Furtails
Туи Т. Сазерленд
«Драконья сага 14: Опасный дар»
#NO YIFF #дракон #приключения #фентези #магия



Драконья сага. Опасный дар

Туи Т. Сазерленд




О драконьих племенах Панталы



Ядожалы


Две пары крыльев. Чешуя красная, жёлтая или оранжевая, но всегда присутствует и чёрный цвет.


Оружие может различаться: отравленные жала в запястьях или хвостах, клыки и когти со смертельным или парализующим ядом, а также способность разбрызгивать едкую кислоту или зловонную жидкость.


Племенем правит королева Оса.





Шелкопряды


Две пары крыльев, изящных и переливчатых, как у бабочки. Появляются у бескрылых драконят в шестилетнем возрасте вместе со способностью выделять шёлк. Чешуя любого цвета, за исключением чёрного.


Выделяют шёлк из желёз на запястьях, способны плести из него прочные сети и изготавливать различные ткани. Чувствительные усики-антенны улавливают малейшие колебания воздуха.


Племенем правит королева Оса. До Древесных войн правила королева Монарх.






Листокрылы


Одна пара крыльев листовидной формы. Чешуя зелёная или бурая. Истреблены ядожалами в ходе Древесных войн.


По легендам, могли усваивать энергию солнечных лучей и управлять ростом растений.


Последняя известная королева Секвойя правила в эпоху Древесных войн около ста лет назад.






Пророчество затерянных земель





Обрати глаза и крылья


К землям за пучиной моря,


Где отрава и насилье,


Где неволя, смерть и горе.




Там в яйце секрет таится.


Тайну прячут книг страницы.


Обретёт спасенье тот,


Кто отважно вглубь нырнёт.




Сердце, крылья, ум открой


Тем, кого изгонит рой.


В одиночку не отбиться


Племенам от власти злой.






Пролог





Мечехвост проснулся в дыму. Дым наполнял воздух, щипал нос и разъедал глаза, и даже трава на равнине казалась пепельно-серой от дымной пелены. Вокруг виднелись драконы – сотни, тысячи драконов, – но ни одного знакомого.


Все они лежали в высокой траве, а вдали, на затянутом дымом горизонте, виднелись смутные очертания солнца.


Мечехвост помнил только, что заснул вчера ночью в джунглях рядом с Синем, Сверчок и Росянкой, а до этого долго лежал, прислушиваясь к шороху и шипению хищных растений и думая о предстоящей битве. Помнил, как Синь нервно потирал свои запястья, на которых тускло светились золотистые железы огнешёлка.


Огнешёлк. Пламя. Ах да, Синь должен был поджечь костёр из корешков, дым от которых противодействует Дыханию зла. Он освободит ядожалов от власти королевы Осы над их разумом, и тогда вообще не с кем станет драться.


В воздухе дым, значит, был и огонь… но разве одна кучка корешков может дать столько дыма?


Что же случилось на самом деле? Мечехвост осмотрелся с недоумением и тревогой. Как занесло его из джунглей сюда, на заросшую травой равнину?


Он поднялся на лапы и поморщился от боли. Все мышцы ныли, словно пришлось махать крыльями несколько дней подряд. Саднили даже когти, а судя по ворчанию и стонам незнакомых драконов, лежащих вокруг, они чувствовали то же самое.


Мечехвост внезапно осознал, что все они ядожалы. Враги.


Почему вдруг он оказался на равнине, окружённый ядожалами, неужто попал в плен? Если так, то неважные из них надсмотрщики, даже не связали и внимания не обращают, хоть сейчас улетай.


Только куда лететь? Куда подевался Синь? Эх, знать бы, где Луния, полетел бы, уж как-нибудь отыскал бы дорогу… а для начала хорошо бы представлять, в каких краях на Пантале находится он сам.


Он прищурился в поисках ориентиров. Даже на бескрайних травяных просторах должны быть хоть какие-то.


Вот они!


Сквозь дымную пелену вдали смутно различались очертания двух ульев и мерцание паутины между ними. Стало быть, джунгли с противоположной… Мечехвост обернулся.


В той стороне поднимались, закрывая небо, гигантские клубы чёрного дыма. Что с джунглями, отчего пожар?


Память внезапно прояснилась, и перед глазами возникла картинка: он стоит рядом с Синем, из запястий которого вырываются огненные спирали и падают на кучку бледных сморщенных корешков. Сам он сжимает в лапе деревянное копьё с острым шипом на конце, а впереди протянулись боевые порядки ядожалов, зловеще застывших, с белыми мёртвыми глазами. Враги даже не шевельнулись, когда друзья-шелкопряды подошли к костру, даже не подумали их остановить.


Тогда это его встревожило, но Мечехвост верил в противоядие и с радостью наблюдал, как зеленоватый дымок от горящих корешков обволакивает их с Синем и тянется к вражеским рядам.


А потом вдруг ощутил, как его когти впиваются в землю, а крылья распахиваются за спиной, хотя он вовсе не собирался этого делать. Голова – тоже сама собой! – повернулась к Синю, и из пасти вырвались слова – чужие слова!


– А вот и крошки-шелкопряды, всегда хотела их заполучить. Один ещё и с огнешёлком! Как приятно, когда всё идёт по плану.


Синь обернулся, в его глазах плескалась паника. Его лапы тоже были прочно прикованы к земле, и никто из листокрылов не мог заметить со стороны ничего необычного. Но двое шелкопрядов понимали, что их тела захвачены кем-то – или чем-то. Похоже на парализующий яд, которым в ульях наказывали непокорных, только хуже, много хуже.


Воспоминания хлынули потоком. Дым окутывает войско листокрылов. Королева Секвойя и Белладонна с Крапивой захвачены точно так же. Лапы Синя направлены на лесную чащу, и огонь начинает пожирать деревья.


Тяжело дыша, Мечехвост скорчился в траве. Сейчас утро, а вчера они весь день сжигали Отравленные джунгли, единственное убежище листокрылов. Он вспомнил, как летал со специальным отрядом, чтобы разыскать тайный запас Дыхания зла, пока огонь не добрался туда. А потом отлавливал беглых листокрылов. Чужая воля безжалостно гнала его через дымящиеся заросли с рушащимися обгоревшими стволами в поисках Росянки, Сверчок и юной принцессы-наследницы. Вот почему сегодня всё тело болит и ноет, вот откуда царапины и ожоги. Просто чудо, что он не попался вчера в пасть какому-нибудь плотоядному растению.


Впрочем, ни одного пойманного листокрыла в памяти не осталось.


Мечехвост снова вскочил, не обращая внимания на боль в лапах. Покрутился на месте, окидывая взглядом лежащих драконов.


Сотни ядожалов, несколько листокрылов – но все незнакомые. Росянки не видно. Как же ей удалось не надышаться того странного дыма? Ах да, её же не было у костра… но куда она подевалась? Разыскивали вчера весь день и не нашли. Остаётся лишь надеяться, что её разум так и остался свободным. Тогда, может быть, и Сверчок, и другие листокрылы, не попавшие под дым, тоже уцелели. Только вот где они сейчас?


Он осторожно поднял лапу, потом другую – вроде бы слушаются. Голова казалась удивительно лёгкой, словно её всю ночь стискивали чужие когти, а теперь вдруг отпустили. Попробовал сделать шаг, другой, и двинулся сквозь траву к кустам, где мелькнул знакомый ярко-синий цвет. Неужто Синь?


Если найти Синя, можно попробовать улететь вместе. Получается, власть над ними не постоянная, а только на время. А может, не действует издалека, и тогда они попробуют перелететь море и освободиться навсегда.


Синь! Крылья и голова перемазаны сажей, но это точно он. Тревожно морщит лоб, но ещё не проснулся.


Мечехвост хотел подбежать к другу, но лапы внезапно онемели, прикованные к земле, а по чешуе пробежал холодок ужаса. Вот и всё, попался!


– Славно придумано, – ехидно прошипел его собственный голос.


Крылья сами собой прижались к бокам, лапы подкосились. Мечехвост упал в траву. Так близко к другу, но так далеко от самого себя.


Королева Оса не собиралась выпускать пленника из своих когтей. Впрочем, думать позволяла, а мысли читать, похоже, не умела. А ещё не могла запретить надеяться.


Пускай они с Синем застряли здесь, но Сверчок и Росянка ускользнули. Может, и Лунию они отыщут. А потом обязательно вернутся сюда, чтобы освободить друзей.


Главное теперь – выжить и дождаться.






Часть первая


Магия ледяных пещер





Глава 1





Самая юная королева в истории Ледяного королевства собиралась стать и лучшей. Величайшей королевой всех времён!


Она убережёт своих подданных от всех опасностей, они будут здоровыми, богатыми и счастливыми, и никто больше не умрёт ни от какой магической заразы, что убила старую королеву. Никто!


По крайней мере, пока ледяными драконами правит она, Снежна.


У Снежны был план, точнее, идея или принцип, но держалась за него королева всеми зубами и когтями.


Принцип такой: «Держаться подальше от чужих племён».


Не ввязываться больше в их дурацкие войны. Не встречаться с королевами, которые смотрят на ледяных свысока или с подозрением. А с ночными драконами не иметь дела никогда!


Никаких больше разговоров-переговоров с их коварством и ложью.


Ледяные драконы – великое племя, и оно не нуждается в чужаках. А подданные, которых тянет путешествовать, встречаться с другими племенами и учиться в их опасных, горючих академиях, пускай посидят в темницах изо льда, пока не образумятся.


Кое-кто из советников, увлечённый сомнительной идеей «межплеменного сотрудничества», уговаривал королеву отпустить желающих на Яшмовую гору, но Снежна искренне не понимала зачем. Как можно хотеть учиться в окружении чужаков, после того как те причинили племени столько зла? Более того, она надеялась, что те из ледяных, кто там уже учится, вернутся и расскажут, насколько академия убога и бесполезна, и тогда никто больше не пожелает туда лететь.


Она решила, что в её правление все ледяные драконы будут жить в родном королевстве, где она сможет за ними приглядывать. Остальные пусть летают, где хотят, но сюда не суются, у ледяных им никто не рад.


Принцип чёткий, ясный и справедливый, но следовать ему оказалось непросто.


К примеру, правительницы других племён не переставали слать предложения о союзах, взаимной торговле и даже учреждении совместных академий, подобных Яшмовой. Когда же заткнутся, наконец, эти Ореола, Рубин и Тёрн, неужто им со своими тупыми подданными забот не хватает!


Мешали и собственные советники, которые то и дело выступали с призывами «навести мосты с ночными драконами после столетий вражды и насилия». Видно, вспышка магического сочувствия во время последней битвы слишком засела у них в головах.


Кроме того, как узнать наверняка, кто из ледяных где находится и куда делись остальные – улетели из родных земель или просто попрятались, замышляя неизвестно какие тёмные дела?


Однако больше всего юную королеву беспокоило то, что к ледяным берегам летят сотни совсем уж непонятных чужаков из-за моря.


– Ты точно уверен? – спросила она снова.


Раздражённый вздох разведчик сдержал, но королева это заметила. Что за неуважение! Наказать его, что ли? Свирепая и могущественная, и притом лучшая из королев так и должна поступать. Наказывать за непокорность, за одну мысль о непокорности и даже за сокрытие такой мысли!


– Я видел разную чешую, – повторил дракон. – По большей части зелёную, но и многих других цветов… но чёрной – ни разу. Ночных драконов среди них нет.


Снежна тревожно мерила шагами балкон на самой высокой башне дворца. Ветер кружил ледяную крупу, солнце уже скатывалось за горизонт, окрашивая море и облака золотыми и оранжевыми переливами. Где-то там летели незваные гости, но сколько она ни приглядывалась, никого на фоне заката различить не могла.


А вдруг ночные перекрасились? Вдруг Мракокрад на самом деле не исчез, как бы ни убеждали чужаки с Яшмовой горы? Взял и замаскировал своих головорезов, а затем послал на север над морем, нарочно в обход, чтобы миновать магические ледяные стрелы с Большого утёса. Тогда очень скоро сюда нагрянут враги, и надо немедленно готовить оборону с запада. Это никакая не паника, а очень разумная предосторожность.


Однако разведчик уже смотрел так, будто сомневался в разуме своей королевы. Пришлось вспомнить о своём величии и принять такой вид, будто вторжение непонятных драконов – сущая ерунда для умелой правительницы.


– Тогда кто они, если не ночные? – спросила Снежна.


Дракон замялся, и тогда она ответила сама:


– Радужные! Ну да, в Пиррии есть только одно разноцветное племя, так что… Ну, может ещё и морские там, они же бывают зелёные. Летят вместе те и другие, вот и всё.


Выходит, радужные с морскими заключили союз, чтобы напасть со стороны моря. Хотят захватить трон, решили, что королева ледяных слишком молода и глупа. Да нет, что за ерунда – Ореоле ровно столько же лет, а правит сразу двумя племенами.


Ну хорошо, допустим, не из-за возраста и уж точно не из-за глупости. Вон какие здравые рассуждения, а следовательно, и все опасения более чем оправданны.


С другой стороны, радужные драконы уже сотни лет ни на кого не нападали, даже за Песчаное наследство не воевали. Какой тогда от них толк?


Если бы Ореола вознамерилась кого-то захватить, послала бы своих ночных, они обожают нападать и убивать, резать и грабить, разрушать, лгать и так далее.


Что же, получается тогда, что это королева радужных нашла способ перекрасить ночных и отправила их… Значит, всё-таки ночные!


Снежна устало потёрла лоб, в висках болезненно стучала кровь, будто кто-то втыкал туда ледяные сосульки.


– Я не… не думаю, что радужные с морскими решились бы нас атаковать, – робко заметил разведчик и тут же подпрыгнул от раздражённого окрика королевы:


– От тебя не требуется думать! Тоже мне, мыслитель нашёлся. Или тебя назначили в разведку по ошибке, недооценив твои гигантские мыслительные способности? С какой стати ты решил, что твои мысли должны меня интересовать?


– Я не… – запинаясь начал он.


– Вот именно, не мыслитель, а разведчик! Так что давай разведывай и возвращайся с настоящими, точными сведениями.


Дракон поклонился и улетел, а королева потом ещё долго гадала, не слишком ли с ним строга и как повела бы себя лучшая королева, и не была бы таковой одна из её сестёр, а потом ещё долго грызла себя за лишнее самокопание и, наконец, поняла, что на самом деле не перестаёт думать о чёрных ночных убийцах, улеглась и в отчаянии прикрыла глаза лапами.


Обернувшись, она увидела в дверях балкона свою тётку Тундру, которая удивлённо приподняла брови.


– Добрый вечер! – холодно бросила Снежна.


Нет, при чём тут паника, любая нормальная королева имеет право дать глазам отдых и вообще не обязана отчитываться в своих поступках. Все они королевские по определению, что бы там ни подразумевали чьи-то поднятые брови!


– Добрый вечер, ваше величество! – поклонилась тётка. – Время заняться Стеной рангов.


– Ну разумеется, – фыркнула Снежна. – Просто чудесно – и как вовремя! Моё излюбленное занятие.


К сожалению, сарказмом Тундру было не пронять, и никакой язвительный тон не помогал. Что бы ей ни говорили, советница смотрела с одинаковым ледяным выражением серых глаз. Вот и сейчас она лишь слегка поклонилась и протянула футляр, усыпанный драгоценными каменьями, где хранилась королевская корона.


Маленькой принцессой Снежна с нетерпением ждала, когда наденет корону Ледяного королевства. Алмазы, блеск, власть – то, о чём она всегда мечтала… вплоть до того дня, когда выяснилось, чем для этого придётся пожертвовать. А теперь она любила корону меньше всего на свете.


Ну, не считая разве что непроницаемого взгляда Тундры. Впрочем, появлялись они обычно вместе, так что можно было не любить и то и другое сразу.


С раздражённым вздохом Снежна открыла футляр и достала сверкающее, усыпанное алмазами пышное убожество из витого серебра с торчащими вверх спиральными шипами-сосульками. Весила корона, наверное, как небольшой белый медведь, и шея начинала болеть уже от одного её вида.


Впрочем, показать это подданным означало уронить достоинство. Надев корону, юная королева надменно задрала подбородок и махнула крылом, отправляя Тундру вперёд по коридору, но прежние мысли продолжали бурлить в голове.


Все говорят, что война окончена. Говорят, что Мракокрада больше нет. Уверяют, что ночные никогда больше не нападут… но разве все не могут ошибаться? Ночным доверять нельзя! Они хотят убить всех ледяных и всегда будут хотеть. Придумать бы способ поубивать их первыми!


Ожерелье из клыков небесных драконов на шее у советницы пощёлкивало в такт шагам. Снежна вновь на миг прижала лапы к глазам, прогоняя головную боль.


Став королевой, она будто попала в самое сердце нескончаемой бури. Каждый день составляла список дел и энергично расправлялась с ними по очереди, представляя каждое тающей снежинкой, но они копились быстрее, чем таяли, и всё копились, срастаясь в тяжкие морозные сугробы, грозящие завалить её с головой. А вечером, когда лапы уже в отчаянии опускались, являлась тётка Тундра со своим застывшим взглядом и объявляла, что пора заняться Стеной рангов.


Согласно древней традиции, королева ледяных в конце каждого дня рассматривала Стену со списком всех благородных драконов племени – все семь кругов ледяных рангов – и при необходимости передвигала их имена выше или ниже.


Каждый вечер! Ну кому это нужно, спрашивается?


Раньше Снежна считала этот «дар порядка» одним из лучших подарков родному племени, преподнесённых дракомантами. Проснувшись ещё до рассвета, она летела в центральный двор, чтобы узнать, как высоко стоит сегодня её имя. Благодаря упорному труду и учёбе принцессы оно поднималось всё выше и выше, пока не оказалось первым в отдельном списке драконят. Там и оставалось месяц за месяцем, если не считать тех нескольких тревожных дней, когда явились её двоюродные братья.


Потом Холод исчез, а имя Града переместилось на взрослую половину, и Снежна с триумфом вернулась на первое место. «Ты лучшая в целом королевстве, – уверяла её Стена каждое утро. – Самая удачливая и старательная, королева-мать так считает, потому и поставила над всеми остальными». А мать как будто продолжала: «Не волнуйся, я всегда помню о тебе, хоть мы уже и не спим в одной комнате. Ты замечательная дочь и не доставляешь мне хлопот».


Теперь всё стало иначе.


Стена уже не называла Снежну самой-самой, а только поторапливала: «Давай, принимай наконец решение, не возись. Хорошая королева, тем более лучшая, легко справилась бы, а ты отстаёшь». А мать больше ничего не говорила, ни как будто, ни на самом деле.


Имя Снежны теперь стояло отдельно, в королевском уголке, а задача определения рангов стала её работой. Королева уже начинала подозревать, что тот древний дракомант сотворил свой дар порядка из мести – рассердился за что – то на правительницу и выдумал такое вот орудие пытки, чтобы свести с ума её и всех преемниц во веки веков. А ведь когда-то Снежна думала, что ей понравится. Держать в когтях судьбу всех ледяных! Своей властью возвышать достойных и опускать противников. Только власть почему-то не ощущалась, а нудная работа угнетала невыносимо, как неподъёмная корона на голове.


Стоя под ледяным дождём, Снежна разглядывала Стену рангов. Лунный плод от Дерева света послушно висел над левым плечом, освещая ряды имён, а за спиной стояли в небе три настоящих луны, заливая серебристым сиянием центральный двор, сырой, холодный и пустой.


Как пусто здесь!


От болезни, что наслал на ледяных Мракокрад, умерло всего два десятка драконов, и тринадцать погибло в битве с ночными у Яшмовой горы, но дворец казался Снежне необитаемым, как будто умершая королева Глетчер забрала с собой всё племя.


На самом деле исчезла только сестра Снежны, а остальные обитатели дворца, возможно, просто избегали попадаться на глаза новой королеве. Может, так всегда бывает при смене власти?


– Кого вам будет угодно передвинуть, ваше величество? – напомнила о себе Тундра, прервав размышления королевы.


«Да уж! – поддержала её стена. – Твоя мать столько не тянула бы».


У Снежны заныло сердце… и почему-то зубы. Только этого ещё не хватало.


Каждый вечер одно и то же, даже когда одолевают вопросы куда более важные и срочные, чем утверждение рангов придворных. Например, что делать с сотнями подозрительных драконов, летящими через море в Ледяное королевство? Кто они такие, из каких племён, чего хотят? Как от них отбиваться, если всё-таки придётся?


Советница настойчиво кашлянула. Ах да, Стена рангов.


Морщась от боли в голове, Снежна поправила тяжёлую корону и снова глянула на список имён. За день она не видела и половины этих драконов, как решить, кто достоин повышения, а кто – нет? Когда тебя избегают или отвечают вежливыми банальностями, как узнать о ссорах, ошибках или, наоборот, успехах в этом крошечном мирке аристократов?


Как удавалось матери знать всё и обо всех?


Снежна украдкой бросила взгляд на тётку. Тундра потеряла своего супруга Нарвала в битве с ночными. Их дочь сидит в тюрьме, ожидая суда, один из сыновей удалился в изгнание, а другой приходит в себя после очень странного магического заклятия. О Граде и правда непонятно, что и думать: с виду вполне здоров, а внутри как будто весь размяк.


Тем не менее их мать нисколько не изменилась: ни горя, ни ярости, ни даже простого огорчения – хотя все знали, что она готовила свою дочь Хладну к законному поединку со старой королевой Глетчер в надежде занять трон и опередить Снежну. Теперь ни о чём подобном не могло быть и речи.


Юная королева надменно выпрямилась. Нельзя забывать о достоинстве ни на миг. Если бы ещё не так болели зубы!


Кстати, Града можно бы и повысить на ступеньку. Сегодня он ни в чём не провинился, да и Тундру это порадует, и она удовлетворится быстрыми и незначительными подвижками.


Снежна сжала когтями вырезанное во льду имя Града и сдвинула выше. Имя Тундры сохранило своё место в Первом круге, вполне законное, ведь её супруг пожертвовал собой, спасая новую королеву. Имя сестры самой Снежны тоже осталось в первом десятке, хотя Тундра никогда не переставала недовольно на него коситься. Куда бы Хрусталь ни улетела, она осталась принцессой. Не делала ничего предосудительного: не набирала войско для захвата трона и уж точно не пряталась где-то во дворце, ища случая отравить королеву. Может, что и замышляла, но понижать ранг за неизвестно какие мысли Снежна не считала справедливым. К тому же не хотелось порождать слухи, что она боится беглой сестры.


С надменно-усталым видом королева передвинула ещё несколько имён, как будто задача представлялась ей самой лёгкой на свете.


– В самом деле? – спросила Тундра, когда имя дядюшки Мерзлоты переползло на ступеньку ниже – за то, что пугал вторжением морских драконов на северные берега. Как будто у королевы и без того не болит голова! Встретив гневный взгляд Снежны, советница захлопнула пасть.


Наконец королева отступила на шаг, потряхивая усталыми лапами. Когти ныли, словно вот-вот рассыплются на кусочки – как всегда после работы со Стеной. Пройдёт, конечно, но всё равно неприятно.


– Это… окончательное решение? – осведомилась советница с ноткой сомнения в голосе.


– Да.


Сколько можно здесь торчать, надо срочно придумывать, как встретить летящих из-за моря! Пока о них знает только разведчик, да ещё песчаная Тушкана с границы, к которой Снежна летала просить о защите. Помочь заклятием та не могла, что-то испортилось в магии, а может, дракомантка соврала – так или иначе, пользы от неё никакой.


Надо справляться с незваными гостями самостоятельно, придумать какой-то план, но пока хождение взад-вперёд по тронному залу результатов не принесло. Всё равно, надо остаться одной – главное, подальше от надоедливой Тундры! – и думать, думать.


– Ты свободна, – бросила Снежна. Стащила с головы огромную корону и сунула в лапы тётке. Ф-фух, уже легче. – Уходи.


Тундра с поклоном удалилась, оставив в воздухе чуть ощутимую дрожь неодобрения. Она никогда не критиковала прямо действия юной королевы и не указывала, что ещё совсем недавно была вместе с Нарвалом главной помощницей королевы Глетчер. Не упоминала и о прошлых отношениях, когда Снежна больше всего боялась упасть в ранге и куда тщательнее выбирала слова в разговоре со старшими.


Едва ли Тундре было теперь приятно кланяться юной племяннице, а Снежна как будто нарочно только и делала, что рявкала на тётку и отдавала приказы. Слишком много навалилось дел, чтобы ещё добавлять в список «вежливость к тётушке Тундре».


В конце концов, королева имеет полное право ругать тех, кто заслужил, разве нет? Ну, может, и не всегда, а лучшая из королев – тем более. Может, собственный язык – главный её враг?


Снежна бросила взгляд на Стену рангов, но та молчала – ну конечно, как может стена говорить? – хотя явно вспоминала, какой вежливой была всегда королева Глетчер в отличие от своей дочери.


Нет, не сходит она с ума! Ощущать неодобрение со стороны магической стены – совершенно нормально, и любая здравомыслящая королева на это способна. Всё хорошо.


Во дворе за спиной что-то хрустнуло. Снежна резко обернулась, вглядываясь сквозь ледяную морось. Вроде бы всё как обычно – сыро и холодно… но не пусто.


Кто-то здесь прячется. Наблюдает за ней.






Глава 2





Мракокрад! Явился закончить своё чёрное дело. А может, другой какой-нибудь ночной… или вернулась Хрусталь? Кто бы ни был, это убийца, убийца!


– Эй, покажись! – крикнула Снежна. – Я знаю, что ты здесь. – Она набрала воздуха, готовя смертельный ледяной выдох, и бросилась, оскалив клыки, к Дереву света, на ветвях которого шевельнулась драконья фигура с расправленными крыльями.


– Стой, погоди! – завопила незнакомка. – Снежна, это же я! – Спрыгнув с ветки, она неловко плюхнулась между корнями, пытаясь то ли поклониться, то ли спрятаться за толстый ствол.


Внешность шпионки немного успокаивала. Чешуя серебристо-белая – значит, точно не из ночных, а у Хрустали нет такого узора из тёмно-синих чешуек. Королева остановилась, сглотнула, подавляя ледяной выдох, и присмотрелась внимательнее, узнавая наконец.


– Рысь?


– Ну да. Спасибо, что не заморозила. Привет, Снежна!


– Королева Снежна! – привычно рявкнула она.


Главная её соперница на занятиях и тренировках, особенно после пленения Града небесными, Рысь была всего лишь дочерью мелкого аристократа, но умной и трудолюбивой, любимицей учителей. Снежне сто раз хотелось придушить её.


– Ах да, конечно, – небрежно кивнула Рысь. – Королева Снежна. Извиняюсь.


Никакой вины она явно не чувствовала и вела себя, как всегда, вызывающе, будто им предстояла гонка вокруг дворца или диспут о тонкостях законодательства ледяных.


Королева раздражённо прищурилась. Рыси оставался год до перехода на взрослую часть Стены рангов, и в отсутствие Снежны и её двоюродных братьев никто не мешал выскочке твёрдо держать первое место среди драконят. Зато теперь Снежна могла одним движением когтя скинуть её хоть на самое дно Седьмого круга. Решит королева, что Рысь непочтительна и много о себе воображает, и вернёт на подобающее место в полном согласии со своими королевскими обязанностями.


– Что ты тут делаешь, шпионишь за мной? Нормальный дракон со здоровым страхом перед наказанием стал бы возмущённо отнекиваться, но Рысь виновато потупилась и развела крыльями.


– Ну, в общем, да.


– Что-о? – зарычала Снежна. – С какой это стати?


Неужто Рысь продалась ночным? А может, работает на заморских пришельцев – или на всех врагов разом? Небось ещё шлёт за границу весточки своему дружку Холоду и расписывает, какое убожество новая королева ледяных! А вдруг подговорила его собрать войско морских и напасть – непонятно, правда, зачем, но возможно же!


– Потому что волнуюсь за тебя, – вздохнула Рысь. – Снежна, с тобой всё в порядке?


Разум королевы словно обрушился и застыл немой бесформенной грудой, не в состоянии ничего измыслить после целых месяцев переживаний и воплей. Сколько ни спрашивай, ничего не ответит, словно очумелый морж, без толку болтающий ластами.


В глазах Рыси мелькнуло беспокойство.


– Снежна! Ты что… тебе плохо? – Она подалась вперёд и легонько постучала королеву когтем по лбу.


Снежна отскочила, гневно воззрившись на нахалку. Что за бесцеремонность! С королевой себя так не ведут… и не спрашивают, всё ли с ней в порядке. Никто себе такого не позволял – во всяком случае, с тех пор как она правит всем Ледяным королевством!


– Я королева, а значит, всё в порядке! – отрезала она.


– Ну… не обязательно, – заметила Рысь. – Может, даже наоборот.


– С чего вдруг ты об этом заговорила? – Снежна подозрительно прищурилась. – Хочешь сказать, что справилась бы лучше меня?


– Ой, да ну что ты! – Рысь забеспокоилась ещё больше. – Ни в коем случае! Я ни за что не захотела бы стать королевой.


– Правильным ответом, – холодно процедила Снежна, – было бы: «О нет, вы справляетесь великолепно, ваше величество».


– Да великолепно, кто же спорит!


– А вот теперь я тебе не верю!


Королева в гневе сорвала с дерева лунный шар и швырнула в окно дворца. Какой-нибудь придворный немало удивится, обнаружив у себя под потолком второй светильник.


Проследив печальным взглядом его полёт, Рысь снова посмотрела на Снежну.


– Больше всего меня тревожит, что ты теперь общаешься с одним только надутым злобным старичьём.


Королева невольно фыркнула: довольно точное описание её советников, которые вознамерились поучать новую неопытную правительницу.


– Меня небось тоже считают злобной и надутой, – заметила она.


– Иногда и за дело…


Нет, какая нахалка!


– …значит, надо привлечь к себе побольше нормальных драконов, добрых и приятных, от которых не болит голова.


– Вроде тебя, что ли? – хмыкнула Снежна.


– Нет-нет, я не гожусь. Попросишь меня, к примеру: «Принеси мне нарвала к завтраку», а я такая: «Да ну, отстань, тяжело тащить». Ты рассердишься, мол, живо давай, я твоя королева, а я отвечу, что некогда, свиток читаю интересный. Возьмёшь и казнишь меня, чего доброго. Ну ты же меня хорошо знаешь…


– Кстати, откуда тебе известно про мою голову? Ну, то есть… с чего ты вдруг взяла, что она болит?


– Ну… – Рысь задумчиво покачала хвостом. – Ты всё время хмуришься и морщишь лоб… Я вот всего-навсего учусь и тренируюсь, чтобы оставаться лучшей из драконят, а ты… тебе столько приходится делать всякого королевского, и не всегда приятного.


– Нет-нет, – прервала Снежна, вздёрнув подбородок. – Я прекрасно справляюсь с королевскими делами. Тебе было бы трудно, ты не из высокородных, а меня готовили всю жизнь.


– Не такую уж и долгую жизнь, – заметила Рысь, – лет двадцать должны были ещё готовить.


– Тебе-то откуда знать? Может, я собиралась вызвать свою мать на поединок – гораздо раньше, потому что уже давно готова!


От яркого сияния Дерева света слезились глаза. Снежна отвернулась и вновь подошла к Стене рангов, утирая слёзы лапой. Мать могла ещё править куда дольше двух десятилетий… если бы не подлый Мракокрад. Проклятые ночные!


Не замышляла она никакого королевского поединка, во всяком случае скоро. Думала, впереди ещё много лет и волноваться не о чем, тем более что сестра…


– Конечно, я точно не знаю…


Рысь догнала её и пристроилась рядом – вместо того чтобы почтительно отстать на несколько шагов! Как только она сдаёт экзамены – ни малейшего понятия о придворном этикете.


– …только предполагаю… но если поединок, то тебе пришлось бы опередить Хладну или кого-то другого. Может, и лучше, что всё так вышло – ты хотя бы получила трон мирно.


– Я могла взять его и силой, – нахмурилась Снежна, – стоило мне только захотеть.


В памяти всплыло недавнее прошлое. Королева Глетчер лежит на смертном одре, держит её за лапу и смотрит в глаза. С другой стороны сидят сёстры: прозрачные глаза Хрустали блестят в голубоватом лунном свете, маленькая Норка горестно всхлипывает.


– Не хочу, чтобы наше королевство повторило судьбу Песчаного… – Глетчер зашлась в приступе кашля. – Войне за Ледяное наследство не бывать. Вы хорошо меня поняли? Не бывать!


Норка послушно закивала, хотя где ей, двухлетней, было знать о великой войне: небось даже имена тех трёх песчаных претенденток – Огонь, Ожог и Пламень – ещё не выучила.


– Мы обещаем, мама, – протянула Хрусталь своим нежным голоском, кутаясь в вышитую шаль. Даже больная, она выглядела изящно. Они все тогда уже заразились, хоть ещё и не знали, что страшную чуму наслал Мракокрад. – Новой войны не желает никто.


Хрусталь сама дралась на войне за Песчаное наследство, но вернулась домой мало изменившись. Даже наоборот, казалась ещё мягче и спокойнее, чем прежде. То и дело рассеянно смотрела в окно, теряя нить беседы и, должно быть, вспоминая о всех смертях, которые успела повидать. Трудно было бы поверить, что сестра хочет ввергнуть родное племя в новые кровопролития.


– Мы устроим поединок, – сказала тогда Снежна, – и не станем впутывать в нашу драку мирных драконов. Всё решится за один день, как положено.


Одолела бы она сестру в честном бою? Хрусталь на три года старше и крупнее, но ленива и нерешительна, да ещё и болела тяжелее, чем сёстры, так что тогда Снежна, наверное, одолела бы. Только зачем? Погибших ледяных и без того слишком много, чтобы наращивать похоронный список собственными когтями.


Малютка Норка всхлипнула, и у Снежны заныло сердце. Вот уж кто не хотел бы драться за Ледяной трон.


– Нет! – прохрипела мать, свирепо сжав в когтях лапу дочери. – Никаких поединков тоже не будет. Я сама выберу новую королеву ледяных!


Старшая дочь нервно потёрла концы крыльев друг о друга, издав тревожное дребезжание. Снежну эта новая привычка сестры немало раздражала.


– Но… но как же… – сбивчиво начала она. – Так же не принято, традиция…


– Вы поклянётесь мне великими духами из глубин льда, – зарычала Глетчер, – что поддержите ту, которую я изберу! Поддержите и поможете ей спасти и сохранить наше племя. Никаких больше поединков, битв и войн! Вы хорошо меня поняли?


Старшие дочери переглянулись. Ну конечно, она выберет Хрусталь, с горечью подумала Снежна. Старшая самая спокойная и уравновешенная, драконы её любят. Не добилась высшего ранга, но и не расстраивалась по этому поводу. Выходит, если дать клятву, придётся отдать ей трон навсегда?


– Это надолго? – спросила Снежна. – По правилам, никто не может вызывать королеву на поединок в первый месяц её правления…


– Нет, не месяц! Племени нужно будет оправиться после чумы… – Все поняли недосказанные слова: «Если оно вообще выживет».


– Значит… – Снежна глянула на опущенную голову старшей сестры. – Значит, год?


Старая королева тихо вздохнула, будто метель пронеслась по замёрзшему озеру.


– Я вообще не хочу, чтобы вы дрались, – прошептала она, устало опустив веки, – никогда.


– Я не буду! – пискнула Норка. Порывисто вскочила на постель и забралась матери под крыло. – Никогда не нападу на них, обещаю! Я их люблю, и тебя, мамочка, люблю, и мы никогда не поссоримся, правда-правда!


Подняв голову, Хрусталь встретилась взглядом со Снежной. В спокойных небесно-голубых глазах старшей трудно было что-либо прочитать. Злилась ли она, что мать заставляет нарушить многовековую традицию поединков, или радовалась, что сможет править без всяких опасений?


– Я тоже клянусь, – серьёзно произнесла Хрусталь. – Никаких поединков, никогда. Как скажешь, мама.


– А ты, Снежна?


Той казалось, что острые когти выцарапывают слова у неё из глотки.


– Клянусь, – сипло выдавила она. – Я поддержу новую королеву… кого бы ты ни выбрала. Не стану бросать ей вызов. – А в голове крутилась предательская мыслишка: «Только пока, первое время, – и не хотела уходить, как Снежна её ни гнала. – Может, когда-нибудь настанет день…»


– Хорошо. – Королева Глетчер открыла глаза и поплотнее укутала крылом младшую дочь. Потянулась к сверкающей алмазной короне на столике у кровати. – Тогда вот вам моё последнее слово: новой королевой ледяных драконов станет… Снежна.


Потрясённая, занемев чешуёй от хвоста до кончиков крыльев, средняя дочь ощутила тяжесть шипастой короны, плотно охватившей виски. Взгляд Хрустали, смутно различимой за плечом матери, был, как всегда, непроницаем.


«Мать выбрала меня! – осознала наконец Снежна. – Я новая королева ледяных драконов… не Хрусталь, а я! Значит, посчитала, что я стану лучшей королевой! А вдруг мать ошиблась? Справлюсь ли? Теперь мне защищать королевство от ночных драконов и искать лекарство от чумы, пока не погибло всё племя… Я – королева Снежна!»


Хрусталь низко поклонилась ей, церемонно разведя крылья, пробормотала: «Поздравляю!» и с извинениями удалилась проверить что-то на кухне. Позже ночью, всё так же кашляя и кутаясь в шаль, она вновь сидела у постели матери, а вскоре королева Глетчер скончалась, успев рассказать наследнице – к сожалению, слишком поздно – о дракомантке, способной помочь.


На следующее утро Хрусталь исчезла неизвестно куда, и с тех пор Снежна её не видела. Как же не волноваться теперь, спрашивается?


Юная королева с подозрением взглянула на Рысь.


– Ты правда думаешь, что это к лучшему? Не хотела бы видеть королевой другую?


– Ты имеешь в виду Хрусталь?


Вот же тупая тюлениха, кто же так прямо называет!


– Я мало её знаю. Когда я поднялась в ранге и стала жить во дворце, она уже улетела воевать. А потом, когда видела её, всякий раз мне казалось, она что-то скрывает.


– Каждый что-то скрывает, – фыркнула Снежна.


– Только не я. – Рысь задумчиво почесала подбородок.


– Ты за мной шпионила!


– Да, но не слишком удачно.


Снежна устала мокнуть под дождём у Стены. Влетела под ближайшую арку дворца и отряхнула воду с крыльев на ледяной пол. Здесь было чуть теплее, но сохнуть всё равно придётся долго.


Рысь последовала за королевой в бальный зал. Двое слуг меняли потускневшие лунные шары в канделябрах, но, заметив свою повелительницу, вернее, её мрачное настроение, бросили работу и выпорхнули через балкон. Снежна проводила их хмурым взглядом.


– Я плохо знаю Хрусталь, – продолжала Рысь, – но хорошо знала блестящий ум королевы Глетчер. Она выбрала тебя, и мне этого достаточно.


– Ах вот как? – развернулась к ней Снежна. – Значит, по твоему мнению, я недостаточно хороша, и ты верна мне только потому, что так решила моя мать?


– Три луны! Снежна, ты что? – отшатнулась Рысь. – Ты станешь замечательной королевой, я уверена! Только заметила, что вокруг тебя собрались всякие жуткие типы, а на драконов, которые тебя любят, ты только и делаешь, что орёшь.


– А, понятно. Ты меня любишь? Огромное спасибо, мне только этого не хватало.


– Вот ты иронизируешь, – хмыкнула Рысь, – а между прочим, как раз этого тебе больше всего и не хватает, тюленья ты башка!


– Как ты смеешь обзывать королеву тюленьей башкой?! А ещё про любовь что-то говорила! Эй, где мой палач? Почему его нет, когда он нужен?


– Да нет у тебя никаких палачей, – отмахнулась Рысь. – Слушай, Снежна, давай в море поплаваем, а?


– Вот уж чего мне точно не хочется! – прорычала королева, хотя плавать в прежние времена просто обожала. Неужто Рысь помнит? – Нет у меня времени на всякие глупости! Я управляю королевством, если ты ещё не заметила.


– Почему бы тебе не передохнуть? Почувствуешь себя лучше.


Снежна вонзила когти в ледяной пол.


– У меня нет времени лучше себя чувствовать! – процедила она сквозь сжатые зубы. – Моя сестра прячется где-то – может, и убить меня хочет. Магия дракомантов не работает – совсем! – да ещё к тому же сотни неизвестных злобных драконов летят вот прямо сейчас с моря к нашим берегам! Будут здесь уже завтра – и наверняка что-то задумали. Не знаю, что именно, но хорошего ждать не приходится. Может, летят убивать нас всех! Ну конечно, сейчас самое время лететь купаться!


Рысь удивлённо заморгала.


– Ну… это же не просто так, а для твоей пользы.


– Палач!!!


– Великие ледяные духи! Снежна, прекрати. – Рысь взяла её за лапу. – Расскажи лучше, что за неизвестные к нам летят.


– Это совершенно секретные сведения, – надменно фыркнула королева. – Низкородным драконятам их знать не полагается.


– Мне кажется, тебе непременно надо с кем-то посоветоваться. Я никому-никому не проговорюсь, обещаю!


Слова вырвались у Снежны словно сами собой:


– Драконы, непонятно кто такие. Их сотни. Летят к нам прямо сейчас…


– Это я уже поняла, – перебила Рысь. – Ты имеешь в виду настоящих драконов, не воображаемых? – Увидев, что королева вновь раздувается от возмущения, она быстро поправилась: – То есть нет, я поняла и верю: сотни неизвестных… но откуда они летят?


– Понятия не имею, в этом-то и проблема! Точнее, одна из них. Может, Хрусталь собрала войско и хочет меня свергнуть, а может, ночные решили довершить своё чёрное дело после чумы… или Коралл с Ореолой заключили союз и летят воевать против нас.


– Зачем?


– Потому что нас все ненавидят! – выкрикнула королева, вырывая лапу из когтей Рыси.


– Снежна, все только недавно перестали воевать! Ни она королева в Пиррии не полезет сейчас в новую драку. Послушай… откуда ты вообще узнала об этих сотнях неизвестных?


– Разведчик доложил. Он патрулировал над западным морем и заметил их издалека. Пока они остановились на каком-то островке, но уже готовятся лететь дальше.


Рысь задумчиво почесала голову между рогами, как делала в школе, когда попадалась особо трудная задача.


– Издалека, говоришь, видел, над западным морем? – Она вдруг с любопытством вытаращила глаза. – Три луны! Снежна, а вдруг они с Затерянных земель?


Королева насмешливо фыркнула.


– Ну и кто из нас тюленья башка? Не понимаю, как ты только сумела обойти меня на экзаменах? Затерянных земель не существует, они просто миф!


– А вдруг нет, и к нам летят сотни живых доказательств? – Рысь подпрыгивала от возбуждения, хотелось обрушить на неё ледяную гору.


– По-твоему, это лучше? Драконы с нового континента хотят вторгнуться в моё королевство! Отнять земли и сокровища! Вдруг у них особые сверхспособности, чтобы поубивать нас всех? А вдруг они несут с собой какую-нибудь новую чуму? Ты об этом подумала, Рысь? Заразят, и мы все умрём!


– Ну, пока ничего не известно, волноваться рано, – возразила Рысь наставительно, отчего Снежне вновь хотелось заорать.


– Ничего не рано! Я волнуюсь прямо сейчас!


– Ну ладно, ладно… но вдруг они летят с миром?


Чешуя у королевы встала дыбом, будто хотела оторваться от тела и взлететь кверху. Хотелось вопить и топать лапами. Ну как эта дура не поймёт, сколько всего ужасного им грозит!


– Снежна… – Рысь ласково обняла её за голову крыльями, словно серебристо-белыми шторами с синим узором, и заглянула в глаза – это было дерзко, но почему-то успокаивало.


– Королева Снежна! – Как приятно не видеть дворца. Вот бы оградить так всё племя от всего, что угрожает снаружи!


– Королева Снежна, – отозвалась Рысь послушным эхом. – Ты сказала, прилетят завтра? Давай тогда и мы полетим на западное побережье им навстречу. Узнаем, кто такие и чего хотят, а раньше времени паниковать не станем. Если и есть основания, всё равно потом будет легче.


– Мы? То есть я со всем войском ледяных?


– Нет, только ты и я… ну, охранника ещё возьми, если хочешь.


– Ужасный план! Хуже не придумаешь.


– Наоборот, очень дельный, – улыбнулась Рысь. – Встречаемся на рассвете у главных ворот!


Она легко потрусила прочь, будто в жизни не знала никаких неприятностей, а Снежна осталась мрачно разглядывать стены зала. Сквозь полупрозрачный лёд медленно падали мерцающие бледно-голубые снежинки, отражая погоду снаружи – магический дар красоты от древнего дракоманта, полностью лишённого практичности.


Почему бы не дар непобедимости, дар королевского всемогущества или дар сокрушения врагов одним взмахом когтя? Как несправедливо – и даже подозрительно! – что магия дракомантов дала сбой как раз, когда мать рассказала о Тушкане. Хоть бы один ещё дар получить, ведь столько хороших идей!


Знали же дракоманты об опасности других племён две тысячи лет назад, построил же кто-то Большой ледяной утёс для защиты от них, неужто и теперь не нашлось бы таких мастеров?


Королеву вдруг осенило. Ну конечно! Блестящая мысль. До того как племя ледяных потеряло последнего дракоманта, принца Арктика, были и другие, каждый со своим магическим даром. Вот куда надо срочно сходить – в Запретную сокровищницу!






Глава 3





По большей части сокровища королевства, включая ненавистную Снежне шипастую корону, хранились в особо охраняемом подвале. Была, однако, и другая сокровищница, известная лишь немногим, о которой упоминали шёпотом. В ледяную пещеру глубоко под дворцом вёл только один тайный ход из личных покоев королевы, и никто, кроме неё и принцесс, не бывал там многие сотни лет, а может, и никогда. Даже о самой реальности Запретной сокровищницы знали только правящие особы.


Был это некий «дар секретности» от древнего дракоманта или тогдашняя королева приказала своим слугам вырыть пещеру собственными когтями, Снежна понятия не имела. Наверное, не знала и её мать, королева Глетчер. Теперь уже и не спросишь.


У двери в королевские покои сидела рядом с двумя стражами крошка-принцесса. Большие тёмно-синие глаза, снежно-белая чешуя с серыми щетинистыми разводами по краям крыльев, похожими на мех. Солдаты весело с ней болтали, но при виде королевы вытянулись в струнку. Норка тоже вскочила и радостно бросилась навстречу.


– Привет, Снежна! Вот… это для тебя, я сама сделала!


Она полезла в мешочек на боку и вытащила гладкий кусочек льда, тщательно вырезанный и обточенный, но неправильной формы. Малютка со стеснительной гордостью протянула своё изделие сестре.


– М-м… спасибо большое, – протянула Снежна, вертя в лапе подарок и пытаясь понять, где верх, где низ. – Очень красиво.


– Это норка! – объявила малышка. – Как я, только настоящая, не только по имени. Видишь, вот у неё усики, а вот ушки!


– Да, вижу, – с сомнением кивнула королева.


– Я хотела показать, что люблю тебя, – робко добавила Норка.


Всё бы хорошо, но маленькая принцесса любила буквально каждого обитателя дворца, и почти каждому наверняка досталось подобное признание в любви. Во всяком случае, в королевских покоях таких плохо узнаваемых ледяных фигурок валялось великое множество.


С тех пор как Снежна взошла на трон, она мало видела свою сестрицу-болтушку. Образованием младшей принцессы ведали специально назначенные драконы, и занятия, должно быть, шли своим чередом и после смерти королевы-матери. Едва ли повседневная жизнь Норки хоть сколько-нибудь изменилась.


– Спасибо, – повторила Снежна, ощущая любопытные взгляды стражей. – Знаешь, сейчас я очень занята, так что…


– А можно мне войти с тобой? – умоляюще взглянула малышка. – Я так скучаю по мамочкиной комнате…


– С чего это вдруг? – нахмурилась королева.


– Я… я часто спала там, когда боялась оставаться одна.


Похоже на неё. Сама Снежна ни за что бы не решилась сунуться к матери посреди ночи. Мигом понизили бы в придворном ранге, сразу на несколько ступеней. Умение спать в одиночестве входило в список требований для драконов Первого круга.


Только Норку это нисколько не волновало. Не будь она всеобщей любимицей, прозябала бы небось в Шестом круге всю свою жизнь.


– Ты не можешь больше там спать, – наставительно сказала Снежна, – это моя комната. – Не хватало ещё плюс к постоянной бессоннице возиться с непоседливой ящеркой-балаболкой.


– Я знаю, – горестно опустила крылышки Норка, – просто хотелось ещё раз побывать.


Королева вздохнула. Если отослать её сейчас, стражники всем во дворце раззвонят, какая бесчувственная грымза уселась на материнский трон. Неразумно – лучшая из королев такого бы не допустила.


А кстати, о Запретной сокровищнице пора бы уже узнать и Норке. Саму Снежну мать водила туда лишь раз, ещё четырёхлеткой, а за три года до того показывала тайный ход Хрустали. А вот Норку сводить не успела, слишком та была мала.


Пора, определённо пора. Старшая сестра исчезла, и если вдруг со средней что-нибудь случится, семейный и государственный секрет будет утерян навсегда.


Снежна зябко повела крыльями. Странно думать о крошке Норке как о своей единственной наследнице – это как же ей, интересно, передавать королевский опыт, если его нет, а терпения и времени нет тем более? Да и сама Норка, похоже, не наделена качествами строгой правительницы.


– Ну ладно, заходи, – буркнула Снежна. Малютка счастливо пискнула, влетая в покои прежде сестры. Королева обернулась к стражам: – Никого не пускать до рассвета!


Спокойно и властно получилось или истерично и взбалмошно? Повела бы себя так лучшая из королев? Во всяком случае, солдаты никак своего отношения ни выказали, так и остались недвижны – а вдруг хихикают про себя?


В центре королевской опочивальни возвышалась огромная кровать, искусно вырезанная из цельной глыбы льда, чтобы соответствовать формам лежащего драконьего тела. Когда Снежна вошла и закрыла за собой дверь, маленькая принцесса запрыгнула на постель и стала вертеться, устраиваясь поудобнее.


Юная королева так и не спала ещё на королевской кровати, не воспринимая её как свою, и не знала, сможет ли когда-нибудь. Чаще всего в истории королевы всходили на трон, убив предшественницу на поле битвы, на арене или в залитом кровью тронном зале на глазах у придворных. Им не приходилось видеть, как мать слабеет и уходит в смертный мрак на том самом месте, где им предстоит потом спать.


Для ночлега вполне годятся инкрустированный драгоценностями письменный стол, лежанка из шкур белого медведя в углу или ледяная ванна в соседней комнате. Не так удобно, если честно, но нормально, и вообще, правильная королева не станет жаловаться на удобства, ей и времени на сон остаётся меньше, чем бездельникам и лежебокам!


– Слезай! – велела она Норке. – Я тебе кое-что покажу.


Малышка послушно спрыгнула с кровати, в больших тёмно-синих глазах вспыхнуло любопытство.


Снежна упёрлась лапами в потайную панель у основания кровати и сильно нажала. Вся гигантская глыба льда беззвучно отъехала в сторону, открывая в полу просторный ход, уходящий в глубокую тьму.


– Ой! – восторженно выдохнула Норка. – Вот это да! Зачем тут дыра? Как интересно!


– Это большой королевский секрет, о нём больше никому нельзя знать.


Норка уныло повесила голову.


– Значит… тогда и мне нельзя.


– Ну… – задумчиво покачала головой Снежна. – Не обязательно, ведь когда-нибудь и ты можешь взойти на трон – вдруг со мной что-нибудь случится.


– Нет, не хочу! – с ужасом воскликнула малышка. – Как это? Что с тобой случится?


– Ничего! – фыркнула Снежна. – Я буду править королевством ещё сотни и сотни лет… но на всякий случай ты должна знать. Бери свой лунный шар и лети за мной!


Она сжала в передних лапах свой собственный светящийся шар, расправила крылья и нырнула в тайный ход. Искрясь в голубоватом призрачном свете, вниз уходили отвесные ледяные стены. Спускаясь кругами, Снежна вглядывалась во тьму внизу, и наконец впереди блеснула ледяная поверхность. Взмахнув крыльями, королева замедлила полёт и вскоре мягко опустилась на гладкий пол. Отпустила световой шар, и тот вернулся на положенное место над плечом. Рядом с лёгким стуком приземлилась Норка.


– Великие духи! – в страхе прошептала она, пытаясь спрятаться под крылом у старшей. – Где это мы?


Одно дело просвещать младшую сестру насчёт государственных тайн, и совсем другое – баловать всякими нежностями. Правильной королеве не до того. Снежна решительно отодвинулась и шагнула вперёд, в тёмный коридор.


– В Запретной сокровищнице, – объяснила она. – Никому не говори, где она и как в неё попасть! Здесь хранятся самые важные секреты и магические предметы, которыми может пользоваться только королева. – Она вдруг осознала, что эхом повторяет слова матери, сказанные недавно на этом самом месте.


– Я никому не расскажу! – выдохнула Норка. – Правда-правда!


Слежавшийся тёмный лёд стен сверкал в свете шара серебристыми прожилками и вросшими пузырьками воздуха. Коридор был закручен спиралью наподобие морской раковины, сходясь к центру, а через каждые несколько шагов в стене на уровне глаз встречались неглубокие ниши. Точнее, на уровне глаз взрослого дракона, и Снежне приходилось вытягивать шею, чтобы заглянуть, а маленькая Норка даже не смогла бы без помощи крыльев.


Первые две ниши оказались пустыми – как и в прошлый раз, с матерью. Неизвестно, что хранилось в них прежде, а может, пустовали в ожидании новых даров от дракомантов, которых так и не случилось – из-за проклятых ночных!


В третьей нише что-то блеснуло в свете шара, и Снежна задержалась. Там лежала изящная, тонкой работы тиара – гораздо меньше и легче ужасной короны и уж точно красивее на вид.


Так, посмотрим… Королева приблизила шар к стене, где были вырезаны во льду слова:


ДАР СИЛЫ – ПРИМЕНЯТЬ С ОСТОРОЖНОСТЬЮ




Ого! Звучит многообещающе, подумала Снежна, и применить наверняка придётся. Интересно, силу получит всё королевство или только тот, кто носит? Подумав немного, она достала тиару и надела.


Ничего эффектного не произошло, она чувствовала себя такой же, как и прежде, даже тиара на голове почти не ощущалась.


– Что скажешь? – повернулась она к сестре.


– Какая красивая! – просияла Норка. – А можно мне примерить?


– Нет, ни в коем случае! – отрезала Снежна. – Здесь всё только для королевы. Можешь смотреть, но трогать нельзя, поняла?


Малышка огорчённо повесила крылья, и Снежна быстро отвернулась, чтобы не видеть позорных для ледяной слёз.


– Идём посмотрим, что тут есть ещё, – бросила она и поспешила вперёд. Сестра, цокая коготками по твёрдому льду, трусила позади.


В следующей нише лежал скипетр из тёмно-синего камня, инкрустированный алмазами. Снежне он сразу не понравился и почему-то напомнил о ночных драконах.


ДАР КОМПРОМИССА




Нет уж, спасибо! Снежна яростно топнула лапой. Даже не стала читать продолжение надписи, которое растянулось на полстены. Ледяному племени не нужны никакие компромиссы, а только сильная королева, которая владеет ужасной, потрясающей воображение магией. К примеру, пускать молнии прямо из когтей, или вырастать втрое, или рассыпать хвостом ядовитых скорпионов. Компромиссы, вот ещё выдумали!


Норка расправила крылышки, чтобы вспорхнуть и тоже заглянуть в нишу, но сестра уже спешила вперёд.


– Это нам не нужно! – обернулась она на ходу, подбегая к новой нише.


Там лежало кольцо странноватого вида с молочным опалом, который переливался розовым, золотистым и зеленоватым. Вокруг камня переплетались серебряные драконьи хвосты.


Кольцо словно завораживало. Снежна долго вглядывалась в камень, различая всё больше оттенков цвета. Надпись на стене под нишей гласила:


ДАР ВИДЕНИЯ




На сей раз никаких пояснений и подробностей. Неужто просто-напросто лучшее зрение? В принципе, полезно, хоть и не град из скорпионов – поможет хотя бы разглядеть издалека этих таинственных летящих драконов. Вдруг удастся понять, кто они такие, ещё до встречи на берегу Ледяного королевства?


Она взяла кольцо и надела на левую лапу. Великовато, рассчитано опять-таки на взрослых и крупных. На настоящую королеву… Снежна тяжко вздохнула. Всё, хватит этих мыслей! Она королева, и дар предназначен ей, а значит, настоящая.


Ещё одна ниша. Пусто. Надпись на стене кем-то грубо стёрта, и уже очень давно. Наверное, в истории что-нибудь про это написано, но где королеве взять время на исторические изыскания? Не до того. Три луны!


А вот эта ниша явно поздняя: не вырезана аккуратно во льду, а вырублена и на другом расстоянии. Внутри – что-то странное и бесформенное из серебра, а корявая надпись гласит:


ЧАСТЬ ДАРА ПОНИМАНИЯ




В самом деле странно! Почему часть, где остальное? Так или иначе, пользы никакой – что ещё за понимание?


Королеве становилось не по себе. Стены загибались всё круче, центр спирали уже близко. Где самый важный дар, хоть что-то, способное разом уничтожить войско захватчиков и спасти родное племя?


К чему тогда вообще дракоманты? Бесполезные идиоты!


Впрочем, следующее сокровище выглядело куда перспективнее. Пара серебряных браслетов с алмазами, а внизу написано…


Она прочитала и довольно улыбнулась. Не совсем то, что требуется, но хотя бы обещает незваным гостям неприятный сюрприз.






Глава 4





На рассвете Снежна явилась к главным воротам дворца с пятью стражами. Она королева, делает что хочет, и не какой-то там Рыси решать за неё, вот!


Рысь уже ждала за воротами, вид у неё был возмутительно свежий и отдохнувший. Вытаращила глаза на пятерых солдат, но не стала ничего говорить, так что королеве не пришлось ставить её на место прямо с утра.


Они поднялись в воздух и двинулись к юго-западному побережью, где в море выдавался самый дальний мыс. Дальше простиралась одна сплошная вода. Даже если есть там, на той стороне, другой континент, полный опасных драконов, то как они могли добраться сюда… и почему именно сейчас?


Сейчас, когда королевой стала она, Снежна. Может, дошли до них слухи, что королева молода и неопытна, вот и решили воспользоваться случаем и напасть?


Такие мысли крутились в голове у королевы всё время полёта. Солнце поднималось всё выше, заставляя нетронутые сугробы, наметённые ветром, блестеть и искриться. Здесь было так прекрасно и чисто, никаких дворцовых заговоров, магических болезней и неблагодарных подданных.


– Ты выглядишь уставшей, – начала разговор Рысь немного погодя.


– Изменнические разговорчики? – фыркнула Снежна. – Я королева и всегда выгляжу прекрасно.


– Ты вообще спала ночью?


А спала ли она когда-нибудь в последнее время, или сознание лишь погружалось неглубоко, где тревоги чуть размывались, но зато в сонном мраке бродили зловещие тени ночных драконов, замышляя кровавые убийства? Какой сон, если проснулась ещё более утомлённой, чем вчера, да и проснулась ли? Может, просто беспокойство стало таким сильным, что глаза распахнулись сами собой, а рассвет всего лишь заменил туманную дымку смутной тревоги ревущей бурей неотложных хлопот.


Прошлой ночью она даже не пыталась уснуть.


– Нет, – ответила она правду, – я была очень занята.


– Чем? – Рысь глянула искоса, с любопытством.


– Наверное, тебе трудно представить, но королеве всегда есть чем заняться.


– Даже когда все вокруг спят? Ну скажи, что ты делала ночью?


Снежна взмахнула крыльями, перестраиваясь в воздушных потоках.


– Проверяла сокровищницу. – Пусть думает, что речь об обычной дворцовой. – А потом долго-долго пыталась отправить спать одну маленькую принцессу с тюленьими глазами, но она в конце концов уснула в моей постели прямо посреди моих уговоров, что было очень невежливо с её стороны.


– А, сокровищница, – кивнула Рысь. – Вот почему ты такая сверкающая сегодня. Хочешь поразить чужаков своим королевским великолепием? – Она указала кончиком хвоста на драгоценные украшения Снежны.


– Ну конечно, ведь на большее у меня ума не хватит.


– Опять иронизируешь… Тогда зачем всё это?


Королева подняла передние лапы, где алмазные браслеты соседствовали с ножнами метательных ножей. На рогах плотно сидела тиара силы, а на левом когте – опаловое кольцо видения. Кстати, видеть лучше она не стала – может быть, кольцо не начинало действовать само собой?


Если Рысь сама не догадается, зачем понадобились драгоценности, тогда нечего и назначать её новой советницей, не доросла.


Едва возникла эта мысль, в глазах Рыси мелькнуло понимание.


– Слушай, Снежна… – Она понизила голос, хотя кортеж стражников окружал их на почтительном расстоянии. – Так это ты в Запретной сокровищнице была? Драгоценности зачарованные, да?


Королева загадочно усмехнулась, глядя, как солнце играет в гранях молочного опала.


– Я рада, что твои мозги всё-таки на что-то пригодны.


– Но… но туда же нельзя, она запретная! Так и называется. Оттуда ничего нельзя брать.


– Как это нельзя? Королеве можно всё! А я как раз королева, если ты ещё не поняла. Я единственная, кто имеет право там бывать – сокровищница моя!


– Да, но ведь не случайно сокровища там запретные.


– Только для драконов, которые не умеют правильно их использовать. Королеве можно! А кроме того, ситуация чрезвычайная – когда же, как не сейчас?


– Чрезвычайная? – озадаченно переспросила Рысь, пропуская взмах крыльев.


– Ты что, не слышала? – рассердилась Снежна. – Магия дракомантов больше не работает, новых заклятий наложить нельзя. Нам нечем иначе защититься от вторжения!


– Насколько я знаю, дракомантов у нас нет уже две тысячи лет, после принца Арктика.


Снежне не хотелось говорить ей о Тушкане, капризной песчаной дракомантке, которую нашла королева Глетчер. Остановить магическую чуму Тушкана уже не смогла, а потом оказалась вообще бесполезной – как назло, в самое трудное время.


А может, и чужаки из-за моря об этом узнали, потому и летят сюда? Или… вдруг это они и нарушили магию дракомантов?


– При чём тут Арктик? – зашипела Снежна. – Не лезь в государственные секреты, и вообще, самое главное то, что я решила использовать наш неприкосновенный запас. Вещам из Запретной сокровищницы тысячи лет, там дары от многих древних дракомантов, и если хоть один из них теперь поможет спасти племя, моё решение мудро и правильно!


– Не помню, чтобы королева Глетчер когда-нибудь их надевала, – осторожно заметила Рысь.


– Должно быть, мудрости не хватило. Додумалась бы вовремя, может, все последние беды на нас и не обрушились бы, и сама осталась жива.


Снежна отвернулась, скрывая слёзы. Мысль о магии, погребённой в глубоком склепе, так и не использованной, брошенной, забытой, вызывала зуд в когтях и желание кого-нибудь порвать.


– Ну хорошо… а что эти драгоценности могут? – спросила Рысь.


– Не скажу.


– Но сама-то ты знаешь? – Рысь явно волновалась. – Умеешь ими управлять?


Королева бросила на неё уничтожающий взгляд.


– Ну конечно, умею! Там было почти про каждую написано.


Она метнулась вперёд, следя за мелькнувшей внизу тенью, но это оказался всего лишь белый полярный заяц, и выглядел он как обычно – дар видения, похоже, зрения пока не улучшил. Выдохся от времени? Может быть.


– Почти? – хмыкнула Рысь, догоняя. – Снежна, а вдруг они опасные?


– Очень надеюсь! Как раз это от них и требуется. Ты забыла, что мы ждём вторжения чужаков и нам нужна защита? Лучше всего было бы встретить их с войском.


– Ты сама страшнее любого войска, – с тревогой пробурчала Рысь, – даже без всякой магии.


Королева насмешливо фыркнула.


– На мне всего-то семь видов оружия, и то обыкновенное, не магическое. Чтобы отбить атаку, нужны тысячи!


Рысь взглянула на свои когти, как будто только сейчас осознала, что другого оружия при себе не имеет.


– Правда? Целых семь?


– Ну да. – Снежна показала на копьё за спиной, метательные ножи в ножнах, затем на чехлы под крыльями на доспехе и мешочек на шее. – Ещё метательные звёзды, яды и прочее.


Кое о чём она упоминать не стала, на всякий случай. Вдруг Рысь всё-таки работает на Хрусталь или ночных, или у неё свои какие-то тайные мотивы напасть на свою королеву вдали от дворца. То-то уговаривала взять с собой только одного охранника – так вот тебе пять, ха-ха!


– Опять голова болит? – сочувственно спросила Рысь.


– Нет. – Снежна поспешно отдёрнула лапы от висков. Не опять, а всегда, подумала она, а некоторые подозрительные особы ещё и добавляют своими вопросами! – Что это там? – Внизу вдоль утёса над побережьем потянулись ряды каких-то ледяных строений.


– Пограничный посёлок… кажется, Крачкины гнездовья.


– Надо будет издать королевское повеление, – проворчала Снежна, – чтобы все названия были из одного слова.


У неё до сих пор ныли когти от воспоминания о годах, проведённых над картами, списками поселений и письменными работами по географии. Сколько времени можно было бы сэкономить, называйся, скажем, Поющие по ночам киты просто Китами! Если не путать их, конечно, с Выпрыгивающими на рассвете китами.


– Да, было бы полезно, – горячо поддержала Рысь, – особенно для несчастных драконят с их учебными заданиями.


– Кажется, твоё убогое поместье тоже где-то здесь рядом, – заметила королева.


Рысь печально глянула налево.


– Да, над Зелёными пустошами, там живёт мой отец, но я… я давно его не навещала.


– Он в каком круге, Шестом?


– Уже два года в Пятом.


Ясное дело, за успехи дочери при дворе.


– Погоди, – ехидно прищурилась Рысь, – разве не запрещено заводить разговоры о рангах с королевой?


– Только если она не сама их заводит! Ты не можешь просить меня их поменять, вот и всё. Впрочем, это бесполезно, я всё решаю сама!


– Замечательно, если так, – кивнула Рысь. – Вообще-то, не очень понятно, почему Тундра с Мерзлотой до сих пор так высоко, они такие противные… но раз это твоё собственное решение, то всё в порядке.


– Тоже решила поиронизировать? – сверкнула глазами Снежна.


– Да что ты, разве я посмею?


– Ваше величество, – перебил один из стражей, подлетая ближе, – там что-то виднеется.


Королева взмахнула крыльями, догоняя вперёдсмотрящего. Прищурилась на дальний морской горизонт по ту сторону заснеженных утёсов.


Сначала казалось, что там просто безобидное облачко над волнами, однако, приглядевшись, она различила множество отдельных пятнышек, мерцающих в солнечном свете всевозможными цветами – золотистым и розовым, зелёным и синим.


Ужас пронзил всё тело от рогов до хвоста, словно от удара отравленным шипом песчаных или при виде десятка ночных, атакующих разом. Вспомнилось, как склонился перед ней кобальтово-синий полукровка и протянул золотую серьгу с янтарём. «Сожалею, что не смог прилететь раньше, ваше величество, – сказал он тогда, – и не успел помочь вашей матери, но спасу хотя бы вашу жизнь, если вы наденете это. Чума вызвана заклятием, и наслал его ночной дракомант по имени Мракокрад, чтобы убить всё племя ледяных драконов».


– Они летят убивать нас! – выкрикнула Снежна, резко разворачиваясь в воздухе и едва не сталкиваясь с Рысью. Стражники тревожно заметались вокруг, в панике вглядываясь в морской горизонт.


– А может, не убивать, – взмахнула крыльями Рысь. – Откуда известно, что убивать? Вот узнаем, тогда и начнём пугаться.


– Тогда станет уже поздно! – свирепо обернулась Снежна. – Надо напасть первыми, всем войском, как только они сядут на берег.


– Нет-нет, не надо первыми! Вдруг удастся разойтись мирно, а так мы сразу всё испортим. Послушай, ведь собрать войско можно быстро. Если они опасны, отступим в поместье моего отца и поднимем тревогу… а паниковать ещё рано!


Снежна яростно зашипела, но в словах Рыси был толк. Королеве не пристало выказывать страх при солдатах, да и вообще никогда. Никто не видел, чтобы Глетчер впадала в панику, ни в годы войны, ни в начале чумы.


Только вот почему? Ведь так много страшного вокруг! Разве мать не тряслась в душе за будущее племени, истерзанного войной, не волновалась, как оно выживет в борьбе с ночными, которые нас ненавидят и притом заграбастали себе всю магию дракомантов?


Всё, хватит думать о ночных! Таинственные чужаки – вот главное сейчас.


– Никто и не паникует, – отмахнулась хвостом Снежна, – и нечего лезть к королеве с поучения ми! Ты только раздражаешь меня своей непочтительностью.


Оттолкнув Рысь, она полетела вперёд. Солдаты замерли на миг, затем двинулись следом, снова выстраиваясь в королевский кортеж.


Значит, верят, подумала она. Как будто она и в самом деле настоящая, правильная королева, а не только старается ею быть.


Опустившись на краю утёса, откуда открывался вид на каменистый берег, поросший заснеженными соснами, она смогла лучше разглядеть чужаков.


Разведчик оказался прав – это не ночные… но и не морские, и даже не радужные.


Часть зелёные, точнее, буро-зелёные, иногда с россыпью золотистых чешуек. Крылья странной листовидной формы, но без светящихся полосок, как у морских, и без плавательных перепонок между когтями.


Другие гораздо наряднее с виду, чешуя всех цветов радуги – розовая, фиолетовая, лавандовая, синяя, оранжевая и жёлтая. Самое странное – две пары крыльев вместо одной, и даже издалека на головах видны тонкие закрученные усики-антенны. Явно отдельное племя.


– Ну и уроды, – прошипела королева. Незваные гости уже садились на берег, и она припала к заснеженной земле, рассматривая их из-за скалы. – Совсем не такие, как мы, – наверняка убийцы!


– Ну и где тут логика? – фыркнула Рысь. – Песчаные тоже не похожи, тем не менее мы не раз заключали с ними союз. Каждое племя чем-то отличается, а убийцы бывают у всех – но не все.


– Неправда! Ночные все убийцы, все до одного!


Рысь взглянула искоса, с удивлением.


– Разве заклятие во время битвы у Яшмовой горы совсем на тебя не подействовало? Ты не чувствовала то же, что ночные, не ощущала их мысли, как свои? Все наши стали относиться к ним лучше, а ты?


Снежна молчала. Тот момент, когда дракомант объединил разум всех дерущихся ледяных и ночных, был одним из худших в её жизни.


Потому что в мыслях сородичей пробивался сквозь страх, ярость и ненависть к врагам один и тот же шепоток: «Что станет с племенем без королевы Глетчер? Разве может Снежна спасти нас? Она не готова править нами. Она самодовольна и неопытна, слишком молода и капризна, и зачем только Глетчер усадила её на трон?»


До того дня она надеялась, что ледяные драконы любят её и даже ею гордятся, радуются, что её предпочли старшей сестре, верят в её способность постоять за родное племя. Материнский выбор должен убедить всех, что Снежна – достойная наследница трона. А оказалось, что нет!


С другой стороны, в мыслях ночных она ощутила торжество: поглядите только на эту жалкую королеву, она и летать-то научилась не так давно, ничего в жизни не испытала и ничего не умеет. Такую трудно не одолеть!


Конечно, в мыслях всех драконов на поле битвы преобладал страх, и они помнили теперь только его.


Враги тоже боятся, решили они, ночные такие же драконы, их легко понять и помириться. Похоже, лишь одна Снежна запомнила и то, другое, обидное. Во всяком случае, никто с тех пор не решился её спросить: «А ты слышала, как я называл тебя в мыслях плохой королевой?»


Ночных она боялась до сих пор, хотя сородичи питали иллюзии на их счёт.


– Хочешь, я сама с ними поговорю? – предложила Рысь. Её долгий пристальный взгляд Снежна заметила только сейчас.


– Нет! – рявкнула она. – Я сама! Двоих солдат оставим здесь на случай, если придётся звать помощь. – Указала хвостом на троих самых опытных и поманила за собой.


Подлетев к чужакам ближе, она впервые обратила внимание, в каком те жалком состоянии. Опалённые хвосты и крылья, вымокшая чешуя, покрытая коркой морской соли. Исхудавшие, лежат на камнях в изнеможении. Почти у всех цветастых на передних лапах грубые бронзовые браслеты. Зачем надевать такую тяжесть для дальнего полёта? А вдруг это какое-нибудь магическое оружие?


Кое-кто из зелёных драконов, наоборот, отличался толстыми боками, и Снежна не сразу поняла, что это многочисленные подвесные сумки. Что там, зачарованные амулеты? А вдруг околдуют, и она сама, добровольно уступит им своё королевство?


Она невольно ощупала холодные алмазные грани на собственных браслетах, с удовольствием сознавая, что тоже владеет магией.


Королевский кортеж приземлился на каменистый берег, и головы чужаков устало повернулись к ним. Одна из зелёных поднялась было с угрюмым видом, но другая потянула её назад, затем ещё одна всё-таки встала и подошла к Снежне.


– Кто вы такие? – строго осведомилась она. – Что вам понадобилось в моём королевстве?


Зелёная незнакомка вежливо приподняла крылья и показала пустые передние лапы.


– Меня зовут Орешник, – представилась она, – я принце… то есть королева племени листокрылов. С нами прилетели и другие драконы, шелкопряды. Мы из Панталы по ту сторону моря.


– Что-то многовато вас для официального визита, – недоверчиво покрутила носом Снежна.


– Мы прилетели просить о помощи, – объяснила Орешник с горечью. – Нам пришлось срочно покинуть свой дом, наши леса охвачены пожаром, а прежней королевы больше нет. На наши родные земли пришла страшная беда, и мы только чудом избежали гибели.


Снежна всей чешуёй ощутила волны сочувствия, исходящие от Рыси, которая стояла у неё за левым плечом. Понятно, эта глупышка поведётся на любую слезливую байку. Королева – другое дело, на её плечах лежит ответственность за всё племя.


– Почему же вы не стали сражаться за свои земли? – спросила она. – Так или иначе, у нас не хватит места для вас. Летите куда-нибудь дальше.


Надежда в глазах Орешник сменилась унынием.


– Позволь мне хотя бы рассказать нашу историю до конца…


Что-то внезапно выскочило из толпы и кинулось к ним по песку и камням, выкрикивая что-то нечленораздельное. Снежна с грозным рыком развернулась к новой опасности и выхватила метательные ножи, но едва успела замахнуться, поняла, что это всего лишь крошка-дракончик с чёрно-жёлтой чешуёй в полоску.


Полосатая крошка замерла с испуганным писком, уставившись на хищно блестящее оружие и нервно трепеща двумя парами тонких, полупрозрачных крылышек. Огромные глаза, обведённые чёрным, на золотисто-жёлтой мордочке недоумённо моргнули, и побережье огласил возмущённый плаксивый рёв.


– Отлично, ваше величество, – усмехнулась Рысь. – Боевые ряды коварного врага расстроены и деморализованы.


Следом за дракончиком подскочила сильно истощённая чёрно-жёлтая дракониха в помятых очках на носу и обняла малютку крыльями, утешая.


– Всё хорошо, Шмель, – бормотала она, гладя плаксу по голове и рожкам, – не плачь. Смотри, мы всё-таки добрались до Древних королевств. Здорово, правда? Просто не верится! Мы здесь, мы здесь, ура-ура! Теперь нам ничто не грозит.


Рысь с иронией глянула на королеву. Казалось, она говорит: «Ну а теперь ты всё испортишь, правда?»


– З-зуб-бл, – всхлипывала малютка, уткнувшись в плечо очкастой, – з-злобл! Р-р-роар-р!!


Её утешительница подняла голову и встретилась взглядом со Снежной. Утомление тут же будто исчезло, глаза распахнулись в восхищении.


– Ого! – воскликнула чёрно-жёлтая, поправляя очки. – Настоящий абориген из Древних королевств – потрясающе! Да она как будто вся из льда… как же так может… Добрый день, уважаемая, вы правда вся ледяная? Ну, в смысле… целиком не бывает, ведь живые ткани… Но почему вы так сверкаете? Ага, ясно, у вас же очень холодно – это биологическая адаптация!


– Сверчок! – одёрнула её Орешник. – Между прочим, перед тобой королева местных драконов, и мы ведём с ней переговоры…


– Королева? – с восторгом перебила очкастая и затараторила ещё быстрее и сбивчивее: – Вы правите всем континентом, да? Три луны! Ваши владения больше или меньше Панталы? Тут, наверное, много живёт драконов – сколько всего, интересно?


– Здесь Ледяное королевство, – холодно бросила Снежна. – Я королева ледяных драконов.


– Нет, мы не целиком из льда, – тихонько добавила Рысь, заслужив неодобрительный королевский взгляд.


Чужаки продолжали опускаться на берег, их и в самом деле были сотни. Шатаясь, они разбредались по сторонам с видом невероятного облегчения, будто наконец попали, куда стремились.


Зачем, чтобы забрать себе Ледяное королевство?


Один из драконов свалился в изнеможении, вцепившись когтями в мёрзлую землю. А вдруг больной, да ещё и заразный?


Движение в стороне заставило Снежну резко обернуться. Двое молодых и сильных листокрылов помогали выбраться из воды на камни обессиленному шелкопряду.


Владеют ли чужаки магией? Вот самый главный вопрос. Сейчас они устали, но что будет, когда отдохнут, не решат ли воспользоваться ею и напасть?


– Вам придётся лететь дальше, – повторила Снежна королеве Орешник. Обнаружив, что всё ещё сжимает в когтях ножи, которыми грозила дракончику, убрала их в ножны. – Вам здесь не рады, отправляйтесь-ка лучше к королеве Тёрн.


– Не все из нас в силах лететь прямо сейчас, – взглянула Орешник умоляюще, – раненые, старики, драконята. Мы путешествовали много дней, позволь нам хотя бы отдохнуть у тебя!


– Я тут ни при чём, это не мои драконы.


– Снежна… – укоризненно начала Рысь.


– Не мои! Я должна защищать своё племя.


– Мы ничем не угрожаем вам… – Королева листокрылов вся дрожала – от холода, страха или изнеможения?


Хорошо бы от холода, он скоро выгонит чужаков из ледяных земель. Пожалуй, можно разрешить им переночевать – если пообещают оставаться на берегу и улететь на рассвете…


– Вот все и на месте! – перебил мысли королевы знакомый бодрый голос, и из полосы прибоя вынырнуло что-то большое и синее. – Ну, разве что Карапакс немного отстал, но он тоже рано или поздно притащится, не волнуйтесь.


Снежна пригляделась и ахнула.


– Ты! – выплюнула она с ненавистью.


Это же та самая морская из «драконят судьбы», что заправляет в академии Яшмовой горы! Выходит, всё-таки во вторжении без морских не обошлось, а если учесть, что с Ореолой они подруги, то и ночные вполне могли затаиться где-то неподалёку. Ловко придумано: прикрыться чужаками экзотического вида, а потом… Атака из засады! Подозрения были не напрасны!


– О нет, – сморщила нос Цунами, разглядев Снежну. – Мы что, угодили в Ледяное королевство? Я рассчитывала попасть южнее. – Разочарованно вздохнув, она шумно отряхнула крылья, разбрасывая солёные брызги, водоросли и ракушки.


– Что тебе здесь надо? – яростно прошипела Снежна. – Как смеешь ты являться в моё королевство, да ещё с такой дикой оравой подозрительных чужеземцев? Убирайся немедленно!


– Мы не подозрительные! – запротестовала чёрно-жёлтая в очках. – Мы едва спаслись от страшной, смертельной опасности! Летели, и летели, и летели… и очень устали – куда же нам ещё деваться?


– Успокойся, Сверчок, – обернулась к ней королева зелёных, отступая к своим драконам. Та, что первой вставала навстречу ледяным, снова поднялась с воинственным видом. – Я и сама сильно встревожилась бы, появись в моих джунглях так много неизвестных драконов.


– Только я сомневаюсь, – прошипела Цунами, – что вела бы себя с ними так безобразно грубо!


– Погодите! – просияла вдруг Сверчок. – Уважаемая королева ледяных драконов, мы вовсе не такие уж неизвестные. К примеру, у нас с малюткой Шмель есть дальние предки с вашего континента! Многие сотни лет назад тут жила некая Ясновидица – может, слышали о ней? Так вот, к вашему сведению, мы её прямые потомки!


Цунами болезненно скривилась.


Скалистый берег под лапами Снежны будто раскололся, и тёмная волна гнева окатила её с головой. Яростный стук крови в висках отдался эхом во всём теле до самых кончиков крыльев.


Чёрные чешуйки, высокомерное занудство и умничанье – догадаться можно было сразу. Ночные полукровки, вот кто они такие! А что хуже всего, они в родстве с Ясновидицей – той самой, что помогла Мракокраду прийти к власти! – возлюбленной негодяя и массового убийцы!


Кипя от ярости и отвращения, Снежна подняла лапы с браслетами на запястьях и резко свела вместе, ударяя алмазы друг о друга – раз, другой, третий – в точности, как было написано на стене.


На вершине утёса за спиной у королевы в тот же миг появилось войско ледяных драконов – все, кто мог носить оружие.






Глава 5





Рысь в ужасе отшатнулась. Орешник, Сверчок, Шмель, Цунами и все сотни новоприбывших замерли в изумлении, уставясь на сверкающие шеренги ледяных воинов.


– Три луны! – подавленно прошипела Рысь. – Как тебе это удалось?


Снежна с ухмылкой показала на алмазы.


– Дар скрытности, – пояснила она.


Надпись под нишей в Запретной сокровищнице научила, как с помощью зачарованных браслетов скрыть на время от посторонних глаз саму себя и что угодно другое. За ночь королева успела собрать войско и привести его в боевую готовность. Всю дорогу солдаты летели следом за королевским кортежем и появились по команде словно ниоткуда.


Древние чары сработали! Снежна ощущала себя настоящей королевой. Чужаки явно перепугались, вот и прекрасно. Она показала свою силу, и теперь никто не дерзнёт с ней спорить.


Почему же королева-мать никогда не доставала из сокровищницы такие полезные вещи? Даже в годы большой войны за Песчаное наследство. Могла ведь скрытно послать к принцессам Огонь и Ожог войско, шпионов или убийц. Один только дар скрытности сделал бы ледяных самым сильным племенем во всей Пиррии!


Так или иначе, теперь настало время новой королевы, которая не боится использовать все свои возможности.


Она повернулась к чужакам и произнесла – негромко, но ледяным, непререкаемым тоном:


– Повторяю: убирайтесь!


Растерянный взгляд Орешник метался между солдатами, королевой и Рысью.


– Да, конечно, – выдавила она, отступая на шаг. – Мы… мы улетим.


Не испугалась лишь та самая зелёная дракониха мрачного вида. Ощетинившись, как разозлённый белый медведь, она хлестнула хвостом и бросила на Снежну свирепый взгляд. Вот от кого надо бы избавиться в первую очередь, невольно подумала королева.


– Вот это да! – ахнула Сверчок, поправляя очки и щурясь на ледяное войско. – Они могут становиться невидимыми? А что ещё вы можете? Шмель, ты только погляди!


– Скалл-зуббл, – сердито пробормотала малютка, пряча голову под крыло чёрно-жёлтой.


– Ну ладно, раз так, – проворчала Цунами и расправила крылья. – Это ж надо, угодить в худшее из королевств и первым делом наткнуться на королеву зануд.


Снежне очень хотелось откусить нахалке голов у, но Рысь вскинулась первая:


– Она не зануда, а великая королева! Наше королевство лучшее из всех, а кому не нравится, так мы никого и не приглашали.


Орешник, которая уже потихоньку командовала сборами в дорогу, тронула крылом Цунами, пока та не ввязалась в перепалку.


– Сможешь показать нам дорогу в другие земли?


– Конечно! К югу лежит королевство песчаных драконов, там мы найдём вашу Лунию и нашу Луну. Не сомневаюсь, что королева Тёрн знает, как следует принимать безобидных, усталых и несчастных беженцев.


– Вот и пускай принимает! – бросила Снежна, гордо изогнув шею.


Цунами окинула её презрительным взглядом и двинулась помогать Орешник собирать отдыхающих путников в походную стаю.


Они полетят на юг, подумала Снежна, причём вдоль берега, потому что придётся часто отдыхать, а значит, могут попасть под ледяные стрелы Большого утёса. С какой бы стороны ни летел чужак, утёс всё равно сработает.


Она молчала в нерешительности. С одной стороны, потомки мерзкой Ясновидицы там и найдут свой конец, и не о чем больше беспокоиться – Ледяное королевство в безопасности. С другой, посылать сотни драконов на верную смерть… так мог поступить разве что Мракокрад.


Нет, наверное, надо сказать.


Однако Рысь снова её опередила:


– Будьте осторожны, – предупредила она Орешник, – на южной границе есть магический утёс, который убивает пролетающих над ним, если они не ледяные. Его придётся облетать над морем, и довольно далеко.


Орешник приуныла и выглядела так жалко, что Снежна чуть не размякла. Нет, одёрнула она себя, надо быть сильной. Чужаки могут быть опасны, а это главное.


– Мы полетим с вами, – пообещала Рысь. Даже не попытавшись обсудить сначала со своей королевой! – Проводим до южной границы и поможем выбрать безопасный путь.


– Вы все? – Орешник с опаской покосилась на ледяное войско.


– Нет, только мы со Снежной.


– Ещё десяток моих личных стражей! – раздражённо вмешалась королева. Она сама не очень понимала, почему соглашается. Наверное, хотелось своими глазами убедиться, что чужаки убрались. Вот именно – проводить их за границу и забыть как страшный сон.


А может, ещё раз скрыть всё войско и взять с собой? Да нет, зачем лишние предосторожности, она и так показала свою силу, бояться особо нечего. Хм…


Обдумывая варианты, она сидела на утёсе и наблюдала сверху, как разноцветные драконы готовятся к отлёту. Собирались они ну о-очень медленно. Таинственный враг, от которого бежали эти ленивцы, должно быть, такой же сонный, иначе догнал бы. Может, в самом деле гигантский ленивец? Ха-ха. Злобный сухопутный тюлень? Хищный ледник? Ха-ха-ха.


Рысь тем временем суетилась внизу, помогая незваным гостям. Подносила раненым растопленный снег для питья и даже отправила одного из ледяных солдат к ближайшему дару изобилия за тюленями для еды. Снежна дёрнулась было остановить, но предпочла не вмешиваться. В конце концов, незамерзающие проруби зачарованы и всегда дадут тюленей, сколько надо.


Впрочем, оказалось, что цветастые шелкопряды мяса не едят, и это показалось Снежне подозрительным. А вдруг они всё же какие-нибудь редкие радужные и тайно служат королеве Ореоле? Так или иначе, среди сосен на берегу пищи для них не нашлось. Что, в таком случае, они забыли в Ледяном королевстве? Даже не стыдно прогонять их теперь! Холодно, ничего съедобного не растёт… Пускай летят себе и доставляют хлопоты другим племенам.


Цунами вновь нырнула в море и с помощью самых сильных и Рыси выволокла на берег странное плавучее сооружение из пальмовых стволов, связанных лианами. Раненые, старики и драконята перебрались туда – очевидно, их собирались таким образом тащить за собой.


Оставались бы лучше на своём дурацком континенте – как там его, Пиндала? – и сами решали свои проблемы, не нагружая других!


Королева щёлкнула хвостом, подзывая к себе военачальницу. Бивень тут же явилась и отвесила уставной поклон, выказав уместное почтение.


Она участвовала в битве с ночными у Яшмовой горы, однако, в отличие от многих, не размышляла предательски о том, как неудачно выбрала наследницу королева-мать. Мысли Бивени, которые открылись тогда Снежне, звучали иначе: «Надеюсь, новая королева справится, и если мы победим, я постараюсь ей помочь, чем только смогу».


Конечно, от верноподданнического «ура Снежне, она лучшая из лучших» те мысли были ещё далеки, но всё же отличались от уныния прочих ледяных. Потому Бивень и стала главнокомандующей и заслужила пожизненное место в Первом круге.


– Я назначаю тебя своей заместительницей, – обратилась к ней Снежна, – на всё время, что пробуду за пределами Ледяного королевства.


– Слушаюсь, ваше величество, – отчеканила Бивень, мигом оправившись от удивления. – Разрешите спросить: а что, если Тундра станет возражать?


– Тогда пусть сожрёт собственный хвост! – фыркнула королева. – Если не нравится, с удовольствием передвину её в круг пониже, так и передай.


Снежна ощутила неожиданный прилив радости, да что там, почти счастья. Ведь если проводить чужаков до самой границы, то никак не успеть вернуться во дворец ещё сегодня, на ночь придётся разбить лагерь. А это значит, не придётся заниматься Стеной рангов!


М-да, а ведь, пожалуй, это самый приятный момент за всё время пребывания на троне. Печаль, печаль.


Рысь махнула ей с берега крылом. Драконы уже взлетали, поднимая ветер шумным биением сотен крыльев. Королева поманила за собой заранее выбранных солдат и взмыла с утёса. Разумеется, толкаться в общей стае она не собиралась, достаточно наблюдать со стороны. Однако королевское одиночество тут же оказалось нарушено: Орешник отделилась от сородичей и присоединилась к ней.


– Что тебе надо? – буркнула Снежна, отшатываясь.


– Скоро мы покинем твоё королевство, – начала листокрылая, – но я хотела бы… Дело в том, что мне не приходилось ещё видеть других королев, если не считать моей прабабки, а ты не старая… то есть почти моего возраста, и я… Короче, мне хотелось бы поучиться у тебя, ведь управлять племенем так трудно, я не ожидала, что настолько! Моя прабабка была королевой с незапамятных времён, и казалось, будет править ещё столько же…


Снежна промолчала, она вовсе не собиралась сочувствовать трудностям каких-то бродяг из-за моря. У великого племени ледяных совсем другой уровень проблем, даже сравнивать нечего!


– Ты уже долго правишь? – не отставала Орешник.


Меньше полугода, но если так и ответить, листокрылая, чего доброго, перестанет принимать её всерьёз, а то и бояться.


– Да, очень долго.


Нет, ну а что, почти правда! Когда не спишь ночами, они кажутся в тысячу раз длиннее, как и дни. Орешник уважительно кивнула.


– Тогда, должно быть, справляешься уже легко.


– Ну бывают, конечно, и непростые моменты, – хмыкнула Снежна, стараясь удержать суровость во взгляде. – К счастью, у ледяных драконов есть множество древних традиций, которые помогают сохранять порядок и безопасность. Пока я им следую, всё идёт своим чередом и племя процветает.


– Как хорошо у вас, – печально вздохнула листокрылая, – а вот наше племя потеряло свой дом и родные деревья ещё до того, как я вылупилась из яйца. Если и были когда-то традиции… – Она уныло замолчала, вглядываясь в западный горизонт, словно там виднелись призраки былых счастливых времён. – А отчего умерла ваша бывшая королева?


– От злодейской магической чумы… а ваша? Орешник снова помолчала.


– Я даже не уверена, что она умерла. Мы сражались с врагом, который овладевает чужим разумом… вот и королева Секвойя попала под его власть. Могла и погибнуть, но мне кажется, врагу выгоднее сохранить ей жизнь, чтобы использовать против нас. – Она обернулась, встречая пристальный взгляд Снежны. – А что?


– Овладевает чужим разумом? – прошипела ледяная. – Его имя случайно не Мракокрад?


– М-м… вряд ли, – покачала головой Орешник. – Сначала мы думали, это королева Оса, но оказалось, что вообще… растение.


– Растение? – Снежна недоверчиво прищурилась.


– Да, и очень, очень злобное!


Что вероятнее, злобное растение или зловредные чары Мракокрада, который протянул свои жадные когти через море в Затерянные земли, где живут потомки Ясновидицы? А что, с него станется. Кроме того, может быть, не он один такой у ночных, запросто.


– Если старая королева жива, вы полетите её спасать?


– А как же! Знать бы только как, – вздохнула Орешник. – В смысле, как преодолеть чужую власть над разумом.


– Если спасёте, тебе придётся вернуть ей трон обратно…


– Верну и даже не задумаюсь!


А как бы поступила она, Снежна – пошла бы на это ради возвращения матери? Да, наверное. И всё равно чужаки совсем другие, глупо и сравнивать. К примеру, у листокрылой вряд ли имеется беглая сестра, от которой непонятно чего ожидать.


– А из ваших никто не мечтает стать королевой вместо тебя?


Орешник невольно глянула через плечо назад, на ту листокрылую, что хмурилась на берегу. Она летела бок о бок с другой, чуть ли не сплетясь хвостами, и о чём-то горячо спорила.


– Не думаю… хотя кое-кто наверняка правил бы племенем лучше, чем я – только не хочет.


– Ха, они все так говорят, – фыркнула Снежна. – Ты хотела советов, так вот тебе один! Почаще оглядывайся, поняла? Никому не верь, никому! Какой-нибудь заговор вечно затевается – чтобы отнять твой трон, или убить твоих подданных, или оттяпать твои земли.


Листокрылая королева зажмурилась от слепящих бликов солнечных лучей на снегу.


– Неужели всегда? – робко проговорила она. – Даже здесь, в Древних королевствах?


Снежна снова фыркнула.


– Здесь в особенности! А хуже всех тут ночные драконы – всегда примечай, нет ли кого поблизости с чёрной чешуёй. Они умеют читать мысли и видеть будущее, а главная их мечта – поубивать всех других драконов и остаться единственными в Пиррии!


– Хм, смахивает на Ясновидицу, – задумалась Орешник. – То есть кроме чтения мыслей, я вообще не слыхала о таком, зато видеть будущее она могла… а её потомкам удалось почти уничтожить наше племя.


– Вот видишь? – Сверкнув глазами, Снежна сбила ударом хвоста некстати подвернувшуюся чайку. – Ночные драконы злы и коварны – и да, мысли читать умеют.


– Вообще-то, судя по её книге, она не была такой уж злой, – робко возразила Орешник. – По пути я перечитала её несколько раз, и знаешь, королева Оса намного злее. Непохоже, чтобы Ясновидица хотела кого-то убивать, тем более целое племя.


Снежна закатила глаза. Недолго осталось править этой листокрылой, если она готова видеть лучшее даже в таких, как Ясновидица.


– Пожалуй, слетаю проверю, всё ли в порядке на плоту. – Орешник прищурилась, высматривая позади болтающиеся на волнах пальмовые стволы. – Надеюсь, нам удастся ещё поговорить! – Она нырнула вниз, оставив королеву ледяных наедине с тревожными мыслями.


Полёт оказался куда более долгим, чем рассчитывала Снежна. Чужаки останавливались передохнуть чуть ли не на каждом взмахе крыльев, потом ещё пришлось огибать по широкой дуге над морем Большой ледяной утёс, а смехотворный плот, который они тащили по очереди, был до того неуклюж, что один раз даже перевернулся на случайной волне, и все кинулись спасать незадачливых мореходов, барахтавшихся в воде. Впрочем, Цунами с Карапаксом были начеку, так что всё обошлось бы и так.


До южной оконечности тундры, где начинались спорные с песчаным племенем земли, удалось долететь только к вечеру. Кстати, эти земли безусловно собственность ледяных, и королеве Тёрн лучше нюхать свои кактусы и даже не думать туда соваться!


Каменистые пляжи постепенно сменялись желтовато-белыми песками, а воздух становился всё теплее. Когда солнечный диск в оранжевом закатном зареве коснулся морского горизонта, Цунами взлетела из воды, помахала королеве Орешник и показала на берег. Там, на берегу уютной бухточки со спокойной прозрачной водой, виднелась небольшая хижина, крытая пальмовыми листьями, а рядом на песке стояли четверо драконов и смотрели, задрав головы, на летящую стаю.


Снежна прищурилась, пытаясь разглядеть их получше. Ну когда же наконец начнёт работать этот дурацкий дар видения? Слишком ещё далеко, даже обострённого зрения ледяных пока недостаточно.


Тем не менее уже было видно, что один из драконов у хижины бледно-зелёный с синими, золотыми и белыми пятнами, и у него две пары крыльев, как у заморских шелкопрядов.


А по соседству маячила чёрная чешуя. Ночной дракон! Рядом с заморским цветастым! Что же это получается – они и впрямь сговорились?! Ну конечно, ясно же было с самого начала. Королева всегда права!


Она с усилием подавила холодок паники. Не зря же взяла с собой десяток хорошо вооружённых бойцов, и притом в её распоряжении дар скрытности и дар силы, так что за свою жизнь пускай дрожит этот ночной!


Ещё двое – песчаные, ну это понятно, в здешних песках, бояться… то есть опасаться нечего. Хотя… погодите, да это же… Тушкана!


Королева опустилась ниже к бухточке и сердито зашипела.


Её собственная дракомантка, которая якобы живёт в своей хижине совсем одна и общается только с королевой ледяных! Как-то так говорила мать – ну или похоже. Во всяком случае, не общается с песчаными сородичами, тем более с подозрительными чужаками из-за моря… и уж точно не ведёт никаких предательских делишек с ночными.


У ночных полно своих дракомантов, зачем им ещё какая-то Тушкана? С кем из них она в заговоре… а может, с самим Мракокрадом? Может, она всё врала о сбоях в магии, просто не хотела больше помогать ледяным драконам, раз связалась с их смертельными врагами?


Вздрагивая крыльями от гнева и возмущения, королева Снежна нырнула вниз и стремительно понеслась к берегу, опережая стаю чужаков и собственный кортеж.


Пятнисто-зелёная шелкопрядка, стоявшая у хижины, тут же бросилась к ней.


– Синь тоже с вами, да? А Мечехвост? – затараторила она с сияющим видом. – Ой, простите, вы же не из наших… А вот и Росянка! – Миновав Снежну, она побежала навстречу угрюмой листокрылой, способной, как оказалось, и улыбаться, и кинулась её обнимать. – Росянка! Даже не верится, что вы наконец добрались. А где Мечехвост? А Синь?


Радостный вид листокрылой тут же растаял, сменившись прежним мрачным выражением.


– Их нет с нами, Луния. – Она опустила голову, ковыряя когтем песок. – Мне очень жаль.


Луния горестно прижала лапы к глазам, но не успела залиться слезами, как подоспела подруга Росянки.


– Они живы, насколько нам известно, – объяснила та, – но королева Оса захватила их разум. История долгая, мы всё расскажем.


– И обязательно вернём их! – свирепо оскалилась Росянка. – Клянусь деревьями, всех вытащим, даже этого лентяя Мечехвоста. Придумаем способ и спасём.


– Я готова хоть сейчас! – горячо воскликнула Луния. – Теперь, когда вы разведали путь через океан, всё получится.


– К сожалению, перелёт ещё не самое трудное, – вздохнула Росянка.


Заметив Сверчок, которая тоже успела опуститься на песчаный пляж с малюткой Шмель в лапах, Луния обняла крыльями их обеих.


– Так давайте, рассказывайте скорее! – с нетерпением воскликнула она, и все пятеро двинулись по песку к хижине.


Снежна слушала их беседу лишь вполуха, пристально глядя на Тушкану, и если бы могла замораживать одним взглядом, та давно уже превратилась бы в кусок льда. Даже странно, как долго выдержала дракомантка, прежде чем обернуться. Да к тому же и нисколько не выглядела виноватой! В глазах дракомантки скорее виднелось раздражение или скука. Потрясающая наглость!


– А ты что тут делаешь? – прорычала наконец королева, когда ночная и песчаный ушли помогать морским выволакивать на сушу плот. Они возились там, оглашая песчаный пляж весёлой болтовнёй, а возле хижины стало тихо.


Тушкана с удивлением подняла брови.


– Я тут живу. А вы тут зачем?


– Ты связалась с чужеземцами? – угрожающе нахмурилась Снежна. – Помогаешь своей магией захватить моё королевство?


Песчаная бросила на неё презрительный взгляд.


– Никто ваше королевство захватывать не собирается, о чём я, кажется, уже упоминала.


– Неправда! Эти заморские как раз попытались, но я их выгнала. Между прочим, сама, без твоей помощи.


– Ну вот видите, – пожала крыльями Тушкана, – я так и говорила. Надо больше верить в свои силы, ха-ха.


– Почему ты помогаешь им, а не мне? – зашипела Снежна.


– Я никому не помогаю, моя цель достигнута. Всего лишь дала приют и возможность встретить друзей… хотя принимать у себя два племени, конечно, уже труднее.


Дракомантка слегка поморщилась, глядя на заполненный драконами пляж и когда-то гладкий песок, взрытый лапами и хвостами. Одни бродили по взбаламученному мелководью бухточки в поисках рыбы или крабов, другие блаженно растянулись на песке, впитывая тепло последних солнечных лучей, а некоторые собирали упавшие кокосы и спорили, как их правильнее вскрывать.


Ночная уже брела назад к хижине, увязая лапами в песке, и теперь Снежна узнала её. Та самая надоедливая кроха, одержимая видениями, которая так нравится Холоду. Кажется, Лунолика или как-то похоже.


А ещё – лучшая подруга Мракокрада, когда он только выбрался из горы. Правда, потом, если верить Холоду, она и помогла его остановить. Однако за неимением явных доказательств – лучше всего, мёртвого тела проклятого колдуна, чтобы на нём вволю потоптаться! – Снежна предпочитала относиться к этой Лунолике с подозрением. Короче, не самая лучшая компания для придворной дракомантки, и это ещё мягко говоря!


– Привет! – устало выдохнула Лунолика. – Ты королева Снежна?


– Тебе и так прекрасно известно, кто я, – холодно бросила королева, – ты же мысли читаешь.


У ночной хватило совести изобразить смущение.


– Ну раз так, меня зовут Луна, а не Лунолика, – поправила она.


Ну почему, почему ни один дар ледяных дракомантов не позволяет отгородиться от этих зловредных способностей ночных бандитов? Как бы было хорошо! Ну что стоило вовремя подумать? Впрочем, понятно: в те времена с ночными ещё не враждовали, а потом они украли принца Арктика, и дары прекратились вообще.


Луна с болезненной гримасой потёрла виски.


– Как они шумят, все эти драконы!


– И не говори, – согласилась Тушкана, глядя на пару листокрылых драконят, которые боролись друг с другом, взметая тучи песка и вопя во всю глотку. – Так и было в твоём видении?


– Похоже, – кивнула ночная, – но это ещё только начало.


– Серьёзно? – Тушкана раздражённо скривилась. – Сколько же их ещё налетит? Неужто все ко мне на пляж?


– Нет, вряд ли… хотя не знаю.


– Пока пускай остаются, – вздохнула дракомантка, – надеюсь, ненадолго, пока не восстановят силы. А потом куда их, как думаешь?


– Есть идея! – воскликнул другой песчаный, подлетая вприпрыжку через дюны. – Приют! Там их никто не тронет.


– Там сейчас Холод, да? – вступила в разговор Рысь.


Луна с любопытством повернулась к ней.


– А ты кто?


– Меня зовут Рысь, мы с Холодом старые друзья… Хотя, конечно, больше всего я обожаю свою замечательную, истинную королеву Снежну! – зачастила она, едва увернувшись от песка, брошенного в нос щелчком королевского хвоста.


– Хотите, полетим в Приют вместе? – предложила Луна. – Холод наверняка будет рад повидаться, а нам не помешает в пути несколько лишних пар крыльев.


Рысь с надеждой взглянула на королеву. Та скривилась.


– Когда? Нам некогда сидеть тут и ждать.


– Очень скоро, – заверила ночная. – Пускай денёк отдохнут, и в путь, уже послезавтра… – Она глянула на гримасу Тушканы. – Нет, даже завтра!


На побережье сгущался сумрак, но на этот раз Снежна смотрела на звёзды без привычной тоски. По чешуе не ползли неприятные мурашки от сознания, что Тундра уже цокает когтями по коридорам, неумолимо приближаясь к королевской опочивальне. Ненавистная Стена рангов осталась далеко, и о ней можно не беспокоиться целую ночь, полную блаженства.


А может, целых две ночи, а то три! Даже четыре, если захочется внимательней осмотреть этот их Приют. Тем временем Стене и прочей дворцовой рутине придётся ждать возвращения королевы. Зачем спешить назад? Королева Глетчер, к примеру, часто покидала дворец с дипломатическими визитами или на войну, и ничего, Ледяное королевство не рухнуло. Кстати, а не потому ли она так часто улетала?


– Ладно, так и быть, – хмыкнула Снежна, кивнув Рыси. – Слетаю с вами в Приют… но только затем, чтобы выяснить планы моего двоюродного брата, одержимого воришками. Уж больно подозрительные у него друзья. – Она бросила выразительный взгляд на ночную.


Заморские драконы повалились спать почти сразу. Снежна с удивлением узнала, что четырёхкрылые шелкопряды умеют выпускать из желёз на запястьях прочные серебристые нити, из которых они ловко сплели гамаки и развесили на деревьях.


Такое просто не укладывалось в голове. Драконы ли они вообще?


Ледяным солдатам королева велела устроиться на ночь поодаль от чужаков, но не терять их из виду. Затем назначила часовых дежурить посменно, не спуская глаз прежде всего с подозрительной ночной.


После заката стало чуть прохладнее, но Снежна всё равно страдала от жары. Вонзив когти глубоко в песок, она с облегчением ощутила блаженный холод под нагретыми солнцем слоями и стала рыть дальше. Конечно, лучше бы улечься на ледяной плите, но так хоть заснуть можно.


Свернувшись клубком в выкопанной яме, она недовольно заворочалась: ножны давили бока, тиара – виски, а массивные браслеты сковывали лапы. Очень хотелось от всего избавиться, но вдруг посреди ночи кто-нибудь нападёт? Как отбиться без ножей, метательных звёзд и магического дара силы? Врагов тут полно, и пускай вокруг неё десяток ледяных стражей, на них одних полагаться нельзя.


Впрочем, можно хотя бы снять противное кольцо видения, которое так и не пожелало работать.


Она потянула его с когтя… но кольцо не двинулось с места. Как странно, сначала ведь было даже великовато!


Королева озадаченно нахмурилась, разглядывая молочный опал, весело переливающийся в звёздном свете разноцветными искорками. Потянула снова – без результата. Ну что за наказание!


Вздохнув, она сдалась, слишком устала за день, чтобы ещё возиться с непокорным украшением. Завтра надо будет смазать коготь пальмовым маслом, и всё получится. Вот же дурацкое кольцо, да ещё и абсолютно бесполезное!


Спрятав нос под крыло, Снежна ещё раз вздохнула и мгновенно провалилась в сон, впервые за много месяцев.






Глава 6





Она летит, но крылья такие тяжёлые, что кажется, вот-вот обрушат в океан. День проходит за днём, но она всё летит, а внизу, в какую сторону ни глянь, ничего, кроме предательских волн, готовых проглотить целиком.


Острова так редко попадаются и такие крошечные, что даже заметить их удаётся лишь чудом. Только один выглядел крупнее других, и она уже надеялась, что вот они, Древние королевства, но остров оказался необитаемым, а карта подтвердила, что впереди ещё полпути.


Каждое утро она взмывает к небу, ощущая новую волну страха: а вдруг острова закончатся совсем? Тогда все беглецы попадают от усталости и утонут.


Она не может повернуть назад, никто не может. Карта одна на всех, а без карты никто не сможет отыскать следующий островок, чтобы передохнуть. Заблудиться над бескрайними волнами – значит умереть. Поэтому единственный путь – вперёд и всем вместе. К тому же позади всё ещё хуже: пылающие джунгли, страшные убийцы с белыми глазами и чужая власть над разумом, попасть под которую так просто – говорят, достаточно вдохнуть немного дыма. Одна мысль о таком вызывает дрожь ужаса в крыльях.


Ей хотелось воевать, она думала, что время восстания пришло и оно непременно победит, достаточно быть храброй и верить. Ио обещала, что «Хризалида» поднимется по всей Пантале, соединится с листокрылами и свергнет королеву Осу в борьбе за свободу и светлое будущее.


А вышло совсем иначе. «Когда же сражение?» – спрашивала она. Никакого сражения так и не случилось. Королева Оса успела захватить власть над разумом и шелкопрядов и листокрылов. Они проиграли, не успев поднять даже когтя.


Оставалось лишь бежать без оглядки.


Ей не удалось даже забрать с собой маленького братишку или беспомощных, растерянных бабку с дедом, они так и остались в улье Овод. Улетая на войну, она рассчитывала вернуться через день-другой с войском победивших шелкопрядов и листокрылов, а потому даже не стала прощаться.


Где они теперь, родители и брат? Если их разум тоже захвачен королевой ядожалов, они потеряли даже ту куцую свободу, которую имели. Увидит ли она их когда-нибудь?


На глаза наворачиваются слёзы, размывая драконьи силуэты вокруг, но тут же уносятся холодным встречным ветром. «Ещё два дня, и мы в Древних королевствах, – добродушно подбадривает летящий бок о бок листокрыл. Когда-то она ни за что не поверила бы, что они бывают добрые. – Почти добрались уже, там спокойно, и нас никто не тронет, отдохнём».


Покой и отдых, неужели такое возможно? Хочется лишь одного: повалиться на твёрдую землю и почувствовать хоть на миг, что страха больше нет.


Она утирает слёзы и летит дальше.






* * *



Снежна проснулась рывком, сердце бешено колотилось. Крылья трепетали, разбрасывая песок – её собственные, привычные крылья, серебристо-белые и изогнутые, одна пара, как и положено ледяным.


Она ощупала голову: никаких странных усиков-антенн за ночь не выросло. На всякий случай вновь проверила крылья: нет, они определённо не стали оранжево-розовыми с сапфировыми пятнами.


Сумрачное морское побережье чуть тронуто нежно-перламутровым рассветом, поблизости ревёт прибой. Вокруг спят драконы.


«Я королева Снежна», – заверила она себя мысленно. Затем повторила вслух, тем не менее ощущая какое-то неприятное сомнение:


– Я королева Снежна… и никто другой!


Рысь прищурилась спросонья, приподняв голову с кучки песка.


– А кто же ты ещё? – буркнула она. – Кто-то считает иначе? Убью его после завтрака, пока ещё рано… и вообще… – Она зевнула, зажмурилась и вновь уронила голову.


Разбудить, что ли? Нечего спать при королеве, особенно когда той приснился странный кошмар, который не терпится рассказать! Нет, пожалуй, жаловаться на кошмары было бы как раз не по-королевски.


Больше всего пугало не содержание кошмара, пускай и достаточно неприятное. В конце концов, она целый день провела с этими цветастыми чужаками, так что ничего удивительного, что их переживания теперь ей снятся. Самым главным и неприятным было полное ощущение себя кем-то другим – несчастной шелкопрядкой, лишённой дома и родины и ровным счётом ничего не знающей о Ледяном королевстве. Королева Снежна как будто полностью исчезла на время.


Очень, очень странно! Да ещё и новые чувства, которые вовсе не развеялись вместе с кошмаром. Ладно ужас, пробегающий дрожью по чешуе, – ей и без того приходилось ужасаться, представляя себе всякие неожиданные угрозы. Конечно, угрозы совсем не те, но разницу можно списать на причудливый сон. Совсем другое дело – вот это вот чувство угнетения и всепроникающей печали. С какой стати грустить о бедах чужого континента и горькой судьбе драконов, о которых она прежде не имела понятия? Причём, что важно, несуществующих драконов, которых её разум просто-напросто выдумал во сне!


Ладно, довольно переживаний. Надо просто меньше думать об этих бедолагах, хлопот и без них хватает.


Королева сердито глянула на силуэты спящих вокруг хижины Тушканы. А вдруг сон вовсе не простой, а наведён какими-нибудь зловещими чарами из Затерянных земель, чтобы заставить королеву ледяных проявить к беглецам сочувствие?


Мелочь, конечно, – если они больше ничего не умеют. С другой стороны, будь у неё самой такие способности, заставила бы всех подданных видеть сны о её мудрости и величии, чтобы восторгались и почитали, всегда слушались и не испытывали сомнений.


Она протянула лапу и ткнула спящую Рысь в плечо.


– Эй, просыпайся! Рысь, слышишь? У меня важный вопрос. Тебе не снились сегодня какие-нибудь странные сны?


– Хр-р-р… отстань, – пробормотала та, уворачиваясь от королевской лапы.


– Королевам не говорят «отстань»! Отвечай, если я спрашиваю – это приказ!


– Ну что ещё? – простонала Рысь, не открывая глаз.


– Тебе ничего странного ночью не снилось?


– Нет, нормально спала, крепко… и сейчас, должно быть, сплю… и снится мне, что моя королева будит меня в несусветную рань и спрашивает о снах. Да, пожалуй, сон странноватый.


– Ну никакой от тебя пользы, а ещё советница! – пожаловалась Снежна.


– Подруга, – поправила Рысь, переворачиваясь на другой бок и зарываясь в песок поглубже.


– Гр-р-р! – Снежна в сердцах схватила пробегавшего краба и ткнула в песок. Хотя, если подумать, она тоже спала крепко, в самом деле. Иное дело кошмарный сон… но отдохнуть удалось отлично, впервые за долгое время.


Сны бывают разные, так что ну его, забыли. Надо скорее отправить бездомных драконов в Приют, и пускай о них болит голова у других королев.


Двое стражников вскочили и двинулись вслед за королевой вдоль берега. Та шелкопрядка, что ждала вчера с Тушканой у хижины, уже проснулась и собирала на берегу вынесенные морем ветки, а несколько других ей помогали.


Подойдя ближе к хижине, Снежна вдруг застыла на месте, глядя на спящих драконов. Она понимала, что её разум просто-напросто собрал вместе и перемешал вчерашние впечатления, но… Сердце сжалось в груди и болезненно заныло.


Прижавшись спиной к зелёному листокрылу, на песке лежала дракониха с двумя парами оранжево-розовых крыльев в сапфировых пятнах. А дракон рядом… не тот ли самый, что утешал и подбадривал её в небе?


Королева сердито фыркнула. Всё куда проще: вчера она заметила, даже не осознав этого, неприличную дружбу двоих из разных племён, но подсознание запомнило и решило подсунуть кошмар, добавив услышанные подробности их бегства с родины. Даже если пятнистую в самом деле зовут Атала, это просто совпадение, которое можно легко объяснить, так что нечего и заморачиваться.


Отмахнувшись от ненужных мыслей, Снежна уселась на песок и стала наблюдать, как шелкопряды складывают хворост для костра. Насколько она могла понять вчера, ни они, ни листокрылы не умеют выдыхать огонь, а значит, позовут ночную или кого-то из песчаных.


Как ни странно, звать никого не стали. Набросав кучу повыше, та первая шелкопрядка отступила на шаг и вытянула вперёд передние лапы, из которых вырвались струи драконьего шёлка… но только…


Снежна вскочила и подошла ближе.


Шёлк был ярко-золотистым, и там, где он попадал на дерево, вспыхивало пламя!


– Что это? – ахнула она, дивясь такому чуду. Стоявший поблизости некрупный шелкопряд, серо-коричневый с пурпурными разводами, зевнул, потянулся, снова зевнул и в конце концов соизволил ответить:


– Очень просто, у Лунии огнешёлк.


Он принялся вновь зевать, и Снежне захотелось сунуть ему в пасть какого-нибудь краба.


– Ну и что это такое? Объясни толком, я хочу полный ответ!


– Ну… – замялся он, проглотив зевок, – вроде как её шёлк может стать огнём… если она захочет.


Ледяная королева озабоченно прищурилась.


– Вы все так умеете?


– О нет, – покачал он головой и показал кончиком хвоста на Лунию. – Такие, как она, бывают очень редко. Потому ей и пришлось бежать, ещё прежде нас всех – королева Оса ловит огнешёлковых и держит взаперти, но Лунии удалось…


– Так, понятно, – перебила Снежна и знаком отослала шелкопряда прочь.


Он отошёл, продолжая потягиваться и зевать. Между тем слух королевы уловил странное звяканье, и она вновь повернулась к костру.


Луния свила из шёлковых нитей длинный жгут и взяла его за концы – и как только не обожглась! Затем склонилась к протянутой лапе другого шелкопряда и осторожно провела нитью по бронзовому браслету, затем ещё раз и ещё. На поверхности металла появилась дымящаяся бороздка, которая всё углублялась, пока наконец массивный браслет не распался на две половинки и упал, звякнув, на песок. Обменявшись улыбками с шелкопрядом, Луния подозвала к себе следующего.


Способность не такая уж и необычная, подумала Снежна. Многие драконьи племена умеют огонь выдыхать, и ей самой не раз приходилось увёртываться от него в битве, так почему бы не появиться и такой разновидности, пусть и весьма причудливой?


Возможно, шелкопряды владеют и чем-нибудь другим, но держат в тайне. Ведь даже радужные вовсе не так безобидны, как на первый взгляд. Интересно, у этих тоже припрятан секретный яд? Тогда не стоит их так уж недооценивать, могут при случае и применить.


Снежна почесала свои запястья под серебряными браслетами скрытности. Во сне у неё был бронзовый, как у этих шелкопрядов, и его тяжесть, добавлявшую работы крыльям, она хорошо запомнила. А ещё запомнила надпись на браслете, позволявшую входить в улей Овод и выходить наружу.


«Улей Овод» – каких только причудливых слов не изобретёт сонный мозг! А может, тоже случайно подслушала вчера в чьём-то разговоре, а потом забыла.


Она оглянулась, но дракониха с сапфировыми пятнами на крыльях – Атала? – ещё не проснулась. Захотелось вдруг подойти, тряхнуть её и шепнуть на ухо: «Там Луния срезает браслеты, беги скорее, она и тебя освободит».


Ах да, во сне, помимо бронзового браслета на одной лапе, у неё была ещё татуировка на другой – инициалы родителей, свой собственный и ещё… Стоп, откуда ей всё это известно? По чешуе пробежал неприятный холодок.


– Эй, ты! – Снежна отыскала глазами серо-коричневого шелкопряда, с которым разговаривала. Тоже с браслетом на лапе, он стоял в очереди к Лунии. – Покажи-ка мне свою правую лапу.


Шелкопряд недовольно хмыкнул, но подошёл и показал. Так и есть, три буквы. Татуировка глубокая, на всю жизнь.


– Что это значит?


– Большая «Д» – первая буква моего имени. Дуболист. Две поменьше – имена родителей. Ответ достаточно полный? – усмехнулся он.


– Зачем родители такое с тобой сделали? – нахмурилась Снежна.


Шелкопряд покачал головой, в глазах его, до сих пор бесстрастных, блеснула ярость.


– Не они, а ядожалы – помечают всех наших драконят. Так нас легче выслеживать, если сбежим.


Королева понятливо кивнула.


– Нас держат под контролем… то есть вас, – быстро поправилась она. – Ядожалы и королева Оса – ваши хозяева.


– Были хозяевами! – Он отнял лапу и сжал когти. – Мы готовились драться за свободу, хотели всё изменить… только не очень знали как.


– Вы организовали группу сопротивления, – вновь кивнула она, – «Хризалиду».


Дуболист смутился, во взгляде его мелькнуло подозрение.


– Откуда ты знаешь о «Хризалиде»?


Вот уж вопрос из вопросов!


– Должно быть, слышала вчера разговоры в стае.


А может, её странный сон всё-таки не совсем сон, и она побывала в настоящей памяти Аталы? Спрашивать не хотелось, но пришлось.


– Ты знаешь её? – показала она на шелкопрядку с сапфировыми пятнами. – Как её имя?


– Атала.


Р-р-р-р!!! Нет! Совпадение, простое совпадение… или кто-то упоминал имя вчера в стае. Подсознательно можно запомнить столько всего… или всё-таки магический заговор? Возможно всё что угодно!


– Что ещё вы умеете? – нахмурилась королева. – Какие у вас, шелкопрядов, особые таланты?


Например, делиться снами, внушать мысли или что-нибудь подобное – можете?


– Н-нет, – покачал головой Дуболист, опасливо отступая на шаг. – Огнешёлк разве что… его можно считать особым?


– Огонь из лап? Ну а как же! Вот бестолковый… – Она хотела добавить «мотылёк», но удержалась. Впрочем, оскорбление ли это для шелкопряда? – А что листокрылы, они умеют наводить сны?


Дуболист задумчиво почесал рога.


– Никогда о таком не слыхал. А что? Случилось что-то?


– Нет! – рявкнула она. – Три луны! Тебе какое дело? Нечего совать свой нос в чужие дела. – Развернулась, взметая хвостом песок, и ринулась через пляж к линии прибоя.


Если шелкопряд не врёт, то сон был не придуманный. Она в самом деле побывала в голове у Аталы! А если дело не в магии чужаков, то в какой-то своей, и это самое неприятное. Лучше даже не думать, какую злорадную гримасу состроит Рысь, если узнает.


У Снежны возникло ужасное подозрение – да что там, она почти уже точно знала, кого – вернее, что! – следует винить в том странном сне.






Глава 7





– Ничего страшного, – пробормотала Снежна, глядя на серебристых рыбок, мелькающих вокруг лап. Море здесь было куда теплее, чем у берегов Ледяного королевства. – Даже волноваться не о чем. Сниму на всякий случай, да и всё.


«Дар видения» – так и было написано под той нишей…


– Нет! – рявкнула она, бросив взгляд на кольцо. – Не может такого быть.


С чего вдруг ледяной дракомант стал бы накладывать заклятие, чтобы внушать своей королеве мысли каких-то дурацких разноцветных драконов из Затерянных земель, о которых никто в те времена и не знал?


Только этого ей не хватало! К чему такая магия сильной, могущественной королеве, и какому идиоту придёт такое в голову? Раз уж видения, так пусть приносят пользу – хотя бы покажут мысли некой беглой сестры, замышляющей отобрать трон.


Но даже если так, то почему оно никак не желает слезать?


Когти болтались в воде так долго, что уже начали неметь, и тогда Снежна взялась за кольцо и дёрнула изо всех сил… и тем не менее оно не поддавалось.


– Великие ледяные духи! – зашипела она. – Что с ним не так?


Хотела поддеть кольцо когтем, но оно сидело слишком туго. Попробовала крутить, но и это не получилось. Тогда размахнулась и изо всех сил ударила им о скалу, торчащую из воды, но только отбила лапу, а целёхонький опал всё так же искрился в солнечных лучах, словно издеваясь.


– Ты что делаешь? – раздался за спиной голос Рыси.


– Ничего! – буркнула Снежна через плечо и торопливо опустила кольцо в воду, стараясь выглядеть невозмутимо и по-королевски.


Брови у Рыси поползли вверх, что означало: «Врёшь, я знаю, но ничего не скажу, потому что ты королева… только лучше бы тебе признаться».


– Очень уж энергично ты взялась за своё «ничего», – усмехнулась она, – вот я и любопытствую. Отличное «ничего» в качестве упражнения перед завтраком.


– А может, я уже позавтракала, – хмыкнула Снежна. – Откуда тебе знать, проспавшей всё утро.


– Неправда, – покачала головой Рысь. – Я спрашивала солдат, и они сказали, что ты тут уже корни пустила – сидишь и калечишь то ли рыбу, то ли собственные лапы.


Королева гневно ощетинилась, бросив мрачный взгляд на стражников, выстроенных на берегу.


– Сказали, значит, – с угрозой повторила она.


– Нет-нет, – заторопилась Рысь, – сказали только, что ты не пришла к завтраку, а остальное я додумала уже сама, когда за тобой понаблюдала.


– Ну решила я поплавать, и что? – фыркнула королева с надменным видом.


– Ты не раз плавала при мне, но никогда не дёргалась, как перепуганный кальмар.


– Имей в виду, я веду счёт твоим дерзостям. Когда вернёмся во дворец, казню за все разом!


– Хорошо хоть один раз, а не за каждую, – рассмеялась Рысь, шлёпнув хвостом по воде и обдав королеву фонтаном брызг. – Ну Снежна, ну пожалуйста! Королевам тоже надо с кем-то общаться, расскажи, что случилось.


– Да ничего особенного! Кольцо вот дурацкое попалось, никак не могу его снять. Полная ерунда по сравнению с оравой подозрительных бездомных, которых надо куда-то пристраивать.


Наклонив голову, Рысь внимательно пригляделась к ней, будто к пальме, внезапно выросшей посреди Ледяного дворца.


– Здесь они уже в безопасности, дальше будет проще, – заметила она. – Ну-ка, покажи мне своё кольцо.


Снежна неохотно достала из воды лапу и протянула коготь с застрявшей драгоценностью, и Рысь тоже попробовала сначала тянуть, потом крутить и поддевать изнутри, пока королеве не надоело.


– Говорю же, никакой от тебя пользы, – проворчала она, отнимая лапу и вновь опуская в морскую воду, – нечего было и надеяться.


– В самом деле, никак его не сдвинуть. – В глазах Рыси появилось беспокойство.


Теперь не отстанет, с раздражением подумала Снежна.


– Скажи, это кольцо… тоже из Запретной сокровищницы, зачарованное?


Королева мрачно отшвырнула хвостом плавающий комок водорослей.


– Да, только не работает.


– Серьёзно? А что оно должно делать?


– Ну… вроде как зрение улучшать, но ничего не меняется, вот я хочу его снять.


– А было там что-нибудь написано? – не отставала Рысь. – Как его применяли другие королевы, к примеру?


– Нет, – фыркнула королева, – никаких таких инструкций и энциклопедий. Всё просто: надеваешь и видишь лучше.


– Только не видишь, – задумалась Рысь. – Так написано что-нибудь или нет? – Беспокойство в её глазах сменилось тревогой. – Ты что, просто надела кольцо, ничего о нём не зная?


– Почему бы и нет? Хорошо видеть всегда полезно.


– А вдруг в нём какая-то хитрость? Кто его знает, того древнего дракоманта – взял и добавил к добрым чарам проклятие!


А вдруг кольцо совсем для другого предназначено? Снежна с усилием отогнала неприятные мысли.


– Тогда его никто не стал бы хранить! – зарычала она. – Любая королева, подхватив проклятие, тут же уничтожила бы эту дрянь.


– Это если его можно уничтожить, – хмыкнула Рысь, повторяя вслух тайные опасения королевы. – Кольца всякие бывают. Вдруг оно само появляется в Запретной сокровищнице раз в сто лет, чтобы подловить очередную незадачливую королеву?


– Это я незадачливая? – взорвалась Снежна. – Придержи язык, и нечего тут панику разводить. Это же всё подарки для Ледяных королев, чтобы охранять их и делать могущественней – так же точно, как Стена рангов и Большой ледяной утёс.


– Лично я считаю, что от постоянной грызни, кто выше, кто ниже, мы не становимся сильнее, а всякие утёсы, которые отрезают нас от других племён, никому не добавляют безопасности.


– Вот как? – прошипела Снежна, прищурившись. – Подвергаешь сомнению главные принципы Ледяного королевства? Да как ты вообще оказалась в Первом круге, кто ты такая?


– Такая, что думает хоть иногда своей головой! – Рысь взмахнула крыльями, обдавая королеву водой и рыбьими мальками. – Та, что хочет помочь тебе стать лучшей королевой, чем прежние, потому что верит в тебя. Если очень хочется, можешь задвинуть меня в последний круг, когда вернёшься домой… если это странное кольцо даст тебе вернуться. Нет, не понимаю, как можно якшаться с магией после того, что она у нас натворила! – Она развернулась и поплыла к берегу, сердито расплёскивая воду крыльями и хвостом.


Снежна набрала воздуха и нырнула. Яростный вопль вырвался из груди миллионами пузырьков.


Вот почему нельзя делиться ни с кем! Любые советчики только вредят.


Рысь кругом неправа, а кольцо самое обыкновенное, магия в нём давно иссякла, вот и всё. Никакого отношения к ночному кошмару оно не имеет!


Вынырнув, королева увидела Рысь уже на пляже у костра с чужаками. Неподалёку мелкие драконята сооружали из песка что-то похожее на гигантский термитник, а сорванцы постарше стремились его развалить.


Опаловое кольцо в лучах утреннего солнца сверкнуло золотисто-голубым и лавандовым, словно подмигивая.


«Не боюсь я тебя, – подумала Снежна, – сегодня же избавлюсь, даже если придётся срезать вместе с когтем!»


Выбросить проклятую побрякушку в море, проводить чужаков до Приюта, а потом спокойно возвращаться домой. Жизнь наладится и пойдёт своим чередом, с ежедневными королевскими хлопотами.


Доплыв до берега, она выбралась на песок и махнула крылом стражникам. Можно не приглядывать, королева не сошла с ума, нечего даже сомневаться.


Снежна подождала, пока Рысь отвернётся, а затем пошла к хижине и опустила коготь в кувшин с пальмовым маслом, выставленный снаружи, но в результате лишь вся вымазалась.


– Да пожалуйста, сколько вам угодно, – ядовито процедила Тушкана, выглянув в дверь. – Всё моё теперь общее.


– Сама виновата, – буркнула Снежна, сердито уставясь на блестящее от жира кольцо.


– В том, что вы слишком увлеклись побрякушками? Да, есть такой грех у нас, дракомантов.


– Не пришлось бы увлекаться, работай по-прежнему твоя дурацкая магия! – Королева раздражённо дёрнула крыльями. – Сегодня проверяла, опять не выходит?


Тушкана ещё больше помрачнела.


– Нет, ни для кого. – Она бросила взгляд назад в дверь. К чему бы?


– Точно-точно? – Снежна протянула вперёд лапу. – Ну-ка попробуем… скажи кольцу, чтобы слезло.


Песчаная опасливо огляделась, но никого больше у хижины не было. Легонько постучала по кольцу и произнесла:


– Слезь с королевского когтя, прямо сейчас! Кольцо не двинулось с места. Снежна вновь тщетно попыталась его сдёрнуть и глухо зарычала от бессилия.


– Зачарованное? – спросила песчаная, с любопытством разглядывая искрящийся красками опал.


– Я так думала, но заклятие, похоже, выдохлось.


– Кто его накладывал, когда?


– Очень давно, тысячи лет назад, – вздохнула Снежна, – и, похоже, худшим дракомантом в истории – каким-нибудь бестолковым пожирателем тюленьих кишок! Зачем тратить магию только на то, чтобы кольцо не слезало с когтя? Идиотизм какой-то.


Тушкана задумчиво почесала подбородок.


– Может, оно должно воспитывать в королевах терпение? – слегка улыбнулась она.


– Ещё чего не хватало! – завопила Снежна, не в силах больше сдерживаться. Шелкопряды на берегу начали оглядываться, и она продолжала тише: – Никакие древние безделушки не имеют права меня учить! Я и так слишком терпеливая. Уже не один месяц на троне, а никого пока не проткнула сосулькой… хотя многие это не раз заслужили!


– Ну ладно, – вздохнула Тушкана, – если магия ко мне вернётся, первым делом сниму с вас кольцо.


– Обойдусь, – бросила королева, – есть и другие способы…, но если вернётся, тут же дай знать, – добавила она.


Кивнув с явным сомнением, дракомантка молча нырнула обратно в хижину. Снежна успела заметить внутри чёрную чешую и поспешила тихонько удалиться. Не хватало ещё, чтобы ночная проснулась и полезла ей в голову! Как будто мало вечных приставаний Рыси, пусть никто больше не знает о королевских заморочках с непонятным кольцом.


У костра между тем осталась одна Луния, вокруг неё валялись куски разрезанных бронзовых браслетов. Остальные шелкопряды разбрелись в поисках кокосов или прилегли отдыхать на прогретом солнцем песке пляжа. Рысь летала где-то в небе вместе с листокрылами.


Увидев перед собой ледяную, Луния встревожилась и уронила браслет, который вертела в лапах.


– Привет! – хмуро поздоровалась Снежна. – Слушай, ты не могла бы помочь мне с этим кольцом… ну, своим огнешёлком? Не снимается, хоть тресни.


– Вы королева ледяных драконов, да? – Шелкопрядка с вызовом задрала подбородок. – Та самая, что вчера выгнала моих сородичей со своей земли?


– К твоему счастью, – примирительно усмехнулась Снежна, – иначе ваше трогательное воссоединение не состоялось бы.


– Ладно, покажи, – вздохнула огнешёлковая.


Взяв протянутую лапу, она подняла с песка сияющую раскалённую нить и аккуратно провела ею по серебристому краю кольца – раз, другой, третий, – но огонь не оставлял на металле никаких следов. Она нахмурилась и попробовала снова. Жар опалял чешую на лапе, и Снежна едва терпела, к тому же ей были неприятны прикосновения чужачки. Наконец Луния огорчённо пожала плечами:


– Как странно… Прошу прощения, ваше величество, ничего не получается.


Королева отняла лапу и с шипением вгляделась в проклятый опал. Даже огонь его не берёт!


– Не говори никому, ладно? – попросила она.


– Договорились, – кивнула огнешёлковая. – Обращайтесь, если что.


– Если что? – фыркнула Снежна и развернулась, не ожидая ответа.


Устроившись на широком валуне под тенистым деревом, она углубилась в размышления. Солдаты охраны обступили её на почтительном расстоянии, один из них принёс рыбы на завтрак, и Снежна даже не забыла поблагодарить его. Хотя бы один благородный поступок, достойный лучшей из королев, подумала она.


Остальные зачарованные украшения, браслеты скрытности и тиару силы, удалось снять без всяких трудностей, и ничего необычного не произошло.


Снежна всегда думала, что творения ледяных дракомантов – это непременно что-то полезное и выдающееся, как и положено величайшему из драконьих племён. Такое неприятное заклятие больше пристало какому-нибудь ночному!


С другой стороны, ну какой особенный вред от этого кольца? Рысь сама виновата, что переживает из-за ерунды. Во всяком случае, чувствовала Снежна себя прекрасно, даже лучше, чем обычно – хотя, возможно, лишь потому, что давно не видела самодовольной, надменной гримасы тётушки Тундры.


Если на кольце и есть тайное заклятие, то не очень серьёзное: здоровья не лишает и в другого дракона не превращает – ха, пусть только попробует, королева Снежна всегда останется собой! Впустить в королевство подозрительных чужаков оно тоже не заставило. Всё нормально, всё как всегда.


Печаль от дурного сна понемногу уходила. Со своего валуна Снежна могла незаметно наблюдать за Аталой. Шелкопрядка с сапфировыми пятнами на крыльях освободилась от браслета, перекусила горстью фиников, смеясь над листокрылом, которого пойманный краб ущипнул за нос, поспала немного, а потом уселась на песок, устремив взгляд на морской горизонт. Должно быть, вновь переживала за оставленную в Пантале семью. Жаль её, конечно.


А собственно, с какой стати? Королева решительно встряхнулась. Кто такая эта Атала, чтобы её жалеть? Чужачка, да и всё тут!


Дурацкий сон! Да пускай хоть и видение, всё равно.


Перед самым закатом из рощи за спиной послышался шорох кустов и топанье драконьих лап. Обернувшись, королева разглядела среди пальмовых стволов листокрылую, ту самую, что всё хмурилась, собиравшую в мешок упавшие кокосы. За ней шла ещё одна зелёная, но с розовыми прожилками крыльев и такими же полосками вдоль рогов.


– Вчера только прилетели, – лениво убеждала она, – почему ты такая дикая, хуже голодной пантеры? Хотели добраться и добрались, вот и хорошо.


– Мы не прохлаждаться сюда летели, Непентес! – горячо возразила первая. – У нас совсем другие планы. Я не собираюсь так просто отдавать на растерзание свою родину и всех драконов, кто не смог улететь!


Непентес расслабленно пожала крыльями.


– Неужто тебе так жаль терять Крапиву, Белладонну и толпу убогих шелкопрядов? По мне, так всё к лучшему, они не смогут нас больше раздражать, и никакая Белладонна – учить тебя жизни.


– Там осталась королева Секвойя, – свирепо оскалилась хмурая, – а с ней половина тех, с кем мы росли. Наш родной дом захватило злобное чудовище, а мы… Кстати, те самые убогие шелкопряды немало рисковали, чтобы нам помочь!


– Да не волнуйся ты так, – протянула Непентес. – Я только хочу сказать, что здесь куда лучше, чем в наших джунглях, полных хищных растений, или в ульях, набитых четырёхкрылыми. Лучше остаться здесь, освоиться и выбрать одну королеву на всех, листокрылов и шелкопрядов. Думаю, никто не станет возражать против королевы Росянки…


– Ни за что, – зарычала Росянка, – не смей даже заикаться! Моя королева – Орешник. – Бросив взгляд через плечо, она заметила ледяную, лежащую на валуне. Хлестнула хвостом, расправила крылья и взмыла в небо.


Забавно, подумала Снежна. Значит, Росянка? Вот и прямая угроза правлению королевы Орешник! Пока не хочет, но другие рано или поздно убедят.


Точно так же, как многие предпочли бы видеть королевой Хрусталь. Сколько таких, интересно? Может, они её и прячут? Потихоньку собирают войско, сговариваются с ночными… Где же всё-таки Хрусталь?


Снежна ещё размышляла, когда явился стражник и сообщил, что чужаки решили остаться ещё на одну ночь и вылететь в Приют на рассвете. Ясно, перевесило мнение Орешник: королева листокрылов только и делала, что бродила между пальмами, любуясь трепетом широких листьев на морском ветру. Однако Луна горячо убеждала всех, что в Приюте жизнь ещё лучше, там больше деревьев, пищи и воды.


Крайне подозрительно! Нет ли у ночной каких-нибудь коварных замыслов, иначе с чего бы ей так стараться?


Едва стало темнеть, Снежна принялась усердно углублять своё логово, мстительно отбрасывая песок в сторону Рыси. Хватит думать о глупом кольце, никаких больше видений, такова королевская воля! Разум должен подчиниться и видеть только нормальные сны. Вот.


Королева ледяных драконов свернулась клубком, закрыла глаза и тут же мысленно оказалась в чужой чешуе.






Глава 8





Она возится одна на кухне, скатывая мясные шарики из антилопы – когда лапы заняты, становится немного легче. Старается не думать о Киновари и о том, что могла бы сейчас вместе с «Хризалидой» бороться за перемены.


Старается не проклинать своё искалеченное крыло.


– Извини, Тау, – шепнула ей тогда Киноварь, пожимая лапы. – Мы ведь уже говорили: когда начнётся драка, тебе нельзя лететь с нами, слишком опасно.


– Хочешь сказать, мне за вами не угнаться, – печально вздохнула она.


– Ты хоть подумай, с кем мы летим воевать! Что, если на поле боя ты столкнёшься с Горбаткой, у которого белые мутные глаза и чужая воля? Лучше тебе не встречаться с ним, пока он такой. Подожди здесь, а мы вернёмся с победой.


– Да уж пожалуйста, постарайтесь! – Унимая колотящееся сердце, Та у обняла подругу.


Оставаться и ждать оказалось ещё труднее, чем она думала. Полная неизвестность, друзья где-то там дерутся, а она может лишь гадать, удалось ли им в конце концов одолеть чужую волю над разумом. Свободен Горбатка от королевы Осы или послушно убивает шелкопрядов, не владея собственным телом? Страшно подумать, как он станет себя казнить, если ранит или убьёт лучших друзей своей возлюбленной!


С тех пор как ядожалы все как один вдруг замерли, будто неживые, а затем вылетели в окна и направились на север, о них ничего не известно. Улей Златки почти опустел, здесь стало тихо, но тревожно.


– Эй, Тау!


Нет, не все как один, кое-кто остался.


В кухню заходит старая Скарабея и тут же суёт нос в мясные шарики.


– Что это у тебя? – спрашивает она придирчиво. – Какие травы ты добавила, почему такой странный запах?


– Шарики из антилопьего мяса, – терпеливо объясняет Тау.


– Надеюсь, с чесноком? Без чеснока его есть невозможно.


– Я положила чеснок.


– Не слишком ли много? – Скарабея подозрительно втягивает носом воздух.


Из коридора доносится шум, и обе оборачиваются, прислушиваясь к торопливым шагам. На кухню врывается принцесса Златка, и при её виде у Тау падает сердце.


– Только что прилетала Киноварь! – задыхаясь, выпаливает принцесса. – Ядожалы победили… они сжигают Отравленные джунгли, а потом двинутся сюда… а ещё они теперь могут управлять разумом шелкопрядов!


– Что? – Хоть лапы и в жире, Тау хватается за кухонный стол, чтобы не упасть. Трудно воспринять всё сразу, и она переспрашивает: – Киноварь здесь? С ней всё в порядке?


– Нет, принесла новости и сразу улетела предупредить шелкопрядов в других ульях. Я обещала, что переправлю своих в безопасное место. – Принцесса окидывает кухню паническим взглядом, словно готова прятать шелкопрядов в ящики из-под картофеля.


– Да, но как? – спрашивает Тау. – Куда нам лететь? – Сердце сжимается, будто утыканное иголками, поражения не ожидал никто.


– Вот беда, – шипит Скарабея, – кто же теперь прогонит мою гнусную племянницу? Как жаль, что моя дочь не горит желанием драться за трон, который и так по праву наш!


– Мама, не надо сейчас об этом, – вздыхает Златка. – Киноварь велела отправить всех на озеро Скорпион, а оттуда полетим все вместе – она знает куда. – Принцесса на миг умолкает, прижав лапы к вискам. – Надо проверить каждый ярус улья, чтобы никого не забыть… и да, паутину тоже! А ещё вынести все коконы шелкопрядов, и яйца из Гнезда – и шелкопрядов, и ядожалов…


– Зачем ядожалов? – перебивает Скарабея.


– Мы не можем их оставить! Крошечные драконята…


– Они уже заражены, а когда вылупятся, станут глазами и ушами Осы. Она найдёт нас! Если их взять с собой, мы потеряем всех остальных.


Златка тяжело вздыхает, сжимая когти. Понятно, она думает о своих драконятах, которые улетели вместе с остальными по воле Осы. До конца верила, что королева над ними не властна, но ошиблась.


Скарабея тоже догадывается о мыслях дочери и старается её утешить:


– Мне тоже их очень не хватает, Златка… но теперь мы хоть знаем. Останься они тут, Оса могла бы их использовать против нас.


– Она и так может.


– Только если найдёт нас. Им тоже будет безопаснее, если мы исчезнем.


Златка молчит, но хвост её хлещет по полу, рассыпая горку лимонов.


– Можно взять яйца ядожалов, уколотые только раз, – предлагает Тау. – Помните, Сверчок говорила, что Оса непременно жалит дважды, иначе не сможет ими управлять.


– Сверчок могла и ошибиться, – ворчит Скарабея, – рисковать нельзя.


– Ладно, кого можем, спасём, – решает Златка, – я ещё подумаю, а пока собирайте сюда всех шелкопрядов, кого найдёте, и разобьём их на команды. – Она уходит из кухни, перечисляя вслух неотложные дела, чтобы не забыть.


Недослушав мрачные пророчества Скарабеи, Тау выбегает следом и несётся по лабиринту ярусов и коридоров собирать драконов. Начать надо со слуг и заключённых в тюрьме. Сколько всего шелкопрядов в улье, послушаются ли они сразу, как быстро смогут улететь?


Уж точно быстрее, чем она сама с её больным крылом.


Подгоняемая страхом, она бежит из двери в дверь по садам, особнякам и бальным залам, а перед глазами теснятся жуткие образы друзей с побелевшими глазами, кровожадный оскал Горбатки и сама королева Оса, с жестоким хохотом поджигающая джунгли и убивающая листокрылов направо и налево.


Какое счастье, что Киновари удалось скрыться! Значит, и другие смогут, если постараются. Иначе никто из них больше никогда не увидит свободы.






* * *



Королева ледяных драконов проснулась в отвратительном настроении.


То есть сначала она проснулась в панике, с колотящимся сердцем, и растерялась, увидев себя на пляже – ведь надо срочно уводить шелкопрядов из улья Златки! Лишь чуть успокоившись, вспомнила, кто она на самом деле, и вот тогда её обычная раздражительность усилилась во сто крат.


Во имя трёх лун, что это было?


Опустив взгляд, она поняла, что лапы до сих пор дрожат, и сунула их поглубже в песок, чтобы успокоиться окончательно.


– Я сказала, больше никаких видений! – зашипела она.


Снова проклятое кольцо! На этот раз уже никак не спишешь подробности ночного кошмара на вчерашние впечатления. Ни разу в жизни она не встречала никакой Тау, да и не встретит, наверное, никогда. Либо та вымышлена спящим разумом целиком и полностью вместе со своей запретной любовью к ядожалу, друзьями-мятежниками и странным, набитым такими же незнакомцами ульем, либо дурацкая древняя магия в самом деле перетащила сознание через море, чтобы напугать до смерти чужими переживаниями.


Зачем? Зачем? Зачем?


По песку зашуршали шаги, и Снежна выглянула из логова. Конечно Рысь, кто же ещё, и вся взбудораженная, как обычно.


– Я знаю, знаю! – крикнула она, едва завидев королеву. – У меня идея!


Конечно, ни «доброго утра», ни «приветствую ваше величество» или хотя бы «извините за вчерашнее занудство». Ни малейшего понятия о придворном этикете. Невоспитанная тюлениха!


Снежна с раздражением отряхнула крылья.


– Поздравляю! – язвительно фыркнула она. – Дай-ка догадаюсь: наверное, я опять сделала что-нибудь не то.


– Вчера ты разбудила меня и спросила о странных снах, – увлечённо продолжала Рысь, – потому что сама видела такой! А твоё кольцо, которое никак не снять, называется «дар видения», правильно?


Ты думала, это про зрение, а на самом деле про сны – не видение, а видения, поняла? Кольцо насылает видения, то есть странные сны!


– Три луны! – прорычала Снежна. – Хватит болтать, я это сто лет назад поняла… но даже если так, почему кольцо не снимается? Всё-таки оно испорченное.


– Отчего же испорченное, если действует? – Рысь хлестнула хвостом, поднимая тучу песка. – Может, как раз важно, чтобы оно не снималось. Что ты видела сегодня? Расскажи!


– Мне казалось, – прищурилась Снежна, – что ты не доверяешь магии дракомантов и осуждаешь меня за эти побрякушки.


– Так и есть, но раз уж ты связалась с магией, надо понять, как она действует. Что хочет сказать кольцо?


– Ничего не хочет, – фыркнула королева, – оно неодушевлённый предмет, пускай и зачарованный. Нет у него ни чувств, ни мыслей – разве что самодовольство… Слышало? Ты самодовольная дрянь! – прошипела она кольцу.


– Ну Снежна, ну расскажи, ну пожалуйста! – взмолилась Рысь, подпрыгивая от нетерпения. – Что оно тебе показало? Наверное, наше королевство – что там делается без нас… или случится потом, в будущем?


– А вот ничего подобного! – рыкнула королева. – Никакой пользы от этих видений. Ни о моём племени, ни о важных делах – ничегошеньки. Дурацкая магия, дурацкая, глупее не придумаешь! С какой стати мне, королеве ледяных драконов, подсовывают переживания каких-то разноцветных чужаков с никому не нужных земель за океаном, которых я никогда не увижу?


– Переживания? – нахмурилась Рысь. – В смысле… ты разделяла их чувства – и мысли?


– Вчера я была одной из тех бедолажек. – Снежна ткнула когтем в сторону хижины на берегу, где виднелись силуэты спящих. – Её зовут Атала, воистину трагическая судьба… А сегодня вообще кто попало – какая-то Тау, которая не успела сбежать и теперь дрожит от страха. На что мне она? Помочь-то всё равно не могу.


Да и не стала бы в любом случае. Мало, что ли, и так налетело подозрительных беглецов!


– Хм… – задумалась Рысь. – А может, смысл всё-таки есть? Расскажи подробно, что видела, вдруг станет яснее.


– Да что за дар тогда – не дар, а учебное задание! Спасибо, мне такого добра уже хватило. Я королева, пусть другие делают за меня домашнюю работу.


– Вот и давай, расскажи! – обрадовалась Рысь. – А я соображу, что это может значить. Про вчерашнее тоже, пока не забыла.


– Нет! – Королева сердито ткнула в неё когтем. – Ни за что не поведусь на такую глупость… Лучше скажи, готовы эти неповоротливые тюлени лететь сегодня в Приют? Гляну-ка я на них.


Рыси явно хотелось настаивать, но она сдержалась и двинулась вслед за королевой по пляжу.


Ну разумеется, готов никто не был, и собирались ленивые чужеземцы всё утро. А потом ещё и решили оставить самых слабых, которых набралась едва ли не половина, и подготовить сначала место для их размещения в Приюте. Пока решали, кому лететь, а кому остаться, настало время перекусить, и в результате стая взмыла в небо, когда солнце стояло уже почти в зените.


Снежна собирала своих стражей, чтобы лететь следом, когда случайно услышала имя королевы Тёрн. Навострив уши, она замедлила шаг и обернулась. Разговаривали ночная с песчаным.


– Я полечу вперёд и навещу по пути королеву Тёрн, – говорил он. – Вдруг забеспокоится, что за странного вида драконы летят такой толпой через наши пески. Короче, надо предупредить.


– Скажи ей, куда они летят, – кивнула Луна. – Приют построили на границе Небесного королевства с Песчаным, так что Тёрн имеет право знать.


Ха-ха, подумала Снежна, продолжая свой путь. Посмотрим, как ей понравится. Если королева Тёрн позволит целой ораве бездельников ошиваться у неё на границах, значит, не такая уж она могущественная, как все думают.


Ещё интереснее, что скажет королева Рубин. Приют задуман как крошечный анклав для изгоев, добровольных и не очень, из разных племён вроде двоюродного братца Холода и остатков Когтей мира. Совсем другое дело многие сотни чужаков – без особого разрешения такое дело не выгорит. Тем более если за этими поналетят из Панталы и остальные. Кто знает, сколько там ульев и сколько в них шелкопрядов? А куда поведёт их Киноварь – ясное дело, сюда, ведь Пантала целиком захвачена королевой Осой с её покорными ядожалами.


Королева сердито зашипела, отгоняя лишние мысли. Пускай Тёрн и Рубин разбираются сами, это не её проблема. Главное – безопасность племени ледяных, за которое отвечает она, королева Снежна!


Тем не менее ужас, пережитый в кошмаре, ещё бурлил в её жилах, и панику от невозможности срочно увести из улья множество драконов не так просто было развеять. Как давно, интересно, происходили события сна – прошлой ночью или на несколько дней раньше, как в тот раз с Аталой?


Если давно, то где теперь Тау, Златка и Скарабея – в укрытии или в тюрьме у королевы Осы… а может, летят через море сюда?


Всё, хватит думать о ерунде! Какая разница, в конце концов?


– Летим! – скомандовала она и развернула крылья, поднимаясь в воздух.


Солдаты выстроились в походный порядок вокруг королевы и устремились вслед за листокрылами и шелкопрядами прочь от побережья, на восток, где простирались жаркие пески.


Оглянувшись, Снежна заметила Тушкану. Дракомантка сидела на пороге хижины и наблюдала за полётом стаи.


Почему-то не слишком она огорчена, что магия перестала действовать. Владей сама Снежна дракомантией, перепугалась бы до смерти, а Тушкана как будто даже довольна и только посмеивается над раздражением королевской особы.


Может, врёт? Впрочем, если бы магия действовала, разве Цунами с компанией упустили бы возможность переправить драконов из Панталы быстро и легко? Да и королеву Осу остановить могли бы, наверное.


Да точно могли бы! Убрали же магическую чуму, которую наслал Мракокрад, а потом и его самого. Они развеяли бы все беды Панталы, едва шевельнув когтем. Значит, магия всё-таки иссякла.


Почему? Что случилось?


Снежна грозно уставилась на кольцо.


– Ты что-нибудь об этом знаешь? – прорычала она. – Почему ты действуешь, а полезная магия – нет? Давай-ка объясни, вместо того чтобы забивать мне голову сочувствием и прочей ерундой. Хочу такое видение! – Хорошо бы подействовало. Скажешь, что хочешь узнать, и пожалуйста! Было бы просто здорово, как же она раньше не подумала? – Слышишь меня, кольцо? Сегодня ночью никаких больше шелкопрядов, только ясный простой сюжет, по которому я узнаю, что случилось с магией дракомантов.


Опал сверкнул весёлой радугой в солнечных лучах. Непонятно было, правда, что он имел в виду: «Слушаюсь, ваше величество. Как прикажете» или «Ха, ещё чего! Покажу, что хочу, и не отвертишься».


Что ж, завтра утром станет ясно.


Она усердно заработала крыльями, догоняя стаю драконов, перечеркнувшую горизонт над пустыней. Хотелось верить, что проблема кольца решена, но стряхнуть тяжкое ощущение, что магия его не так проста, не очень-то получалось.






Глава 9





Ледяные, листокрылы и шелкопряды летели причудливо смешанной стаей над бескрайними песками – которые, кстати, оказались просто ужасным местом. Солнце палило безжалостно, высушивая чешую на спине, так что Снежне казалось, та вот-вот потрескается. Как может кто-то здесь жить? Отвратительная жара! Фу!


Судя по всему, листокрылы страдали почти так же, как ледяные, и по мере удаления от моря драконьи крылья двигались всё медленней. Ни одного дерева кругом, только камни и песок, песок и камни, и больше ничего, куда ни глянь.


Тушкана не уставала повторять, что Ледяное королевство никто не собирается захватывать, потому что оно никому не нужно, но кому может понадобиться вот это вот безобразие? Любой дракон уж точно предпочтёт ледяную заснеженную прохладу с белыми медведями и моржами. А какую пищу найдёшь в раскалённых песках – тощих иссохших ящериц, костлявых вонючих верблюдов? Так что желающие завоевать ледяных всегда найдутся, и Снежна теперь до конца уверилась в своей правоте: укреплять границы, безусловно, стоит.


Карта, полученная ночной от её песчаного приятеля, показывала все оазисы на протяжении маршрута, и стая пару раз останавливалась пополнить запасы воды. Снежна забредала в ручейки и мелкие лужицы, стараясь промочить каждую чешуйку. Как глупо было со стороны целых поколений её предков воевать с песчаными за эти безжизненные земли, толку от них ровным счётом никакого.


Очертания горных пиков показались впереди только к вечеру. Казалось, гигантский дракон растянулся на горизонте, воинственно топорща спинной гребень. На склонах гор различалась зелень и бурая земля, а вершины сияли великолепной снежной белизной.


Тау никогда в жизни не видала гор, невольно подумала Снежна и тут же изругала себя за лишнее воспоминание. Ну и что, подумаешь! Она тоже ни разу не видела странных городов-ульев и прекрасно без таких впечатлений обойдётся!


Взмахнув крыльями, она поравнялась с королевой Орешник. В глазах той мелькнуло удивление, но усталость помешала выразить его вслух.


– Привет, у меня к тебе вопрос, – начала ледяная, – сколько ваших там осталось?


– На берегу? Ну, примерно…


– Нет-нет, за морем, в Пантале. Много не успело улететь?


Листокрылая озадаченно поморгала.


– Ну, во-первых, почти всё войско – те, кто отправился с королевой Секвойей на битву. Попали под Дыхание зла и оказались во власти Осы. – Она нахмурилась и закусила губу, и Снежна не сразу поняла, что Орешник сдерживает слёзы. – Надеюсь, кому-то из них удалось спастись. Ещё остались шелкопряды в ульях, их сотни, не скажу точно. Те, что улетели с нами, только из трёх ульев, они состояли в группе сопротивления, в «Хризалиде», и прилетели в джунгли помогать нам против ядожалов.


– Но всё пошло не так, и теперь тем шелкопрядам, что остались, грозит опасность.


– Да… – Листокрылая покосилась чуть растерянно. – Ты… беспокоишься за них?


– Да нет, нисколько, мне-то какое дело? – воскликнула Снежна. Разве что немного за Тау… но это не считается – дурацкая магия, ненужный сон. – Нет, – решительно покачала она головой. – Не то чтобы беспокоюсь, просто гадаю, когда вся остальная толпа явится ко мне в королевство.


– Перелететь океан так трудно… То есть мы надеемся, что они попробуют, но кто знает, сколько и когда, и получится ли у них.


– Эй, ночная! – выкрикнула Снежна, заставив крылья Орешник на миг сбиться с такта.


Луна, летевшая впереди, с удивлением развернулась и пристроилась к листокрылой с другой стороны.


– Чего ты хотела?


– Ты ведь умеешь видеть будущее, так? Холод рассказывал про какое-то твоё пророчество насчёт Мракокрада, хотя и бесполезное. А вообще когда-нибудь толк от твоих видений бывает? Можешь предсказать, долетят ли сюда остальные шелкопряды?


– Я… не совсем… – замялась ночная. – То есть мои видения не такие точные. Этих драконов я видела мельком, но других там не было… хотя могут и долететь.


– А покопаться у тебя в голове никак нельзя? Вызвать, к примеру, новое видение.


– Я-то думала, ты умеешь, – призналась Орешник, – и все вы тоже, когда захотите. Во всяком случае, Ясновидица могла, судя по её книге.


Ночная огорчённо покачала головой.


– У неё были необычные способности, а я вижу только случайные обрывки будущего или на ум приходят загадочные строки… – Заметив блеск любопытства в глазах ледяной, она смутилась, но Снежна ухватилась за ниточку.


– Ага, – потёрла она лапы, – стало быть, загадочные строки тоже были?


– Ну да, Цунами тоже рассказывала! – подхватила Орешник. – Дыхание зла там упоминалось? Может, и про то, как нам освободить всех и вернуть себе Панталу?


– Нет, к сожалению, никаких подробностей, – буркнула ночная. – Говорю же, загадочные.


– Всё равно расскажи! – потребовала Снежна. – Может, мы и разгадаем.


Луна вздохнула и процитировала:


Обрати глаза и крылья


К землям за пучиной моря,


Где отрава и насилье,


Где неволя, смерть и горе.




Там в яйце секрет таится.


Тайну прячут книг страницы.


Обретёт спасенье тот,


Кто отважно вглубь нырнёт.




Сердце, крылья, ум открой


Тем, кого изгонит рой.


В одиночку не отбиться


Племенам от власти злой.






Наступило молчание. Подняв глаза к небу и наморщив лоб, Орешник беззвучно повторяла слова, пытаясь сохранить в памяти.


– М-да, – заговорила наконец Снежна. – Скажу честно, не нравится мне это. Мало нам Мракокрада, так ещё и новая злая власть. – Она заметила, как вздрогнула и смутилась ночная, услышав имя. В чём, интересно, она виновата, не во вранье ли, что чёрный король исчез? А вдруг «злая власть» вовсе не новая? Уж больно похоже. – Погоди-ка, – вдруг вспомнила она, – ты сказала, племенам «в одиночку не отбиться»?


– Такие были слова, – беспомощно развела лапами ночная.


– Каким племенам, с Панталы? Ну да, каким же ещё, только трём вашим, а не нашим семи. Верно?


– А вдруг это обо всех племенах вообще? – внезапно – и совершенно несвоевременно! – включилась в беседу Рысь, незаметно пристроившись сзади. – Там же сначала о нас говорится: «Обрати глаза и крылья к землям за пучиной моря», а значит, и в конце тоже!


– Чушь! – скривилась Снежна. – Мы не сможем объединиться против зла, которое неизвестно где, за морями-океанами, даже если захотим – а ледяные драконы уж точно не хотят.


– Здесь в самом деле целых семь племён? – удивилась Орешник. – В каждом своя королева?


– Да, – кивнула ночная. – Созовём королевский совет, пускай решают. О Пантале и о том, что там происходит, должны знать все.


Просто чудесно, подумала Снежна. Собрать всех занудных королев, чтобы менять жизни. Впрочем, если туда слетать, можно ещё на какое-то время избавиться от Стены рангов… хотя выслушивать день за днём, как Тёрн, Рубин, Ибис и Коралл, а всего хуже Ореола талдычат про единство, сотрудничество, взаимное доверие и прочую ерунду – вот где настоящий кошмар!


– Я скажу Цунами, – продолжала ночная, – пусть она через драконов Приюта разошлёт приглашения всем королевам. – Взмахнув крыльями, она направилась к морским.


– Удивительно, как ваши королевства уживаются друг с другом, – восторженно проговорила листокрылая. – Вот бы и нам так мирно жить на Пантале!


– Уживаются? – хмыкнула Снежна. – Да у нас только-только закончилась большая война!


Точнее, даже две, если считать войну ледяных с ночными, которую она могла выиграть, если бы не вмешался тот настырный дракомант.


– Что, правда? – вытаращила глаза Орешник.


– Это долгая история.


– Я расскажу, – вызвалась Рысь, и весь остаток пути прошёл в разговорах о Песчаном наследстве, пророчестве и славных героических драконятах, хотя Снежна и считала, что гораздо больше примирению способствовали драконья гадюка и древний зачарованный оникс. Будь в том пророчестве ледяные, можно было бы закончить войну куда быстрее и спокойнее. Так или иначе, у королевы Снежны теперь совсем другие заботы.


Когда драконья стая начала опускаться к Приюту, королева удивилась, насколько он больше, чем она себе представляла. Новый посёлок строи ли вдоль реки, вытекавшей из озера в отрогах Облачных гор. Одни дома стояли на цветущих лугах, другие на лесных полянах, и в целом, с точки зрения ледяной, беспорядок тут царил страшный. Каждый дракон жил, как ему хочется, и строения попадались самые разные, от причудливых глиняных холмиков с дырой для входа до примитивных хижин из брёвен, крытых листьями, а на берегу торчали покосившиеся хибары, стены которых уходили прямо в воду.


Как ни странно, драконят вокруг бегало великое множество, и некоторые выглядели странновато.


Первым, кого заметила Снежна, приземлившись, оказался крошечный дракончик, плескавшийся в реке и нырявший за рыбой. На его красно-коричневой чешуе, как у земляных, виднелись голубые светящиеся полоски, а на лапах – плавательные перепонки.


Неподалёку оранжево-красные драконята сгрудились вокруг небесного, который читал вслух свиток, но у двоих на хвостах оказались скорпионьи шипы песчаных, а у одного на носу – россыпь угольно-чёрных чешуек.


Королева ледяных драконов ещё ломала голову, дивясь незатейливости местных нравов, когда из соседней рощи выскочил небесно-голубой дракон и помчался вприпрыжку к новоприбывшим.


– Цунами! – окликнул он с таким видом, будто само солнце спустилось с неба погостить.


Вот уж странно так странно, подумала Снежна. Тоже мне радость, встретить самую нахальную и неприятную особу из «драконят судьбы»!


– Привет, Шквал! – отозвалась морская, как всегда, самоуверенно, что никак не вязалось со счастьем, сияющим в глазах.


Парочка неуклюже обнялась, нечаянно стукнувшись головами, и принялась размахивать крыльями, весело хохоча. Впрочем, Снежну их отношения нисколько не интересовали, она озиралась, высматривая Холода, своего блудного двоюродного братца.


Кстати, что там за белая чешуя мелькнула в кронах деревьев? Королева прищурилась, но дракон, если он и был, тут же скрылся. Может, просто игра света?


– Как же я рад тебя видеть! – повторял тем временем Шквал. – Как раз мечтал показать наши последние… – Он вдруг осёкся, провожая взглядом длинную вереницу спускавшихся с неба драконов, которой, казалось, не было конца. – Что за… хм… откуда?


– Сюрприз, сюрприз! – пропела Цунами. – Встречай новых обитателей вашего Приюта.


– Вот эти все… но я не… – заикаясь, пробормотал Шквал.


– Они что, радужные? – послышалось со стороны реки, и Снежна, обернувшись, увидела наконец Холода, который подбегал, расплёскивая воду.


Королева нахмурилась. Так кто же тогда померещился ей в зарослях?


– Холод! – радостно завопила Рысь.


Вздрогнув, он оторвал взгляд от небесной стаи и тут только заметил ледяных, стоявших бок о бок.


– Рысь? – с недоумением выговорил он. – Снежна? Что вы здесь делаете?


Рысь многозначительно кашлянула, изобразив поклон.


– Прошу прощения, ваше величество! – поклонился ледяной, что несколько смягчило раздражение Снежны. – Добро пожаловать в наш Приют!


– Я решила осмотреть новый город, – сухо сообщила она, – и убедиться, что эти новые драконы осядут здесь и не станут возвращаться в Ледяное королевство.


– Да они и не смогут, – вставила Рысь, – через Большой утёс.


– Какие-то полукровки, да? – Холод кивнул на листокрыла, который жадно пил, опустив голову в реку. – У нас уже много всяких. Эти похожи на помесь морских с радужными, но… – Он умолк, тараща глаза на шелкопряда, плюхнувшегося в траву рядом с Цунами. – У него… четыре крыла, – потрясённо шепнул он, – и у того, и…


– Они с другого континента, – стала объяснять Рысь, размахивая лапами, – он и в самом деле существует, Холод. Там тоже полно драконов разных племён. Вот эти разноцветные – шелкопряды, а зелёные – листокрылы… а вон те двое – чёрно-жёлтые, видишь? – ядожалы.


Снежне редко приходилось видеть Холода растерянным, тем более таким ошарашенным. Пожалуй, ради этого одного стоило лететь в Приют.


Её взгляд снова метнулся к древесным кронам: что это, солнечный блик на серебристой чешуе? Однако движение не повторилось, листва мирно колыхалась на лёгком ветерке. Тем не менее Снежна предпочитала доверять своим инстинктам. Среди листвы определённо скрывался какой-то ледяной.


Прятался и наблюдал за ней.






Глава 10





– Здесь живут и другие ледяные? – спросила она Холода.


– Есть немного, – уклончиво ответил он. – Ты разве не знала?


Королева надменно фыркнула.


– Разумеется, знала. Я спрашиваю, сколько их и как зовут.


– М-м… мне не хотелось бы их выдавать. Кто знает, какие у них причины поселиться здесь… но думаю, они сами о себе расскажут.


Заорать на него, что ли? Она имеет полное право, как королева, и теперь он не посмеет возразить или убежать, как в прежние времена.


Однако свой шанс она упустила: пока размышляла, на землю опустилась ночная и обсыпала ледяного воздушными поцелуями.


– Луна… – произнёс он тихо и удивлённо.


– Привет, Холод, – чуть смущённо отозвалась она, дёрнув крылом, будто хотела потереться об него. – Мы так скучаем по тебе на Яшмовой горе.


– Я тоже соскучился… по всех вас.


– Тогда почему сидишь здесь? – встряла в беседу Рысь.


Все почему-то посмотрели на Снежну.


– А что? – с недоумением спросила она, помолчав и убедившись, что взгляды не случайны.


– Разве не ты запретила ему возвращаться в академию? – нахмурилась Луна.


Королева задумалась. Такого указа она не помнила, даже не размышляла на эту тему. Правда, был разговор с кем-то о двух драконятах, которых готовили в академию на замену Хладне и Холоду, но никто не спрашивал, можно ли ему остаться. Возвращаться в королевство она запретила, это да, но в остальном не ограничивала.


– Мне всё равно, – сказала она Холоду. – Если так уж хочется, можешь и дальше учиться обнимашкам и прочему вздору. У меня есть куча дел поважнее – к примеру, все эти бездомные и те, что остались за морем. – Она махнула крылом на драконов, которые один за другим приземлялись на прибрежный луг, так что Шквал был уже близок к панике.


– Остались за морем? – эхом отозвалась Рысь, взглянув на Снежну почти так же странно, как недавно Орешник.


Можно подумать, это так странно, если королева проявляет хоть немного участия к шелкопрядам, захваченным в плен непонятной злобной тварью!


– Я не хочу сказать, что им можно лететь сюда, – заметила она, – но те, что уже прилетели, вряд ли оставят сородичей в беде.


Один из листокрылов на берегу поднял голову и устремил на королеву ледяных пронзительный свирепый взгляд. Снежна узнала ту самую, что могла представлять угрозу трону Орешник. Как там её – Росянка? Та, что постоянно хмурится и воинственно вскакивает.


– Что такое? – надменно бросила Снежна.


– Мы не оставим их в беде! – прошипела листокрылая.


Подруга, стоявшая рядом, погладила её по крылу.


– Никто и не собирается оставлять.


– Эта груда ледяных сосулек не пускает их сюда, – отрезала хмурая.


– Нет, дорогая, – спокойно проговорила подруга. – Королева Снежна лишь повторила то, что ты твердишь уже третий день: нам надо вернуться и спасти остальных.


Королева была совершенно согласна, и вовсе не потому, что так уж переживала за оставшихся, а просто не хотела, чтобы беглецы оставались здесь навсегда.


– Меня зовут Ива, – представилась спокойная, – а это Росянка. Мы очень тревожимся за тех, кто не успел с нами.


– Вернёмся прямо сейчас! – потребовала Росянка. – Хотя бы только втроём – ты, я и Сверчок. Застанем врагов врасплох, пока Дыхание зла не разрослось на всю Панталу.


Луна поморщилась и передёрнула крыльями. Холод кинулся к ней, но она отмахнулась.


– Нет-нет, не видение, просто… эти слова, «дыхание зла», каждый раз пугают меня.


– А теперь представь, что ты застряла с этим «дыханием зла» на одном континенте, – скривилась Снежна и сразу уловила всё те же странные взгляды. Может, кольцо окрашивает ей рога в какие-нибудь несусветные цвета?


Неловкое молчание нарушили подбежавшие морские.


– Шквал говорит, тут места навалом, – оживлённо сообщила Цунами, – хватит на всех.


– Не совсем так, – возразил он. – Я сказал, что не знаю, как всех разместить, но если они подождут денёк-другой, мы что-нибудь придумаем.


– Ха-ха! – щёлкнула хвостом Снежна, обернувшись к Цунами. – Слышишь, даже твой драгоценный дружок с его проектом всеобщего единения не готов принять этих бедолаг. Так что нечего мазать меня чёрным с рогов до хвоста, я повела себя нормально… Не обижайся, – шепнула она королеве Орешник.


Цунами бросила на Шквала уничтожающий взгляд, и тот поспешно сдал назад:


– Ну конечно, я готов их принять! Мы справимся, хотя нас сразу станет вчетверо больше и… Если, к примеру… ну, мне только надо… в общем, пускай остаются, как-нибудь разберёмся.


– Вот и отлично! – просияла Цунами. – Я знала, что на тебя можно положиться.


– Мы и сами поможем, – заверила Орешник. – Листокрылы устраивают себе жильё на деревьях, так что свободной земли нам не требуется, а шелкопряды плетут себе гамаки из собственного шёлка – это тоже кстати.


Снежна заметила, что королева листокрылов старается не смотреть на развалюхи, стоящие вокруг.


– Кроме того, мы вообще тут ненадолго, – добавила Росянка. – Как только выработаем план, отправимся на Панталу воевать с Дыханием зла.


Орешник с Ивой обменялись взглядом, от которого даже у Снежны встопорщился гребень, так что она не удивилась, когда Росянка сердито зашипела и удалилась к озеру.


– Ваше величество, – церемонно обратилась Орешник, – вас не затруднит остаться с нами ещё на несколько дней?


– Я, здесь? – удивлённо приподняла крылья Снежна. – С какой целью, интересно?


– Тогда мы пригласим других королев, – объяснила Цунами, – и устроим большой совет. Не потому, что мы вас нежно любим, не беспокойтесь.


– Не груби моей королеве! – возмущённо фыркнула Рысь.


– Я была бы очень признательна, ваше величество! – горячо продолжала листокрылая. – Вы единственная королева, с которой я знакома, и мне хотелось бы видеть на совете хоть одного друга.


Три луны! Главное, не растечься сентиментальной лужей только из-за того, что какая-то зелёная чужачка напрашивается на дружбу. Мы же с ней, по сути, совсем незнакомы, да и с какой стати королеве ледяных заводить подруг из других племён? Какую пользу такая дружба принесёт ледяным драконам? Могущества уж точно не прибавит!


Остаться или нет – другой вопрос. Стоит ли позволять остальным королевам встречаться без ледяных? Кто знает, что они станут болтать о королеве Снежне у неё за спиной? Чего доброго, заговор устроят, самодовольные моржихи!


Да, пожалуй, остаться будет полезно для всего племени – надо быть в курсе всего, что происходит.


– Ну хорошо, – проговорила она скучающим тоном, – наше величество может дождаться здесь других монархинь. Только передайте им, чтобы собирались живее, я не могу надолго отлучаться из дворца.


– Пошли быстрее искать гонцов! – Шквал потянул Цунами за крыло, пока та не ляпнула королеве ещё что-нибудь обидное.


Рысь повернулась к Холоду.


– Покажешь мне тут всё? Очень интересно.


– Ну конечно! – воскликнул он и, помедлив, добавил: – Луна, хочешь тоже прогуляться?


Ночная кивнула, но как-то отстранённо. Она почти всегда держалась так, будто кто-то невидимый шептал ей на ухо.


А ведь так и есть, подумала Снежна, она же слушает наши мысли!


«Я знаю, ты меня слышишь, ночная! – крикнула она мысленно. – Так вот тебе: всё твоё племя – злобная стая огнедышащих жаб!»


Луна вздрогнула, бросила на ледяную обиженный взгляд и поплелась за Холодом и Рысью на луг. Ива с Орешник постояли ещё немного, будто ожидая от Снежны ещё каких-то слов, затем двинулись к озеру, куда ушла Росянка.


Оставшись одна, королева с наслаждением забрела в быструю реку с чистейшей ледяной водой и долго стояла там, впитывая холод всей чешуёй и наблюдая за жизнью драконов Приюта – песчаных, небесных, морских, земляных и даже парочки радужных, которых она поначалу приняла за шелкопрядов.


А где же ледяные драконы, задумалась она. Что ж, должно быть, их королевство так прекрасно, что покидать его никому и неохота. Впрочем, ночных в Приюте тоже почему-то не наблюдалось, что немало обесценивало её гипотезу. Опять-таки, Холод сказал, что ледяные тут есть… но где же они? Что мешает им выйти и подивиться на невероятную толпу экзотических гостей?


Судя по всему, обитатели Приюта нисколько не боялись невиданных племён, больше любопытствовали. Наверное, потому что сами зачастую выглядели странновато или уже привыкли видеть вокруг драконов самой разной внешности. Снежна заметила, как тот красно-коричневый малыш со светящимися полосками на чешуе подбежал к шелкопряду, рассмотрел его со всех сторон, а потом уселся неподалёку, любуясь двумя парами оранжево-синих крыльев.


Снова серебристый блик среди зарослей! На той стороне луга и движется – ну точно ледяной дракон.


Королева вскочила из реки и бросилась сквозь высокую траву к зарослям, расталкивая по пути играющих драконят. Впереди что-то метнулось и исчезло среди деревьев – таинственный ледяной заметил погоню.


Бежать от своей королевы? Ну, это ему даром не пройдёт!


Прибавив шагу, она нырнула под древесные кроны, топча мягкий сырой ковёр из опавшей листвы и вдыхая густой аромат хвои. Над головой сердито верещали белки, а впереди мелькал длинный серебристо-белый хвост, похожий на хлыст. Ледяной дракон, никаких сомнений – тоже додумался, скрывать свою яркую белизну в тенистом лесу, да ещё в сумерках!


Ледяным драконам место в Ледяном королевстве и больше нигде, с раздражением подумала Снежна. Решительно непонятно, что могло заставить сородича покинуть родные края.


«Может, я сама?» – всплыла неприятная догадка. Кое-кто считает ведь, что Снежна плохая королева, как те участники битвы у Яшмовой горы. Вот и бежит в страхе, ожидая, что королевству грозит скорое разорение.


Она яростно тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Нет, так просто его не догнать, слишком она утомилась за сегодняшний день. Дротиком или ножом можно было бы достать издалека, но такой способ знакомства слишком уж кровожаден. Хотя стоп… у неё же имеется магия!


Остановив бег, Снежна легонько стукнула друг о друга алмазные браслеты на запястьях, представляя себя невидимой. Готово: она больше не видела собственных лап, а хвост чуть шевелил кусты за спиной, и казалось, что они колышутся от лёгкого ветерка.


Она продолжила преследование, но теперь двигалась осторожнее, стараясь не наступать на сухие ветки. Скоро впереди послышалось тяжёлое шумное дыхание – неизвестный ледяной остановился передохнуть, решив, что сбил погоню со следа. Он стоял недалеко от гигантского валуна, обросшего ядовитым плющом.


Не сводя глаз с серебристой чешуи в тёмно-зелёных зарослях, Снежна подкрадывалась всё ближе – шажок, ещё шажок… а затем сильно оттолкнулась задними лапами и прыгнула на ледяного, разбрасывая землю, опавшие листья и обломки веток. Оба покатились кубарем и врезались в твёрдый камень.


Она вскочила первая, отряхнула крылья и снова прыгнула, с силой прижимая противника к земле.


– Ой! Не надо, больно! – завопил он. – Прости меня!


Королева ледяных драконов изумлённо моргнула, узнавая изящный изгиб шеи и прозрачные небесно-голубые глаза исчезнувшей старшей сестры.






Часть вторая


Приют для воришек





Глава 11





– Хрусталь, ты?! – ахнула Снежна. Села и щёлкнула алмазными браслетами. Сестра заворожённо смотрела, как в воздухе, мерцая, возникает драконья фигура. – Зачем ты шпионила за мной?


– Вот ещё! – с негодованием фыркнула Хрусталь. – Ты сама гонялась за мной по всему лесу.


– Только потому, что ты пряталась, а это подозрительно! Давно за мной наблюдаешь?


– Вовсе я не наблюдала и даже не собиралась, зачем? Всего-навсего старалась держаться от тебя подальше, а ты взяла и вломилась сюда, в мой уютный уголок. Что тебе здесь понадобилось? – Она попыталась оттолкнуть Снежну, но безуспешно. – Кстати, не будешь ли ты добра слезть с меня?


– Погоди, – нахмурилась королева, поднимаясь и давая сестре встать на лапы, – ты хочешь сказать, что жила здесь? В Приюте, всё это время?


Чувства наполняли её до краёв, готовые выплеснуться наружу. Выходит, Хрусталь вовсе не пряталась в ледяных лабиринтах дворца, строя зловещие планы? Зачем она поселилась в Приюте, чего добивается? Может, устроила здесь ловушку для неё, Снежны?


Каким образом, интересно? Не могла же она организовать вторжение чужеземных драконов только для того, чтобы заманить королеву в горные леса! С другой стороны, как объяснить иначе?


Когти королевы задрожали, кровь застучала в висках. Ловушка! Засада!


Хрусталь окинула деревья рассеянным взглядом, словно прежде не обращала внимания, где находится.


– Ну да, в общем. – Она пожала крыльями. – С тех пор как мама умерла, по большей части здесь и живу.


– А чем занимаешься? – Снежна пристально взглянула ей в глаза. – Плетёшь заговор, собираешь войско, нанимаешь убийц?


– Пожелай я нанять убийц, – усмехнулась сестра, – подалась бы сразу в Гнездо скорпионов, а в этой общине обожателей воришек каши не сваришь.


– Ага! Значит, всё-таки подумывала…


Из зарослей донёсся громкий треск, и королева едва успела развернуться навстречу опасности, как из-за дерева на неё бросился огромный дракон. Промахнувшись, он лишь задел её крылом по носу и со всего маху врезался в валун, но тут же вскочил и бросился снова. На этот раз уклониться не удалось, и противник прижал её спиной к древесному стволу.


Так и есть! Хрусталь замышляла убийство.


Та что-то кричала, но хриплый рык нападавшего мешал разобрать слова. Тёмно-коричневая чешуя, квадратная сплюснутая голова и мощные лапы – земляной дракон.


Так-так, сестра в сговоре с земляными! Небось и королева Ибис в курсе. Жаль, если так: повелительница земляных всегда казалась Снежне не такой занудой, как остальные. Притворялась, а сама тайно встала на сторону Хрустали!


Злобно зашипев, королева ледяных призвала дар силы. Вцепилась когтями в твёрдую чешую земляного… и отшвырнула его от себя, словно щепку. Оставляя за собой длинную просеку, он пролетел сквозь кусты и шумно обрушился в траву. Хрусталь с визгом устремилась за ним, королева пустилась вдогонку.


– Вот что ты задумала? – крикнула она. – Только меня не так легко убить!


Даже не обернувшись, сестра подбежала к земляному, который лежал навзничь, раскинув крылья.


– Гавиал! – крикнула она, припадая к нему. – Гавиал, что с тобой?


– Спасал… тебя… – прохрипел он.


– От кого, бестолковый ты бегемот? Никто на меня не нападал!


– Она… опасная.


Хрусталь глянула через плечо на Снежну, которая стояла на краю поляны, наблюдая за странной сценой. Сестра со слезами на глазах сжимала лапы земляного в своих, а тот таращился на неё снизу вверх с совершенно идиотским выражением. Должно быть, сильно стукнулся головой.


– Ты прилетела убить меня? – спросила Хрусталь.


– Зачем? – хмыкнула королева. – Ну разве что ты и впрямь замышляешь что-нибудь. А что, стоило бы?


– Нет уж, спасибо. Послушай, Снежна, как я могу что-то замышлять? Ты же помнишь, мы все дали клятву матери. Я обещала никогда не претендовать на твой трон.


– Да, но… в смысле, а что, если… – Королева смущённо умолкла. Почему-то ей ни разу не приходило в голову, что Хрусталь воспринимает клятву так серьёзно. – Я хочу сказать, если ты ничего такого не задумала, то почему исчезла?


– Знаешь, если честно, – в свою очередь смутилась Хрусталь, – я была уверена, что ты сама захочешь меня убить. Клятву мы давали не драться за трон, но она не мешает устранить возможную угрозу. Ты не обещала оставлять сестёр в живых.


Королева надменно фыркнула.


– Я не из тех, кто убивает наследниц, чтобы сидеть на троне вечно. Что за глупость!


– А ещё… Мне хотелось пожить где-нибудь ещё. – Хрусталь бросила взгляд на земляного. – Точнее, с кем-нибудь.


Снежна покосилась с недоумением: что за ерунда! Разве можно жить где-то, кроме Ледяного королевства? Тем более здесь, в этой шумной, лепечущей на ветру лесной чаще, набитой драконами из чужих племён! Зачем?


– Снежна, – продолжала сестра, – познакомься с Гавиалом. Мы повстречались во время войны, когда он прилетел с отрядом, чтобы вместе драться с принцессой Ожог. Когда я вернулась домой, никак не могла его забыть.


– Великие духи! – округлила глаза королева. – Вот оно что.


Хрусталь смотрела на земляного с той же идиотской нежностью, хотя, в отличие от него, ни обо что головой не билась. Да у них тут любовь! Сестра спуталась с земляным драконом! Скандал! Где были её мозги?


Выходит, не зря Рыси казалось, что Хрусталь что-то скрывает.


– Я думаю, мама узнала что-то, – вздохнула сестра, – или догадывалась. Потому и не стала отдавать мне корону.


– Потому что пришла в ужас?


Хрусталь гордо вскинула голову.


– Нет, потому что знала, как тяжело мне будет отказаться от любимого дракона. Стань я королевой, нам пришлось бы расстаться: иноплеменникам нет места в Ледяном дворце. Я бы не смогла так жить.


Ничего глупее Снежне слышать не доводилось. Предпочесть какую-то любовь трону целого королевства! Да ещё с земляным, во имя трёх лун!


Впервые после битвы у Яшмовой горы Снежна ощутила ясную уверенность, что мать правильно выбрала наследницу.


Великие духи, сколько же лишних мучений доставило бегство сестры! Ночные кошмары, вечный страх, что та прячется за углом, готовая напасть. Меж тем всё это время Хрусталь жила здесь, наплевав на корону и обнимаясь со своим избранником – самым обычным красно-бурым земляным!


– Ладно… – Королева уселась, поправила крылья, зевнула. – Надо было только сказать мне, а не улетать тайком. Я же потом места себе не находила!


– Разве я могла? – хмыкнула сестра. – Ты так же точно бы скривилась и не отпустила.


Снежна попыталась убрать невольную гримасу отвращения, но получалось плохо.


– Ну, может быть, – нехотя согласилась она. – А чего ты хотела? Земляной, подумать только!


– Я здесь, – слабо откликнулся Гавиал.


Хрусталь надменно щёлкнула хвостом.


– Ты ничего не знаешь о любви, Снежна… и о земляных, если на то пошло.


– И прекрасно без этого обхожусь! – Королева встала и двинулась в сторону посёлка. – Ладно, если ты не собираешься меня убивать, пойду посплю.


– Приятно познакомиться, – просипел ей в спину Гавиал.


От долгого дневного перелёта ныли крылья, но Снежна чувствовала себя лучше, чем когда-либо. Казалось, её чешуя легче лунного света и так же сияет сквозь хмурые тучи забот и невзгод.


Мать знала, что правильная наследница та, для которой королевство важнее всего!


Она подняла взгляд на две луны, уже заметные на сумеречном небе, и споткнулась об упавшую ветку. А может, старая королева считала лучшей Хрусталь, просто выбора не было, потому что та могла бросить трон и улететь к своему Гавиалу?


Снежна тяжело вздохнула – недолго продержалась её уверенность.


Выбравшись из чащи к озеру, она зашла в воду, чтобы промыть царапины, полученные в драке с Гавиалом, и смыть с себя лесной мусор и грязь. Ледяные солдаты встретили её с радостью, небось уже устали объяснять, куда подевалась королева. Проводили до удобного места для ночлега на берегу, подальше от обитателей Приюта, и устроились вокруг охранять, а Снежна принялась рыть себе логово и устилать его мхом.


Интересно, где шляется Рысь? Небось веселится в компании с Холодом и Луной, шатается по посёлку и сплетничает о королеве. Представляете, мол, надела кольцо и не может снять – ну тупая!


Кольцо по-прежнему не снималось, хоть тресни. Снежна улеглась, мрачно разглядывая его в вечернем сумраке. Общаться оно не хотело, ни единой самодовольной искорки.


«Помни, что я тебе приказала! – сердито подумала она. – Мне нужно особое видение, хочу узнать, что случилось с магией дракомантов. Если даже кошмар, только про это. Я твоя королева, и такова моя воля, слышишь?»


Кольцо дерзко молчало. Вздохнув, Снежна с опаской закрыла глаза и стала погружаться в сон.






Глава 12





Её зелёным крыльям не хватает света, когти ноют от ходьбы по камню вместо лесной подстилки, живот подвело от голода. Здесь мало пищи для всех, кого они прячут, а те, кто летает на охоту, каждый раз приносят тревожные вести об облавах. Рои ядожалов прочёсывают всю равнину.


Кого ищут, непонятно – то ли поджигателей улья Сколопендры, то есть их, то ли Росянку с друзьями.


Рядом свернулся клубком серый дракон, положив голову ей на плечо и сплетясь с ней хвостами. Самый лучший дракон на свете и настоящий герой, который пожертвовал ради общего дела родным домом. Даже когда она злится, он всё равно её любит. Она сама не знает, как могла полюбить хилого шелкопряда, но готова прикончить любого, кто посмеет его обидеть.


В пещеру входит листокрыл, и она подносит коготь к губам: пускай Сатир ещё поспит.


– Странные дела творятся наверху, – шепчет листокрыл. – Лаконос только что вернулся и говорит, видел с ядожалами и шелкопрядов.


– Ну и что странного? Они уже сто лет прислуживают ядожалам, те могли привлечь их и к облаве.


– Непохоже, – вздыхает Цикута, – летят вместе, единым строем, выполняют команды все разом… и у всех белые глаза.


Она удивлённо моргает.


– Не может такого быть, Оса не властна над разумом шелкопрядов.


– Теперь, стало быть, властна. – Он с досадой потирает щёку.


– А где Лаконос? Пусть расскажет в точности, что видел.


– Ушёл глубже в пещеры, всё надеется изловить этих странных обезьянок.


Подземные твари, похожие на обезьян, встречались им не раз, но тут же пропадали из виду. Никому из троих листокрылов так и не удалось полакомиться мясом проворных и на удивление хитрых зверьков.


– На самом деле всё ещё хуже, – признаётся Цикута. – Один из шелкопрядов сказал, что видел с ядожалами и листокрылов.


Она вздрагивает так сильно, что будит Сатира. Он садится, зевает и нежно трётся об её крыло. Совсем отощал, бедный. Как уберечь его от голода, от дурных новостей?


– Такого не должно быть! – шипит она Цикуте.


– Мы все видели тот дым на севере, – мрачно отвечает он. – Должно быть, королева Оса подожгла джунгли, чтобы отомстить за улей Сколопендры. Наше племя побеждено, и теперь…


– Нет, они просто куда-то улетели! – перебивает Сатир, в глазах его сияет непоколебимая вера. – Листокрылы и прежде переживали страшные беды, одолеют и теперь. Ядожалы не могут победить.


Ей так хотелось бы разделять его веру! Впрочем, неизвестно, что правильнее: надеяться на лучшее, рискуя, или ожидать худшего, чтобы не разочароваться.


– Надо что-то делать, – говорит она, – хотя бы узнать, что происходит. Почему Белладонна до сих пор не прислала весточку?


– Почему бы не дать бой ядожалам? – предлагает Сатир. – Нас много, с нами все шелкопряды из улья Сколопендры…


– Если королева Оса теперь может управлять не только ядожалами, но и шелкопрядами, и даже листокрылами, у нас ничего не получится. – Не говоря уже о том, что шелкопряды плохие бойцы. Она ласково берёт расстроенного Сатира за лапы. – Не волнуйся так, Оса тебя здесь никогда не найдёт. Никогда, слышишь?


Что же делать? Не сидеть же под землёй всю жизнь! Если нельзя вернуться в Отравленные джунгли… Неужели нигде на свете нет больше безопасного места?






* * *



Проснувшись, Снежна долго смотрела на спящего бок о бок дракона, укрывшего её крылом. Почему он побелел? До неё не сразу дошло, что это не Сатир.


Ну конечно, не Сатир! Серый шелкопряд остался по ту сторону океана, в глубоких пещерах под травяной равниной на континенте, которого королева ледяных драконов никогда наяву не видела, не увидит и видеть не желает, таким жутким он представляется в снах.


Нет, рядом с ней спит всего-навсего дерзкая и нахальная Рысь.


Королева ткнула её в бок – раз, другой… Наконец серебристо-белая ледяная соизволила открыть глаза.


– Как невежливо! – пробормотала она, отвернулась и сунула голову под крыло.


– Невежливо дрыхнуть на королевском хвосте! – рявкнула Снежна. – Вставай, живо!


Бормоча что-то, Рысь откатилась в сторону, затем села и встряхнулась.


– Ну как, было видение?


– Было, – призналась Снежна неохотно, хотя и будила подругу для того, чтобы поделиться. – Я была какой-то глупой листокрылой.


– Из тех, что прилетели?


– Нет, на той стороне, но она знает Росянку. По имени Бриония.


Рысь прибила лапой что-то мелкое и пушистое, шмыгнувшее в траве, и ловко подцепила когтем.


– Тогда, наверное, надо и Росянке рассказать. Ещё чего не хватало! Если так пойдёт, скоро о ночных приключениях королевы ледяных будет знать каждый второй, не считая первого. Одной Рыси, и то много.


Снежна в гневе подняла коготь с кольцом к глазам. Она уже почти пришла в себя, но ощущения Брионии всё ещё бродили под чешуёй, и это нервировало.


– Дурацкая сломанная игрушка! – прошипела она. – Ну и где там было про магию дракомантов?


Молочный опал невозмутимо подмигнул разноцветными искрами. Она встала и отряхнула крылья, всё ещё испытывая остатки любви к прекрасному серому шелкопряду… такому особенному… самому лучшему… Тьфу, да сколько можно! Такие слюнтяи никогда ей не нравились, не хватало ещё теперь таять при мысли о нём, как снег в пустыне.


Наверное, такие же чувства у Хрустали к её земляному. Хм… Снежна глянула на кольцо с подозрением. Решило преподать ей урок сочувствия и понимания? Вот ещё!


Неужто теперь до конца жизни придётся терпеть эти сны? Как остаться собой, если каждую ночь проводишь в чужой чешуе?


– Вчера я встретила Хрусталь, – сухо сообщила она. – Живёт здесь.


Рысь вытаращила глаза, уронив из пасти недоеденную добычу.


– Да что ты говоришь! Так с тех пор и живёт? – Она поковыряла в зубах и выплюнула клок мышиного меха. – Погоди… так значит, Хрусталь ничего против тебя не замышляет?


– Просто сбежала к своему возлюбленному земляному, – пренебрежительно фыркнула королева.


– Ну и ну! Выходит, и волноваться было не из-за чего. Может, и другие твои переживания ничего не стоят?


– Какая же ты всё-таки зараза!


Снежна могла бы сейчас разъяриться, наорать и даже закинуть непочтительную подданную на середину озера, но думать хотелось только о Брионии, да и Та у не давала покоя: сумела ли увести шелкопрядов из улья, найдут ли когда-нибудь беглецы друг друга?


Наморщив лоб, Рысь с беспокойством наблюдала за ней, затем покачала головой и предложила:


– Не хочешь глянуть, чем тут занимается наш одержимый приятель Холод?


«Приятель» – слишком сильно сказано, однако почему бы немного не развеяться. Королева двинулась по берегу озера вслед за Рысью в сторону Приюта и вскоре увидела недалеко от воды хижину, а рядом частокол из гладких древесных стволов, такой высокий, что пришлось вытягивать шею, заглядывая внутрь.


Там оказался выкопанный водоём и груда листьев и хвои с навесом сверху, а вдоль ограды сновал небольшой зверёк, да так проворно, что Снежна не сразу его признала.


– Великие ледяные духи! – поморщилась она. – Я думала, мой двоюродный брат давно уже переболел своей страстью к воришкам.


– Вот ещё! – раздражённо бросил Холод, выглядывая из хижины. – С какой стати? Они такие забавные!


– А ты такой странный! – парировала Снежна. – Кто бы ещё держал свой обед в шикарной клетке и месяцами им любовался.


– Никакой не обед, – возмутился ледяной, – а объект исследования. Я уже столько всего успел узнать о воришках, они такие сообразительные!


Королева закатила глаза.


– А куда подевался тот пришибленный, которого мама разрешила тебе взять с собой в академию?


– Бандита пришлось выпустить в лес, – трагически вздохнул Холод. – Так и не понимаю, что с ним было не так… зато вот эта новенькая совсем другая!


– Уже раз пять кусалась, – шёпотом сообщила Рысь.


– Очень храбрая, да, – с гордостью кивнул он, – все способы улизнуть уже перепробовала.


Королева снова заглянула через ограду. Длинный чёрный мех на голове у воришки был затянут в длинный хвост грязным лоскутом, когда-то ярко-жёлтым. Она бегала туда-сюда вдоль частокола, пробуя в разных местах его перелезть.


– Луна говорит, она ненормальная, – усмехнулась Рысь.


– Кто, Луна? – удивилась Снежна.


– Да нет, воришка. Непременно хочет выбраться отсюда.


Королева нахмурилась.


– Хочешь сказать, ночные драконы и звериные мысли читают?


– Трудно сказать, – ответил Холод, – скорее, чувства. Луна говорит, у них эмоции почти такие же сильные и сложные, как у драконов, – усмехнулся он.


– Даже так? – фыркнула королева. – В жизни так не смеялась! Боюсь, мне больше некогда уделять внимание твоей нелепой затее.


– Холод сказал что-то смешное? – раздался за спиной новый голос. – Если так, вся заслуга моя! Только мне удалось пробудить у него чувство юмора.


Ледяные обернулись к двум песчаным драконам, вышедшим из леса. Тот, что заговорил, вприпрыжку подбежал к Холоду с широкой улыбкой. Снежна узнала его: приятель Луны, стоявший с ней на пляже у хижины дракомантки.


– Ну всё, – вздохнул Холод, – теперь станет не до исследований.


– Ты так скучал по мне, вижу по глазам, – продолжал песчаный, обнимая его крыльями за плечи и тыкаясь носом в шею. – Я тоже с нетерпением ждал встречи, друг мой!


Снежна глянула на родственника с ещё большим изумлением.


– Понятия не имею, кто это, – сухо бросил тот.


– Вот, снова шутит! – просиял песчаный. – Я лучший его друг… а с вашим величеством мы, кажется, официально не знакомы, – обернулся он к Снежне. – Я Вихрь, главный помощник королевы Тёрн.


– Скажешь тоже! – фыркнула песчаная и тут же расхохоталась, так смешно он притворился обиженным.


Рысь незаметно пихнула Снежну хвостом, но та уже и сама узнала смеющуюся. Взойдя на трон, новая королева ледяных, хоть и без удовольствия, нанесла визиты всем правительницам племён, как требовал королевский этикет.


– Королева Тёрн… – склонила она голову точно, как положено.


– Королева Снежна… – ответила поклоном Тёрн. – Очень рада, что застала вас здесь.


– Вот как?


Снежна невольно ощетинилась, ожидая очередных наставлений. Хотя нет, такое больше в стиле Коралл, а Тёрн и сама не слишком жалует правила и традиции… зато бывает оскорбительно прямолинейной в высказываниях.


– Мне очень не нравится, что происходит по ту сторону океана, – заявила песчаная. – Слава лунам, теперь в Пиррии мир, и мы можем поговорить о делах как разумные драконы, а не злобные гиены.


Мир в Пиррии… только касается ли он ледяных драконов? Конечно, война за Песчаное наследство закончилась, но тут же следом королева Глетчер была коварно умерщвлена ночными, и отношение к ним юной наследницы никак не назовёшь мирным.


Что, впрочем, ещё не делает её злобной гиеной!


– Другие королевы собираются прилетать? – спросила она.


– Шквал говорит, прибудут к вечеру! – довольно сообщил Вихрь. Сверкнув янтарной серьгой в ухе, он одарил Холода очередной улыбкой.


Серьга… неужели та самая? Во всяком случае, на вид точно такая же, как те, что спасли племя от чумы Мракокрада. Снежна помнила, как ледяные из Мечты привозили их мешками по поручению королевы Тёрн, и первой заботой новой королевы стало выдать серьгу каждому дракону.


Их носили долго, опасаясь снимать, но потом однажды кто-то решился, и чума не вернулась. За ним последовали другие, и теперь такие серьги уже почти не встретишь на виду, хотя каждый хранит свою в укромном месте, на всякий случай.


На случай, если Мракокрад ещё вернётся.


Сама Снежна сняла серьгу последней из ледяных и носила теперь с собой в мешочке на шее. Как странно видеть с таким украшением жизнерадостного песчаного, наверняка надевшего его просто так.


– У тебя всё в порядке? – шепнула на ухо Рысь.


– Да, как и всегда. – Снежна гордо изогнула шею и уложила крылья по-королевски.


Внезапно что-то ярко вспыхнуло у неё перед глазами, подобно молнии. Голова словно раскололась, и всё вокруг – посёлок, загон для воришек, королева Тёрн, Рысь и остальные – исчезло без следа.






Глава 13





Он ощущает дрожь в когтях. Они принадлежат ему и в то же время нет.


Его собственные когти никогда не стали бы ловить драконят в паутине и тащить в улей. Его голос не стал бы орать на перепуганных шелкопрядов, а лапы – угрожать им копьём. Откуда оно вообще взялось?


Как долго уже он не принадлежит себе? Дни мелькают один за другим, сливаясь в одну размытую полосу. Королева засела у него в голове, лапах и когтях – и это гораздо хуже, чем он представлял, когда думал о жалкой участи порабощённых Осой ядожалов.


Если отрешиться от внешнего мира, уйти в себя, тело будет действовать и без него, и тогда время исчезнет совсем, но сейчас он не может так сделать. Он в родном улье, где жил до своего бегства со Сверчок и Мечехвостом. Рыщет по знакомым с детства коридорам, врывается в дома и лавки, ловит соплеменников-шелкопрядов, которые когда-то так мирно грелись на солнышке в Саду мозаик.


Бывшие школьные товарищи смотрят на него с ужасом. Они догадываются, что им управляет королева, ведь сам он на такое не способен. Оса теперь умеет подчинять и шелкопрядов. На самом деле даже не она, всё намного хуже… но они пока не знают. Смотрят на собственные лапы, гадая, когда с ними случится то же самое и что они почувствуют – как прежде гадал и он, Синь.


Всё не так просто. Чтобы подчинять шелкопрядов, требуется новое, более сильное Дыхание зла, а драконы, способные ускорить его рост, сумели улизнуть.


Насколько Синю известно, ни Росянку, ни Сверчок пока разыскать не удалось. Может, они уже в безопасности… может, даже где-нибудь в Древних королевствах, вдали от всего этого…


– Ротозеи! – шипит Оса у него в голове.


Как ни странно, его мысли она читать не умеет, зато её собственные слышны ему довольно разборчиво. Оса в ярости из-за шелкопрядов, ускользнувших из её когтей. За два дня, пока её войско спасало из горящих джунглей запасы корешков Дыхания зла, исчезли сотни четырёхкрылых обитателей ульев.


Из джунглей, которые она заставила поджечь его, с горечью думает Синь.


В то же время солдаты охотились на остававшихся в лесу листокрылов, но так никого и не нашли.


– Ни одного! Куда они все подевались?


В самом деле, куда?


– Я найду их! Найду и уничтожу. Их войско и королева уже у меня в лапах!


Оса торжествует и бесится одновременно. Ей хочется убить королеву Секвойю и всех листокрылов, но зловредное растение не позволяет. Оно управляет ею точно так же, как она – драконами. Обитатели джунглей с их даром листомантии ему нужны, чтобы скорее разрастись и рассеяться по всей Пантале.


Когда запасов Дыхания зла наберётся достаточно, его дымом можно будет подчинить всех шелкопрядов – если их удастся разыскать. Пока горели Отравленные джунгли, большая часть их попряталась. Войско ядожалов, куда призвали и Синя, обыскивал о улей за ульем. У Овод – никого, кроме самой хозяйки, королевской сестры, злой и растерянной. В улье Осы – пусто. У принцессы Златки тоже пусто, а что самое обидное, нет ни самой Златки, ни её матери Скарабеи! Неужто сбежали вместе с шелкопрядами?


– Мне давно следовало прикончить их обеих!


Решив опередить тех, кто предупреждает и прячет шелкопрядов, Оса разослала бойцов по всем остальным ульям. Так Синь и оказался в родных местах. Надеялся, что пусто и здесь, но гонцы «Хризалиды» на этот раз опоздали.


Он видел в толпе своих матерей, Пестрянку с Перламутровкой, но те его, к счастью, не заметили. Шелкопрядов сгоняли на время в Гнездо, пока Дыхание зла не будет готово для них.


А ему предстоит их стеречь, подумал тогда Синь, собственных друзей и родных! Даже поговорить с ними он не сможет, даже извиниться, что всё так скверно вышло. На глаза навернулись слёзы, но он не мог их утереть, потому что лапы не принадлежали ему.


– Все их лапы – мои лапы!


Осе приятно наблюдать через того самого огне-шёлкового дракончика, что осмелился бросить ей вызов, но управлять приходится сотнями, и в одной и той же голове долго оставаться не получается.


В ульях Цикады и Шершень оставлены засады, и тот, кто предупреждает шелкопрядов, непременно попадётся, и хищные зубчатые листья сомкнутся, проглатывая наглеца, как муху.


Оса хмурится: последнее сравнение не в её стиле.


– Убирайся из моей головы! – шипит она, но Дыхание зла не снисходит до ответа.


– Ничего, чтобы добыть себе власть, иногда приходится сотрудничать и с монстрами.


Теперь ей кланяются все три племени, разве не об этом она всегда мечтала? Она ещё с малолетства поняла, что шелкопряды и листокрылы представляют угрозу. Они не мы, они странные, а значит, опасны!


– Не напади я первой, они сделали бы то же самое. Если вокруг зло, то выжить можно, лишь став ещё большим злом. Шелкопряды и листокрылы отличаются от нас, а потому их надо держать под контролем.


Управляя всеми, она обеспечит безопасность себе, а заодно и им. Никто не посмеет поднять даже коготь без её позволения.


– Все ополчились против меня, но я подчинила всех. Власть королевы должна быть абсолютной, иначе она не королева. Никто не должен спорить с ней и жаловаться на неё, а только бояться – так и только так!


Она ходит из угла в угол, одни и те же мысли вертятся в голове. Чтобы успокоиться, придётся кого-нибудь убить…






* * *



Снежна вернулась в свой разум резко и болезненно, словно обрушилась с большой высоты – из Синя в Осу и обратно в себя.


Жалкий бессильный шелкопряд – полная противоположность ей. Ужасное ощущение, которого она никогда не простит коварному кольцу!


Однако побывать королевой ядожалов оказалось на самом деле ещё хуже, ведь в её страхах слышались отголоски собственных.


Нет, разве она, Снежна, стала бы творить такое… или смогла бы? К примеру, использовать незнакомые и странные зачарованные предметы, чтобы стать могущественней…


Она осознала, что лежит на траве вся мокрая, словно только что вышла из озера. В воздухе пахло хвоей, воришками и снегом с горных вершин. Родной континент, слава лунам! Больше она не Синь и не Оса, а Снежна, и всегда ею была… и не желает больше становиться никем другим!


Кто-то потряс её за плечо.


– Очнись, да очнись же! Снежна!


Должно быть, это Рысь, раз непочтительно опускает королевский титул.


Королева разлепила глаза и зашипела от боли. Упала в обморок и ударилась головой? Нет, не в обморок, а в идиотский магический кошмар!


О великие духи! Ещё и среди бела дня – это уже никакие не сны, а настоящие видения! Сколько же ещё они будут продолжаться?


Она села и вновь попыталась силой сорвать кольцо. Рысь радостно вскрикнула и кинулась обниматься.


– Слава лунам! Снежна, не делай так больше, пожалуйста!


– Как именно? – послышался голос песчаного, и королева обернулась.


Вокруг неё собралась целая толпа, во взглядах драконов читались любопытство, недоумение и тревога. Свидетелей её позора оказалось более чем достаточно: к песчаным и ледяным успели присоединиться Росянка, Луна и Сверчок с крикливым младенцем-ядожалом в лапах.


При виде очкастой у Снежны ёкнуло сердце. Синь будто потянулся наружу из её чешуи, испуская любовные волны. Ну что за наказание! Может, Сверчок и чуть ближе ей по характеру, чем тот же Сатир, но всё равно никакого сравнения.


– Со мной всё в порядке, – бросила она. – Ничего страшного, хватит на меня таращиться!


Холод с королевой Тёрн вежливо отошли и задрали головы, будто разглядывают облака, но зачарованный взгляд Сверчок так и не оторвался от королевы.


– Извините, ваше величество, – выдохнула очкастая, – но вы мне вдруг кое-кого напомнили… так странно…


– Наверное, Луну, когда у неё видения? – предположила Луния. – Вы тоже умеете видеть будущее? Расскажите нам.


Королева тряхнула головой и снова поморщилась. Голова ещё болела, вдобавок ныли когти от попытки сорвать кольцо, да ещё и крутило в желудке, что вообще уже было непонятно, разве что сказался быстрый переход из одного дракона в другого.


В самом деле, что она видела: будущее, прошлое или настоящее?


– Думаю, это от голода, – заявила Рысь, приходя на помощь любимой королеве. – Голодный обморок – дело обычное.


Холод повернулся к Лунии.


– У ледяных драконов не бывает дара ясновидения, – объяснил он, – только у ночных.


– Всё равно похоже на чары, – хмыкнул Вихрь, вопросительно глянув на Тёрн, будто доверял её зрению больше. – Как вы себя чувствуете, ваше величество? – обратился он к Снежне.


В его голосе слышалось искреннее беспокойство, никакой насмешки. Снежна заметила, как он невольно дотронулся до своей янтарной серьги. Вспомнил о Мракокраде и его чуме, унёсшей старую королеву ледяных? А сколько ещё зловредных заклятий успел наложить жуткий ночной!


А вдруг зачарованное кольцо с проклятием тоже он подложил? Снежна в панике сунула лапу в мешочек на шее, нашарила серьгу и вставила себе в ухо. Затем вновь попыталась его снять. Все взгляды вновь обратились на неё.


Кольцо не сдвинулось с места. Нет, заклятие накладывал не Мракокрад, иначе оно развеялось бы в тот момент, когда она надела серьгу. Вздохнув, Снежна сняла её и вернула в мешочек.


– Что это было? – нарушила молчание Росянка.


– А какая ещё магия у вас? – продолжала любопытствовать Луния, обводя взглядом песчаных и ледяных.


– Вспомни невидимое ледяное войско, – подсказала Сверчок, – я же тебе говорила. Удивительный эффект! А главное, как это связано с драгоценностями? – Она бросила взгляд на алмазные браслеты и строптивое кольцо с опалом.


Вихрь задумчиво покачал головой и протянул лапу.


– Можно мне посмотреть?


Снежна сама не знала, почему вдруг послушно подняла коготь, позволяя разглядеть опал. Должно быть, влияние Синя, который готов был доверять каждому встречному. Оса на её месте впилась бы в лапу песчаного зубами.


Так кто же она на самом деле, Снежна или уже не совсем? Как должна вести себя она сама и какие из её чувств реальны?


– Хм… невидимое войско? – озадаченно пробормотал Холод, переглянувшись с Рысью. Та потянула его в сторонку и принялась что-то шептать на ухо.


Меж тем песчаный с любопытством ощупывал опал и крутил кольцо, пытаясь стащить с когтя.


– Нет, оно не просто застряло, – заключил он. – Тут какое-то заклятие. Кто его накладывал, не знаете?


Росянка у него за спиной со свистом втянула воздух.


– Что, настоящие магические заклятия? Вы умеете?


Снежне очень не хотелось ничего рассказывать чужакам, особенно о том, что касается только ледяных… но рядом стояла Сверчок с горящими от любопытства глазами, которые так любит Синь – он точно не стал бы ничего скрывать. Да и как не сказать ей, что он жив – или был жив недавно, если видение показывало прошлое. Что же ты молчишь, дурацкое кольцо, неужели трудно объяснить толком?


– Это кольцо из нашей сокровищницы, зачарованное древними дракомантами, – решилась наконец она, подняв глаза на Вихря. – Оно посылает видения, в которых я как бы попадаю в других драконов, их мысли и чувства становятся моими. – Она помрачнела. – По правде говоря, это крайне неприятно.


– Три луны! – выдохнула Сверчок. – Синь от таких видений был бы просто в восторге.


– Кстати, вот только что… – королева ледяных, морщась, потёрла лоб, – я побывала в голове и у вашего Синя.


Про Осу рассказывать не хотелось. Может, так скорее удастся о ней забыть.


У шелкопрядки и ядожалихи загорелись глаза.


– У Синя? – ахнула Луния.


– Вы видели его? Что с ним? – одновременно с ней выпалила Сверчок.


– Нет, не видела, – фыркнула Снежна, – я просто была им, у него внутри, понимаете? Такой жалкий слабак мне ещё не попадался, мотылёк мотыльком.


– Ну точно он, – с обожанием выдохнула Луния.


Сверчок всхлипнула, заливаясь слезами.


– Ему хоть спрятаться удалось? Где он, что делает?


– Да какой там спрятаться, – хмыкнула Снежна и тут же ойкнула, ощутив пинок Рыси, – ну то есть жив пока, но ваша злобная королева управляет всем его телом. Он в улье Цикады, стережёт вместе с ядожалами арестованных шелкопрядов, там и матерей ваших заперли. Считает себя виноватым, мучается… Ой!


– Не надо, – обернулась Сверчок к Рыси, продолжая утирать слёзы, – нам надо узнать всё как есть.


– Вот именно! – рыкнула королева. – А то взяла моду, понимаешь…


– А о других драконах с Панталы не случалось видений? – перебила Росянка. – Как там листокрылы?


– Была одна… Бриония.


Листокрылая прищурилась, но не зло, а будто стараясь не выдать своих чувств.


– Она… королева Оса захватила её? Других тоже?


– Нет, она прячется, вместе с Цикутой и шелкопрядами из улья Сколопендры.


– Шелкопрядов всех удалось вывести? – теперь Росянка выглядела смущённой.


– Да, к счастью, – хмыкнула Снежна. – Ты хотела их сжечь заодно с ядожалами, но Бриония не позволила.


Листокрылая растерянно моргнула, но Сверчок тут же пришла на выручку:


– Ничего такого Росянка не хотела! Как раз она и помогла им связаться с «Хризалидой».


– Вот здорово! – воскликнула Рысь, глядя на свою королеву. – В смысле, как ты рассуждаешь про все эти пантальские дела и драконов, которых в жизни не видела. – Её поднятые брови как бы добавляли: «Как будто тебе есть до них дело».


– Ничего здорового! – раздражённо хлестнула хвостом Снежна. – Очень мешает, знаешь ли. Будто мало у меня забот в Ледяном королевстве! К чему мне дела целого континента, да ещё чужого?


– Тем более спасибо, что рассказали, – всхлипнула Сверчок, – это так важно для нас…


– Кто ещё был в видениях? – перебила Росянка. – Они же и прежде случались, так? А мы ничего не знали…


– Они с тех самых пор, как вы вломились в моё королевство! – зашипела Снежна. – Ещё только две шелкопрядки: одна Атала, прилетела с вами и сейчас здесь, а другая – Тау, которая собиралась бежать из улья Златки, пока туда не вернулись ядожалы.


– Тау… – вздохнула Сверчок. – И как ей, удалось?


– Да откуда мне знать? – Королева взмахнула крыльями, разбрасывая опавшую хвою. – Впрочем, нет, случайно знаю: ваш Синь вспоминал, что солдаты Осы нашли улей Златки пустым. Значит, улетела с другими, хотя неизвестно, вижу я настоящее, прошлое или будущее… – Она вдруг зарычала, оскалившись: – Зачем, зачем мне всё это? Да ещё теперь не только по ночам! А если прихватит во время королевского совета? Отрезать коготь, да и всё тут! – резко обернулась она к Рыси.


– Ну это, пожалуй, слишком, – пожевал губами Вихрь, который, оказывается, всё ещё держал королевскую лапу, разглядывая кольцо. – Только в крайнем случае… или даже самом крайнем.


– А что же мне остаётся? – в отчаянии завопила Снежна.


– Кстати, вы в своих видениях можете общаться с другими драконами? – поинтересовался он. – Ну допустим, сообщить им, куда делись остальные и как перелететь океан?


– Говорю же, что нет! Вы что, глухие все? Когда я там, я больше не королева Снежна, её больше нет! Даже не помню ничего о Пиррии, как будто никогда не жила здесь…


Она умолкла, переводя дух и вся дрожа. Королева Тёрн решительно шагнула вперёд и оттёрла Вихря в сторону.


– Королеве ледяных драконов требуется отдых, – строго произнесла она. – Все вон отсюда!


– Но… – запротестовали разом песчаный с листокрылой.


– Живо! – прикрикнула Тёрн с такой угрожающей гримасой, что драконов как метлой смело с поляны.


Вот настоящая королевская магия, с завистью подумала Снежна. Одно твоё слово, и все повинуются! Слушают тебя и доверяют – потому что признают настоящей королевой. Вот оно, истинное величие!


– Ну вот, – отдуваясь, произнесла песчаная теперь уже на удивление обычным голосом. – Как же трудно королеве хоть иногда насладиться тишиной и покоем!


Снежна вспомнила гулкую пустоту своего ледяного дворца, где драконы тут же исчезали, заслышав шаги королевы, и бесконечно долгие ночи, когда тишины было с избытком, но покоя – никогда.


А ещё – вечную муку от мысли, что неумолимая Стена ждёт её решений, о которых будет шептаться за спиной королевский двор.


Интересно, успела ли уже Тундра похозяйничать с рангами? Во время отлучек старой королевы Нарвал себе такое позволял, хотя вряд ли Глетчер давала ему полномочия. Возможно, Тундра за отсутствием прямого запрета тоже приложила к Стене лапу.


– А давай-ка мы с тобой полетаем, – дружелюбно предложила Тёрн. – Соберёмся с мыслями, пока других королев тут нет.


– Я толком и не знаю, где мои мысли и как с ними собираться, – вздохнула Снежна, поднимаясь на лапы. – Охрану с собой брать?


– Да ну их, только ты и я. Кто осмелится на нас напасть? Разве что какой-нибудь полоумный червяк, которому своя жизнь не дорога.


Ледяная королева не могла сдержать улыбки. На самом деле, улететь от всех было так соблазнительно.


Они взмыли в воздух, подставляя крылья тёплым лучам утреннего солнца, и стали мерно подниматься к горным пикам. Снежна глубоко вдохнула запах вечных снегов… и вдруг принюхалась.


Воришки, где-то поблизости, и не один. Она бросила взгляд на хозяйство Холода: забавный зверёк всё так же бегал вдоль частокола, тоненько попискивая. Где же остальные? Чувствительный драконий нос не мог ошибиться… а вон там, чуть в стороне, качаются ветви дерева – только ли ветер их колышет?


Снежна равнодушно пожала плечами. Воришки никогда её не интересовали, а сейчас тем более, слишком много других забот. Она взмахнула крыльями и устремилась в облака догонять королеву Тёрн.






Глава 14





Как ни удивительно, Песчаная королева не стала засыпать её вопросами или читать лекцию о всякой королевской премудрости. Они просто летали, а когда ощутили голод, немного поохотились в долине. Потом снова парили над горными пиками, греясь на солнце, которое поднялось уже высоко.


Голова потихоньку очищалась от переживаний шелкопряда Синя, а собственные мысли становились всё острее, как и ощущение реальности.


Тем не менее беспокойство оставалось. Неужели так и будет дальше, и видения станут преследовать её днём и ночью? А вдруг накатит прямо сейчас, в полёте? Тогда она рухнет с неба на скалы и разобьётся вдребезги!


Когда же прекратится это издевательство, а если нет, то не потеряет ли она в конце концов свой собственный разум, останется ли сама собой?


Снежна зябко передёрнула крыльями. Какова была цель этого странного заклятия – может, как раз свести ту древнюю королеву с ума, лишить памяти, чтобы коварный дракомант мог спокойно удрать из Ледяного королевства?


Если бы хоть можно было заставить кольцо посылать видения по своему желанию… Как иначе узнать, что сейчас происходит с теми же Синем, Брионией, Тау? А так вместо полезных видений в голову лезут какие-то обрывки кошмаров, и ничего нельзя изменить!


– Ну что, готова лететь назад? – спросила, пристраиваясь сбоку, Тёрн.


Снежна раздражённо скривилась.


– Жду не дождусь! Опять допрос начнут, просто море удовольствия.


– Цыкни на них, да и всё, – отмахнулась песчаная, – мигом отстанут. Ты же королева… но только не забывай, что они не просто любопытствуют, а беспокоятся о друзьях, которые в беде.


– Ну да, ну да… – проворчала ледяная.


Знал бы Синь, что она побывала у него внутри, был бы рад до небес передать весточку своей Сверчок. Хорошо, удалось сообщить ей хоть что-то об этом бедолаге.


Ещё одна межплеменная любовь, подумала Снежна, качая головой. Выходит, такое случается чаще, чем она думала. К примеру, ледяные, казалось бы, ни за что не станут выбирать себе пару среди чужаков, а вот поди ж ты – тот дракон, что принёс первые две зачарованные серьги, был как раз помесью ледяного с морским. А теперь ещё и Хрусталь, родная сестра, спуталась с Гавиалом… получается, это обычное дело?


Вот и Холод упоминал полукровок. Вчера в общей суматохе его слова как-то пролетели мимо, но сейчас всплыли в памяти. Сказал, их тут уже много. Ну да, как те драконята – один помесь земляного с морским, по крайней мере двое небесно-песчаных и вроде бы небесно-ночной. Неудивительно, что такие хотят жить на новом месте, ведь в родных королевствах на них смотрят косо, а в других тоже неизвестно, примут ли.


Сама Снежна была вынуждена признать, что запретила бы сестре видеться с её земляным избранником, а он сам не смог бы перелететь Большой ледяной утёс – да и теперь не сможет, так что даже в случае согласия королевы семейной паре пришлось бы покинуть дворец и вообще земли ледяных.


Следом за Тёрн она опустилась на главную поляну Приюта… и сразу оказалась посреди яростной перепалки между Росянкой и Цунами, окружённых толпой любопытных.


– Вы могли спасти нас! – орала листокрылая. – И вам это ничего бы не стоило!


– Мы и спасли! Вы же здесь и живые, разве не так?


– Я имею в виду и тех, кто там! – Росянка махнула крылом в сторону западного горизонта. – Всех, кого подчинила Оса. Вы могли одним заклятием спасти всех!


– Как это? – растерялась Цунами.


– Вашей магией! – листокрылая сжала когти. – У них тут магии полным-полно! – обернулась она к сородичам. – Они умеют не только смотреть в будущее и делать войско невидимым, а вообще что угодно! Взяли бы и освободили всех драконов Панталы… но не хотят, а свою магию от нас скрывали!


– Погоди… – перебила морская принцесса, кривясь от взволнованного гомона толпы, – ты просто не понимаешь, о чём говоришь.


– Ну так объясни мне!


– Магия есть не у всех. – Цунами обернулась к Шквалу, который встал рядом, защищая её. – Вот он подтвердит! Магией владеют лишь немногие.


– Так и есть, – кивнул морской дракон, – такие способности проявляются раз в поколение, а то и реже.


– Значит, сейчас у вас есть маг! Сколько – один, двое?


Цунами вновь поморщилась.


– Мы зовём их дракомантами. Ну, думаю, четверо есть.


Снежна с удивлением подняла брови. Целых четверо? Тушкана, ещё кто-то на Яшмовой горе со своим заклятием сочувствия, скорее всего морской дракон, а кто же остальные двое, из какого племени? Как же несправедливо! Повсюду дракоманты, и ни одного ледяного. Королевству грозит опасность со всех сторон!


– Тогда приведи к нам хотя бы одного! – потребовала Росянка. – Пускай поработает хоть разок на нас!


Цунами кинула быстрый взгляд на толпу, но Снежне не удалось понять, на кого. Ого… неужто и в Приюте имеется свой дракомант?


– Тут такое дело… – замялась морская. – Магия дракомантов как раз сейчас перестала действовать, и никто не знает почему. Вот я и не стала вам говорить, чтобы не расстраивать зря. Мы хотим помочь, поверьте, просто не можем.


– Всё это ложь!


В толпе листокрылов стояла и Орешник. Встретив взгляд Снежны, она вздрогнула, как будто вдруг вспомнив, что тоже королева.


– Ну хватит! – бросила она, вставая между спорящими и поднимая зелёные крылья. – Откуда ты знаешь, Росянка, может, и правда. Если магия не работает, зачем о ней рассказывать?


– А если магия не работает, откуда взялись невидимые армии и видения о драконах на Пантале? – Росянка торжествующе ткнула хвостом в сторону Снежны.


Великолепно, с досадой подумала ледяная. Теперь сотни драконьих глаз впились в неё.


– Я использовала древнюю магию, – объяснила она, показывая коготь с кольцом. – Эти чары наложены много столетий назад и ещё действуют. Дракоманты не могут наложить новые – так они утверждают, во всяком случае.


Услышав последнее, Цунами гневно сверкнула глазами. Снежна мрачно оскалилась в ответ.


– Королевы уже летят, – показал Шквал, успокаивающе погладив крыло Цунами.


Вереница драконов и правда уже спускалась в долину, а на горизонте виднелась и другая. На поляне все вытянули шеи, обсуждая шёпотом, кто прилетит первым и нет ли в королевских свитах друзей и родственников.


Пора, вздохнула Снежна. Где там моя королевская осанка и неприступный вид: «У меня всё в порядке, спасибо за советы, но в них нет необходимости. Я превосходная королева и всегда знаю сама…»


Что?! Опять?! О нет!!!


Всё повторялось вновь. В глазах стремительно темнело, голова кружилась. Королева обернулась в поисках Холода, дотянулась до него и судорожно вцепилась когтями в хвост.


– Ой! – вскрикнул он, разворачиваясь.


– Унеси меня отсюда, скорее! – прошипела она. – Не хочу, чтобы видели…


Не задавая вопросов и не выказывая удивления, он пихнул Вихря, и они вместе подхватили королеву под лапы. Окутали крыльями и утащили с поляны, так что никто из любопытных, глазевших в небо на прибывающих гостей, не обратил внимания… но Снежну это уже не волновало.






* * *



Она припадает к земле, раскинув крылья. Высокая трава шуршит и щекочет нос. Удачно, что чешуя у неё тёмная, ядожалы ночью не разглядят.


Многоярусный драконий город нависает высоко над головой, светясь окнами и арками дверей, но ни голосов, ни музыки, ни других звуков, которые всегда разносились далеко по травянистой равнине, оттуда не слышно. Странная тишина царит вокруг.


На серебристой паутине, растянутой над ульем, не заметно никакого движения, там пусто и тоже тихо, как никогда прежде. Куда подевались все шелкопряды?


– Ты здесь жила? – шёпотом спрашивает тёмно-оранжевая дракониха, лёжа на земле рядом.


– Да, – шепчет она в ответ.


Сюда надо было лететь в первую очередь, здесь все её друзья из «Хризалиды», родители… неужели слишком поздно?


Перед глазами всплывает карта Панталы. Часть шелкопрядов с востока – ульев Овод, Осы и Златки – отправились в Отравленные джунгли помогать листокрылам, а потом вместе с ними улетели за море. Улей Сколопендры сгорел, и все шелкопряды из него исчезли неизвестно куда, но ни одного мёртвого тела не найдено – значит, живы и где-то прячутся.


В улей Цеце она сразу послала двух гонцов, а сама с Киноварью облетела восточное побережье, по пути предупреждая всех, кого могла, а затем поспешила на самый дальний от джунглей край континента. Крылья до сих пор болели от того перелёта, но только так можно было опередить белоглазых рабов королевы Осы.


К счастью, в улье Богомол ещё не оказалось солдат, и растерянные шелкопряды бродили толпами по коридорам или отдыхали на паутине, наслаждаясь неожиданным перерывом в подневольном труде. Все ядожалы улетели разом, даже маленькие драконята: королева Оса призвала всех в джунгли, чтобы разом покончить с непокорными листокрылами.


Лапы сами собой сжимаются от бессильной ярости. Ядожальему войску не пришлось поднять ни когтя! Листокрылы и их союзники проиграли, даже не вступив в бой, а теперь королева Оса научилась заражать Дыханием зла ещё и шелкопрядов, и всё их племя может потерять последние крохи свободы.


– Ио, не надо, – шепчет Киноварь, гладя её по крылу, – не переживай так. Мы вывели и спасли всех из улья Богомол, справимся и здесь.


– Слишком тихо, – шипит она сквозь зубы, – ядожалы наверняка затаились, а наших заперли.


– Даже если так, не все шелкопряды ещё отравлены Дыханием зла, его запасов слишком мало. Пока ещё вырастят… а Росянка сказала, что без неё скоро не получится.


– Скоро не скоро, а зачатки листомантии есть у многих, кого успела захватить Оса. Шелкопрядов заперли, рано или поздно все дождутся.


– Мы вытащим их, для того мы и здесь!


Ио вздыхает и снова вглядывается в паутину на вершине улья. Морской бриз слегка колышет шёлковые нити, серебристо-белые в сиянии трёх лун. Пусто.


Как всего лишь вдвоём спасти всех шелкопрядов из улья Цикады?


«Хризалида» поможет, убеждает себя Ио. Когда друзья узнают, что время пришло, они поднимутся против своих тюремщиков.


– Карта цела? – спрашивает Киноварь.


– Спрятана в условленном месте.


Оса ничего не узнает, даже если захватит их. Путь к Древним королевствам могут найти только Ио с Киноварью, управляя собственным разумом. Пока королеве даже не известно, что другой континент существует.


Киноварь улыбается, шурша крыльями в темноте.


– Тогда вперёд, спасать наше племя!






Глава 15





Снежна провалилась из видения в саму себя с криком:


– Там ловушка, засада! Не ходите туда!


Вырвавшись из чужих лап, она отчаянно замахала крыльями, но наткнулась на кого-то и опрокинулась на мягкую подстилку из лесной хвои.


– Ваше величество…


Как странно, голос Холода, ведь братья, даже двоюродные, так не обращаются, а королева Глетчер умерла.


– Не волнуйтесь так, – проговорил Вихрь, сжимая её лапу. – Вы вернулись, вы опять королева Снежна.


– Их поймают! – горячо зачастила она. – Улей Цикады набит солдатами Осы… и Синь тоже там… Ио с Киноварью попадутся, я должна их предупредить. Туда нельзя, нельзя… – Снова рванулась и рухнула без сил, раскинув крылья и тяжело дыша. – Никак им не передать… никак.


– Хм… – задумался Вихрь, переглянувшись с Холодом. – Ничего, что-нибудь придумаем.


Снежна раздражённо поморщилась.


– Я не нуждаюсь в утешениях!


«Ну зачем, зачем? – завопила она мысленно, обращаясь к кольцу. – Что толку переживать всё это, если я ничего не могу сделать?»


Рядом возвышался частокол Холода, за которым, словно испуганная белка, пронзительно верещала воришка. На краю поляны шелестели на ветру кусты… или не только от ветра? Снежна пригляделась к листве – что это там мелькнуло? Вроде бы не белка, крупнее.


Из леса выбежала Рысь и кинулась к лежащей королеве.


– Ну как ты? – выпалила она, переводя дух. – Кем побывала сегодня?


– Обречённой, – уныло буркнула Снежна. – Даже не спрашивай… Уже все королевы в сборе?


– Нет только Коралл, но решили начать без неё… если ты готова. Как ты?


– Нормально, – кивнула она и встала, отстранив протянутую лапу Холода.


Сердце ещё колотилось, в ноздрях стоял пряный запах трав, а чешуя ощущала жар пантальской равнины – но об этом никому знать не обязательно. Пора успокоиться, она больше не ползёт, припадая к земле, в гигантский драконий термитник, набитый безвольными рабами чудовищного монстра.


Там осталась Ио… или всё пока в будущем? А вдруг подруги-шелкопрядки уже давно в когтях у королевы Осы? Пережитое в кошмаре могло случиться и много дней назад, время никак не узнать.


Может быть, Ио уже нет в живых… Вздрогнув от этой мысли, Снежна с отвращением покосилась на кольцо. Не хватало ещё видений о мертвецах!


Королевский совет собрался в каменной пещерке на середине подъёма к горному пику. Ветер завывал на вершинах, разметая снежные шапки, но здесь был настоящий оазис тишины. Прибыли также по одному советнику, и королева ледяных, летя к пещере, всю дорогу сомневалась, стоило ли брать с собой юную Рысь, а не, скажем, кого-нибудь из опытных солдат.


Впрочем, с королевой Тёрн прилетел Вихрь, который был на вид ничуть не старше Рыси. Королева Рубин выбрала советником пожилого оранжевого небесного, который всё записывал в небольшой свиток, а с королевой Ибис прибыла земляная, которой Снежна едва не поклонилась по ошибке, так они были похожи. Должно быть, сёстры, подумала она, вспомнив, как крепки у земляных семейные узы.


Разумеется, присутствовала и королева Ореола с непрерывно зевающим ленивцем на шее. Советником у неё оказался ночной, что Снежне совсем не понравилось, но вызвало любопытство. Почему не соплеменник и что на это сказали радужные? Хотя очень возможно, что и ничего: когда это ленивое племя против чего-нибудь возражало?


Королева Орешник взяла в пещеру Сверчок и Лунию, а Росянку оставила внизу, в долине – решение вполне ожидаемое. Не хватало ещё новых возмущённых воплей при королевах!


На королевский совет прилетели ещё Цунами, Шквал и Луна. Не опоздай так сильно Снежна, а она явилась самой последней, возмутилась бы, наверное, и потребовала их удалить, но было уже поздно. Ладно, так и быть, подумала она, в конце концов отчёт единственного дракона из Пиррии, который лично побывал на Пантале, делу не помешает… хотя она сама могла бы рассказать куда больше. Она зябко передёрнула крыльями, снова вспомнив об Ио.


Королевы любезно приветствовали Снежну, и прежде она бы непременно занервничала: не замышляют ли они на самом деле что-нибудь, что вообще думают о ней и что обсуждали в её отсутствие? Теперь же она едва припомнила, как правильно отвечать. Ну и пускай улыбка Рубин отдаёт снисходительностью – не до того, когда Ио с Киноварью…


Стоп!


Что-то такое очень важное сказала Киноварь напоследок… в самом конце видения…


Мысли Снежны прервала Цунами, которая встала и объявила совет открытым – как будто эта морская что-нибудь собой представляет! Ну, допустим, принцесса и формально может замещать королеву Коралл – но всё равно, что за наглая самоуверенность!


Поведав долгую историю о том, как буря подхватила шёлк Лунии, утащила её в океан и перебросила сюда, подтвердив существование другого континента, Цунами рассказала, как они с братом решили сплавать туда, познакомиться с тамошними драконами и узнать, как им помочь.


Затем сама Луния объяснила, как устроена жизнь драконов на Пантале, где ядожалы, хоть и правят шелкопрядами, сами стали рабами королевы Осы, которая может овладеть их разумом, когда и откуда захочет.


– Только не моим! – поспешила уточнить Сверчок, уловив опасливый взгляд Вихря. – Есть и ещё такие, как я.


Королева Орешник рассказала о враждебном Осе племени листокрылов, от которого осталась в живых лишь горстка в Отравленных джунглях.


Снежна слушала вполуха: она уже знала всё это, побывав в голове у Тау, Брионии, Ио и Синя, и до сих пор ощущала чужой континент всей чешуёй. Знала даже то, о чём они сознательно не думали, и могла по памяти нарисовать точную карту Панталы. Поглядывая немного свысока на королевский совет, она в то же время понимала, что её знания ми преимущество над остальными и ограничивается. Ради него, наверное, древня королева и согласилась на сомнительный дар… но расплачиваться собственным разумом?


Рассказав в завершение о новой войне ядожалов с листокрылами, горящих джунглях и зловещем растении, подарившем Осе абсолютную власть, гости с Панталы умолкли.


Королевский совет обменялся многозначительными взглядами.


– Значит, теперь вашим племенам требуется новое место для жизни? – понятливо кивнула королева Ибис. – Думаю, вы можете остаться здесь, в Приюте – если, конечно, позволят королевы Рубин и Тёрн. Со своей стороны, боюсь, ничего не могу предложить, в Земляном королевстве и без того тесновато.


Тесновато, как же, фыркнула про себя Снежна. Земляных не так уж много, а в их бескрайних болотах можно разместить при желании не один город!


– О каком количестве новых поселенцев может идти речь? – спросила Рубин. – Кто управляет племенами, вы? – кивнула она на Орешник. – А что, если они сильно размножатся и всё закончится появлением в центре Пиррии нового королевства – причём, как я понимаю, за счёт нас, небесных драконов? – Она хмуро взглянула на Шквала. – Когда я давала согласие на этот посёлок, такого не предполагалось.


– Я понимаю, ваше величество, – вздохнул морской, – но не отсылать же их обратно в Панталу.


Цунами рядом с ним возмущённо тряхнула головой, а Луна глянула с ужасом, будто кто-то предложил собрать всех новорождённых тюленят и сжечь живьём.


– Где же ещё их можно поселить? – Рубин взглянула на Ореолу. – Мне кажется, самый подходящий для них климат в дождевых лесах.


– И тогда Ореола возьмёт под свою лапу сразу четыре племени, – не удержалась Снежна.


Ответную гримасу радужной трудно было понять: уверена, что справится с четырьмя, тогда как королеве ледяных непросто и с одним? Шелкопряд Синь, затаившийся где-то в глубине разума, напротив, пришёл в ужас: ведь даже два таких разных племени Ореоле удаётся примирить с таким большим трудом. А вдруг прав как раз он?


«Отстань, размазня!» – бросила ему мысленно королева ледяных.


– Нет-нет, погодите! – Орешник встала и раскинула крылья, привлекая внимание. – Мы не собираемся… то есть пока не думаем о новом месте, большинство из нас хочет вернуться в Панталу!


Если не считать таких, как Непентес, подумала Снежна. Едва ли Орешник удосужилась опросить всех беженцев. Вообще-то, здесь, среди любимых деревьев, которые притом не пытаются то и дело кого-нибудь сожрать, листокрылам безусловно жилось бы лучше.


– Вот как? – опешила Рубин. – Тогда что же вы…


– На Пантале остались драконы, за которых мы очень переживаем, – начала объяснять листокрылая, – им грозит страшная опасность.


«Тебе даже не снилось, какая страшная», – подумала Снежна.


– Вот мы и хотим вытащить их оттуда… но одни не сможем. У королевы Осы огромная армия, особенно теперь, когда она способна захватить разум любого дракона… и мы надеялись, что… может быть, вы нам поможете.


– Ох… – тихо выдохнула Рубин.


– То есть дать вам солдат, – понятливо кивнула Тёрн.


– Послать их за моря, – хмыкнула Ибис, – воевать за дело, которое, уж извините, нас не касается?


– Как это не касается? – вскинулся Вихрь. – Вы же слышали, как страдают там драконы!


– Да, – кивнула Ибис, бросив укоризненный взгляд на королеву песчаных, подданный которой много себе позволяет, – чужие драконы. Наши драконы здесь в безопасности – пока это чудовищное заморское растение ничего о нас не знает. Если его растревожить, оно, чего доброго, перекинется сюда, и мы потеряем и свой континент тоже! Не лучше ли пока и нам и вам сидеть тихо?


– К тому же мы только что пережили большую войну, – добавила Рубин, – а вдобавок ещё чуть не ввязались в новую.


Снежна насторожилась: не намёк ли это на неё, мол, королева ледяных готова втянуть своё племя в драку по любому поводу? А может, ещё хуже – не смогла закончить войну с ночными, которую сама же и затеяла.


– Мракокрад ничего плохого вашим небесным не сделал, – заметил Вихрь.


Ах вот что Рубин имела в виду – новую войну всех против Мракокрада! Тогда и в самом деле небесным не о чем было беспокоиться, да они и не вмешивались особо.


– Слишком много моих драконов пострадало от войны за Песчаное наследство, – возразила королева небесных, – ну, если честно, ещё и от кровавого правления моей матери. Я не уверена, что смогу убедить их участвовать в новой драке.


Обе земляных сестры одобрительно закивали. Ореола смотрела рассеянно, будто что-то подсчитывая в уме.


– У нас почти такое же положение, – заговорила она, – половина драконов вообще не годятся воевать, даже если я прикажу им, а другая половина за последнее время тоже немало пострадала.


– Серьёзно? – фыркнула Снежна. – Пострадали, когда выкапывали из могилы злого чародея? А может, когда помогали ему истреблять целые племена в попытке овладеть всей Пиррией? Вот бедняги, жаль их до слёз!


– Что? – озадаченно заморгала Орешник.


– Что? – повторила в унисон Сверчок, но уже с любопытством в глазах.


– Думаю, все мы согласны, – вмешалась королева Тёрн, – что оправдать такую опасную военную экспедицию будет трудно – ведь враг способен овладеть разумом наших солдат точно так же, верно?


– Мы не знаем, – печально вздохнула королева Орешник. – Я бы предположила… да, не исключено.


– Зато мы можем вооружить вас, – предложила Ореола. – У моего племени есть усыпляющие стрелы, и если, к примеру, разум ваших друзей захватят и они обернутся против вас, их можно будет безопасно обездвижить.


– Ого! – вытаращила глаза Сверчок. – Что за стрелы такие, на деревьях растут, или вы их… Ой, извините, спрошу позже, – осеклась она, ощутив лапу Орешник на своей.


– Мы и такую помощь примем с благодарностью, – поклонилась листокрылая.


– Запиши, – велела Ореола своему ночному секретарю, – утроить производство стрелок, сегодня же пошлём гонца.


– А у нас в горах растёт взрывчатый кактус «драконье пламя», – добавила Рубин, смущённо глянув на королеву Тёрн, – можете воспользоваться… но солдат я для вас, боюсь, тоже не найду.


– Погодите, погодите, – заволновался песчаный. – Прежде чем что-то решать, все должны услышать пророчество Луны!


Цунами насмешливо фыркнула, кое-кто недоверчиво переглянулся, но Тёрн с Ореолой выжидательно обернулись к ночной.


– Что, новое пророчество? – уточнила радужная.


Луна смущённо кивнула.


– Оно пришло вместе с видением, которое привело меня к Лунии, когда её вынесло бурей на западное побережье. – Ночная кашлянула, прочищая горло, и стала читать.


На этот раз Снежна слушала внимательно.


Обрати глаза и крылья


К землям за пучиной моря,


Где отрава и насилье,


Где неволя, смерть и горе.


Там в яйце секрет таится.


Тайну прячут книг страницы.


Обретёт спасенье тот,


Кто отважно вглубь нырнёт.


Сердце, крылья, ум открой


Тем, кого изгонит рой.


В одиночку не отбиться


Племенам от власти злой.






– Прошу прощения… – Луна виновато покосилась на морскую принцессу, – они вдруг сами собой находят, я ничего не придумываю.


– Вот! – Песчаный дракон обвёл королевский совет торжествующим взглядом. – Все слышали? К землям за пучиной моря! В одиночку не отбиться! Пророчества зачастую говорят загадками, но тут, сдаётся мне, всё кристально ясно.


– Так и есть, – задумчиво отозвалась Ореола. – Похоже, сказано обо всех нас.


Королева небесных с недоумением пожала крыльями.


– Как такое возможно? Опасность далеко отсюда, на Пантале. Помнится, кто-то говорил, что пересечь океан почти невозможно…


– Верно, – кивнула листокрылая, – мы сумели перелететь и не утонули только благодаря карте, которую Ясновидица много столетий назад спрятала в своей книге. Думаю, это и была тайна среди книжных страниц из пророчества. На ней обозначена цепочка островов, где можно отдыхать в полёте, иначе рано или поздно упадёшь в море от усталости.


– Ну вот, – удовлетворённо кивнула Рубин, – я же говорю: требуется карта, без неё никто больше сюда с Панталы не доберётся, а значит, и враги, и та дрянь, что ими управляет. В Пиррии мы в безопасности…


«Вот оно! – вспомнила Снежна. – То самое, о чём упоминала шелкопрядка в моём видении!»


– А вот и нет, ничего подобного! – перебила она и повернулась к королеве Орешник, в глазах которой отразился такой ужас, будто её собственные лапы случайно отправили всех присутствующих в пасть драконоловке. – Вы оставили на Пантале копию карты, отдали Ио с Киноварью…


– Что-о?! – взревела королева Рубин.


– А они уже почти в когтях у королевы Осы! – продолжала Снежна. – Теперь добыть карту только вопрос времени для неё.






Глава 16





Снежна искренне не понимала, зачем поднимать такой гвалт и закидывать её идиотскими вопросами.


– Видение точно было про Ио и Киноварь? – никак не хотела верить Сверчок. – Их схватили ядожалы? Точно-точно? Вы сами видели?


– Разве что мне показывали будущее, а не настоящее, – пожала крыльями Снежна. – Они направлялись в улей Цикады, в котором засели слуги Осы, и среди них твой Синь. Там ловушка, ваших гонцов ждут.


– Можно попробовать их предупредить! – сообразила вдруг Цунами. – У нас есть одна штука… я сейчас.


Морская принцесса вылетела наружу, но шум нисколько не уменьшился, потому что королевы тут же принялись допрашивать несчастную Орешник, которая лепетала что-то о шелкопрядах, которых надо спасти.


– Пошли отсюда, – обернулась Снежна к Рыси. – Чуется мне, сегодня великих решений принято не будет.


Пересказывать вновь и вновь свои видения, а заодно мерзкие капризы надетого по ошибке зачарованного кольца совершенно не хотелось. Мало, что ли, переживаний из-за гуляющей по неизвестно чьим лапам опасной карты!


Ледяная королева тихонько выскользнула из пещеры совета, Рысь последовала за ней. Спускаясь кругами к подножию горы, они вскоре оказались над хозяйством Холода.


Хорошо быть воришкой, подумала Снежна. Ни проблем, ни страхов перед заморскими чудищами, которые лезут тебе в мозги, – ешь себе да спи за надёжным частоколом.


Ну вот что дёрнуло королеву Орешник отдать Ио копию карты? Идиотизм, да и только! Хотя, вообще-то… как же Тау, Златка, Сатир, родные Синя? Отчаянное желание Ио всех спасти до сих пор ощущалось всем сердцем – почти как собственное, как это ни смешно.


Может, Оса и не отыщет карту… но как другим ею воспользоваться, если Киноварь с Ио окажутся в когтях злобной королевы? Где спрятана карта, знают только они. Что же делать, как их всех спасти?


Всё, хватит! Снежна зарычала, оскалившись. Ну почему, почему всё это так её волнует?


Она снова дёрнула с когтя кольцо, но безрезультатно. Спустившись к озеру вблизи частокола, выхватила из воды рыбину и перекусила на берегу, пока Рысь передавала Холоду новости с королевского совета.


– Вот видишь, – повернулась она к Снежне, – кольцо оказалось полезнее, чем ты думаешь.


– Глупости! Орешник и без меня рассказала бы им о копии карты. Эта листокрылая вся насквозь честная и мозг у неё есть.


– Зато ты одна знаешь, что там происходит с тех пор, как её стая улетела.


– Всё равно было бы полезнее, отвечай кольцо на мои вопросы, – прошипела Снежна, с ненавистью глядя на опал.


Холод задумчиво почесал рога.


– А ты не пробовала лечь, закрыть глаза и попросить нужное видение?


– Нет! – фыркнула Снежна. – То есть да, прошлой ночью, но разве оно послушается? Ничего не вышло.


– Может, оно просто показывает всё самое важное? – предположила Рысь. – В смысле, интересное королевам.


– Попробуй ещё раз прямо сейчас, – кивнул Холод. – Вдруг получится узнать, что стало с Ио и Киноварью… ну или с копией карты, если их схватили.


Ледяная королева вздохнула.


– Ну ладно, ладно. Не вижу смысла выпрашивать, но если вдруг получится, лучше уж в удобной обстановке.


Оглядевшись, она заметила в тени деревьев высокую плоскую скалу, перелетела туда и улеглась на прохладном камне. С высоты было видно, как снуёт за оградой воришка. Хорошенькая, не поспоришь, лучше белки, но белые медвежата всё-таки приятнее.


– Хватит на меня таращиться! – прикрикнула королева на подданных. – Займитесь своими делами.


Рысь с Холодом послушно развернулись и двинулись прочь, обходя частокол. Недовольно ворча, Снежна положила голову на лапы, глубоко вздохнула и зажмурилась.


«Что стало с Ио и Киноварью? – спросила она мысленно. – Цела ли копия карты, не досталась ли врагам, знает ли о ней королева Оса?»


Сердце отмеривало удар за ударом, но ничего не происходило, ни в чью чешую попасть не удавалось. Нахмурившись, Снежна спрятала голову под крыло.


Она оставалась сама собой, все чувства были её собственные, особенно гнев. Дурацкое кольцо, что оно себе позволяет! Неужели трудно сделать, что просят?


Может, для другой королевы оно бы сработало и намекает таким образом, что эта не из лучших?


Промучившись ещё немного, Снежна со вздохом открыла глаза и окончательно убедилась, что её растревоженный разум находится в своей собственной голове.


Настырные подданные забрались на ограду с другой стороны и таращились оттуда.


– Ну как, сработало? – окликнула Рысь. – Что видела?


– Три луны! – зарычала королева. – Как вы мне надоели! Ничего не сработало, я чуть со скуки не умерла… небось из-за вас, потому что подглядываете! Вон отсюда, слышите?


Ледяные переглянулись.


– Хорошо, – кивнул Холод, – полетим поищем Цунами и Вихря… а тебе нормально будет одной?


– Почему бы и нет? – сердито фыркнула Снежна.


– Может, прислать солдат? – предложила Рысь.


– М-м… да. – Верно, королеве не пристало оставаться без охраны. – Да, конечно, пришли.


– Присмотришь за Тыковкой вместо меня? – попросил Холод.


Снежна раздражённо щёлкнула хвостом по гладкому камню.


– Только не говори, что ты дал ей имя, да ещё настолько дурацкое!


– А что, по-моему, звучит очаровательно. – Рысь улыбнулась смущённому ледяному.


– Ты же сам уговаривал нас не есть воришек, – напомнила Снежна, – а теперь называешь их съедобными именами.


– Это совсем не то, – возразил он, – просто она симпатичная.


Рысь нетерпеливо дёрнула его за крыло.


– Всё, хватит про воришек, не то мы здесь останемся навсегда.


Ледяные поднялись в воздух, описывая круг над оградой.


– Как-то странно она себя ведёт, – озабоченно заметил Холод. – Похоже, снова задумала сбежать. Снежна, я тебя прошу…


– Да-да, присмотрю, я же обещала! – отмахнулась королева.


– Благодарю, ваше величество! – крикнул он, улетая, и на поляне наконец наступила благословенная тишина.


Рассеянно глядя на воришку, которая сновала туда-сюда, наваливая у ограды ветки и сухие листья, Снежна вспоминала прошлые видения. Почему кольцо выбрало именно тех драконов, какой в этом может быть смысл?


Кусты на краю поляны вдруг зашуршали как-то странно. Потом раздался треск, громкий визг, и из зарослей выломился незнакомый дракон. Упал, споткнувшись, но тут же вскочил, отряхивая крылья. Поднял глаза на королеву и расплылся в глуповатой тюленьей улыбке.


– Добрый день! – воскликнул он бодро. – Какой денёк, а? Прелесть!


Снежна озадаченно прищурилась. Странный дракон. Смахивает на полукровку, но гораздо старше тех драконят из Приюта, да как бы не старше её самой, хоть и мелковат. Судя по бледно-оранжевой чешуе, не то небесный, не то песчаный, но без скорпионьего шипа на кончике хвоста. Глаза голубые, но какие-то выцветшие, и в целом вид нисколько не опасный, особенно с этим венком из ромашек на рогах.


– Чем могу помочь? – сухо осведомилась королева.


– Э-э… мне хотелось бы забрать эту… этого восхитительного воришку, – с той же улыбкой заявил дракон, махнув крылом в сторону частокола.


– Хм… не думаю, что она продаётся.


– Дело в том, что я просто обожаю воришек… то есть, на обед, – пояснил бледно-оранжевый. – Ням-ням, вкуснейшее мясо, деликатес! А какой аромат, о да!


– Ну так лети на охоту, поймай сам, – пожала крыльями Снежна, отчего-то сильно сомневаясь, что незнакомец говорит правду.


– Я бы поймал, но… – Он бросил опасливый взгляд на кусты за спиной и снова улыбнулся. – Неохота мне… вот.


Положив голову на лапы, Снежна с любопытством рассматривала странного пришельца. Хоть какое-то развлечение после идиотской суеты с беженцами.


– Полагаешь, забрать легче, чем поймать самому? – усмехнулась она.


– Да-да, хорошо бы! – с надеждой закивал он. – Могу предложить в обмен голубику, много.


Королева невольно расхохоталась.


– Хозяин не променяет свою любимицу даже на всю голубику в Пиррии.


– О, вот как? – Дракон вновь обернулся к зарослям с таким видом, будто говорил: «Ну вот, слышите?» – Она точно любимица, не деликатес?


Вот же тупой болван!


– Именно так! Мой двоюродный брат держит их как домашних питомцев, он их обожает. Хороших поймать непросто, знаешь ли.


– А эта хорошая? – осклабился дракон с таким видом, будто похвалили его самого.


– Ну… живая такая… подвижная. – Снежна оглянулась на зверька, который прислонился к дальней стороне частокола, вертя в лапках какую-то палочку. – Холод говорит, очень умная, даже пытается повторять драконьи слова.


Незнакомец довольно зафыркал.


– А что, если… – вдруг нахмурился он. – Вдруг она не хочет быть чьей-то питомицей?


Снежна с недоумением подняла брови.


– А как её спросишь? Лично мне кажется, она вполне довольна. Холод её дважды в день кормит, что ещё надо?


– Да, кстати! – Чудаковатый дракон радостно взмахнул крыльями. – Я могу предложить взамен другого питомца, ещё лучше!


– Мне кажется…


– Как насчёт улитки? – воскликнул он с восторгом, какой Снежне доводилось видеть разве что у маленьких драконят, впервые отведавших мороженого.


– Что? – опешила она.


– Улитки такие славные! Ты видела когда-нибудь улитку?


– Ну… видела, конечно.


Как-то раз на официальном приёме у королевы Коралл улиток подавали к обеду, но Снежна не стала об этом упоминать, иначе сердце чудака, чего доброго, разорвалось бы.


– А ещё могу дать черепашку! Да-да, черепашку. Они просто прелесть, а панцири какие красивые, а смотрят, будто улыбаются – ты видела их улыбку? Милые, милые черепашки! Возьмёт он в обмен черепашку?


– Нет, не возьмёт, – покачала головой Снежна. – Лучше себе поймай, раз они такие замечательные.


– О да, – мечтательно произнёс он, вновь с опаской глянув через плечо, – я как раз собирался.


– Ну вот и поймай для себя, а воришку оставь Холоду, он на них просто помешан.


– Как? О нет! – Смешливый дракон потряс головой, будто вдруг вспомнил, зачем пришёл. – Нет-нет, мне нужен воришка, вот эта самая воришка… пожалуйста!


Из кустов за его спиной донеслось чьё-то верещание, и Снежна подозрительно прищурилась. Может, воришка у него уже есть, но он хочет больше? Тогда они с Холодом, пожалуй, найдут общий язык.


– Если эти зверьки так тебя интересуют, дождись моего двоюродного брата и поболтай с ним, – предложила она. – Узнаешь много интересного, Холод их изучает… только приготовься слушать днями и ночами.


– А можно я просто заберу её? – взмолился бледно-оранжевый, жалобно выкатив огромные, как у тюленёнка, глаза. – Ну пожалуйста!


– Нет, и нечего тут жалиться! – сердито рявкнула Снежна. – Королевское слово твёрдо.


– Королева? – отшатнулся он. – Правда, что ли?


– Да, правда! Не понимаю, как можно этого не видеть? – Она в гневе хлестнула хвостом. – Сегодня здесь королев полным-полно, и обворожить их не выйдет, поучись лучше почтительности… Да кто ты вообще такой, помесь кого с кем? – Она вздрогнула от внезапной мысли: неужто небесно-ледяной?


– Я не полукровка, – поморщился он, – небесный, просто не такой, как все. – Обернулся к кустам и прошипел: – Она считает меня обворожительным!


– Ещё чего! – взорвалась она. – Три луны, кому ты там шепчешь?


– Никому! – Дракон развернулся и бросился в заросли, выкрикивая: – Извините, извините! Никому, совсем никому… воришку оставьте себе, я передумал! Рад был познакомиться, прощайте навсегда!


Ну и чудак… однако дурацкое общение с ним всё же приятнее, чем постоянное напряжение последних дней, пускай бы плёл свою ахинею и дальше. Покачав в недоумении головой, королева заглянула за ограду, откуда уже некоторое время не доносилось ни звука.


Она могла бы и раньше догадаться, что воришка затихла у дальней стены не просто так, а прикрывая дыру в частоколе… но было уже поздно.


Питомица Холода исчезла.






Глава 17





– Три луны! – зашипела королева. Только этого ещё не хватало.


Перелетев за ограду, она обошла частокол, но Тыковки нигде не нашла, зато обнаружила приличных размеров дыру, частью вырубленную, частью выкопанную в земле.


Снаружи хвоя была тоже разрыта, но как определишь, следы ли это и если да, то чьи? Снежна задумалась.


Стоп, а что, если тот непонятный дракон просто-напросто отвлекал её, чтобы без помех украсть воришку? Да нет, он же никуда не отходил во время разговора… Явился с сообщником? Зачем двум драконам один воришка на двоих, в нём и так мяса на один зуб.


Она пригляделась к разрытой хвое и подкопу: как-то не похоже на отпечатки лап или хвоста. Кроме того, воришка явно рыла землю и со своей стороны – чтобы угодить дракону прямо в когти?


Странно, очень странно. Ледяная тяжело вздохнула. Придётся, видно, плутать по лесу в поисках бледно-оранжевого с венком на рогах, вдруг и Тыковка где-то с ним рядом.


Недовольно ворча, королева снова обошла частокол и шагнула в заросли кустарника. Может, подождать охрану? Да ладно, того улыбчивого любителя черепашек она и сама одолеет одним когтем… особенно если применит дар скрытности!


Злорадно ухмыльнувшись, она щёлкнула браслетами и уже невидимая устремилась в ту сторону, где в последний раз мелькнул хвост убегающего жулика. Довольно скоро впереди послышался голос. Снежна замедлила шаг и стала красться, навострив уши и пытаясь разобрать слова. Голос был тот самый, но бледно-оранжевый, похоже, окончательно сошёл с ума: речь его наполовину состояла из писка, визга и какого-то почти беличьего верещания.


Дракон шагал не спеша, болтая и чирикая сам с собой, так что бесшумно опередить его оказалось нетрудно. Должно быть, подельник, если и был, ушёл в другую сторону… но тогда почему здесь так пахнет воришками? Нет, этого бледно-оранжевого надо срочно разъяснить!


– Гр-р-р! – выскочила она на тропинку, возвращая себе видимость и преграждая путь.


– А-а-а-а-а-а-а!!! – завопил дракон, делаясь совсем бледным от ужаса.


– Отдавай воришку! – рявкнула Снежна. – Она принадлежит моему двоюродному брату Холоду. Отдавай, живо!


– Она никому не принадлежит! – пискляво возразил кто-то. Точно не оранжевый – наоравшись, тот замер на месте, захлопнув пасть и вытаращив глаза. Кто же… – Никто не имеет права владеть воришкой, мы не домашние питомцы!


Воришка! На голове у дракона!


А главное, говорит на драконьем языке!


– Кроме тебя, – обрёл, наконец, дар речи бледно-оранжевый и даже сделал попытку улыбнуться. – Разве ты не моя питомица?


– Не мешай, Небо! – сердито топнула она по драконьей макушке.


– Что это… но как… – Снежна потеряла дар речи – наверное, впервые в жизни. – Воришка говорит по-драконьи! Не только повторяет слова, но и строит фразы… не может такого быть! – Она глянула на магическое кольцо – неужто ещё одно заклятие, которое заставляет бредить говорящими зверями? – Где Тыковка? Давай её сюда! – решительно потребовала она, тряхнув головой в надежде развеять иллюзию.


Бледно-оранжевый неожиданно фыркнул, давясь от смеха, и воришке у него на голове пришлось ухватиться за рога, чтобы не упасть.


– Её зовут Нарцисса! – нахмурилась воришка.


– О, в самом деле? – подняла брови Снежна. Почему бы не поддержать беседу с иллюзией, раз уж так вышло. – Что ж, это имя звучит куда достойнее. – Из-за драконьей шеи выглянула крошечная мордочка в ореоле длинного чёрного меха, и крошечная лапка задорно помахала королеве. – Нарцисса тоже знает драконий язык?


– Давно бы уже знала, – недовольно хмыкнула воришка, державшаяся за рога, – старайся она как следует. Тогда могла бы хоть наорать на того дракона, что её похитил!


– Нарцисса… я! – старательно произнесла бывшая Тыковка. – Нет питомцы, нет еда!


Голосок её звучал слишком пискляво, ударение хромало, а рычащие звуки совсем не получались, но тем не менее драконьи слова получались вполне узнаваемые. Затем беглянка возмущённо тряхнула головой и проверещала что-то по-своему, явно ругательное.


Королева терялась в догадках. Ну нет у воришек таких мозгов, чтобы освоить членораздельную речь! Они же… они всё равно что белки, разве что покрупнее. Добыча для еды, только и всего. Чудаковатый небесный, если он и впрямь небесный, должно быть, просто хорошо выдрессировал своих питомцев. Да, так и есть!


Иначе останется признать, что прямо под носом у драконов существует ни больше ни меньше как отдельная цивилизация разумных существ, которые живут воровством, то и дело попадая драконам в пасть. Что же, выходит, они и любят, и ненавидят так же, как драконы? Чушь какая!


– Что за… – Снежна прижала лапы к вискам. – Я не… так не может… – И тут же поняла, что головокружение и туман в глазах вызваны вовсе не беседующей с ней закуской.


Снова видение!


– О нет! – пробормотала она, проваливаясь во тьму.


Глубже… ещё глубже… Куда?






* * *



Она маленькая, нежная и юркая. Встряхивая густой копной волос, прыгает с уступа на уступ, пробираясь вдоль каменной стены. Крыльев нет совсем, но и без них привычно.


Внизу, на дне глубокой пещеры, с бессильным рычанием мечется зелёный дракон, но среди сумрачных теней высоко под потолком ничего не разглядит.


Давай, старайся, неуклюжая ящерица! Уж который день охотишься, а всё без толку, ха-ха.


– Сойка! – слышится оклик, и она оборачивается, хватаясь за сталактит. Ну конечно Крот, кому ещё звать.


– Привет, Крот! – весело машет она рукой.


– Лезь сюда, пока дракон не заметил, – шепчет он.


Она разочарованно вздыхает, но к чему заставлять Крота волноваться ещё больше. Легко перепрыгивает на уступ рядом с ним и протискивается в узкий проход. В тесных каменных лабиринтах безопасно, драконы не достанут, но как же скучно!


Крот укоризненно качает головой.


– Хочешь, чтобы тебя сожрали?


– Ни капельки не хочу! – прыскает со смеху Сойка. – Просто забавно смотреть, как он бесится от злобы.


Они пробираются по извилистым коридорам, направляясь в жилые пещеры.


– Вот не надо, не надо дразнить их! – убеждает Крот. – А вдруг оступишься и поймают, или того хуже, озлятся вконец и обрушат стену – тогда переловят нас всех! Слишком много стало здесь драконов, не стоит лишний раз совать нос, куда не надо.


Сойка раздражённо закатывает глаза.


– Разве тебе самому не интересно, зачем они сюда налетели? Что-то там наверху очень плохое под небом случилось, вот что я тебе скажу!


– Плохое для драконов, – хмыкает он, – не обязательно для людей.


– А вдруг это как-то связано с Бездной?


– Тс-с-с! – Крот опасливо озирается. – Ты же знаешь закон!


– Там внизу тоже творится что-то странное, и все это знают. Какой смысл делать вид…


– Ну, если тебе взбредёт в голову лезть из любопытства в самую глубокую и тёмную дыру в мире, то пожалуйста, – сердито ворчит Крот, – только меня, пожалуйста, не впутывай… и перестань дразнить драконов! – Он шагает вперёд, а Сойка виновато плетётся позади – опять вывела его из себя.


Тем не менее хорошо бы выяснить, что заставило драконов вдруг набиться в пещеры такой толпой, причём как раз в то время, когда Бездна впервые за годы стала проявлять себя.


Что-то происходит… а Крот неправ! Если оно напугало даже драконов, что же станет с людьми?






Глава 18





– Ну как она? – прочирикал тоненький голосок у самого уха Снежны. – Я ни разу не видела, как драконы падают в обморок.


– От Ласточкиных воплей кто угодно упадёт, – ворчливо ответил драконий голос.


– О да, я великая укротительница драконов! – захихикал кто-то ещё, опять тоненько. – Ну точно, меня испугалась.


– Вот ещё! – возмутилась королева, но глаза пока не открывались, да и всё тело вело себя так, будто ещё не вернулось на место, ни лапы, ни чешуя, ни крылья.


– Ты слышал, слышал? Она меня поняла!


Самое странное, что говорили они не на драконьем языке, а на человеческом. Нормальный оказался язык, а не верещание лесных зверушек.


Что за слово вообще «человеческий»? Ерунда какая!


– Может, надо… – начал первый голос, но остальная часть фразы превратилась в неразборчивое чириканье. Разум возвращался в себя, и блаженный умиротворяющий холод вновь пронизывал тело от рогов до хвоста.


«Я Снежна, королева ледяных драконов, – с облегчением произнесла она мысленно. – Точно и определённо, это я».


Приподнявшись, она тряхнула гудящей головой и наконец огляделась. Рядом присел бледно-оранжевый дракон с девушкой… то есть воришкой на плече. Тыковка стояла чуть позади, выглядывая с опаской из-за его лапы, явно готовая пуститься наутёк, спрятаться или напасть, смотря что понадобится.


– Извините, ваше величество, – произнёс бледно-оранжевый – слава лунам, по-драконьи. – Мы не хотели вас напугать.


– Ничего вы меня не напугали! – прорычала Снежна, и воришка на плече у дракона отшатнулась, схватившись за рукоять длинного ножа на поясе. – Никто не напугал, просто у меня бывают видения, вот и всё… из-за этой вот проклятой зачарованной штуковины! – Она яростно дёрнула за кольцо.


Похоже, мерзкое украшение решило таким образом возразить ей насчёт воришек. Интересно, с другими королевами такое случалось, попадали они в головы мелкой лесной дичи? Если да, то почему драконы до сих пор не знают о звериной цивилизации, а если нет, то за какие провинности именно ей досталось такое испытание?


– А что ты видела? – полюбопытствовала воришка с ножом.


– Таких, как ты… только, наверное, с другого континента.


Вспоминать видение было труднее, чем прежде: мысли воришек с трудом укладывались в драконий разум. Странные ощущения от длинного меха на голове, плоского гладкого лица и ходьбы на задних лапах до сих пор не развеялись, но знания об окружающем мире расплывались, словно в тумане.


Одно ясно: в той пещере прячутся драконы. Кто, Бриония и её друзья? А что за Бездна такая, интересно?


– Это Ласточка. – Смешливый дракон осторожно тронул когтем воришку у себя на плече. – С Нарциссой вы уже знакомы… а меня зовут Небо.


– Не может быть, – хмыкнула ледяная, и бледно-оранжевый растерянно заморгал, – небесного не могут звать Небом, это просто смешно. У них совсем другие имена.


– Ах да, – нашёлся он, – это Ласточка меня так назвала, а в именах небесных она тогда не разбиралась. – Он пожал крыльями, будто для воришек давать драконам имена – самое обычное дело.


Холод же с ума сойдёт, вдруг поняла Снежна, да и кто угодно на его месте. Воришки беседуют с драконами – это неслыханно! Выходит, Луна не врала, когда говорила, что читает их мысли. Прямо хоть не рассказывай никому, не то получится, что ночные кругом правы! Вот только уж больно соблазнительно полюбоваться на морду двоюродного братца, когда он узнает.


– Что? – вдруг дёрнулся Небо.


– Нам пора, – буркнула Ласточка, теребя его ухо.


– Э, нет! – взмахнула крыльями королева. – Ишь чего придумали! А мне одной прикажете объясняться с Холодом? Мол, Тыковка твоя сбежала… а знаешь… у неё есть подружка, которая говорит по-драконьи, и приятель-дракон, знающий язык воришек… в общем, я их отпустила, тебе это всё равно не интересно! Так, да?


Ласточка ехидно подбоченилась.


– А что нам прикажешь делать – идти с тобой в драконий город? Мол, Нарциссу мы освободили, а потом решили, а давайте вы нас всех сожрёте. Так, да?


Как ни странно, она говорила по-драконьи даже лучше, чем Небо, во всяком случае, иронические интонации получались замечательно.


– Никто вас пожирать не собирается, – заверила королева. – С какой стати вдруг? Мы не едим тех, с кем можем разговаривать, это было бы просто неудобно.


– Быть съеденной ещё неудобнее!


– Ласточка, – вкрадчиво произнёс Небо, – а вдруг и правда там драконы все добрые? Было бы даже интересно с ними познакомиться.


Снежна презрительно фыркнула.


– Я точно не добрая! Пожалуй, самая злая из королев, которые гостят сейчас в Приюте, и если уж я обещаю вас не есть, то другие точно не тронут!


– Разве не здорово было бы, – продолжал уговаривать Небо, – установить мирные отношения с драконами, провести переговоры, а? Ведь это наша давняя мечта!


– Нет, это мечта Лианы! Я больше всего мечтаю, чтобы меня оставили в покое.


Может, это последнее видение так подействовало, но строптивая воришка определённо начинала ей нравиться, и даже мелькнула идея завести по примеру Холода домашнего питомца.


Перед глазами вдруг начало всё расплываться, и Снежна в панике опустила взгляд на кольцо. «Нет-нет, – поправилась она, – я понимаю, воришки не звери, они разумные… подружку я заведу, подружку!»


Как ни удивительно, муть перед глазами тут же исчезла, и никакого видения не случилось.


Интересно, выходит, можно-таки договориться с зачарованным кольцом!


Если, конечно, удастся убедить его, что очередной урок накрепко усвоен… Королева тяжко вздохнула. Тем не менее хоть крохотный лучик надежды, а появился.


– Знаешь что, – обратилась она к Ласточке, – ты ведь можешь познакомиться не со всеми драконами, а только с одним, с моим двоюродным братом Холодом. Поговоришь с ним, и тогда он поверит мне, а убедить его, что вы разумные, в твоих интересах – вас перестанут ловить, запирать и называть дурацкими кличками.


– Лично мне имя Тыковка нравится, – заметил Небо. – Любопытно, как бы он назвал Ласточку? – его глаза вдруг загорелись. – А элегантные маленькие шляпки ему, случайно, не нужны?


– Довольно о шляпках! – прикрикнула Ласточка, шлёпнув его по шипастой шее, и тут же, морщась, отдёрнула руку. – Ладно, уговорили, с одним драконом я встретиться готова.


– Вот и отлично! – Снежна теснее прижала к спине крылья и двинулась сквозь чащу обратно к частоколу.


К сожалению, Холод ждал не один. В волнении хлеща хвостом, он метался туда-сюда вдоль ограды, а Рысь, Сверчок и Вихрь старательно шарили в кустах и траве. Вдобавок по поляне гонялась за белой бабочкой крошечная ядожалиха.


Глядя, как малютка раз за разом безуспешно прыгает на добычу, Снежна невольно поморщилась, сама не зная почему. Должно быть, сообразила она, неприятное чувство досталось ей от Тау или Ио, которых ядожалы пытались схватить. Что за ерунда! Подумаешь, дракончик играет с мотыльком, к чему такие далеко идущие сравнения?


– Снежна! – окликнул её Холод. – Тыковки нигде нет. – Он вытаращил глаза, заметив странного дракона. – Это ещё кто… как…


– Тут не один дракон, а целых пять! – прошипела Ласточка.


Королева пожала крыльями.


– Да какая разница, в душе они все милые… как черепашки, – подмигнула она бледно-оранжевому, получив в ответ широченную улыбку. – Никто из них вас не обидит, ручаюсь!


Сверчок с недоумением махнула крылом на Холода.


– Он всё время твердит про какую-то тыковку, но, судя по описанию, имеет в виду читающую обезьянку. Я уже перестала понимать, что мы ищем!


– С трудом верю, – хмыкнула Рысь, – что он не успел показать тебе свою любимицу. Всем уже уши прожужжал о своих воришках.


– Воришках? – переспросила Сверчок, словно пробуя слово на вкус.


– Успокойся, братец, – начала Снежна, – твоя Тыковка нашлась… но только приготовься теперь сам падать в обморок.


Холод с любопытством шагнул ей навстречу, но Сверчок первая заметила воришек на спине у бледно-оранжевого и подскочила с вытаращенными глазами.


– Читающие обезьянки! – завопила она. – Так и знала, что он их имел в виду. Ура, они у вас тоже водятся!


– Она это про нас? – нахмурилась Ласточка, оборачиваясь к Снежне. – Что за странная дракониха, не пойму.


– Я в смысле, ваши тоже умеют читать? – продолжала тараторить Сверчок. – Или больше похожи на настоящих обезьян? Та, что я видела у нас, держала в лапках настоящую книгу, можете себе вообразить? А раз читают, значит, и писать умеют! Интересно, о чём они пишут? Обезьяньи истории, представляете? Что может быть любопытнее!


– К примеру, обезьянки, говорящие по-драконьи, – подсказала королева. – Впрочем, они вовсе не обезьянки, мы зовём их воришками.


– А мы себя называем людьми! – громко вставила Ласточка. – Я человек, и она человек!


Вот теперь Снежне наконец удалось по-настоящему насладиться всеобщим остолбенением. Сверчок с Холодом, казалось, готовы были подпрыгнуть до самых лун.


Первым обрёл голос Вихрь:


– Она… она правда только что…


– Меня зовут Ласточка! – продолжала воришка. – Этого дракона – Небо. А она – Нарцисса. – На что другая воришка что-то прощебетала по-своему. – Нет, не Тыковка! Она просит повторить, чтобы вы запомнили – Нарцисса. Нарцисса, а никакая не Тыковка.


Холод смущённо прикрыл морду лапой.


– В самом деле, как это я… Она же сама повторяла что-то похожее, а я решил, что случайно, потому что невозможно!


Ласточка прочирикала что-то Нарциссе, а та ответила, негодующе замахав руками.


– Значит, люди умеют говорить по-драконьи? – ахнула Сверчок.


– Мой Бандит не умел, – заметил Холод. – Хм… а может, умел? Ты знаешь Бандита? – обратился он к Ласточке.


Она лишь молча подняла брови.


– Думаю, можно смело предположить, что настоящее имя у него другое, – усмехнулся Вихрь.


– Никто из людей не говорит по-драконьи лучше Ласточки! – гордо улыбнулся Небо. – Она освоила наш язык в совершенстве, особенно рычание – оно ей близко по характеру.


– А книги у вас есть? – не отставала Сверчок. – Тот человек, которого я видела у нас за морем, читал книгу, вот я и спрашиваю, читаете ли вы.


– Да что ты всё про книги да про книги? – проворчал Холод.


– Конечно читаем, я очень люблю, – серьёзно кивнула Ласточка, вновь с любопытством разглядывая чёрно-жёлтую дракониху с восьмиугольными линзами на носу. – А ты из какого племени?


– Я правильно расслышал – с другого континента? – подхватил Небо.


– Да, с Панталы, которая на той стороне океана, из племени ядожалов. – Сверчок махнула крылом на запад.


– Надо же, и там живут воришки, – покачал головой Вихрь. – Интересно, язык у них тот же, что у наших здесь?


– Тот же самый, – заверила королева, снова пытаясь восстановить в памяти детали своего видения. – Они живут в пещерах, которые тянутся глубоко под равниной по всей Пантале. А ещё… мне кажется, что люди там что-то знают о Дыхании зла.






Глава 19





– Сойка говорила о какой-то Бездне, – припомнила Снежна, рассказав, как побывала в голове у воришки с Панталы. – Сказала, что в Бездне творится что-то странное, и это связано с опасностью наверху. – Она обвела взглядом драконов. – Может, имелся в виду контроль над разумом?


– Надо выяснить! – заволновался Вихрь. – Да, вот именно! Ваше величество нашли идеальное решение!


– Правда? – подняла брови Снежна. – Ну конечно, нашла… но ты всё-таки объясни.


– Не надо посылать на Панталу никакого войска, – начал песчаный. Сверчок уныло повесила крылья, и он замахал лапами. – Погодите, вы послушайте! Войско посылают, когда надо убить побольше врагов, пока они не убили нас, но мы вовсе не хотим убивать ядожалов, ведь они не виноваты, ими управляет королева Оса. Если освободить их от её власти, они сразу откажутся воевать, и тут требуются не солдаты…


– Зато солдаты могут убить королеву Осу, – возразила Снежна, – и дело сделано. Почему бы и нет?


– Убить Осу недостаточно, – вздохнула Сверчок, зябко передёрнув крыльями. – Ею самой управляет что-то, с ним и придётся сражаться.


– Тем более войско не помешает, – нахмурилась королева. – Вывести ядожалов из строя усыпляющими стрелами, а потом убить всех, кто подчинял их разум! – Она вдруг уловила странный взгляд Холода, такой же, как и прежде от других, будто рога у неё вдруг засияли всеми цветами радуги. – Ну что ты так уставился?!


– Прошу прощения, ваше величество, – смущённо поклонился ледяной, – я просто… никак не ожидал, что вам захочется помогать драконам на Пантале.


– Мне вовсе не чуждо понятие сочувствия, – надменно бросила она.


– Да захлопните вы, наконец, свои пасти, – рассердился Вихрь, – я ещё не закончил! Вот мой гениальный план: вместо войск мы посылаем на Панталу секретную миссию, задача которой – выяснить правду о Дыхании зла и способах его уничтожить.


– Легче сказать, чем сделать, – покрутил носом Холод.


– Я тоже хочу в миссию! – заявила Сверчок.


– Я! Я! – радостно завопила малютка с верхушки валуна. – Ямисси-мисси! – Отчаянно замахала крылышками, шлёпнулась в траву и стала, оживлённо бормоча, обнюхивать протянутую руку Нарциссы.


– Выяснить правду? – с сомнением переспросила Рысь. – Каким же образом, интересно?


Вихрь широким жестом указал на Снежну.


– Королева уже сказала – причина кроется в Бездне! – Увидев непонимающие взгляды, песчаный замахал крыльями. – Да вы что, пророчества Луны не слышали? «Обретёт спасенье тот, кто отважно вглубь нырнёт» – это же про Бездну, не иначе! На этот раз сказано яснее некуда.


– Три луны! – воскликнул Холод. – Как ни прискорбно мне признавать, но Вихрь, кажется, прав.


– Заметьте, наша секретная миссия не требует от королевств Пиррии посылать солдат! Думаю, с моим планом согласятся все.


– А тем временем, – добавила Снежна, – мы всё-таки приведём войска в боевую готовность – на всякий случай.


– «Кто отважно вглубь нырнёт», – задумчиво повторила Сверчок, глядя на закат. – А что, похоже на правду… но как найти эту Бездну? Не перекапывать же всю Панталу!


Песчаный смущённо почесал рога.


– М-м… пожалуй, миссии потребуется кто-нибудь, умеющий говорить с воришками. – Он с надеждой бросил взгляд на бледно-оранжевого и Ласточку.


– Даже не думайте! – фыркнула та. – Не совсем понимаю, о чём идёт речь, но мне это не нравится.


– Что? – Смешливый с трудом оторвал взгляд от бурундучка, которого кормил с лапы. – Извините, прослушал. О чём вы?


– Мы предлагаем вам отправиться с нами за море, – объяснила Сверчок. – Разве не интересно посмотреть на тамошних людей, познакомиться с ними, узнать, как они живут и чем отличаются? Вы только вообразите, какое приключение!


– Спасибо, нам и здесь неплохо, – хмыкнула Ласточка. – Зачем нам сдался этот ваш континент и другие люди с их заботами, у нас и своих хватает.


– Вы могли бы спасти множество несчастных, страдающих драконов, – отметил песчаный. – Если поможете отыскать людей, они покажут Бездну, а мы спустимся и остановим Дыхание зла… да вы весь мир тогда спасёте!


Ласточка криво усмехнулась.


– Выглядит красиво… пока меня не сожрут, а Небо не угодит под это ваше Дыхание зла!


Бледно-оранжевый расплылся в ехидной улыбке.


– Дыхание зла у нашего Листика, особенно по утрам.


– Ну хватит! – пихнула его локтем девушка.


– Мы никому не позволим тебя сожрать! – Ледяной принц гордо изогнул шею, вздыбив пышный игольчатый гребень. – Если понадобится, каждый участник миссии защитит тебя ценой собственной жизни. За себя я точно ручаюсь!


Вихрь похлопал его по плечу.


– Ты настоящий герой, Холод, но что-то уж слишком разошёлся.


– Я и сама могу о себе позаботиться, – хмыкнула Ласточка, – больше беспокоюсь за Небо. Он не герой и совсем не боец. Думает, если врагам показать хорошенькую панду, они тут же умилятся и подобреют.


– Ну ты не очень-то, – нахмурился бледно-оранжевый. – Я вообще-то… Как? Ты сказала, панду? – Глаза его загорелись. – Тут что, в горах водятся панды, ты видела, да?


– Небо, ты не радужный случайно? – насмешливо поинтересовался Холод.


– Его никак нельзя тащить на войну! – отрезала Ласточка, обнимая странного небесного за тонкую шею.


– Да ничего со мной не случится! – запротестовал тот, ласково тыкаясь в неё носом. – Другие будут рычать и драться, а я – только разговаривать с людьми… А вдруг на том континенте есть кто-нибудь ещё приятнее панд?


– У нас очень много диких обезьян, самых разных, – сообщила Сверчок.


Судя по хмурому выражению лица, на Ласточку уговоры не действовали, меж тем Снежна уже поняла, что та принимает решения и за небесного. Как бы её убедить? Надо попробовать думать, как Сойка, представить себя на месте вориш… то есть человека. Чего хотела бы Сойка, что её волнует больше всего на свете?


– Послушай, человек, – начала королева, – в смысле, Ласточка… А что, если мы заключим соглашение? Ты со своим драконом помогаешь нам, а мы помогаем вам спасти людей.


Девушка бросила взгляд на Нарциссу, которая весело возилась в траве с малюткой-ядожалихой.


– Каким образом спасти?


– Здесь, в Приюте, сегодня собрались королевы всех драконьих племён Пиррии. В обмен на вашу помощь они могли бы официально запретить драконам охотиться на людей и поедать их.


– Ого! – Небо восхищённо обернулся к девушке. – Лиана просто с ума сойдёт от радости!


– Все будут рады, – кивнула Ласточка, – только сработает ли запрет, послушаются ли драконы? Как вы собираетесь проверять его выполнение? И потом, любая новая королева, взойдя на трон, может его отменить!


– Моё племя слушается королевских указов, – высокомерно задрала голову Снежна, – а что касается смены власти, у нас, ледяных, этого не случится ещё очень-очень долго.


– В любом случае стоит попробовать, – обернулся Вихрь к Ласточке. – Даже если какие-то драконы вдруг и не послушаются, всё равно уцелеет множество людей.


– Мне нравится этот план! – воскликнул бледно-оранжевый. – Давайте его примем!


– Отличная идея, по-моему, – благодарно кивнул Снежне песчаный.


– Вот видишь? – Рысь пихнула его хвостом. – Говорила я тебе, она лучшая из королев!


Гордо приподняв крылья, Снежна с торжеством взглянула на Холода. Ну что, говорил её взгляд, правильно меня возвели на трон? Двоюродный брат никогда и не выказывал предпочтения Хрустали, но уж очень хотелось похвастаться.


Если честно, королева ледяных была уверена, что охоту на воришек, то есть людей, остальные запретили бы и так, без всякого соглашения, едва узнав, что те разумные существа и даже говорят по-драконьи. Кто же станет употреблять в пищу собеседника?


– И никаких больше домашних питомцев! – Ласточка погрозила пальцем Холоду, уж больно жадно он поглядывал на Нарциссу. – Это должно стоять в королевских указах отдельным пунктом!


– А если кто-то сам захочет стать питомцем? – спросил Небо. – Вдруг шляпки будут очень красивые?


– Людям нравятся шляпки? – с надеждой вскинулся ледяной. – Я мог бы достать Тыкв… Нарциссе хорошенькую шляпку!


– Нет, не нравятся! – Ласточка грозно взглянула на бледно-оранжевого. – Кроме того, Нарцисса совсем не годится в питомцы… разве что захочет остаться на какое-то время, чтобы подучить с тобой драконий язык – только учи как следует и не вздумай больше её запирать!


– И разреши ей играть со Шмелью, – добавила Сверчок, наблюдая, как малютка, урча от удовольствия, перебирает коготками её волосы.


– Непременно! – пообещал Холод. – Никаких больше клеток, и всем драконам скажу. – Он вдруг с ужасом глянул на Вихря. – А как же Искр? У него же питомица, уже очень давно! Надо срочно лететь к нему и уговорить, чтобы отпустил.


– С ней всё в порядке, – заверила Ласточка. – Мы знакомы, и она говорит, что вполне довольна.


– Тогда ладно, – успокоился ледяной.


– Сейчас и поговорим с королевами, – решила Снежна, – а вы двое пока останьтесь и обдумайте наше предложение. Вернёмся, обсудим окончательно. – Она властно поманила за собой песчаного и зашагала через поляну в сопровождении верной Рыси.


Получится или нет? Снежна в сомнении щёлкнула хвостом. Может ли крошечный отряд положиться лишь на усыпляющие стрелы, пророчество и пару переводчиков? Она будто вновь ощутила болезненное прикосновение разума Осы, пронизанного щупальцами-побегами зловещего растения.


Существует ли вообще хоть какой-то способ вызволить из неволи Тау, Брионию, Синя и всех остальных, или отбиться от злой власти драконьим племенам так и не суждено?






Часть третья


Ледяные стены





Глава 20





Последняя ночь перед возвращением в Ледяное королевство прошла удивительно спокойно. Снежна не видела никаких снов и проснулась уже после рассвета под мирный шорох листвы, в которой мелькали солнечные пятна и обеспокоенные глаза стражников.


Дождавшись пробуждения королевы, ледяные солдаты попрятались, остались лишь двое часовых. Рысь, как всегда, выглядела до неприличия бодрой, а у Хрусталь под надменной маской скуки и безразличия явно скрывалась тревога. Кончик хвоста её нервно подёргивался, а взгляд то и дело обращался к верхушкам деревьев, будто сестра подумывала улететь.


– С добрым утром! – Королева ледяных драконов блаженно потянулась. – Знаешь, Хрусталь, я тут подумала и приняла решение. Если захочешь вернуться, я не стану тебя убивать, даю слово… если, конечно, ты явишься не с войском, чтобы меня свергать, – иначе, само собой, убью.


Возвращайся просто так, буду рада и обеспечу тебе безопасность.


– О… спасибо! – смутилась от неожиданности Хрусталь. – Если что, я и не собиралась… ну, свергать тебя или что-то там… правда-правда!


– Ну и дура, – добродушно усмехнулась Снежна. – И да, я даю тебе позволение на брак с Гавиалом.


Хрусталь криво улыбнулась.


– Да я как бы и не просила… но всё равно спасибо.


– Ну, не позволение, так благословение, какая разница! Короче, твоя повелительница не рассердится и не выгонит вас из королевства.


Потупив на миг глаза, сестра подняла их, подозрительно заблестевшие.


– Я так тебе благодарна, – выдохнула она.


– Вообще-то, довольно глупо, – заметила Снежна, – больше расчувствоваться из-за какого-то земляного, чем от обещания не убивать.


Хрусталь невольно рассмеялась, утирая слёзы.


– Я понимаю… Пришла вот попрощаться – говорят, ты сегодня улетаешь домой.


– Да, вчерашний королевский совет оказался крайне плодотворным… и во многом благодаря королеве ледяных драконов – правда, Рысь?


– В высшей степени! – горячо подтвердила советница.


– Надо ещё выбрать название получше для этой тайной миссии, – проворчала Снежна. – Так или иначе, все договорились не есть больше воришек и отобрали драконов, которые полетят на Панталу искать тамошних людей и их таинственную Бездну… Увы, придётся рискнуть ещё одной копией карты, но куда деваться. Лично я предложила бы по прибытии её хорошенько разжевать и проглотить, так надёжнее.


– До сих пор не могу поверить вчерашней новости насчёт воришек, – морщась, проговорила Хрусталь. – Когда вспоминаю, как мы их… просто дурно становится.


– Думаю, теперь многие ужаснутся, – покивала Рысь.


– Зато некоторые другие станут упираться и орать, что всё это неправда и такого не может быть, – оскалилась королева, – но ими предстоит заняться позже. Сейчас у меня все мысли заняты нашей дурацкой Стеной рангов! Как вернусь, придётся снова ею заниматься.


– Ох уж эта Стена! – рассмеялась Хрусталь. – Я тут в Приюте совсем о ней позабыла.


– Как можно? – возмутилась королева. – А я-то старалась, удерживала твоё имя на самом верху Первого круга!


Сестра равнодушно пожала крыльями.


– Когда долго живёшь вдали от неё, начинаешь понимать, насколько бессмысленна вся эта возня.


Рысь глянула на Снежну с гримасой, словно говоря: «Вот видишь, я же говорила, а ты тогда наорала на меня».


– Ну ладно, – встала Снежна, – попрощайся за нас со своим земляным, мне ещё полдня любезничать с королевами, прежде чем улетать.


– Ты сегодня больше похожа на себя, – заметила Рысь.


Вот что значит ночь без видений! А может, они вообще уже закончились? Снежна с надеждой дёрнула за кольцо. Нет, всё ещё упирается. Надо приказать солдатам держаться ближе по пути домой, вдруг она станет падать.


Королевский совет решил принять пророчество всерьёз и направить с миссией по одному дракону от каждого племени. Сама Снежна считала, что для секретности этого многовато, но не стала возражать, потому что спор, кого вычеркнуть из списка, мог затянуться надолго.


С ядожалами, небесными и морскими выбора просто не было – Сверчок, Небо и Цунами, которая назначила сама себя, и прилетевшая позже королева Коралл возражать не стала. Луния с Росянкой уговорили королеву Орешник послать их от шелкопрядов и листокрылов, а королева Тёрн, хоть и с большой неохотой, в конце концов согласилась на какое-то время обойтись без Вихря. Королева Ибис выбрала из добровольцев мощного земляного вдвое больше обычного роста по имени Жаб. Ореола, как правительница сразу двух племён, назначила серьёзного радужного с дурацким, по мнению Снежны, именем Ананас и, как следовало ожидать, ночную Луну.


Самой Снежне пришлось труднее всех, поскольку лететь с миссией хотели сразу двое. Вообще-то, верную Рысь она собиралась забрать домой и сделать советницей уже официально, а то ведь с прочими придворными и спятить недолго. С другой стороны, умной и находчивой ледяной королева доверяла больше других и не сомневалась, что в тайной миссии та показала бы себя более чем достойно. Другой кандидат, двоюродный братец Холод, тоже отличался сообразительностью, и расстаться с ним было бы не в пример легче, но может ли изгнанный дракон выступать официальным представителем племени, если уж решили посылать от каждого по одному?


Ни с кем из них Снежна своими соображения ми делиться не стала, но вынуждена была признать, что с лучшей подругой, которой стала ей Рысь, придётся временно расстаться. Холод окажется куда полезнее в Приюте, следя за безопасностью воришек, особенно Нарциссы. Что скажет, вернувшись из-за моря, Ласточка, если на её подругу случайно наступит какой-нибудь неуклюжий дракон?


На торжественной церемонии все правительницы племён по очереди жали лапы участникам миссии и произносили речи. Какая скука, думала Снежна, стараясь пореже оглядываться на Рысь, чтобы на глаза не наворачивалась предательская влага.


Рысь вернётся, непременно вернётся… вернётся ли?


Гораздо веселее было смотреть на бледно-оранжевого, который так гордился своим геройским предназначением и восхищался новыми друзьями… но потом Снежна поняла, что и его улыбчивой физиономии ей будет не хватать, не говоря уже о страхе не увидеться больше никогда. Вздохнув, она перевела взгляд на гигантского Жаба, тот уж точно не вызывал желания расчувствоваться.


Когда начались вежливые прощания, королева ледяных драконов глубоко вздохнула. Пора было сделать то, что должно, хотя тревога её поднялась до самых лун.


Она подошла к Росянке, которая сидела, сплетясь хвостами с Ивой и держа подругу за лапы. Судя по красным глазам, та проплакала всю ночь.


Листокрылая насторожённо обернулась.


– Да?


– Ледяное племя не может предложить вам оружия, как радужные, – начала Снежна, кивнув на груду усыпляющих стрел, которые Ананас раскладывал по колчанам, – зато у меня есть кое-что другое… для тебя, поскольку миссией командовать тебе, что бы там ни воображала Цунами. Ты была права, что наша магия должна вам помочь, и… короче, вот! – Она отстегнула алмазные браслеты. – Надеюсь, это поможет одолеть ту злую силу.


– Они волшебные? – просияла Росянка.


– С их помощью я сделала невидимым своё войско, – объяснила королева, протягивая браслеты. Они придавали ей уверенности столько дней, что расстаться с ними теперь было всё равно что отпилить себе рога. – Они называются «дар скрытности», а поскольку ваша миссия секретная… думаю, как раз пригодятся.


Серебристый металл и алмазы выглядели неуместно на тёмно-зелёной чешуе с россыпью золотых пятнышек.


– Как ими управлять? – спросила листокрылая, осторожно надев браслеты.


Внимательно выслушав инструкцию из Запретной сокровищницы, Росянка попробовала сделать невидимой себя, Иву, а затем обеих вместе. Появившись снова, Ива благодарно обняла ледяную крыльями.


– Спасибо, – шепнула она, – теперь я буду меньше волноваться.


Снежна сама себя не узнавала. Отдать одно из главных магических сокровищ племени – может быть последних, что ещё остались на свете, – и кому? Странной незнакомке из Затерянных земель!


Глядя, как Ива снова садится рядом с Росянкой, королева вздохнула, затем решительно тряхнула головой. Надо им довериться, и это будет правильно. Магия необходима для борьбы с неведомым злом, а успех в этой борьбе необходим всем племенам.


– Я принесу их назад, – пообещала Росянка. – Когда мы победим, вернусь и отдам. Спасибо, ваше величество!


– Удачи вам! – кивнула Снежна, бросая последний взгляд на алмазные браслеты, затем отвернулась и пошла к озеру искать Холода.


– Привет! – окликнула она, и ледяной от неожиданности упустил только что пойманную рыбину. – Согласно моему королевскому указу, с сегодняшнего дня ты больше не изгнанник… разве что сам захочешь им оставаться. Можешь и в академии своей дальше учиться, если так нравится. Мне всё равно, хотя… м-м… где-то в глубине души я… в общем, желаю тебе счастья.


Ледяной дракон опустил лапы в холодную воду и улыбнулся, глядя на своё отражение, растерянный и в то же время довольный.


– Благодарю, ваше величество, – поклонился он.


– Да брось ты эти церемонии! – фыркнула она. – Просто королева Снежна.


Он рассмеялся, потом вдруг нахмурился.


– Изгнанник я или нет, ты всегда моя королева, а ледяные моё племя, но знаешь, Снежна… Яшмовая гора и Приют, они заставили меня почувствовать, что я часть чего-то большего… и заслуживаю не только места на Стене рангов.


– Пожалуй, ты прав, – задумалась она. – Наверное, каждый может так о себе сказать… но я тебе этого не говорила! Удачи тебе с крошкой Нарциссой, и не пропадай.


Вежливо распрощавшись с королевами племён, она нашла весь десяток своей охраны в полной готовности к отлёту. Рядом с ними почему-то ждала Рысь, явно тоже готовая лететь.


– Ты же завтра отправляешься на Панталу! – удивлённо нахмурилась Снежна.


– Послезавтра, – поправила советница. – Сначала домой с вами, а к миссии присоединюсь на берегу у Тушканы.


Снежна едва не расплылась в глупой улыбке, словно какой-нибудь Небо.


– Ладно, – кивнула она, – я не против, тебе же, наверное, надо взять что-то из дворца… и попрощаться с друзьями.


Рысь дружески пихнула её крылом.


– Нет, просто хочется побыть с тобой лишнюю пару деньков.


– А, понятно… – Королева поморщилась, с трудом удерживаясь то ли от улыбки, то ли от слёз. – Ничего не имею против, – сухо выговорила она, отворачиваясь.


Над Большим ледяным утёсом они оказались уже к концу дня. Снежна первой заметила впереди величественные контуры, ало-золотистые в закатных лучах. Уже не первое тысячелетие этот магический дар сдерживал другие племена на границах, и она считала его настолько важным, что хотела даже протянуть вокруг всего королевства, чтобы драконы могли спокойно жить в своих ледяных домах и дворцах, не опасаясь вторжения чужаков.


Однако, будь Ледяное королевство полностью отгорожено, магическая чума Мракокрада не пощадила бы никого. Только совместные усилия драконов разных племён помогли распознать злобное колдовство и найти от него защиту, а полукровка Тайфун сумел проникнуть за Большой утёс и доставил серьги с охранным заклятием. Ледяные драконы выжили лишь благодаря связям с другими королевствами!


Поглощённая своими мыслями, Снежна невольно замедлила полёт. Если страшное Дыхание зла тоже придёт сюда, эти связи понадобятся снова!


Кроме того, надо же знать, что происходит на Пантале, а значит, драконы из соседних племён должны иметь доступ в Ледяное королевство. Пускай Росянка и Небо летят прямо во дворец, когда захотят!


Королева вдруг повернула крылья, выбирая воздушный поток, и нырнула к земле. Остальные с удивлением последовали за ней.


Опустившись на вершину утёса, Снежна заглянула с обрыва, который тянулся по обе стороны от её лап. Ледяные стены уходили отвесно вниз, к снежной равнине. Рысь зависла в воздухе у неё над головой, мерно работая крыльями.


– Что случилось? – обеспокоенно спросила советница.


Королева поправила изящную тиару на голове.


– Я тебе говорила, что это такое? Дар силы! Нет-нет, не смейся, он на самом деле придаёт мне огромную силу, так что смеяться надо мной сейчас ещё опаснее, чем обычно. До сих пор мне почти не приходилось им пользоваться, потому что наше путешествие оказалось на удивление мирным, без необходимости бить кого-то по голове.


– Чему я особенно рада, – хмыкнула Рысь.


– Хочешь убедиться, какая во мне сила?


Снежна сжала когти и ударила лапой по твёрдому льду. Утёс дрогнул, во все стороны зазмеились трещины. Она ударила ещё раз и вынуждена была подняться в воздух, чтобы не упасть вместе с огромными отколовшимися глыбами. Они катились в снежном облаке одна за другой, пока на вершине не образовался гигантский провал.


Мышцы ныли, болела отбитая лапа, но ошарашенные взгляды спутников того стоили.


– Вот это да! – протянула Рысь, пролетая через провал с одной стороны утёса на другую. – Как думаешь, заклятие теперь нарушено, смогут здесь пролетать драконы из других племён?


– Трудно пока сказать, – вздохнула Снежна. – На всякий случай потом вернёмся с войском и снесём остальное. – Она болезненно поморщилась, придерживая больную лапу. – Дам всем по очереди надеть тиару, а сама буду руководить.


– Ну и ну! – Рысь зачерпнула горсть снега и приложила к королевской лапе. – А как же твоё «не верь чужакам, они все злые»?


Королева сурово нахмурилась.


– За последнюю неделю я побывала в чешуе шести драконов из разных племён и даже в шкуре одного человека, и только один из них оказался злым. Теперь я лучше всех разбираюсь в чужаках и могу утверждать, что по крайней мере несколько из них достойны доверия.


– Аж целых несколько! – шутливо вытаращила глаза Рысь. – Неужто правда?


Снежна пихнула её хвостом.


– Допущу даже, что большинство… хотя вот насчёт тебя не уверена, особенно когда строишь самодовольные рожи!


– Ладно, виновата, – рассмеялась подруга, – но всё равно права. – Она глянула на темнеющее небо, где уже мерцали первые звёзды. – Поздновато лететь во дворец, тебе не кажется? Может, заночуем в снегу? Ещё одна целая ночь вдали от дворца!


– Согласна, – кивнула королева и обернулась к солдатам, – а вы?


Они потрясённо заморгали, затем старший поклонился:


– Конечно, ваше величество, как прикажете.


Как приятно было снова оказаться в краю ледяных драконов, где всегда можно уютно устроиться в постели из пушистого снега. Покатавшись по нему как следует, чтобы вычистить грязь из чешуи, и ощутив себя восхитительно чистой и холодной, Снежна свернулась уютным клубком и взглянула на кольцо с опалом. Целые сутки без видений – если они совсем закончились, то почему оно так и не слезает с когтя? Может, затаилось, чтобы потом вывалить на неё целое сонмище жутких кошмаров?


– Эй, кольцо! – шепнула она. – Я терпела все твои выходки, докладывала о видениях всем, кого они касались, и даже заключила договор с воришками! Ты этого добивалось? – Молочный опал довольно мигнул – раз, другой. – Но если вдруг осталось хоть одно видение, я очень хотела бы всё-таки узнать, что случилось с магией дракомантов, почему она не работает, хотя так пригодилась бы драконам с Панталы? Можно ли её наладить как-то, а если нет, тоже хотелось бы знать, чтобы не волноваться больше… не подскажешь? – Камень замерцал снова, будто размышляя. – Ну ладно, – пробормотала королева, уже проваливаясь в сон, – как хочешь, всё равно спасибо…






Глава 21





Дождь, снова дождь… как всегда. Проклятое Земляное королевство, в нём всё неприятно, от бескрайнего хлюпающего болота до нескончаемого бульканья воды со всех сторон. Промозглая сырость круглый год, от которой нет спасения даже здесь, в глубине пещеры, и вечный страх, что королева Цапля узнает о беглянке, и придётся снова улетать куда-нибудь в другое королевство.


Так или иначе, оставаться в крепости песчаных было никак нельзя, и не исключено, что вернуться в пустыню не удастся никогда, по крайней мере пока жива королева Скорпиона, а жить ей предстоит долго благодаря заклятиям здоровья и долголетия, которых она потребовала и получила.


Зато королеве не досталось главного, напоминает себе Тушкана: небесных драконов удалось спасти, а может, и не только их. Скорпиона ими не удовлетворилась бы, ей надо всё больше и больше – земель, власти, магии.


Такое впечатление, что дракомантия вытягивает душу не из Тушканы, а из королевы.


Нервно сжав когти, дракомантка проверяет себя. Хочется ли кого-нибудь убить? Да не особенно. А напугать, покуражиться? Пожалуй, тоже нет. Как насчёт маленьких драконят, всё ещё кажутся милыми, хочется приласкать?


Тушкана вздыхает, положив голову на лапы. Ей давно хотелось завести собственных драконят, но королева Скорпиона не подпускала к ней других драконов, а теперь, среди чужих, мечта далека как никогда.


А если применить заклятие?


Она вскакивает, осенённая идеей. Почему бы и нет? В драконье яйцо можно превратить любой камень… но вылупится ли кто-нибудь из такого яйца? А вдруг зародыш жизни должен содержаться в предмете изначально, иначе он не оживёт. Способна ли вообще магия дракомантов оживлять неживое?


Надёжнее было бы украсть яйцо другого племени и сделать дракончика внутри песчаным. Ну нет, это уже преступление!


Задумавшись, Тушкана потирает виски. Да-да, не стоит опускаться до воровства.


А если взять яйцо, скажем, змеи или страуса и превратить в драконье? Вот и вылупится дракончик, её собственный, который будет любить свою мать – всегда, целую вечность!


Захваченная новой идеей, Тушкана готова выскочить из пещеры под проливной дождь в поисках яйца… но останавливается на пороге. Не стоит так спешить, сейчас дракончику будет плохо с матерью-беглянкой, а если Скорпиона разыщет их, то использует его, чтобы снова подчинить непокорную дракомантку.


Придётся подождать. Заклятие долголетия действует не только на королеву. Дракоманты могут жить вечно, если захотят. Вот не станет проклятой Скорпионы, тогда пусть и вылупится дракончик, и с ним вместе можно будет вернуться в родные пески.


Замечательный план… и совсем не злой, правда? Ну конечно!


Обхватив себя крыльями, Тушкана прижимается к стене пещеры и засыпает, мечтая о прекрасной дочери.






* * *



Наконец-то она дома, в родной пустыне, спустя шесть десятков лет добровольного изгнания. Долго, очень долго оно длилось – вполне достаточный срок жизни для любой королевы, особенно столь жадной до власти.


Впрочем, королевы внезапно умирают от сердечного припадка в любом возрасте, даже без помощи магического заклятия. Да и в самом деле, шестьдесят лет правления – куда уж больше.


А дочь у Тушканы получилась и правда почти идеальная, и здесь, на прекрасной родине, стране песков, ветра и вечно ясного неба, они будут наконец счастливы.


– Добро пожаловать домой! – шепчет мать. Тушкана-третья не отвечает, она немного дуется, потому что случайно узнала о судьбе Тушканы-второй. Что ж, бывает. Мать даже не собиралась упоминать о той дочери, с которой так неудачно вышло – какая разница. Теперь её нет, есть другая, и они вместе, что ещё нужно для счастья?


– Я хочу другое имя, – ворчит младшая Тушкана, – своё собственное.


– Зачем, разве Тушкана плохое имя?


– Хочу быть сама по себе, – фыркает дочь, – а не одной из твоих сотен копий!


– Да какие сотни? Не было никаких сотен!


А впрочем, тоже идея, почему бы и нет? Понаделать много-много, а потом выбрать лучшую по характеру! Кому нужны мрачные зануды? Кстати, сама Тушкана никогда не была брюзгой, так что эта последняя, если вдуматься, и не копия вовсе – с точным своим подобием небось приятнее было бы общаться.


«А не злая ли это идея?» – шепчет внутренний голос, но еле слышно, как будто издалека.


– Может, и были сотни, но я о них никогда не узнаю, – бурчит Тушкана-третья. – Только мне совсем неохота быть какой-нибудь… восемьсот сорок седьмой!


Да уж, столько уже слишком. Учить каждую охотиться, отвечать на бесконечные вопросы об одном и том же, раз за разом – с ума сойдёшь. Хотя ещё несколько можно и сделать потом, вдруг получится удачней.


– К такому имени даже уменьшительного не подобрать, – уныло продолжает дочь. – Туш… Тушка… Ана… Ладно, пускай я буду Кана!


Тушкана раздражённо пожимает крыльями. Вот же неблагодарная.


– Я соглашусь на Кану, – хмурится она, – если ты перестанешь дуться. Посмотри лучше, какие прекрасные пески вокруг, разве не восторг?


– Ничего так, – хмыкает Тушкана-третья, что на восторг похоже не слишком, но матери надоело пререкаться.


В конце концов, слишком долго терпеть не обязательно. Если окончательно достанет своим нытьём, можно снова начать сначала.


Внутренний голос пытается поднять тревогу. А с этой что делать, убить? Мы же решили давным-давно: убивать драконят плохо в любом случае!


Даже своих собственных? Тушкана пожимает крыльями. Как сотворила, так и развоплощу, ничего такого особенного.


Строптивый голос так не считает. С другой стороны, и правда, не так это просто, как кажется… а дать уйти живой нельзя – никто не должен узнать, что давно пропавшая дракомантка вновь появилась в пустыне, иначе можно угодить в новое рабство.


Лучше уж просто… ну да, слегка подправить характер дочери. Небольшое заклятие, и та станет покладистей! Пусть ещё по хозяйству помогает, да.


Тушкана вонзает когти глубоко в горячий песок и мысленно рисует образ идеальной маленькой Тушканы.


«Тоже зло», – уныло бормочет внутренний голос.


«Тихо ты! – шипит в ответ дракомантка. – Она моё творение, почему бы не подправить, кому какой от этого вред?»


Всё в порядке, душа в целости, беспокоиться совершенно не о чем.






* * *



Она летит над морем, думая, не отведать ли снова жареных акул. В прошлый раз блюдо вышло жирноватым, но Кана теперь готовит всё лучше и лучше.


Замечательная оказалась идея сделать её умелой кухаркой. Жаль только, пришлось тратить отдельное заклятие на удовольствие от готовки. Тушкана-третья довольно ленива – дай ей волю, вообще не станет ничего делать.


Странно, поначалу ведь была совсем другая – активная, подвижная. Должно быть, заклятие виновато: покладистость и покорность привели к равнодушию и лени. Придётся вносить коррективы… да уж, формирование правильного характера – нелёгкая задача, даже для магии.


Нет, пожалуй, акулы надоели. Пусть лучше Кана приготовит верблюда – хорошая практика для кухарки.


Тушкана поворачивает в берегу и замечает дочь. Та сидит у самой линии прибоя и строит замок из песка… нет, он растёт сам по себе! Подавив мгновенную панику, дракомантка понимает, в чём дело.


К счастью, Кана не овладела заклятиями, а использовала готовый зачарованный камень, который позволяет быстро обзаводиться жильём на новом месте.


– Что ты делаешь? – спрашивает мать, плюхаясь на мокрую гальку.


– Песчаную крепость, – объясняет Тушкана-третья, беззаботно взбалтывая хвостиком морскую пену.


Тушкана выхватывает камень у неё из когтей.


– Это не игрушка!


– Извини… – опускает голову дочь. – Я больше не буду.


– Никогда больше не трогай мои вещи! Кана робко поднимает глаза.


– А мне самой нельзя попробовать колдовать… чтобы иметь свои зачарованные вещи?


– Нет-нет, – качает головой Тушкана, – магия очень опасна, очень-очень! Ею могут заниматься только особенные драконы, которые появляются не чаще одного в поколение, таковы правила.


Она говорит неправду, но малышке незачем об этом знать. Когда-то в Пиррии жили сразу пятеро дракомантов: один в Ледяном королевстве, двое в Морском, один в Ночном и сама Тушкана. Неизвестно, что случилось с остальными, но выжила только она. Специальное заклятие время от времени проверяет, не появились ли новые, но пока всё тихо. Ну и хорошо, меньше беспокойства.


Слишком много магов всё равно что стая драконов, налетевшая в оазис с маленьким озерцом – выпьют всю магию до дна или замутят источник, и тогда появления нового дракоманта придётся ждать не одно поколение, а может, тысячи лет.


– Разве для магии есть правила? – наивно улыбается Кана.


Три луны, как же медленно она соображает и говорит! Слова будто пробираются через все болота Земляного королевства.


– А как же, – хмыкает мать. – Если магов станет много, они начнут враждовать, кидаться заклятиями направо и налево, пока случайно не уничтожат весь мир!


– Разве один маг, – говорит Кана, поразмыслив, – не может уничтожить мир, если захочет?


– Пусть это тебя не волнует, – отвечает Тушкана с усмешкой, – пока я единственная и не собираюсь делать ничего такого.


Кана смотрит в морскую даль, снова думая – как же медленно, даже кактусы растут быстрее!


– Мне бы хоть самый маленький кусочек магии! – вздыхает она.


– Заклятия разрушают душу, забыла? Я хочу тебя защитить, дорогая доченька, так что лучше оставь эти опасные занятия мне, а сама живи спокойно.


– Хорошо, – покорно кивает дочь, и Тушкана понимает, что сработало заклятие покладистости – вот и славненько.


Тем не менее кое-какие поправки ещё требуются… а ещё неплохо бы Кане дальше не расти. Сама Тушкана остановилась на нормальной фигуре молодой драконихи, ведь если жить предстоит тысячи лет, они с дочерью вымахают до гигантского роста! Пусть Кана навсегда останется чуть меньше матери, как и положено младшей. А ещё стоит добавить ей чуточку страха, чтобы не интересовалась так магией… и не тянула когти к родительским сокровищам, а то взяла моду, понимаешь!


Интересно, что сказал бы внутренний голос? Куда-то он делся… да какая разница.






* * *



Тушкана свернулась клубком у походного костра среди песков, над головой ярко сияют россыпи звёзд. К её боку прижалась малышка Кана. Она снова маленькая, а другое заклятие утроило обычную любовь дракончика к матери – так и ластится теперь, очень приятно. Взрослая дочь с её тупостью и предсказуемостью уж больно надоела, вот и пришлось начать всё сначала, сделав её снова двухлетней.


Обе они живут уже очень, очень долго. Кажется, столетий восемь, дракомантка уже не помнит. За это время Тушкана-третья вновь становилась дракончиком уже не раз.


Новых дракомантов за это время почти не появлялось: из ледяных вообще никого, двое ночных, внучка и правнук некой Вьюги, и одна из королевской семьи морских, погибшая, едва успев отложить яйца. Тушкана не собиралась узнавать, что случилось, лишь бы не устраивали вселенских катастроф и не трогали её саму.


– Мамуля, а ты можешь и меня сделать дракоманткой? – пищит малютка.


Что, опять?! Казалось бы, лишнее любопытство по поводу магии давно вытравлено из Тушканы-третьей, но тема упорно продолжает всплывать год за годом. Ни стирание памяти, ни запугивание кошмарами, ни изменения в наклонностях – не помогает ничего! Что не так с этим дракончиком?


Тушкана-первая испускает тяжкий вздох.


– Скажи, – устало обращается она к дочери, – вот будь у тебя магии всего на одно заклятие, чего бы ты пожелала?


Кана задумывается… и думает… и думает… Возврат в драконята немного оживил её разум, но с каждым новым исправлением она снова тупеет.


– Знаю! – улыбается наконец она. – Я бы сделала так, чтобы в один миг переноситься к тебе откуда угодно и когда захочу.


Мать ласково прижимает её к себе.


– Зачем, доченька? Мы же и так всегда вместе, не расстаёмся.


Показалось, или по мордочке дракончика пробежала тень огорчения?


– Я знаю, – вздыхает она, – это просто на всякий случай. Вдруг случится что-нибудь плохое, и нас разлучат.


– Хорошо, – улыбается Тушкана, – я сделаю, что ты хочешь. – Подбирает с песка нежно-розовую морскую раковину с тёмно-красной каймой.


– А мне самой… – начинает Кана, но получает тычок хвостом и умолкает, слушая заклятие.


Вот и готово – раковина тут же переместит её к матери, стоит только одной из них захотеть.


Очень кстати получилось, думает Тушкана. Шестьсот двадцать лет назад, а до этого четыреста, двести пятьдесят и ещё несколько раз Тушкана-третья пыталась сбежать. Теперь, конечно, она этого не помнит. Возня с поисками и возвращением блудной дочери – такая морока… но теперь все трудности позади, зачарованная раковина сработает сама.


Дракомантка просверливает когтем дырку, продевает шнурок из кокосового волокна и вешает новый амулет на шею дочери.


– Ну вот, видишь, никакой своей магии тебе не нужно. Только попроси, и мамочка сделает, если желание будет разумным.


Кана послушно кивает, но радости от подарка выказывает маловато. Добавить, что ли, ей в характер ещё благодарности? Да ладно, теперь уж поздно – а такой приятный момент упущен. Разве что придумать что-нибудь новенькое, а то за тысячу лет всё уже приелось.


– Давай, я сделаю тебе братика? – предлагает Тушкана. – С ним нам будет веселее.


В глазах малышки мелькает… ревность? В самом деле, после стольких лет вдвоём непросто поступиться частью материнской любви.


– Его тоже будут звать Тушканой? – спрашивает Кана.


– Нет, зачем же? – смеётся дракомантка. – Каким ты хочешь, чтобы он был – умным, весёлым?


Дочка хмуро ковыряет лапой в песке.


– А ты правда можешь так? Ну, чтобы он был каким хочется.


– Ну конечно! Можно даже заставить его любить скучные дела, которые нам с тобой не нравятся – к примеру, собирать хворост или вскрывать панцири омаров.


– Мне нравится собирать хворост, – поднимает Кана удивлённый взгляд.


Ах да, это ведь уже добавлено к её характеру – совсем недавно, когда Тушкана устала летать за хворостом сама и ей надоело вечное нытьё дочери.


– Ну тогда что-нибудь другое… и да, пускай растёт очень медленно, чтобы оставался милым маленьким дракончиком. А если вдруг начнёт капризничать, пускай сразу засыпает и спит всю ночь – не как ты, которую не уложишь.


– Но я… я же всегда сплю долго и очень люблю спать! – снова удивляется Кана. – Даже днём иногда засыпаю.


– Ах да, я забыла, – морщится дракомантка. – Ну так что, подарить тебе новую игрушку?


Дочь не отвечает и на этот раз думает ещё дольше – какая скука! Мать уже готова рассердиться, но Кана вдруг поворачивается и ныряет ей под крыло.


– Нет, не хочу братика, – бормочет малышка, – нам и вдвоём хорошо, правда? Хочу быть твоим единственным дракончиком.


Эх, надо было не спрашивать, а сразу решать, послушная дочь не стала бы спорить. Ладно, в самом деле, и вдвоём бывает достаточно весело, особенно когда Тушкана растит её музыкантшей или рассказчицей историй… а из братика ещё неизвестно что получится.


Малышка под крылом дрожит всей чешуёй.


– Всё, всё, – успокаивает её Тушкана, гордая своим материнским счастьем, – никаких больше дракончиков, только ты и я.


– Правда-правда?


– Правда-правда.


Обещания даются ей легко, стереть их из памяти дочери проще простого. Если однажды всё-таки захочется другого дракончика, заведёт, а Кана будет рада и даже не вспомнит о сегодняшнем разговоре.


Пока надо подумать о каком-нибудь новом развлечении. К примеру, они давно не захватывали рабов. Попробовать, что ли, радужного дракона? Они красивые, а едят совсем немного. Да, пожалуй, зачарованный слуга внесёт в жизнь немного разнообразия.






* * *



Как же она устала! Перелёт с дочерью с гор в хижину на побережье занял целый день, да ещё и на отдых в оазисе остановиться не удалось, слишком много внизу толпилось песчаных драконов. С ходом столетий население королевства росло, а Тушкана старалась избегать лишнего общения, особенно после тех неприятных случаев, когда дочь просила их «спасти» её – надо же додуматься до такого бреда!


Крылья болят, в голове туман от усталости… вот и потеряла бдительность.


Что это? Едва она шагнула через порог хижины, куда прежде вошла Кана, как всё тело от крыльев до хвоста вдруг застыло, не в силах пошевелиться, а лапы стали замерзать, покрываясь коркой льда.


С трудом повернув онемевшую шею, дракомантка замечает дочь в дальнем углу. Тушкана-третья сидит, направив что-то на мать.


Иглы дикобраза! Собрав их недавно в горном лесу и связав в пучок тонкой лианой, дочь попросила о новом заклятии.


– Хочу, чтобы тот, на кого я нацелю эти иглы, тут же застыл и не мог двинуться с места! – гордо изложила она свою идею. – Они помогут мне охотиться!


Тушкана тогда посмеялась над лентяйкой, но просьбу исполнила, почему бы и нет? Дочь ничего не просила уже много лет и вела себя послушно, да и заклятие придумала полезное и вполне безобидное.


Как оказалось, не вполне.


– Что это ты задумала? – злобно шипит дракомантка и тут же сбавляет тон, добавляя медово-просительные нотки: – Доченька, дорогая, ты случайно направила своё охотничье оружие на меня… убери его, пожалуйста, скорее.


– Нет, не случайно, – отвечает Кана, её голос дрожит от напряжения.


– Что?!


Тушкана лихорадочно припоминает слова того охотничьего заклятия… что надо сказать для его отмены? Холод уже поднимается от когтей к коленям. Она дышит огнём на ледяную корку, но лёд магический, не тает.


– Теперь тебе придётся отвечать, – говорит Кана. – Сколько всего заклятий ты на меня наложила?


– Разве можно все упомнить? – хмыкает дракомантка. – Они накладывались столетиями.


– Так давно? – Взгляд дочери на миг затуманивается.


Когда у неё последний раз стиралась память? Тушкана пытается вспомнить, ледяной холод путает мысли.


– Да, – шипит она наконец, – одиннадцать столетий или около того.


– Три луны! – Кана прикрывает глаза лапой. – Почему же я ничего не помню? – Тушкана-первая пожала бы в ответ крыльями, но они совсем онемели. – Всё понятно, ты стирала мне память, – отвечает младшая сама себе. – Вот почему я так часто не понимаю, о чём ты говоришь… просто не помню.


– А ещё потому, что всегда плохо соображала! – шипит мать.


– Откуда тебе знать? – рявкает Кана, хлеща хвостом. – Что во мне осталось от себя самой? Даже любить тебя, и то заставляет магия, верно?


– Нет, доченька, любовь настоящая, – пытается подольститься Тушкана. – Ты любишь меня, а потому сейчас отпустишь, правда ведь?


Она опускает взгляд и видит, что почти вся уже покрылась ледяной коркой, остались только голова и неподвижно приподнятые крылья.


– Ты сама не любишь, так зачем заставляешь любить? – Дочь сердито смахивает с глаз слёзы.


– Такую – не люблю!


– Ну так не беда, – усмехается Тушкана-третья, – можно снова подправить – чуточку здесь, капельку там, да? – Она показывает матери свиток.


Тушкана-первая в ужасе таращит глаза. Это же… список заклятий, наложенных ею на дочь!


Надо было держать их в голове, как остальные, но их накопилось так много, в том числе и довольно сложных, что пришлось зачаровать особый свиток, всё записанное в который исполнялось само собой. Как же эта мелкая паршивка до него добралась?


– Где ты… его… взяла? – удаётся с трудом выдавить, пасть и глотка немеют.


– «Стать послушнее», – читает Кана вслух, развернув свиток, – «стать ещё послушнее», «жевать с закрытым ртом», «не разговаривать с другими драконами», «забыть, что другие драконы существуют», «вспомнить, что другие драконы существуют, но не спрашивать о них», «всегда оставлять мне самую большую рыбу»… – Дочь с горечью кивает. – Теперь всё понятно.


Холод, лютый холод пронизывает тело Тушканы.


– Знаешь, что я обнаружила? – вновь усмехается Кана. – Сюда может писать кто угодно, не только ты. Смотри! – Она берёт перо и старательно выводит, читая: «Хвостовой шип позеленеет». – Ядовитый шип на кончике её хвоста мгновенно становится изумрудно-зелёным. – Здорово, правда? – Новая запись: «Хвостовой шип станет прежним», – и возвращается привычный буровато-жёлтый цвет.


Тушкана уже не чувствует своего тела. Лёд сковал шею, и голову уже не повернуть. Ничего выговорить тоже не получается.


– Нет, на самом деле, – задумчиво продолжает дочь, – я хочу не зелёный хвост. Ты знаешь, чего я хочу больше всего, просила уже – думаю, много-много раз, только это осталось в стёртой памяти. – Я хочу овладеть магией!


Нет, никогда! Тушкана пытается наложить заклятие мысленно, чтобы вырвать свиток из когтей дочери, но он лишь слабо трепыхается.


– Извини, что разочаровываю тебя – в миллионный раз, наверное. – Кана с усмешкой смотрит, как перо в её лапе разламывается пополам. – Не старайся мне помешать… потому что ничего записывать уже не надо – всё нужное сделано.


Тушкана смотрит, как перо вновь срастается, и только теперь с ужасом понимает, что спасения нет. Дочь не собирается торговаться, а просто устроила спектакль. Все заклятия отменила и теперь в услугах матери не нуждается… как и в ней самой.


Как ни странно, в свои последние мгновения Тушкана-первая вовсе не так уж и опечалена. Она прожила долгую, очень долгую жизнь, которая доставила больше удовольствия, чем страданий.


– Прощай, мама, – вздыхает Кана, на глазах её слёзы. Настоящие или зачарованные? Кто знает…


Нет, ещё не всё! Тушкана успевает наложить ещё одно, последнее заклятие – но не для собственного спасения. Она зачаровывает не вещь, а саму Тушкану-третью, чтобы омрачить её торжество.


Теперь дочь-убийца никогда не забудет свою мать.






Глава 11





Наконец-то свобода! Даже не верится.


Кана подходит к глыбе льда, в которую превратилась её мать. Как странно видеть её сквозь блики глянцевой поверхности и застывшие в толще пузырьки воздуха. Выражение бессильной ярости в последний миг жизни запомнится навсегда, но сейчас его трудно разглядеть.


Всё получилось, мать попалась на собственное заклятие, и вот Тушкана свободна – теперь единственная Тушкана на свете. Спустя столько лет… как оказалось, во много раз больше, чем можно было предполагать.


Помедлив в нерешительности, она берёт перо и выводит на пергаменте свитка: «Вернуть всю память», затем поспешно приписывает: «Постепенно».


Ох! Всё равно слишком много. О луны, сколько всего! Все ссоры, которые мать вычёркивала, возвращая добрые отношения. Все обещания, легкомысленно данные и не выполненные. Разговор о будущем братике… Кана в ужасе хватается за голову: неужто ещё одному дракончику досталась такая несчастная судьба? Нет, память молчит – ни братьев, ни сестёр не появлялось, мать удалось отговорить. Только одна дочь за все столетия, зато множество драконов-слуг, похищенных и зачарованных. Кого-то из них Кана любила и даже хотела улететь с ними, но каждый раз не успевала.


Их дальнейшая судьба так и осталась неизвестной. Тоже расстались с памятью и отправились на все четыре стороны… или ещё хуже? Вспоминались только счастливые дни, когда маленькая Кана строила замки из песка с радужным слугой или плавала наперегонки с морским… а потом друзья исчезали, как и память о них. Наверное, можно было бы найти их поисковым заклятием, вдруг кто-то жив? Вернуть память и ему… а вдруг выяснится что-нибудь совсем ужасное?


Может, и не стоит узнавать о матери все подробности, магия даёт множество других, более приятных возможностей. Сделать, к примеру, своими друзьями всех драконов… или самой стать королевой! Ей досталось невероятное могущество, и она не собирается тратить его, чтобы мучить сотни лет каких-нибудь несчастных драконят.


Она начнёт совсем другую, счастливую жизнь… как только окончательно расстанется с прошлым. Перво-наперво убрать подальше ледяную глыбу, застрявшую в дверях!


Кана дотрагивается до раковины, что висит на шнурке у неё на шее. Первое заклятие, что наложила мать по её просьбе, ещё пригодится – если убрать глыбу в правильное место.


Она прикладывает лапу к холодной поверхности и снова вглядывается в ледяные блики, из-за которых таращатся мёртвые глаза.


– Пусть весь этот лёд окажется глубоко в песке под домом и останется там замёрзшим навсегда!


Ледяная глыба тут же исчезает, а пол под лапами вздрагивает от толчка, пришедшего из глубины… но Кана не успевает порадоваться успеху своего нового колдовства. Она вскрикивает от обжигающей боли, которая пронизывает всё тело.


Когда боль чуть отпускает, дракомантка открывает глаза и смотрит на свою лапу. Один из когтей срезан до основания, будто острым ножом. На пол льётся кровь, но самого когтя нигде не видно.


– Что такое? – шипит Кана. – Почему?


Может, в заклятии что-то не так? Она притронулась ко льду, и он забрал коготь с собой?


А может… Нет! Нет!


Однако в глубине души она уже знает. Что и почему, ещё предстоит разбираться, но в одном она уверена.


Это ей устроила мать.






* * *



Тушкана-третья сидит на берегу озера в оазисе, смывая кровь с очередной раны. Шести когтей уже нет, что она потеряет в следующий раз – уши, рога, хвостовой шип?


А может, крылья? Её передёргивает от ужаса.


Осторожнее надо с заклятиями. Кто знает, может, очередное просто-напросто убьёт её.


Второй коготь она потеряла, надеясь восстановить первый, но удалось лишь залечить рану на его месте, а другую пришлось забинтовать. Как следует поразмыслив, пожертвовала третьим ради знаний: зачаровала новый свиток, чтобы отвечал на любые вопросы. Преодолевая боль и туман перед глазами, спросила, какое последнее заклятие наложила на неё мать.


Конечно, чего-то в этом роде ожидать следовало, надо было заранее защитить себя, но действовать пришлось в спешке. В сумках, которые мать заставила её нести через пустыню по пути с гор домой, случайно попался тот свиток со старыми заклятиями, наложенными на неё, – редкий шанс. Прежде мать не допускала подобных оплошностей… а может, просто не повезло их заметить.


Последнее заклятие в жизни Тушканы Первой оказалось шедевром жестокости и коварства. При каждом использовании магии Кана должна терять какую-нибудь часть тела, пока не умрёт от ран, и даже колдовским способом потерянное нельзя отрастить.


Вдобавок заклятие подкрепляла особая защитная формула, не позволявшая отменить его. Кана всё же попробовала, но лишь потеряла четвёртый и пятый коготь, не добившись ничего. За долгие годы мать овладела слишком многими хитростями, но не учила им дочь, только пугала всякими ужасами о магии и её опасностях. Кана оказалась беззащитна перед проклятием.


Что ж, ладно, решила она, можно прожить и без магии. Свобода от матери тоже чего-то стоит. Хотелось нормальной жизни, общения с другими драконами – так вот он, счастливый шанс, хоть и без головокружительных возможностей волшебства! Всё лучше, чем прошлая подневольная жизнь. Стать самой собой и самой по себе.


Однако, поглядев на свои искалеченные лапы, Тушкана-третья поняла, что в таком виде заводить дружбу непросто, пришлось бы многое объяснить. Поэтому прощай, шестой коготь, а к раковине на шее пристёгнуто ещё одно заклятие: все драконы увидят Тушкану прежней, без увечий. Никто не узнает о её боли и несчастном прошлом.


Кое-какие зачарованные вещи матери она умеет использовать, а об остальных расскажет новый свиток. Можно рискнуть и продать их какой-нибудь королеве, но раковину возвращения лучше оставить себе. В случае опасности она мигом вернёт сюда, в хижину на морском берегу, где глубоко под досками пола скрыта могила Тушканы-первой. Здесь можно делать что угодно, плясать и петь, и никто не остановит, и не наложит заклятие, отбивающее охоту к этому на сотни лет.


– Не думай, что ты победила, мама, – говорит Кана вслух. – Я не ты, я умею себя ограничивать. Обойдусь и без магии… и буду счастлива, несмотря ни на что!


Она расправляет крылья и взмывает в небо.






* * *



Иногда хочется отдохнуть от других драконов, с полсотни лет или чуть дольше, пока не забудут или не поумирают все знавшие её, а потом вернуться и начать всё заново.


На этот раз, впрочем, уже минуло почти столетие. Здесь так тихо и спокойно, только волны мерно накатываются на берег. В городах, среди множества драконов, то и дело возникает соблазн поколдовать, даже несмотря на боль, но здесь можно просто жить, не вспоминая о магии.


Правду знает лишь единственная подруга, они познакомились, когда Глетчер ещё не взошла на трон ледяных. В отличие от других королев она предпочитает разбираться с трудностями сама, потому что хорошо знает, как опасна магия. Знает и о цене, которую платит Тушкана-третья за каждое новое заклятие. Увидев как-то раз её истинный облик, королева залилась слезами. Впервые в жизни кто-то пожалел песчаную дракомантку, посетовал на несправедливость выпавших на её долю испытаний.


За все годы знакомства, даже во время последней войны, Глетчер ни разу не попросила о помощи. Однажды Тушкана спросила почему, и королева ответила: «Твои чары лучше поберечь на случай, если мир будет остро в них нуждаться и ты одна сможешь всех спасти». Тушкана тогда рассмеялась: «Неужто я одна? Тоже мне героическая спасительница!», на что Глетчер мудро заметила: «Не думай, что появилась на свет просто так, без всякой цели».


Две тысячи лет ждать случая быть нужной – слишком долгий срок, вздыхает Тушкана. Разве что самой выдумать какую-нибудь цель.


Она лениво бредёт по песчаному пляжу к линии прибоя, решая, какой рыбы наловить на обед, когда ткань мира внезапно морщится, словно скомканный пергамент, и в голове раскатами грома звучит незнакомый властный голос: «Доставьте их сюда, живо, всех дракомантов из всех семи племён. Прямо сюда, в мой тронный зал!»


Не успев ни поразмыслить над странным приказом, ни перевести дух, ни убежать, Тушкана оказывается в огромном зале, отделанном чёрным мрамором. Сквозь узкие окна, за которыми виднеются зубчатые горные пики, проникают бледные солнечные лучи, а спиной к ней восседает на троне дракон гигантских размеров, крупнее дракомантка не видела за всю свою жизнь. Видно, что он помесь ночного с ледяным, а с другой стороны перед ним появляются ещё трое – два морских дракона и ночной, и у всех в глазах ужас.


Так и не задумавшись ни на миг, Тушкана хватается за морскую раковину у себя на шее и вмиг оказывается дома, в хижине на берегу. Столетия постоянного страха давно отучили медлить.


Сердце бешено колотится, когти судорожно впились в деревянный пол, который в этом месте, точно над могилой, уже не раз приходилось менять. Спасибо, мама, твоё заклятие бесценно… только безопасно ли теперь даже здесь?


Кто такой этот дракон в железной короне, и кто остальные. Неужели в Пиррии целых пятеро дракомантов? Мать говорила, больше одного не бывает!


Тушкана перерывает сундук и находит зачарованный свиток для вопросов. «Кто тот дракон на троне?» – пишет она.


Ниже появляется ответ, на удивление длинный. Обычно свиток не отличается многословием, но о Мракокраде, современнике её матери, рассказывает подробно, и о древнем его прошлом, и о заточении под горой заклятием-ловушкой, и о случайном освобождении, и о претензиях на трон Ночного королевства.


«Зачем ему все дракоманты?»


«Чтобы управлять ими, использовать их чары вместо своих, сохраняя в целости собственную душу, и быть уверенным, что действующие маги не пойдут против него».


По спине Тушканы пробегает холодок страха. Повезло оказаться позади трона, иначе… Она невольно представляет, как развлекается чёрное чудовище, наблюдая за дракоманткой, теряющей своё тело часть за частью.


Как же ей защититься, какое заклятие придумать, чтобы оградить себя от злодейских чар Ночного короля? Можно ли ему противостоять?


Она тянется к своим медным браслетам, но опасливо отдёргивает лапу.


«Почему он созвал дракомантов именно сейчас?»


«Магия подсказала ему, что кто-то накладывает заклятия, и он испугался».


«Он может почувствовать действие любого заклятия?»


«Нет, только нового».


«Как мне защититься от Мракокрада?»


«Ответа пока нет».


Так и знала! Свиток не видит будущего, только прошлое и настоящее, так что строить планы не помогает. Однажды она спросила, сколько ещё будет жить, и получила ответ: «Пока не умрёшь».


Зато цель жизни, похоже, теперь ясна. Из всех дракомантов Пиррии только она осталась на свободе и имеет шанс остановить Мракокрада.


«Это и есть моя цель?»


«Ответа пока нет». – Как и следовало ожидать.


Что сделать, убить его или снова заточить под землёй, теперь уже навечно? Хотя, если он такой древний, могущественный и опасный, как утверждает свиток…


«Мракокрад защищён от заклятий других дракомантов?»


«Да».


Тушкана вскакивает и в волнении меряет шагами хижину. Весь мир в страшной опасности, а она не в силах ничего предпринять! С другой стороны, это оправдание, можно сидеть здесь и не высовываться, но нельзя же так! Должен быть какой-то способ, надо только сообразить…






* * *



Она на берегу, убирает сети, чтобы штормовой ветер не порвал их. Внезапно среди затянувших всё небо туч мелькает что-то похожее на обрывок золотистой паутины. Присмотревшись, Тушкана замечает повисшее на паутине бесчувственное драконье тело. Порывы ветра гонят его к берегу, почти напротив хижины. Дракомантка задумывается, позабыв о сетях, а затем бежит в дом.


Мракокрада всё же удалось одолеть, но без её участия. Подходящее заклятие она составила, но побоялась, что оно не подействует либо ударит не туда, и с таким трудом обретённая свобода будет потеряна.


Тем не менее она не перестаёт думать о пяти живых дракомантах. Как же странно! Не иначе, мир сошёл с ума. Даже если Мракокрада больше нет, чего ждать от остальных? Что, если они пойдут войной друг на друга и разрушат всё вокруг себя? А если кто-то из них узнает о ней и вновь попытается использовать её заклятия? Вдруг кто-то похож на её мать?


Беспокоит и новая королева ледяных. Как жаль, что о болезни Глетчер не удалось узнать раньше и спасти её! Теперь вот приходится иметь дело с пугливой и порывистой наследницей, которая так жаждет магической помощи. Придумывает то одно, то другое, но больше всего мечтает навечно оградить своё королевство стенами от других племён.


Сколько ещё удастся отказывать ледяной правительнице, пока та окончательно не озлится? Вдруг уже в следующий раз явится с войском, запрёт непокорную дракомантку и пытками выбьет у неё заклятие? Прямо-таки вторая королева Скорпиона – рассказы матери об их ссоре Тушкана помнит хорошо.


Забежав в хижину, она достаёт свиток для вопросов и пишет: «Что за дракон летит к нам с моря?»


«Её имя Луния, она с Панталы, континента за океаном».


Тушкана таращит глаза от удивления.


«Как она сюда долетела?»


«Случайно занесло штормом».


«Она опасна?»


«Только для тех, кто угрожает её любимым драконам».


Что ж, это успокаивает.


«Связана ли она с целью моей жизни?»


«Ответа пока нет».


«Нужна ли ей помощь?»


«Да».


«Кто ещё знает, что она здесь?»


«Видение о ней было у ночной, которая скоро сюда прилетит».


Что за ночная? Тушкана немного беспокоится. Впрочем, если найти эту Лунию заранее и познакомить их, то можно стать участницей какого-то важного дела – например, помочь наладить отношения с другим континентом, разве плохо? Хотя…


«В Пантале есть дракоманты?»


«Нет».


А вдруг здешние маги этим воспользуются и захватят Панталу? Если там магии нет, можно делать всё что хочешь!


Похоже, настало время использовать то самое, давно припасённое заклятие. Драконам нельзя доверять магию, Тушкана знает это лучше, чем кто бы то ни было.


Она берёт с настенной полки стеклянный подсвечник. Блестящий, изящной формы, он её любимый, но такая жертва придаст заклятию особую мощь.


– Путь этот подсвечник, когда разобьётся, – шепчет Тушкана, – отнимет силу у всех живущих ныне дракомантов, и никакое новое их заклятие больше никогда не подействует, а я с этого момента начну стареть и умру, как любой нормальный дракон. Это моё заклятие никто не может отменить, в том числе и я сама!


Тушкана высоко поднимает подсвечник двумя лапами и с силой швыряет об пол. Стекло со звоном разлетается на тысячи осколков, и песчаная пронзительно вскрикивает от страшной боли.


Её хвостовой шип исчез. Можно было ожидать, что такое всеобъемлющее заклятие потребует большую цену, чем обычно, но от боли ни о чём думать не получается.


Дракомантка с трудом выползает из хижины и ковыляет к пресному озерцу, чтобы холодной водой остановить кровь.


Получилось или нет? Остаётся только надеяться, проверять новым заклятием пока нет сил. Если повезёт, это было последнее наложение чар в её жизни.


Завтра она найдёт Лунию, приведёт её в хижину и будет ждать в гости ночную. Вместе они придумают, как установить мир и дружбу между континентами без всякого колдовства.


Если заклятие сработало, бояться больше нечего: никто не сможет подчинить её магию и натворить зла. Никто больше и не попросит: как дракомант она абсолютно бесполезна!






Глава 23





К собственному удивлению, Снежна проснулась утром раньше всех, ей казалось, что сон длился много столетий – точнее, две тысячи лет.


Впервые так – видение за видением из чьей-то жизни, а затем переход в другого дракона, с гигантскими скачками во времени. Понятно зачем, иначе не стала бы понятна нынешняя Тушкана, то есть Тушкана-третья, её мотивы и её поступки.


В ожидании, пока пробудится Рысь и стражники, ледяная королева нагребла кучу снега и принялась лепить из него. Рассвет ещё только нарисовался тонкой золотистой полоской на горизонте, и утренний воздух приятно бодрил. Блаженная тишина кругом не шла ни в какое сравнение с вечно шепчущей листвой и драконьим гомоном Приюта.


Итак, Тушкана сама уничтожила магию дракомантов, причём в большой степени из-за неё, Снежны! Волшебница испугалась, что с помощью заклятий ледяная королева может натворить бед. Надо было самой побывать в чешуе Тушканы, чтобы осознать всю глубину её страхов, хотя Снежну и саму ужасала опасность стать игрушкой в чужих лапах – к примеру, королевы Осы или Мракокрада, который направил свои чары против ледяных драконов, да и своих же ночных, по сути, тоже.


Понятно стало, и почему Тушкана не стала признаваться. В какую бы ярость пришла сама Снежна ещё несколько дней назад, до прибытия беглецов с Панталы и знакомства с зачарованным кольцом, узнай она об уничтожившем магию заклятии песчаной дракомантки!


Теперь королева вовсе не сердилась. Да как можно вообще, узнав столько о Тушкане и пережив так много вместе с ней? Права ли была песчаная? Может, и права: ведь нельзя узнать заранее, кому можно доверить магию, а кому нет. Тушкана-первая вначале казалась доброй и вполне нормальной, но собственное могущество со временем испортило её. Так что, пожалуй, и хорошо, если удастся спасти мир от новой угрозы без помощи волшебных чар.


Только бы повезло драконам из тайной миссии, которые сейчас летят на Панталу! А пока надо привести войско в боевую готовность, ведь случиться может всякое.


Навестить Тушкану в ближайшее время тоже неплохо бы, песчаная очень одинока, ей нужны друзья. Оказывается, что Глетчер была вовсе не заказчиком магических услуг, а подругой дракомантки, так что смерть старой королевы, должно быть, так же потрясла Тушкану, как и саму Снежну.


– Привет! – нарушила королевские размышления Рысь. – Что это ты лепишь? – поинтересовалась она, сладко зевнув и показав хвостом на фигурку из снега.


– Неужто не узнаёшь? – усмехнулась Снежна. – Догадайся сама, а если ошибёшься, велю казнить.


– Хм, похоже, список моих преступлений станет длиннее, – задумалась советница. – Ладно, рискну… это улитка?


– В точку! – просияла королева. – В память о том забавном небесном.


– Вот это да! Никак не можешь забыть его? – захихикала Рысь, уворачиваясь от брошенного снежного кома. – Кстати, солдаты уже поднялись и дрожат от страха, что проспали.


Королева пожала крыльями.


– Ничего, я тоже устала… Отругаю, конечно, но рубить головы настроения пока нет, – пошутила она под весёлый смех Рыси.


По пути во дворец Снежна продолжала размышлять о двух Тушканах, а ещё о волшебном кольце – ведь оно впервые ответило на заданный вопрос! Вот здорово… хотя переживать потерю души вместе с дракоманткой-матерью было ужасно. Не хотелось бы со временем тоже стать такой и забыть, что другие драконы тоже чувствуют и страдают. Надо всегда держать при себе кого-нибудь вроде Рыси, чтобы спрашивала то и дело, не злая ли мысль пришла в голову королеве.


Влетая в дворцовые ворота, Снежна помахала часовым. Те явно нервничали, но она давно привыкла к такому отношению со стороны простых ледяных. Ничего, скоро всё изменится.


В тронном зале слышались тихие голоса, и она первым делом свернула туда. Как подозрительно! Что могло понадобиться кому-то в тронном зале в отсутствие королевы?


Ерунда, хватит всех подозревать! Нет у неё смертельных врагов, она не какая-нибудь королева Оса.


Влетев в окно, Снежна опустилась в центре огромного зала, и голоса тут же оборвались. У королевского трона, воинственно вздыбив игольчатый ледяной гребень, стояла Бивень в окружении стражей, а по другую сторону – Тундра с Мерзлотой, спокойно-властные, с самодовольной улыбкой во все зубы. На троне, придавленная тяжёлой короной из витого серебра, скорчилась малышка Норка.


С изумлением взметнув брови, Снежна обвела присутствующих надменным взглядом.


– Привет, Норка, – бросила она, – не тяжеловата для тебя ноша?


Молча сверкнув тёмно-синими глазищами, младшая сестра обхватила корону лапами, будто хотела защитить.


– Мы уже отчаялись дождаться вашего величества, – отдался эхом в ледяных стенах елейный, будто смазанный китовым жиром, голос Тундры.


– Я же говорила, что королева вернётся! – зарычала Бивень. – А вы не желали меня слушать!


Дядюшка Мерзлота осторожно выступил вперёд.


– Мы сочли крайне маловероятным, – вкрадчиво начал он, нервно подёргивая кончиком хвоста, – что ваше величество оставили своей заместительницей столь низкородную особу… потому и заподозрили… э-э… некие трагические события.


– Вы ошиблись, – любезно проговорила Снежна, – и теперь трагическая участь ожидает вас самих. – Она повернулась к военачальнице. – Бивень, благодарю за службу… А ты, Норка, давай слезай, это моё место!


– Нет! – завопила малышка в слезах. – Я должна быть королевой, чтобы остановить злобных и жестоких ночных! Они гадкие, гадкие!


Снежна подозрительно прищурилась, затем озадаченно переглянулась с Рысью.


– Что-что? – переспросила она. – Кого остановить?


– Ночных драконов! – всхлипнула Норка. – Ненавижу их, ненавижу! Они хотят всех нас убить!


Три луны! Младшая сестра никогда прежде даже не упоминала о ночных, да и вообще дружила со всеми. Откуда вдруг взялась ненависть, да ещё к целому племени? Норка просто-напросто не умеет ненавидеть!


Королева задумалась. Может, она сама виновата, сказала что-нибудь вроде: «Ночные очень плохие, Норка», а та ответила: «Ага, давай их ненавидеть»? Нет, не припоминается таких разговоров.


– Ваша работа? – нахмурилась она, припечатывая грозным взглядом Тундру с Мерзлотой. – Запугивали её ночными? Признавайтесь!


Старшая советница в растерянности развела крыльями.


– Ничего подобного, ваше величество, клянусь лунами! Сама не понимаю, откуда это взялось.


Верить Тундре не хотелось, однако недоумение обычно сдержанной советницы выглядело так натурально, что Снежна засомневалась.


– Когда она начала ругать ночных?


– Тут же, как только её усадили на трон… временно, разумеется, и лишь на тот прискорбный случай, если ваше величество не вернётся.


Угу, ясненько. Королева-малютка так удобна, ею ничего не стоит управлять. Ну ладно… но откуда всё-таки взялась у сестры такая неприязнь к ночным? Если Тундра с Мерзлотой ничего такого не внушали…


Снежна решительно шагнула вперёд и сдёрнула корону с головы Норки. Та с визгом потянулась, чтобы удержать, но королева крепко сжала её лапу.


– Тётушка Тундра, – обернулась она, – что известно об этой короне? Когда её заказывали?


– Королевской короне уже многие сотни лет, – выдохнула она с волнением. – Это же главная фамильная реликвия!


– Да-да, я в курсе, – отмахнулась хвостом Снежна. – Кто её делал?


Тундра оглянулась на Мерзлоту, дядюшка задумчиво почесал рога.


– М-м… кажется, она из эпохи королевы Алмаз, – пробормотал он, – но я не уверен.


– Королева Алмаз? Не та ли самая, у которой сын сбежал с ночной?


– Не сбежал, а был похищен! – возмутилась Тундра.


Снежна с усмешкой подняла брови.


– Королева-дракомантка – верно?


– Ты что, думаешь… – ахнула Рысь. Тётушка попыталась остановить её яростным взглядом, но безуспешно. – Ты полагаешь, корона зачарована и заставляет каждую королеву ненавидеть ночных, как ненавидела сама Алмаз? Как же вышло, что никто об этом не знал? Какой ужас!


Дядюшка Мерзлота ошарашенно раскрыл пасть, будто заговорить осмелился коврик из тюленьей кожи под его лапами.


– Да, королева Алмаз обладала магическими способностями, – обрёл он наконец дар речи, – но… но никогда не стала бы использовать их тайно, помимо традиционных подарков родному племени. Я абсолютно уверен!


– А я – нет! – бросила Снежна. – Так или иначе, эта священная реликвия мне не нравится. Не пора ли её заменить чем-нибудь посовременнее?


– Что? Как? – пролепетала Тундра.


– А давайте, давайте! – оживилась Норка. – Мне она тоже не нравится, совсем-совсем. Такая тяжёлая, просто ужас! Давит голову… Снежна, тебе тоже, да?


– Ещё как! – заверила королева и обернулась к Бивени. – Возьмёшься её уничтожить прямо сейчас?


– Слушаюсь, ваше величество! – отчеканила военачальница. Отвесив уставной поклон, она приняла корону из королевских лап и вылетела из зала в сопровождении двух солдат.


Снежна устало опустилась рядом с младшей сестрой и обняла её крылом. Трон предназначался для старой королевы, и места вполне хватало для двоих. Норка с облегчением вздохнула, прижавшись к боку старшей.


– Мне теперь не обязательно быть королевой? – шёпотом спросила она.


– Ни в коем случае, – заверила Снежна, – я справлюсь сама, ты можешь не беспокоиться ещё долго.


– Как я рада, – вздохнула малышка, – а то все ходят и советуют: то делай, того не делай… терпеть такого не могу.


– Если советники правильные, можно и потерпеть, – возразила королева, – а неправильных слушать не надо. – Она выразительно глянула на Тундру с Мерзлотой.


– А правда на короне были чары? Тогда теперь и ночных ненавидеть не надо!


– Конечно, это всё от заклятия. – Старшая сестра ласково ткнула малышку носом. – Не волнуйся, всё пройдёт. Вот я, к примеру, улетала всего на несколько дней, и уже отношусь к ночным куда лучше… а ты вообще, думаю, их полюбишь, как и всех других.


– Больше всех я люблю тебя, – призналась Норка.


Снежна вдруг весело расхохоталась.


– Я там встретила одного небесного, которого ты будешь просто обожать. Только сейчас поняла, кого он мне напоминал – тебя!


– Ваше величество, – холодно обратилась к ней Тундра, – Стене рангов в последние дни не уделялось должного внимания, но вам, я полагаю, необходимо прежде узнать о поведении придворных в ваше отсутствие…


– Ах да! – вскочила Снежна, направляясь к окну. – Спасибо, что напомнила… Норка, хочешь увидеть кое-что любопытное?


– Хочу! Хочу! – радостно завопила малышка и вылетела следом, а за нею и Тундра, протестуя против такой спешки. Дядюшка Мерзлота решил не испытывать судьбу, полагая, видимо, что чем дальше он от королевы, тем меньше рискует понижением в ранге.


На главном дворе у Стены рангов собрались кучками драконы, обмениваясь новостями. При виде королевы они испуганно замолчали, а кое-кто стал бочком отодвигаться поближе ко входу во дворец.


– Норка, – заговорила старшая сестра, опускаясь возле Стены, – ты знаешь, что это такое?


– Ну конечно! – вытаращила глаза младшая. – Кто же не знает дар порядка? Вот смотри – это я! – Она протянула кончик хвоста к имени в списке драконят. – Те, что стоят надо мной, все лучше меня, но зато я сама лучше, чем вон тот и все-все, которые ниже!


Снежна поморщилась. Такая маленькая, а уже гордится своим рангом.


– Так и я думала когда-то, – хмыкнула она, – но теперь поняла, что всё это глупости.


– Глупости? – с недоумением заморгала Норка.


– Ну смотри, вот допустим, ты лучше знаешь математику, чем он, – показала королева на имя ниже, – но зато он лучший резчик по льду. Кто должен стоять выше?


– Как это, лучший?! Лучше меня? Пусть покажет, что он там такое вырезал!


– Я сказала, «допустим»…


– Ещё чего, такое допускать!.. Но мы всё равно друзья, Нанук! – крикнула Норка, обернувшись к дворцовому окну, откуда выглядывал маленький дракончик.


– Смысл в том, – терпеливо объяснила Снежна, – что каждый дракон особенный и лучший в чём-то своём, а если ты вечно гадаешь, кто лучше, а кто хуже, то не можешь полностью отдаться любимому делу и вдобавок начинаешь плохо относиться к тем, кто стоит в списке ниже, а это неправильно и глупо!


– Хм… – задумалась малышка и вновь повернулась к окну: – Нанук, ты тоже особенный и лучший в своём!


– Спасибо, – донёсся робкий ответ.


Снежна сильно сомневалась, что урок прошёл как надо. Пожалуй, начинать надо было с главного, а потом уже объяснять.


Она призвала дар силы, сжала когти и от души врезала лапой по ледяной стене. Во все стороны, перечёркивая имена, побежали зигзагами трещины, похожие на молнии.


Издав пронзительный вопль ужаса, Тундра попыталась схватить королеву за лапу, но Снежна легко вырвалась и ударила вновь, а потом ещё и ещё.


– Уф-ф, – выдохнула она удовлетворённо, стоя по колено в сверкающих осколках льда. – Вот так-то лучше.


– Но как же… – всхлипнула тётушка, застыв от потрясения и даже не пытаясь обойти Рысь, которая поспешно заслонила от неё королеву. Взгляд Тундры был прикован к груде ледяного мусора, будто в надежде, что Стена рангов волшебным образом вырастет снова.


А вдруг и правда? Снежна пригляделась: осколки лежали неподвижно, отнюдь не выказывая намерения подчиняться желаниям советницы.


Даже не пытайся, древняя развалина!


К эху от стен дворца, повторявшему грохот обрушения, прибавились аплодисменты Рыси, к которой присоединилась сияющая Норка, хотя малышка едва ли вполне осознавала важность произошедшего. Разнести на куски тысячелетнюю традицию – это сильно, подумала Снежна, ощущая приятное головокружение.


Хлопанье лап внезапно послышалось и с другой стороны, а затем из всех концов двора и даже из дворцовых окон, хотя некоторые старые драконы потихоньку удалились с глаз королевы, опасаясь выказывать недовольство. Ничего, подумала она, со временем поймут и они.


– Дар порядка… – еле слышно выдавила Тундра и повалилась без чувств на заснеженные ледяные плиты двора. Махнув крылом двоим стражникам, Снежна приказала уложить советницу в постель и остаться присматривать.


– Вот здорово! – Норка подобралась к сестре и прижалась к её плечу. – Давай ещё что-нибудь расколотим! Можно я теперь сама?


– Завтра посмотрим, – кивнула Снежна, обнимая её крылом. – Дам тебе поносить тиару, а сейчас – мороженого и спать.


Из серых туч над головой сыпались белые хлопья, покрывая двор искристой пеленой.


– Как приятно, когда в конце концов оказываешься права, – улыбнулась Рысь.


– Вот ещё! – Королева сердито ощетинилась ледяными иглами. – С какой это стати ты вдруг права? Я сама решила разбить Стену, потому что мне так захотелось… или ты что-то другое имела в виду? – добавила она, заметив кривую усмешку подруги. – В чём ты права?


Рысь шутливо пихнула её хвостом.


– В том, что ваше колючее величество станет лучшей королевой всех времён!


– А-а… – успокоилась Снежна. – Ну да, ну да, почему бы и нет, – улыбнулась она.






Глава 24





Она открывает глаза и видит себя в Запретной сокровищнице. Лунного шара над плечом нет, бледно-голубое сияние исходит из стенных ниш, отбрасывая на поверхность древнего льда похожие на светлячков блики.


На сей раз она ощущает себя не каким-то другим драконом, а собой, королевой Снежной, но на всякий случай подносит к глазам лапы, чтобы убедиться. Опаловое кольцо всё ещё на когте, всё остальное, тиару силы и оружие, она сняла перед сном, правительнице негоже бояться кого-то в собственном дворце.


И всё же это видение, хоть и видит она сама себя. Почему?


– Потому что оно последнее, – слышится голос за спиной.


Королева оборачивается. Перед нею возле пустой ниши с надписью «Дар видения» стоит незнакомая ледяная. Даже в призрачном голубоватом свете заметно, что её белая чешуя странно переливается разными цветами, как молочный опал.


Незнакомка улыбается.


– Меня и зовут Опал. Рада с тобой познакомиться, королева Снежна.


– Уж не на тебя ли я злилась последние несколько дней? – криво усмехается королева.


Опал изящно пожимает крыльями.


– На меня злились все, кто надевал кольцо и до тебя.


– Много их было? Неужто каждая королева его носит?


– Нет, кольцо предназначено тем, кто больше всех в нём нуждается.


Снежна подносит коготь с кольцом к глазам.


– А для чего мне? Чтобы узнала о событиях на Пантале и о разумных воришках, которые помогут одолеть королеву Осу?


– Я рада, что оно пригодилось и для этого, – кивает Опал с улыбкой, – но нет, кольцо для тех, кто стал королевой слишком рано, чтобы помочь им стать опытнее и мудрее.


– Иными словами, для бездарных правительниц, чтобы научить их ставить себя на место других и не думать только о себе.


– Ну зачем так прямо, – вновь усмехается Опал, – да и правительница ты не совсем бездарная.


Королева скрипит зубами.


– Ты и правда сейчас здесь, в Запретной сокровищнице? Тогда я пришлю стражников, чтобы заточили тебя в темницу!


– Я умерла много столетий назад, – вздыхает Опал. – Сделала племени магический подарок, а затем прожила нормальную долгую жизнь. Оставила жить лишь малую часть своего разума для последней беседы с носительницей кольца, когда его задача выполнена.


– Не могу поверить, – фыркает Снежна, разглядывая искристый камень, – что первая их них согласилась на такую пытку.


– Она и не могла согласиться, иначе зачем бы понадобилось такое заклятие? Тоже взошла на трон рановато, совсем юной, всего боялась и на всех злилась. Попросила меня зачаровать кольцо, чтобы оно следило за её врагами, дома и в других племенах… а я сделала вот так.


– Великие духи! – Снежна осторожно дотрагивается до камня. – Как же она не казнила тебя, как только кольцо застряло на когте? Я бы, наверное, так и сделала.


– Нет, ты бы заточила меня в темницу, а через недельку-другую простила и выпустила… как и она.


– Ха, недельку-другую! – Щёлкнув хвостом, Снежна самодовольно выпячивает подбородок. – Мне хватило пары дней, чтобы исправиться.


– Значит, ты оказалась лучше подготовлена к трону, чем сама ожидала.


Королева задумчиво разглядывает слежавшийся тёмный лёд под своими лапами.


– А что, если… вдруг я всё-таки ещё не готова? – неуверенно спрашивает она. – Может быть, нужно ещё несколько видений?


– Нет, волшебное кольцо лучше знает, сколько их требуется и какие. Вот самое последнее… – Опал внезапно оказывается совсем рядом и кладёт лапы Снежне на голову.


Теперь она больше не Снежна… а её собственная мать.


Королева Глетчер возвращается в Ледяной дворец после встречи с принцессой Пламень, размышляя о том, какая всё-таки глупенькая пустышка эта претендентка на трон. Глянув с высоты вниз, она видит на центральном дворе играющих драконят и тихонько опускается на балкон, чтобы понаблюдать за ними.


Здесь и три принцессы, Хрусталь, Снежна и совсем ещё крошечная Норка, которая старается не отстать от старших сестёр, но то и дело вязнет в сугробах. Игра какая-то непонятная, но весёлая – драконята беспрерывно носятся, швыряясь снежками и стараясь не пустить соперников в свой угол двора.


Норка вновь спотыкается и барахтается в снегу. Снежна подхватывает малышку и сажает себе на спину.


– Вот мы вам сейчас покажем! – кричит она и бросается через двор. Сбивает противника, который целился снежком, и отбрасывает его, опрокидывая ещё двоих, а затем расправляет крылья и ловит снежок, летящий с другой стороны.


Хрусталь тем временем стоит на середине двора и зевает.


– Нам обедать не пора? – спрашивает она.


– Нет ещё! – кричит Снежна, отражая новые снежки и кидая свои в ответ. – А потом ещё поможешь мне с географией королевства, не забыла?


– Как скажешь. – Старшая сестра снисходительно вздыхает и усаживается на скамейку.


Подставив крылья солнцу, Глетчер с гордостью смотрит на дочерей. Одна спокойная, другая добрая и любящая, третья непокорная и свирепая. Каждая хороша по-своему. Королева уже решила, что не станет драться за трон. Если кто-то из них бросит вызов, она отдаст его без боя, миром.


Хорошо бы Снежне. Мать любит всех трёх, но средняя дочь лучше других защитит королевство от врагов. Конечно, ей предстоит ещё вырасти и набраться жизненного опыта. После войны надо будет вплотную заняться ею… но даже сейчас, наблюдая за игрой, Глетчер видит, какой великой королевой стала бы Снежна.


Управлять королевством дело нелёгкое. Бывают и сомнения, и разочарования, и неуверенность. Переживаешь за всех, за всё племя, да ещё и эти странные необъяснимые кошмары со злобными ночными. А меж тем выглядеть правительнице надо всегда уверенной и сильной.


Для Хрустали и Норки корона стала бы непосильной ношей, она попросту раздавила бы их. Точно так же и Пламень не годится для Песчаного трона, и только сильные ледяные союзники помогут удержать его, если она наконец возьмётся за ум и выиграет войну. А Снежна достаточно сильна сама по себе и справится одна, Глетчер в ней уверена.


Свой высший ранг среди драконят средняя дочь подтверждает каждый день упорным трудом, ледяные драконы нуждаются в такой королеве.


Всё будет хорошо, думает мать, расслабляясь впервые за долгое время. Мысли о дочери наполняют её надеждой. Что бы ни случилось, родное племя не пропадёт.


Заснеженный центральный двор тает перед глазами, и королева ледяных драконов утирает слёзы.


– Спасибо тебе! – говорит она призрачной дракомантке.


Опал снова пожимает крыльями.


– Я всего лишь наложила заклятие, видения все твои. – Она протягивает раскрытую лапу. – Теперь они закончились, кольцо тебе больше не нужно.


– А нельзя ещё поносить? – просит Снежна. – Хотелось бы узнать, как наши доберутся до Панталы…


– Нет, – качает головой Опал, – дар видения выполнил свою задачу и теперь должен исчезнуть – до тех пор, пока на трон не взойдёт королева, которой он понадобится.


Снежна снимает кольцо. Трудно поверить, что все эти дни оно так крепко держалось, теперь снова велико, свободно болтается на когте. Она опускает Дар видения в протянутую лапу, и Опал возвращает его в нишу, которая тут же зарастает тёмным льдом, а затем исчезает и надпись.


– Удачи! – слышится в последний раз голос призрака.






* * *



Наутро Снежна проснулась поздно, наконец-то как следует выспавшись в королевской постели. Помешать не смогло даже мелкое непослушное чудище, бесцеремонно проникшее в спальню и свернувшееся под боком.


Норка ещё спала, удобно расположив крыло на носу у старшей сестры. Снежна пошевелила когтями – опаловое кольцо исчезло, что её нисколько не удивило. А вот видений теперь будет не хватать, вздохнула она, ощущая в душе непривычную пустоту без приключений в чужой чешуе. Ладно, перетерпим, всё-таки приятнее оставаться собой.


Самое главное – мама всё же верила в неё и выбрала наследницей вовсе не случайно, не из-за любви Хрустали к земляному. Королева Глетчер знала, какая из трёх дочерей станет ей лучшей преемницей!


Снежна осторожно сдвинула крылышко Норки и вылезла из постели. За окном уже ярко сияло солнце, и в его лучах вспыхивали звёздами серебристые крылья ледяных драконов, летящих по своим делам. Вдали блестел и переливался синевой огромный океан, простираясь до самых Затерянных земель.


Где-то там, над волнами, летит Рысь, чтобы присоединиться к иноплеменникам, в чьих когтях сейчас судьба всего мира. Только бы они выжили… пусть только попробуют не выжить! Ррр-р-р!


Они остановят королеву Осу и Дыхание зла, и тогда Небо с Ласточкой вернутся… а может, и Росянку, и Сверчок удастся ещё увидеть, и всех остальных.


Только бы сил хватило спасти мир!






Эпилог





Сойка опасливо прислушалась: нет, никто следом не идёт. Густая тьма подземного коридора жарко обволакивала тело, словно мех пантеры, но привычка позволяла найти дорогу и на ощупь, тем более что оставалось совсем немного и впереди уже тускло мерцало зеленоватое сияние Бездны, исходящее из неведомых глубин. В нём смутно вырисовывалась тощая, как скелет, фигура, скорчившаяся так близко к краю провала, что у Сойки закружилась голова.


– Крыс! – окликнула она шёпотом. – Я принесла тебе поесть. – Тихонько положила узелок на каменный пол пещеры и поспешно отступила на шаг.


Взгляд сидящего был всё так же устремлён вглубь пропасти. На самом деле Крыс уже давно не сталкивал людей в Бездну, хотя вполне возможно, как раз потому, что к нему теперь больше никто не рисковал приближаться. Разве что Сойка, несмотря на все запреты, да брат его Крот, которому разрешили кормить Крыса, чтобы тот не умер с голоду, но не рассказывать о нём.


– Слышишь? – спросил он скрежещущим голосом, в котором слышался ужас. Так и не обернулся, он никогда не оборачивался.


– Кажется, да. – Сойка присела на уступ скалы. – Что-то слышу, но слов не разберу. Что она говорит?


Шёпот Бездны проникал всюду, словно длинные извилистые нити липкой паутины, и достигал даже верхних жилых пещер, но слышавшие его отмалчивались, пожимая плечами, и сторонились тех, кто расспрашивал. Говорил о Бездне только Крыс.


– Она растёт, – прошипел он, – она тянется сюда. Скоро, уже скоро… но ей нужен…


– Кто нужен?


Крыс вдруг резко обернулся и встретился с Сойкой взглядом, впервые за годы. Она вздрогнула, едва удержавшись, чтобы не кинуться назад в тёмный коридор. Старший брат её друга Крота, когда-то обычный смешливый паренёк, теперь изменился до неузнаваемости. В зловещем зеленоватом сумраке глаза его смотрели затравленно, будто видели что-то жуткое вдали.


– Ей нужен дракон!


– Дракон? – Сойка до боли сжала пальцами грубый край каменного уступа. – Какой дракон?


Ей хотелось закричать и убежать, но о Бездне что-то знал и мог рассказать один Крыс.


– Надо найти дракона! – От его голоса по спине словно пробегали целые стаи тысяченожек. – Приведи дракона… спаси людей.


– Погоди, – нахмурилась Сойка, бросив взгляд на мерцающий провал. – Что значит «спаси», от чего спасти?


– Найди дракона, – повторил Крыс, вновь поворачиваясь к Бездне, – и приведи сюда. – Его долгий свистящий вздох слился с неразборчивым шёпотом из недр земли. – Иначе все, кого ты знаешь, умрут!




Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Другие рассказы в серии
Похожие рассказы: Terry Spafford «Цитадель Метамор. История 56. Сеятель ветра», Айтбаев Т.А. «Трудовые будни дракона», Анна Пальцева «Дочь смерти - 1»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален
Ошибка в тексте
Выделенный текст:
Сообщение: