Однако в холле находились только Финбар и Кершью, которые играли в карты и пили пиво, - а вот лисом даже не пахло.

- Где Михась?

- Заглядывал, ушел, - ответил Финбар, разглядывая сданные ему хорьком карты. - Шесть пик!

Маттиас нахмурился:

- И куда же?

Панда глотнул из кружки и покачал головой:

- А лутин его знает... мастер нам не докладывает!

Кершью взял из колоды еще две карты:

- С час назад наверно как ушел. Взял лук и - фьють! - сказал он.

- А куда он мог пойти? С луком?

- Ну... - почесал затылок панда. - Лук охотничий, припаса не брал... на восток. Точно, на восток! К озеру у подножья горы Оламар. Где у нас еще с луком-то охотятся?

- Ага! Там его и ищи, раз уж он тебе так срочно понадобился, - кивнул хорь. - Ты его легко найдешь. Он сегодня немного больше обычного!

- Он сегодня - чего? - непонимающе переспросил крыс.

Кершью и Финбар дружно рассмеялись:

- Сам увидишь!


* * *


Финбар оказался прав - Маттиасу не пришлось долго искать Михася.

Его друг-лис стоял по колено в небольшом ручье - притом всеми четырьмя лапами.

Некоторое время Маттиас молча таращился на него, и наконец высказался:

- Михась, ты опять лисотавр! У тебя что - рецидив ?!

Михась посмотрел вниз на свое четвероногое тело. Если не считать голубого жилета, колчана и длинного лука, лис был обнажен. От талии и выше он выглядел как всегда - те же голова, шея, плечи, руки и туловище рыжего лиса-морфа - зато ниже талии у него было тело большого, размером с пони, лиса.

На морде лисотавра появилось выражение притворного удивления:

- Ух ты!! А я и не заметил!

Чарльз схватился за голову:

- Михась! О, безумные боги! Тебе нужно идти к магам, к Жрице! А если это останется навсегда?!!

- Маттиас! - вытянул руки вперед лисотавр. - Маттиас, остановись! Я просто решил немного поохотиться! Не стоит волноваться!

- Не волноваться?! Не волноваться?!! - почти взвыл крыс. - Ты что не замечаешь?! У тебя четыре ноги и две руки! Это не нормально!!

- Мэт, ты говорящая крыса ростом в четыре фута, которая ходит на задних лапах, и использует передние в качестве рук. Это нормально?

- Для Цитадели Метамор - да! А вот лисий кентавр даже для Цитадели чересчур!

- Это почему же? - насмешливо поинтересовался Михась.

- Потому что за восемь лет со времени Войны Трех Ворот, ты первый, кто превратился в тавра!

- А это уже как посмотреть! - возразил лисотавр. - Готов спорить, что это сможет сделать любой - даже ты!

- Михась, да что ты говоришь?! У тебя рецидив заклинания, тебе нужно лечить... ся... - последнее слово Маттиас проговорил по слогами шепотом. - Что значит - любой? Нет, погоди... так это не рецидив?! А что же это?

- Это моя новая форма, - ухмыльнулся лисотавр. - И я считаю, что так сможет любой. Любой морф, естественно. И ты тоже! Кстати, почему бы тебе не попробовать? Тебе понравится!

Маттиас лишь фыркнул в ответ:

- Не думаю...

- Ну, давай, Мэт! Попробуй. Это правда здорово! - ухмыльнулся Михась, шлепая лапой по воде. - К тому же, если не понравится, ты всегда сможешь измениться назад.

- Хм... - крыс потер ухо, задумчиво достал из-за пояса палку для жевания, и принялся ее грызть. Наконец он сердито сунул ее за ремень:

- Ну ладно! Я уверен, что еще пожалею... но один раз попробую.

Михась просиял:

- Отлично! Тогда снимай штаны!

- Что-о?! Снять штаны? Зачем?

- Маттиас! Ты собираешься обзавестись двумя лишними ногами и утроить вес. Подумай, что будет с твоими штанами, если засунуть в них маленького пони?

- Кхм... вот именно, лишними... - пробормотал крыс, неохотно снимая штаны и аккуратно складывая их на крупный валун. - И что теперь? - спросил он, остро ощущая свою наготу.

- Теперь, закрой глаза и представь самого себя.

Сделав, как было сказано, Маттиас представил самого себя. Прямоходящий коричневый крыс четырех футов ростом, с ловкими пальцами на передних лапах и длинным голым хвостом.

- Видишь картинку? - спросил лис.

- Ну.

- Теперь самое трудное. Измени изображение в твоем сознании в форму кентавра - инструктировал Михась. - Представь свои голову и торс, прикрепленные к телу гигантской крысы.

Маттиас попытался изменить мысленную картинку, но его образ не хотел изменяться, упрямо оставалась двуногим. Потерпев неудачу со всем телом, крыс сосредоточился только на одной части - ногах. Он попытался представить вторую пару, появляющуюся позади первой. Но все без толку. Тогда, сконцентрировав волю, Маттиас попытался надавить силой... но с тем же успехом можно было пытаться сдвинуть гору. Мысленный образ не желал меняться!


Внезапно крыс ощутил на своем плече сильную лапу Михася:

- Расслабься, Мэт. Не дави силой, наоборот, представь свое тело подобным воде - изменчивой, текущей, непостоянной. Не нужно менять силой, - изменение ведь уже есть в нем, тебе нужно только просто освободить его. Представь, как пружинит трава, под четырьмя ногами; увидь, как движутся мощные мышцы нижнего торса; ощути длину гибкого и сильного хвоста...

Слушая его спокойную речь, крыс расслабился, перестал давить силой... и вдруг, буквально на мгновение его мысль расширилась, затрепетала в каждом уголке тела, - и оно, послушное направляющей мысли, потекло, заполняя мысленное видение...

- Мэт, открой глаза! - позвал Михась, ну очень довольным голосом.

- Что? - Маттиас вздрогнул, крутанул головой. - П-получилось?!

Первое, что бросилось в глаза - он стал минимум на фут выше.

- Эй! Получилось! Я кентавр!!

Его тело действительно изменилось - там, где были бедра и ноги, теперь был аккуратный перегиб, верхнее туловище переходило в нижнее, тело гигантской крысы. Маттиас для пробы поднял правую переднюю ногу. Соответствующая конечность отозвалась, поднялась... а потом опустилась на землю. Он осторожно проверил каждую ногу по очереди, - все четыре работали идеально.

Ощущение было очень странным. Его новое тело казалось непривычным, и в то же время совершенно естественным. Всеми четырьмя лапами он чувствовал прохладу влажного песка, и то, как теплый ветерок овевает нижний торс. Ощущал послушную гибкость и силу действительно мощного и длинного хвоста. Еще не привыкший к своему новому облику, Маттиас неуверенно двинулся вперед, медленно, осторожно поднимая и опуская каждую лапу. Умом он понимал, что это тело новое, и ощущения его тоже новые, - но все равно оно казалось удивительно естественным и как будто даже привычным...

- Ну вот, ты теперь крысотавр, дружище! И как оно тебе? - поинтересовался ухмыляющийся лис.

- Я большой... - протянул Маттиас. - И у меня такое ощущение, словно я вешу фунтов триста!

Михась засмеялся:

- Ты действительно весишь триста фунтов - и это почти втрое больше твоего прежнего веса!

Пройдя немного вдоль берега, Маттиас осмелел, и дальше побежал легкой трусцой, ощущая, как движутся и перекатываются новые мышцы.

- Потрясающе! Это... это... даже не знаю, как сказать! Ничего подобного я еще не ощущал... я помню, как ходил на четырех лапах, но тогда я был крысой, весил всего фунт и не имел рук! - объяснял он, размахивая верхними лапами.

- Мне особенно нравится дополнительная сила, - заметил лис. - Ты еще удивишься, насколько сильна нижняя часть твоего тела. И готов спорить, что твоя выносливость тоже заметно увеличилась. Все меняется в форме тавра.

- Что еще я могу делать в этом теле? - спросил Маттиас. - Сильно оно отличается от тела просто морфа?

Лисотавр пожал плечами:

- Я и сам пока не знаю... понемногу экспериментирую с того дня, когда впервые попробовал измениться в тавра, и все еще обнаруживаю что-то новое. Но одно ясно - в бою тавр очень грозный противник. С моими пятьюстами фунтами массы работать копьем одно удовольствие - куда лучше, чем сидя верхом на боевом коне! Нет нужды направлять его, беспокоиться, что он тебя сбросит и убежит. Двигаешься именно куда хочешь и когда хочешь! - сказал Михась, подчеркивая свои слова резким взмахом верхней лапы. - Просто стоит немного привыкнуть к этому.

- Но я ведь не лис, я крыса. А крыса - не хищник! Будет ли это тело достаточно хорошо в бою? - вопросил Мэт.

- Конечно будет! Не сомневайся, твое тело имеет свои преимущества. Попробуй его, испытай. И кстати, насчет силы... я знаю, у тебя есть кое-какие магические способности... можешь воспользоваться ими в этой форме?

- У меня такое ощущение, что о них знает вся Цитадель! - мрачно буркнул крыс. - Не знаю, надо пробовать.

- Ну, так попробуй! Сейчас вполне подходящий момент!


Маттиас выбрал небольшое открытое место рядом с ручьем и попробовал выполнить несколько простых упражнений.

Мда-а...

Упражнения были предназначены для человеческого тела... и это чувствовалось. Однако небольшой всплеск энергии все же прокатился по ауре, пусть неправильно, пусть медленно и с трудом, как будто преодолевая что-то.

Сконцентрировав ее, крысотавр выплеснул ее, коснувшись сухой ветви толщиной с руку...

Раздался громкий треск и деревяшка переломилась пополам.

- Я должен был раздробить ее в щепки! - недовольно буркнул Маттиас.

Лисотавр усмехнулся.

- Не гони ло... себя. Ты пробыл в этой форме меньше пяти минут! На освоение новой формы нужно время... вспомни, сколько ты восстанавливал навыки после того как стал морфом? Сейчас будет быстрее, но несколько часов тебе все же понадобится.

- Несколько часов?! Михась, это здорово, но я не собираюсь оставаться в таком виде весь день! - возразил Маттиас. - Эмм... а чтобы измениться назад, мне нужно только снова создать нужный мысленный образ, правильно?

- Совершенно верно, - кивнул Михась. - И кое-что еще.

- Что?

- Вот это, - ответил лисотавр, поднимая штаны. - Они тебе понадобятся, если ты не собираешься бродить по Метамору без штанов.

Маттиас потянулся за одеждой одежде, но Михась вдруг отступил назад.

- Знаешь... мне кажется, сейчас самый подходящий момент для тебя получше познакомиться со своим новым телом!

Крысотавр потянулся за удаляющейся одеждой:

- Михась, верни штаны!

Лисотавр продолжал отступать.

- С удовольствием, - ухмыльнулся он. - Но не сразу. Мне кажется, тебе и твоему новому телу стоит провести некоторое время вместе.

- Это совсем не смешно! Верни их немедленно! - сердито потребовал Маттиас.

- Хмм... обязательно! Через пару часов.

Маттиас сделал внезапный рывок вперед, но запутался в собственных лапах и упал.

Медленно поднявшись, он увидел Михася, который стоял на расстоянии протянутой руки, а штаны свисали с кончиков его пальцев...

Спорить было бесполезно, и крыс решил сменить тактику.

- У нас нет пары часов, - сказал крыс. - В Цитадели тебя ожидает посланник, который привез письмо от твоей сестры, и хочет получить ответ.

Уши лиса насторожились.

- Письмо от Элизабет? Где оно?

- В кармане штанов. Теперь я могу получить их назад?

Михась обыскал карманы и тут же отыскал свиток. Сорвав сургучную печать, он развернул и быстро просмотрел письмо.

- Великолепно! Она отправила мне посылку! Пошли, Мэт, я хочу увидеть, что она мне прислала! - и лисотавр стремительно понесся в сторону Цитадели.

- Мои штаны!! - воскликнул Маттиас, бросаясь следом за Михасем, но споткнулся и...

Вода в ручье оказалась очень мокрой и холодной. Выбравшись на берег, насквозь промокший крысотавр отряхнулся, и бросился догонять своего «друга».

Это была долгая и утомительная погоня, которую крысотавр не мог выиграть при всем старании. Со своими длинными лапами и куда большим опытом Михась все время был далеко впереди, - и все, на что был способен Маттиас, - это не отставать окончательно, на ходу пытаясь овладеть своим непривычно массивным телом кентавра...

Крыс был совершенно вымотан, когда наконец добрался до Цитадели, и побрел через город в сторону замка, едва переставляя подгибающиеся лапы, и молча терпя взгляды и комментарии метаморцев...

Он нагнал Михася у Южных ворот. К его невероятному смущению возле них толпилась уйма народу - кто-то входил, кто-то выходил, на привратной площади шла торговля, а метаморская мелюзга, как обычно слонялась именно там, где не нужно...

Михась взглянул на медленно подходящего к нему крысотавра; взъерошенного, потрепанного, измученного погоней...

Он молча протянул ему штаны и большой бурдюк с водой:

- Извини... я немного увлекся.

Прохрипев что-то невнятное пересохшей пастью, Маттиас жадно присосался к воде, а остаток выплеснул себе на голову.

- Ладно уж... для меня это был новый и необычный опыт... но теперь, если ты не против, я собираюсь отправиться к себе, и вернуться в свою обычную форму!


Маттиас шел по коридору, когда его мысли о ванне и ужине были прерваны голосом, эхом раскатившимся по холлу:

- Ну и ну... с такой стороны я тебя еще никогда не видел!

Этот голос был слишком хорошо знаком крысу. Медленно повернувшись, он увидел стоящего в боковом дверном проеме Рикктера.

- Вот теперь я точно знаю, чем ты сумел привлечь Кимберли! Любой женщине понравится мужчина, «оснащенный» не хуже коня! Ха-ха!!!

Смеясь, енот-морф повернулся, и уже почти скрылся за дверью, когда его сбил с ног злобно визжащий взъерошенный крысотавр!

К сожалению, попытка Маттиаса придушить насмешника, используя в качестве удавки свои окончательно измятые штаны оказалась безуспешной...


Перевод - Redgerra.

Литературная обработка - Дремлющий.







Метамор

История 208. Тестируем 4WD

Chris O'Kane


Рикктер открыл двери Длинного холла, и громкое рычание, пыхтение и звучные шлепки заставили его на мгновение прижать уши.

Главный зал сегодня выглядел весьма необычно: вся мебель из него была вынесена, ковры свернуты, пол покрыт слоем соломы - и теперь древнее помещение неизвестного назначения превратилось в зал для тренировок. Неплохая идея...

В центре расчищенного пространства собралась большая толпа зрителей. Протолкавшись внутрь, енот-морф увидел бойцов. Меньший - лесная куница-морф - танцевала кругами вокруг большего, похожего на кентавра. Присмотревшись, Рикктер узнал своего друга Михася в форме лисотавра.

Сложив лапы на груди, енот принялся наблюдать за тем, как вооруженные длинными шестами противники сходятся, кружат, выискивая брешь в чужой защите...

Неплохо, неплохо. Но не идеально. Можно и лучше. Нужно лучше! Особенно лисотавру.


Михась внимательно следил за быстро передвигающимся противником.

Еще перекат! Куница клубком проскользнула мимо, и ее шест молнией метнулся к задней ноге тавра. Но Михась рывком выгнулся назад и уже его шест, перехватив удар, сбивает противника с ног. Быстрое движение мощных лап, пятисотфутовое тело стремительно разворачивается на месте, и конец шеста упирается в грудь куницы…


- Хороший бой, Даниэлла! - сказал лисотавр.

Михась убрал шест, его противница медленно поднялась, потирая ушибленный зад.

- Неплохо, неплохо, - Рикктер шагнул вперед. - Михась, ты уже размялся? Как насчет серьезного поединка?

Лисотавр повернул верхнее туловище и улыбнулся другу:

- А я все ждал, когда же ты покажешься. Рад, рад. Возьми у Кершью защитный нагрудник и... ты все еще ходишь с той металлической пикой?

- Нет, - сердито рыкнул Рик. – Но я еще поговорю о ней с крысом!

Сердито дернув хвостом, енот направился к красному панде.

- Они все еще спорят из-за той железки? - спросил кондор-морф. - Почему?

- Оба считают ее очень важной вещью. Символом, Болдуин, - пояснил Михась.

- Да они готовы убить друг друга из-за этой дурацкой штуки! - заметила Даниэлла.

- Неа. Неважно какие чувства они испытывают друг к другу, но они никогда не станут драться в Метаморе. К тому же... им обоим есть что терять.

- Ты уверен? - спросила Даниэлла. - Маттиас один из нас, но Рикктер неуправляем. Он всегда делает что хочет, игнорируя интересы других!

- Что мы вообще знаем о них? - вопросил Болдуин. – Маттиас прибыл в Цитадель семь лет назад - и это все, что мы знаем о его прошлом! Кто, откуда? Неизвестно! Соткался из воздуха прямо у ворот?

- Я бы тоже не отказалась от некоторых пояснений, - заметила Эрла, морф бордер-колли.

Михась мрачно посмотрел на троих скаутов:

- Маттиас - мой друг, и я готов доверить ему свою жизнь... Я доверяю крысу, иначе он не был бы скаутом!

Болдуин щелкнул клювом и дернул хохолком перьев на макушке:

- И все же, неплохо бы услышать хотя бы некоторые подробности прошлого нашего коллеги. Или... пусть нам не стоит их слышать, но хотя бы вы-то их знаете?

Михась кивнул:

- Да. Я знаю о его прошлом больше, чем о нем знает даже сам Маттиас... но его тайны касаются только его и никого более.

- Рраф, мастер?

Михась опустил взгляд на стоящую рядом Эрлу. Самка бордер-колли смотрела на затягивающего ремни наручей енота.

- Если мне будет позволено спросить, мастер... зачем ты его пригласил?

- Я уже говорил, что хочу подвергнуть это тело полному испытанию, узнать его возможности в бою.

- А нам ты что, уже не доверяешь? - спросила Эрла, обиженно-вызывающе дернув хвостом.

- Не в обиду тебе будь сказано, Эрла, но именно так, – коротко улыбнулся лисотавр. – И ты и твои друзья будете сдерживаться, избегать опасных ударов, двигаться не в полную скорость... многие ли из вас рискнут превратить своего мастера в отбивную?

- Михась, ты нас недооцениваешь! - хвост Эрлы распушился словно у кошки. – И неужели для избиения стоит приглашать своего лучшего друга?

- Мне по должности положено знать многое о каждом из вас и других жителей Цитадели, и я попросил его именно потому, что знаю - он не станет сдерживать ударов. Рик умеет отделять дело от личных отношений, и я уверен - сейчас и здесь будет только дело. Вы все позволили мне хорошо размяться, но насколько я знаю Рикктера, он устроит мне настоящий ад!

Тем временем енот затянул последний ремень.

- Готов?

Рикктер принял от Болдуина шест, крутнул его и улыбнулся тавру:

- Потанцуем!

- Секундочку! - сказал Кершью, хватая енота за руку. - Твой нагрудник не совсем ровно закреплен!

Красная панда начала поправлять нагрудник.

- Нагрудник должен сидеть ровно, иначе он мало чем тебе поможет, и ты можешь серьезно пострадать.

Рикктер оттолкнул лапу Кершью и начал поправлять ремни сам.

- Это ведь только тренировка, никто серьезно не пострадает. Я делал это сотни раз, и если не считать нескольких синяков и случайно сломанной кости, со мной не случалось ничего особенного.

Панда пожала плечами:

- Никогда не знаешь, что может случиться в борьбе. Кого-то могут и убить... случайно конечно.

Рикктер улыбнулся, оскалив острые зубы:

- Я слишком опытен, чтобы быть убитым во время простого тренировочного поединка!

- Говоря об убитом, я имел в виду не тебя, - бесстрастно возразил Кершью.

Енот посмотрел на панду, пытаясь понять, что тот хотел этим сказать.

- Ладно, давай начинать, Рик! - нетерпеливо перебил Михась. Лис поднял шест и шагнул в сторону, занимая позицию в на ринге. Рикктер расположился напротив него, уперев конец шеста в плиты пола, зрители отступили к боковым линиям. Быстрый приветственный поклон, - и поединок начался...


Ловко крутя шестом, Рикктер медленно приблизился к Михасю. Он выжидал, пытаясь выяснить скорость реакции противника. Лисотавр же стоял неподвижно, держа шест наклонно вперед, в классической стойке - его тело словно окаменело.

Енот описал концом шеста широкий круг, потом коснулся им теплых каменных плит пола, и тоже замер футах в пяти от тавра.

- Ну? - произнес он вопросительным тоном, спокойно глядя на своего противника.

Михась не торопился атаковать; именно этого и хотел енот-морф.

- Что ну? Я жду!

В толпе засмеялись.

- Я пришел сюда сражаться, а получил только поединок взглядов! - фыркнул Рикктер.

Лис высунул язык:

- А когда еще мы сможем покорчить друг другу рожи?

Рикктер радостно сверкнул глазами:

- Так что, уже можно начинать веселиться?

Поединок начался неожиданно; енот атаковал с ошеломляющей стремительностью.

С громким треском шесты столкнулись, обменявшись целым вихрем ударов, на мгновение замерли в силовом противостоянии... а потом Рикктер змеей скользнул в сторону, разрывая клинч - и снова раздался треск ударов.

Михась нажимал, пытаясь воспользоваться своей большей массой и ростом, но енот ловко уходил от атак, раз за разом оказываясь вне пределов досягаемости массивного тавра и время от времени взрываясь вихрем атак.

Рикктер выбрал защитный стиль боя, и лисотавру пришлось потрудиться, безуспешно пытаясь загнать в угол увертливого енота, - а по спокойному выражению морды Рика Михась понимал, что тот пока лишь внимательно изучает ситуацию...

Они медленно двигались по усыпанной соломой площадке, обмениваясь ударами - и время от времени треск сталкивающихся шестов сменялся сочным шлепком удара дерева о плоть.

Через несколько долгих минут они разом отпрыгнули друг от друга - слегка помятые и запыхавшиеся, но в целом почти не пострадавшие.

Переводя дыхание, Рикктер оперся о шест и посмотрел на Михася, замершего футах в десяти.

- Для начала неплохо.

- Спасибо... - выдохнул Михась.

Рикктер шагнул к нему:

- Дай посмотреть переднюю нижнюю лапу.

Михась поднял лапу, и протянул ее еноту. Балансировать на трех конечностях было немного непривычно, но Михась справился.

- Хм... не такие уж и острые, - заметил Рикктер, пробуя большим пальцем один из когтей. - Но при такой общей массе удар лапой если и не вышибет мозги, уж всю морду-то разорвет наверняка.

- Точно! - с энтузиазмом согласился Михась. - Уж как вдарю, так вдарю!

- Только старайся оберегать подбрюшье. Танцуя на задних лапах, ты можешь запросто получить копье в живот.

- Дельно подмечено. Запомню. Ты что, уже когда-то сражался с кентавром, Рикктер?

Енот покачал головой:

- Нет, никогда прежде даже не видел. Ну что, продолжим?

Лисотавр кивнул, и они снова разошлись в стороны.


На этот раз первым атаковал Михась, бросившись вперед, и вскинув шест над головой. Рикктер быстро отскочил назад, - но четыре ноги двигались быстрее двух, и лисотавр быстро оказался рядом. В этой атаке не было тонкости - Михась просто с размаху опустил шест на голову Рикктера. Енот блокировал удар своим, и шесты коснулись друг друга с оглушительным треском...

Неожиданно енот рухнул на пол, ловко прокатился между передними лапами лисотавра - но вместо того, чтобы выкатиться из-под него, остановился. Михась не успел даже пошевельнуться, как противник ткнул его концом шеста в ребра, заставив тавра с визгом подскочить - и тут же выкатился из-под ног, упруго вскочил, остановившись в нескольких футах, и готовый отразить ответную атаку.


Изогнув верхний торс, Михась провел лапой по ребрам нижнего. Кажется, целы, хотя завтра там наверняка будет жуткий синяк. Он понимал, что при желании Рик мог бы легко сломать их, и это было бы всего лишь частью упражнения. Но понимание все же не могло сдержать рычания, вырвавшееся из его пасти...


Держа шест как копье, Михась, бросился на енота. Рикктер выждал до последнего мгновения, ловко ускользнул от надвигающегося лисотавра - а потом с размаху врезал проскочившему мимо Михасю, нанеся хлесткий удар по лисьему заду! Завизжав, Михась развернулся, и тоже наотмашь ударил шестом, но его пятисотфунтовое тело оказалось менее ловким, и енот легко увернулся.


Остановившись футах в десяти от Рикктера, Михась потер больное место возле хвоста.

- Рик, ты поосторожней с шестом-то! - крикнул кто-то из зрителей. - Чуть пониже - и ты мог бы сделать Каролину очень несчастной!

Все покатились от смеха, а Михась, мрачно посмотрев на енота, вновь зарычал. В тот момент, когда енот отвернулся, собираясь ответить шутнику, лисотавр бросился вперед.


На этот раз он сумел застать противника врасплох. Почти. В последний миг Рик все же успел подставить под удар шест. Громкий треск разнесся по Длинной Зале, превратившись в сплошное стаккато, когда Михась поспешил закрепить преимущество серией коротких резких ударов.

Он сумел несколько раз пробить защиту Рикктера и оттеснить его к краю площадки. Зажав противника в углу, Михась попытался использовать преимущество в силе и весе, вкладывая их в прямые удары - при этом старался держать передние ноги поближе друг к другу, чтобы енот не смог повторить свой прием.

Шесты сошлись. Громко рыкнув прямо в морду лисотавра, Рикктер несколько мгновений удерживал давящую сверху силу, даже сумев немного приподнять свой шест, заставив Михася необдуманно усилить давление...

И вдруг, резко извернувшись, он выскользнул из-под него! Не удержавшись, лисотавр растянулся на полу - и ему еще повезло, что он успел приподнять и повернуть шест, прикрывая нижний торс от сокрушительного удара.

Однако удар по загривку Михась парировать уже не успел. Резкая боль заставила лисотавра выгнуться, и теперь уже Рикктер наносил удар за ударом, развивая успех. Михась отступал, стараясь отбивать хотя бы самые опасные удары, и ожидая, пока в голове у него прояснится.

Енот же, рыча, и бешено сверкая глазами, непрерывно атаковал, раз за разом безжалостно обрушивая на друга деревянное оружие...

Наконец туман перед глазами рассеялся, и Михась остановился, обмениваясь ударами с Рикктером. Пришло время попробовать новое оружие - и вздыбившись, лисотавр нанос удар обоими передними.

Не успевая уклониться, Рикктер изменил направление очередного удара, со всего размаху хлестнув шестом по обеим конечностям. Но даже частично ослабленный, их удар был такой силы, что енот пролетел через весь ринг, и тяжело рухнул на устилавший пол слой соломы.

Несколько раз перевернувшись, Рикктер вскочил на ноги, ожидая продолжения атаки. Вскинув шест, он пригнулся, оскалившись и прижав уши, глядя на Михася яростно сверкающими глазами. Мех на шее и загривке енота встал дыбом, а хвост распушился, став почти втрое больше обычного размера. Все это даже немного пугало, резко контрастируя с его прежде таким невозмутимым и бесстрастным обликом...

Но Михась не спешил закрепить свое преимущество. Оставшись на месте, тавр кивнул, махнул рукой:

- Как насчет небольшого перерыва? Мне кажется, он не помешает нам обоим.

Рикктер потер плечо, с шипением вдохнул сквозь зубы и кивнул; его взъерошенный мех постепенно разглаживался по мере возвращения прежнего самообладания.

- Да, ты прав…

Удары Михася оказались куда сильнее, чем можно было бы ожидать, и у енота болело все тело. Ребра ныли после сдвоенного пинка, хотя ни одно не было сломано. Впрочем, боль привычна бывалому воину, и усилием воли отложив ее на потом, Рикктер перестал ее замечать.

- Последняя атака - что это было? - спросил Михась, потирая избитые морду и загривок. - Ты явно жаждал крови!

- Это ты заработал за то, что загнал енота в угол. Очень не люблю, когда со мной такое случается, - пояснил Рикктер. - К тому же я хотел выяснить, как ты будешь действовать в настоящем бою.

- Ничего себе проверочка!

- Но ты ведь еще жив? Значит, ты ее прошел.

- Не хотел бы я увидеть как выглядит неудача!

- И не советую... - зловещим тоном ответил енот, и живо обсуждавшие схватку зрители внезапно притихли.

- Ты прав… - кивнул Михась.

- Удар передних ног у тебя куда сильнее и быстрее чем я ожидал, - заметил Рикктер, меняя тему разговора.

- Это точно. Я и не ожидал что ты так улетишь!

Рикктер подошел к другу сзади.

- Если твои передние лапы могут нанести такой мощный удар, давай посмотрим, на что способны задние... - Михась повернул верхний торс, чтобы видеть енота, стоящего метрах в двух позади него. - Попробуй ударить мою ладонь.

- Рик, ты уверен?

- Конечно, давай же. Ударь меня! - енот шлепнул себя по ладони, прикрытой перчаткой от кожаных доспехов.

Михась поднял заднюю ногу и несильно пнул ладонь Рикктера. Раздался звучный хлопок, лапу резко отбросило назад.

- Неплохо... а теперь давай посмотрим, на что ты действительно способен. Ударь изо всей силы, Михась. Представь что это лутин и бей в полную силу!

На этот раз хлопок по перчатке прозвучал на весь зал и Рикктера развернуться на пол-оборота.

- Ух ты, здорово! - прошипел Рик, тряся лапой. - Они определенно сильнее передних. - Ты должен стараться почаще пользоваться ими.

- Я попытаюсь, но довольно трудно при этом охранять равновесие. Центр тяжести с четырьмя лапами совсем не тот что с двумя. Нужно много тренироваться.

- Кстати, насколько высоко ты можешь дотянуться? В смысле - какого ты роста, когда стоишь на задних лапах?

- Довольно высоко, хотя я специально не мерял. Но можно попробовать прямо сейчас... посмотреть, что получится, - сказал Михась, подходя к стене.

Поднявшись на задние ноги, лисотавр положил передние на стену так высоко, как смог дотянуться.

Енот подошел ближе и удивленно уставился на передние лапы лиса:

- Твои передние ноги минимум в десяти футах от земли!

- Я же говорил что довольно высоко.

- А ты заметил, что когда стоишь на задних, все нижнее подбрюшье открыто? - Рикктер постучал концом шеста по нижнему животу Михася. - Даже небольшой кинжал может достать до сердца и прикончить тебя на месте. Весьма соблазнительная цель. Тебе стоит подумать о броне.

Михась кивнул:

- Да, это может стоить мне одного из сердец.

- Одного из? - спросил Рикктер, выходя из-под своего друга.

Тавр опустился на все четыре ноги.

- Сейчас у меня их два. Одно здесь, - Михась стукнул себя в грудь, - и еще одно здесь, - закончил он, стукнув по нижнему торсу.

- Любопытно, - заметил Рикктер. - Я так понимаю, одного сердца недостаточно, чтобы прокачивать кровь по такому большому телу... хотя так даже лучше. Ты, скорее всего, сможешь выжить с одним пробитым сердцем. Во всяком случае, можешь успеть добраться до целителя. А как с желудком?

- В этой форме я ем в пять раз больше. Обычную пищу, только в большем количестве. Это тело другое, но все же не настолько чуждое. К нему просто надо привыкнуть.

- А к чему особенно сложно привыкать? - спросил Рикктер.

- Размер. Не только рост и вес, но и длина тела, - Михась указал на свой хвост. - От передних до задних ног почти шесть футов - слишком много тела, чтобы легко маневрировать им в бою.

Рикктер кивнул:

- На это я тоже обратил внимание. Но не это главная проблема. Главная же в том, что ты по-прежнему сражаешься как человек, почти не используя всех преимуществ формы тавра. Лутина тебе под хвост, Михась! Забудь о том, что ты человек! Перестань думать как пехотинец, и начинай думать и драться как боевой конь!

Енот оперся на шест и постучал себя по виску:

- Ты ведь и сейчас двигаешься так, словно у тебя две ноги. Не пытайся просто подавить врага своим весом, больше атакуй ногами, как передними так и задними. Они сами по себе мощное оружие, а уж с когтями! И не стоит недооценивать мощь удара пики или копья. Когда за ним тело весом в полтысячи фунтов, копье прикончит любого, независимо от размера. И не забывай про свой топор.

Михась расплылся в улыбке:

- Уж с топором я точно распугаю и лутинов и гигантов и самого Насоджа! Кстати, о бое - ты готов к следующему раунду?

Рикктер тряхнул головой, затем прыжком отскочил на несколько футов. Крутанул шест.

- Всегда готов!


Следующий раунд начался обманчиво спокойно. Оба бойца были уже немного помяты и слегка вымотали друг друга. Они медленно двинулись навстречу, держа оружие наготове. Михась нанес Рикктеру почти ленивый удар, который енот легко блокировал. За этим последовало настоящее стаккато коротких резких щелчков, когда они обменялись ударами. Затем так же внезапно все стихло, а енот отступил на несколько шагов.

Рикктер начал медленно кружить вокруг своего друга, неторопливо вращая шест, а Михась поворачивался следом за ним, чтобы не потерять его из виду.

Неожиданно енот бросился прямо на тавра, высоко вскинув шест - и Михась поднял свой, собираясь отразить удар. Но в последний миг Рикктер скользнул в сторону, оказавшись вне досягаемости, и пока массивный тавр разворачивался, шест енота с громким хлопком опустился ему на спину.

Михась взвизгнул, снова крутанулся на месте, пытаясь достать Рикктера, - но енот уже оказался позади тавра.

- Ну что же ты, Михась? - крикнул он. - Ты там вверху, я здесь внизу. Боевой конь, помнишь? У тебя есть задние ноги, пользуйся ими!

Зарычав, Михась попытался вслепую лягнуть его задними ногами. Ожидавший этого енот легко увернулся, а тавр, слегка подпрыгнув, развернулся и взмахнул шестом. Впрочем, Рикктер был уже далеко, и деревяшка лишь чуть задела ему плечо.

Внезапно бросив шест, енот прыгнул к Михасю, нырнув под удар лиса, - и вспрыгнул на спину тавра словно на коня!

Приобретя неожиданного пассажира, Михась растерялся, и лишь закрутился на месте. Рикктер же, сжав ноги вокруг бочкообразного нижнего торса лисотавра, потянулся вперед, пытаясь прижать его лапы. Шест Михася упал на землю, и бой превратился в нечто вроде вольной борьбы.

Пытаясь сбросить нежданного пассажира, лисотавр начал прыгать на месте словно необъезженный скакун, но Рикктер держался как приклеенный. Наконец, отчаявшись, Михась упал на пол и перекатился через спину - но в последний миг енот успел спрыгнуть целым и невредимым.

Лисотавр не успел даже толком подняться на ноги, когда Рикктер подхватил свой шест, бросился на него - и даже не пытаясь дотянуться до своего шеста, Михась, крутанувшись на месте, лягнул енота обеими задними лапами!

Пришедшийся вскользь удар не остановил Риктера, но все же развернул и сбил атаку. Воспользовавшись его замешательством, Михась подхватил шест, и атаковал сам. Удар следовал за ударом, не давая еноту передышки.

Рикктер яростно отбивался, отводя удары, уклоняясь, уворачиваясь и крутясь волчком, но Михась продолжал атаковать, заставляя своего противника шаг за шагом отступать, пока тот не уперся спиной в стену.

Лисотавр тут же вздыбился на задних ногах, попытался ударить передними - но Рикктер упал на пол, откатился в сторону, и тут же, не вставая, махнул шестом низко над землей, целясь в задние лапы Михася. Тот попытался подпрыгнуть, но его большое тело двигалось слишком медленно...

С громким треском шест выбил из-под Михася опору, и пронзительно взвизгнувший лисотавр начал падать...

Рикктер попытался откатиться в сторону из-под опускающейся на него пятисотфунтовой туши, и даже почти успел, - но в последний миг Михась, извернувшись, нанес удар такой передней лапой, что енот закувыркался по полу, и со смачным шлепком влепился в дальнюю стену.

«Проклятые каменные стены... - еще успел подумать Рикктер, сползая на пол, - нет чтоб удариться в какого-нибудь мягкого зеваку...»


Плеснувшая в морду вода привела енота в себя, заставив охнуть и заморгать.

Разглядев перед собой Кершью с чашкой в лапах, он глубоко вздохнул, и осторожно приподнялся, прислоняясь к такой прохладной, твердой и устойчивой каменной стене. Снова закрыв глаза, Рикктер прижал уши, пережидая головокружение и успокаивая боль в избитом теле.

- Как себя чувствуешь? - спросил панда.

- Как будто конь лягнул... - скривился Рик, прижимая лапу к ребрам. - Все тело болит, голова кружится... впрочем, раз болит - значит, я жив. Так что боль иногда даже полезна.

Кершью засмеялся:

- У тебя вроде ничего не сломано, даже ребра целы. Но вот синячищи-и-и... готовься - завтра тебе будет действительно больно.

- А то я сам не знаю... - вздохнул енот. - Что завтра, что сегодня... мы с болью старые друзья.

Собравшись с силами, Рикктер открыл глаза и, опершись на плечо Кершью, поднялся:

- Как там Михась?

Красно-черный панда-морф указал через комнату, и Рикктер увидел там вытянувшегося во всю длину лисотавра, который лежал неподвижно, словно мертвый...

- Михась?! - встревожено воскликнул енот-морф.

Отмахнувшись от поддержки Кершью, Рикктер поспешил к нему, хромая и повизгивая от боли.

- Михась, что с тобой?!

Тот вяло махнул лапой:

- Живой я, живой! - устало сказал он.

Рикктер опустился на колени рядом с другом. Даниэлла осторожно ощупывала задние лапы лисотавра:

- Перелома голени вроде нет... но левая лодыжка распухла вдвое больше нормального размера.

Подойдя ближе, енот сам обследовал лапы друга:

- Перелом лодыжки... некоторое время ты будешь хромать, - он поднял взгляд. - Извиняться не буду, даже и не мечтай.

- Я и не ждал! - фыркнул Михась. - Мне жуть как больно... но это был великолепный поединок!

Рикктер ухмыльнулся, но тут же скривился от обжегшей морду боли:

- Ну, я надеюсь, ты не слишком сердишься на меня, - он протянул Михасю лапу. - Давай, поднимайся! У тебя осталось еще три целые лапы.

Михась крепко сжал его запястье, и с помощью еще нескольких скаутов Рикктер сумел поднять лисотавра на ноги.

- Боже, ну ты же и тяжеленный, Михась! Тебе нужно сесть на диету, - заметил Болдуин, и все скауты покатились от смеха…


- Ну, этого будет достаточно! - заключил Coe, еще раз проверяя повязку. Лодыжка лисотавра была туго стянута широкими бинтами. - Оставайся в форме тавра еще несколько дней, и все будет отлично. В любом случае есть еще три ноги, на которых можно стоять! - усмехнулся он.

- Как я и говорил, Михась, - заметил Рикктер, - не стоит беспокоиться! - Енот поправил край повязки на плече и боку; ему слегка защемило мех. - Я почти всегда возвращаю своих партнеров в исходное состояние! Ну... почти.

- Очень надеюсь что Кэрол не слишком расстроится...

- Чем, лутина вам под хвост, вы тут занимаетесь?! - Раздался пронзительный крик со стороны дверей, на пороге которых появились две очень сердитые самки: выдра и скунс.

Уши Михася поникли, хвост спрятался между ног, а он сам попытался преувеличенно бодро помахать лапой:

- Привет Каролина, дорогая... ты выглядишь просто великолепно!

Выдра оскалилась и взъерошила шерсть:

- Не подлизывайся ко мне! - рявкнула она, быстро подходя к Михасю. - Я оставила тебя одного для урока музыки после обеда, а ты?! Ушел, и естественно сделал что-то свойственное самцам - какую-то глупость!

- Это был всего лишь небольшой спарринг, - попытался объяснить Рикктер, торопливо натягивая куртку.

Выдра повернулась и ткнула когтем прямо в нос енота:

- А ты не вмешивайся! С тобой еще Кайла поговорит!

Повернувшись обратно к Михасю, Каролина ткнула пальцем теперь в его нос:

- Что это такое? Ты сказал, что собирался проверить что значить быть лисотавром, а вовсе не позволять избивать себя до полусмерти!

- Так уж получилось, - оправдывался Михась - Мы тренировались, но зашли чуть дальше, чем намеревались.

- Ох, уж эти мужчины! Вы никогда не можете вовремя остановиться! - фыркнула Каролина. - Что на этот раз?

- Чуть-чуть растянул связки на лодыжке.

Выдра молча сложила лапы на груди.

- Ну ладно, сломал... - вздохнул Михась. - Но несколько дней отдыха - и я буду в полном порядке!

- Неужели нельзя было проверить себя не раскалывая голову и не ломая костей?!

Михась развел лапами:

- Извини Каролина, но другого выбора нет. Или я тренируюсь по-настоящему жестко... или меня убьют в бою. Варианта всего два.

Морда выдры скривилась:

- Это так глупо!.. Эти войны... Насодж, со своими идиотскими претензиями... ты, со своими тренировками! А если у нас будет ребенок?! Ты представляешь, каким он здесь вырастет?! Ну зачем, зачем ты лезешь во все это? Неужели нравится, когда тебя бьют?!

- Я... - начал было отвечать Михась, но запнулся, и уставился в пол.

Выдра подошла ближе и мягким движением приподняла его морду.

- Почему, любимый? - спросила она.

- Тавр может лучше сражаться... - едва слышно выдохнул он, - и быстрее бегать... если бы я тогда... или ты... и Крейг...

Каролина зажала пасть Михася, обрывая его.

- Нет, любимый, - тихо сказала она. - Ты ничего не мог сделать. Никак. Совсем.

- Может быть... но я костьми лягу, чтобы это не повторилось.

Каролина открыла рот, собираясь возразить, но Михась схватил ее, оторвав от земли и поцеловал. Каролина мгновение сопротивлялась, потом обняла за плечи, и ответила на поцелуй.

- Ты же знаешь, как сильно я люблю тебя, милая... - прошептал он, пряча морду в густом блестящем меху выдры.

- Я знаю... - ответила она, нежно погладив мех на морде любимого. - Пойдем, горе ты мое. Пойдем домой, посмотрим, что можно сделать с остальными твоими ранами...

- Отрадно видеть такую любовь, - признался Рикктер, поправляя куртку на талии. Он взглянул на стоящую рядом скунсиху.

Кайла повернулась и мрачно осмотрела енота сверху вниз. Затем подняла лапу и схватила его за ухо.

- Ааааййй!!! - взвизгнул Рикктер, когда она потащила его из залы.

- Как ты мог! Как?! Ты позволил какому-то толстому, неуклюжему шестилапому лису ударить себя! Почему ты так плохо тренировался?! О Эли, Открывающий пути! Укажи, как мне жить с таким слабым, неловким, никчемным мужем?!

Брайан усмехнулся про себя и, подбросив в воздух рулон бинтов, ловко поймал его.

Куда легче иметь дело с ранеными, чем с их любящими родственниками!








Цитадель Метамор

История 279. Тайная дверь для тавра

Chris O'Kane, Fox Cutter


После долгой отлучки так приятно снова видеть вокруг себя надежные стены Цитадели, вновь оказаться в кругу семьи и друзей...

Тело Михася ныло от усталости, болели сломанные ребра и раны на морде, из-за которых ни куснуть толком, ни разгрызть сухарь... и в то же самое время он был счастлив просто быть живым! А еще как хорошо, что сейчас не надо никуда бежать, не надо никого тренировать, наставлять, направлять, а можно отдохнуть и наконец-то, слава светлым богам, впервые после зимней атаки перевести дух. Но хотя тело скаута нуждалось в отдыхе и восстановлении сил, его деятельный разум все равно искал себе занятия...

Некоторое время повалявшись на кровати, лис решительно поднялся; он просто не мог тратить время в праздном ничегонеделании, когда все жители цитадели работают, восстанавливая разрушенное. Он решил пойти в библиотеку и провести исследование по теме истории Холмов Гигантов - все больше пользы!

А еще он подумал, что стоит навестить Куттера. Михась уже знал, что Фокс был тяжело ранен в поединке, сумев один прикончить троих убийц, заданием которых было убить лорда Томаса Хассана. Но скаута не слишком удивило то, что тихий и дружелюбный библиотекарь сумел прикончить трех профессионалов. Он всегда подозревал, что рыжий лис-морф совсем не так прост, как это могло показаться на первый взгляд. Чтобы убедиться в этом, Михасю достаточно было лишь взглянуть тому в глаза - холодные, чуть отстраненные глаза профессионала. Похоже, в Метаморе у каждого имелась глубоко скрытая мрачная тайна - в этом загадочном месте они просто-таки цвели пышным цветом...


***


Скаут нашел Куттера сидящим за конторкой - голова на сложенных лапах, правая нога согнута под стулом, левая вытянута прямо вперед. Все тело выглядит каким-то обвисшим, безвольным, и на мгновение Михасю даже показалось, что он видит труп убитого в недавней атаке. Тело, по сей день пролежавшее ненайденным...

Но потом он увидел, как у лиса дернулось ухо, и библиотекарь поднял лапу, чтобы почесать его.

- Куттер? - тихо позвал Михась.

Фокс вздрогнул, и резко сев в кресле, уставился на гостя, потом заморгал и потер глаза:

- Михась... я не слышал, как ты вошел...

- Прости если побеспокоил, - наклонил голову Михась. - Если ты слишком устал, я зайду позже...

- Да нет, я не устал... - ответ прозвучал как-то странно безжизненно. - Просто я сейчас чувствую себя выжатым как лимон... но помогу чем смогу... что ты хотел?

- Я ищу книги с описанием Холмов Гигантов. Особенно сведения о Темной Цитадели и окружающей местности. Но это не спешно, и могу вернуться позже...

- Позже... нет смысла, - ответил Катер печальным тоном, таким непохожим на его обычный. - Мне все равно нечего делать... и не о чем думать...

Лис поднялся, медленно, почти апатично, взяв стоявшую у стола трость красного дерева с серебряной ручкой, и похромал вглубь книгохранилища.

Михась шел следом за библиотекарем, который двигался с такой медлительностью, что на это было больно даже смотреть. Потребовалось немало времени, чтобы пробираясь между полками и грудами книг, добраться до нужного места... и это в полной тишине, которую нарушало лишь медленное, равномерное постукивание трости об пол.

Наконец, не в состоянии более выдерживать давящую тишину, Михась попытался оживить ее разговором.

- Как ты вообще?

- Я жив... - прозвучал безразличный ответ.

- Наверно пришлось много убирать здесь, в библиотеке? Что-нибудь было повреждено?

- Нет... ничего.

- Я слышал, ты спас жизнь Герцога, прикончив троих убийц. Геройский поступок!

Библиотекарь замер на месте. Потом повернулся и посмотрел на Михася глазами, в которых, казалось, застыла боль всего мира.

- Все, что я сделал - это убил трех человек...

- Тогда погибло много хороших людей... но мы-то живы!

Еще мгновение Куттер смотрел на скаута, потом молча повернулся и двинулся дальше. Остальная часть пути прошла в тишине. Тишине, которую Михась уже не пытался чем-то заполнить...


С тяжелым шлепком Михась опустил на стол три книги и сел на лавку.

- С этого сможешь начать, - тихо сказал Куттер и медленно похромал к своей конторке.

Разведчик бросил короткий взгляд на книги... и решился. Он не мог оставить лиса одного, никак не мог. Только не в таком состоянии!

- Куттер... - сказал Михась, не поднимая взгляда от книг.

Библиотекарь остановился, но не стал оборачиваться - просто стоял, безмолвный, как могила.

- Наверно ты слышал, что Длинный Дом сильно пострадал во время атаки? - спросил Михась.

- Вся Цитадель пострадала...

- Цитадель! Ха! Ты даже не представляешь, какой хаос у нас творится! Цитадель восстановила поврежденные стены, но что толку?! Мебель разбита и переломана, повсюду самые настоящие завалы из обломков; везде, где хотя бы четверть часа были лутины, все загажено и воняет! Нам не помешала бы помощь кого-нибудь привычного к поддержанию порядка - например, тебя!

- Я уже отправил Мерлу помочь вам, - откликнулся Куттер, так и не оглянувшись. - Она лучший библиотекарь в Цитадели...

- Нет, лучший - ТЫ! - возразил Михась. - И нам правда не помешала бы твоя помощь.

Ничего не ответив, если не считать ответом стук трости, когда Куттер двинулся дальше.

- Во время расчистки мы обнаружили несколько новых помещений, - поспешно добавил разведчик. - И одно из них - библиотека!

Куттер на мгновение задержался.

- Михась... я понимаю твое стремление, но... думаю, все книги вашей «библиотеки» можно найти в любой книжной лавке.

- Нет! - ответил Михась, не обратив внимания на явный выпад в адрес Длинного Дома. - Это другое! Я обнаружил там «Articulam» Тернатса, завершенный, и в отличном состоянии!

Снова остановившись, библиотекарь обернулся, и посмотрел на Михася. На одно мгновение боль ушла из его взгляда, сменившись профессиональным интересом...

Но потом она вернулась, и Куттер отвел взгляд.

- Это правда, - ответил Михась на незаданный вопрос - (не упомянув о том, что на самом деле нашел книги несколько месяцев назад в подвале и просто забыл сказать об этом библиотекарю.) - Нам действительно нужна твоя помощь, чтобы рассортировать все эти книги. Некоторые явно попахивают магией, и могут оказаться опасными, - продолжил лис. - К тому же в тех помещениях мы обнаружили множество всевозможных вещей. Я уверен, что кое-какие из них лежат там еще со времен эльфов.

В глазах библиотекаря вновь мелькнула тень интереса.

- Хорошо... думаю, я смогу выделить четверть часа чтобы осмотреть эту вашу... «библиотеку».

Михась чуть расслабился. Дело сдвинулось с мертвой точки!

- Тогда может, прямо сейчас? Тебе нужно что-нибудь взять с собой?

- Вообще-то, - запнулся Куттер, - я думал, ближе к концу недели...

Михась поднялся, сунул книги под мышку, и быстро подошел к Фоксу:

- Чепуха! Не стоит откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня! К тому же, тут только мертвые... - лис запнулся. - Ну... слишком тихо тут... - и пока тот не передумал, подхватив библиотекаря свободной лапой под правый локоть, потянул его к двери. С явной неохотой, но Куттер все же побрел следом...

Они уже подходили к двери библиотеки, когда Михасю в голову пришла неожиданная мысль.

"Кайя! - подумал лис. - Я ни о чем не просил прежде, но это так важно! Пожалуйста, дай мне комнатку с книгами! Не обязательно что-нибудь из ряда вон выходящее - лишь бы заглушить боль в его душе... пожалуйста!"

Куттер не услышал беззвучной мольбы разведчика, и Михасю оставалось только надеяться, что Цитадель сможет и пожелает...

Тук...

Тук...

Тук...

Тук...

Стук трости Куттера о каменные плиты пола оставался единственным звуком, пока они медленно шли по коридору. Для Михася ходьба превратилась в испытание его выдержки. Библиотекарь двигался мучительно медленно, не желая разговаривать. Вдобавок Цитадель, казалось, каким-то таинственным образом убирала с их пути все живое, оставляя их в одиночестве и гнетущей тишине...

Наконец, не в силах больше этого выдержать, Михась начал разговор:

- Как твоя нога? - спросил он. - Рану заживили?

Тук...

Тук...

Тук...

- Заживет в свое время… - прозвучал неохотный ответ.

- Маги не смогли ускорить заживление?!

Тук...

- Нет.

Михась некоторое время молчал, соображая, что еще можно сказать.

Тук...

Тук...

Тук...

- Жрица могла бы тебе помочь. Неизвестно чего запросят ее боги, но вряд ли они запросят чего-то чрезмерного. Думаю, обратиться к ней можно... - заметил разведчик.

Тук...

- Такое лечение может стоить мне моей бессмертной души.

- Понятно, цена слишком высока... значить, ты последователь Эли? Ты следуешь Путями, Открытыми Им? Извини за вопрос...

Тук...

Тук...

- Я следую учению Близнецов, - спокойно ответил Куттер.

- Понятно, - ответил скаут.

Михась слышал об этой религии, но очень мало.

- Я вообще-то мало знаю о религиях...

Тук...

Тук...

Тук...

Тук...

Тук...

- Знаешь, мне в голову только что пришла дельная мысль! - воскликнул Михась, отчаянно желая хоть как-то привлечь внимание Куттера.

Тук...

Тук...

Тук...

- Да?

- На четырех ногах передвигаться гораздо легче, чем на двух, - сказал разведчик.

Тук...

Тук...

- Ты говоришь о животной форме?

- Ну... не совсем, но близко. С четырьмя ногами ты снова можешь передвигаться с хорошей скоростью, и готов спорить, что это будет не так болезненно.

Тук...

Тук...

Тук...

- Это так, но у животного нет рук. А носить книги в зубах... неудобно.

- Факт, - кивнул Михась. - От зубов могут остаться царапины.

Тук...

Тук...

Тук...

- Так что мне понадобится форма с четырьмя ногами и руками. Жаль, что такой формы не существует - разве что в мифах.

- В самом деле? - улыбнулся скаут. - Я бы так не сказал!

Сунув книги в лапы библиотекарю, Михась отступил на несколько шагов, быстро снял штаны и бросил их на пол.

Остановившись, Куттер растерянно посмотрел на книги, на штаны, поднял взгляд на Михася... и растерянность в его взгляде сменилась изумлением. Не удивительно - не каждый день в коридорах Цитадели можно встретить лисотавра!

От талии Михась не изменился - покрытые рыжей и песочной шерстью голова, шея, плечи, лапы и туловище лиса-морфа. А вот ниже талии шло еще одно туловище - большого, размером с пони, рыжего лиса с четырьмя лапами и пушистым хвостом.

- Вот способ разом решить все проблемы! - отметил Михась, радуясь, что сумел расшевелить библиотекаря.

- Но как?! - изумленно вопросил Куттер. - Изменение форм невозможно без мощной магии, способной блокировать или обойти проклятие Насоджа!

- Я ведь лисотавр? И я не обходил проклятье. Наоборот - я им и воспользовался!

- Но как? - повторил библиотекарь.

- Каждый хранитель может изменяться от полной животной формы до чего-то среднего между животным и человеком, - пояснил Михась. - Форма тавра - нечто промежуточное, или, скорее, объединение обоих форм. Я думаю, каждый морф мог бы создать ее - просто надо думать нешаблонно. Форма тавра неизвестна скорее потому, что никто просто не пробовал ее создать. Честно говоря, если бы не Варнал и его амулет, я и сам бы никогда не додумался.

- Интересная мысль... - Куттер задумчиво почесал ухо. - Наши маги изучали проклятье Насоджа, но... хаотичная смесь демонической, божественной, стихийной магии, и все это пропитано магией Цитадели... разобраться в нем толком мы так и не смогли.

- На самом деле сформировать себе эту форму довольно просто. Я уже научил Маттиаса, - Михась мгновение помедлил, - и мог бы научить тебя.

- Нет! - быстро сказал Куттер.

Скаут ответил не сразу - некоторое время он молча смотрел на друга, пытаясь понять, о чем тот думает. Библиотекарь ответил быстро - слишком быстро...

- Не стоит торопиться. Знаю, форма тавра может выглядеть пугающей, и многие меня побаиваются... но я тут подумал кое-о чем еще - ты ведь уже устал идти, правда? А как насчет прокатиться?

- На тебе? Ехать? Верхом?! - изумился библиотекарь. - Э-э-э... да я и сам пока еще могу идти.

- Зачем идти, если можно ехать? - ухмыльнулся Михась, беря библиотекаря за руку. - Во-первых, мне надоело тащиться со скоростью анемичной черепахи! Во-вторых, у тебя будет возможность подумать о преимуществах формы тавра. И в третьих, - сказал он выпрямившись, и глядя на своего друга сверху вниз, - сейчас я больше и сильнее тебя! Так что хватит возражать, и просто залезай мне на спину!

Ошеломленный его натиском Куттер сдался, и после некоторой возни занял место на спине Михася.

Ощущать на спине пассажира было довольно непривычно. Впрочем, что для мощных лап лисотавра дополнительная сотня фунтов? Да хоть бы и полторы - что угодно, только не эта долгая и мучительно-медленная ходьба!

- Держись крепче! - бросил он своему пассажиру, постепенно набирая скорость.

Фокс обеими лапами охватил торс лисотавра - так осторожно, словно боялся причинить ему боль.

- Смотри, Куттер! Я сейчас покажу тебе, на что способно это тело!


Стены и пол превратились в расплывчатые полосы, когда Михась помчался по коридору на полном ходу. Теперь уже Куттер изо всех сил сжимал оба торса лисотавра, ощущая как под рыжей шкурой мощно движутся мышцы, всем телом чувствуя мягкие удары лап о плиты пола. Тело тавра казалось сгустком неукротимой мощи - как будто мчишься без седла на спине великолепного жеребца... и Куттер не мог не поддаться охватившему его восторгу!

Лисотавр несся по коридору, и все испуганно шарахались с его пути. Обогнув группу рабочих, которые не успели достаточно быстро расступиться, он легким прыжком взметнулся над кучей деревянных обломков и битого камня, и бесконечное мгновение парил в воздухе словно какая-то странная птица...

Несмотря на свой немалый вес, могучий тавр приземлился очень мягко, и, не сбавляя хода, понесся дальше...

Внезапно они вырвались из коридора на открытое пространство: под лапами Михася захрустел снег, и он замедлил ход, останавливаясь.

Это был небольшой круглый дворик диаметром всего в дюжину ярдов. Сейчас они находились так далеко в глубине Цитадели, что сюда почти не попадал снег - лишь тонкий слой снежинок и ледяной крупы покрывал землю.

Снег лежал на дорожке из голубого мрамора и изящных скамейках, сделанных из него же. Летом их явно накрывали своей тенью березки, чьи ветви, сейчас лишенные листьев, черным узором расчерчивали блеклую голубизну стылого неба.

В центре дворика на гранитном пьедестале высилась бронзовая статуя - человек, одетый в архаичные доспехи, одной рукой опирался на меч, другой гордо воздевал к небу молот. Но не тот молот, которым раскалывают броню, а простой инструмент каменщика.

«Лорд Коувелл. Строитель, воин, государь», - было вырезано на постаменте.

В этом застывшем дворике царило такое безмолвное одиночество, что Куттер сразу понял, что они были первыми людьми, которые увидели это место за очень многие годы.


- Красиво...

- Да... - согласился Михась. - Я никогда прежде не видел этого дворика... Кайя не перестает изумлять меня.

- Интересно, какие еще тайные места она скрывает?

Лисотавр пожал плечами:

- После того как она дала нам Длинный Дом, я уже ничему не удивляюсь, а просто радуюсь этим подаркам.

- Она дала вам Длинный Дом?

- Однажды мы с Мэтом просто наткнулись на него - совершенно неповрежденный, словно ему не сотни лет. Даже кладовые были полны продуктов...


Пройдя через двор, и стряхнув с лап ледяную крупку, Михась двинулся дальше. Снова быстрый шаг, потом плавная рысь и наконец, стоп - прибыли.

Это был то ли маленький зал, то ли большая комната - квадратный колодец поперечиной футов в пятьдесят, накрытый сводчатым потолком, в котором через равные промежутки были прорезаны узкие застекленные окна. В это помещение вели толстенные двустворчатые двери, скорее похожие на ворота, прямо за которыми находился изящного плетения кованый заборчик высотой по пояс, зачем-то преграждавший зал поперек. В противоположной стене зала имелись еще одни двери-ворота.

Присмотревшись, Куттер заметил в стене и по обе стороны от них характерные крестообразные бойницы - похоже, на той стороне находилась галерея для арбалетчиков.

- Это и есть Длинный Дом? - спросил Катер.

- Еще нет, но сейчас будет! - загадочно ответил разведчик.

Катер растерянно взглянул на своего друга.

- Мы называем это Боевым Залом, - пояснил Михась. - Когда лутины напали на Длинный Дом, именно здесь произошла самая кровавая схватка... - лисотавр на мгновение замолчал. - Здесь мы потеряли много хороших друзей...

Катер ничего не ответил, лишь молча кивнул.


Лисотавр двинулся вперед по серым каменным плитам, и пока он шел к дверям в дальней стене, его до этого мягкие, почти неслышные шаги странно громким эхом разносились по залу - каждое касание тяжелой лапы звучало словно удар молота...

На всем пути сюда вокруг постоянно присутствовали какие-то звуки - чьи-то шаги, хлопанье дверей, просто тихий шорох ветра, овевающего древние здания Цитадели. Везде и всегда вокруг были звуки, - даже в тихой библиотеке стоял неумолчный, пусть и едва слышный звуковой фон, - но только не здесь.

В этом зале царила МЕРТВАЯ тишина...


Тавр внезапно сделал несколько шагов боком, исполнив нечто вроде танцевального па, и опустив взгляд, библиотекарь увидел причину внезапного маневра - темно-красное пятно размером с человеческую голову.

- Мы так и не смогли его убрать... - задумчиво сказал Михась, оглядываясь на пятно. - Все другие пятна крови исчезли, но только не это. Похоже, оно не исчезнет никогда...

Вздрогнув всем телом, лисотавр ускорил шаг.

Через мгновение он остановился у тяжелых двустворчатых дверей, перед которыми стояли четверо солдат с длинными копьями и тяжелыми щитами, одетые в полные доспехи.

Михась развернул верхний торс к всаднику:

- Извини, но дальше тебе придется идти самому.

Куттер с трудом слез с широкой спины тавра, с небольшой помощью друга утвердившись на ногах. Лисотавр подал ему трость, прошел мимо охранников, и распахнул двери-ворота, взмахом лапы приглашая его войти.

Библиотекарь на мгновение задержался, разглядывая толстенные двери, окованные железом, и вошел внутрь в сопровождении Михася.

Своим большим телом тавр заполнил почти все свободное пространство находящейся за дверью маленькой комнатки. Совершенно пустая, - только голые стены и низкий потолок, до которого Михась мог бы достать лапой, - да еще одна дверь, находящаяся прямо напротив первой.

- Мы называем это помещение "Комнатой Радушного Приема", - ухмыльнулся Михась. - Любой незваный гость будет облит кипящим маслом или пронзен дюжиной копий.

Куттер кивнул, никак это не прокомментировав, а лисотавр открыл следующие двери и внутрь комнатки хлынул солнечный свет.

- А это у нас Длинный Зал.


Лис шагнул вперед, и стук его трости многоголосым эхом разнесся по огромному помещению. Колонны разноцветного света падали на устилавшие серый камень пола чудесные ковры, а многоцветные гобелены великолепного шитья укрывали, казалось, каждую вертикальную поверхность.

- Красиво... - произнес библиотекарь уже не столь унылым тоном как прежде.

- Я сам до сих пор испытываю трепет при виде этого великолепия. Этот зал был первым, который я увидел, когда мы вошли в Длинный Дом. Он здесь не единственный, но определенно самый впечатляющий - заметил Михась, ведя друга через зал.

- Так ты говоришь, Кайя дала Длинный Дом тебе? - спросил лис.

- Мне кажется, она дала его всем скаутам, чтобы пользоваться и охранять... - неуверенно ответил лисотавр.

- Охранять что?

Михась пожал плечами:

- Не знаю. Впрочем, ты ведь наверняка слышал истории о том, что Цитадель была создана с целью защитить какое-то великое сокровище?

Лис-морф кивнул:

- Кто же их не слышал! Сказки о «страшной и ужасной» Цитадели Метамор, битком набитой чудовищами, сокровищами и ужасными хранителями! Женщины Мидлендса рассказывают их детям перед сном.

- Это не просто сказки, - серьезно ответил лисотавр. - Это совершенно отдельный комплекс помещений. Стоит закрыть ту дверь, - он кивнул назад, откуда они пришли, - и все это место будет полностью изолировано от Цитадели.

- И это значит? - спросил Катер.

- Я думаю, что это нечто вроде сокровищницы, предназначенной для того, чтобы защитить что-то еще более важное.

- Сомневаюсь... почесал ухо библиотекарь. - Не верится, что Кайя может быть настолько предсказуемой…

- А вот Насодж посчитал эту сказку достаточно серьезным поводом чтобы послать сюда полторы тысячи лутинов!


Куттер хотел было ответить, но ему пришлось прерваться, потому что они прибыли.

Пройдя через весь зал, они оказались перед еще одной охраняемой стражником дверью.

- Михась Яркий Лист и Фокс Куттер, библиотекарь, - сказал тавр женщине.

- Подтверждаю! - громко и четко ответила она и шагнула в сторону.

Что-то громко щелкнуло, с громким шелестом сдвинулось - и дверь, дрогнув, немного выдвинулась вперед.

- Это арсенал, - сказал Михась, медленно поворачивая толстую каменную дверь, висящую на очень странных петлях.

Заглянув внутрь, Куттер увидел множество стеллажей, полок, вешалок, заполненных оружием, доспехами, щитами...

- Хммм... вполне хватит для небольшой войны!

Михась лишь улыбнулся, ничего не ответив. Прикрыв дверь, он кивнул стражнице.

- Закройся! - сказала женщина. Толстая плита послушно встала на место; снова с глухим шелестом задвинулись внутренние замки.

- Давай пойдем этим путем, - сказал Михась, указывая на дверной проем справа. - Налево у нас жилые комнаты, но мы пойдем сюда. Здесь у нас бани, налево рукомойни и туалеты. Слышишь, вода бежит? Всегда есть горячая и холодная. А вся грязь утекает куда-то под землю.

Миновав комнаты с текущей в каменных желобах водой и несколько закрытых кладовок, они вышли в небольшую залу, всю заставленную столами. Из-за перегородки был слышен звон посуды и доносились аппетитные запахи.

- Столовая в комплекте с кухней и кладовой, - объяснил тавр.

- И много ли народа можно накормить за один раз?

- Во время последней атаки здесь питалось более пятисот человек в день, - ответил Михась. - А в кладовой хранится достаточно продуктов, чтобы прокормить их всех больше года. Даже два, если будем экономить.

- Пятьсот человек?! - изумился Куттер. - Сколько же вас здесь было?

Михась пожал плечами:

- Точно не знаю, но по нашей оценке было больше пятисот всех видов, возраста и пола.

- Впечатляет... - сдержанно кивнул Куттер.

- Это еще что! Давай-ка пройдем вот в эту дверь.

Друзья прошли в проем прямо напротив входа, и миновав сначала короткий узкий коридор, потом широкий, с дверями по обеим сторонам... вновь очутились в маленьком холле возле входа в арсенал.

Куттер несколько секунд удивленно рассматривал знакомую дверь, охраняемую улыбающейся стражницей, потом уставился на друга, требуя объяснений. Лисотавр только развел лапами:

- Вот так вот! Длинный Дом замкнут сам на себя. Идешь направо, выходишь слева. Поднимаешься вверх, выходишь в подвал.

- Вот даже как... хм. Но как я вижу, вы здесь неплохо устроились. Бани, подвал...

- И даже несколько, - кивнул Михась. - Холодный подвал под кухней, и просто подвал - там мы устроили тренировочные помещения. Но думаю, тебя больше заинтересует несколько иное место. Я ведь обещал показать библиотеку? Так вот, придется подняться. Или наоборот, спуститься, но уже на два пролета. Что предпочтешь?

- Не стоит считать меня инвалидом, - покачал головой Фокс, - я поднимусь.


Наверху, - а может быть, на самом деле и внизу, что, в общем-то, не имело никакого значения, - лисотавр подошел к двери, на которой красовалось украшенное листовым золотом слово "БИБЛИОТЕКА", и повернул ручку, открывая ее.

Помещение за дверью, как и стоило ожидать, было заполнено рядами книжный полок. В каждом из четырех углов в воздухе висели магические светильники, освещая все ярким, но мягким светом. В ближнем к двери углу находился небольшой камин, в котором горел отгороженный металлическим сетчатым экраном огонь.

Одно из кресел у огня занимала россомаха-морф, окруженная дюжиной детей.

Отложив книгу, она кивнула гостям:

- Михась, ты очень вовремя!

Лисотавр осторожно перешагнул детишек, и обнял самку:

- Как у вас дела, Дженн? - спросил он.

- Наверно ты хотел спросить - как дела у Андрэ?

- И это тоже, - кивнул Михась. - Но не только. Твои дела меня интересуют не меньше.

- А что я... - пожала плечами росомаха. - Вот, выбралась из своей комнатушки, нянчусь с детишками.

- После собственного дома в маленькой комнатке наверное тесновато, - заметил Михась.

Джен грустно кивнула:

- Немного... но я потерплю. Всего-то до весны. К тому времени, помоги ему светлые боги, Андрэ поправится, и мы сможем разобрать обломки верхнего этажа. А уж летом займемся строительством.

- Весной? - воскликнул Михась. - Почему так долго?

- Ты же знаешь, мы не богаты, а теперь, когда наш дом почти разрушен, тем более не можем позволить себе лишних трат. А бесплатно... все рабочие команды Цитадели заняты внутри стен, - покачала головой росомаха. - Кто же нам даст людей для расчистки - тем более сейчас? Так что, пока Андрэ не выздоровеет...

- М-м-м... - прижал уши тавр. - Не беспокойся, Дженн - в течении двух дней я отправлю туда команду! - пообещал тавр.

Она недоверчиво покосилась на него.

- Мастер одной из рабочих команд кое-что мне должен... скауты за эти годы несколько раз спасали их хвосты. Так что на пару дней они выделят нескольких работников, так что как минимум сможем убрать самые крупные обломки.

- Спасибо! - благодарно улыбнулась Джен

- Пожалуйста, - ответил Михась, и легонько поцеловал ее в морду. - Кстати, ты сказала, что я вовремя. Что-то требует моего внимания?

- Ах да, действительно! - воскликнула Дженн, и указала на дальнюю стену. - Посмотри - она появилась примерно час назад. Я не рискнула ее трогать, но думаю, вас обоих это заинтересует.


В стене, на которой до сегодняшнего дня были только книжные полки, находилась странной формы дверь.

Тавр и лис медленно подошли ближе. В отличие от остальных дверей Длинного Дома эта была сделана целиком из экзотической черной древесины... скорее даже и не сделана, а выращена одним цельным куском. Даже ручка, казалось, просто росла из самой двери, а не была прикреплена к ней. Ручка, петли... собственно, петель не было видно.

На двери имелась надпись, которая выглядела так, словно писавший ее легко продавливал твердое дерево как мягкую кожу, чертя золотом изящные, летящие руны.

- Что это за язык? - спросил Михась, проводя пальцами по странной надписи.

- Скорее всего, эльфийский, - ответил Куттер, извлекая из висевшего на поясе футляра очки со странными шестиугольными линзами в серебряной оправе, и водружая их на морду.

- Это что, очки для чтения? - заинтересовался тавр.

- Нет, - покачал головой библиотекарь, и как-то очень задумчиво улыбнулся, но объяснять не стал.

«В год 2715 эпохи Заката, Эрлешиель, лорд и властелин Последнего Приюта, повелел создать это место, дабы знания наши и память о величии нашего народа сохранилась в веках», - прочитал он вслух.

- O светлые боги... - благоговейно прошептал Михась. - Эльфийская библиотека!

Лисотавр протянул руку к дверной ручке, но заколебался.

- Знаешь... пусть эта честь принадлежит тебе, - сказал он, отступая в сторону.

Куттер медленно потянулся к ручке, но тоже не посмел ее коснуться.

- Что может быть внутри? - едва слышно прошептал он. - А вдруг она... пуста?

- Нет! Это невозможно! - решительно возразил Михась. - Кайя не может быть так жестока!

- Верно! - глаза лиса блеснули огнем надежды...


Дверь открылась от легкого прикосновения пальцев, распахнувшись внутрь удивительно плавным беззвучным движением. Теплый, чуть желтоватый свет наполнял находящееся за ней помещение, освещая картину, до того возможную разве что только в сказках...

Сама комната оказалась не очень большой, размером примерно с жилье Михася. Стены на вид и даже на ощупь были словно кора дерева, а заполняли ее множество книжных полок высотой по плечо Катера, внешний вид которых поразил библиотекаря; казалось, каждая из них была корнем или ветвью дерева, выросшие прямо из земли именно в виде полок! Ощущение было таким, словно вместо массивной каменной крепости они оказались внутри ствола огромного дерева...


- Мы все еще в Цитадели? - почему-то шепотом спросил Михась.

- Я в этом уже не уверен... - также шепотом ответил Куттер.

- Похоже, что легенды об эльфах, когда-то живших в Метаморе, правдивы...

- Большинство легенд о Метаморе содержит частицу правды, - ответил библиотекарь, и шагнул вперед.

Михась осторожно двинулся следом, стараясь ничего не задеть своим большим телом, и подойдя к ближайшему живому стеллажу, присмотрелся внимательнее. Оказалось, свитки вовсе не лежали, как показалось сначала, нет, - они висели в кольцах из ветвей, поддерживаемые едва заметным сиянием. Когда Михась потянулся к одному из свитков, и коснулся его, сияние исчезло, а ветвь отдернулась, оставив тяжелый цилиндр в руках лиса.

Свиток был сделан из пергамента, плотно накрученного на бронзовую ось, и ни на том, ни на другом не было заметно ни малейших следов времени. Древняя кожа была мягкой, а бронза блестела в лучах светильников так, словно руки эльфа положили свиток на ветви всего минуту назад...

Развернув пергамент, Михась обнаружил, что он покрыт значками, похожими на направленные в разные стороны наконечники стрел. Ему понадобилось мгновение, чтобы осознать, что что эти стрелки складываются в определенный рисунок - это был язык, которого он никогда прежде не видел.

В благоговении свернув тонкую кожу, лисотавр уложил свиток обратно на ветви, которые быстро вытянулись, легко подхватив его.

Двигаясь дальше по проходу, Михась видел ряды и ряды свитков, заботливо поддерживаемых живыми ветвями. Внезапно его внимание привлек яркий синий отблеск - возле одного из свитков на нижней полке висела закладка.

- Любопытно... - хмыкнул тавр, осторожно опускаясь на колени, и вынимая его из послушно развернувшейся хватки ветвей.

Рядом с шелковой кисточкой висел небольшой овальный камень, на котором было вырезан символ совы, под ним изображение женщины с головой птицы и распростертыми крыльями. Еще ниже находился рядок иероглифов.

- Любопытно... - пробормотал лисотавр, развернул свиток, и прочел вслух:

«Изучение свойств трехмерного зеркала. Труд Де Ришиель, придворного автокритарха...»

- Ты умеешь читать иероглифы?! - раздался над ухом полный изумления голос Куттера.

Михась поднял взгляд и вздрогнул. Библиотекарь, только что бывший где-то в глубине комнаты, стоял перед рядом, и блестя своими странными шестиугольными очками, тоже смотрел в свиток. Удивительно, но тавр совершенно не расслышал приближения лиса!

- Да.

- Но ведь этот язык мертв уже тысячи лет!

- Меня научили, - ответил Михась, просматривая свиток дальше.

- Кто мог научить тебя? Этот язык знает не более десятка человек во всем Мидлендсе! Или... Кайя?!

- Шелест.

- Твой топор? - поразился лис.

- Он самый, - рассеяно отозвался Михась. - Что в этом удивительного? В конце концов, его ведь создал великий маг Ккарт!

Куттер только покачал головой:

- Ты не перестаешь удивлять меня, Михась...

Тавр засмеялся:

- А мне нравиться удивлять тебя!

Лисотавр аккуратно свернул свиток, и вернул его на место.

- Ну чтож... тут нам не обойтись без помощи специалистов, - ведь нужно будет все здесь разобрать, классифицировать, - и я не знаю никого лучше тебя, Фокс! Правда тут нет стола, чтобы ты мог под ним спать, но я уверен, мы обязательно отыщем для тебя уютную комнатку поблизости.

Библиотекарь ответил не сразу.

- С одним уточнением. Научи меня, как становиться таким, - сказал он, указывая на тело лисотавра.

- Согласен! - кивнул Михась. - Могу прямо сейчас. Готов?

- Да! - торжественно склонил голову Куттер.


Обнаженный Фокс Куттер стоял перед тавром, внимательно слушая пояснения также обнаженного ниже пояса Михася.

- Превращение в тавра практически не требует магической силы - достаточно умения управлять основными формами проклятья. Все метаморцы-морфы имеют две формы - антропоморфную и четвероногую. Тавр - это просто их смесь, - объяснял Михась, прохаживаясь между столами: для эксперимента они покинули эльфийскую библиотеку и теперь находились в Черном Холле.

- Но если тавр является промежуточной формой, почему ты оказался первым кто обнаружил это? Хранители экспериментировали с проклятием с самого Сражения Трех Ворот, и если измениться так просто, то почему до сих пор этого никто не сделал?

- Потому что никто не ожидал, что такая форма вообще возможна, - ответил Михась, чуть гарцуя уже на четырех ногах. - Мы знаем, что раса кентавров когда-то действительно существовала. И уже с самого начала наши маги твердо знали, что проклятье не превращает людей в какой-то иной разумный вид! - он отрицательно взмахнул лапой. - Никогда! И в результате все попали в логический тупик: мы знали, что в кентавров нас заклинание превратить не может, и поэтому даже не пытались принимать эту форму. Мне же помог случай - нападение вражеского мага. Уже потом я сделал вывод, что это сможет сделать кто угодно.

- А драконы? - спросил библиотекарь. - Они ведь разумны, а тем не менее у нас есть свои драконы-морфы.

- О драконах разговор особый, - тавр остановился посреди комнаты. - Могу предположить, что основой их форм является какой-то неразумный подвид, а таковые вполне могут существовать.

Сложив лапы на груди, Куттер фыркнул и недоверчиво покачал головой.

- Ладно, попробую пояснить иначе, - сказал Михась, сцепив перед собой лапы. Он достаточно хорошо знал лисий характер, чтобы понять - Куттер уже готов поддаться.

- Ты когда-нибудь обращал внимание, что некоторые хранители имеют противостоящие большие пальцы, а некоторые нет - как например, Странник? Что некоторые способны видеть в цвете как до изменения, а некоторые видят все черно-коричневым, как животные? Думаю, все зависит только от твоего сознания, - предположил скаут. - Все зависит от того, каким ты себя видишь. Странник ожидал, что будет выглядеть как обычный волк, и не будет иметь больших пальцев. Вот он их и не имеет. А я или ты не затрудняли себя такими размышлениями... и пожалуйста - у нас они есть! - улыбнулся Михась.

- А теперь создай в сознании образ себя таким, какой ты сейчас. Потом трансформируй его - представь себя лисотавром, большим, мускулистым, с четырьмя ногами и мощными мышцами. И направь свое тело, направь свое изменение как реку - по новому руслу...


Пока Михась говорил, Катер позволил его словам просто плыть, лишь краем уха прислушиваясь к словам. Вместо этого он сосредоточился на ритме голоса разведчика, позволяя своему сознанию ощутить все тело целиком. Прежде такое ловкое и послушное, теперь оно было едва способно медленно ковылять на покалеченной в жестокой схватке ноге... Нет! Он не должен думать об этом, он должен направлять мыслью изменения, должен увидеть себя таким же как Михась - лисьим кентавром, высоким, могучим, с четырьмя целыми конечностями! Четыре лапы лучше двух, и он смог бы легко передвигаться, не нуждаясь в этой проклятой трости... и тут его мысли внезапно расширились, достигли каждого клочка тела, замерцали там, и тело само замерцало в унисон мыслям, заструилось, потекло, меняясь...

Хвост двинулся назад в то же мгновение, когда нижняя часть торса лиса выпятилась назад, удлиняясь горизонтально, становясь толще и мощнее. По бокам этого нового тела, поддерживая его, появилась пара мощных лап, и еще через несколько мгновений рост и изменение тела прекратились...

Первой мыслью лиса было то, что боль исчезла. Впервые за несколько недель его нога больше не пульсировала от боли. И это было так хорошо...

Совершенно неожиданно Куттер осознал, что едва слышно, почти беззвучно смеется - впервые за многие годы! А его укоротившийся с недавних пор хвост радостно виляет из стороны в сторону...


Михась молча улыбался, его хвост тоже медленно двигался туда-сюда.

- Это... это так необычно... - пробормотал библиотекарь, пытаясь изогнуться так, чтобы посмотреть на прежде раненую ногу. Вот только которая из двух? Передняя или задняя? Увы, Фокс еще не привык к балансу тела на четырех конечностях, и начал опасно крениться.

Лапы Куттера подкосились, и лисотавр, громко взвизгнув, шлепнулся задницей на пол.

На этот раз расхохотался уже Михась.

- Это... это надо делать не так!

Все еще хихикая, он легким аллюром приблизился к Куттеру. Библиотекарь несколько раз пробовал подняться, пытаясь справиться со своим внезапно ставшим очень длинным телом, но все время неуклюже шлепался назад.

Михась протянул ему лапу:

- Давай помогу!

Фокс несколько мгновений молча смотрел на нее, потом взглянул в глаза Михася. Еще мгновение он колебался, но потом сжал запястье лисотавра.

- Ну, вот и хорошо, - ответил Михась, и легкая улыбка оттопырила его усы. - А теперь просто забудь о своем четвероногом теле! Не думай о каждом шаге, не пытайся управлять каждой лапой, помни - твое тело само прекрасно знает, как нужно ходить. Итак, сначала нужно подняться. Упрись передними лапами, и попытайся встать, как ты обычно это делаешь.

Куттер оглянулся на свое неуклюже распластавшееся тело, потом как-то очень естественно напряг передние лапы и поднял себя вверх.

- Очень хорошо. Теперь задние.

Задняя часть Куттера поднялась быстрее, хвост завилял чуть энергичнее.

- Кажется, я смогу разобраться в самом себе, - улыбнулся Куттер.

Михась утвердительно тявкнул и кивнул:

- Посмотрим, насколько быстро это у тебя получится. Теперь снова попробуй пройтись, только на этот раз не думая об этом. Помни - тело само все знает, тебе не нужно указывать ему, что и как делать. Просто иди, как ты ходишь в неморфной форме. Думай о цели, думай куда ты идешь.

Куттер кивнул, коротко тявкнул, и сделал несколько неуверенных шагов. Чем больше он их делал, тем увереннее они были, и тем шире становилась улыбка на его морде. Пройдя поперек зала, он повернул и потрусил вдоль стены, в конце концов перейдя на медленный бег. Михась уже собирался крикнуть, чтобы Фокс был осторожнее, когда Куттер попытался сделать слишком резкий поворот. Но его тяжелую задницу занесло, и потерявшие опору задние лапы заскользили по гладкому каменному полу, а когти передних заскрежетали по плитам, когда он попытался сохранить равновесие...

Михась бросился на помощь другу, но Куттер сумел подняться на ноги прежде чем лисотавр успел приблизиться.

- Мне нужно помнить, что это тело малость тяжелее того, к которому я привык, - заметил Куттер, смахивая пыль с меха передних лап.

- Гораздо тяжелее! Ты теперь весишь почти пятьсот фунтов и имеешь размер небольшого коня - не забывай об этом. Маневрировать в узких местах гораздо сложнее, но есть и преимущества - сила и скорость.

И какая сила!!! Куттер чувствовал, как его новое тело переливается волнами мышц. Каждый шаг обладал той упругостью и легкостью, о которых он забыл после того ужасного нападения. Чтобы пересечь зал, на что недавно он потратил несколько минут, теперь ему понадобилось всего несколько мгновений. Больше ему не придется тратить долгие мучительные часы, медленно тащась по коридорам!

Он вдруг понял, что двигается все быстрее и быстрее, а зал, который прежде казался таким большим, теперь стал слишком маленьким и тесным...

В мгновение ока он пересек Черный Холл, вылетел в Длинный Зал, потом в коридор, еще коридор, запорошенный снегом внутренний двор, снова коридор, все больше увеличивал скорость. Он ощущал бурлящую мощь в своем новом теле. Теперь он хотел узнать, какова его скорость! Еще, еще быстрее!!

Михась мысленно возблагодарил Кайлу - только с ее помощью он смог не отстать от Куттера.


Коридоры и залы сменяли друг друга, проносились арки, переходы, висячие мосты, припорошенные снегом внутренние дворики и наполненные только пылью и тишиной, давно покинутые комнаты... Промелькнул заполненный народом хозяйственный двор, вот здесь Куттер перепрыгнул высокий фургон, с легкостью взяв препятствие, и устремился внутрь главного здания, сквозь разрушенный и сгоревший коридор, мимо рабочих, разбиравших старую кладку...


Внезапно Михась оказался в маленьком дворике, упрятанном в глубине Цитадели - том самом, который они с Куттером обнаружили всего несколько часов назад. Но этот прекрасный маленький уголок больше не был безмолвным и тихим. Сейчас замершие в зимнем сне березы и присыпанные снежной крупкой скамейки внимали звукам тихого плача...

Михась двинулся на звук и нашел своего друга лежащим на земле.

- Что с тобой, Фокс? - тихо спросил скаут.

Ответом ему была тишина. Михась мгновение смотрел на Катера.

- Кто это был? Кто-то близкий тебе?

Библиотекарь резко повернул голову и потрясенно уставился на него:

- Откуда ты знаешь?!

- Мне ли не знать этот взгляд... - вздохнул разведчик. - Я потерял слишком много друзей, чтобы не узнать его...

Куттер ответил не сразу, глядя куда-то в пространство на что-то, видимое только ему.

- Умерла женщина, которую я любил...

- Как она умерла? - тихо спросил Михась.

Он не хотел лезть в душу лиса, но знал, что Катеру надо выговориться. Нельзя носить в душе такую тяжесть, - это просто медленно убьет ее. Библиотекарь явно был на грани срыва, и лишь тонкая нить удерживала его от самоубийства.

Михась слишком хорошо знал его признаки...

- Я убил ее... своими руками...

Скаут уставился на друга, надеясь, что это какая-то жестокая шутка, - но увидел лишь боль и горе.

- Она... она была одной из тех убийц, которые пыталась убить лорда Хассана?

Куттер едва заметно кивнул.

- Господи... - прошептал Михась, и охватил руками плечи лиса, крепко обнял друга. Это было все, что он мог сделать...


* * *


Сэр Эдмунд остановился в дверном проеме часовни.

Наконец-то в его душе воцарился покой! Он никогда не сомневался в правильности своего решения остаться в Метаморе, но в то же время не мог не думать о том, во что может превратить его проклятие. Особенно беспокоила его мысль о возможности оказаться в теле ребенка. Как же он будет сражаться, если станет маленьким мальчиком?

А если он превратится в женщину? Рыцарь попытался представить, как это - быть женщиной, но просто не смог. Впрочем, став женщиной, он хотя бы сможет сражаться, - он знал нескольких серьезных бойцов-женщин, и разве львица не опаснее льва?

Последняя мысль возродила в нем другое серьезное опасение - если он станет животным, то каким именно? В мире существовали тысячи разных видов, и за свое недолгое время пребывания в Метаморе он увидел уже сотни морфов. Некоторых он даже и представить раньше не мог!

Насколько это может быть плохо - стать зверочеловеком, или, как называют их Хранители, морфом? Пожалуй, он все же предпочел бы остаться взрослым и мужчиной... однако получить дополнительные возможности из тех, что могло дать ему животное, тоже неплохо! Он мог стать быстрым гепардом, или могучим быком, или выносливым и свирепым волком... возможно даже каким-нибудь мифическим животным вроде того грифона, который украшает герб рода. Это было бы... просто здорово!


- Доброе утро, сэр Эдмунд! - вежливо произнес кто-то у него за спиной.

Когда он обернулся на голос, перед его глазами предстала картина, заставившая его усомниться в собственном здравомыслии. Стоявшие перед ним два существа смутно напоминали легендарных кентавров, - но лишь в общих чертах. Вместо красивой комбинации человека и коня эти существа выглядели довольно страшноватой помесью лиса и... лиса же, только огромного!

- Как у вас дела? - спросил один из них знакомым Эдмунду голосом. У этого лисо-кентавра не хватало одного уха, и одна лапа верхнего торса была забинтована... Михась?! Вот только вместо обычной двуногой формы разведчик теперь имел четыре лапы! ЧЕТЫРЕ!!

- Д...да-да, вам тоже доброе утро... - пробормотал человек, освобождая проход.

- Сэр Эдмунд, я хотел бы представить вам Фокса Куттера, придворного библиотекаря Цитадели Метамор, - Михась с легким поклоном указал на другого лисо-кентавра, который тоже коротко поклонился.

- Куттер, это сэр Эдмунд Делакот, паладин веры. Он решил остаться и помочь восстановить Цитадель.

Паладин непроизвольно поклонился в ответ.

- Не боитесь проклятья? - спросил второй тавр.

- Такой храбрый рыцарь как он? - усмехнулся Михась. - Да никогда! Я уверен, он станет каким-нибудь могучим существом. Леопардом или львом.

- Тогда вы наверняка с нетерпением ждете изменения, верно? - названный Фоксом лисотавр чуть наклонил голову, внимательно глядя на паладина пронзительно-желтыми глазами, и тот торопливо кивнул.

Продолжив о чем-то разваривать, лисотавры неторопливо прошагали мимо, возвышались над Эдмундом своими мощными телами. И только когда они уже поворачивали за угол, и Михась помахал на прощание лапой, рыцарь тихо пробормотал:

- Жду не дождусь...

«А может быть женщиной не так уж и плохо? - подумал он, провожая взглядом исчезающие за поворотом лисьи хвосты, - Хотя, рыцарь-тавр... с копьем...»






Цитадель Метамор

История 380. Глубочайшие подземелья

Chris O'Kane, Fox Cutter

Фокс сидел за столом, обернув хвост вокруг задних лап, передними упираясь в каменный пол под ним, и крутя в лапах свиток, оглядывал столешницу.

- В какую же категорию тебя отнести... — вздохнул библиотекарь-лисотавр. Тот не подходил ни к одной из текущих категорий, на которые Куттер разделил свитки, и в то же время не был настолько другим, чтобы ради него создавать отдельную кучу...

Еще немного покрутив его в лапах, лисотавр наконец решился:

— Все же придется создать боле точную систему классификации... — пробормотал он под нос, укладывая свиток в одну из куч.

Взял следующий свиток, собираясь продолжить процесс каталогизации библиотеки в Длинном Доме, но в это мгновение услышал за своей спиной мягкие шаги, и улыбнулся.

- Привет, Михась, - сказал он не оборачиваясь, лишь слегка передернув ушами, и опустил на морду очки.

— Как ты всегда узнаешь меня?

Скаут, который сейчас находился в форме морфа, был чуть ниже лисотавра, но имел более коренастое телосложение. Его тело двигалось с той грациозной силой и точностью, которые делали каждое его движение идеально выверенным, выдавая тренированного война.

— Это ведь библиотека, — ответил лис, скрывая улыбку и просматривая свиток. — Учитывая тот факт, что это одна из библиотек Метамора, а я главный придворный библиотекарь... соответственно, я знаю все, что здесь происходит.

- Рад видеть, что ты снова радуешься жизни, - откликнулся Михась, стараясь не выдать голосом того, насколько в действительности он был рад. Изменения были весьма заметны с первого взгляда — получив форму тавра и увлеченный разбором найденной ими эльфийской библиотеки, Куттер буквально ожил, и сейчас совершенно не напоминал тот едва передвигающий лапы полутруп.

— Как прошла разведка? — улыбнулся Фокс. – Ты не истекаешь кровью, так что, полагаю, ни с кем драться не пришлось?

— Ну, не то что бы совсем ни с кем... — поморщился Михась, потирая предплечье, — но ни с кем стоящим. Рейд был скучен как никогда; назад мы шли вместе с группой Райана, а из чего-то более-менее интересного… разве что наткнулись на старую фермерскую усадьбу, покинутую и заросшую кустарником.

Кивнув, Куттер ловко свернул свиток и снял очки:

— Давно покинутая? До битвы Трех Ворот?

Михась кивнул:

— Именно так, а может быть и еще раньше. Посмотри, я нашел это в руинах дома, — сказал он, снимая с плеч мешок и доставая из него старую книгу. — Язык мне не знаком, может, ты прочтешь?

Уши Куттера передернулись, и он взял книгу из лап лиса. Жесткая кожаная обложка задубела от времени и сырости, желто-коричневый, плохой выделки пергамент местами покрылся плесенью, многие листы склеились, на оставшихся чернила частично расплылись, а частично выцвели...

- А почему ты думаешь, что я смогу ее прочесть? - спросил он.

- Ты же читаешь эльфийский и все остальные языки, с которыми мы сталкивались. Я даже не сомневаюсь, что ты сможешь ее прочитать! - сказал разведчик.

Катер засмеялся, возвращая очки на свой нос, и цепляя дужки за острые уши:

— - Да, я могу - сказал он, ложа книгу на стол, и сосредотачиваясь не на исписанных кривыми строчками страницах, а на всплывших перед глазами светящихся знаках. — Итак... Сентябрь месяц, 628 года. Налог в казну лорда: сто пятьдесят бушелей зерна, три коровы живым весом в две тысячи триста фунтов , две дюжины цыплят... - вслух прочитал он, затем перевернул несколько страниц. - Судя по всему, это всего лишь книга фермера. Даты как минимум семидесятилетней давности, могут найтись даже еще давнее... но тут не сказано, кто тогда был Лордом Цитадели.

- Ну, все-таки хоть что-то, - сказал Михась, глядя через плечо друга.

Фокс снял очки, и закрыл книгу.

— Думаю, лет так через триста какой-нибудь исследователь ухватится за этот том руками и ногами. А сейчас... для меня тут нет ничего интересного, можешь забрать ее назад.

- А мне-то она на что? - удивился скаут. - Поставь ее лучше где-нибудь на дальней полке - авось пригодится!

Библиотекарь кивнул и попытался примостить книгу на краю стола. К сожалению, там было слишком мало свободного места, и слишком много свитков, которым не хватало только этого малого толчка, чтобы весело раскатиться по сторонам, падая на пол...

— Вот беда... — вздохнул Михась, опуская очки на столешницу, и сгибая передние лапы, чтобы опустить верхний торс под стол - и через мгновение Михась тоже опустился рядом на колени, помогая собирать древние документы.

— Теперь придется сортировать их заново, — с досадой сказал Лис, уложив свитки на стол, и обходя его в поисках откатившегося в сторону пергамента.

Убедившись, что собрано все, Куттер направился к своей конторке. Занятая писчим прибором, бутылками с чернилами и толстым блокнотом, она была попроще той, что была у него в главной Библиотеке, но и тут под ней лежал пушистый коврик, на котором библиотекарь иногда оставался ночевать в полной животной форме.

Михась же так и остался у большого стола, глядя на кучи свитков.

— Как-то все это... нерационально, — сказал он, дернув ушами. — Свитки катятся, падают... озадачил бы ты плотника стеллажом.

— М-м-м... — согласился Куттер, охлопывая карманы жилета и обнаруживая пропажу. — Я оставил очки на столе, можешь принести?

Скаут кивнул, взял очки, и понес их библиотекарю.

— Кстати - откуда они у тебя? Не поминаю, чтобы ты надевал их раньше.

— Я носил очки еще до прихода в Цитадель, — рассеяно ответил лис, шурша бумагами, и делая в блокноте записи о свитках, которые рассортировал за утро.

Михась кивнул, разглядывая очки:

— Интересная штука. Стекла в форме вытянутого шестиугольника, длинные стороны расположены параллельно, форма идеальна для лисьей морды. Линзы очень чистые, и... хм, но они же плоские! Фокс, это же не линзы! Это просто стекло!

— Угу... — пробормотал Куттер, продолжая записывать список в блокнот, и совершенно не слыша слов друга.

Заинтригованный Михась посмотрел на бумаги сквозь стекла очков, не надевая их. Его уши возбужденно дернулись, когда он увидел в стекле сияющие буквы, всплывшие над лежащими на конторке документами. Даже если написанное на пергаменте было на языке, который Михась, не мог прочитать, светящиеся строчки были вполне понятны.

— Где ты достал такие очки?! — воскликнул он.

Куттер поднял взгляд, но слова замерли у него на губах, когда он увидел нахмуренную морду друга.

— Кхм... — сказал он, поворачивая голову, отводя взгляд и прижимая уши.

Скаут, все еще хмурясь, осторожно положил уникальную вещь на стол.

— Это просто невероятное заклинание! Кто сумел его для тебя выполнить?

— Я не знаю, кто их сделал... — ответил Фокс, нервно облизывая внезапно пересохшие губы. — Они были подарены мне.

— Подарок? От кого? — спросил Михась, осознав грубость вопроса только после того, как слова уже вылетели из пасти.

Куттер преступил всеми четырьмя лапами, продолжая смущенно прижимать уши:

— Ну... возможно в это трудно поверить... но я думаю, их дала мне Кайя.

— Сама Цитадель?!

Библиотекарь кивнул, немного расслабившись теперь, когда ему, похоже, поверили.

— Думаю, да. Она подсказала мне, куда смотреть, и я нашел их.

Михась удивленно приподнял брови и насторожил уши:

— Подсказала куда смотреть? Но как? И... собственно, а где ты их нашел?

— Ну, как она мне подсказала, объяснить достаточно трудно... подсказала и все тут. Подскажет тебе — поймешь. Что же касается, где... они были в старом тронном зале, глубоко под Цитаделью.

Уши скаута внезапно словно стали вдвое длиннее:

— Под Цитаделью?! В подвалах? Но откуда там тронный зал?! И как глубоко под Цитаделью?

Улыбнувшись, Фокс взял очки и сунул в карман жилетки:

— Глубоко, очень глубоко. Глубже чем живут наши крысы. Глубже Ледяной Пещеры. Глубже подземной реки, снабжающей Цитадель водой. Мне кажется, даже глубже магического сердца Цитадели. Мне понадобилось почти шесть часов, чтобы спуститься туда, и почти вдвое больше — чтобы вернуться. Думаю, я был там первым живым существом за несколько столетий.

Улыбка на морде Михася стала еще шире, а глаза заблестели от предвкушения:

— Столетий, говоришь? Я хочу увидеть этот тронный зал!

— Туда очень непросто добраться, — ответил Куттер, беря с конторки несколько свитков. — А теперь может понадобиться даже больше шести часов, учитывая то, как хорошо изолирован Длинный Дом от всей Цитадели.

— Так когда отправляемся? — ухмыльнулся Михась.

Взяв чернильницу-непроливайку и пару перьев, библиотекарь сунул их в специальный пенал, потом уже пенал — в карман жилетки и улыбнулся приятелю-лису:

— Да в принципе можем хоть сейчас! Только нужно взять кое-какие припасы. Воду мы там найдем, но вот пищу надо нести с собой. Сам понимаешь, это ведь как пещеры исследовать — совсем не то, что в соседний лес прогуляться.

— Значить сначала заглянем на кухню, а потом в арсенал!

Куттер хмыкнул, беря висевшую рядом с конторкой переметную сумку, и перекидывая ее через спину своего четвероногого тела:

— Тебе не кажется, что ты самую чуточку параноик? Вряд ли мы наткнемся там внизу на лутинов.

— Осторожность никогда не бывает лишней... уж ты-то должен это знать, Фокс.

Библиотекарь покачал головой и взял прислоненную к столу трость:

— Я никогда не был достаточно рассудительным, скорее торопливым и глупым, — усмехнулся он. – Но тебе все же стоит оставить свой топор в арсенале, и взять что-нибудь меньшего размера. Некоторые из проходов, которые нам придется преодолеть, будут для него слишком малы.

Михась нахмурился, его хвост метнулся позади широким взмахом, обернувшись вокруг ног.

— Даже так? Все же предпочел бы иметь под рукой Шепот...

— Тебе видней, но я бы не советовал, — ответил тавр, разворачиваясь к выходу. — Оружейная ближе, сначала зайдем туда.

Скаут кивнул, следуя за другом.

— А почему ты понабивал карманы, когда у тебя есть переметные сумки? — спросил он, пока они шли по каменным коридорам.

— Там моя одежда, и туда же мы положим пищу. Я ведь теперь могу служить вьючным животным, у меня для этого подходящее тело, — ответил он, помахивая пушистым хвостом.

— Одежда-то зачем?

— Как зачем? — удивился Куттер. — Чтобы протиснуться через некоторые из проходов там, внизу, придется принять двуногую форму. К тому же, нам еще идти через всю Цитадель... не тащиться же без штанов!

Лис наклонил голову, бросив быстрый взгляд на друга:

— И почему это для прохода через Цитадель тебе вдруг стало необходимо одеваться?

Библиотекарь напрягся... потом вздохнул и слегка ссутулился:

— Ну... скажем так, моя вновь обретенная форма тавра не добавила мне друзей.

— В каком смысле?

Лис некоторое время молчал, потом тряхнул головой:

— Я оставался в форме тавра почти шесть месяцев, но многие в Цитадели до сих пор к этому не привыкли. После того как наслушаешься всего, что говорят за твоей спиной... насчет этого, - он махнул назад в сторону своего крупа, — и того, что случилось во время штурма... вобщем, кое-кто до сих пор нервничает в моем присутствии.

Михася помрачнел, и слегка прижал уши, сдерживая гнев:

— Кое-кто, говоришь?! Просто не верится что те, кто живет в Цитадели Метамор, могут предвзято относиться к чьей-то форме!

— В том месте, откуда я пришел, это было бы нормой... — невесело усмехнулся Фокс.

Михась согласно вздохнул, но тут они подошли к арсеналу. Охранница привычно подтвердила их имена, и тяжелая каменная дверь медленно распахнулась.


Просторное помещение был под завязку заполнено всевозможной амуницией — мечи всех видов и конструкций, луки, арбалеты, щиты...

Полки, стеллажи, стойки — все сверкало и сияло в свете солнечных лучей, льющихся из потолочных окон.

А в самом центре комнаты, будто охраняя стеллажи с оружием, замерли три манекена, одетые в пластинчатые доспехи.

— Я поражен... — сказал Фокс, крутя головой по сторонам. – Даже не подозревал, сколько всего у вас тут всего!

Михась кивнул, с привычной ловкостью двинувшись через комнату к стойке с мечами. Не раздумывая, взял короткий меч, потянул его из ножен; кивнув, бросил лезвие обратно, и повесил на пояс. Подойдя к стене, снял подкольчужный жилет, но не стал брать саму кольчугу.

— Что будешь надевать? — спросил он, снимая рубаху, и натягивая стеганый жилет.

Фокс помедлил, соображая.

— Думаю, кольчужный доспех, короткий меч, кинжал примерно с твою лапу длиной и еще пару метательных, в половину ладони, — сказал он, расшнуровывая ворот рубахи.

Скаут так удивился, что замер, просунув голову в ворот рубахи.

— И кто же из нас параноик? — насмешливо поинтересовался он, прищурив глаза и положив набок одно острое ухо.

— Это вовсе не паранойя, — ответил Фокс, бросая снятую рубаху поперек нижнего торса. — Просто милая домашняя привычка. Люблю я все что звенит колет и втыкается!

— Вижу, — ответил Михась, подавая Куттеру плотный стеганый подкольчужник. – Но для библиотекаря это довольно необычно.

— А я весь необычный, — ответил Фокс, натягивая дублет через голову, и поправляя его на теле. Стеганая куртка была немного тесновата, но так и должно быть — верхний торс тавра несколько массивнее его торса в двуногой форме. Когда он изменится обратно к ней, куртка сядет идеально.

— Весьма интересное описание себя самого. Несколько самовлюбленное, но все равно интересное, — хмыкнул Михась, возвращаясь к Куттеру с заказанными предметами.

Фокс махнул хвостом и быстро натянул рубашку поверх стеганой куртки, оставив ворот незашнурованным. Один за другим он брал у лиса кинжалы, - и они исчезали в его мехе и одежде так, что заметить их было почти невозможно.

— Твои навыки выдают тебя с головой, — с улыбкой сказал скаут.

— Я был одним из лучших! — ответил лисотавр со смесью гордости и отвращения в голосе, и отвернувшись, полез в переметные сумки. Достав оттуда пояс, он остановился:

— Возможно, мне стоило бы измениться прямо сейчас, и экипироваться нормально...

Михась покачал головой:

- Не волнуйся, Фокс, оставайся тавром пока не придется измениться.

- И это будет уже довольно скоро - ответил тот, затягивая пояс.

Скаут покачал головой:

— Мы это сделаем не раньше, чем окажемся слишком большими, чтобы идти дальше, — заявил Михась, расстегивая свой пояс.

— Мы? — спросил Куттер, удивленно глядя на то, как его друг раздевается.

Михась улыбнулся и кивнул, снимая штаны:

— Какого демона? Пусть привыкают! Ты здесь не единственный тавр! — заявил он, с решительной ухмылкой начиная изменение. Уже через мгновение его тело потекло, увеличилось в размерах, отрастило дополнительные конечности, и вскоре Михась тоже принял облик лисотавра.

Библиотекарь наклонил голову, глядя на друга:

— Я ценю твою помощь, но... нужны ли тебе мои проблемы?

— Ты мой друг, и поэтому твои проблемы — это мои проблемы, — ответил скаут, вытаскивая из штанов пояс, и затягивая его на талии. – Кроме того, я тот, кто обучил тебя становиться тавром. И если кому-то эта форма не нравится, значит, ему не нравлюсь и я. А если у кого-то с этим проблемы, тогда у него будут проблемы со мной!

Фокс глубоко вздохнул, провел лапами по волосам, и его хвост медленно качнулся позади его большого тела.

— Спасибо, Михась, это... спасибо, — сказал он, забирая штаны из лапы друга, и засовывая их в переметную сумку.

— Это самое меньшее, что я могу сделать. Ты мой друг, а я помогаю друзьям! — пожал плечами скаут, слегка ослабляя шнуровку стеганки.

— И я помогаю друзьям, — улыбнулся в ответ библиотекарь. — Идем, надо запастись едой пока на кухне не начался обед.

— И правда! — согласился Михась, и бок о бок лисотавры отправились на хозяйственный двор Цитадели.

* * *


...Михась хихикнул, помогая Фоксу пролезть через узкую щель в каменной стене - один из тех узких проходов, в очередной раз заставивший их принять двуногую форму. И вот теперь более молодой лис-морф легко протиснулся в узкий проход, а Фокс, приобретший за последние годы явно выраженную округлую выпуклость под рубашкой, застрял...

— Ну же! Тяни меня!! — пыхтел библиотекарь, отталкиваясь от каменной стены. Одна лапа Михася тянула лиса за торчащее плечо, другая вдавливала ему живот. Наконец, хрипло рыкнув, Фокс высвободился, и они вместе шлепнулись на пыльный каменный пол.

Выбираясь из объятий друга, Куттер засмеялся:

— Мне определенно стоит немного сбросить вес!

Скаут тоже засмеялся, и помог ему подняться:

— У тавра желудок больше, это сказывается!

— Верно, — кивнул лис и поморщился, когда его вес пришелся на больную ногу. Зарычав, он прислонился к стене, сняв большую часть нагрузки с ноги, хотя боль от этого почти не уменьшилась.

Михась поспешил подать Фоксу трость.

— Спасибо… — выдохнул тот, опираясь на резную палку красного дерева.

— Может вернешься в форму тавра? — спросил Михась.

Лис покачал головой:

— Там впереди будет еще пара узких мест... побуду пока на двух ногах, — ответил он, поднимая свой фонарь.

Михась взял свой, перекинул через плечо переметные сумки, и внимательно осмотрел тупичок, в который они попали сквозь щель в стене. В нескольких футах от них коридор пересекался с другим, давая им три возможных направления движения.

— Ну, в какую сторону пойдем? — спросил скаут.

Куттер бодро зашагал к перекрестку, помогая себе тростью - постукивание серебряного наконечника сейчас было едва слышно — слой пыли приглушал звуки ударов. Идя следом, Михась радовался вернувшейся к Фоксу быстроте движений, вспомнив тот день, когда впервые увидел его с тростью. Тогда Куттер выглядел в буквальном смысле слова живым мертвецом... но теперь он снова был живым!


На перекрестке Фокс остановился, поднял над головой фонарь, и заглянул в каждый из проходов.

— По традиции, проходя лабиринт, надо всегда поворачивать налево... значит будем поворачивать направо.

— И чья это такая традиция? — спросил Михась, догнав Куттера.

Фокс поставил одно ухо торчком, другое положил набок, усмехнулся, и двинулся по правому проходу:

— Не моя, однозначно не моя. Но такой прием полезен в том случае, если не знаешь, куда идти. Но я — знаю, потому иди за мной.

— Откуда? Ты же говорил, что это не тот путь, которым ты шел в прошлый раз! — спросил скаут, идя рядом.

— Я только что понял, как добраться туда. Но как именно я это понял... объяснить довольно трудно.

— Я весь в внимании! — хмыкнул Михась.


Они уже довольно долго шли по пыльным коридорам, которые время от времени то пересекались с другими, то расширялся, превращаясь в небольшие залы. Кое-где им попадались признаки навсегда покинувшей эти места жизни, - остатки трухлявой мебели, обломки статуй, обрывки сгнивших гобеленов и ковров, покрытые слоем серой пыли. Прошло уже почти пять часов с того момента как они видели кого-то еще кроме друг друга. Но пока путешествие проходило без происшествий, и до сих пор Фокс, похоже, точно знал, куда надо сворачивать.


Библиотекарь махнул хвостом, и немного замедлил ход.

— Имей в виду, то, что я тебе скажу — тайна. Я очень не хочу, чтобы ты кому-нибудь об этом рассказывал, ладно?

— Конечно! — кивнул Михась.

Лис тоже кивнул и двинулся дальше с прежней скоростью.

— Ты когда-нибудь замечал такую весьма интересную вещь — любой библиотекарь может слышать шепот через всю комнату? Или удивлялся тому, как мы знаем, кто находится и что делает в библиотеке, даже не видя этого?

— Никогда об этом не задумывался... — ответил скаут, задумчиво прижав уши, и вспоминая свои визиты в библиотеки. — Но теперь, когда ты это сказал... хм, ты прав.

Куттер усмехнулся:

— Я знаю... так вот, это все благодаря содержанию библиотек! Книги наполнены словами и знанием, а слова имеют силу. Такое количество слов в одном месте не может не оказывать действия на вещественный мир, создавая собственную магию. Она течет сквозь нас, говорит с нами... а библиотекари, и я в том числе, могут ощущать эту силу. А некоторые способны этой силой управлять. Это особая, тайная власть, действующая в пределах библиотек... сила и власть слова.

Михась кивнул, обдумывая услышанное.

— Вполне возможно... и эта сила позволяет тебе передвигаться по Цитадели?

— Не совсем так... — Фокс на мгновение смолк, размышляя над тем, как это описать. — Понимаешь, находясь в моей библиотеке, я знаю как попасть куда угодно, из любого места - и даже могу двигаться прямо сквозь стеллажи - почти как призрак. Но мои силы ограничены стенами Библиотеки.

Брови его собеседника приподнялась, а уши свесились по сторонам, когда он посмотрел на библиотекаря.

— Но тогда как твоя сила может помочь нам найти старый Тронный Зал?

Лис засмеялся и кивнул:

— Парадокс, не правда ли? Но тут дело в точке зрения. Собственно, я осознал эту тонкость через несколько месяцев после того, как получил должность придворного библиотекаря. Собственно, сначала я осознал ту силу, что была дана мне в пределах библиотеки, а вот потом... Однажды я вдруг понял, что Цитадель, - ВСЯ Цитадель, - это и есть Библиотека, и поэтому мои способности простираются до самых внешних ее стен!

От удивления скаут дернул ушами и споткнулся на ровном месте.

Размахивая лапами, он сумел удержать равновесие, сделав нескольких спотыкающихся шагов и подняв клубы пыли, которые окутали обоих лисов.

— Ты хоть понимаешь, что это значит?! — закашлявшись, спросил он Куттера. — В пределах Цитадели ты можешь делать все что захочешь, идти куда хочешь, и никто не сможет остановить тебя! Знаешь, я рад что ты не убийца, иначе бы сильно обеспокоился!

Куттер засмеялся, и покачал головой:

— Нет-нет, все не так просто... у меня нет полного доступа к Цитадели. Понимаешь, есть уйма нюансов и ограничений. К примеру, я не могу попасть в личные помещения и кабинет придворного мистика. IWP, помнишь его? Точно так же у меня нет доступа к Святилищу нашей Жрицы. Кроме того, некоторые, скажем так, местные повелители, могут закрывать от меня подвластные им территории. Например, Дэн однажды закрыл от меня все свои сады - ненадолго, правда, но все-таки.


Михась медленно кивнул, обдумывая слова библиотекаря. Подобные возможности проясняли... многое. В том числе и то, каким образом Фокс смог передвигаться никем не замеченный, во время Зимней Атаки... И тут вдруг как будто что-то щелкнуло в мозгу скаута, многочисленные детальки, намеки, фактики встали на места и Михась осознал, что Куттер - бывший наемный убийца. А те трое, пришедшие убить лорда Хассана — его коллеги, и одного... вернее одну из них Фокс когда-то любил!

— Я думаю, когда-нибудь нам нужно будет о многом поговорить... — медленно сказал скаут.

— Не сомневаюсь... — криво усмехнулся Куттер. — Вот только разговор будет несколько короткий. Я в отставке. И вспомнил прежние навыки только для того, чтобы спасти лорда Хассана. Я не вернусь к этой работе... если только не вынудят обстоятельства. Идем, мы уже почти на месте.

Михась кивнул, и последовал за... другом?.. да, все же за другом, дальше по коридору.

— Я всегда чувствовал в тебе нечто особенное, но такого все же не ожидал.

Фокс только кивнул, и у очередного перекрестка вдруг остановился. Опустив светильник пониже, он указал на пол поперечного коридора. В пыли виднелись две цепочки следов, обе лисьи, которые перекрывали друг друга, направляясь в разные стороны.

— Видишь? Это мои следы. Мы уже почти на месте.

— Отлично! Я просто сгораю от желания увидеть этот старый Тронный Зал! — сказал Михась, направляясь по коридору. – Так ты говоришь, что вся Цитадель — это библиотека? Но тогда где же книги?

— Вот этого я как раз и не знаю, хотя не раз пытался выяснить... — вздохнул и покачал головой Куттер. — Возможно они где-то очень глубоко под Цитаделью, - и я даже не представляю, насколько глубоко это может быть, - а возможно сами стены Цитадели - это книги. А может быть даже так — сама Цитадель и есть КНИГА! Книга, пишущая сама себя нашими делами... вот только, если честно, не верю я, что эта библиотека предназначена для нас, простых смертных. Читать ее будут боги... или кто-то еще, не бог, но сущность извне... может быть, Создатель?

Михась почесал затылок, шевельнул ушами и кивнул:

— Интересно... но в таком случае, если наша Цитадель — книга, которая только пишется, то где же мы находимся сейчас? В томе, который уже стоит на полке? А что будет, когда придет «кто-то» и прочтет этот том? И еще, интересно, сколько у Цитадели «томов»? Как глубоко уходят эти подземелья?

— Очень глубоко. Когда-то я даже пытался выяснить, тогда я потратил две недели, пытаясь достигнуть «дна», но так и не смог. Я даже не приблизился к нему. Лишь продолжал находить все более и более древние коридоры и залы, один под другим, словно слои пирожного. Это очень древнее место, Михась, не сотни и даже не тысячи лет. Вполне возможно, возрастом она равна самой вселенной... а может быть, даже старше.

Скаут тихо присвистнул:

— Библиотека, основанная самим Создателем... — прошептал он едва слышно.

— А может быть даже это он сам, — с улыбкой ответил Фокс. – Приведу тебе один очень любопытный факт: многие древние религии упоминают о библиотеке, подобной Цитадели. Конечно, если ее строителями были древние боги, то они скорее всего уже давно умерли. А создание их рук живет теперь само по себе, не зная, или не заботясь о том, что оно больше никому не служит.

— Кайя может знать об этом! — воскликнул Михась, возбужденно дернув пушистым хвостом. — Она же дух-хранитель Цитадели! Должен ведь быть какой-то способ спросить ее?

— Да, она может, — согласился Куттер, — но не думаю что сейчас время для таких вопросов. Потому что мы прибыли, — сказал он, останавливаясь перед громадными деревянными дверями.


Высотой более десяти футов, они были сплошь покрытые причудливым резным узором, ныне почти полностью скрытым слоями грязи и пыли. Впрочем, небольшой участок на одной из створок был не так давно очищен, открыв удивительно сложный и гармоничный геометрический узор.

Фокс толкнул дверь, и закрытые сотни лет назад створки плавно и совершенно бесшумно распахнулись внутрь, открывая роскошь древнего тронного зала...


* * *


Это был великолепный день. Солнце сияло, высвечивая многоцветье витражей; мельчайшие пылинки танцевали в разноцветных лучах; вся зала дышала покоем и казалось этой покой будет длиться и длиться — сегодня, растянувшееся в вечность...

Я медленно осматривал парадное великолепие тронного зала. Как жаль, что только перед смертью мы замечаем красоту и величие окружающих нас повседневных вещей... как жаль, что мне осталось совсем немного времени, чтобы налюбоваться этой дивной залой, взглянуть в глаза ушедших предков, в последний раз коснуться взглядом укрывших стены гобеленов и ковров, пройти сквозь многоцветье отфильтрованных цветным стеклом солнечных лучей...

Истекает последние час перемирия. Войска тинедов уже стоят у порога Последнего Приюта... когда-то мы презирали их. Тинеды! Слабые, живущие каких-то тридцать, в лучшем случае пятьдесят лет, что могли они противопоставить нам? Блеску и величию древней цивилизации? Эти выползки из навозной кучи, порождения грязи и гнилого воздуха тропических лесов. Они вылезли из своих луж и взяли когтистыми руками камни, а мы смеялись, глядя, как строят они обтянутые шкурами убитых животных хижины...

Но вот прошло всего-то несколько тысячелетий, и где мы? Прячемся за стенами Последнего Приюта, а тинеды, тинеды! выставляют нам, нам! условия!..

Я еще успеваю обернуться, услышав звон осыпающихся витражей, успеваю увидеть размытые тени, скользящие по драгоценному паркету, удивиться тому, как просто оказалось врагам разбить все наши планы и приготовления, но костяное лезвие, пронзившее сердце властно прерывает все мысли и желания. Остается только одно — и я тянусь, тянусь к сияющему чернотой шару посмертия, дотягиваюсь и швыряю его под ноги бегущим...

* * *

Это был грандиозный зал, наверное, в сотню футов шириной, совершенно необозримой длины и высоты. Во всяком случае, свет фонарей арочного потолка не достигал. Когда-то давно зал был просто великолепен — витражные окна, прорезавшие южную стену через равные промежутки; статуи, гобелены; на северной стене — ряд парадных картин, перемежавшихся высоченными зеркалами...

Сейчас почти все витражные окна были разбиты, открывая за собой бугристую каменную стену, зеркала поблекли и облезли, картины почернели, а гобелены и ковры превратились в ветхие тряпки.

На возвышении в дальнем конце зала высился парный трон, ткани и набивка сидений уоторого давным-давно истлели, но молочно-белый камень все так же сиял на возвышении...

Михась медленно шел по залу, освещая путь фонарем. Вот в эти витражи влетели солдаты давным-давно забытой армии. Свинцовый переплет разломан, разноцветные стеклышки так и лежат на полу, никем не прибранные...

Вот разбитая каменная подставка, ее уронил падающий на колени лорд...

Вот ровное, как будто циркулем выверенное углубление — дерево наборного паркета выломано, камень основы вздыблен странными сосульками. Да, именно сюда умирающий лорд швырнул «посмертие»...

А Михась и Куттер увидели все это.

Как будто кто-то снял с полки древний фолиант, сдул пыль, пробежал по выцветшим строкам глазами — и засияло солнце сквозь разноцветье витражей, засверкали хрустальные подвески тысячесвечных люстр, промелькнули перед взглядом умирающего накладные, литого золота узоры потолочных плафонов...

Но книга захлопнута, поставлена на полку, и жизнь, на миг вернувшаяся в давным-давно покинутую залу, ушла, ушла навеки, если не навсегда...


— Это просто невероятно, — сказал Михась, когда они приблизились к тронам.

Фокс, тяжело опираясь на трость, дотащился до тронного возвышения и уселся отдохнуть.

— Надо полагать, Кайя пожелала прочесть пару абзацев из запыленного тома, а? — он начал осторожно растирать больную ногу. — Но каков зал, каков зал... знаешь, нынешний тронный, пожалуй, поменьше и победнее будет. Что наводит на мысль — почему он был заменен?

Другой лис кивнул, и провел когтями по подлокотнику трона:

— Возможно Цитадель стала слишком большой, — сказал он, поворачиваясь, и в который уже раз осматриваясь вокруг.

— Странно, — вздохнул Куттер, откидываясь назад. — Все здесь выглядит так, словно после той атаки победители просто ушли, ничего не тронув, и больше не вернулись.

— Действительно странно, — согласился Михась.

— А если... Если победители действительно заперли зал навеки, пусть у них была к тому причина, то... ведь совершенно очевидно, что этот зал когда-то был на поверхности. Наверно его опустили сюда, просто потому, что он стал никому не нужен.

— А может, его засыпало?

— Как Помпеи? — Фокс усмехнулся и покачал головой. — Возможно, но поблизости нет действующего вулкана.

Скаут наклонил голову, и удивленно посмотрел на библиотекаря:

— Помпеи?

— История... моя история, — вздохнул и печально прижал уши Куттер. — Город, засыпанный вулканическим пеплом вместе со всеми жителями много столетий назад. Не обращай внимания, это очень древняя история.

— Лис, меня временами просто поражает, насколько другим выглядит мир, из которого ты пришел! — восхитился скаут.

— Ты даже не представляешь, насколько он другой... — пробормотал Фокс себе под нос.

Михась не услышал этого и продолжил свою мысль:

— Я знаю, ты приплыл из-за океана... но обычно не вспоминаю, пока не случается чего-то этакого.

— Прожив четверть столетия в Мидлендсе, я и сам нечасто об этом вспоминаю... — вздохнул Куттер, потом, опираясь на трость, поднялся и направился за тронное возвышение. — Идем, ты хотел видеть, где я взял очки.

Михась хмыкнул и двинулся следом, пересекая заброшенный тронный зал.

В стене позади трона за маленькой, прикрытой остатками гобелена дверцей, находилась комнатка. Остатки дивана, полуразвалившийся столик и несколько полок, еще висящих на стене. Все было укрыто толстым слоем пыли. Все, кроме одного местечка на полке — там пыль не так давно смахнули, обнажив темную деревянную поверхность.

— Вот, — сказал Лис, постучав когтем по дереву. — Они просто лежали здесь, под слоем пыли, кем-то оставленные. В то время как все остальное отсюда, похоже, забрали. Я просто знал, что они там... потому что... потому что просто знал!

Михась провел пальцами по пыли на полках.

— Интересно, может тут есть что-нибудь еще, засыпанное пылью?

— Честно? Понятия не имею, вполне возможно что есть. Я особо не присматривался, - просто взял очки, и ушел.


Скаут занялся полками, надеясь обнаружить еще что-нибудь забытое, но очистив их, нашел лишь залежи пыли, заодно испачкав себе мех.

— Ну что ж, — сказал Фокс, пожав плечами. — Проверить все же стоило.

— Конечно, стоило! — кивнул Михась, отряхивая пыль с лап. — Что плохого в том, чтобы просто посмотреть, правда?

— Ничего, — ответил Куттер, поворачиваясь и окидывая взглядом тронный зал. — Ну что, возвращаемся?

Скаут с досадой посмотрел на библиотекаря:

— Ты шутишь? Сам подумай! Не один же тронный зал ушел вниз. Должны быть боковые комнатки, тайные коридоры, кладовки, в конце концов! И раз уж мы сюда пришли, то стоит хоть ненадолго задержаться, и осмотреться вокруг.

Фокс улыбнулся и кивнул:

— Идея неплохая. Но если ты не против, я хочу снова встать на четыре лапы.

— Конечно-конечно! Я должен был предложить это раньше, — ответил разведчик, махнув хвостом, и на мгновение замялся, вспомнив, что Куттер не любит постороннего внимания. — Я посмотрю еще в этой комнатке за троном, — сказал он и ушел.

Лис вздохнул и снова присел на край тронного возвышения, радуясь возможности снять нагрузку с больной ноги. Снимая штаны, Куттер сосредоточил свои чувства на окружающих помещениях, пытаясь определить, где они находятся и возможно определить, нет ли в них чего-нибудь интересного...

Вскоре он обнаружил несколько ценных вещиц — золото, какие-то мелкие драгоценности, но ничего такого, на что стоило бы тратить время.

А потом Фокс почувствовал нечто особенное. Оно находилось совсем близко, и библиотекарь улыбнулся, зная, что ЭТО место Михась непременно захочет увидеть!

Он сосредоточился, и ощутил, как его тело течет, принимая форму лисотавра. Как четыре сильные лапы принимают на себя тяжесть массивного нижнего торса, как выгибаются обе спины, когда он с наслаждением потянулся...


— Кажется, я нашел место, куда нам стоит заглянуть, — заглянув в дверцу, сказал Куттер.

— В самом деле? — спросил Михась, отбрасывая обломки столика, которые он ворошил в поисках завалявшихся сувениров.

Куттер кивнул и махнул лапой в сторону одной из боковых дверей тронного зала. Это была дверь для прислуги, из тех, что обычно скрыты за гобеленами.

— Не хочешь сказать что там? — спросил скаут, пристраиваясь сбоку идущего тавра.

— Пусть это будет сюрприз! — ухмыльнулся тавр, когда они оказались в узком каменном проходе. В нем едва можно было идти рядом, и круп Фокса занимал большую часть свободного места.

Так они и двигались вместе по коридору, углубляясь во мрак, царящий на краю освещенного фонарями пространства.

Через пару минут Михась спросил:

— Ты недавно сказал кое-что, заставившее меня задуматься, сколько же тебе лет?

— Мне сорок один год, плюс-минус пара месяцев. Я несколько раз сбивался со счета.

Михась кивнул, подсчитывая в уме. Лису должно было быть около шестнадцати, когда он приехал в Мидлендс.

— Знаешь, поначалу я думал, что тебе лет так двадцать, не более... похоже, ты частично подпал под проклятье молодости.

— Многие так считают, — пожал плечами Куттер и только чуть поджатые хвост и уши выдали его волнение. — Меня это вполне устраивает. Я знаю немало людей, которые могли бы... заинтересоваться мной. Быть младше чем они ожидают в данном случае весьма полезно для моего здоровья.

— Цитадель довольно популярное место для тех, кто хотел бы исчезнуть. Насовсем, — констатировал Михась.

Фокс согласно кивнул:

— Я не то чтобы действительно скрываюсь... никто всерьез не ищет меня, но все же есть люди, имеющие на меня зуб. Я пришел в Цитадель отступая, но все же не бежал.

— Ты кому-нибудь рассказывал о прошлом?

Куттер покачал головой:

— М-м-м... я говорил кое с кем. Ну, вообще-то с одним... всего с одним. Честно говоря, я стараюсь просто не вспоминать о прошлом. Только если сталкиваюсь с ним лицом к лицу... тогда да, тогда я противостою ему.

Михась наклонил голову, глядя на друга:

— Но зачем же ты рассказал мне практически все? Ты мог бы оставить это в тайне, но ведь рассказал же!

Отставной убийца вздохнул:

— Это трудно объяснить... я действительно сказал тебе больше чем другим. Ты единственный, кому я рассказал про Ки, хотя даже не собирался... просто решил, что ты как минимум должен знать, почему мы знакомы. Я доверяю тебе Михась... а в Цитадели я доверяю только троим: тебе, Райану и себе самому.

— Я польщен твоим доверием... но почему Райан?

— Был один эпизод... примерно год назад, — усмехнулся Фокс. — Райан случайно узнал обо мне куда больше, чем я мог бы ему рассказать... именно после этого он записался в скауты. Собственно, Райан пытался найти кое-кого, кто, я думаю, уже давно мертв.

— Я об этом не знал, — откликнулся Михась.

— Никто не знал. Райан пообещал беречь тайну, и он держит слово.

Они завернули за угол, и Фокс кивнул:

- Райан хороший разведчик. Я могу доверить ему прикрывать свою спину.

Куттер согласно шевельнул хвостом:

— Рад слышать, — сказал он, и вдруг остановился с поднятой лапой, и удивленным выражением на морде. — Подожди-ка...

— Что случилось? — встревожился Михась.

Тавр сделал несколько осторожных шагов назад и посмотрел на дверь, которую они только что миновали.

— За этой дверью что-то есть. И... кажется, Кайя хочет, чтобы я туда вошел.

Михась весело поставил уши торчком и махнул хвостом, глядя на дверь:

— Даже так? Тогда нам лучше ее не разочаровывать! — сказал он, и попытался открыть дверь. Та не поддавалась, цепляясь за пол и сопротивляясь его усилиям, пока наконец не застряла окончательно.

— Ладно, отойди-ка, — сказал Куттер, отодвигая друга в сторону.

Михась подчинился, встав напротив, а Фокс поставил фонарь на пол, рыкнул, и ринулся вперед, обрушившись всей своей пятисотфунтовой массой на деревянную дверь. С треском и грохотом она слетела с петель, и слегка оглушенный тавр, подняв облака пыли, буквально въехал на ней в комнату.

Отряхнувшись, довольный библиотекарь гордо заявил:

— Никогда не верь тому, кто говорит, будто в грубой силе нет никакого благородства!

— Во всяком случае, она полезна, — усмехнулся Михась, входя в комнату с обоими фонарями в лапах.

К этому времени пыль уже почти осела, и стала видна спартанская обстановка — стоящие рядами простые деревянные скамейки, маленький алтарь на возвышении и картина на стене за алтарем — изящная мозаика из разноцветных керамических плиток.

— Весьма любопытно... — пробормотал Фокс, забирая у Михася фонарь, и в обход скамеек направляясь к возвышению. – Похоже, это было что-то вроде молельни.

— Пожалуй, — согласился скаут, перепрыгивая через скамейки, и оказавшись у фрески раньше массивного тавра. — Никогда не видел ничего подобного! — добавил он, с интересом разглядывая мозаику.

За прошедшие века мелкие плитки потускнели, но все еще можно было различить группу людей и животных, собравшихся вместе, и нависшее над ними существо, напоминающее дракона.

— Не думаю, что это была ведущая религия, — заметил Фокс, рассматривая мозаику. — Уж больно помещение затрапезное. Скорее чулан, чем часовня.

Михась наклонился, разглядывая плитки на краю фрески.

— Здесь есть надписи, иероглифы. Прочтешь?

— Попробую, — кивнул Фокс, доставая очки. — «Верующий спас Высочайшего». Весьма любопытно. Но я сильно удивлюсь, если дракон окажется Высочайшим. Хотя, все может быть. Так... «И получил в дар...»

Отступив в сторону, чтобы лучше рассмотреть надпись, тавр задел алтарь своим почти лошадиным крупом.

Деревянное сооружение заскрипело, сдвигаясь с платформы, с протяжным стоном наклонилось набок, и с грохотом разбилось о каменный пол...

Смахивая с морды клочья пыльной паутины, Фокс Куттер чихнул, и покачал головой:

— Я так привык к этой форме, что иногда забываю, какой на самом деле большой... — вздохнул он, осматривая остатки алтаря. Дряхлое дерево рассыпалось практически в труху, а мелкие и крупные щепки разлетелись во все стороны.

— А вот это уже интересно! — сказал Михась, спрыгивая вниз, и поднимая прежде скрытую внутри алтаря металлическую коробку. — Хотел бы я знать, почему она была там спрятана?

— Возможно это реликвия, или коробка для пожертвований, а может там и нет ничего, — предположил Куттер, тоже сходя с платформы.

Скаут потряс коробку — внутри что-то стучало.

— Она не пустая, но заперта — сказал он, показывая другу висящий сбоку замочек.

Куттер заглянул через плечо лиса:

— Я смогу ее открыть.

— Ты умеешь взламывать замки? — спросил Михась, протягивая коробку тавру.

— Да, но учитывая, сколько лет этой вещи, думаю, это можно сделать гораздо проще, — сказал тот, поворачивая в лапах коробку и осматривая замок. Тщательно осмотрев ржавые петли, тавр вытащил из ножен кинжал и, всунув тонкое лезвие между ними, с усилием повернул. Древний металл коротко хрустнул, и замочек упал на пол.

— Весьма практично, — весело махнул хвостом Михась, забирая протянутую ему коробку. Взяв ее в лапы, он попытался откинуть крышку. Чуть посопротивлявшись, петли с тихим треском отломились - и она просто отвалилась. — Похоже, сегодня мы оба что-то ломаем!

— Что уж тут поделаешь... — усмехнулся Фокс.

Михась кивнул, откладывая крышку в сторону, и заглянул в коробку. Внутри оказался толстый кожаный пояс, свернутый вокруг металлической пряжки.

- Вот это уже совсем странно! - приподнял бровь Лис, и скаут согласно кивнул, вынимая пояс из коробки. Длинный, как минимум четыре фута , плавно переходящий в изящное плетение на узком конце.

— В принципе, неплохой ремень, но слишком уж простой. Интересно, имеет ли он какое-то отношение к этой забытой религии?

— Вряд ли мы когда-нибудь выясним, — сказал Куттер. — Неужели именно на него Кайя мне указывала? Мда... он выглядит вполне обычным, но мне понадобилось несколько дней чтобы узнать, на что способны очки. В нем также может иметься какая-то магия, поэтому стоит захватить его с собой.

Михась кивнул, и подал пояс Фоксу:

— Тогда это твое.

Взяв ремень, Куттер покрутил его в лапах:

— Думаю, ты прав. То указующее ощущение исчезло, значить мы здесь именно ради него. Теперь осталось только выяснить, для чего этот ремень нужен, — сказал он, охватывая им свою талию. Продев плетеный конец через серебряное кольцо, лисотавр плотно затянул пояс.

— Тебе идет, — сказал Михась.

— Спасибо, — ответил Фокс, окидывая взглядом помещение. Ну что, идем дальше? Здесь нам больше делать нечего.

Михась кивнул, и шагнул к выходу:

— Ты именно это хотел показать мне?

— О нет, — весело махнув хвостом, ухмыльнулся Фокс. — Пояс просто оказался у нас по пути. А я вел тебя к старому арсеналу.

Уши скаута насторожились, а на морде появилось чрезвычайно заинтересованное выражение.

— Ну, наконец-то что-то интересное!

— Я знал, что тебя это заинтересует, — опять ухмыльнулся лисотавр, осторожно разворачиваясь к выходу своим массивным телом. — Идем, тут уже совсем близко.


Идя по коридору, Куттер прямо на ходу изучал найденный пояс.

— Знаешь, кроме как надеть и застегнуть-расстегнуть, ничего больше не получается... — задумчиво сказал он.

Михась кивнул, слушая вполуха и копаясь в висящей на спине тавра переметной сумке.

— Ну, возможно это вообще не пояс, а какая-нибудь... скажем, налапная обмотка для дракона? — предположил он, откусывая кусочек сочного плода.

— Угу, ты еще скажи — ожерелье! — хмыкнул Куттер. — Хотя в таком месте... и такое вполне возможно... — он взяв плод, протянутый скаутом: — Хотя для украшения пояс чрезмерно прост и утилитарен. Для магической же вещи способы активации бывают очень разными - возможно мне просто нужно оказаться в нужной ситуации, чтобы магия, какой бы она ни была, начала действовать, — лисотавр подчеркнул последние слова, энергично укусив сочный плод.

— Когда вернемся на верхние уровни Цитадели, можно будет попросить кого-нибудь из магов осмотреть его, — предложил Михась.

Тавр кивнул, слизывая с рукава рубашки капли прозрачного сока.

— Как-то навскидку, кроме Магуса никто в голову не приходит. Ну... разве что Пости. Электра, при всем моем уважении, несколько... легкомысленна. Виссэкс в основном боевик. Хотя... помнишь, как он за Мадогом гонялся?

— Такое не забывается! — хмыкнул Михась. — Действительно, Виссэкс вполне годится. Ну, и на крайний случай остается Жрица. Вот только не хочется мне ее беспокоить.

Куттер снова кивнул, откусывая очередной кусок плода.

— Вот тут ты прав... Кхм!! — закашлялся он, когда тот кусок попыталось пойти не туда. Инстинктивно он шлепнул свободной лапой пониже груди — по диафрагме, при этом задев металлическую пряжку пояса.

Зарычав, он потряс лапой — пальцы довольно чувствительно ударились о серебряное кольцо... а потом изумленно замер на месте, ощутив, как что-то метнулось поверх его меха, прижимая его к телу. Непонятно откуда взявшийся вес ощутимо прижал тело к земле, поле зрения сузилось, когда что-то ограничило его по краям...


Михась отпрянул назад, когда его закашлявшийся друг внезапно резко изменился. Вся его фигура от носа до хвоста, прямо на глазах покрылась блестящими металлическими пластинами! Эта пластинчатая броня плотно облегла лисотавра, изящно облегая каждый изгиб и линию его большого тела.

— Фокс? Ты... там? Внутри? — спросил скаут.

Блестящая фигура кивнула, подняла заметно дрожащую лапу, и, нащупав бронированный козырек, толкнула его вверх.

— Кажется, теперь я знаю, что делает пояс... — донесся из шлема чуть приглушенный голос Куттера.

— Похоже на то, — согласился Михась, присматриваясь к броне. Она была идеальна, покрывая сплошной металлической кожей все тело. Ее пластинки так ловко перекрывали друг друга, что выглядели одним сплошным целым. Не заметно было никаких креплений, и в тоже время все тело оказалось надежно укрыто. — Попробуй подвигаться. Нигде не жмет, не мешает?

Библиотекарь осторожно подвигал лапами. Присел. Прогнулся верхним торсом назад, вперед... потом все также осторожно двигая лапами, обошел друга вокруг. Броня при движении почти не звучала — на едва слышный шелест металлических пластин можно было не обращать внимания.

— Нигде не жмет и почти не мешает, — сказал Фокс, еще немного поэкспериментировав. — Движение почти не ограничено. И знаешь, броня довольно легкая. Или... вернее, не то чтобы легкая, просто очень хорошо распределена по телу. Практически не чувствуется.

— Это очень хорошо, — кивнул Михась, внимательно изучая место, где соединялись нижний и верхний торсы друга. Он никак не мог понять, как броня двигается вокруг стыка, хотя работало все просто идеально.

Лис снова кивнул, и еще немного подвигался в броне.

— Давай посмотрим, смогу ли я убрать ее. Это великолепная штука, но я совершенно не желаю провести в ней остаток дня, — сказал он, ощупывая живот в поисках пряжки, которая теперь оказалась вмурованной в пластину доспехов.

После шлепка лапой по ней броня послушно исчезла, оставив тавра целым и невредимым...

Библиотекарь глубоко вздохнул, расправил плечи, и топнул лапой, подняв маленький пыльный фонтанчик:

— Интересно, эта броня сделана специально для тавра, или она может приспособиться под любого? — поинтересовался он, осторожно касаясь пальцами края серебряной пряжки.

— Надо будет поэкспериментировать, — сказал Михась. — Но это когда вернемся в Длинный Дом; там у нас будет больше свободного места.

— Точно, — согласился Фокс, поднимая с пола фонарь, — но мы же еще не увидели арсенал... или ты предпочтешь вернуться?

Скаут засмеялся и покачал головой:

— Тебе явно нравится дразнить меня, не так ли?

— А то как же! — тоже засмеялся лисотавр, и потрусил по коридору, задорно помахивая хвостом из стороны в сторону.


Несколько минут они молча двигались дальше, оставляя цепочку следов в пыли на полу коридора, и каждый думал о чем-то своем. Однако вскоре проход начал сужаться и после очередного поворота уперся в тупик.

— Мы на месте, — сказал Лис, указав лапой на каменную дверь в левой стене коридора.

Дверь, очень похожая на ту, что вела в арсенал Длинного Дома, была заклинена камнями и грязью в полуоткрытом состоянии. Края двери, косяк и стены поблизости оказались покрыты глубокими выбоинами и царапинами — словно тут когда-то произошло сражение. Напротив двери в стенной нише стояла древняя каменная статуя. Она тоже получил свою порцию повреждений — одна рука была отбита по самое плечо, тело статуи покрывали множеством трещин, царапин и зарубок. В уцелевшей руке она держала ржавый меч.


Взявшись за край двери, Фокс вытянул шею, и заглянул внутрь.

— Похоже, какое-то оружие здесь еще есть... однако пробраться внутрь будет непросто.

Скаут кивнул, пытаясь заглянуть через плечо друга:

— Если ты собираешься измениться, я мо... — начал было он, когда краем глаза уловил какое-то движение.

Не раздумывая, он схватил лисотавра за ворот жилетки, изо всех сил дернув назад - и тот взвизгнул от боли в слишком сильно изогнувшемся стыке торсов. Боль была такой сильной, что он едва заметил просвистевший в дюйме от морды ржавый меч.

Лезвие врезалось в каменную дверь, обдав обоих каменной пылью и крошкой, и Фокс рухнул на колени передних лап.

— Насодж тебя побери!!! — завопил он, вырываясь из хватки Михася и переворачиваясь всем телом на спину. Лягнув всеми четырьмя лапами, тавр отлетел от двери и каменной статуи, которая напала на него.

Страж арсенала опустил голову, и его мертвые глаза уставились на Куттера...

Рывком перевернувшись, Фокс схватил Михася в охапку, забросил на спину, и рванул по коридору в сторону от арсенала.

— Эта штука приближается!!! — завопил Михась, сжимая лапами грудь лисотавра.

Библиотекарь мельком глянул через плечо, и увидел неумолимо приближавшегося каменного стража, который двигался за ними такими широкими шагами, что покрывал расстояние гораздо быстрее лисотавра.

Стиснув зубы, библиотекарь прибавил скорости, одновременно лихорадочно пытаясь придумать какой-то выход...

— Скорее, туда!! — закричал Михась, показывая на открытую дверь, к которой они быстро приближались.

Тавр кивнул, пытаясь сообразить, как ему сделать поворот на девяносто градусов на полном ходу, - но прежде чем он успел это обдумать, пришло время действовать.

- Держись!!! - крикнул он, и, упав на колени, заскользил по грязному полу. Вытянув лапы, Фокс схватился за дверной косяк, и буквально зашвырнул себя внутрь комнаты. С размаху хряснувшись крупом об стену, тавр кувырком влетел в комнату...

Он еще скользил по грязному полу, а Михась уже несся к двери. Он едва-едва успел захлопнуть ее, и задвинуть мощный засов, как она содрогнулась сотряслась от сильного удара — древнее дерево пробил ржавый, но при этом удивительно острый меч. Его лезвие прошло так близко к морде лиса, что в воздухе запорхали срезанные шерстинки...

Обнажая меч и не сводя глаз с двери, Михась попятился назад.

— Ты цел? — спросил он друга.

Куттер кивнул, с трудом переводя дыхание, и потирая ушибленный зад:

— Ничего такого, чего не смогли бы поправить горячая ванна и пара симпатичных массажисток, — ответил он, вздрогнув, когда статуя снова грохнула в дверь.

- Что это за штука?!? - завопил Михась, торопливо осматривая помещение в поисках другого выхода, но обнаружив, что на этот раз им не повезло - большая комната имела одну-единственную дверь.

— Это голем, который охраняет арсенал, — ответил Фокс, поднимаясь на все четыре лапы.

— А то я и сам не догадался! — прорычал скаут. — Лучше скажи, как с ним справиться?

Лис вздохнул и почесал мех на затылке:

— Один Насож знает как... но он точно не оставит нас в покое. Думать эти штуки не умеют напрочь. Приказано убить врага — будут убивать, пока не убьют, или пока сами не рассыплются.

Михась кивнул, глядя как содрогается дверь от очередного удара.

— Ты уже имел дело с подобной штукой?

— Один раз, но это было много лет назад... — вздохнул Куттер, нервно отряхиваясь. — Вдвоем нам его не остановить, тут нужна дюжина солдат с тяжелыми щитами, копьями и топорами. А лучше с дубинами. В тот раз я сумел остановить похожего стража, только уничтожив контрольное заклинание.

Скаут снова кивнул, бросив короткий взгляд на своего друга:

- То как будем действовать?

Лис глубоко вздохнул, роясь в памяти:

— Тогда мы нашли управляющий контур заклинания... это была квадратная каменная плита со сложным светящимся узором, размерами фут на фут . Обычно она находится где-нибудь в безопасном месте - чаще всего в том, которое и охраняет голем.

— Ты хочешь сказать... в арсенале? — помрачнел Михась.

— Именно там я бы ее и спрятал... вот только как туда попасть?

— Можем подождем пока он уйдет?— сказал лис, не отрывая взгляда от двери. — Кажется он оставил попытки ворваться внутрь.

Фокс покачал головой:

— Нет, не дождемся. Его поведением управляет заклинание, а они обычно очень просты. Чужой — убить. Убегает — догнать и убить. Все. Он не оставит нас в покое пока не получит приказа от управляющего контура, а в арсенале не осталось никого, чтобы ему приказать. Я думаю, голем будет просто ждать - а ждать он может веками. И что еще хуже, даже в форме тавра мы не сможем от него убежать...

— Значить нам придется уничтожить этот самый... управляющий контур, — сказал Михась, вкладывая меч в ножны. — И это значит, что придется как-то мимо него пройти. Ты не можешь пробраться внутрь арсенала, проем слишком узкий, а дверь заклинена. Но я смогу!

— Сначала загляни в нишу, — уточнил лис.

— Обязательно, — согласился скаут. — А теперь — как пройти мимо голема?

Размышляя, лисотавр постукивал по полу правой передней лапой:

— Так... поскольку именно я пытался пробраться внутрь арсенала, то голем скорее всего заинтересуется мной, а не тобой... если я смогу убегать от него достаточно долго, ты успеешь вернуться к арсеналу и остановить его.

— А если не сможешь? — спросил Михась.

Куттер некоторое время молчал, его взгляд стал отсутствующим, а хвост замер, чуть поджавшись между задних лап, и выдавая этим настоящие чувства.

Наконец библиотекарь криво усмехнулся:

— Тогда он убьет меня, а ты сможешь вернуться по нашим следам в Цитадель.

— Ты не должен так говорить! — нахмурился Михась.

Тавр только пожал плечами.

— Нет уж! — мотнул головой скаут. — Придется тебе хорошенько побегать! Уж будь другом, шевели лапами, - а еще подумай, куда побежишь, причем прямо сейчас!

Куттер усмехнулся опять:

— Не беспокойся... я побегу так, словно у меня на хвосте висят все демоны Насоджа! К тому же, если дело дойдет до поединка на мечах, помни — у меня есть дополнительная защита, — сказал он, касаясь серебряной пряжки пояса-брони.

— Фокс... — Михась покачал головой, не зная что сказать. — Встречаемся здесь?

Тот кивнул, сбрасывая на пол переметные сумки, и отцепляя от пояса ножны меча.

— Когда я скажу, откроешь дверь, — сказал он другу, закрепляя на боку фонарь.

Скаут кивнул, бесшумно подобрался к двери, и сжал обеими лапами ручку засова.

— Удачи! — прошептал он одними губами.

Куттер улыбнулся, и уперся в пол задними лапами.

— Спасибо… она нам обоим не помешает, — ответил он, ударом по пряжке активируя броню. — Давай!!!

Оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, бросился вперед - а Михась дернул дверь, распахнув ее ровно настолько, чтобы тавр смог проскользнуть через щель.

Вылетев в коридор, Куттер резко повернул, и на полной скорости помчался прочь от арсенала. Стоявший рядом с дверью каменный страж явно этого не ожидал, - но уже через мгновение последовал за лисотавром, грохоча каменными ступнями по полу коридора.

Скаут подождал еще несколько мгновений, пока гулкие удары не стихли вдали, а потом выскочил в коридор, и рванул к арсеналу...


Куттер несся, напрягая все силы, но ему мешал вес брони. Она весила не так уж много, но и этого было достаточно, чтобы замедлить его. А еще лис думал о том, что за годы жизни в Цитадели стал настоящим книжным червем, и совсем размяк...

Стараясь дышать ровнее, он дал себе клятву: если сумеет живым выбраться из этой ситуации, то займется тренировками пока не вернет свою прежнюю физическую форму! И пусть идут к Насожеву демону под хвост все, кому не нравится его вид — он будет каждый день наматывать круги во дворе!!

Поворачивая за угол, Фокс на мгновение сбавил скорость, оглянулся назад... и взвизгнул от ужаса, увидев, как меч в вытянутой руке голема просвистел всего в паре дюймов от его крупа! Если бы страж имел обе руки, он уже схватил бы тавра за бронированный хвост - и на этом погоня была закончена...

Свернув за угол, Куттер резко увеличил скорость, ненадолго оторвавшись от статуи. Однако всего через несколько мгновений заколдованный камень вновь сел ему на хвост.

Голем снова замахнулся мечом, целясь в широкий зад лисотавра - и конец меча достал бок, звякнув по броневой пластине. Фокс рыкнул, когда меч, не пробив броню, тем не менее очень ощутимо толкнул пятисотфунтового тавра вбок.

Лутина тебе в глотку, как же больно... лапа пока слушалась, но под мехом явно будет огромный синяк...

Неудачный удар меча сбил голема с шага, слегка замедлив его, и за эти мгновения Куттер успел придумать, как остановить статую — или хотя бы выиграть еще несколько секунд.

Резко затормозив, лисотавр припал на передние лапы так, что круп оказался приподнят, - и когда голем приблизился, нанес ему полновесный удар задними лапами!

Удар пришелся статуе прямо в грудь, и тут с ней сыграла шутку инерция — ее нижняя часть и ноги все еще двигались вперед. Результат получился очень подходящий — голем перевернулся в воздухе, грохнувшись головой и спиной об пол. Но этот же толчок бросил тавра вперед, и, не удержавшись на ногах, он тоже рухнул на пол, больно ударившись грудью и мордой...

Вокруг обоих тел взметнулись целые фонтаны пыли - вдобавок, пытаясь подняться, Фокс отчаянно молотил всеми лапами, лягая голема задними...

Наконец, он сумел поднялся на ноги, и выкашливая забившую горло пыль, отступил на несколько шагов, не сводя глаз с лежащей статуи и выхватывая из ножен меч.

Она не двигалась.

Осторожно шагнув вперед, тавр постучал голема по ноге острием меча. Ничего не произошло, - и тогда Фокс, наклонившись, вытащил меч из ладони статуи, и торопливо отбросил его подальше.

Никакой реакции.

Облегченно вздохнув, библиотекарь медленно осел в пыль рядом с големом, дрожащей лапой возвращая меч в ножны.

— Михась все-таки сумел... — выдохнул он, прислоняясь верхним торсом к стене. — Оххх...

Теперь, когда запал погони прошел, разом заныли все полученный за сегодняшний день ушибы, отбитые о каменную грудь задние лапы, и о каменный пол грудь и морда.

— О-ох-х... — снова охнул тавр, шлепком ладони убирая броню.

Поднявшись на дрожащие лапы, он перешагнул через голема, и медленно побрел назад...

* * *

Михась стоял в дверях библиотеки Длинного Дома, глядя на то, как Фокс просматривает очередной свиток. Сосредоточившись на чтении, тавр временами болезненно морщился, потирая все еще ноющую поясницу, а на его крупе было заметно темное пятно — там под шерстью разливался громадный синячище.

Лис не видел что именно произошло три дня назад, когда Куттер отвлекал голема, но он был опытным скаутом, и пройдя по следам до места схватки, прочел по ним достаточно, чтобы понять — схватка была серьезной. Фоксу крепко досталось от ожившей каменной статуи, и хоть он ни разу не пожаловался, опытный глаз воина видел, что лисотавр бережет задние лапы, круп, поясницу и грудь...


— Ты наконец войдешь, или так и будешь весь день разглядывать мой задний филиал? — спросил Куттер не потрудившись даже оторвать взгляд от свитка.

Усмехнувшись, Михась вошел в комнату.

— На твоем заднем филиале такой роскошный синячище... просто глаз радуется. Ты хоть приложил что-нибудь к нему и другим?

Тавр покачал головой:

— Да ладно, кости целы, связки и мышцы тоже. А синяки... пройдут. Я выпил обезболивающего отвара, этого вполне достаточно.

— У нас здесь есть медик, почему бы тебе не показаться ему? — не отставал Михась.

Подняв голову от свитка, Фокс взглянул на друга; его синие глаза блеснули за стеклами очков:

— Зачем? Ему нечем заняться? Я не желаю тратить время на дурацкие припарки и компрессы! Сами заживут, никуда не денутся...

— Даже если я прикажу?

Библиотекарь засмеялся и свернул свиток:

— Я не скаут, а потому твои приказы могу пропускать мимо ушей!

Михась ухмыльнулся и весело махнул хвостом:

— Верно, но ты ведь живешь здесь, и это значит, что я все же могу тебя кое к чему обязывать!

— Но я не живу здесь! — снимая с морды очки, слегка растерянно возразил Куттер.

— А мог бы! — поднял указательный палец лис. — Я считаю, ты заслуживаешь этого, а еще просто хочу, чтобы ты остался здесь. Ты сильный и надежный друг, к тому же тавр... а скауты принимают тебя таким, какой ты есть! Знаю, этого нельзя сказать обо всех в Цитадели - но тут ты всем нравишься... к тому же у тебя впереди годы работы в этой библиотеке!

— Скорее десятилетия... — ответил явно ошеломленный этими откровениями библиотекарь.

Михась кивнул и положил ладонь на плечо друга:

— Так что если хочешь, перебирайся в Длинный Дом, — и я имею в виду отнюдь не только возможность спать под рабочим столом и питаться на нашей кухне. Перебирайся как в свой настоящий дом... и сходи к врачу.

Куттер фыркнул и покачал головой:

— А ты упорный… ладно… я обдумаю ваше предложение, уважаемый мастер-скаут! — улыбнулся он.

— Отлично! - улыбнулся Михась. - А теперь марш к нашему целителю! Мне не нравится вид синяка у тебя на крупе. В таком деле лучше перебдеть, чем потом мучаться.

— Уговорил... - сдаваясь, махнул лапой Фокс. - Но сначала я хочу тебе кое-что отдать, — добавил он, отходя от стола и направляясь к конторке.

Михась заинтересованно насторожил уши, когда лисотавр взял со столешницы знакомую вещь.

— Держи, это тебе! — сказал он, протягивая скауту пояс-броню.

— Но... ведь Кайя дала его тебе! — изумился тот.

Куттер улыбнулся, и покачал головой:

— Кайя дала его нам. Не тебе и не мне, а нам обоим. Но вот носить его должен ты. Ну, сам подумай — зачем библиотекарю броня? Да еще такая? А вот на талии скаута она очень даже к месту. Ты сможешь пользоваться ею в любой форме — будь ты четверолапым животным, шестилапым тавром или двуногим морфом. И в любой форме пояс сможет тебя защитить. А мне лучшей защитой будешь ты и твои друзья-скауты.

Лис-морф удивленно посмотрел на Фокса, затем снова на пояс.

— Ты уверен? — спросил он. — Не то чтобы я отказывался, но...

— Михась, мы никогда не нашли бы его не пожелай ты увидеть старый тронный зал а потом осмотреть его окрестности. Так что не сомневайся — носить пояс-броню должен ты. К тому же... — Куттер усмехнулся, — если хочешь, чтобы меня осмотрел твой целитель, ты возьмешь его. Договорились?

— Это бессовестный шантаж! — с трудом сдерживая улыбку, деланно возмутился Михась, принимая пояс. — И я не могу ему противостоять... поэтому прямо сейчас отведу тебя к целителю и подержу дверь, пока он будет ставить тебе клизму... или еще там что! А потом мы найдем тебе комнату поближе к библиотеке.

— Выбора у меня, похоже, нет... — вздохнул лисотавр, кладя очки на стол. — Идем?

- Добро пожаловать в Длинный Дом! - улыбаясь, сказал скаут, когда они вышли из библиотеки - и Фокс засмеялся, похлопав своего друга по спине:

- Спасибо! - весело откликнулся он, и друзья бок-о-бок зашагали по коридору...


Перевод - Redgerra

Редакция - Крапива





Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы: Charles Matthias «Цитадель Метамор. История 41. Я проснулся утром рано...», Charles Matthias «Цитадель Метамор. История 62. Единение», Charles Matthias «Метамор. История 64. Keeping the Lamp Lit (добавлена 6 часть)»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален