Furtails
Alex Heil
«Моя сестрёнка - пони»
#NO YIFF #хуман #MLP

Моя сестрёнка — пони.


Когда я впервые узнала, что у меня вот-вот появится приёмная сестра, то поначалу обрадовалась. Вдвоём было бы гораздо веселее! Как-то так получилось, что на нашей улице нет детей моего возраста: или совсем малышня, или уже почти взрослые парни с девицами. Были, конечно, в школе ребята, с которыми приятно поноситься, мяч погонять, прогуляться, но всё это не то. Не тянуло приглашать никого из них к себе домой и посиделки устраивать.


А тут — аж целая сестра!


Потом я услышала, как соседка тётя Роза говорит маме, что приютские дети «ещё те штучки» и «сколько им головы ни пропалывай, всех сорняков не выкорчуешь». Да и в школе мне такого понарассказывали, что уши в трубочку свернулись. Мол, все с приюта хулиганы первостатейные, с ними не то, что не водиться стоит — вообще лучше обходить подальше. И оказалось, что самый заглавный школьный забияка такой именно потому, что приютский.


Во дела, а я и не знала! После такой новости даже аккуратно присматривалась к нему, но так и не увидела ничего необычного. Просто очень противный парень, который других постоянно задирает. Его вообще стараются не замечать и не трогать — так он сам лезет к другим и жизнь портит.


Неужто мне такой же «подарочек» достанется?


Вот с тех пор я с замиранием сердца ждала появления сестры. Но она не появлялась, а родители становились всё озабоченнее. Я даже понадеялась, что никого они не приведут. Пока однажды не подслушала, как мама в спальне приговаривала: «Бедная девочка!», а папа утешал её. Тогда-то я окончательно поняла, что сестрёнке — быть.


Но что-то с ней не так просто оказалось. Сначала папа вечерами засиживался с горами бумаг, потом к нам зачастили проверяющие из приюта и всё-всё выспрашивали. Даже о том, какие у меня в школе оценки, и хорошо ли я с одноклассниками лажу. Даже приготовленную комнату на чердаке осмотрели и одобрительно кивнули со странными словами: «По росту вполне подойдёт».


И вот настал этот знаменательный день. Была суббота, родители ушли с самого утра, а я осталась ждать. Сначала расхаживала по всему дому, потом вовсе в комнате заперлась и нарочно не стала на улицу смотреть. Но всё равно сквозь открытую форточку услышала стук калитки, шаги по дорожке. Не выдержав, я во весь опор промчалась вниз и замерла в коридоре, не отрывая взгляда от двери.


Щёлкнул замок, раздался мамин голос: «Входи, милая, не бойся».


Я сглотнула… и ещё раз сглотнула, когда увидела незнакомую фигуру на пороге.


— Знакомься, это Кристи, — показавшаяся в проёме мама ободряюще улыбнулась мне.


Моя новая сестрёнка потупила взгляд и отрывисто мотнула головой, а я продолжала тупо таращиться на неё. Неспроста проверяющий тогда про рост говорил: Кристи оказалась высокой. Чуть ли не до потолка! Даже не думала, что такие дылды бывают.


— Эм… привет, — кое-как выдавила я, и Кристи едва заметно, самыми краешками губ улыбнулась. Но так ничего и не сказала.


Ничего не говорила она до самого обеда, да и за столом сидела, уткнувшись взглядом в тарелку. Мама пыталась растормошить её, папа тоже что-то вставлял, но Кристи сидела, как воды в рот набрала. Да и у меня не получалось ни говорить, ни даже задерживать на ней взгляд: тянуло смотреть куда угодно, только не на неё.


Наконец, Кристи что-то отрывисто бормотнула, встала из-за стола и ушла к себе наверх. Мама расстроено опустила голову, папа поджал губы… я промолчала.


Но уже спустя минуту-другую снова раздался топот на лестнице, и Кристи вернулась на кухню. Непроизвольно я скосила взгляд на неё, да так и остолбенела: из её густых каштановых волос торчали два скрученных из бумаги острых ушка.


Кристи подошла ко мне и неожиданно звонким голосом сказала:


— Привет! Меня зовут Кристи, и я пони!


Мама вытаращила глаза, папа фыркнул от неожиданности… а я так заржала, что не сразу успокоиться смогла.


— Ну, — кое-как продышавшись, с рвущимся из груди хохотом сказала я, — привет, кобылочка. Садись давай, поедим поскорее, и я покажу тебе, как у нас что.


Вот так и живём с тех пор, дружно и весело. Мама нарадоваться не может, глядя, как мы с Кристи быстро поладили. Словно с рождения сестрёнками были. Да и в школе она быстро прижилась, несмотря на косые взгляды по первости. Зато теперь за такой задорной девчонкой парни и подруги табунами ходят. Я даже ревную чуточку, хотя знаю уже, что Кристи любит всех без исключения.


Но ещё она не прекращает утверждать, что является пони, и пытается убедить в этом меня и родителей, и одноклассников. Такая милая чудесатинка, которой она порой даже папу в оторопь вгоняет, хотя его вообще трудно чем-либо удивить.


Для начала Кристи отрастила и без того длинные волосы и повязала их в конский хвост. Ухаживать за такими — сущая морока, но убедить сестрёнку постричься коротко пока не получается. Зато в тот единственный раз, когда Кристи решила пожевать нечищеный овёс, мама просто дала ей по лбу ложкой и твёрдо сказала, что её дочь не будет питаться как побирушка.


— Если уж так овса хочется, то подожди, когда я кашу из него сварю, — добавила. — Желудок пони такому даже обрадуется.


Помогло как по волшебству: Кристи вполне умница. Куда забавнее выглядят её попытки разговаривать «по-понячьи», когда она начинает фыркать и цокать языком. У меня ни разу не получилось понять, что именно она пытается сказать. Папа однажды послушал и задумчиво изрёк, что так разговаривает его дядька, изрядно напробовавшись самогона.


Не обходилось и без неловкостей. Во время одной из наших ежевечерних посиделок у меня в комнате сестрёнка вдруг принялась тыкаться носом мне за ухо и покусывать его. Я аж рот разинула от такого и кое-как заплетающимся языком поинтересовалась, чего она вытворяет. «Пони так ухаживают друг за другом», — убеждённо сказала Кристи. Каких же трудов и смущения мне стоило объяснить, да ещё нужные картинки в энциклопедии показать, что так вообще-то жеребец за кобылой приударяет.


И вот кто бы знал, что это знание вскорости пригодится…

* * *

— Говоришь, он пригласил тебя? — раз десятый спросила я, осторожно водя гребнем по волосам Кристи. Надобности в том уже не было, её грива и так пушистой шелковистой волной стекала по спине, но мне надо было успокоиться. В этом смысле причёсывание сестры помогало самым волшебным образом.


— Угу, — терпеливо, в десятый раз ответила она. — Да, в театр. Да, мы потом ещё прогуляемся. Да, он симпатичный, — тут она повернулась ко мне с язвительной улыбочкой. — И да, он мне нравится.


— Я и не спорю, — вздохнув, я отложила гребень. — Просто… ну… ты уверена?


— Если парень всю дорогу от школы до дома держал надо мной зонт, хотя сам насквозь промок, то это уже что-то да говорит о нём, — она спрыгнула с кровати, на которой мы так уютно устроились, и прошлась по комнате, раскинув руки.


— Подумаешь, зонтик подержал. Невеликое дело, — пробормотала я, разглаживая складку на одеяле.


— Отношения из таких невеликих дел и складываются. Как из кирпичиков дом, — Кристи подсела ко мне и обняла за плечи. — Ну что ты, выше нос! Мы ж просто пока присмотримся друг к другу.


— Да я просто… — вздохнув, я прислонилась головой к её груди. — Просто не ожидала, вот и всё.


— Ревнуешь?


Как хорошо, что сейчас она не видела выражения моих глаз. Но всё-таки я собралась с духом и кивнула.


— Глупая, — Кристи наклонилась и чмокнула меня в щёку. — Я тебя ни на кого не променяю. И маму с папой тоже. И никуда не денусь, пока взрослой не стану.


— То есть через полгода, когда тебе шестнадцать стукнет, — пробормотала я.


— Да? — удивилась сестрёнка. — У нас в восемнадцать только… Извини, никак не привыкну.


Голос её поскучнел. Я вскинула голову и заметила, как она поспешно отвернулась. Тут мне стало стыдно. В самом деле, Кристи не меньше моего нервничает, только виду не подаёт. А я тут со своими сомнениями и желанием никуда её не отпускать. Тьфу ты!


— Эй, — Кристи повернулась — и моргнула, когда я сама ткнулась носом в кончик её носа. — Не унывай, кобылка. Пони не унывают, когда они вместе с любимыми.


Кристи фыркнула и крепче обняла меня. А после встряхнулась и поднялась.


— Ладно, он заждался, наверное, — она подхватила и надела заранее приготовленный плащик — бордовый, хорошо подходящий её волосам. — Ну, я побежала!


Проводив её до порога, я сквозь открытую дверь увидела поджидающего у фонаря неподалёку парня. А и в самом деле, симпатичный: ляжки подтянутые, шёрстка такая тёмно-зелёная, гривка аккуратно уложена. Просто картинка!


Пока дверь не закрылась, я успела заметить, как высокая человечка опустилась перед жеребчиком на колени, и они потёрлись щеками. Вот сейчас я точно поспешила отвернуться; но всё равно не смогла не улыбнуться и слегка покраснеть ушками.


В лёгком смятении я прорысила в гостиную, где в кресле сидел папа, магией держа газету перед собой. Увидев меня, он слегка наклонил голову и спросил удивлённо:


— Что это с тобой? И куда ушла Кристи?


— У неё свидание, пап, — пробормотала я, вспрыгнув на диван и изо всех сил обхватив передними ногами лежащую на нём подушечку.


— О, — папины брови так и взлетели вверх, он даже газету чуть из ауры не выронил. Потом наклонился и поскрёб задним копытом себя за ухом, как всегда делал, когда о чём-то крепко задумывался. — А с кем?


— Жеребчик из нашей школы. Кристи думает, что он хороший. Да и мне он таким кажется.


— Вот как, — протянул папа… а потом неожиданно хмыкнул. — Шустрая какая. Пары месяцев не прошло, а как освоилась среди нас. Вон и кавалер у неё появился. Через годик, глядишь, и жеребята пойдут.


— Ага, — я улыбнулась ещё шире. — А знаешь почему? Она — пони. Самая что ни на есть настоящая!



Редактор: Redgerra

Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы: Alex Heil «Солнечный человек», Chatoyance «Бюро конверсии: Письма из дома», Chatoyance «Евфросина освобождённая»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален
Ошибка в тексте
Выделенный текст:
Сообщение: