Мяу-фактор. Кошачья проблема для капитана

Саган Кои

Глава 1. Часть 1. Погрызен, но не сломлен

— Капитан Дрейк, — пропел комм ласковым голосом Таи.

— Не сейчас, — бросил Маркус. — Джетт, держи ровнее.

На корабле завелась какая-то подлая тварь, успевшая погрызть углы аж у пяти ящиков из полипластика. Ящики вот-вот должен был забрать заказчик, и Маркус принял стратегическое решение залепить бреши скотчем. Обычно они заделывали им дыры в обшивке после прохода сквозь облако метеоритов, чтобы дотянуть до ближайшей станции. Скотч был дорогой штукой, но подходящего белого цвета.

Больше всего сейчас Маркус хотел получить наконец деньги за доставку пятидесяти немаркированных ящиков из Созвездия Козерога на станцию Малого Лебедя. Всего восемь прыжков по маякам. Прекрасная сделка.

Скотч они с Джеттом тратили с оглядкой. Именно поэтому клеил Маркус, а ворочал ящики пилот.

— Капитан Дрейк, — повторила Тая еще более сладким голосом. — Господин Шаббах Аит здесь. Он привел двадцать пять носильщиков и хочет забрать свой груз лично. Уважаемый господин Аит ожидает капитана в рубке.

Джетт сделал страшное лицо и показал жестами, что капитан мог бы сослаться на человеческие проблемы с пищеварением от множественных прыжков и выгадать время.

Маркус закатил глаза, кашлянул и сказал:

— Борттехник, со всем уважением к господину Аиту, передайте ему, я буду через несколько минут.

Комм пискнул, выключаясь. Маркус оттеснил Джетта и ускорился. Одной рукой он держал ящик, другой наклеивал скотч, приглаживал стыки и сразу же бросался к следующему. Хочешь, чтобы все получилось хорошо — сделай сам. Мерзкую тварь, кем бы та ни была, нужно было срочно поймать. Если она погрызет груза хотя бы еще на один моток скотча, Маркусу придется урезать всем пайки и задержать зарплату, чтобы внести платеж за кредит.

Мало кто мог купить транспортник, даже такой маленький, как «Буревестник», без помощи банка. Что уж было говорить о простом отставном капитане космического десанта. Никакие его премиальные и наградные не покрывали даже половины стоимости. Поэтому Маркус клеил и приглаживал, клеил и приглаживал, прикидывая, что Таю он точно уломает подождать недельку, а вот насчет Джетта оставались сомнения.

— Последняя, уф. Не видишь, нигде больше нет следов? — спросил он Джетта, утирая пот со лба.

— Чисто. Я могу закончить, а ты пока развлечешь его… Иди в рубку, я составлю ящики, как было.

— Отлично! Покарауль здесь, чтобы никакая тварь к ним больше не подобралась, ладно?

Джетт кивнул, и Маркус рванул в каюту. Сорвал с вешалки китель, с подставки фуражку, застегнулся на ходу — и в рубку влетел бравым капитаном в выглаженной белоснежной форме.

— Господин Аит, рад приветствовать вас! — воскликнул он, перехватив планшет у Таи. — Мы только пристыковались, я готовился к передаче груза через несколько часов.

— Капитан. — Инопланетянин, похожий на стог потемневшего сена с торчащими из макушки круглыми глазами на ножках, заколыхался. — Я был по делам в порту, когда узнал, что вы здесь. Какая удача, подумал я. Надеюсь, груз в порядке?

— Безусловно. Можем спуститься в док и, пока ваши помощники разгружают корабль, подписать документы. АСТРА, открой шлюз! — скомандовал Маркус искину корабля и вышел первым. За ним вытек господин Аит в окружении плоских маленьких носильщиков. Они прошли по платформе. Аппарель грузового отсека начала открываться.

— Ох! — Господин Аит уменьшился в три раза, затем раздулся вдвое больше прежнего и возмущенно заколыхался. — Ну и запах. Вы перевозили гуано прошлым рейсом?

Маркус, ничего особенного не чувствовавший, потянул носом. Вроде бы никакого постороннего амбре. В проеме появился Джетт, махнул ему и показал большой палец. Носильщики потекли внутрь и почти сразу стали возвращаться, груженые двумя ящиками каждый. Маркус и Аит дождались, пока все скроются в терминале.

— Прекрасно. — Из тела господина Аита вытянулось что-то округлое и оставило отпечаток в планшете, на заботливо открытой заранее накладной. Груз принят. Комм Маркуса пиликнул, и он надеялся, что это было сообщение о пополнении счета. — Я порекомендую вас знакомым. Но сделайте что-то с этой вонью. Пахнет, будто что-то органическое умерло внутри.

«Лучше бы умерло», — кровожадно подумал Маркус, всеми фибрами души желая смерти бессловесной, но очень прожорливой твари.

— Спасибо, сэр, мы славимся дисциплиной, соблюдением сроков и бережным обращением с грузом, — улыбнулся капитан.

Господин Аит колыхнулся и пополз по платформе.

— Вы были великолепны, капитан, — выдохнула искин, когда Маркус вернулся в рубку.

— Задраить люки! — он упал в капитанское кресло и расстегнул верхнюю пуговицу кителя.

Тая опустилась на подлокотник, сняла с него фуражку и пригладила растрепанные волосы.

— Не заметил? — спросил Джетт, входя в рубку. Окинул взглядом погашенную консоль и встал, прислонившись к ней бедром.

— Все нормально, только он говорил о какой-то вони.

— Я ничего не чувствую. Могу попросить АСТРУ провести газовый анализ и добавить в систему вентиляции ароматизатор. «Солнце Алхибы» еще осталось. Задержимся в порту, капитан? — Тая крутила в тонких пальцах фуражку. — Я хотела бы сходить в город.

— Стоянка оплачена на сутки. Увольнительная до шести вечера, — он потер лоб.

— Ты не пойдешь?

— Нет, поищу новые заказы и почитаю, что за зверь у нас завелся. АСТРА, ты провела биосканирование?

— Да, мой капитан. — Искин говорила с легким акцентом, и от ее мягких П и Н в животе у Маркуса подрагивало что-то горячее и тяжелое. — На корабле по-прежнему три живых организма, я различаю тепловую сигнатуру и сердцебиение. Пульс борттехника учащен, — с ноткой ревнивого недовольства заметила искин.

— Я хочу купить катушки ускорителей. Оплатишь счет? — выдохнула Тая, прижимаясь боком к плечу Маркуса.

Искин фыркнула и подала в рубку струю холодного воздуха.

— Возьми подержанные.

— Зануда.

Маркус проводил команду и полез в сеть. У него были фото со следами зубов, и он надеялся быстро определить тип вредителя. Закинув вопрос на форум, он переключил на главный монитор доску объявлений.

Планета, вокруг которой выросла орбитальная станция Малого Лебедя, почти вымерла, истощенная выработкой ископаемых — кажется, какой-то редкой руды. Но располагалась она точно на перекрестке нескольких космических трасс. Внизу, на каменистом теле планеты, доживали свое крошечные шахтерские городки, похожие на поселения времен Дикого Запада, а основная движуха происходила на орбите. Тысяча посадочных слотов, десятки терминалов с кислородной, азотной, хлорной и Бог знает какой еще средой, жилые модули, росшие виноградными гроздьями. Маркус знал только одну настолько же шумную и суетливую станцию — Ферру.

Попалось объявление:

Доставка саженцев на Фауст. Срочно! Пять тысяч кредитов, четверо универсальных суток. Нет, Фауст примерно в восемнадцати прыжках, как он себе представляет это все за четыре дня?

Найму корабль для личных целей. Предпочтительно малый транспортник с кислородной средой и обогреваемым трюмом. Нет, Маркус не настолько отчаялся, чтобы заняться работорговлей.

Скрытое окошко пиликнуло. Ожил форум. Маркус кликнул.

— Поздравляю, чувак! У тебя космический паразит! Ха-ха, тебе бы к венерологу. Пускаешь в свой шлюз кого попало, — написал Макс666.

— Какого класса паразит? — напечатал Маркус.

— Не слушай его, паразит бы слюней напускал, а это чисто грибок. Пластик жрет.

Маркус промотал несколько сообщений от упражнявшихся в остроумии парней.

Не то, опять не то. Он уже хотел вернуться к доске объявлений, когда прилетело новое сообщение:

— Запах есть? Похоже на космическую мышь, брат. Тебе нужен кот. Открой личку, сообщу детали.

Интересно. Аватарка у собеседника была с черепом и костями, как флаг у древних пиратов. Маркус открыл приватный чат.

— Говори.

— Это грызун, хорошо, если пока один. Они прячутся в технических ходах. Сами холодные и в панцире вроде тараканьей шкуры. Биосканер их не определяет. Если ты болтаешься на орбите — я бы советовал скорее пристыковаться. Пока эта хрень не сожрала проводку, и ты не завис посреди трассы.

— Где найти кота? У меня гуманоидный средний транспортник, малый экипаж.

— А у меня есть один, вот совпадение. Предлагаю животное в аренду. Тысяча кредитов в неделю. Питание за твой счет.

Маркус занес было пальцы над клавиатурой, но потом скрыл окошко и полез в сеть почитать о космических мышах. Как так вышло, что он раньше о них не слышал? Слишком много совпадений для одного дня.

— АСТРА! Проверь проводку. Скан всех каналов.

— Да, капитан, — отозвалась искин.

Когда он насмотрелся картинок со странными тощими существами, блестящими чешуйчатыми коричневыми телами, АСТРА сообщила о повреждении аж восемнадцати кабелей. Она фиксировала нарушения изоляции.

— Этого только не хватало, световой бластер мне в…

Выходило, что месяц или два назад они подхватили зародыш, развившийся сейчас до размеров земной кошки. Тварь питалась неорганической пылью, стружкой, росла, отращивала длинный сильный хвост и когти на лапах, начинала жрать резину и пластик. А в конечном счете могла прогрызть обшивку.

Люди ее хотя бы не интересовали, и на том спасибо. В сети писали, что лучше любого сканера с мышами справляются фелисы. Разумные коты, выведенные на одной из бывших колоний. Достаточно быстрые и достаточно наблюдательные, чтобы выследить тварь, не попадающую под радары сканеров.

— Ты здесь? — написал Маркус в чат. — Восемьсот за неделю. Аванс — половина.

— Тысяча двести, брат, — прилетел ответ. — Аванс тысяча. Сейчас вышлю счет, а ты мне номер дока и места.

— Девятьсот за все.

— У меня прямо сейчас другой клиент просит счет. Готов заплатить полторы, но я с тобой первым начал разговор. Только из солидарности, как космический дальнобойщик, космическому дальнобойщику тебе тысяча, брат.

— Присылай номер. Переведу половину.

Маркус параллельно пролистывал доски. В среднем коты стоили сто пятьдесят-двести кредитов в сутки, но все три объявления, что он нашел, были неактивны. Пират просил серьезный аванс, и Маркус надеялся, что его кот действительно умеет ловить тварей и не окажется пятилетним котенком.

Договорились, что хозяин приведет кота к семи, а до этого времени Маркус собирался найти хотя бы несколько потенциальных клиентов.

Вскоре вернулись пилот и борттехник. Джетт план не одобрил.

— Разводилово, точно тебе говорю. Ты когда-нибудь слышал об этих космомышах, зародившихся из спор и жрущих неорганику? Серьезно, Маркус, я пятнадцать лет во флоте. Если бы это было правдой, я бы знал.

— В гуманоидном флоте.

— По-твоему, на наших кораблях нечего лопать?

Во время увольнительной Джетт не ушел далеко. Добравшись до ближайшего бара, он пришвартовался там и принял на борт шотов семь настойки — судя по повышенной болтливости, но сохранившейся координации. По прогнозам Маркуса, минут через тридцать Джетт должен был утихнуть, а потом удалиться в каюту и проспать там часов двенадцать.

— Судя по анализу АСТРЫ, вполне есть чего. В хвостовом отсеке особенно крупные потери, — сказал Маркус.

На часах была четверть восьмого, и он начинал немного, самую малость нервничать. Появится ли у него на борту кот вообще.

Тая уперла руки в бедра и нахмурилась. Никакая тварь не имела права портить ее любимое оборудование.

— Джетт, возьми лазерный резак. Сходите проверьте, что там. Завтра в десять мы отшвартовываемся. Не хочу словить замыкание в гиперпрыжке, — приказал капитан.

— Ох, а мы собирались в карты перекинуться. Зачем такая спешка? Аит же перевел деньги? Перевел же? Маркус? Маркус, куда ты смотришь? Капитан? Постой, так ты серьезно насчет кота? Тая, он что правда перевел деньги какому-то незнакомому челу с пиратской аватаркой? Маркус, я не ожидал, твою мать…

— Не выражаться на моем корабле! — нахмурился Маркус, но Джетт захохотал, сложившись пополам и бесстрашно хлопая его по плечу.

— Сколько он хотел? Тысячу, ой… Космическая мышь. Космический кот! Я сейчас умру, ох. Почему не таракан или слизень? А, знаю, потому что впарить нужно было кота, конечно. Кошки-мышки. Маркус, ох!

— Тая, идите и посмотрите, что там с проводкой. Запроси у АСТРЫ отчет.

— Она меня не любит.

— АСТРА, предоставь борттехнику отчет. — Маркус потер переносицу. На часах было двадцать минут восьмого. Может, еще не поздно было написать в банк, что платеж он перевел по ошибке? Под хохот Джетта затея и правда стала казаться дурацкой.

— Да, сэр, — отозвалась искин, и комм Таи запищал входящими. Похоже, каждую ошибку АСТРА отправила отдельным сообщением.

Тая возвела глаза к потолку, схватила за рукав утирающего слезы Джетта и выволокла из рубки.

— АСТРА, выведи на малый монитор биоритмы команды со звуковым сигналом в случае скачков. — Маркус откинулся на спинку и сложил руки на животе.

Какими б они ни были, он любил их. Джетт был лучшим пилотом, которого Маркус знал. Бесстрашным, отчаянным. Однажды он прилетел за ними на Архи-восемь и забрал взвод с вершины холма под огнем арахнидов, получив по два залпа плазмы в крыло и хвост. Пробоины были размером с коврик для йоги, кислота арахнидов разъедала все, на что попадала. Салон разгерметизировало и, если десантные костюмы с опущенным забралом спокойно выдерживали подъем на орбиту, то пилотский для такого приспособлен не был. Джетт был серо-синим, когда они пришвартовались в доке авианосца. От холода он не мог разжать окоченевшие пальцы и дышал через раз.

Много чего было. Тая тогда работала аналитиком в штабе — и как же Маркус ее не любил, вездесущую стерву. Ей нужно было все знать и влезть во все щели. Удивительно, что она не в разведке работала.

Какие ни есть, а свои люди, родные. И так жестоко осмеяли капитанскую доверчивость, упыри.

— Поступил запрос на открытие шлюза, — мурлыкнула АСТРА. — Человек и фелис.

— Открывай! — Маркус вскочил с кресла, сдернул с панели небрежно брошенную фуражку.

Дверь поднялась с тихим шипением. В рубку вошел темноволосый мужчина лет сорока в короткой черной куртке и черных же штанах механика. Черные быстрые глаза оценивающе оглядели рубку. За ним неслышно возник кот — на нем был черный комбинезон, шапочка, очки и пластиковая маска с прорезями. Кусается? Дикий?

— Приятное местечко, брат. Мило у тебя тут. Можно подключиться к искину, скинуть контактную инфу? Регистрационные номера, там, двигатель, серийник.

— Мы не представились при знакомстве. Капитан судна, Маркус Дрейк. — Маркус подошел и протянул руку.

— Сайлас. — Пожатие у мужчины было крепким, он смотрел пристально, не отводя глаз, а Маркус смотрел на него. Мутные портовые дельцы очень любили играть в гляделки. Боковым зрением он уловил, как кот тихо скользнул мимо.

— Нужно что-то подписать? — спросил Маркус.

— Нет, я же вижу, ты честный парень, договоримся по-дружески, да?

— Серийник от искина не дам. — Маркус ослепительно улыбнулся. — Брат.

— Я списал бортовой номер и реквизиты перевода запомнил, — оскалился Сайлас.

— Коту нужны особенные условия?

— Неа, корми его, главное. Можно своей едой, можно энергобрикетами. Когда отходите?

— Завтра в десять.

— Отлично. Будут проблемы — пиши. Не будет — я приду за котом через неделю в восемь. Сообщи мне новый номер дока, брат.

— Договорились. — Маркус протянул руку для прощального пожатия.

Когда опустился шлюз, Маркус обернулся. Кота не было. Что за черт? Не мог же он выскользнуть вслед за Сайласом. Ростом кот был выше хозяина, в плечах шире, а одного хвоста вилось на пять футов. Маркус подошел к консоли, собираясь заглянуть под нее, и краем глаза заметил движение. Кот, подобрав ноги, сидел в капитанском кресле.

— Я понимаю, тебе тут понравилось, но это мое место. Меня зовут Маркус. Я капитан корабля. — Он говорил нарочито медленно и четко. Бог знает, насколько этот кот понимает речь. — У нас завелась мышь. Твой хозяин сказал, что ты умеешь ловить их.

Кот отвернулся в сторону, всем видом давая понять, что теперь это его место и уходить он не собирается.

Маркус не так много знал о фелисах. Кот перед ним был здоровенным, гораздо крупнее всех, которых он когда-либо встречал.

Маркус подошел ближе и стянул с него шапочку. Темные уши выпрямились. Следом снял маску. Потом, отстегнув магнитные пряжки на затылке, очки. Кот сидел неподвижно. У него оказались каштановые волосы до плеч и сонные серые глаза с вертикальным зрачком. Хвост, до этого мирно свисавший на пол, заметался из стороны в сторону.

— Ты был прав! Два кабеля под замену, на остальные намотала пластиковую ленту. — В рубку ворвалась Тая, потрясая огрызками провода. Джетт понуро тащился за ней. Настойка звала его в постель, и он держался из последних сил.

Они оба заметили кота. Маркус постарался сделать вид, словно сам предложил тому свое кресло.

— Офигеть, чел! — Джетт даже рот открыл от удивления.

— Хорошенький какой, — улыбнулась Тая. — Котик, котик, котик! Можно тебя погладить?

Она сунула кабели Маркусу, прижала ладонь к груди, представилась и, протянув руку к коту, осторожно потрогала пальцем ухо.

— У нас есть сушеная корюшка, хочешь? Любишь рыбку? Хороший, котик, хороший, как тебя зовут?

— Меня зовут Никс. Хочу, — ответил кот, подставляя уши и потираясь о руку с довольным видом.

— Обалдеть, — выдохнул Джетт. — Эй, только всю не скармливай!

Тая увела кота в камбуз. Джетт отправился с ними — проконтролировать, чтобы они там не прикончили весь запас рыбы. А Маркус наконец занял кресло. У них была неделя, чтобы поймать мышь, взять заказ и вернуться. Стоянка в порту стоила дорого. На борт они могли взять что-то органическое. Где там объявление того парня с саженцами? Если обернуться за три дня, то они все успеют. Не так уж Фауст и далеко, если подумать.

Маркус вывел на главный монитор карту и прикинул трассу по маякам. Можно было сократить путь до десяти скачков, если хорошо все рассчитать. Пять тысяч отбили бы лишнюю швартовку и кота. Маркус подумал минуту и написал, запросив десять процентов сверху за срочность. Едва он оторвал руки от клавиатуры, клиент отозвался. Обещал привезти саженцы утром в шесть. Час на погрузку, час на заполнение документов и два часа на подготовку к старту. Маркус выслал ему на почту реквизиты для оплаты и номер дока.

Глава 2. Конец воде

Маркус скинул пижамные штаны, сунул в рот зубную щетку и встал под душ. Крутанув регулятор, он поднял лицо, готовясь набрать полный рот воды. Подождал. Крутанул снова. И ничего не произошло. Ни капли. Как в пустыне Амарно.

— Какохо?!

Не может быть, чтобы в половине шестого утра на корабле кто-то вылил всю воду, и она ушла на регенерацию.

Маркус отвратительно спал сегодня. Заснул только в первом часу — все ворочался, представляя, как неведомый зверь грызет проводку в техническом коридоре и растет с каждым часом. И чем больше растет, тем меньше остается от корабля. А кот в это время бродит по рубке, тыкает в кнопки и оставляет шерсть на его любимом кресле. Капитанским решением Маркус постановил не закрывать переборки от кота. Он ночное существо и должен как-то выслеживать тварь. Глупо было бы запереть его в кают-компании и ждать результата. К тому же в ней уже давно валялись горы барахла сомнительной необходимости, вроде швабр, остатков кабелей, странных ваз — сувениров от довольных клиентов, пустых коробок.

Маркус не выспался, рассчитывал на бодрящий душ и чашку горячего кофе, но жестоко обломался. Вытерев полотенцем пену с подбородка и накинув на плечо, он натянул штаны обратно и направился в камбуз.

Джетт, чистивший зубы над маленькой раковиной со стаканом воды в руке, понимающе ему улыбнулся. Тая пила кофе. Кот, свесив со скамейки распушившийся хвост, вылизывал контейнер от любимой Маркусом молочной каши.

— Доброе утро! Кто-нибудь знает, куда делась вода? — спросил Маркус, прополоскав рот.

Кот отставил контейнер и поднялся. Маркус думал, он уйдет — четверым в камбузе было тесновато. Но тот наклонил голову и потерся виском и упругим ухом о его голое плечо. Мазнул хвостом по ногам и, зайдя Маркусу со спины, потерся о другое плечо. Маркус замер от неожиданности. Кот был шелковистым, теплым, а его внезапная фамильярность ставила бывалого космодесантника в тупик.

— Джетт, на нем твоя футболка? — спросил Маркус.

— Угу, не ходить же ему в той броне все время.

— Капитан, ты нравишься котику, — сказала Тая, подпирая подбородок рукой.

— Ему нравятся мой завтрак. Мой, — Маркус повторил с нажимом, — завтрак.

Никс заглянул Маркусу в глаза и коротко мурлыкнул. Маркус отодвинул кота и протиснулся к кофе-машине. Никс подался следом, практически загоняя его в угол.

— Место! Брысь! — Маркус отодвинул его снова. — Ты охотился ночью? Выследил тварь? Есть мнение, где она засела?

Кот фыркнул и вернулся на место рядом с Таей.

— Нет, капитан.

— И чем же ты занимался?

— Диван в кают-компании жесткий, не останусь там больше. Я плохо спал, думал вид текущей воды мне поможет, но нет. Диван вам лучше бы заменить.

— Ну, знаешь, свободной каюты у нас нет. Я хочу, чтобы ты занялся делом. Осмотри транспортный отсек, пока мы не начали погрузку.

Кот широко зевнул, показывая острые белые клыки, повел ушами и плечами.

— Как скажете, капитан.

Вернувшись в каюту, Маркус нацедил из крана воды, умылся, надел форму и отправился в рубку.

Он снял несколько длинных темных шерстинок с кресла, с ужасом представил, во что превратятся белые брюки, и садиться не стал. Подойдя к консоли, поздоровался:

— Доброе утро, АСТРА!

— Рада видеть тебя, Маркус. Как спал сегодня?

Уловив нотки издевки в тоне искина, Маркус предпочел не отвечать.

— Запусти сканирование проводки и целостности корпуса. Выведи транспортный док на малый экран. На главный — меню центра управления полетами. Готовимся к погрузке и отстыковке.

Маркус собирался понаблюдать за котом и параллельно послать запрос на вылет. Разрешения на старт можно было ждать несколько часов, и лучше было зарегистрироваться заранее.

Кот, свернувшись калачиком, сладко спал на большом ящике с Таиными инструментами, укрывшись хвостом и слегка подергивая ушами. Маркус даже не сразу его заметил. Ну конечно, как же не вздремнуть после сытного завтрака и беспокойной ночи.

Парень с саженцами опоздал на сорок минут. Механический погрузчик притащил горшки с неоново-зелеными пальмами, стволы их бугрились синими наростами, похожими на древние грибы.

— Я так рад, что корабль с кислородной средой! Представляете, в азотистой пришлось бы искать колпаки для деревьев, тратить время и деньги, а для вашего корабля — нет. Вы будете осторожны? Торфяные горшки очень хрупкие. Вы же хорошо закрепите саженцы? — Парень постоянно поправлял волосы и очки с перемотанной пластиком дужкой. Он был Маркусу по плечо, мелкий, тощий и подвижный, как суслик.

— Не знал, что на планете есть аграрный центр. И много чего вы выращиваете? — Маркус спросил просто из вежливости, но в ответ на него обрушился водопад информации — об искусственном освещении, о газовой среде в штольнях, об удобрении грунта. Маркус прекрасно прожил бы без всех этих знаний, но парень, видимо, очень переживал о своих пальмах. Он трещал без умолку, забежал в отсек, и Никс, крутившийся там между горшками, подскочил и зашипел на него от неожиданности. Охотник, понимаете ли. Топот парня был слышен от самого терминала.

— Фелис! Красивый кот, красивый. Горшки закрепили растяжками? Прекрасно. Думаю, все в порядке. Да-да. Вы, главное, уложитесь в срок. Скоро цветение. А котик, правда, красивый. Извините, наверное, нехорошо говорить о нем так. Вы красивый. Можно потрогать хвост? Нет? Я понял. Растяжки не оборвутся?

Парень покивал, чуть не расцеловал каждую пальму, подмахнул документы и испарился. Аппарель поднялась, в транспортном включилось бледное полетное освещение, и саженцы засветились светло-зеленым. Наросты пульсировали синими искрами из недр стволов.

— Красиво, — улыбнулась Тая.

Кот прижался плечом к ее плечу и обвил ее ноги хвостом, развернул, мотнул по полу раз, другой.

— Всем по местам. Готовимся к взлету. Твою ж… — Маркус попытался сделать шаг к рубке и споткнулся о хвост. Кот обиженно взглянул на него исподлобья. — За работу! — скомандовал Маркус.

— Джетт? Эй! Джетт! — окликнул Маркус. Пилот, воткнув наушники, вглядывался в центральный монитор, на котором раскинулась трасса. Пока ждали старта, Маркус набросал маршрут. Джетт смотрел на это и морщился — он был невысокого мнения о навигаторских талантах Маркуса. Почти час они спорили, стоит ли отклоняться от общей трассы и использовать дальние маяки. По ним можно было срезать часть пути и не стоять в очереди на прыжок, но был и риск попасть на неработающий маяк и оказаться у скирдла в заднице. А то и нарваться на пиратов. Пиратов Маркус не боялся. Джетт считал это бравадой.

— Джетт!

Тот вздрогнул.

— Чел, ты меня в могилу сведешь! Что?

— Ты утвердил маршрут? Когда первый прыжок?

— Через шесть часов, сам знаешь. Я поменял два маяка, сократил трассу. Завтра будем прыгать каждые сорок минут, потом сутки идти до следующего. Надеюсь, нас не вывернет наизнанку.

— Боишься?

— Немного напрягаюсь от сектора J-916, чел. Там и маяки старые, и беспорядки случаются.

— Ты разлюбил палить из пушек? Не узнаю тебя.

— Если бы они у нас были. Самые опасные штуки у нас на корабле принадлежат Тае.

Джетт возвел глаза к потолку, снова воткнул наушники и вернулся к маршруту.

— Славный котик, славный. У кого такие мягкие ушки? — ворковала Тая из глубины рубки, сидя на полу. Кот лежал головой у нее на коленях и щурился, позволяя гладить хвост и чесать за ушами.

— Лучше бы он осматривал корабль, — бросил Маркус, пройдя мимо. — Давно они успели подружиться?

— С утра не отлипают, — ответил Джетт, вынув наушник.

— Всегда хотела котика, — блаженно улыбнулась Тая. — Маркус, потрогай, какая у него шерсть.

Никс поощрительно мурлыкнул.

Кот Маркуса настораживал. Он двигался бесшумно, почти не разговаривал, а настоящую еду, которой его кормила Тая, воспринимал как должное. Если так пойдет дальше, его содержание обойдется им тысячи в три за сутки. Не нравилось Маркусу все это.

Маркус вернулся в каюту, снял китель и увидел, что на спину налипли черные шерстинки. Фу. Повесив форму на вешалку, он сунул ее в шкаф, решив почистить потом и почти не сомневаясь, что забудет. Переодевшись в кеды, мягкие брюки и футболку, Маркус наконец расслабился. Так было намного удобнее. В воздухе поплыл легкий запах пачули, а с потолка полились звуки тропического леса под фортепьянную мелодию.

— АСТРА?

— Вам нравится, капитан? — томно выдохнула искин. — Расслабляющая мелодия способствует снижению стресса.

— Кто приказал?

— Просьба борттехника, капитан. Кто хороший котик?

— Что?

Послышалось, что ли?..

Маркус завернул в кубрик, налил себе большую кружку кофе и вернулся в рубку. Джетт качал головой в такт мелодии в наушниках. Консоль пушистым вопросительным знаком заслонял хвост. Маркус проследил траекторию от кончика до кошачьей фигуры, уткнувшейся носом в пол. Странный зверь.

Тая, любительница йоги, затащила кота в свою секту в рекордные сроки. Она разминалась на расстеленном коврике под видеокурс на малом мониторе. Маленькая, гибкая, с яркими рыжими волосами.

— Собака мордой вниз, — прошелестела АСТРА. — Упритесь ладонями и ступнями в пол, голова между локтей, колени выпрямлены, прогните спину, почувствуйте…

В ту же секунду хвост взметнулся вверх, выпрямился. Кот без усилий прогибался в пояснице, двигался плавно и легко, демонстрируя природную гибкость фелиса. Развернувшись, Никс выгнулся и, опустившись на колени, подался вперед, опираясь на руки.

— Собака мордой вверх, — выдохнула АСТРА.

Маркус невольно задержал взгляд на Тае. Она была удивительно гибкой, ее маленькое тело изгибалось с ловкостью и силой хищной кошки. Яркие рыжие волосы, собраны в беспорядочный пучок. Каждое движение отточено и грациозно. Тело в статических позах кажется невесомым. В свете приборной панели ее кожа отливала теплым медовым оттенком, и на мгновение он забыл о грызущей корабль твари, залюбовавшись.

— Не хочешь присоединиться? — спросила Тая, не меняя позы и глядя на него снизу вверх взглядом, в котором искрилась усмешка.

Маркус вздрогнул. Кот сел, широко расставил ноги и лег грудью на пол, дергая ушами.

— Что? Нет. Мы отлично проводим время, пока мышь жрет мой корабль. Никс, хочу задать тебе пару вопросов, как главному специалисту по этим тварям.

— Спрашивай. — Кот смотрел Маркусу в лицо снизу вверх.

— Откуда они берутся?

— Зарождаются из пыли и космических спор.

— Но-но! У меня всегда чисто! Техника и пыль не совместимы. — Тая легонько хлопнула его по бедру.

— И много ты мышей поймал? — Маркус отпил остывающий кофе.

— Двенадцать. Ваша станет тринадцатой.

— Хорошо, что ты уверен в этом. Правда, не вижу, чтобы ты особенно старался.

— Маркус, отстань от него. Никс работает, я работаю, Джетт работает. Все в порядке.

— Обещаю, капитан, я поймаю ее. — Никс снова улыбнулся этой своей странной кошачьей улыбкой.

Не нравилось это все Маркусу, очень-очень не нравилось. Он привык доверять чутью, а тут… Тая буквально влюбилась в кота, Джетт ему тоже явно симпатизировал. Почему же Маркусу все было не так? Слишком много шерсти оставлял Никс, да только и делал, что спал и ел. В общем, вел себя как обычный кот.

— Чем ты занимался раньше? Сайлас твой первый хозяин? Где ты вырос?

— Это допрос? — Тая перевернулась на спину и встала на мостик. Никс повторил за ней.

— Все нормально. Нет, Сайлас не первый. Я родился в питомнике на Альфе-9, потом меня купили для работы на сборке каких-то штук для кораблей. Стоял у конвейера. Предприятие разорилось через несколько лет, и меня забрали для почтовой службы на Фризе.

— Ненавижу Фриз, только психи живут там постоянно. Очень холодно. — Тая поморщилась.

— Мне тоже не понравилось. Думал, оставлю там хвост. Начальник почтового отделения предлагал купировать, как всем котам делал.

— А тебе почему не стал? — спросил Маркус.

— Я сбежал, — просто ответил Никс.

— Бродячий кот, отлично. Как давно ты занялся мышами?

— Пару лет назад. С тех пор как встретил Сайласа, — Никс прогнулся. — Хочешь спросить не в розыске ли я, капитан?

— А ты в розыске?

— Нет, — Никс перевернулся на спину. — Не волнуйся обо мне, я хорошо переношу прыжки. Когда будет обед?

Маркус фыркнул.

Готовясь ко сну, Маркус погасил свет, забрался в постель и закрыл глаза. Он привык спать при первой же возможности, но теперь сна не было ни в одном глазу.

На завтра у них было запланировано много прыжков, если не выспаться — укачает. Маркус не хотел, чтобы команда видела его бледно-зеленым. Особенно кот.

Тот самый кот, который сожрал за ужином целую порцию синтезированной курицы с рисом. И потом еще имевший наглость таращиться умоляющим взглядом на порцию Маркуса. Чертовы коты умеют молча делать скорбное лицо, опускать уши и выглядеть так жалостливо, словно никогда в жизни ничего не ели. Маркус проявил слабость, выдал ему второй брикет и был собой недоволен.

Удивительно, что даже Джетт, которому тоже воды не досталось, совсем не сердился — ни на Таю, ни на Никса, который истратил весь запас.

Сегодня АСТРА не выявила новых нарушений, это было хорошо. Тварь затаилась где-то в недрах корабля, скорее всего, почуяла кота.

Деревья светились, это тоже было неплохо. Не померли еще.

Глава 3. Курс молодого кота

— Итак, что ты знаешь о субординации? — Маркус достал из шкафчика дегидрированный энергобрикет и, обернувшись, кинул коту, сидевшему за столом. Тот поймал и положил перед собой.

«Не хочет энергобрикет — не хочет есть», — подумал Маркус. Для себя он сунул в восстановитель контейнер с омлетом.

— В армии субординация является основой всего устройства. Именно благодаря ей огромное количество гуманоидов способно действовать организованно и эффективно. Субординация и дисциплина очень важны. — Маркус осторожно вытащил горячий контейнер, поставил на стол, снял пленку и отвернулся, чтобы сделать кофе. — «Буревестник» — мой корабль. Я капитан. Понимаешь? Я здесь главный, я принимаю решения и несу ответственность за команду.

— Вкусно пахнет.

— Говорят, на настоящий похож. Я знал одного парня, он вырос на Терре 345, на ферме. Все жаловался, что омлет в нашей столовой — жалкое подобие, а этот — практически неотличим. Так вот. Тая следит за тем, чтобы корабль летел так, как нам нужно, Джетт — за тем, чтобы лететь куда нужно, а я — определяю цель полета, свожу бюджет и делаю прочие малоинтересные, но необходимые штуки. У тебя здесь задача всего одна — поймать мышь. Это ясно?

— Ага, ты не будешь есть?

— Я даже не начал.

— Действительно, неплохо пахнет. Можно попробовать?

Маркус осекся. Никс смотрел на него снизу вверх, широко раскрыв серые глаза, уши развернулись к Маркусу. Что за манера вечно выпрашивать еду?

— Что за?.. — Маркус наступил на мягкое, поворачиваясь за чашкой. Никс мявкнул и отвернулся, опустив уши, прижатый хвост скользнул по полу и свернулся колечком под столом.

— Эй, не больно? — спросил Маркус. Никс не поднимал глаз, печально опустив голову. — Ладно, бери. Бери омлет.

Маркус придвинул к коту контейнер и вилку. Тот обнюхал с явным энтузиазмом, навострил уши и погладил Маркуса хвостом по ногам. Ощущалось как легкое, пушистое прикосновение.

— Доброе утро! Омлет остался? — В камбуз вошла Тая в розовой пижаме.

— Сделай две порции, пожалуйста, — попросил Маркус и отпил кофе.

— У нас десять нарушений изоляции. АСТРА всю ночь отправляла мне отчеты. Как только заканчивала одну рассылку, начинала следующую.

— Капитан Дрейк, еще в начале наших отношений, вы попросили меня уведомлять борттехника о неисправностях незамедлительно. И запретили мисс Шифре отключать сигнал, — наябедничала АСТРА. — Я провела оповещение по громкой связи в каюте борттехника, но не получила реакции.

— Всю ночь, Маркус, всю ночь, — Тая покачала головой. — Мне пришлось найти беруши. Починю после завтрака. Хочу, чтобы все было идеально перед серией прыжков. А вы чем займетесь?

— Я буду выслеживать мышь, — ответил Никс, подбирая вилкой последние крошки омлета. — Приказ капитана.

Тая укоризненно посмотрела на Маркуса.

— Этот кот здесь не для того, чтобы ты переводила на него шампунь. Я проведаю саженцы. Агроном говорил, нужно проверять трубки капельного полива. Могут слетать от тряски.

Восстановитель запищал. Тая поставила перед Маркусом контейнер. Никс управился со своим и теперь подозрительно пристально пялился на новые, подрагивая кончиком хвоста и поводя ушами.

— Ты не наступала ему на хвост? — спросил Маркус. — Будь осторожна, он везде.

— Я умею обращаться с котами, не волнуйся. Правда, Никс? Мы подружились. Хочешь половину моей порции?

Кот согласно дернул ушами и поднял вилку.

После завтрака Маркус завернул в рубку, проверил траекторию полета, взглянул на расчетное время до маяка, получил отчет АСТРЫ о поломках и только тогда пошел в транспортный отсек.

Дверь отъехала в сторону. Свет он зажигать не стал — саженцы и сами светились ярко. Кроны сияли зеленым, наросты переливались всеми оттенками синевы, дежурная подсветка шла красным пунктиром по периметру отсека. В воздухе витал запах влажной земли и сладкий аромат фруктов. Чуть уловимый, приятный. Маркус закрыл дверь и двинулся вдоль ряда саженцев. Между ними запах становился гуще, напоминал персик или абрикос. Что-то сладкое. Маркус невольно задумался, съедобны ли плоды этих странных пальм.

Сзади раздалось тихое шипение. Маркус обернулся, хлопнул себя по бедру — старая привычка, рука, чуть что, сама тянулась за бластером. В проходе возник Никс. Маркус различил силуэт с торчащими ушами, длинный хвост расслабленно покачивался из стороны в сторону.

— Думаешь, мышь здесь? — шепотом спросил Маркус.

— Сомневаюсь, но я давно здесь не проверял. Подумал, вдруг она набросится на тебя. — Никс подошел.

— Пусть попробует, — Маркус усмехнулся.

Кот потянулся и неспеша пошел между пальм, принюхиваясь и дергая ушами.

— Идем отсюда. Полив в порядке. — Маркус взял фелиса за локоть и потянул к двери.

Теперь аромат казался слишком густым и приторным. С нотками сопревших яблок и сена. От него чесалось в носу и кружилась голова. Можно было сто раз сказать, что Маркус параноик и он бы только согласно кивнул — лучше перестраховаться и остаться живым и здоровым. Чем лежать, задыхаясь и корчась, надышавшись зоманом.

— АСТРА, продувка коридора! — рявкнул он, как только дверь в отсек закрылась за ними. В макушку ударила струя холодного воздуха.

Маркус зашагал в рубку, спиной чувствуя, что кот плетется следом.

Джетт проверил маршрут, пересчитал траекторию и завалился в каюту. Он любил играть в древние игры на маленьком мониторе у постели, в гонки или стрелялки. Маркус рухнул в капитанское кресло. Кот замер по левую руку.

— Так. У меня много дел. Никс, займись наконец работой. Помоги Тае. — Маркус потер виски. — Брысь!

Кот вздрогнул, зашипел и показал клыки.

— Иди помоги Тае. Присмотри там за ней, ладно? — добавил Маркус мягче. Тот кивнул и ушел.

— АСТРА, выведи поисковую систему на главный монитор.

Карта сектора перелетела на боковой экран, перед Маркусом возникла поисковая строка и ниже баннеры новостей. «Задержан глава преступного синдиката на Малом Лебеде, он торговал…». Маркус набрал в поисковой строке «светящиеся пальмы с Малого Лебедя» и через пять минут уже знал, что деревья раз в год выпускали в воздух пыльцу из наростов на стволе. Агрономы называли это цветением. Из пыльцы производили духи. Пальмы только готовились зацвести, а Маркус уже едва не задохнулся. Что же происходило, когда пальмы цвели в полную силу?

— АСТРА? Транспортный отсек герметичен? Воздух не проникает в нашу систему?

— Так точно, капитан.

— Я хочу, чтобы ты особенно тщательно следила за этим. — Маркус откинулся на спинку кресла, вытянув ноги и сцепив руки на животе. — Что у нас с повреждениями и сколько времени до прыжка?

— Два часа тринадцать минут. Все неполадки устранены.

— Тая у себя?

— Нет, капитан. Она на техническом уровне в хвостовом отсеке.

— Над транспортным? — Маркус встрепенулся. Нашел ее Никс или она одна там?

Маркус решил проверить лично.

В узкий технический коридор вела дверь, замаскированная под стеновую панель. Внутри Маркусу приходилось пробираться боком, пригнув голову. На одном из болтов он заметил пучок черных шерстинок. Хорошо. Из-за поворота коридора вдруг донеслись приглушенные звуки.

— Ооохх, — услышал он томный выдох Таи. — Да, Никс, вот здесь. Нажми сильнее.

— Так?

— Еще немного.

Маркус осторожно выглянул из-за поворота, стараясь не выдать себя. Из-под установки торчали две пары ног — маленькие в белых кедах и большие в армейских черных ботинках.

— Почти, у меня почти получилось, немного, м-м-м.

— Эй! Что здесь происходит? — громко спросил Маркус, выходя из укрытия.

— Святая матерь, ты меня напугал! Зачем так кричать? — извиваясь, Тая выбралась в проход и села, откинув волосы со лба.

— Чем вы тут занимаетесь?

— Клемму меняем. Подтекал охладитель, она окислилась и не отвинчивается.

— Я помогал. — Никс выбрался следом, сжимая в руке разводной ключ.

— Ясно. Новая вводная, команда. Никто, ни при каких обстоятельствах не заходит в транспортный док.

— Саженцы опасны? Сразу мне не понравились. — Тая вытерла ладони о штаны.

— Очень опасны. Смертельно. Отсек герметичен, мыши там точно нет. Никс, тебя тоже касается, можешь там не искать. Понял меня? Оба поняли?

— Так точно, капитан. Можем продолжать?

— Можете.

Маркус успел сделать несколько шагов за поворот, когда до него долетел голос Таи:

— Что это на него нашло?

* * *

За пятнадцать лет до основных событий.

— С тобой? — Джейд окинула Маркуса удивленным взглядом — от ботинок со сбитыми носами до торчащих во все стороны волос. Как в два слова можно было вложить столько презрения, откуда оно вообще взялось?.. Маркусу было пятнадцать, и он не понимал. Да, он не самый красивый парень в квартале, да и не самый богатый. Так богатые и не жили в контейнерах, поставленных один на другой.

— Даже не думай, что я пойду с тобой на танцы, не хочу, чтобы нас видели вместе, — спокойно добавила Джейд. — Но можешь принести мне завтра то соленое печенье.

— Боюсь, завтра я буду занят. — Маркус переступил с ноги на ногу, собираясь уйти, но, подумав минуту, спросил: — А почему не хочешь, чтобы нас видели?

— Парни считают, ты вечно лезешь не в свое дело. Ты едва достаешь мне до подбородка. Я не пойду с таким парнем на танцы. Люди увидят и станут думать, что мы встречаемся. Моему человеку это не понравится. Миссис Лидл думает, что твоя мать — выскочка, и не любит ни тебя, ни ее.

— Эй, полегче!

Джейд пожала плечиками и улыбнулась. Хвост расслабленно покачивался, уши были повернуты к Маркусу.

— Знаешь что? Я больше не буду носить тебе печенье и заступаться за тебя не стану, когда Томми решит тебя погонять. Или когда миссис Лидл возьмется за ремень. Люди не поступают так, как ты, Джейд. Настоящие люди умеют быть благодарными или отказываются от помощи. А ты… Ты…

— Я ничего тебе не должна! — Джейд пожала плечами, глаза оставались прозрачными и спокойными, на ярком солнце зрачки сузились до вертикальной черточки.

Маркус развернулся на каблуках и сбежал вниз по металлической лестнице. Он жил тремя уровнями ниже. Его жгла обида, глаза горели, а горло перехватывало от негодования и злости. Он много раз слышал, что коты другие, что они умеют только брать. Слышал, что коты не умеют быть верными, у них нет морали и привязанностей. Что они видят и ценят только себя. Маркусу казалось, они с Джейд подружились. Может быть, он и простил бы ее, если бы та не заговорила о его матери. Никто не имел права осуждать Сару Дрейк за то, что она хотела вырваться из трущоб.

* * *

Маркус всегда считал, что «Буревестник» в отличном состоянии. Ну, в той степени, в которой это состояние возможно для корабля, чей возраст перевалил за тридцать стандартных лет. Там отвалилась трубка охладителя, и вытекший агент заморозил пол настолько, что к нему примерз Джетт. Тут кабель вывалился из порта из-за вибрации, и Тая приклеила его намертво минутным клеем. Проводимость снизилась? Нагрев вырос? Конечно! «Но ты хочешь, чтобы я каждое утро проверяла каждый кабель на корабле?» Маркус понимал: на очень многое нужно закрывать глаза, когда твоему кораблю почти столько же, сколько и тебе. Ты в отличной форме. Ну и он тоже. Как и все остальные на корабле. Корабль не заводится, пока Маркус не поздоровается с АСТРОЙ, Джетт ест чипсы за пультом управления, Тая не просыпается без крепкого кофе, и первые полчаса с утра ее лучше не трогать вовсе. Можно осторожно кинуть шоколадку в ее сторону и скрыться с глаз — тогда время загрузки сократится до двадцати минут, но это не точно.

У каждого были свои привычки и странности.

Но Никс… Маркус пока слабо понимал, что происходит. Если прислушаться к себе — а чутье не раз спасало Маркусу жизнь, — то проведенные на корабле несколько дней с котом ощущались как несколько лет. Не в том смысле, что долго тянулись, а скорее он вписался так точно, словно всегда здесь был.

Болтал с Джеттом о музыке, с Таей о еде и фильмах. Трогательно слушал, навострив уши, монологи пилота о навигации. Никогда не отказывался от йоги.

За этими меланхоличными утренними мыслями и застал Маркуса рапорт АСТРЫ:

— Сладенький, зафиксировано несанкционированное изменение конфигурации складского отсека номер два, — игриво сообщила искин.

Маркус вздохнул, отставляя кружку.

— Поясни. Проникновение?

— Скорее, перепланировка. Кот переместил двенадцать пустых ящиков из-под сухпайков, создав из них сложную многоуровневую конструкцию в непосредственной близости от главного узла вентиляции. На мой запрос о целях действий объект ответил, что он «оптимизирует акустический фон для засады».

Маркус нашел Никса именно там. Фелис самозабвенно возился с коробками.

— Что здесь происходит? — Маркус сложил руки на груди. — Нельзя загораживать вентиляционные решетки. Никогда. Ничем.

Кот повернул уши, но возиться не перестал.

— Сквозняк мешает естественному распространению запахов, а мне не дает вычислить маршрут мыши.

Маркус сжал пальцами переносицу.

— Разбирай это все. И не вздумай прихватить что-то в кают-компанию.

— Не волнуйтесь, сэр. Там не хватит места.

— Это почему же? — насторожился Маркус.

Никс отложил изоленту и повернулся. Сунул руки в карманы и немного покачался с носка на пятку. Что-то решил, сверкнул глазами, а потом опустил уши и, ссутулив плечи, посмотрел снизу вверх.

— Я подумал, что раз уж занял кают-компанию, то могу переделать кое-что для своего удобства. Конечно, сэр, я все верну на места и в первоначальный вид.

Кот так грустно вздохнул и так печально отвел глаза, что даже Маркуса проняло.

— АСТРА, что нового появилось в кают-компании и как оно там оказалось?

— Обмундирование стандартное, восемь комплектов. Размеры… — начала перечислять искин. Маркус снова сжал переносицу. Зачем было перетаскивать половину вещевого склада в каюту?

Кот вздохнул и шумно оторвал полосу липкой ленты. Пирамида из коробок закачалась и осыпалась.

— Дорогой, я залезла на форум «Фелисы вселенной. Большая кошка в каждый дом» и там пишут, что коты любят спать в тесных и мягких пространствах. Им нравится, когда их поджимает с боков. Опытные хозяева рекомендуют покупать сразу десяток одеял, чтобы кот мог устроиться с комфортом. И если кот начинает обустраивать лежку, то это хороший знак. Значит, кот воспринимает место как дом, а вас — как часть прайда, — добавила АСТРА.

— Только этого не хватало, — вздохнул Маркус.

— Лишать фелиса логова — значит пошатнуть его доверие, — коварно прошелестела АСТРА.

Самый несчастный в мире кот уныло собирал коробки, не забывая наблюдать за капитаном.

— Здесь все убрать, в каюте можешь оставить. Если тебе что-то нужно, спрашивай у меня разрешения, — сказал Маркус. Развернулся и вышел.

К обеду выяснилось, что Никс обладает уникальной способностью оказываться в местах, физически для этого не предназначенных. Маркус зашел в док, где Тая возилась уже полчаса, и едва не подпрыгнул, когда прямо над ним что-то заскрежетало. Никс, цепляясь когтями непонятно за что, балансировал под потолком без всякой страховки.

— Техническое обслуживание ламп, — улыбнулась Тая.

Маркусу захотелось стукнуть ее по прелестной голове уставом и томиком техники безопасности на транспорте. Тридцать футов даже для кота многовато.

— Не волнуйся, это последняя. Помнишь, ты говорил, что они мигают, а две вовсе сгорели? Теперь все в порядке, капитан. — Тая шутливо отдала ему честь.

Кот сбросил ей в руки таблетку сгоревшей лампы, вкрутил новую и оттолкнулся. У Маркуса сердце прыгнуло в горло, но вместо того чтобы шлепнуться на палубу, кот перелетел к стене, оттолкнулся, кувыркнулся в воздухе и с легкостью и грацией приземлился на пол на четыре точки, взметнув распушенный хвост.

— Отключайте гравитацию в следующий раз, — покачал головой Маркус.

— Я пыталась, АСТРА сказала, для этого нужен приказ капитана, — улыбнулась Тая.

— Протокол субординации не позволяет борттехнику отдавать команды подобного уровня, милый. Я только твоя, — томно прошелестела искин.

Коту показалось мало, и он подпрыгнул, кувыркнувшись в воздухе. Маркус смотрел на этого невозможного парня и не знал — то ли высадить его на ближайшей станции, то ли выдать премию за многофункциональность. В Никсе удивительным образом уживались инстинкты бродячего кота и опыт контрабандиста. Когда он сказал за ужином, что если бы вез что-то, что не хотел показывать таможне, то обернул бы цветочные горшки изнутри титановой пленкой, а это что-то распихал между корней в толще земли — даже если полиция будет тыкать щупом, ничего не найдет. Ну или мало ли, камешек.

Маркусу захотелось стукнуть его и спросить, почему он не сказал об этом в момент приемки груза. Он бы тоже щупом потыкал.

Ночью из камбуза пропал копченый сыр. Утром он нашелся на старом месте, но кусок стал меньше раза в три.

— Милый, кот не прячет еду в логове, он готов делиться со всем прайдом. Это замечательный знак! — обрадовала его АСТРА.

* * *

— Все хорошо? — спросил Никс.

Маркус, расслабившись в удобном кресле, успел задремать перед монитором. Они прошли серию из трех прыжков, до следующего маяка оставалось часа три. Потом был еще один, а дальше их ждал глухой сектор и простой полет на околосветовой скорости. Джетт говорил, сектор чист от метеоритов, можно будет разогнаться.

— Да. — Маркус потянулся.

Никс, замерев у консоли, всматривался в главный монитор.

— Что означают эти точки?

— Координатная сетка.

— Точки раскиданы неравномерно.

— Плавающие координаты, мы двигаемся быстро, пространство искривляется. Оно не линия, а скорее волна. Точнее, множество волн разной высоты, а маяки позволяют нырять под них. — Маркус встал и потянулся. Никс глянул на него через плечо.

— Где мы сейчас?

— Видишь желтый треугольник? Вот здесь. — Маркус показал рукой. — Эти красные точки побольше и есть маяки. Мы сейчас идем на этот. Пройдем сегодня два маяка, а завтра будем отдыхать весь день. Тебя не укачивает? Перегрузки в гиперпрыжке огромные, с непривычки может укачать.

— У конвейера давление было больше нормального в два раза, чтобы пыль не летела, а в жилом бараке меньше в полтора. Я привык к перепадам.

— Экономили на кислороде?

— Вроде того. Зачем тебе пилот, если ты можешь сам строить маршрут и водить корабль?

— Не все я могу делать один постоянно. Да и спать иногда надо. Вы сделали то, что Тая хотела?

— Да. Расскажи мне о координатах. Я не понял про волну.

Маркус показал на череду разбросанных точек. Никс оказался внимательным слушателем, он кивал, следил за рукой, задавал вопросы, и Маркус невольно увлекся. Когда он только попал в десант, на первом же вводном уроке по основам космических перемещений его поразило, что пространство совсем не такое, каким ты видишь его со своей крошечной колонии. Время — настолько же значимая величина, как и другие три измерения. В академии им говорили, космос — ткань, разбросанная по столу раскройщика. Где-то валяются пуговицы — облака астероидов, где-то складки крупнее, где-то мельче и чаще. Говорили: представьте, что ваш корабль — игла. Через какие складки легче пройти? Проще через высокие, но тонкие и одинарные. В таких местах устанавливали маяки. Двигаясь по ним, можно было сэкономить до нескольких недель пути.

Маркус знал только основы, ему далеко было до Джетта, но он любил космос всем сердцем. Черную бесконечность с миллиардами планет, галактик и существ. Белый поток светящихся осколков, оставшийся от разрушенной древней Пандоры, радужные кольца теплой Калипсо. Космос был бесконечен и непостижим.

Маркус говорил, показывал, и зрачки у Никса становились все больше и больше, как черные дыры, поглощающие свет. В глубине абсолютной блестящей черноты кошачьих зрачков отражались индикаторы консоли. АСТРА вырубила основное освещение, и теперь только указатель траектории мигал на мониторе да светились контурные огоньки по периметру рубки.

Никс робко улыбнулся ему. Уши чуть опустились и повернулись назад. В этом слабом свете он казался почти мифическим существом, вышедшим из теней космоса.

— Тебе нравится? — спросил Дрейк.

— Эти желтые указатели похожи не печенье. А вон те линии, на лапшу, — сказал кот и облизнулся.

Дрейк провел раскрытой ладонью по лбу.

— А что случится, если корабль нырнет в червоточину? — уточнил Никс.

— Попадет на изнанку ткани. Там темно и нет ничего. Обратно никто не возвращался.

— Тогда откуда ты знаешь, что там ничего нет?

— Потому что этому учат в академии. Ты уже поймал мышь?

Никс моргнул.

— Тогда почему ты здесь? — Маркус нахмурился.

— Позовите меня к ужину, капитан.

Маркус кивнул. Дверь чуть слышно зашипела, выпуская кота в коридор.

— АСТРА! Выключи музыку!

— Звуки флейты успокаивают, — с ноткой обиды заметила искин.

Пять прыжков за день вымотали всех. Временами ощущение было, словно они волокут корабль на тросах, как бурлаки на древней картине. Руки гудели, голова кружилась. К ужину аппетит остался только у кота. Маркус выдал ему энергобрикет и ушел к себе в каюту. Он пытался читать, потом включил фильм.

Через полчаса Маркус решил, что лучше просто лечь спать. Тварь к вечеру сгрызла две кабельные стойки.

Маркус был несправедлив к коту и понимал это. Никс ведь не сделал ему ничего плохого. Напротив — тянулся к знаниям, дружил с Таей и Джеттом и позволял гладить уши. Тая говорила, что кот признал в Маркусе хозяина, и что это здорово. Они существа ласковые, жить не могут без обнимашек и почесываний. Маркус думал, что все это работает только при условии сытной кормежки. Никс был не лучше других котов. И ему совершенно не стоило доверять.

Глава 4. Пушистая диверсия

Мама умерла в начале второго года службы Маркуса.

Он только закончил учебку и поступил на Терранский линкор рядовым. Писал маме, какой у него отличный сосед по каюте, что сам он собирается отслужить пару лет, стать сержантом и получить направление в офицерскую школу. Что у офицеров красивая форма, и он обязательно наденет такую через несколько лет, станет получать достойную зарплату и заберет наконец-то ее из их пыльной колонии.

Он не успел. В легких Сары Дрейк скопилось так много пыли, что началось заражение. Она болела несколько месяцев, но ни разу об этом не написала. Мама никогда не жаловалась. В госпитале за руку ее держала соседка, миссис Ли, она и позвонила Маркусу, чтобы сообщить о смерти и договориться о похоронах.

Попрощаться с Сарой Дрейк пришел весь квартал. Маркус многих знал. Одетый в белую парадную форму, он возвышался над толпой, несмотря на скорбно склоненную голову — пока маму опускали в красную сухую землю.

— Мне очень жаль, — Джейд, подкравшись сбоку, робко тронула его за руку. К этому моменту все уже разошлись, и Маркус остался один у свежего холмика. — Миссис Лидл умерла полгода назад, я понимаю тебя.

— Спасибо. Представляю, каково тебе.

— Сара помогала мне все это время. Я сожалею, что плохо говорила о ней. И что мало общалась с тобой. Маркус, у меня совсем никого здесь не осталось, не знаю, что я буду делать. — Уши Джейд поникли, хвост безвольно лежал в пыли. Она всхлипнула и отвела глаза, быстро вытирая их кулаками. — Ты сможешь меня простить? Пожалуйста, я больше ничего не хочу, только твоего прощения. С тобой мне было спокойно, а теперь ужасно не хватает твоей дружбы, — вскинув лицо, горячо зашептала кошка. — Пожалуйста, Маркус, прошу тебя. Прости. У меня совсем никого нет.

Маркус был совершенно выбит из колеи. Они с Джейд проговорили весь вечер и почти всю ночь, а потом уснули, уставшие, на старой кровати Маркуса.

Утром Маркусу нужно было улетать. Джейд поехала провожать. Теперь, когда умерла миссис Лидл, ее хозяйка, заботиться о ней было некому. А работы в городке было мало, да и та была в основном тяжелой. Джейд смотрела на Маркуса грустными зелеными глазами, молчала и опускала уши. Маркус купил ей билет до Ферры, крупного пересадочного узла, куда летел сам. Там был большой порт, много людей и много работы. Неплохое место, чтобы начать жизнь заново.

На Ферре Маркус задержался: нашел и снял для Джейд крошечную квартирке в одном из приставных модулей на орбите. Оплатил вперед на полгода. Времени должно было хватить, чтобы кошка освоилась.

Потом он отвел Джейд в социальный центр, поставить отметку, что кошка может работать, имеет хозяина и тот не возражает. Джейд ласкалась, терлась ушами и лбом, обнимала хвостом, заглядывала в глаза. На третий день Маркус улетел, а Джейд осталась. Обещала написать, когда найдет работу. Маркус был уверен, она повзрослела и многое поняла.

* * *

Воды сегодня оказалось достаточно. Приняв душ и позавтракав, Маркус прошел в рубку и занял капитанское кресло. Опустил руку на подлокотник и тут же отдернул — под пальцами оказались черные шерстинки. Никс отчаянно линял и больше всего ему нравилось оставлять шерсть на капитанском кресле. Ну почему?! Жизнь и так не баловала Маркуса, но за что ему доставалось теперь?

Джетт и Тая еще спали.

— АСТРА, трассу на боковой монитор, на центральный — поисковую систему. Что у нас с поломками за ночь?

Искин молчала.

— АСТРА?

Ответа не последовало, но картинка на мониторах изменилась. Трасса слетела на малый левый, на малом правом замелькали строчки повреждений. Двадцать шесть пунктов! Черт, они держали на борту кота, а корабль продолжал разваливаться, и все это обходилось ему дороже и дороже. Пока у Никса получилось только спать и клянчить еду. Маркус проглядел сообщения — стойки, изоляции. Паршиво, но ничего критического.

— Ты отправила повреждения Тае? Постой…

Маркус присмотрелся — в углу главного монитора мерцали четыре кружочка, обозначающие профили. Красно-голубой его, красный Таи, серый Джетта и черный. Новый. Маркус ткнул в него. Отлично. Похоже, АСТРА себя неважно чувствовала сегодня. Она вывела на монитор скрытую иконку, и Маркус два раза кликнул.

«В доступе отказано. Частная информация», — появилась надпись.

Маркус ввел пароль капитанского доступа с консоли. Открылась стартовая страница. Чистая история поиска. Скрытая иконка авторизации по отпечаткам. Маркус зарылся в историю. Профиль появился, когда Никс оказался на борту, первой же ночью. Кот каждую ночь отправлял сообщения, а потом шел в кают компанию на неудобный диван. Маркус развернул приватный чат и увидел знакомую аватарку с костями.

«Киса, как дела?»

«Норм»

На следующую ночь:

«Киса?»

«Норм»

«Ты скопировал пароль от искина?»

«Нет»

Последнее сообщение пришло пару часов назад и никто до Маркуса его не открывал:

«Заляг на дно. Я выйду на связь»

Маркус постучал пальцами по клавиатуре.

— АСТРА, все входящие и исходящие сообщения этого аккаунта копируй на мой комм в момент получения или отправки, — приказал Маркс.

Он чувствовал, чувствовал какой-то подвох в этом во всем. И в вертлявом Сайласе, и в серьезном фелисе, больше похожем на военного, чем на охотника. Мало было Маркусу мыши на корабле, завелся еще и пират, собирающийся угнать корабль. Если бы Никс скопировал пароль от АСТРЫ, изменил маршрут, послал сигнал Сайласу… Прилетай, «брат», на все готовое.

Что ж, за пойманных пиратов федералы неплохо платили, а уж если удастся накрыть целую банду вместе с кораблем, то можно было бы и кредит на транспортник закрыть с премии.

Маркус поставил локоть на подлокотник и опустил подбородок на сжатый кулак. В эту игру можно играть вместе. Кружить и подсекать.

Заманивать с засаду. Холодная ясность, знакомая по ловушкам на арахнидов, сменила первую вспышку гнева. Выдать себя сейчас — глупо. Раскроет Маркус карты, а кот лишь заляжет глубже, предупредит Сайласа. Нет, пусть Никс думает, что его тайна в безопасности и все идет по плану. Пусть продолжает играть в «славного котика» для Таи и Джетта и подставляет мохнатые уши под руки. Маркус будет наблюдать. Пока кот уверен, что обманывает их всех, за ним будет проще следить. А когда Сайлас решит действовать, Маркус приготовит ему достойный прием.

Молчание АСТРЫ не нравилось Маркусу даже больше, чем вскрывшееся кошачье вероломство. Он включил комм и послал сообщение Тае:

«Просыпайся, красавица. У меня для тебя серьезное задание.»

Стоило ли намекнуть коту, что Маркус в курсе его делишек? Ну, нет. Незнание кота — козырь в руках Маркуса. Пусть думает, что самый хитрый на этом корабле.

Никса в кают-компании не оказалось. Швабры сдвинуты в угол, вазы опасно расставлены одна на другую, а подушки стащены с дивана и разложены на полу и огорожены коробками. Гнездо кошачье. Понятно. Еще и шерсти оставил столько, что серые подушки потемнели.

Маркус направился в камбуз. Из открытой двери раздавались голоса всех троих. Маркус вошел, оттеснил Джетта от автомата, взял себе порцию каши и принялся мрачно делать кофе, спиной ощущая взгляды команды.

— Мне очень не нравится, что количество повреждений растет с каждым днем. С помощью Никса или без нее, но мышь нужно поймать. Выманить мы ее не сможем, она питается неорганикой, а здесь почти все из нее. Предлагаю искать следы, осматривать коридоры, постараться систематизировать повреждения, выявить сектор, где их больше всего, и тщательно осмотреть. Джетт проверит жилые модули. Я — основные технические ходы. Тая займется повреждениями.

— А я? — Никс поднял взгляд от энергобрикета, который натачивал о клыки и навострил уши.

Маркус скрипнул зубами.

— А ты… поможешь Тае. Делай то, что она скажет. Прислушивайся. И постарайся быть наконец полезным.

— Да, капитан.

— Чел, почему мне самая легкая работа? Давай я пойду с Тай, — предложил Джетт.

— Оставайся рядом с рубкой и присматривай за маршрутом полета. Ты должен быть готов перейти на ручное управление. И никаких игр на центральном мониторе, да?

Джетт посерьезнел и кивнул.

Осматривая коридоры, Маркус вставил наушник и приказал АСТРЕ вывести на личный коммуникатор область, где находилась борттехник. После того, что обнаружилось утром, он собирался присматривать за котом круглосуточно.

— В армейской столовой кормили разнообразнее, — Тая покачала головой, — Кукурузный суп, лепешки с сыром. Пудинг.

— Мне нравился шоколадный, хотя ванильный тоже был не плох, — Никс облизнулся.

— Ты пробовал? Когда успел?

— Я же кот. Сегодня здесь, завтра там. Хуже всего кормили на Фризе. Там один только лед, продуктов привозят много и длительного хранения. Можно сколько угодно жарить суповой концентрат в виде лепешки, но вкус у нее от этого лучше не становится.

— Все лучше, чем энергобрикет.

— О, да. Даже сосновые опилки жевать интереснее. Капитан Дрейк недолюбливает котов или только я ему не нравлюсь? — Никс повернул уши.

— Не бери в голову, он сам не свой в последнее время, — сказала Тая. — Все любят котов. Я не встречала ни одного человека, кто бы не любил.

Она обматывала изоляционной лентой поврежденный кабель. Рядом болтались еще три погрызенных, один был полностью оборван.

— Здесь придется менять сегмент, — Тая показала на обрыв. — Почему АСТРА не разбудила меня? Кабель управляем форсунками, это не слишком важно сейчас, но повреждение серьезное. Если придется перезапускать искин, мы встанем на несколько часов. Маркус будет недоволен.

— Он всегда такой напряженный? — Никс сидел рядом на полу, опустив уши, подобрав под себя ноги и уложив на них хвост.

— Он переживает за корабль. Маркус очень ответственный. Он всегда был моим любимым капитаном, никогда не забивал на аналитику. Хотя, кого я обманываю. Он просто читал сводки, а потом действовал по собственному плану, чаще всего безрассудному. Просто он красавчик и герой. Он воевал с Арахнидами. Один из немногих, кому удалось пробить их окружение и выбраться.

— Паучий котел? — Никс округлил глаза, уши встали торчком.

Тая кивнула и поднесла палец к губам.

— И все же дело в котах? — спросил Никс.

— Не замечала раньше. У него вроде была подружка, кошка с Ферры. Звонит ему постоянно, кучу кредитов на межпланетку спускает. Помоги мне, сходи в рубку, там сбоку стоит оранжевый ящик, в нем будут мотки кабеля. Принеси такой же. — Тая срезала погрызенный кусок и вручила Никсу.

— Маркус сказал оставаться с тобой.

Тая возвела глаза к потолку.

— Я не первый день в космосе. Иди.

Никс скрылся за установкой. Ему, как и Маркусу, приходилось протискиваться боком. Кот пропал из виду, но капитан не стал переключать экран. Тая опустила руки и чуть наклонила голову, словно услышала что-то.

— Я здесь! Никс, ты не потерялся? — крикнула Тая.

Пожала плечами, зачистила срез кабеля и потянулась к ящику, чтобы достать новый моток изоляции.

Маркус уставился в маленький монитор. Что-то выкралось из-за поворота. Он увидел маленькую трехпалую лапу с тонким запястьем. Затем вторую. Потом появилась тупоносая морда с приоткрытым ртом, полным мелких зубок, совершенно гладкая там, где должны быть глаза. И наконец бочкообразное тельце, покрытое серо-коричневой кожей. Длинный лысый хвост дугой нависал над существом. Оно неслышно кралось.

Маркус развернулся и рванул на нижний уровень. Он несся, глядя то вперед, то на монитор.

Тая, выхватив из ящика с инструментами большой разводной ключ и зажав во второй руке лазерный резак, которым подрезала пластик, вскочила.

Тварь прыгнула наискосок, Тая ударила. Но замахнулась слишком сильно, ключ стукнул об пол, а существо, словно сплюснувшись, просочилось под установку сбоку от нее. Как она пролезла в зазор размером не больше трех дюймов? Тварь же была Тае почти по пояс. Она нажала кнопку комма:

— Маркус, я ее видела! Технический коридор девять, жду тебя.

— Выходи в основной! Скоро буду! — крикнул он, скатываясь по лестнице. Перепрыгнул последний пролет и рванул по коридору. Тая оглядывалась по сторонам, сжимая ключ.

— Ты в порядке? — Маркус взял ее за плечи.

— В полном! — улыбнулась она.

Капитан испугался за нее сильнее, чем Тая сама. Конечно, что может быть хуже, чем наблюдать за кошмаром со стороны, но в реальном времени.

— Я осмотрюсь. Оставайся здесь, — Маркус протиснулся за отодвинутую панель. В коридоре было тихо и пусто. Только редкие шерстинки болтались на выступающих частях оборудования.

— Не смог найти такой же и принес пару похожих, — раздался голос кота из коридора.

Маркус выдавился в коридор, толкнул его в плечо и направил на него палец, кипя от негодования:

— И какой от тебя толк? Ты сожрал больше, чем отработал, бесполезный, никчемный кот!

— Маркус, не надо! — Тая поджала губы.

— Я готов принять вводную, что поймать мышь не так просто, как кажется. Но, что могло было непонятно в приказе: оставаться с борттехником?! Если ты не поймаешь чертову мышь сегодня же, я засуну тебя в мусорный шлюз и выброшу в космос, понял? — выдал Маркус переходя на рабоче-полевой рык.

— Не ругай кота! Смотри, уши опустились! — Тая повисла у Маркуса на руке.

Капитан схватил кота за воротник, но Никс не выглядел напуганным, просто молча пережидал вспышку гнева. Отсутствие даже тени вины или раскаяния ужасно злило.

— Хватит, Маркус! Все нормально!

— У него одна задача! Одна!

Маркус испугался за Таю. Она чудом не пострадала, оставшись одна, без оружия. А ведь он просил кота быть рядом с ней! Маркус кипел от негодования, злился на Никса, обманувшего его, клял себя за неуместное доверие и в итоге вышел из себя.

Он не должен был. Он ведь капитан. Маркус выпустил воротник Никса и на секунду сжал его плечо, молча извиняясь за несдержанность. Кот кивнул ему, словно так и должно было быть. Маркус заскрипел зубами.

— Я сама его послала в рубку. Не видел мышь? — спросила Тая.

— Нет. — Маркус пригладил волосы.

— Чел, что случилось? — к ним подошел Джетт.

— Возьми бластер или резак и будь в рубке. Мы пока не разобрались, что с АСТРОЙ. Держи руку на пульсе.

— Злой капитан обидел котика. Никс, ты как? — ворковала Тая, наглаживая Никса по ушам. Тот наклонился, чтобы ей было удобно, и подставлял голову.

— Принято, капитан, — Джетт щелкнул каблуками, подошел к Тае, тронул ее за плечо, и они отошли на несколько шагов.

— Прости, — сказал Никс, заглядывая Маркусу в глаза. — Мне жаль.

Кот опускал голову и прижимал уши к голове.

— Мышь ничего не сделает ни одному человеку на борту. Она глуховата, ничего не видит и шла по запаху.

— Никому из вас не бывает жаль! Никто из вас никогда не сомневается. Вы говорите и делаете только то, что выгодно вам, — Маркуса упер руки в бока и выпрямил спину.

— Разве люди не делают так же? — улыбнулся Никс.

— Есть такие понятия, как честь, долг и дружба. А для официальных отношений есть контракт. Мышь. Сегодня. Ты понял?

— Да, капитан. Я могу быть свободен?

Маркус махнул рукой, кот круто развернулся, мазнул хвостом по ногам и пошел к лестнице.

Почему-то капитан не сомневался, что если пойдет проверить, то найдет его либо в камбузе, либо свернувшимся калачиком в кают-компании. Тая говорила, котам нужно спать до шестнадцати часов в сутки. Диким. Домашние с удовольствием спят и до двадцати. А бесчеловечное их использование у конвейеров или на шахтах противоречит кошачьей природе, чем вызывает у них болезни и раннюю смерть. Никс явно себе такого не желал. Возможно, еще и компенсировал прошлые недосыпы. И никогда. Никогда не закрывал дверь. Когда Маркус это заметил, АСТРА шепнула ему, что кот не любит закрытых дверей и просил ее по возможности оставлять их нараспашку. Сказал:

— Вы никогда не закрываете дверь в рубку, это очень ускоряет туда доступ. Космические мыши чертовски проворные и секунда, ушедшая на открытие, может сыграть роль.

АСТРА не поверила. Рук, чтобы чесать за ушами у нее тоже не было, но Маркус не мог отделаться от мысли, искин, как и Тая без ума от кота.

Маркус застал кота в кубрике. Тот задрал хвост трубой, изогнул кончик, чтобы не мел по потолку и наблюдал, блестя глазами, за работой восстановителя.

— Любишь космос? — Маркус налил себе чаю из термопота и сделал лицо для светских разговоров.

Он погорячился. Чутье подсказывало ему, что даже если целый день трясти кота за шкирку, того только укачает.

— Да, сэр. Сделать и вам порцию омлета? — ответил кот, не оборачиваясь.

— Умеешь управлять или строить маршруты?

— Нет, конечно, нет. Я же просто кот, сэр. Просто, кот, — фыркнул Никс. Достал контейнер, кончиками когтей. Только сейчас Маркус обратил внимание, что они у него загибались и были вполне себе острыми.

— Значит ничего не смыслишь в системах корабля? А хотел бы научиться?

— Да! — зрачки у Никса расширились, он вскинулся и уставился на капитана. — Я бы хотел посидеть за штурвалом.

— Выберем тихое местечко и Джетт покажет тебе пару маневров, когда сдадим груз, — Маркус улыбнулся, — Ты извини, я вспылил в коридоре. Мы здесь на корабле, как семья и я переживаю за каждого.

Никс ел, совершенно не тронутый откровениями капитана.

— Мы крошечная крупинка посреди бесконечного космоса. Вокруг нас тысячи световых лет пустоты. Сколько мышей ты поймал? — Маркус сменил тему, попутно проверяя не запутается ли кот в воспоминаниях.

— Двенадцать.

— Эй, мы с Джеттом попробуем перезапустить АСТРУ с консоли! — крикнула Тая, и они скрылись за поворотом коридора.

Никс повернул уши в сторону их удаляющихся шагов. Маркус отпил чаю, не отводя взгляда.

Он знал людей гораздо больше, чем котов. И подлых людей тоже знал. Если задуматься, люди пытались обдурить его гораздо чаще, чем фелисы. С ними была одна огромная проблема — они выстраивали в голове собственную систему и верили в нее безоговорочно. Могло ли быть так, что кот был с Маркусом честен?

— Ты умеешь пользоваться системой связи?

— Да. Это не сложно. Просишь искин присвоить тебе временный гостевой идентификатор и заводишь учетку, — кот пожал плечами и принялся подбирать последние крошки омлета.

Маркус от такой честности опешил.

— Вы же подбросили эту чертову мышь сами на мой корабль?

— Нет! — Никс засмеялся. — Они прекрасно заводятся сами. Я пару раз ловил мышей на военных линкорах, на одном поймал трех, а на другом аж восемь, капитан был тормоз и игнорировал сообщения о мелких неполадках.

— Этот корабль важен для меня, и я тщательно слежу за всем, что происходит на его борту, — внушительно сказал Маркус.

Никс опустил уши, выпрямился и кивнул. Вот теперь было видно, проникся.

— У вас отличный корабль, сэр. И отличная команда.

Маркусу показалось, что сказал он это с легким сожалением.

* * *

— Пей, пей, пей! — скандировали парни, сотрясая стол ударами кулаков.

Маркус проглотил стопку стаута. Парни взревели.

— Сто шестой выпуск академии, ура! Мы или никто. Сто парсеков в секунду! — заорал здоровяк Марк.

Робот-официант поставил перед ними поднос со стопками, и все опрокинули еще по одной.

Они летели через Ферру в свои части, собираясь расстаться завтра. Маркус хотел пропустить одну-две рюмки, а потом найти Джейд. Та сказала, что работает сегодня, но освободится пораньше и проведет вечер с ним.

На них была новенькая белая офицерская форма, брюки со стрелками, кителя с погонами и блестящими пуговицами, фуражки с золотой кокардой и гербом — дубовыми листьями и орлом. Финни непослушными пальцами прикрепил Маркусу на погоны звезды.

Сложно сказать, кто первым крикнул, что им пора сменить дислокацию и перебазироваться в место поинтереснее. Они поймали флаер и через пару минут оказались на одном из нижних уровней. Здесь было меньше света, сияли разноцветные проекционные вывески, дома состояли из металлических контейнеров с такими же металлическими дверями и решетками на окнах. Горела подсветка витрин. В одной, бледно-зеленой, извивалось нечто с чешуйчатым хвостом и раздвоенным языком. Десяток черных глаз без интереса проводил гуманоидов. Они шли вглубь квартала. Пахло дымом.

— Здесь! Парни, гляньте! Я готов отдать этим крошкам все свои кредиты! — Марк стоял у розовой витрины. Внутри на шелковых подушках лежали два фелиса, покачивая хвостами. Удивительно похожие. Белые пушистые хвосты, белые острые уши, белые пижамы с мелкими пуговками.

Маркус вошел следом за Марком. Кот-администратор в короткой плиссированной юбочке кивнула на платежный терминал и повязала каждому на руку красную нитку с круглым колокольчиком.

— Шоу в разгаре, прошу за мной. Мы та-а-а-ак рады видеть господ офицеров у нас! Мужчины в форме — моя слабость! — Кошка обернулась через плечо, окидывая их томным взглядом, повела хвостом.

Они заняли большой стол в центре зала. Опрокинув стопку, Маркус взглянул на сцену. Там на шелковой банкетке, одетая в розовую пижаму, состоящую из рубашки и шортиков с белой каймой сидела стройная кошечка и полировала когти, то отставляя руку, то приближая, покачиваясь то в одну сторону, то в другую. Одна пушистая тапочка слетела с крошечной ножки. Хвост лежал на полу. Кошка уронила пилку и наклонилась за ней, грациозно прогнувшись в пояснице. Взметнулся к потолку серый хвост с розовым бантом на конце.

«А мне говорила, что работает официанткой», — отметил Маркус. Мысли в голове текли вялые, хотелось лечь на подушку, вытянуться, закурить.

— Марк, эти кото-кафе полная ерунда. Парни, пошли лучше в соседнюю лавку, выпьем нормально. Мы же не киснуть пришли, — словно прочитал мысли Маркуса Финни и поднялся.

— Нет, ты посмотри, посмотри. Так и хочется погладить ее ушки, — Марк словно зачарованный смотрел на сцену.

* * *

— Раз у тебя такой большой опыт, поймай эту чертову мышь, пока она не сожрала что-то важное, — повторил Маркус.

Мигнул свет и корабль тряхнуло. Из динамиков раздалось шипение помех. Никс охнул и зажал уши. Мигнув пару раз, лампы погасли. Загорелись пунктиры аварийного освещения вдоль коридора.

— Маркус? — ожил комм.

— На связи, Джетт.

— У нас проблема.

— Вижу. Вы сломали корабль? — Маркус поднял комм к уху.

— Нет. Это не мы.

— А кто?

— Энергоимпульс. У нас все системы в отрубе, чел. Тая говорит, нужно полчаса, чтобы перезапустить вручную. АСТРА молчала не просто так.

«И я даже знаю, кто мог это устроить», — подумал Маркус. Побледневший Никс тер уши руками. Хвост безвольной тряпочкой лежал на полу.

— Думаю, нас навестят раньше, — усмехнулся Маркус.

— Твои коллеги на подходе, — сказал он Никсу.

Кот ошалело озирался по сторонам.

— Пираты на подходе, — добавил Маркус и сказал в комм: — Мы идем в рубку.

Глава 5. Стук в люк. Эпизод 1

— Маркус, не уходи! Ну чего ты потащишься через всю станцию? Спать один в тесной капсуле. Оставайся. — Джейд улыбнулась заискивающе и потерлась головой о его плечо. Маркус засмеялся и потрепал ее по ушам.

— У тебя всего одна кровать, и та узкая. Рад был тебя повидать, но мой корабль уходит в пять, не хочу проспать.

— Выспишься в полете, — Джейд попыталась удержать Маркуса за запястье. — Стесняешься?

— Нет. Мне правда пора. В следующий раз прилечу и свожу тебя в тот ресторан на верхнем уровне. Слышал, там подают Гарского карпа целиком. С маленькими такими картофелинками и зеленым соусом.

— Ты словно поесть прилетаешь! Тебя во флоте не кормят? — Джейд отдернула руку и поджала губы. — Не хочешь?

— Нет. Я позвоню. Рад был тебя увидеть.

Маркус развернулся к двери, когда в спину ему донеслось:

— Меня не хочешь или у тебя…

Маркус обернулся.

— Не начинай. Ты самая прекрасная среди фелисов и никого другого у меня нет.

Джейд осеклась. Видимо, поняла: то, что она могла бросить в лицо мальчишке в дырявых ботинках из нищей колонии, не скажешь капитану Звездного Десанта. Джейд чутко ловила настроение. Злость и обида на ее мордочке сменились покорным сожалением. Маркус и правда научился относиться к ней с небольшим снисхождением. Что можно ждать от фелиса? Ничего. Только наслаждаться моментом. Пытаться утрамбовать в человеческие представления бессмысленно.

— Миссис Лидл любила тебя, а она была хорошей женщиной. Помнишь полки с книгами в ее отсеке? Там были и звездные карты, и приключенческие романы. Именно благодаря ей я узнал, что есть Звездный Флот. И моя мать помогала тебе. Я помню их и хочу, чтобы та, о ком они заботились, была в порядке.

— И это все? Ты же… раньше…

Маркус улыбнулся.

— Думаю, мне нужен кто-то с таким же багажом, как у меня. Не бери в голову. Ну, все хорошо? Пойдем карпа есть в следующий раз? — Он шагнул к кошке, обнял ее, погладил по ушастой голове. — Говорят, мясо у него самое нежное из всего, что можно попробовать в этой галактике, хоть и синее. А насчет еды во флоте — чем нас только ни кормили, особенно на колониальных базах. Ты не представляешь. Суп из опилок, я не шучу.

Джейд доверчиво прижалась к нему, обвила ноги хвостом.

— Но я все равно твоя кисонька, да, милый?

— Ты всегда можешь сказать мне, если потребуется помощь, — шепнул Маркус.

* * *

— Что у нас? — Маркус прошелся вдоль погасшей консоли, обогнув ноги Таи. Она лежала на полу и копался в проводах внутри. Джетт, покусывая губу, крутился в пилотском кресле.

— Пафти гофово, пафу кламм перефтну и нафнем перефапуск, — прошепелявила Тая сквозь зажаТаю в зубах отвертку.

Маркус упал в капитанское кресло и уже собирался опустить руку на подлокотник, но тут сбоку присел Никс.

— Сэр, я не знаю, что случилось. Я только отправил пару сообщений Сайласу, — зачастил он, прижимая уши к голове.

— А он прислал тебе вирус. Вы обычно так это делаете? Нейтрализуете систему безопасности через канал связи? — холодно уточнил Маркус. Кот прижал уши еще плотнее и замотал головой.

— Джетт, аварийный сигнал включился?

— Да. — Джетт оттолкнулся пяткой от пола и снова крутанулся в кресле. Он явно нервничал, не мог сидеть спокойно. — Никого не было на радарах. Никого. Мы были одни. Я понятия не имею откуда мог прийти импульс.

— Инопланетная технология?

— Нет.

— Если отключить все системы, кислорода хватит часов на шесть без регенерации. Не хотелось бы, чтоб к нам на аварийный маячок пожаловали пираты. Но на перезагрузку искина нужна мощность. Перезапуск займет минут сорок. Раз на радарах других кораблей не было, скорее всего, никто и не успеет. Нужно подойти, пристыковаться, открыть шлюз, — размышлял вслух Маркус. — Как только Тая закончит, перезапустим систему. Маяк пусть работает. Будем наблюдать за обстановкой. Я пока заменю тот кабель от форсунок.

— Будь внимательнее со скрутками, смотри на цвет изоляции. — Тая, извиваясь всем телом, выбралась из-под консоли, сдула волосы со лба и нажала несколько кнопок. Пульт ожил, расцветился, на мониторе возникло загрузочное окно.

— Джетт?

— Я начеку, капитан! — Пилот отсалютовал двумя пальцами от виска. Маркус кивнул.

Кабель на замену Тая сунула ему на выходе из рубки. Кот шел за ним. Маркус протиснулся в технический коридор. Никс задрал хвост трубой и полез следом. Как он умудрялся ходить так неслышно в тяжелых ботинках?

— Такое могла устроить мышь? — спросил Маркус, приседая у поврежденного кабеля.

— Только если перегрызла питающий кабель, но я бы услышал хлопок. Они от этого лопаются.

— Сталкивался с таким?

— А как вы думаете, почему капитан линкора решил действовать? Только когда отрубилось все.

— Сможешь понять, где мышь? — Маркус толкнул ногой в сторону ящик с инструментами и кивнул на выдвинуТаю стойку. Никс кивнул и протиснулся мимо.

Он опустился на локти и колени, прижался подбородком к полу, принюхиваясь и приглядываясь. Уши поворачивались из стороны в сторону, хвост замер. Нос почти уткнулся в щель под стойкой.

— Ушла. — Никс просунул руку в щель и шумно зашарил под стойкой. — Ушла. — Он поднялся с пола, прижав уши к голове. Кот в режиме охотника, а толку.

— Факт, — согласился Маркус. — Я меняю, ты прислушиваешься, договорились? Не трогай ничего!

Никс разочарованно фыркнул, отстранился и сосредоточенно зашарил в ящике с инструментами.

— Руки! — рявкнул Маркус.

— Я хотел подать тебе стяжку, — кот печально опустил уши. Страдалец.

— Как ты сбежал с Фриза?

— Один человек помог. Геологоразведчик, работал там на вахте. Он заблудился, я его нашел и притащил на станцию. Если бы не я, замерз бы. Как раз пурга начиналась. Знаешь какие на Фризе ветра бывают? Удержаться можно только когтями. А будешь цепляться когтями, за пять минут отморозишь пальцы, — Никс пожал плечами и протянул пучок пластиковых ленточек. — Он потом подарил мне три банки тушеного мяса и я решил, что хочу есть его всегда.

Коты есть коты, что с них взять. Тая сказала, что всегда хотела котика, и Маркус ее понимал. Кошачье мурчание успокаивало, мягкий хвост ласково скользил по ногам. Джейд была первым котом, которого он встретил. Маркус тогда был желторотым мальчишкой, полным идеалов и максимализма. Не понимал межвидовой разницы. Не понимал разницы в мышлении. Кормишь — спасибо, ты хороший человек. Перестал — уходи, ты больше не нужен.

Каждый вид имел свои особенности.

Маркус скрутил медные жилы, намотал пластик поверх. Оборванный кабель выглядел как новенький, только Тая смогла бы найти место ремонта. Никс прислонился к стойке, прикрыл глаза и словно бы задремал. Охотник. Охранник. Героический ловец космических мышей. Маркус фыркнул, встал и с громким щелчком задвинул выдвинуТаю секцию на место. Кот даже не вздрогнул, только глаз приоткрыл. Не сдержавшись, Маркус похлопал его по плечу.

— Маркус, на радаре корабль, приближается! — ожил комм голосом Джетта.

— Успели перезапустить искин?

— Нет, нужно еще хотя бы пятнадцать минут, мы по-прежнему терпим бедствие. Значит, они смогут пристыковаться и открыть шлюз по запросу снаружи.

— Иду к вам. — Маркус взял из ящика с инструментами лазерный резак и сунул в карман. Пока он задраивал люк в технический коридор, Никс испарился. Нужно было все же затариться бластерами на черном рынке и организовать маленький тайничок, а он все хотел жить по правилам.

Корабль тряхнуло. Свет мигнул раз, другой — и погас. Аварийное освещение выплюнуло в рубку тонкие красные полоски, от которых глазам стало больно.

— Какого… — выругался Джетт. Его руки порхали над консолью, словно он еще мог что-то сделать. — АСТРА?

Искин молчала.

— Не смешно, — мрачно констатировал Джетт. — Совсем не смешно.

— Я волнуюсь за реактор, — Тая стояла в дверях рубки, вцепившись в косяк. — Импульс мог вырубить систему охлаждения.

Маркус молча хмурился, вглядываясь в главный монитор. Тот ожил ровно настолько, чтобы показать приближающуюся точку. Пассивные сканеры, питающиеся от аккумуляторов, все еще работали. Хоть что-то.

Точка росла.

— Гражданский борт № К-789, малый разведчик «Мираж», запрашивает сближение, — механический голос внешней связи прозвучал издевательски бодро. — Видим у вас проблемы, можем предложить помощь. Прием.

Джетт открыл рот, но Маркус его опередил. Он наклонился к микрофону, нажал кнопку и сказал с той ледяной вежливостью, которой научился за годы общения с самыми отбитыми интендантами:

— «Мираж», благодарю за предложение. Мы в порядке, помощь не требуется. Держитесь на безопасной дистанции.

Пауза. Короткая, тягучая.

— Борт «Буревестник», — голос из динамика изменился, потерял приторную сладость, — по нашим данным, у вас полная потеря энергоснабжения. Мы обязаны проверить. У вас может наблюдаться нехватка кислорода и помутнение рассудка. Вы не в состоянии принимать решения.

— Вы ничего не обязаны, — Маркус говорил все так же ровно, но Джетт, знавший его тысячу лет, видел, как у капитана заходили желваки. — Мы на гражданской трассе, имеем полный пакет страховки и не запрашивали экстренной помощи. Убирайтесь с нашего радара, пока я не запросил патруль.

Вторая пауза была короче. И злее.

— Капитан, вы совершаете ошибку. У нас на борту есть сертифицированный…

— Мы не нуждаемся в помощи, — очень холодно и очень раздельно повторил Маркус. И отключил связь.

В рубке повисла тишина, нарушаемая только писком пассивных сканеров.

— Чел, — Джетт повернулся к нему с выражением легкого ужаса на лице. — Ты только что послал пиратов. Которые вырубили наш корабль.

— Я заметил, — Маркус уже прикидывал варианты. — Слушай мою команду. — Он развернулся к Тае: — Ты бежишь в машинное. Перезапускай двигатели, проверяй реактор. Попробуй запустить искин. Пока мы в аварии, они и правда могут открыть шлюз снаружи.

— Есть, капитан! — Тая тут же исчезла в коридоре, только рыжий хвост волос мелькнул в аварийном свете.

— Джетт, остаешься здесь. Смотри на радар. Как только двигатели оживут — уводи нас. К патрульным маякам, к черту, куда угодно, лишь бы подальше от этого сектора. Дублируй сообщения мне на комм по внутрикорабельной.

— А ты?

— А я кое-что заберу в каюте и вернусь. Если потребуется — встречу гостей.

Маркус шагнул к выходу, но замер, когда в спину донеслось:

— Что делать мне, сэр?

Никс стоял у стены так неподвижно, что Маркус почти забыл о нем. Лицо напряженное, уши прижаты к голове, зрачки расширены.

— Не путайся под ногами, — бросил Маркус и вышел в коридор.

Кот выскользнул следом и молча шел за ним до самой каюты. Когда дверь за капитаном закрылась, Никс остался стоять в коридоре, прислушиваясь к нарастающей тревоге.

Из комма Джетта донеслось шипение помех, а потом голос, уже не пытающийся казаться дружелюбным:

— «Буревестник», последнее предупреждение. Открывайте шлюз, или мы откроем его сами.

— Черта с два, — пробормотал Маркус, доставая из тайника старый армейский дезинтегратор. Маленький, крепившийся на щиколотку или предплечье. Оружие последнего шанса.

Корабль тряхнуло сильнее. Свет погас окончательно. Надрывно завыла вентиляция, чихнула — и заглохла. Маркус схватился за полку, широко расставив ноги, чтобы устоять. Тряска прекратилась так же внезапно, как началась. Аварийный свет загорелся вновь, и по корпусу прошла неприятная вибрация, сопровождаемая противным металлическим скрежетом. Кто-то боролся с гидроприводами снаружи.

— Стыковочный узел захвачен! — голос Таи в комме дрожал. — Капитан, они вскрыли внешнюю переборку! Они в шлюзе. Их минимум шестеро, вооружены плазменными резаками, парализаторами и чем-то древним. Я видела их через камеры в грузовом отсеке. Джетт заблокировался в рубке.

Маркус сжал рукоять дезинтегратора. Ладонь была сухой и твердой — спасибо армейской выучке. «Буревестник» не был боевым кораблем. Старая рабочая лошадка, набитая хрупким грузом, не приспособленная к абордажным боям.

— Крепче забаррикадируйтесь! — скомандовал Маркус, переключая каналы. — Джетт, блокируй рубку, не высовывайся. Тая, уходи из машинного через технический лаз, там узко, они не пролезут. Я попробую отвлечь их и… — Он запнулся. — Никс! Никс, ты где?!

Ответа не последовало. Только шипение помех.

Маркус лихорадочно переключал камеры на комме. В коридорах заметались тени пиратов. И вдруг на одном из экранов, в вентиляционной шахте третьего уровня, мелькнуло знакомое — пушистый черный хвост. В темноте блеснули глаза.

— Проклятье! — выдохнул капитан. У кота не было комма. Обратиться к нему можно было только по общей связи через динамики — и выдать его.

Связь оборвалась. Экран погас.

Маркус длинно выругался, припомнив все обороты старшины Гарвса из учебки. Принять бой? Сейчас он капитан, и его задача — сохранить корабль и экипаж, а не геройствовать. Но и пираты вряд ли были настоящими диверсантами: они не знали численности команды, двигались толпой и слишком шумели.

Снаружи, в коридорах, загрохотали тяжелые шаги.

Маркус перебежал в пункт управления вспомогательными системами — тесный закуток, забитый экранами и распределительными щитами, пахнущий старой изоляцией. На мониторах он видел, как по коридорам «Буревестника» идут пираты. Наемники с татуированными шеями, в тяжелых магнитных ботинках, лязгающих по палубе с отвратительным металлическим скрежетом, и в масках-респираторах, делавших их похожими на гигантских насекомых. Насекомых Маркус не любил.

— Зачистить судно! — прохрипел в рацию их лидер, огромный громила с технопротезом вместо руки. На металлических пальцах поблескивали кольца-гайки. — Капитана берем живьем, остальных в шлюз, если будут дергаться. Стрелять на поражение.

Маркус почувствовал, как ярость закипает в груди, смешиваясь с ледяной решимостью. Это его корабль. Его команда. Он рванулся к пульту, собираясь опустить переборки и заблокировать пиратов, но свет погас окончательно. Аварийные лампы, тусклые индикаторы в коридорах и на панелях — все погрузилось в абсолютную тьму.

— Что за черт? — донесся из динамиков встревоженный голос одного из пиратов. — Датчик питания показывает ноль! Эй, Грош, включи фонарь, ничего не вижу!

На экране, к удивлению еще работающем, вспыхнул узкий луч мощного прожектора. Пираты сбились в кучу, водя стволами по сторонам.

Маркус выбрался в коридор и короткими перебежками рванул в сторону шлюза. Он прекрасно ориентировался на звук. Коридоры «Буревестника» он знал по памяти. Перебежав к повороту, он прислонился спиной к стене и вскинул дезинтегратор.

И тут он услышал это.

Тихий, вибрирующий звук шел из динамиков, из стен, из самой системы вентиляции. Низкий, гортанный рык, который, казалось, резонировал в грудной клетке, вызывая первобытный ужас.

— Слышали? — один из наемников замер, его луч света заметался по стенам. — Там что-то есть… в вентиляции. Что-то живое.

«Лишь бы не высунулся», — подумал Маркус.

— Заткнись, — огрызнулся лидер, его протез щелкнул, выпуская встроенные ножи. — Проводка замкнула. Грош, найди распределительный щит.

Грош — молодой, судя по голосу, пират — сделал шаг вперед. Его луч света выхватил решетку вентиляции. И в этот момент сверху, из узкого зазора между панелями, вылетела тень.

Она двигалась так быстро, что глаз едва фиксировал смазанный силуэт — черный, гибкий, смертоносный. Грош вскрикнул — крик оборвался хрипом. Его фонарь выпал из рук, покатился по полу, высвечивая на мгновение оскаленные клыки и полосу царапин, мгновенно вспухших кровью на шее.

Фонарь покачивался, свет метался по стенам. Маркус высунулся и пальнул в тень в задних рядах. Пират упал, даже не вскрикнув.

— Он на потолке! — заорал кто-то. — Стреляй вверх! Вверх!

Пираты открыли беспорядочный огонь. Разряды плазмы выбивали искры из обшивки, с визгом рикошетили от переборок, наполняя воздух запахом озона и горелого пластика. Кто-то закричал — то ли от попадания, то ли от страха. Но там, на потолке, уже никого не было. Маркус подстрелил еще одного.

Он прислушался. Фелис перемещался по потолочным балкам, по узким техническим полкам, по скобам. Он двигался с грацией призрака, используя каждый выступ. Маркус заметил, как кот на мгновение замер вниз головой, уцепившись за балку магнитными захватами на своих берцах.

— Молчать! Заткнитесь! — заревел пиратский главарь. — В круг! В оборону! Слушать! Отставить пальбу. Фрей, бери пушки и топайте к нам!

Никс затаился.

— Тая, — шепнул Маркус в комм. — У тебя есть доступ к системе пожаротушения?

— Есть, капитан, — раздался тихий, но уже не дрожащий голос. — Если я включу, затопит все к чертям.

— Включай. Третий сектор.

Секунда — и система пожаротушения взвыла, выбрасывая в коридор густое белое облако пены и газа. Оно заполнило пространство мгновенно, непроницаемой стеной. Пираты закашлялись.

Один рванул вперед. Крепкий, здоровенный. Маркус перехватил его за воротник, зажал рот, ударил под колени, в полете приложил заваливающегося пирата об угол лбом. Усадил безвольное тело у стены.

Из белой мглы доносились глухие удары, звон металла, короткие вскрики — и нарастающий ужас в голосах налетчиков.

— Оно меня укусило! — заорал кто-то. — О боги, у него когти как скальпели! Я умираю!

— Это не человек! — вторил другой, срываясь на визг. — На этом корыте живет какой-то демон! Я видел его глаза!

— Заткнитесь, трусы! — рявкнул лидер, но в его голосе тоже послышались панические нотки. — Это просто кошка! Прихлопните ее!

Легко сказать — «просто кошка», когда ты ничего не видишь, а эта «кошка» видит тебя.

Глава 5. Стук в люк. Эпизод 2

Один из пиратов не выдержал. Сорвался с места и побежал к шлюзу, спотыкаясь, роняя оружие, ничего не разбирая в белой пелене.

Никс позволил ему добежать до развилки. Пират поскользнулся и рухнул, и в тот же миг из темноты вынырнул кот. Маркус увидел через экран комма, как Никс ловким, почти небрежным движением приложил парня затылком о переборку. Тот обмяк.

Никс присел над ним, вытащил из кармана рацию, поднес к губам.

«Дурак, какой же дурак. Они же пальнут в тебя, а ты красуешься», — подумал Маркус с восхищением и тревогой.

Через секунду из рации лидера пиратов раздалось знакомое, вибрирующее мурчание. Оно сменилось вкрадчивым, тихим голосом, искаженным динамиком до свистящего, нечеловеческого шепота:

— И их осталось пятеро.

Пираты замерли. Даже сквозь помехи и шум Маркус почувствовал, как в их ряды вползает липкий, первобытный страх. Они были профессионалами, убийцами, наемниками. Они привыкли к перестрелкам, к понятному, предсказуемому врагу. Но здесь, в этой белой мгле, против них была сама темнота. Темнота, которая говорила их голосами, смеялась над ними и укладывала на пол по одному. Кажется, они так увлеклись котом, что даже Маркуса не заметили.

— Отходим! — лидер попятился, натыкаясь на своих. — Назад к челноку, быстро! Перегруппировка!

Они бросились назад, спотыкаясь, забыв про раненых, про оружие. Маркус смотрел на их паническое бегство и чувствовал, как внутри разливается горячая волна гордости за кота.

— Тая! — крикнул Маркус в передатчик. — Отрежь им путь к шлюзу! Заблокируй пятый сектор!

— Уже делаю, капитан! — в голосе борттехника послышался азарт, почти восторг. — Пусть попляшут!

Тяжелая герметичная дверь с грохотом опустилась прямо перед носом пиратов. Они врезались в нее, закричали, заметались. Ловушка захлопнулась. Узкий технический коридор, тупик.

Маркус засмеялся. Прозвучало демонически — раскатами с неожиданной стороны в темном коридоре.

И в этот момент свет вспыхнул. Ослепительно яркий, белый. Пираты зажмурились, прикрывая лица руками.

А когда открыли глаза, перед ними стоял Никс.

Он спустился бесшумно — с потолка. Маркус не сразу узнал кота. Это не был тот ленивый обжора, который утром клянчил сыр, делая несчастные глаза. Уши прижаты к голове, хвост хлещет по полу, глаза и клыки блестят, а в руке он сжимал отобранный у пиратов парализатор — с уверенностью профессионала.

Никс улыбнулся. Широко, показав клыки.

Но тут комм Джетта ожил паническим шепотом:

— Маркус! Маркус, кто-то подбирает код к рубке! Кто-то у меня за переборкой!

Подкрепление прошло по тылам, черт побери.

Маркус выругался, подобрал парализатор упавшего пирата и вышагнул из-за угла.

— Стоять! Не двигаться!

Никс пальнул в дернувшегося пирата. Парализатор выплюнул синюю дугу, здоровяк осел на колени и рухнул, забившись в конвульсиях.

Остальные замерли, скалясь, но поднимая руки.

— Собери оружие! — приказал Маркус.

Невредимых пиратов осталось трое: командир и пара наемников.

— Джетт, продержишься еще пару минут? — тихо спросил Маркус в комм.

— Да, капитан! Со мной Тая.

— Привет, Маркус! Я перезапускаю искин, — отозвалась борттехник через комм Джетта.

Никс дернул ушами. Маркус понял сигнал, крутанулся назад, выстрелил. Пират-мальчишка упал парализованным. Маркус откатился к стене, но, когда поднял взгляд, Никс стоял с поднятыми руками, показывая раскрытые ладони, а пират с древним, как говно динозавра, автоматом прижимал дуло к его ушастой голове.

— Извини, — чуть пожал плечами Никс.

— Направленное чутье хищника подвело? — ласково спросил пират и для острастки ткнул стволом Никса в висок.

Маркус рванул к нему, но дуло второго пирата уперлось ему в лоб.

Капитан пиратов — Маркус теперь разглядел его: низкорослый, чернявый, с мелкими чертами и мимикой грызуна, в черной шапочке — повернулся и покачал головой.

— Ты капитан?

— А ты? — Маркус поднялся. Парализатор у него забрали, любимый дезинтегратор тоже. Глупо вышло. Потерял чутье.

— Плохо ты нас встретил, дорогой. Очень, очень плохо. Руки в гору, мужик. Дернешься — дыркой в голове станет больше. — Он ткнул Маркусу дулом под лопатку.

— Не нервничайте. Это мое судно. Искин персонализирован. Груз недорогой, но объемный, — Маркус развел руками.

— Заткнись! Мы сами посмотрим, что у вас в трюме. Ведите себя хорошо, цыплятки. Мы убедимся, что помощь не нужна, и разойдемся. Миром, если никто не станет суетиться.

— Берни, мы в рубке! Здесь еще двое! Девчонка и пацан! — ожил комм капитана пиратов.

— Никто не должен пострадать. Я покажу, что у нас в трюме, — сказал Маркус. — Вы пошли на абордаж, нам это не понравилось.

— Хочешь пощады, дорогой? Послушайте, как он заговорил, парни! — усмехнулся капитан.

Пиратов команда «Буревестника» встречала регулярно, с некоторыми поддерживала дружественный нейтралитет. С теми, с кем нет, стычки обычно заканчивались экскурсией в транспортный док — убедиться, что брать там нечего.

Эти пираты выглядели так, словно решились на отчаянный шаг после цепочки неудач. Они явно готовы были согласиться на что угодно, лишь бы остаться в плюсе. Пиратский капитан требовательно потыкал дулом в спину.

Гуськом они прошли к транспортному отсеку.

— Искин вырубило, буду открывать вручную, — пояснил Маркус. — Вы груз планируете в разведчик переносить?

Места в пиратской посудине явно не было — максимум одно дерево поставить, и то главный монитор кроной закроет.

— Не твое дело! — рявкнул главный, перехватив ствол поудобнее. Похоже, волновался, руки потели.

Тактика у Маркуса в голове сложилась мгновенно — молниеносно и четко, как в былые дни, когда обстановка на поле боя менялась за секунды. Завести всех в транспортный отсек, задраить дверь, задержать дыхание. Он помнил о пыльце. У него было не больше минуты. Как только пираты поплывут, вырубить одного за другим. На удивление, капитан держал бластер как дилетант — боком. Это считалось модным, но стрелять из такой позиции было последним делом. От бедра и то удобнее.

Маркус глубоко, почти беззвучно вдохнул, запасаясь воздухом, и плечом толкнул дверь. Он спустился с площадки, и пиратский капитан поспешил за ним. Деревья светились, синего стало больше. Воздух был густым и сладким, как сироп. Маркус перестал дышать.

Пираты столпились, разглядывая пальмы.

— Что это за херня вообще? — спросил главарь, беспокойно озираясь.

Никто и моргнуть не успел, как Никс вытек из захвата и оказался в конце прохода.

— Взять его! — просипел пират с ремонтным пистолетом, забыв про оружие и протягивая руку к Никсу.

Оба пирата рванули к коту одновременно, наперегонки, толкая друг друга.

Никс встретил их в прыжке.

Первого пирата он перехватил на встречном движении — резким, коротким ударом ребра ладони в гортань. Тот захрипел и рухнул, хватая себя за шею. Второго Никс поймал на замахе, молниеносно провернул за локоть, и раздался неприятный хруст. Пират взвыл, и его парализатор вылетел из ослабшей руки. Прежде чем оружие упало на пол, Никс пнул его ногой в сторону, подальше от чужих рук. Хвост раздраженно дергался из стороны в сторону. Весь бой занял пару секунд.

Пиратский капитан, оглушенный криками своих людей и дурманящим запахом, только начал понимать, что что-то пошло не так. Маркус резко развернулся, его левая рука впилась в запястье капитана, а правая ухватила бластер за дуло, резко выкручивая его вверх и на себя. Вслед за этим, используя инерцию, он всадил капитану прямой джеб в переносицу. Раздался сырой, влажный хруст. Осоловевший пират даже не успел вскрикнуть и кулем повалился на пол, окровавленным лицом на металлический настил.

Когда Маркус поднял взгляд, Никс, присев на корточки, связывал двоих пиратов их же ремнями. Один, с неестественно вывернутой рукой, стонал. Второй, с перехваченным горлом, сипел.

«Я не хотел бы встретиться на поле с котом», — мелькнуло в голове у Маркуса.

Не дышать он больше не мог, голова плыла от сладкого, удушливого запаха.

— Никс! — выдохнул Маркус, с силой затягивая пластиковую ленту на запястьях капитана.

Кот мгновенно обернулся. Низко и угрожающе мявкнул, его уши, прижатые к голове, мелко подрагивали от адреналина.

— Этих запрем в кладовке. А их оружие сложим в ящик для инструментов, — приказал Маркус.

От запаха пальм у него чесалось в носу, время словно замедлилось, и через секунду его накрыло чувство эйфории, покоя и безграничного доверия к окружающим. Очень захотелось поделиться с Ником какой-нибудь небольшой тайной. И вообще он показался отличным парнем — боевым, компанейским. А шерсть? Ну, шерсть — это ерунда.

Маркус опустил взгляд на пиратского капитана, который улыбался и чуть слюни не пускал.

— А ты мне нравишься, парень. Не будем мы тебя грабить. У тебя и так дела не очень, да? — сочувственно прохрипел он. Надышался.

— Лучше твоих, — Маркус взял его за шкирку.

Никс вздернул двоих увязанных пиратов на ноги. Маркус, сунув за пояс отнятый бластер, поволок капитана к кладовке.

Кладовка была тут же, под лестницей. Маркус втолкнул внутрь капитана и вернулся за обожженным. Тот ныл и охал, но шел сам. Заперев за пиратами дверь, Маркус нашел глазами Никса. Кот успел забросить оружие в ящик.

— Сэр, что мы делаем дальше? — Никс вытянулся по стойке смирно, как только они оказались в коридоре. Даже хвост поднял — тот распушился метелкой.

Маркус согнулся пополам, жадно хватая чистый воздух ртом.

— Вольно, — он махнул рукой. — За мной.

Он круто развернулся и двинулся по коридору к рубке.

— Мой капитан, доброе утро, — тихо прошелестела АСТРА с потолка.

— Ты очень вовремя, милая, — ответил Маркус. — Будь наготове.

Он первым вошел в рубку, подняв руки к голове, показал раскрытые ладони.

— Спокойно, парни! В моих интересах с вами договориться.

— Эй! Эй, а Джим где? — парень с бионическими протезами глянул на того, который с автоматом. — Капитан где? Кокнули его втихую, да?

У Маркуса не было плана. Он действовал на инстинктах, выработанных годами в тесных отсеках десантных кораблей. Пожалуй, опаснее сейчас был пират с автоматом, чем этот с бионикой. Автомат в замкнутом пространстве в руках плохого стрелка означает разгерметизацию и большие проблемы.

— Капитан в порядке! — резко бросил Никс из-за спины, и на лицах пиратов отразилось разочарование. — Делит навар в грузовом доке.

Маркус даже не стал переводить взгляд. Его глаза были прикованы к пальцу на спусковом крючке.

— АСТРА, отключи гравитацию, — прошептал он одними губами, мышцы ног уже напряглись для толчка.

— Выполняю, — мгновенно и безэмоционально ответила искин.

Мир опрокинулся.

Исчезли пол и потолок. Осталось только «от» и «к». Пират не выстрелил — его выстрелило. Рывок отдачи, не погашенный тяжестью тела, швырнул его назад, как тряпичную куклу. Автомат вырвался из рук и, вращаясь, полетел в другом направлении. Парень с глухим стуком вмазался в стену и обмяк. Пуля, оставившая в воздухе аккуратный сизый след, пролетела в сантиметрах от виска Джетта и застыла, как мушка в янтаре, медленно вращаясь.

Тая оттолкнулась от консоли. Она развернулась в воздухе, но пират с биопротезами с резким щелчком выдвинул захват и вцепился в ее штанину. Тая, с характерным для бывалого аналитика спокойствием, не стала дергаться, а тут же сгруппировалась, готовясь к контратаке. Вторая рука пирата уже тянулась к ее плечу.

И тут между ними пронеслась тень.

Это был Маркус. Оттолкнувшись от пола в момент исчезновения гравитации, он как пуля отскочил от наклонной панели консоли, изменил траекторию и врезался в пирата сбоку, обхватив его шею согнутой рукой. В свободной руке у него мигал полным зарядом бластер, упертый прямо в висок пирата.

— Отпусти ее. Сейчас. — спокойно сказал Маркус. Он даже не повысил тон.

Пират разжал механические пальцы. Мгновенно. Тая отплыла в сторону, одним движением зацепившись ногой за кресло Джетта.

Маркус не стал его толкать, использовал его как точку опоры. Резко оттолкнувшись коленом от спины пирата, он полетел к тому, что врезался в потолок. Тот, оглушенный, уже медленно отплывал от поверхности, бессмысленно бултыхая руками. Маркус на лету подхватил болтающийся автомат, швырнул его в сторону Никса.

— Лови!

Кот поймал за ремень и притянул к себе. Он плавал в воздухе с таким невозмутимым видом, словно каждый день это делал.

Маркус впился свободной рукой в куртку оглушенного пирата, резко притормозив его.

Все заняло не больше десяти секунд.

— Господа, — развернувшись в воздухе, Маркус вновь оказался лицом к лицу с пиратом на биопротезах и навел бластер в его растерянное лицо. — Мы мирный экипаж. Но у нас очень тесный корабль. Сами сдадитесь или рассмотрим варианты? — Он не улыбался.

— Если будем в мусорный шлюз запихивать, протезы придется отстегнуть, — мстительно сказал Джетт, цеплявшийся за кресло.

— Я заберу их себе! Мне пригодится еще пара рук! — Тая вспыхнула кровожадным воодушевлением.

Пират с биопротезами медленно поднял руки.

— Руки вперед. Ладони вместе. В вашем разведчике есть еще сюрпризы? — Маркус работал быстро, стягивая пиратам руки стяжками.

— Нет. Больше никого, — прохрипел пират, ударившийся головой.

Фиксация в невесомости — дело сложное. Закончив, Маркус отплыл к своему креслу, ухватился за подлокотник и скомандовал:

— АСТРА, гравитацию. Плавно.

Ощущение было таким, будто невидимый великан мягко, но неумолимо придавил все сверху. Маркус тяжело, по-десантничьи, сгруппировавшись, приземлился на подошвы. Пираты рухнули на пол кульками. Никс встал на четыре точки, взметнув хвост и выгнув спину. Тая сползла с консоли, поправила волосы, а Джетт пытался выпутаться из подлокотников кресла.

— Я запру этих, — сказал Маркус, переводя дыхание. — А потом мы сходим на их разведчик. Джетт, ты со мной. Возьми сканер.

Пилот поднял большой палец вверх.

Пираты шли молча, послушно, как стадо. Перед дверью в трюм Маркус задержал дыхание. Запихнул новоприбывших в угол, убедился, что стяжки держат. Трое тех, что оказались тут первыми, вытирали слезы кулаками и улыбались.

— АСТРА! Режим караула для подсобки в доке. Любое движение к дверям — удар током. Не смертельный, — приказал Маркус, как только оказался в коридоре. Никс, широко расставив ноги, с автоматом на животе ждал его.

— Активировано, капитан, — ответила искин.

— Я могу пойти с вами? — спросил кот.

— Нет. Оставайся в рубке, — махнул Маркус.

Оставив Таю за старшую, Маркус с Джеттом отправились на пиратскую посудину. Дверь в стыковочный тоннель с шипением открылась, и их встретил воздух, густой от запахов дешевого синтетического табака и чего-то кислого — словно здесь неделю назад что-то протухло и так и не выветрилось. Возможно, стоило надеть скафандры, взять респираторы, но Маркус не стал. Гуманоидная среда, всегда гуманоидная. Ему не терпелось поскорее закончить дело и лечь на курс.

Сам разведчик был похож на выпотрошенную рыбу. Каркас из серого композита, исцарапанный до матового блеска, с небрежно залатанными сварными швами. Внутри царил хаос: пол завален обрывками кабелей, пустыми упаковками от пайков, деталями непонятного назначения, патронами. Панели управления были сняты в нескольких местах, под ними торчали жгуты проводов, перемотанные изолентой сомнительного качества. Свет горел тускло, мигая в такт работе какого-то левого контура.

— Ты заставал такие? — спросил Маркус, отводя рукой свисающую с потолка петлю провода.

Джетт плюхнулся в жалобно скрипнувшее кресло пилота, обитое потертой кожей, из которой торчали клочья губчатого наполнителя, и запустил систему.

— Ага, в академии был один похожий. В музее. Под стеклом, с табличкой «Типичный пиратский корпус конца века, нелетающий». А этот, похоже, еще и дышит. Так, искин не лицензионный, заточен под ручное управление. Отлично. Я не хочу соединять его с нами в сеть.

— Согласен, моя девочка очень разборчива, — Маркус провел пальцем по панели, оставив след в слое липкой пыли.

— Просто задам ему следовать за нами в авторежиме.

— Осмотрю корабль, не хочу сюрпризов. Вдруг у них еще одна эта… штука припрятана. Запрись изнутри.

— Ты параноик, чел.

Маркус захлопнул переборку рубки. Замок щелкнул, но не плотно — вибрация чувствовалась даже через ботинки. Он неплохо представлял, что увидит на этом разведчике. Грубое кустарное лоскутное одеяло из технологий, собранное на коленке из того, что украли или подобрали. Как этой рухляди удалось подойти так быстро? И чем же они таким шарахнули, что АСТРА потеряла сознание? Здесь, в этой тесной, пропахшей черт знает чем железной коробке, наверняка были ответы.

Пара кают, не заправленные постели, разбросанное барахло — трубки, наушники, контейнеры, банки. Маркус нашел пару рожков для древнего автомата и прихватил их с собой. Оружие они сдадут полиции, безусловно, но может быть не все… Об этом следовало подумать.

Он заглянул в десантный док разведчика. Среди брошенных рюкзаков и пустых банок стояла на самодельной турели импульсная пушка. С линкора, не меньше. А сверху, на ее панели, прикреплена была маленькая прямоугольная коробочка. Для нее сделали отдельную полку, даже без мусора и пыли.

— За что такой почет? — вслух подумал Маркус и решил прихватить ее с собой. Никаких проводов к ней не тянулось.

Маркус вернулся в рубку.

— Ты закончил? — спросил он.

Джетт кивнул.

Маркус развернулся. Дверь, шлюз, снова дверь. И вот знакомый, чистый воздух «Буревестника», пахнущий озоном и кофе.

В рубке играла какая-то новая песенка, легкая и ритмичная. Тая выглянула из кресла и помахала им. Все было нормально. Все было хорошо. Карта на мониторе, АСТРА пытается доказать, что популярная музыка не значит хорошая, и намекает, что у Таи не лучший музыкальный вкус. Все в порядке. Кот, стоявший у входа в коридор, круто развернулся и скрылся за поворотом.

— Джетт, отстыковываемся от разведчика и ложимся на курс, мы выбиваемся из графика, — приказал Маркус.

— Слушаюсь, капитан! — Пилот прошел к креслу.

Тая перехватила Маркуса за локоть и шепотом спросила:

— Ты обидел Никса, пока вы были в доке? Он очень грустный.

— Сожалеет, что пираты проиграли? — Маркус фыркнул.

Тая смотрела прямо в душу, блестя взволнованными глазами. Ох, Маркус не мог видеть ее такой.

— Хорошо, я поговорю.

— Похвали его!

Кают-компания была пуста. В камбузе Никса не было.

— АСТРА, запусти биосканирование и найди кота.

— Одну минуту, дорогой. Ох, кажется, он чем-то расстроен, его тепловая сигнатура упала. Может быть, он заболел?

«Еще одна», — подумал Маркус.

— Где он?

— В техническом коридоре шесть, в конце.

Маркус пошел за ним. На створке люка, конечно же, остались шерстинки. Никса он нашел в нише под генератором. Кот свернулся клубком, уткнувшись лицом в хвост. Маркус нагнулся, схватил его за щиколотку и потянул.

Никс развернулся и коротко зашипел. Будь на его месте Джейд, Маркус решил бы, что она капризничает.

— Хочешь ветчины? — спросил Маркус.

Кто его знает, этого кота. Он выглядел бодрым, но может, у него случился нервный срыв от пережитого.

Никс отвернулся, заполз обратно в нишу и снова попытался спрятаться за хвостом.

— Ты хочешь мне что-то сказать или хочешь, чтобы я ушел? — мягко спросил Маркус.

— Все. Совсем ушла. Вас почуяла, — показал клыки Никс. — Сэр. Теперь можно и ветчины.

Маркус пошел впереди, чувствуя кошачье присутствие за спиной. Он уже собрался похвалить кота за решительность в бою, когда услышал голос Никса, нарочито безразличный:

— Знаешь, эти космомыши редко приходят по одной. Споры могли разлететься. Даже когда я поймаю эту, не смогу дать гарантию, что где-то рядом с реактором не сидит личинка.

Маркус замедлил шаг, не оборачиваясь.

— К чему ты?

— Так, к слову. — Никс поравнялся с ним, глядя прямо перед собой. — Ты, наверное, уже ушел из флота, когда появился девиз: судовой кот — это не расходы, это инвестиция в безопасность корабля. Я знаю пару флагманов, где служат коты.

— Назови.

— Это не так важно, как их постоянное присутствие. — Никс подумал секунду и продолжил: — Тая читала статью, что на дальних рейсах, в замкнутом пространстве, чертовски важен психологический климат. Научно доказано, присутствие фелиса снижает стресс у гуманоидов. Повышает сплоченность экипажа.

— Всегда ясно, кто сожрал самое вкусное и вылил всю воду, — согласился Маркус и усмехнулся, не сдержавшись.

— И единственное препятствие тому, чтобы я остался с вами — Сайлас, — Никс сказал это так, будто Маркус уже позвал его в команду и теперь он раздумывал, принимать ли приглашение.

Маркус остановился и рассмеялся от души. Ему всегда нравилась кошачья непосредственность. Ни к чему не обязывающая. Коты легко загорались и так же легко остывали. Джейд назавтра не помнила то, ради чего обещала разбиться в лепешку вчера.

— Он захочет отступных. Но для капитана и собственника целого космического транспортника какие-то тысяч десять точно не станут проблемой. В конце концов, я буду готов одолжить немного. Пятьсот, может, тысячу. Но они у Сайласа, — кот сделал неопределенный жест рукой. Хвост торчал трубой и пушился, уши упруго торчали вверх.

— Ох, профилактика нынче не дешевая, — притворно вздохнул Маркус.

— А сколько непосредственной пользы может быть! Погрузка и упаковка. Ночные вахты. Газовый детектор. Кошачий нюх в пять раз сильнее человеческого.

— У нас нет газа.

— А если плазма потечет?

— Поверь, это мы и без тебя не пропустим.

— Пищевой анализ.

— Внутрикотово, — Маркус поиграл бровями, и кот, глядя ему в глаза, нагло усмехнулся.

— Пока я остаюсь при своих. Ты больше жрешь, чем работаешь. А я не привык столько тратить на «моральный климат в команде».

Кот опустил уши.

— Не начинай.

И глубоко, очень печально и очень смиренно вздохнул.

— Со мной такие штуки не проходят! — сурово сказал Маркус.

Кошачий хвост лег на пол безвольной тряпочкой.

— Иди, ешь свою ветчину! — бросил Маркус и первым вошел в кубрик.

Корабль тихо вибрировал, ускоряясь. Чувствовать привычный еле заметный гул было приятно. Маркус сделал себе кофе и бутерброд. Подумал и сделал еще несколько. Не прогадал. Никс, прикончив свою пару, застыл, навострив уши, и уставился на ветчину.

Глава 6. Товарищ по оружию

Сон не шел. Маркус сидел в капитанском кресле на темном мостике, откинувшись назад. На главном мониторе вместо навигационных карт плескалось живое, глухое черное полотно космоса, усыпанное тонущими в бесконечности бриллиантами далеких звезд. Мягкий гул реактора и тихое шипение систем нарушали абсолютную тишину. Маркус смотрел в эту бездну, следил за вспышками и пытался угадать, где ярче мигнет следующая.

Однажды научившись, космодесантник не мог перестать чувствовать чужое присутствие еще до того, как этот кто-то вышел из-за угла. Кто-то ночной и хвостатый.

Переборка бесшумно открылась и впустила Никса в рубку.

— Отсеки на корабле должны быть изолированы, — напомнил Маркус. Совсем недавно он отменил все приказы на открытые двери. Корабль в полете — средство повышенной опасности и правила, отточенные поколениями пилотов и техников, авариями и пробоинами, должны соблюдаться бесприкословно.

Кот прошел через кубрик и сел в пилотское кресло, завороженно вглядываясь в рисунок космоса.

— Ты же понимаешь, что это проекции? — уточнил Маркус.

Кот коротко кивнул. В отражении звездного света его глаза светились фосфоресцирующим зеленым.

— Я немного посижу и продолжу охоту, — тихо сказал кот.

— До утра полно времени, — так же тихо ответил Маркус, не отрывая взгляда от экрана.

— Ты хорошо дрался в доке, — похвалил Маркус, вспомнив основы управления коллективом.

— Ты тоже, — кивнул Никс.

Они снова замолчали, слушая, как дыхание корабля и шепот звезд. На экране одна из самых ярких — может, станция, а может, сверхновая в тысяче парсеков отсюда — мигнула разноцветным переливом.

— Расскажи о них, — попросил Никс, кивнув в сторону экрана.

— Видишь ту голубоваТаю точку в секторе Дельта? — Маркус протянул руку, указывая. — Это Калипсо-9. Планета после терраформирования. Там океан цвета розового вина, что ли. И три солнца. Когда они заходят одно за другим, небо три часа к ряду полыхает, будто в пожаре.

Он начал рассказывать. Не как капитан, а как мальчишка, впервые увидевший звездные карты. О планетах с дюнами из черного стекла, о ледяных лунах, где воздух звенит и пахнет азотом, о газовых гигантах с кольцами, в которые можно нырнуть, как в радугу. О том страхе-восторге, когда понимаешь, насколько ты мал в этом вечном холоде, и какое это счастье — хоть раз увидеть это своими глазами.

Никс слушал, затаив дыхание. Его хвост, свисавший с подлокотника, замер. Уши были повернуты к Маркусу, ловя каждое слово.

Он задавал вопросы: «А там есть рыба?», «А пахнет ли розовый океан?» — простые, наивные. Как человек однажды пораженный всем этим и понимающий — его жизнь пройдет в серости и пустоте, пройдет зря, если он не увидит собственными глазами дюны и луны.

Маркус говорил о пыльных бурях на Алхибе, об арахнидах, о существах на планете Нокс, похожих на сколопендр, живших в сероводородной среде, от которой жутко чесалась кожа, даже в скафандре.

Постепенно он выдохся и замолчал. Кот повернулся.

— Я видел только ту колонию с конвейером, Фриз и Малого Лебедя. Армейские, с которыми я плавал, находились в патруле, никуда не приставали, а военные станции везде одинаковы.

— И как ты выбрался с Фриза?

— Тот геолог посадил меня в контейнер с рудой и опечатал, — Никс пожал плечами. А потом рассмеялся и потер затылок, — Чуть не замерз к чертям. На погрузке выскочил и затерялся среди погрузчиков и емкостей.

Маркус бросил взгляд на часы. Кот воспринял это как руководство. Встал, потянулся и был таков. Только переборка бесшумно закрылась за ним. Капитан еще пару минут созерцал звезды, но они начали расплываться перед глазами и он ушел в каюту.

* * *

Кошачий слух в три раза чувствительнее человеческого. И раз в пять острее слуха космодесантника. Вакуумные снаряды не шутка. На Фризе вели подрывные работы и коты, которых посылали устанавливать взрывчатку глохли через месяц такой работы. Никто не выдавал им наушники. Да, всем всегда было плевать на котов. Если прикинуть хвост к носу, Никсу с работой очень повезло. Отморозить хвост можно было и без почтовой службы. В любом другом месте. А он знай себе таскал барахло со станции на станцию. «Сто миль по снегам, среди трещин и торосов. Но не поднимать же коптер ради предохранителя для базы ФУ-12. Отправьте почтой. Он легкий, не больше тридцати фунтов». Коты справлялись. Большей частью.

Так что даже если люди ничего не слышали, нежное кошачье ухо различало, как щелкают какие-то переключатели в недрах корабля, как скулят и откровенничают в трюме пираты, как течет по трубам охладитель реактора и как булькает в регенераторе вода. Как кряхтит, ворочаясь Джетт, отбивший бок во время шуток с гравитацией и нежно сопит в постели Тая. Как натачивает об острые зубки кабель мышь в техническом отсеке, недалеко от реактора. Там тепло и провода толстые.

Никс сидел на корточках в темном углу технической секции, сливаясь с тенью. Только кончик хвоста выдавал его напряжение. Едва заметно подрагивал. Кот повел носом. Мышь пахла пылью и ацетоном. Осмелела. Она, должно быть, решила, что раз корабль затих, а вибрация двигателей стала ровной, можно выбраться из щели за новой порцией «лакомства».

— Ну же, — одними губами шепнул Никс. — Покажись.

Шорох донесся сверху. Никс медленно, перетекая, как ртуть, поднял голову. Под потолком, там, где пучок кабелей уходил в жилой модуль, мелькнула тень.

Омерзительное существо. Никс видел крыс на Фризе, мелких и пугливых, ворующих сухари у вахтовиков, пушистиков с черными глазками. Но эта пыльная тварь была совсем на них не похожа. Лысая, бугристая и тупоносая, перебирала тонкими лапками, цепляясь за пластиковую оплетку.

Мышь замерла. Ее безглазая морда повернулась в сторону каюты капитана.

— Э, нет, — подумал Никс. — Туда нельзя. Там нужные ботинки.

Мышь, словно услышав его мысли, метнулась вперед, к вентиляционной решетке над дверью.

Никс прыгнул. Оттолкнулся от стены, перевернулся в воздухе, ухватился за трубу, идущую под потолком, и подтянулся.

Мышь зашипела, звук был похож на стравливаемый пар, и попыталась юркнуть в щель.

Поздно.

Никс ударил лапой наотмашь. Когти лязгнули по металлу, но тварь успела увернуться, спрыгнула вниз и, шлепнувшись на пол с противным чавкающим звуком, рванула вдоль коридора.

— Быстрая, зараза, — хмыкнул Никс, мягко приземляясь на четыре точки.

Азарт охоты ударил в кровь горячей волной. Он сорвался с места. Никаких мыслей, только инстинкты. Он видел цель, он слышал, как ее коготки скребут по полу, он чувствовал ее страх.

Мышь попыталась забиться под шкаф с оборудованием. Никс в бреющем полете проехался животом по полу, преграждая ей путь рукой. Тварь попыталась тяпнула его за палец, но напоролась на коготь.

— Ты слишком медленная, — проурчал Никс.

Мышь развернулась и совершила отчаянный рывок прямо по стене, вверх, к вентиляции. Она была быстрой, невероятно быстрой для человека.

Но Никс был быстрее.

Он оттолкнулся от стены, взмыл вверх, перехватывая тварь в полете. Его пальцы сомкнулись на холодном, жестком, как наждак, теле. Мышь извивалась, сильная, как пружина, ее хвост хлестнул Никса по запястью.

Приземлившись, Никс не стал церемониться. Он перехватил тварь удобнее и одним точным, выверенным движением провернул ее голову, как крышку на банке. Раздался сухой хруст.

Тварь обмякла.

Никс перехватил ее за хвост и потряс в вытянутой руке. Полетела труха и пыль.

— Тьфу, гадость, — он разметал пыльное облако свободной рукой.

Толкнул тушку когтем. Мышь не шевелилась. Победа. Тринадцатая, как и обещал. К утру, как хотел капитан.

Мышь была тяжелой, фунта три, не меньше. Наела бока на казенных харчах.

Никс посмотрел в сторону каюты Маркуса. Дверь была приоткрыта.

Нужно было отнести ее в утилизатор, конечно. Это было бы правильно, гигиенично и по-людски. Но Никсу слишком сильно хотелось похвастаться.

Он тихо скользнул в каюту. Маркус спал, раскинувшись на кровати, одеяло сползло на пол. Он дышал ровно и глубоко.

Никс аккуратно положил мышь на пол, так, чтобы мышь была первым, что увидит капитан, проснувшись. Трофей. Доказательство.

Никс спиной вперед выкрался из капитанской каюты и по дороге в свою решил завернуть на кухню и вознаградить себя ветчиной.

* * *

Снилось Маркусу кошачье варьете на Ферре. Перья, хвосты, банты. Джейд солировала. Танцующей походкой она приблизилась к Маркусу, поцеловала в щеку и начала что-то нашептывать томным голосом.

— У меня есть команда, — попытался возразить Маркус во сне. — Им нужен их капитан.

Джейд вместо разочарованного вздоха пообещала перегрызть всем им горло внезапно низким баритоном.

Маркус вынырнул из сна и уставился в низкий сероватый потолок.

Джейд стала его первой подростковой влюбленностью. Болезненной и глупой, но вот такой. И он до сих умудрялся чувствовать к ней глупую нежность и благодарность за то, что когда они не ссорились, Джейд была самой нежной и самой внимательной из всех его девушек.

Он мог приударить за Таей и у них бы даже что-то сложилось. Два человека с похожим прошлым всегда найдут общий язык. Они находили даже тогда, когда Маркус ревел в комм, что ему нужен удар артиллерии и отчет о численности противника, без разницы в каком порядке, а Тая спокойно диктовала сроки и цифры.

Но в маленьком экипаже слишком легко нарушить равновесие, а его Маркус ценил. У них сложилась команда и это было гораздо ценнее, чем интрижка.

Маркус сонно улыбнулся и осторожно выбрался из постели.

Рука Маркуса метнулась за бластером, мышцы напряглись. Пальцы наткнулись на пустую бутылку от воды. Он швырнул ее в монстра, и бутылка упруго отскочил от шкуры.

Тварь не двигалась.

Прямо у кровати лежала серо-коричневая тушка, длинный хвост растянулся до самой душевой.

Маркус пригляделся. Мышь была отчаянно и бесповоротно мертва. Там, где кончалась голова, позвоночник пересекала заметная вмятина. Перебит.

«Вот и попалась!» — ухмыльнулся Маркус про себя.

Он взял со столика комм, откашлялся и строгим командирским тоном позвал:

— Никс!

Ответа не было.

— Никс! Арахнида тебе на хвост! АСТРА, дорогая, где кот?

— Доброе утро, милый, — проворковала искин. — Кот в рубке вместе с борттехником и пилотом. Мы не стали тебя будить, дорогуша. Ты слишком сладко спал.

Только теперь Маркус взглянул на часы. Было начало одиннадцатого. Он так долго не спал… со школы, наверное.

Маркус ухмыльнулся. Вот тебе, получи — подарок от всего кошачьего сердца. Убил чисто и в обозначенный срок. Маркусу выходка понравилась, но отругать кота за антисанитарию он собирался все равно.

Довольный, он встал под душ. Регенератор успел прокрутить утреннюю воду заново. Маркус тщательно побрился, причесался и оделся.

А потом поднял мышь за хвост и на вытянутой руке понес в рубку.

— Доброе утро! — Тая улыбнулась с коврика для йоги и прогнулась в пояснице.

Джетт махнул Маркусу рукой из кресла. На углу консоли рядом с ним стояла кружка с кофе.

— Собака мордой вниз, — пропела АСТРА.

Тая и Никс синхронно выпрямили руки и подняли бедра. Кошачий хвост встал трубой. Никс приветственно махнул кончиком, повернул голову и улыбнулся Маркусу, обнажив верхние клыки. «Видишь? Добыча! Удачная ночная охота. Похвали кота», — говорил его самодовольный вид.

Маркус сделал каменное лицо.

— Зажарим ее на ужин, чел? — Джетт сунул в рот печеньку.

— Я собирался сунуть ее в нейтрализатор, но если ты настаиваешь… — Джетт замахал руками, Маркус продолжил, — Когда прыжок?

— Через час двадцать, капитан. Пираты живы, разведчик следует за нами.

— Хорошо. Никс! — Маркус отсалютовал коту. — Хорошая работа.

— Мы отнесли пиратам воду и завтрак, — улыбнулась Тая.

— Я отнес, — вклинился Никс.

— Вам стоило дождаться меня.

— Я взяла бластер, а Никс на них шипел. Они остались под впечатлением, поверь.

Маркус закатил глаза. Он отнес тушку к утилизатору и нажал кнопку запуска. Позавтракав в одиночестве, он вернулся в рубку и занял командирское кресло. Йога закончилась.

До прыжка оставалось минут двадцать. Корабль-разведчик зеленой искрой мигал у них в кильватере.

После прыжка они окажутся в густо обитаемом секторе. Маркус уже прикидывал, с кем поговорит первым делом — с банком, с полицией или с Сайласом. Дела с полицией могли затянуться. Честное слово, проще было бы не брать пиратов на борт вовсе.

Висел на повестке еще один вопрос.

— Собрание команды! — Маркус прочистил горло.

— Никс, твоя работа выполнена. Какие у тебя планы? — Маркус провел ладонью по подбородку, повернулся к коту, который замер у входа в рубку, прижав уши.

— Если бы была такая возможность, я бы всенепременно…

— Маркус, давай оставим котика! Никс, ты же хочешь остаться с нами? Лучше быть честным курьером, чем пиратом, — Тай всплеснула руками.

— Постоянная опасность, угроза абордажа, сомнительные сектора, древние маяки, постоянный поиск заказов, кредиторы… — начал была перечислять Джетт, но осекся и задумался, — В целом у тебя ничего особенно не изменится, только денег станет меньше.

— Я бы хотел остаться с вами, — скромно сказал Никс, опустив глаза, его хвост нервно подрагивал.

Маркус задумался, стоит ли ему доверять.

— Сайлас планировал захватить наш корабль? — спросил он сурово.

— Нет! Он слишком… Это слишком большой проект, для него. Сайлас любит, чтобы много и быстро. Представляете, какая морока продавать чужой корабль? А красть у вас разве что вазы.

— Пока ты украл только мое сердце, — проникновенно сказала Тая и протянула коту руку. Тот послушно подставил уши. — Славный, славный котик.

— Присвоить временной учетной записи постоянный характер, дорогой? — прошелестела АСТРА.

— У меня есть почти две тысячи кредитов. Мы можем собрать выкуп. — Тая упрямо поджала губы.

— У меня три, — беззаботно сказал Джетт, крутясь в кресле. — Кот — член экипажа. Неофициальный, но член.

Тая присела на подлокотник кресла Маркуса.

— Капитан, давайте оставим его. Мы разберем кают-компанию, у него будет свое место. Он может заниматься погрузкой, помогать мне в машинном отделении… Мы справимся.

— На личном счету капитана Дрейка тысяча восемьдесят пять кредитов. На счету транспортной компании «Буревестник»… — вклинилась АСТРА.

— АСТРА, тихо! — гаркнул Маркус. Он перевел взгляд с Таи на Джетта, а потом снова на Никса, который, казалось, перестал дышать.

— Хорошо. Команда хочет, чтобы ты остался. Ты хочешь остаться. Он сделал паузу. — Решение принято. Никс, с этого момента ты — член экипажа малого транспортника «Буревестник». Испытательный срок — пока не надоешь. Я улажу дела с Сайласом. Вопросы?

Уши Никса дернулись, а хвост взметнулся вверх трубой — чистейший, неподдельный кошачий жест радости, который он не смог сдержать. Распушился.

— Я хочу, сэр! — довольно выпалил кот.

— Внимание, прыжок через минуту, — ровно оповестила АСТРА, возвращая всех к реальности.

Маркус прикрыл глаза. Корабль тряхнуло, мир на миг сплющился в гиперпространственном туннеле.

Головокружение утихло. Маркус открыл глаза и тут же нахмурился.

— Что за черт?

Искра пиратского разведчика мигала не в кильватере, а далеко позади, на несколько часов лета по прямой. Такого смещения координат после прыжка быть не могло.

Джетт протер глаза, как бы проверяя зрение.

— Команда, — голос Маркуса снова стал жестким и собранным. — Делаем вынужденную остановку.

Он встал из кресла. Мышь, котская судьба, пираты, гавань, полиция. Маркус что-то упустил. Что-то важное.

Джетт забарабанил по клавишам, начиная сложный маневр сближения с отставшим разведчиком.

Глава 7. Букашка

Коробочка, которую Маркус прихватил с пиратского корабля, лежала на столе в камбузе. В свете основного освещения она переливалась черным и зеленым. Ее корпус, словно спинка жука, отливал глубоким изумрудом и темным нефритом, а по краям пробегали едва уловимые бирюзовые искры, словно под панцирем текла энергия. Она была размером с ладонь, слегка выпуклой, и от нее исходил легкий запах озона и чего-то органического, сладковатого.

— Это плохо? — спросила Тая, не отрывая от нее взгляда. В пальцах она вертела небольшую отвертку.

— Не похоже, — ответил Маркус. — Никакого внешнего излучения, кроме слабого электромагнитного фона.

— Оно работает? — Джетт присел на корточки, чтобы посмотреть сбоку.

— Биологическая и техническая составляющие находятся в равных пропорциях, — задумчиво сказала АСТРА, — Милый, я прошерстила сетевые архивы и не нашла ничего похожего.

— АСТРА, оно издает сигналы? Ты что-то фиксируешь? Проверь полетные логи, — попросил Маркус.

— При подготовке к прыжку оно начала испускать колебания в диапазоне 2400–2800 Ггц. В момент прыжка они усилились до десяти тысяч.

— Сигнал связи? — предположила Тая. АСТРА молчала.

— Это был сигнал связи? — Маркус повторил вопрос. — Кому?

— Мне ужасно жаль говорить тебе нет, сладкий. Я не смогла засечь ни природу, ни конечную цель.

— Может, спросим у хозяев? — предложил Никс, стоя в дверном проеме, скрестив руки. Его нос чуть вздрагивал, улавливая странный запах. — Они точно знают, что это. И зачем им это было нужно.

— Они у ремонтного пистолета предохранитель не найдут, — фыркнул Маркус, склонился над объектом, не касаясь его. — Удивительно, как такая… странная штука попала к этим неудачникам. Смотрите: никаких видимых портов, кнопок, стыковочных разъемов. Цельный кокон. — Он обвел взглядом команду. — Если эта штуковина действительно способна генерировать целенаправленный эм-импульс, вышибающий искин, да еще и перенаправлять прыжок в обход маяков, это не просто уникальная технология. Стратегического класса.

Тая, отложив отвертку, осторожно взяла техно-букашку. Она была теплой, почти живой на ощупь, и вибрация внутри чуть заметно отдавала в руку.

— «Живые машины» рогийцев, биокомпьютеры силиконовой расы с Центавра-7, — начала перечислять АСТРА, — Но все это невозможно применить к гуманоидным технологиям.

— Кремниевые наработки флексов, — добавила Тая. Перевернула устройство, ища хоть какую-то защелку или разъем. — Давайте посмотрим, что у нее внутри.

Она приложила тонкое лезвие отвертки к едва заметной полоске на «брюшке». В тот же миг устройство издало пронзительный визг, от которого все невольно вздрогнули. Шесть медных, похожих на лапки насекомого, отростков резко выдвинулись из корпуса, засучили в воздухе, пытаясь уцепиться. Тая с испуганным вскриком отбросила ее на пол.

Техно-букашка приземлилась на лапки с тихим стуком, пробежала по полу полукругом, налетела на стену и замерла, ее корпус теперь слабо светился изнутри тревожными оранжевыми полосками.

— Великая матерь, — прошептал Джетт, отскочив к консоли. — Оно живое.

— И напуганное, — прошептала Тая, прячась за капитана.

— Не дайте ей уйти! — рявкнул Маркус, бросаясь к двери. — Джетт, перекрой коридор!

Джетт рванул к выходу, но букашка оказалась быстрее. Она метнулась по стене вверх, цепляясь за микроскопические неровности, и юркнула в вентиляционную решетку. Джетт схватил первое, что попалось под руку, кружку с остывшим кофе, и запустил ей вслед. Кружка разбилась о стену, окатив все вокруг коричневыми брызгами.

— Ты что, совсем?! — крикнула Тая.

— Уходит! — Джетт уже карабкался на консоль, пытаясь дотянуться до решетки. — Помогите!

Маркус подскочил, схватил пилота за пояс и дернул вниз. Они вместе рухнули на пол.

— Стой! — рявкнул капитан. — Ты ее только раздавишь. Или она тебя укусит. Мы не знаем, на что она способна.

Букашка тем временем выбралась из решетки и побежала по потолку. Она двигалась с пугающей скоростью, оставляя за собой едва заметный след из бирюзовых искр.

— Не дайте ей уйти за панели! — Тая сжала отвертку, словно та могла помочь. — Если она доберется до консоли рубки…

— АСТРА, заблокируй все двери и решетки! — крикнул Маркус.

— Прости, милый, — отозвалась искин. — Я не могу… — Голос АСТРЫ прервался помехами. — Она… она что-то делает с моими…

Свет в рубке мигнул. Букашка замерла на потолке, ее корпус вспыхнул ярко-оранжевым, и по всем мониторам пробежала рябь. Джетт вскрикнул, когда панель управления мигнула и погасла.

— Она пожирает энергию! — Тая в ужасе смотрела на устройство. — Она питается от корабля!

Маркус рванул к стене, схватил огнетушитель и пока целился, букашка сорвалась с места и метнулась в коридор.

— За ней! — капитан бросился следом, но поскользнулся на разлитом кофе и едва не растянулся. — Черт!

Джетт попытался перехватить ее у поворота, но букашка пронеслась у него между ног, царапнув коготками по ботинку. Пилот запрыгал на одной ноге, ругаясь.

— Она слишком быстрая! — простонал он. — И кусается!

— Она не кусается! — крикнула Тая, пытаясь поймать ее раскрытыми ладонями. — Не паникуй!

Букашка сделала петлю по коридору, взбежала по переборке и устремилась обратно в рубку. Маркус преградил ей путь, широко расставив руки, но она проскочила мимо. Капитан выругался.

Никс наблюдал за погоней прижав уши к голове. Зрачки расползлись во всю радужку. Хвост медленно ходил из стороны в сторону.

— Никс! — рявкнул Маркус, уворачиваясь от пролетевшей мимо букашки. — Взять!

— Зачем? — кот наклонил голову. — Вы так весело проводите время.

Маркус зло на него глянул.

— Не хотел портить вашу охоту, — кот пожал плечами.

Он присел на четыре точки, прижал уши к голове еще плотнее и замер. Его глаза неотрывно следили за букашкой, которая металась по рубке, словно обезумевшая искра.

— Джетт, отойди к стене, — сказал Никс тихо. — Маркус, не двигайся.

— Что ты…

— Тихо.

Никс сделал несколько осторожных шагов. Медленно сокращая расстояние. Букашка заметалась быстрее, ее свечение стало тревожно-красным. Она рванула к вентиляции, но Никс уже был там.

— Ты не можешь бежать вечно, — сказал Никс кровожадно. Букашка мигнула красным и рванула вверх по стене.

Никс присел, сгруппировался и прыгнул. Хвост хлестнул по воздуху, когти царапнули по стене — и он поймал букашку в тот самый момент, когда она уже наполовину забилась в вентиляцию. Устройство пискнуло, задергало лапками, пытаясь вырваться.

— Попалась, — выдохнул Никс, прижимая ее к груди. — Куда собралась?

Букашка отчаянно заскребла лапками по его футболке, оставляя тонкие царапины. Никс поморщился, но не отпустил. Он чувствовал, как устройство вибрирует, и как его корпус постепенно нагревается. Букашка нервничала. Она была напугана.

Никс тихо заурчал. Может его вибрация букашке понравится, и она поймет, что ничего страшного не происходит. Он закрыл ее руками от света и замер на месте. Букашка перестала скрестить и начала остывать.

— Она успокаивается, — сказал он, обернувшись к команде. — Кажется, ей просто не нравится, когда ее тыкают отверткой.

— А кому понравится? — буркнул Джетт, поднимаясь с пола. — Я бы тоже взбесился.

— Осторожнее, она может укусить, — предупредила Тая.

— Она не кусается, — Никс покачал головой. — Только царапается немного.

Маркус подошел ближе. Он смотрел на букашку в руках Никса с любопытством.

— Ты уверен, что ее можно держать?

— Она теплая, — ответил Никс. — И больше не светится оранжевым. Значит, не злится.

Он осторожно разжал ладони. Техно-букашка сидела на его ладони, поджав лапки, и ее свечение вернулось к спокойному изумрудному оттенку. Она больше не пыталась убежать. Только медленно повернула свой корпус, словно осматриваясь.

Джетт присвистнул.

— Хорошо, — сказал Маркус, подходя и протягивая руку. — Давай ее сюда.

Никс осторожно передал букашку капитану. Устройство снова пискнуло, но уже тише, и беспомощно повисло в пальцах. Маркус положил ее обратно на стол.

Никс, подошел ближе. Он не стал стучать по крышке, а просто пристально смотрел, прищурившись.

— Знаешь что-то об этом? — спросил Маркус, глядя на кота.

— Неа, — Никс покачал головой, уши настороженно прижались к голове. — Пахнет горячим камнем. Спроси Сайласа. Он болтал, что водил дела с контрабандистами с окраин.

— Сайлас, — Маркус потер подбородок. — Тот самый, что сдал нам кота в аренду?

— Ага, — Никс кивнул. — Он много о чем болтает. Но про эту штуку точно знает больше, чем говорит.

— Значит, придется спросить, — Маркус вздохнул. — Как только разберемся с полицией.

— Думаю, это именно что продукт гибридной инженерии, — сказала Тая, оправившись. Она снова взяла букашку, но теперь просто держала на раскрытой ладони, позволяя ей успокоиться. Свечение вернулось к зеленому. — Биологический компонент и кремниево-органическая культура. Она вживляется в систему корабля, как паразит, и питается его энергией. А когда накапливает достаточно… — Она провела пальцем по корпусу, и лапки устройства слабо пошевелились, словно в поисках тепла. — Бам. Импульс. А насчет прыжка… Что, если она не создает маяк, а перехватывает навигационные данные искина в момент прыжка и вносит в них микропоправку? Небольшое, но критическое искажение вектора. Корабль выходит не там, где должен.

— Если научиться ею пользоваться и задавать поправки, можно будет летать не совсем по маякам или вовсе без них, — предположил Маркус. — Интересно, единичный это экземпляр или скоро все пираты такими обзаведутся.

— Слушай, чел, — вмешался Джетт, понизив голос. — Может, ну их к черту, этих пиратов? Сольем на ближайшей станции без доклада. С этой штукой связываться — себе дороже. Полиция, военные… Они тут же нацепят на нас следящие браслеты и будут ковыряться в мозгах год.

Никс молча кивнул, его взгляд скользил между устройством и Маркусом.

Тая же, устроив техно-букашку на коленях, совершенно забыла об осторожности, поглаживая ее корпус. Устройство затихло, свечение стало ровным и спокойным, лапки слегка подрагивали от прикосновений.

— Нет, — твердо сказал Маркус. — Мы будем делать все по правилам. Мы не преступники. А они — да. И если они с этой игрушкой напали на нас, то напали бы и на других. Будет правильно передать их и это устройство властям. Он протянул руку к Тае. — Технологию я забираю. И изолирую.

— В сейф? — спросила Тая, неохотно отдавая теплую коробочку.

— И под наблюдение АСТРЫ. На всякий случай. — Маркус взял устройство. Оно было удивительно легким. — Мы прибываем через несколько часов. Все по местам.

Он поднялся, окинув команду взглядом, в котором смешались усталость и решимость. Отнес техно-букашку в сейф. Убедившись, что дверца захлопнулась с надежным щелчком, он облокотился о стену, чувствуя тяжесть в висках.

Мысли кружились, как щепки в водовороте. Только тайных гибридных технологий ему не хватало.

Когда он вошел в рубку, на малом мониторе висела карта.

— Где Тая?

— Прихорашивается. Говорит, на допрос пойдет в лучшем платье. — Джетт махнул рукой в сторону кают. — Сделать тебе кофе?

— Будь добр. — Маркус опустился в капитанское кресло.

— И мне. — Никс сел на подлокотник.

— Сам сделаешь.

— Джетт, подожди! — Никс соскочил и унесся вслед за пилотом.

Маркус просмотрел почту. Написал в порт, забронировал док, созвонился с получателем груза и с полицией. Договорился о встрече с разницей в час.

Перед звонком в банк стоило узнать цену вопроса. Маркус написал Сайласу в чат, что нужно срочно поговорить. Через минуту на главном мониторе появилась небритая помятая рожа пирата.

— Капитан Маркус Дрейк, прекрасно выглядишь, брат! Так вы на Лебеде?

Что-то в последнем вопросе насторожило Маркуса. Слишком беззаботно прозвучало.

— Обстоятельства изменились. Серьезный разговор.

— Я весь внимание, брат. — Сайлас подался вперед, к монитору. Периодически он косил глазами в сторону.

— Слышал про то, что полиция поймала крупную рыбу на Лебеде? — наугад бросил Маркус.

Сайлас чуть сощурился.

— Ты сможешь быть там в оговоренные контрактом сроки? — спросил Маркус, пристально глядя в темные глаза пирата.

— У меня тоже обстоятельства, брат. Боюсь не смогу. Оставь кота на Фаусте. Я потом его заберу.

— В полете на нас напали.

— Ах, несчастье. Надеюсь, никто не пострадал? Пушистый в порядке?

— Он цел и корабль тоже. Знаешь… — Маркус сделал вид, что замялся.

— Что такое?

— Зависли на пару часов, — бросил Маркус, внимательно следя за лицом Сайласа на экране. — Кстати, будь осторожнее на трассах. По слухам, болтается какая-то новинка — штука, которая бьет эм-импульсом прямо по бортовой сети. Может убить твой искин.

Реакция Сайласа была красноречивее слов. Он не дрогнул, не удивился — лишь веки сузились на долю секунды. Он знал. Маркус был теперь уверен на все сто.

— Слушай, времени в обрез, — голос пирата стал резче, в нем проскользнуло нетерпение. — Говори, чего хотел.

— Я выкупаю кота. — Маркус сказал это ровно, без эмоций. — И надеюсь на хорошую скидку за доставленные неприятности.

На другом конце провода повисла короткая, тягучая пауза, а затем Сайлас фальшиво сокрушенно вздохнул:

— Ох, капитан. Он мне как родной. Серьезная потеря для хозяйства.

— Цена?

— Двадцать тысяч. — сощурился Сайлас.

Маркус медленно, преувеличенно приподнял бровь.

— Покажи его документы. Официальный идентификатор. Проверю по базе.

— Нарисую тебе дарственную хоть кровью, — отмахнулся Сайлас. — Кидай половину на новый счет, реквизиты шлю. Как дорогому брату.

В этот момент за его спиной резко распахнулась дверь. В кадр ворвался запыхавшийся человек, отчаянно машущий руками. Сайлас резко прикрыл ладонью микрофон, его лицо исказилось. На экране были видны только его шевелящиеся губы и беспокойные глаза.

— Документы, — невозмутимо повторил Маркус, и на его губах появилась холодная, понимающая улыбка. Бумаг не было. Никаких. Беспаспортный космический бродяга. Прекрасно. Значит хозяина у него тоже нет.

— Все, я вышел! — рявкнул Сайлас в сторону кого-то за кадром и резко обернулся к экрану. — Позвонишь позже!

Связь оборвалась не мгновенно. В последний кадр, перед тем как экран погас, Маркус успел мельком увидеть, как в рубку Сайласа, отчаянно семеня блестящими лапками, врывается небольшая черно-зеленая коробочка, а следом за ней, с криками, влетают двое его людей.

«Любопытно», — подумал Маркус, откидываясь на спинку кресла. Очень любопытно.

Дверь в его собственную рубку с шипением отъехала, впуская запах кофе и легкий дух соперничества.

Маркус откинулся на спинку.

— Луковые это кошмар, хуже луковых только с водорослями, приятель, — в рубку вошли Джет и Никс с чашками в руках, — Но крабовые — нечто. Двадцать четыре ароматизатора, непередаваемая симфония запаха.

— Сырные крекеры самые вкусные, ты меня не переубедишь, — Никс подал Маркусу кружку с кофе и умостился на подлокотнике.

Джет устроил свой кофе прямо на консоли. Маркус не сомневался, рано или поздно он обязательно ее затопит и Тае придется убить его.

До посадки оставалось совсем немного времени. Разведчик они собирались оставить на орбите, предоставив полиции самой разбираться с ним.

Никс закинул хвост Маркусу на колени, словно приглашая погладить.

— Ладно, раз мы принимаем тебя в команду, так и быть. Ты получишь…

— Усиленный паек?

— Нет.

— Кают-компанию? Диван получше? Хорошо бы купить новый, матрас на этом ужасный.

— Нет. Еще слово и я торжественно вручу тебе наряд вне очереди на мытье дока. Я имел в виду учетную запись. Как тебя назвать?

— Когтистая лапка, — предложил Джет. Никс громко фыркнул.

— Нет.

— А мне нравится, — оживился Маркус.

— Эй, нет!

— АСТРА, дорогая…

— Ты этого не сделаешь!

Никс фыркал, мел хвостом. Маркус сжалился и назвал учетку его именем, но эмблему лапки все же установил. Кот остался доволен, хоть и демонстративно дулся. Обиженные кот всегда получает лишний ломтик ветчины, все об этом знают. Поскольку по документам кота на корабле не было, Маркус попросил его спрятаться в техническом коридоре, когда явится полиция.

Никс ушел перед самой посадкой, скорбно опустив уши. Всем видом выражая глубокую обиду. Ни почета, ни ветчины. Тая, одетая в летнее платье, поцеловала его в щеку и обещала купить в порту вкусного. Никс вздохнул и согласился.

Глава 8. Часть 2. Вооружен и очень опасен

Корабль чуть вибрировал, причаливая. По кораблю топало множество ног. Вот протащили ругавшихся пиратов, потом Никс различил голос Маркуса. Он умиротворенно улыбнулся и вскоре задремал в одной из технических ниш.

Когда все затихло, Никс выбрался из ниши и направился в рубку. Он упал в кресло Маркуса, закинул ноги на подлокотник. Ему нравилось тут.

— Входящий звонок, — оповестила АСТРА и включила главный монитор.

В уголке мигал значок — желтая звезда. Авторизация Маркуса. А с экрана на Никса удивленно смотрела серая короткошерстная кошка. На заостренном ухе красовался бантик. Никс не стал менять вальяжную позу. Лениво повел ушами.

— На связи малый транспортник «Буревестник»? — спросила та, склонив голову набок.

— Именно так.

— Где Маркус?

— Вышел. Скажи свое имя, я передам.

— Ты пассажир?

— Новый член команды, — с гордостью ответил Никс. Он дотянулся до фуражки Маркуса, водрузил ее на голову и провел по козырьку пальцами. Недоуменное лицо кошки на экране вспыхнуло злостью. Она зашипела. Никс рассмеялся. — Так что тебе нужно?

Прошлая кошка Маркуса злилась, а это точно была она. Никто другой не стал бы показывать клыки коту в полтора раза крупнее себя.

— Он решил завести кота? Посмотри на себя, тебе место в бойцовском круге, — прошипела кошка с бессильной злобой.

— Ошибаешься, — улыбнулся Никс. — Теперь мое место здесь.

— Посмотрим, надолго ли тебя хватит. — Серая кошка откинулась на спину, утонув в розовом кресле-мешке. Никс поразился, как быстро та взяла себя в руки и насколько естественно сменила тактику. Напугать противника злостью не вышло, и теперь кошка всем видом излучала дружелюбие. — Подобрать бродячего кота еще не значит оставить его себе, — с сочувствием заметила она, дернув ухом с бантиком.

— Знаешь, я не собираюсь выпускать его из когтей. Меня все устраивает.

— Но не банковский счет. — Кошка подняла брови и слащаво улыбнулась. Никс пожал плечами. Счет волновал его в последнюю очередь, он даже не задумывался о такой ерунде. — Меня зовут Джейд, мы с Маркусом давние друзья. Выросли вместе. Когда он получил офицерские погоны, сразу же забрал меня из колонии и перевез на Ферру. Если хочешь спросить что-то, могу подсказать тебе, как другу, разумеется.

Никс фыркнул:

— Когда это мы стали друзьями, киса?

— Ты всегда такой нервный? Нет, я не против, что у Маркуса в команде появился кот, мм… пока не стану запоминать твое имя. Но ты можешь спросить меня о чем-нибудь.

— Вряд ли меня интересует то, в чем ты разбираешься.

— Очень зря. — Острый язычок скользнул по розовым, намазанным блеском губам.

Никс рассмеялся. Эта кошка что, пыталась его соблазнить? Вряд ли. Просто хвасталась красотой мордочки и гладкостью шерсти.

Нечасто кошки пытались выглядеть перед Никсом соблазнительно. Обычно все было намного проще. Встретились взглядами, нашли темный угол — и все дела. Джейд играла, и весьма фальшиво, ничего кроме улыбки не вызывая. Фелис-фаталь. Никс прекрасно видел ее жалкие попытки выглядеть недостижимой и по-королевски роскошной. Не для тебя мол, бродяги, кошачьи прелести — все четыре фута невзрачного серого хвоста, тощая задница и крошечная грудь.

Никс обернул колени хвостом, чтобы все богатство попало в объектив камеры, и словно бы рассеянно повел кончиком, привлекая внимание. Уж его-то хвост — с густой и пышной черной шерстью, плотным северным подпушком, толщиной с бедро взрослого мужчины и в пять с лишним футов длиной — смотрелся куда внушительнее, Никс был уверен. В него так и хотелось запустить пальцы, зарыться в мягкий теплый мех. Не то что серое недоразумение Джейд. Навязывай, не навязывай банты и ленты, природных данных это не заменит. У Никса был больше, толще и длиннее, все аргументы отпадали при первом же взгляде.

Джейд возвела глаза к потолку. Время, мол, драгоценное на тебя трачу.

— Концерт окончен. Передай Маркусу, что я звонила, — бросила она.

— И что мне за это будет, Джейд с Ферры? — хмыкнул Никс, но экран уже погас. Кошка отключила связь.

Никс поболтал ногой, встал, потянулся, снял фуражку и бережно опустил на угол консоли.

Он выспался. Самое время было перекусить. В рубку он вернулся с большущим бутербродом из поджаренного хлеба, ветчины и маленького острого не то огурчика, не то перчика. Он нашел это в банке в глубине кухонного шкафчика, зеленое, пахнущее уксусом, оно так и напрашивалось в компанию.

Вновь устроившись в капитанском кресле с ногами, он включил экран, чтобы полистать новости, но едва приготовился смачно откусить от своей добычи, как раздался сигнал открытия внешней двери пассажирского шлюза. Черт. Никс поспешно куснул бутерброд пару раз, уменьшая размер расточительства вполовину. Вошла Тая.

— Приятного аппетита, — сказала она и склонилась над консолью, прокладывая маршрут и отдавая команды АСТРе.

— Шпашибо, — отозвался Никс, пристраивая добычу на угол консоли и торопливо дожевывая. — Ках дефа?

Тая нажала последнюю клавишу, развернулась и наконец улыбнулась. Уставшая, но довольная.

— Неплохо. Полиция оказалась сговорчивее, чем я думала. Маркус еще в участке, разбирается с документами. — Она поморщилась. — Это надолго. Мы с Джеттом сняли номер в портовой гостинице. «Лунный кратер», слышал про такую? Говорят, там неплохой завтрак и гало-окна с видом на газовый гигант.

Никс мотнул головой, доедая бутерброд.

— Я тебя приглашаю, если что. — Тая присела на подлокотник пилотского кресла. — Маркус велел вывести «Буревестник» на орбиту. Связи не будет пару дней — он хочет, чтобы я перетряхнула всю систему, пока мы ждем. АСТРА уйдет в глубокую диагностику, автопилот включен, никто к нам не пристыкуется, изнутри выйти в космос тоже не получится. Системы жизнеобеспечения будут работать в штатном режиме.

— Посижу пару дней в тишине, — Никс облизнул пальцы и покосился на бутербродный остаток, размышляя, достоин ли тот второго шанса. — Звучит неплохо.

— Так ты остаешься? — Тая чуть склонила голову. — Можешь пожить с нами. Джетт уже нашел ближайший бар, а я хотел прошвырнуться по комиссионкам.

Никс фыркнул.

— Я эти бары знаю. Тесные, шумные, накурено, вечно кто-то наступает на хвост. — Он помолчал, его уши чуть прижались к голове. — И ты же понимаешь, такой шикарный кот, как я не должен светить свой чип. Если он еще работает, конечно. Маркус и так в полиции, не хочу составлять ему компанию там.

— Оу, депортация, — поморщилась Тая. — Поняла. Тогда оставайся здесь. Я загружу автопилот и отрублю внешнюю связь полностью, даже служебные каналы. Никто не узнает, что на корабле кто-то есть. — Она улыбнулась хитро, по-лисьи. — И, между прочим, я заблокировала навигационную консоль. И люки. И доступ к двигателю. Так что даже если бы ты захотел угнать «Буревестника» и улететь искать приключений, у тебя бы ничего не вышло.

Никс возмущенно дернул ухом.

— Маркус приказал, извини, — Тая почесала Никса за ухом и сделала бровки домиком.

— Я бы не стал угонять.

— Знаю. — Тая пожала плечами, глаза у нее были теплые. — Он просто… перестраховывается. Не потому что не доверяет, а потому что привык готовиться к худшему.

— Я знаю, — сказал Никс.

Тая вздохнула, легко коснулась пальцами его уха.

— В общем, если передумаешь — свяжись с портом через внутренний терминал, я оставлю тебе доступ. Но лучше не рискуй. Через пару дней Маркус все уладит, и мы придумаем, что делать с твоим статусом. Он уже говорил с каким-то юристом на Фаусте.

— Правда? — Уши Никса дернулись вперед.

— Правда. Так что сиди тут, охраняй корабль от мышей и не вздумай сожрать все запасы.

— Я вообще-то собирался питаться исключительно энергобрикетами, — с максимально невинным видом соврал Никс.

— Ага, как же. — Тая поднялась. — Ладно, мы опаздываем на заселение. — Она направилась к выходу, но у двери обернулась. — Никс. Ты справишься?

— Пара дней наедине с самим собой, — кот блаженно улыбнулся и вытянулся во всю длину, — Мне подходит, не волнуйся.

Хвост медленно качнулся из стороны в сторону. Тая улыбнулась и выскользнула в коридор.

Никс остался один. Он допил остывший кофе, подобрал с консоли брошенную фуражку Маркуса и, поколебавшись секунду, осторожно водрузил ее себе на голову.

Козырек съехал на глаза. Пришлось поправить.

На мониторе таймер обратного отсчета мягко мигал зеленым: семь минут до отстыковки.

Никс откинулся в капитанское кресло, устроил хвост поудобнее и приготовился смотреть на звезды, но вспомнил о тоскующей в камбузе ветчине. Там и остался-то крошечный кусочек, нечего ему было мерзнуть одному.

Никс слепил второй бутерброд. Класть перчики-огурчики не стал, а намазал хлеб творожным сыром из баночки с надписью «Джетт». Вернувшись в рубку, он понаблюдал за мигающим на малом мониторе табло прибытия и отлета. Главный монитор показывал терминал с выходами к докам. В углу большие желтые цифры обозначали время до отстыковки. Восемь с половиной минут. Им повезло — наверное, появилось полетное окно и отходить нужно было прямо сейчас.

Новый бутерброд кончился быстрее первого. Почему Никс не подумал, что мягкая обволакивающая нежность сыра прекрасно оттеняла бы остроту перчика-огурчика? А ветчины можно было бы положить не два ломтика, а четыре. В конце концов она была главной, и стоило уделить ей больше внимания. Интересно, как там дела у Маркуса? Возвращался ли он на корабль, пока Никс спал? И техно-букашка опять же. Они не собирались передавать ее полиции, но что, если пираты раскололись и наболтали всякого? Придумать они могли что угодно, лишь бы выгородить себя. Кот прекрасно знал эту породу.

Никс всмотрелся в главный монитор. Через терминал, пестрящий хаотично ползущими, скользящими и скачущими существами со всех концов Вселенной, шел человек в белом военном кителе. Высокий, светловолосый человек. Никс не обознался бы. Его сопровождали трое — двое по бокам и один позади — в невзрачной темно-синей форме военной полиции. На крейсерах, где Никс ловил мышей, раньше были отделы такой же. Никс многое понял за время работы с людьми. Например — что с этими типами лучше не связываться. Военная полиция гораздо серьезнее, чем копы на станциях.

Оттолкнувшись от кресла, он в один прыжок оказался у шлюза. Рванул ручку, не обращая внимания на предупредительный писк сигнализации. Проскочил крошечное помещение, видя перед собой только дверь. Штурвал ручного открытия. Дернуть ручку в случае необходимости. Никс потратил несколько секунд на то, чтобы унять бешено колотящееся сердце и сосредоточиться на двери. Получилось. Получилось! Трап давно отъехал. Никс попятился назад, разбежался и, оттолкнувшись от края порога так, что подошва ботинок скрипнула, прыгнул, вытягиваясь в воздухе и подруливая хвостом. Приземлился на четыре точки, кувыркнулся и помчался дальше.

Прыжок за прыжком, огибая нерасторопных прохожих. Дверь в терминал. Черт. На мониторе толпа казалась меньше. Пришлось взбежать по лестнице на верхний уровень, где были кафе и ресторанчики, чтобы оглядеть все. Вот они. Белый китель и синие крысы маячили уже у выхода в док. Так далеко. Никс собирался драться насмерть. Прыгать мешала толпа, он протискивался и толкался, шипел и скалил зубы, вслед ему летели недовольные крики и клекот. «Вернусь — перья выдеру», — подумал он о подвернувшемся под руку кецалькоатле.

Дверь захлопнулась, когда Никс оставалась до нее всего пара прыжков. Сверху загорелась табличка: «Выход на посадку только для сотрудников специальных служб». Черт. Никс прижался к стеклу. Маркус шел не спеша, свободно опустив руки. Без наручников. Спина прямая. Никс не понимал. Что происходит, почему, за что копы уводят Маркуса? Он тонко заскулил и царапнул стекло. В конце концов, здесь не было никого из знакомых, кто мог бы осудить его за слабость.

Никс только-только нашел подходящую компанию чтобы свет посмотреть, планеты там, дюны и моря, закаты, горы, серные озера. Он еще столько не видел и пробовал. Синих карпов, например. И теперь его светлое будущее таяло и исчезало за стеклянной дверью специального дока.

Что еще Никс мог сделать? Процессия подошла к сине-белому межпланетному катеру, поднялась по трапу и скрылась внутри. Трап складывался. Включились малые двигатели. Воздух вокруг сопел пошел волнами. Катер неумолимо взлетал, унося Маркуса. Вот суденышко отодвинулось от причала и пошло вверх, к прозрачной пленке выхода в космос.

Причальная станция имела несколько уровней, в зависимости от привычной постояльцам атмосферы. Чем ниже, тем выше давление. Были еще станции, где корабль стыковался гибким коридором, оставаясь в космосе. Но Фауст был действительно огромным мегаполисом среди станций и мог позволить себе атмосферу внутри дока. Говорили, что это связано с ремонтной базой, но Никс думал, что это скорее маркетинговый ход для удобства туристов. Круизные лайнеры здесь швартовались по сто штук на дню.

Военный катер исчез. Никс тихо, жалобно заскулил, уши поникли. Он потерянно озирался по сторонам. На одном из ближних причалов он увидел пришвартованный катер — похожий на тот, военный, но поменьше. Терранская полиция. Дверь откинута, трап протянут, и кто же, оглядывая док, торчит на пороге? Капитан Сайлас Кэш собственной персоной. Со скованными наручниками руками и нахальной усмешкой на лице.

Из полицейского катера показался кот — здоровенный, почти на голову выше Сайласа. Прихватил того за ворот, как котенка за шкирку, и без видимых усилий поволок к выходу. Рукава форменной рубашки натянулись на бицепсах, короткий темно-рыжий хвост расслабленно висел, загнув кончик вверх, уши стояли торчком. Шанс! Никс увидел сияющий в ореоле желто-белых звезд прекрасный шанс броситься в погоню. Он огляделся. Ничего. Ничего! На нем были только футболка и штаны, а в кармане — лишь обрезок толстого кабеля. Никакого оружия. Толпа клубилась вокруг, драться было нельзя. Оставался блеф. Никс спрятался сбоку от двери и, стоило ей открыться, скользнул котокопу за спину и ткнул кабелем в поясницу. Кончик у того был круглый и твердый.

— Спокойно, не дергайся. Медленно разворачиваемся и двигаем назад к катеру. — Никс вцепился одной рукой коту в бок, впиваясь когтями в кожу, а второй прижимал обрезок.

— Пушистый? — Сайлас удивленно вытаращился на Никса. Коп, застыв на месте, держал того все так же крепко. — Слушай, ты не вовремя. У меня дела, давай потом.

— В катер, — процедил Никс, крепче прижимая кусок кабеля к спине котокопа. — Быстро. И без глупостей.

Наверное, со стороны они смотрелись комично, человек и пара котов, идущие тесной цепочкой, но, слава Кошачьей Матери, никому не было до них дела. Трап не успел отъехать. Они вошли в катер. Сайлас вывернулся из хватки. Котокоп, не поворачиваясь, медленно поднял руки, умудряясь оставаться таким же спокойным и уверенным. Дверь позади закрылась с мягким чмоком.

— Только что взлетел катер военной полиции. Догоняем его. Давай, запускай машину.

— Вы угрожаете сотруднику полиции. Осознаете ли вы последствия своих действий для вас и вашего опекуна? — ровно спросил коп. Голос у него оказался низкий, с хрипотцой, и говорил он с той же невозмутимостью, которая читалась в движениях.

Если честно, Никс немного растерялся. Нет не осознавал. Он только завел человека и не собирался избавляться от него так быстро. Что нужно было делать дальше? Вырубить полицейского голыми руками он бы вряд ли смог, тот был крупнее и лучше подготовлен. Запустить катер без идентификатора — тоже. Никс снова ткнул копа обрезком и требовательно повторил:

— Заводи машину!

Глава 9. Изумрудное безумие. Часть 1

Сайлас, ухмыляясь, подошел к коту спереди. Короткий хвост с темным кончиком заметался из стороны в сторону, мешая Никсу контролировать ситуацию. Ой-ой, кто это так легко потерял самообладание?

— В какой карман ты убрал ключи от браслетов, Риктер? В нагрудный? — спросил прищуриваясь Сайлас. — Или в карман брюк? Наверняка они там? В левом или в правом?

Рыжий хвост замер, коп прижал уши.

— Хватит возиться! — прошипел Никс.

— Не нервничай, пушистый. Мы на полицейском корвете, здесь полно всяких следящих примочек, пара минут погоды не сделают, а мне будет куда лучше без браслетов. Мы же хотим, чтобы я был доволен, да?

Сайлас слишком долго возился. Наконец он выудил круглый брелок с полицейской звездой на тыльной стороне и парой кнопок на передней. Наручники открылись. Сайлас подхватил их и защелкнул на запястьях у подозрительно спокойного кота. Никс потыкал обрезком на случай, если тот забыл о «пушке».

— Взлетаем, капитан. Пушистый, убери уже свою пукалку. Мы тут приличные люди, а приличные люди всегда могут договориться. — Сайлас выглянул из-за копа и с ухмылкой посмотрел на Никса. Сунув кусок кабеля в карман, Никс подтолкнул кота в спину. Тот раздраженно дернул хвостом и шагнул.

— Раз, два ключ поверни, три, четыре шлюз запри, пять, шесть… — напевал Сайлас, следя за руками кота, порхающими над консолью. Никс и сам понимал — нужно присматривать, чтобы он запустил катер и не вызвал подмогу, но силы внезапно куда-то делись. Захотелось свернуться клубком и вздремнуть. С ума сойти, он только что взял в заложники кота-полицейского при исполнении — очень, очень скверно. Хуже было б только, если б коп был человеком.

Никс сел на пол, спиной к стене и обернулся хвостом. Катер задрожал — включились двигатели.

— Можешь отследить курс того катера военной полиции? — спросил Никс.

— Нет.

— Врешь, — ухмыльнулся Сайлас.

— Они никому не докладываются, у них своя полетная система. — Кот отправил запрос на взлет и тут же получил разрешение. — Парни, вы хоть понимаете, что делаете? — Он обернулся и цепко посмотрел на Никса. — Ты понимаешь?

— Не твое дело, — буркнул Никс.

— Кто на том катере? — спросил Сайлас, опираясь задницей о консоль. Кот Риктер сел в пилотское кресло, придвинулся ближе к пульту и взялся за штурвал. Выводил катер в ручном режиме, ну надо же.

— Маркус, — не стал петлять Никс.

— За что?

— Не знаю. — Никс пожал плечами. — На нас напали пираты. Мы их обезвредили, а потом Маркус кое-что забрал с их корабля. Такую небольшую коробочку, похожую на насекомое.

— Вроде этой? — Сайлас достал из внутреннего кармана куртки совершенно идентичную техно-букашку. Черную, блестящую, со вздернутыми вверх неподвижными лапками.

— Угу, только наша бегала.

— С этой хренью больше проблем, чем пользы, — вздохнул Сайлас. — Риктер, это Никс. Никс, это Риктер. Для тебя — сержант Риктер. — Он ухмыльнулся Никсу и повернулся к копу. — У Никса легавые скрутили хозяина, отнесись с пониманием, как кот к коту. Вы, пушистые, удивительно привязчивые, так ведь? Никс встретил своего совсем недавно, а уже потерял. Постой, а что, если его увели из-за неуплаты платежа за переоформление кота? — Сайлас заржал.

— Тогда этим занимались бы не военные. И не так скоро. И вообще я бесплатный!

— Непривитый кот без идентификатора, — коп вздернул бровь.

Никс дернул хвостом. Технически, где-то в холке сидел чип, зашитый перед отправкой к конвейеру. Но было ему много лет и после побега с Фриза его совершенно точно признали пропавшим и погибшим. В трещину провалился. Пф, таких по двадцать котов на дню.

После всплеска адреналина спать хотелось все сильнее. Хотя бы полчаса подремать спокойно.

— Куда летим? — спросил котокоп, когда они вынырнули за пределы станции.

Никс задумался.

— Слушай, а ты можешь найти номер одной кошечки с Ферры? Она говорила, что хорошо знает Маркуса, думаю, ты мог бы спросить ее насчет военной полиции.

— Мог бы. Только почему я должен это делать? — Риктер развернулся вместе с креслом. Широко расставил ноги, уверенно уперев подошвы тяжелых ботинок в пол, и нахмурился. Даже со скованными руками он выглядел хозяином положения и явно предлагал заинтересовать себя. Что Никс мог предложить за помощь? Чем компенсировать проблемы?

— Маркус бывший десантник, он очень хороший человек, смелый и честный. Возможно, ему нужна помощь. Наверное, он влип в неприятности из-за этой пиратской технологии. С ним не было других членов команды — значит, он сказал полиции, что команда не в курсе. Он хочет взять всю вину на себя, — с отчаянием закончил Никс.

— Если он не виноват, его отпустят.

— На него могут давить или обвинять в соучастии. Гибридные технологии запрещены.

— Хочешь сказать, героя и десантника можно прогнуть «давлением»? — Риктер усмехнулся.

Никс вгляделся в его лицо. Вытянутое, с длинным костистым носом, четко очерченными скулами, тонкими губами и зелеными глазами, внешние уголки которых были чуть вздернуты вверх. Лицо хищной голодной лисицы по весне. От губ тянулся вниз неровный шрам, уходящий под челюсть. Левое ухо было короче правого и с рваным краем. Видимо, ранили, а подрезать и выравнивать не стал. Никс прижал уши к голове прежде, чем успел подумать, как это чувствуется. У него были короче и круглее, прекрасные уши для работы на Фризе. Шанс отморозить такие был минимален. Никс их любил.

— Пушистый, очень надо ввязаться, да? — сочувственно покачал головой Сайлас.

Никс зашипел и оскалился, не найдя ответа лучше. Что ему оставалось? Уговаривать, шантажировать или драться. Риктер наверняка бы уделал Никса в рукопашной, а ползать на брюхе и умолять он пока был не готов.

Риктер тоже зашипел, но с места не двинулся.

— Тише, тише. Слушай, Риктер, давай поможем, а. Мы уже здесь, куда теперь деваться с космического катера? — удивил Сайлас. — Моя команда распущена…

— Твоя команда устроила бунт и сдала тебя копам, — Риктер улыбнулся, показывая клыки.

— Она сдала меня тебя, а я тебя…

— А вот это мое личное дело.

Никс заинтересованно поднял уши. Ничего не понял. Что у Риктера? Тесные, вероятно, экономические связи с пиратом, похоже. Но что еще?

— А вот это я заберу. — Сайлас открыл кобуру у котокопа на поясе и вытащил парализатор. Риктер только хмыкнул. Сайлас его наскоро обыскал, но не нашел больше никакого оружия.

— Наручники сними, — бросил Риктер, а потом поднял взгляд на Никса. — Назови полное имя твоего человека. Посмотрим, какие коты на него зарегистрированы. И есть ли среди них… Как ты сказал?

— Маркус Дрейк. А кошку зовут Джейд. Джейд с Ферры.

Риктер дождался, пока Сайлас снимет с него наручники, растер запястья, покрутил головой, разминая шею, и только потом повернулся к консоли. Пальцы запорхали над клавиатурой.

«Маркус», — звучало в голове протяжно. Не как воет метель, а тихо и мягко, как теплая волна шуршит мелкими камушками. Никс снова перебрал в голове успокаивающие мысли, что наручников на нем не было, что он шел в сопровождении, но никто его не трогал. Может, считались с прошлыми заслугами. В любом случае это была полиция и она забрала Маркуса. Военная полиция. Ничего хорошего это означать не могло.

Почему он не подумал найти Таю и Джетта? Может, из-за въевшейся привычки не доверять людям? С другой стороны, если Маркус действительно их выгораживал, не стоило им светиться. А о Никсе никто не знал. Никс собирался найти и спасти капитана. Сам.

На мониторе появилась карточка с фотографией Маркуса, а затем и та серая кошка. Замигали точки, пошел вызов. Сайлас сделал пару шагов в сторону, выходя из зоны видимости камеры. Никс скакнул к нему.

— Терранский корпус охраны правопорядка. Офицер Риктер. Вы Джейд, кошка Маркуса Дрейка? — отчеканил Риктер.

Никс удивился чудной формулировке. Насколько он знал, служебных котов записывали по названию подразделения — альфа, бета, эпсилон… и под порядковыми номерами. У него когда-то была фамилия Первый, потому что других подразделений на Фризе не было, и всех котов так записали.

Серая кошка на мониторе захлопала глазами, повертела головой, словно ища поддержки у розового кресла или туалетного столика, заставленного баночками. Никто не ответил, и кошка испуганно уставилась на Риктера, прижав уши к голове. Тот терпеливо ждал ответа.

— Д-да. У него проблемы?

— Нет поводов для волнения, я хочу уточнить пару моментов.

Риктер опустил глаза, словно сверялся с анкетой, лежавшей перед ним. Лицо не выражало ни сострадания, ни участия. Обычный железный котокоп на работе. Даже жетон блеснул как-то недобро.

— А не вспомните ли, почему вашим хозяином могла заинтересоваться военная полиция? Где он бывал в последнее время? Какие товары перевозил? Мог ли продолжить работать на военных, несмотря на официальную отставку?

Джейд перепугалась еще больше, закусила губу и умоляюще уставилась на Риктера.

— Н-нет. Не помню. Не знаю. Он ничего мне не рассказывает. Ой, знаете, офицер, вам нужен другой кот! Мне сразу его вид не понравился! Выглядит как контрабандист, наглый такой. Черный, с круглыми ушами. Забыла, как его зовут. Найдите его, он точно бандит, очень-очень опасный!

Риктер повел бровью, и стало понятно, офицер желает услышать что-то другое.

— Где Маркус Дрейк бывал в последнее время?

— Слушайте, вспомнила! Да, точно вспомнила, офицер. Никс! Имя такое дурацкое. Того кота звали Никс, уверена, дело в нем.

— Джейд, куда Маркус Дрейк летал в последнее время?

— Куда летал… Он рассказывал про Неккар, системы Ворона, но это было пару недель назад.

— Уверены?

— Да. Нет! Говорю же, он мне не все рассказывает. Вам лучше найти того черного кота. Точно говорю, он что-то задумал. Или его кто-то подослал. А у меня есть разрешение на работу, я всегда соблюдаю закон. С Маркусом все хорошо? Моя квартира оплачена всего на полгода вперед, он должен либо подтвердить авансовый платеж, либо внести оплату. Он ведь отыщется? Знаете, так непросто найти человека…

— Уверены, что не хотите ничего больше рассказать?

— Наверное, — робко улыбнулась Джейд. — Если он не найдется, мне нужен будет новый человек!

— Благодарю за информацию. С вами свяжутся в случае необходимости. Не покидайте Ферру.

— Спасибо, офицер.

Риктер отключил связь и развернулся к Сайласу и Никсу.

— Что думаете?

— Что Маркус платит за ее квартиру и у нее шкурный интерес! Вот ведь… — Риктер жестом прервал возмущенного Никса.

— На Неккаре военной полиции отродясь не водилось, — хмыкнул Сайлас, потирая запястья, — но облавы никто не отменял. Слышал, какой шухер на Малом Лебеде случился? Вся малина под нож правосудия пошла. Кто успел смотаться — все рванули на Неккар. Самое дно, зато свои.

Риктер не обернулся. Он смотрел на звездную карту, прикидывая дистанцию.

— Включай свою технологию. Две недели скакать по маякам у меня нет времени.

— Сначала сеть отруби, — Сайлас копошился во внутреннем кармане, выуживая техно-букашку. Та вяло зашевелила лапками, ослепленная светом экранов.

— За идиота меня держишь? — Риктер ткнул пальцем в угол интерфейса. — Все отключено еще на выходе с Фауста. Ни один диспетчер не увидит, куда мы прыгнули.

— Ого, — только и сказал Никс, приподняв уши.

Так значит, котокоп знал, что из себя представляет букашка! И не отобрал, то есть, не изъял ее. Будь Риктер продажным копом, руки Сайласу не терли бы браслеты наручников. А был бы правильным — отнял бы технологию и уже сдавал бы нарушителя в какой-нибудь секретный военный отдел. И, скорее всего, не был бы один. Настолько важное дело не поручили бы копу-одиночке, это же основа полицейского дела. А слова про маяки? Зачем отключать локацию, если ты на задании? Да и общались они с Сайласом так, словно были давними знакомыми, но раздражали друг друга. Могли у них быть общие дела? Странно, очень странно… Да и к черту. Все это не имело значения, если они оба были согласны помочь найти капитана! Это было главной, наиважнейшей целью, на остальное Никс согласен был прищурить глаза и подумать об этом позже.

Никс подошел к креслу Риктера. Система Ворона оставалась серой зоной для Терранского корпуса. Там творились всякие темные дела, заправляли синдикаты, велась торговля всем на свете — от порошков для отращивания второго члена до термоядерного оружия и гибридных движков, от галлюциногенной пыльцы до человеческих органов. Кому на пересадку, кому на закуску. Заявиться туда на полицейском катере было, как минимум, дерзко.

— Значит на Неккар? — спросил Никс.

— Значит, — без тени сомнения ответил Риктер, проложив маршрут по кратчайшей траектории, по прямой, с двумя прыжками головокружительной длины. Либо он был гений, либо самоубийца. И самое удивительное — Никс думал не о том, как ему будет плохо, а том, что уже завтра утром они будут на месте.

Сайлас тем временем приладил техно-букашку к панели искина. Устройство послушно вцепилось лапками в разъем, засветилось ровным изумрудным огнем.

— Смотри сюда, — Сайлас ткнул пальцем в экран, где привычная звездная карта вдруг пошла рябью, прорезалась странными, не нанесенными ни в один каталог пунктирами. — Видишь линии? Это следы, которые оставляют корабли, когда прыгают. Видишь вот тут пересечения? Букашка может перетащить корабль с одной траектории на другую, не выходя из-под пространства.

— Ого, — протянул Никс. Уши встали торчком.

— Мощность только жрет, главное не перегреть двигатель, — Риктер что-то тыкал на консоли.

— Она знает, куда мы летим? — не удержался Никс.

— Задаем точки, как при обычной навигации, — Сайлас усмехнулся, заметив, как заблестели глаза кота. — Искин прокладывает курс, букашка этот курс корректирует по своим трассам. Без очередей, без таможни, без маяков. Магия!

Риктер вбил координаты — Неккар, сектор семь, портовый кластер «Ржавый пояс».

— Держись, — сказал он и активировал прыжок.

«Так быстро?» — успел подумать Никс. Он ожидал привычного толчка, сжатия пространства, мгновенной тошноты. Вместо этого мир просто выключился. На секунду. Не стало ничего. Ни звука, ни света, ни собственного тела. Только тишина, плотная, как смола, и ощущение, что корабль проваливается в бесконечный колодец.

А потом свет вернулся, и Никс обнаружил, что сидит на полу, вцепившись когтями в собственную штанину, а Сайлас стоит на полусогнутых напротив него — зеленый, как молодая трава, и часто моргает.

— Это… было… — выдохнул Никс.

— Быстро, — закончил Риктер. Он единственный выглядел так, будто ничего не произошло. — Остался еще прыжок и дальше пойдем по-обычному.

— Нам обязательно делать второй прямо сейчас? — простонал Сайлас, но уже тянулся к букашке, чтобы перезапустить цикл.

Устройство светилось тусклее. Лапки слегка подрагивали, корпус нагрелся.

— Ей нужно время, — сказал Никс, заметив, как техно-букашка с трудом перебирает конечностями. — Она устала.

Риктер, поколебавшись секунду, достал из кармана маленький сахарный стик, оторвал уголок и высыпал щепотку кристаллов прямо на панель рядом с устройством.

Букашка замерла. Потом, словно не веря своему счастью, осторожно приблизилась к сахарной горке, потрогала лапкой и принялась жадно впитывать кристаллы, довольно помаргивая зеленым.

— Сладкое любит, — нежно сказал Сайлас.

Минут через пятнадцать букашка снова засветилась ровно, и Риктер, не спрашивая ничьего мнения, активировал второй прыжок.

На этот раз Никс был готов. Он зажмурился, вцепился в хвост и постарался не дышать. Провал длился всего мгновение.

— Ржавый пояс. До Неккара часов шесть ходу, — сухо объявил Риктер.

Сайлас, не говоря ни слова, присел у стены и закрыл глаза. Техно-букашка, обессиленная, отцепилась и, пошатываясь, побрела куда-то по панели. Риктер поймал ее на полпути, сунул во внутренний карман и нашарил там же мятую сахарную палочку, сунул следом.

— Жри, — буркнул он.

Никс смотрел на карту. Они были прямо у цели. Два прыжка вместо двух недель. Скоро он будет на Неккаре.

Никс свернулся на полу, обернувшись хвостом, и закрыл глаза.

Сайлас уже храпел.

Риктер сидел в пилотском кресле, глядя на приближающуюся зеленую точку планеты, и молчал.

Глава 9. Изумрудное безумие. Часть 2

Никс никогда не был на Неккаре, но был наслышан, в том числе, от Сайласа. Жуткое, мол, место, но веселое. Для реального пирата самое подходящее. Бары, бордели на любой вкус, радиация, кислотные испарения, пропитанный металлической пылью воздух. Дети рождаются странные. У кого четыре руки, у кого восемь глаз на огромной лысой голове.

Что Маркусу было делать в таком месте? А что, если Маркус выполнял там задание? Героически ловил какого-нибудь негодяя.

— Вставай! Полярная ночь кончается не скоро, киса. Ждать рассвета бесполезно! — Сайлас тормошил Никса за плечо. — Завтрак!

Он сунул осоловевшему от муторного сна Никсу энергобрикет и отошел к консоли. В руках у него была чашка с полицейским логотипом, от которой резко пахло заменителем кофе. Риктер, сидя в пилотском кресле, повернутом к рубке, уплетал бутерброд с сыром и салатным листом, темный кончик короткого хвоста подергивался от удовольствия. На нем была простая серая футболка и черные спортивные брюки с белыми лампасами.

— Даже не думай, — отрезал он, заметив вожделенный взгляд Никса. Жадина. Пришлось разворачивать и грызть брикет. — Прибываем через час.

— Раз мы все собрались. — Сайлас отпил из кружки. — Расскажу вам свой план. Мы же не хотим, чтобы нас подбили на подлете, так?

— Так. Катер подотчетный, с инвентарным номером, — хмуро обронил Риктер.

— Ага. Поэтому запрос на посадку делать буду я. Меня там знают, так что никого не удивит, если я похвастаюсь, что разжился полицейской птичкой и хочу узнать, за сколько ее можно загнать. А вы будете вроде декоративной свиты. Опускайте морды и зовите меня «хозяин», все понятно?

Риктер усмехнулся.

— А как мы узнаем, где бывал Маркус? — спросил Никс.

— Поспрашиваем там и тут… — Сайлас неопределенно махнул рукой.

Он замер у пилотского кресла, нависая над Риктером, но котокоп на него даже не взглянул. Невозмутимо дожевал бутерброд, облизал пальцы, дернул ухом и, оттолкнувшись ногой, развернулся с креслом к консоли. Никс встал, потянулся и отправился умываться, собираясь на обратном пути наведаться к холодильнику, исследовать на предмет сыра.

Неккар представлял собой крошечную зеленую планету, невпопад окруженную потрепанными орбитальными портами и лифтами. Их собирали в разное время из разных частей — серые куски модулей из военного арсенала были смонтированы с белыми, от гражданских. Стыковочные модули лепились друг к другу, как кристаллы. Тут длинная ветка, там короткая, но толстая. Мигали вспышки орбитальных кабин, спускающих прибывших на планету. Облаков почти не было, но и разобрать с такой высоты ничего не получалось. Разрешение на стыковку они получили мгновенно. Кажется, никого не волновало прибытие полицейского катера. Может и зря они волновались. Оплату за стыковку, стоянку и орбитальный лифт взяли вперед.

— Сволочи, — ворчал Сайлас, вбивая реквизиты счета.

Пришлось ждать, пока орбитальный лифт наполнится. Расписания не было, только загрузка определяла, когда начнется спуск. Через стекло плотно набитой кабины Никс разглядывал приближающуюся поверхность, и чем ниже они спускались, тем хуже она выглядела. Гора с белоснежной вершиной оказалась огромной свалкой, с хаотично торчащими трубами, покрытыми пятнами ржавчины. Озеро обернулось пузырящимся болотом, а впереди показался город. Черный, высоченный, расчерченный неоновыми кантами небоскребов, мигающий фиолетовым и розовым. Над одним из домов развернулось гало-изображение девчонки с заячьими ушами. Она послала поцелуй и повернулась к зрителю попкой, показывая пушистый хвостик. Никс дернул ушами.

— Начнем с «Кроличьей норки». Лучшее место в этой дыре. — Выйдя из кабины, Сайлас увернулся от упавшего под ноги бессознательного парня, перешагнул тело и уверенно двинулся вдоль улицы. Никс вертел головой, топорщил уши во все стороны и почти не слушал его, просто шел следом. Риктер замыкал процессию.

— Ох, какое совпадение! — выдохнул Сайлас и замер напротив фонтана, из которого вместо воды взлетали и падали в чашу блестящие зеленые камешки. Ровные, одинаковые, чистые, явно созданные не матерью-природой.

— Что такое? — насторожился Риктер.

Сайлас не ответил. Он толкнул высокую черную дверь, бросил охраннику «эти со мной», а Никсу и Риктеру «ждите у стойки» — и скрылся. Раз — и затерялся в толпе. Грохотал ритмичный техно-бит, мигали стробоскопы, сладко пахло дымом. Людей в зале было много. Все вокруг было черным — пол, стены, потолок, столы и диваны со стульями — но подсвечено разноцветными неоновыми трубками и надписями. Стойка сияла ярче всего, меняя оттенок от сиреневого до фуксии. Когда глаза немного привыкли, Никс отметил, что зал поделен на зоны. Самые лучшие места, вероятно, были на помосте с голубой подсветкой. Риктер двинулся сквозь толпу, чуть отклоняясь от прямого курса на стойку. В последний момент он круто свернул вправо и прислонился к стене, сложив руки на груди. Других котов в зале не наблюдалось, но пялились на них не особо. Люди сидели компаниями и поодиночке, тянули выпивку из высоких стаканов. Никс пристроился рядом, оперся спиной, уперев ногу в стену.

Риктер слегка пихнул его плечом.

— И давно ты знаешь этого Маркуса Дрейка?

— Неделю примерно. — Никс скользил глазами по залу. Противоположная стена не мигала, оставаясь матово черной. Похоже, за ней пряталось что-то интересное, люди в зале то и дело бросали на нее быстрые взгляды.

Риктер фыркнул.

— Серьезно? Неделю? Да ты с ума сошел. Знаком с человеком неделю и готов носиться по всей Вселенной, разыскивая его. Да он просто свалил. Забил на тебя и уже не помнит.

— Нет. Я в его команде, — буркнул Никс.

Риктер ухмыльнулся.

— Рассказывай. Выглядишь, как взрослый кот, а в голове розовые сопли.

Никс прижал уши к голове, оскалился и зашипел. Но хвост, завернувшийся кончиком между ног, выдал его с головой. Конечно же, он не собирался драться. Риктер только еще больше развеселился.

— Ты понимаешь, чем тебе грозит угон полицейского катера?

Никс завис на несколько секунд, а потом посмотрел Риктеру в глаза.

— Полагаю, очень, очень и очень большими и очень искренними пожертвованиями. Иначе ты бы сразу сдал назад. Понял же, что оружия у меня нет.

— Верно. Но я еще не решил, что может компенсировать мои неудобства и проблемы на службе. Что у тебя есть?

— Я долго работал в почтовой службе. Хочешь, напиши кому-нибудь письмо или упакуй посылку, я доставлю. Откуда у тебя фамилия? Или это все же имя? Звучало, как фамилия.

— Тоже хочешь? Для людей неделя — слишком мало. Понимаешь?

— Для меня достаточно. Просто мы попали в дурацкую ситуацию.

— Господа! — Сайлас вынырнул откуда-то сбоку, за его спиной возвышались двое верзил в черных сетчатых майках. — Нам чертовски повезло!

— Ты выяснил что-то? — спросил Никс, стараясь не обращать внимания на громил.

— О чем? А, нет. Так вот, только на этой неделе заведение проводит свой знаменитый ежегодный турнир — Кроличья яма. Любой, парни, любой может записаться и попробовать уложить в рукопашной бойца заведения. Никаких правил, никаких раундов. Только двое бойцов в клетке. Понимаете? Победителю достается столько изумрудов, сколько он сможет набрать за тридцать секунд.

Глаза у Сайласа блестели, взгляд впивался в лицо Риктера с горячечным вниманием.

— Ты и минуты не выстоишь на ринге, — едко заметил котокоп.

— Точно, поэтому я записал тебя! — Сайлас собирался было хлопнуть его по плечу, но напоролся на тяжелый взгляд и отдернул руку. — Парни проводят тебя в гримерку.

На скулах Риктера заиграли желваки, верхняя губа с одной стороны приподнялась, обнажая клык.

— Не стоит драться сейчас, здесь полно охраны. Нас убьют, а тела выбросят на свалку, если откажемся, — доверительно поделился Сайлас. — Лучше тебе пойти с парнями. Всего один бой.

— Я тебя убью. — Риктер опустил руки и, толкнув Сайласа плечом, пошел за охранником.

— Видел бои раньше? — спросил Сайлас, когда они скрылись в темноте.

— Приходилось. Ты узнал что-нибудь о Маркусе?

— Его здесь не было.

Никс сомневался, что Сайлас вообще о нем спрашивал. Притащил их черт-те куда, только чтобы заработать на этом, никого он не собирался искать и никому не собирался помогать. Никс почувствовал себя наивным идиотом. Нужно было сразу лететь на Ферру и лично трясти Джейд, расспрашивать об оставшихся связях Маркуса с военными. А он запаниковал, схватился за первой же подвернувшейся возможности. Глупо. Нужно было отыскать Таю и действовать вместе с ней и с Джеттом. Нет, вцепился в Сайласа. В знакомое лицо. Знал же, что он за тип. Жадный, хитрый и способный заболтать кого угодно. Почему во все это впутался Риктер, Никс пока понять не мог. Котокоп вообще-то ему даже нравился. Серьезный, немногословный, он производил впечатление кота, на которого можно положиться. Такой не стал бы дурить собрата по хвосту. Наверное.

— Вернусь на орбиту, подожду в терминале.

— Погоди. Сейчас начнется. — Сайлас остановил его, вытянув руку. — Идем ближе.

— Дамы и господа! Только сегодня и только для вас, мы начинаем! Ставки приняты, но вы всегда можете внести еще немного. У нас восемь участников! Взгляните на турнирную таблицу над барной стойкой.

— Ты сказал, будет всего один бой! — удивился Никс.

— Я сказал, будет один бой с человеком от заведения. Только он вызывает у меня беспокойство. Я видел остальных парней, они Риктеру не конкуренты, поверь. Метнись к бару? — Сайлас протянул Никсу карту. — Светлое пиво. Большой стакан.

— Да, господин.

— И не дерзи.

Никс показал ему средний палец и стал протискиваться сквозь толпу, стараясь держать хвост так, чтоб его не отдавили. Он готов был поклясться, что Сайлас представил их с Риктером, как свою собственность, достаточно выдрессированную, чтобы не носить ошейники. Хотелось надеяться, что Риктер и правда выстоит, хотя четыре боя вместо одного заставляли Никса волноваться.

— Большое светлое пиво и холодное молоко! — крикнул он бармену.

— Синтетическое.

— Ага, давай большое! И сэндвич с двойной ветчиной. Эй, можно еще сделать ставку?

— Конечно!

За спиной что-то лязгало, орала публика, шипели, исходя паром, дым-машины и грохотала музыка.

— Поставь четыре тысячи на кота! С этой же карты.

— У тебя лимит, но я сделал пять ставок по восемьсот.

Никс сунул сэндвич в зубы, взял в каждую руку по стакану и отправился искать Сайласа. Загадочная черная стена была уже поднята, а от этого места вниз широким полукругом уходили ступени, на которых расселись зрители. В центре, со всех сторон освещенная прожекторами, стояла металлическая клетка с ослепительно сверкающими перекладинами. Внизу, вокруг клетки, ходил ведущий, одетый в черные кожаные штаны и в расшитый серебром кожаный жилет поверх сетчатой майки. Он пафосно вещал о былой славе боев и огромном, огромнейшем призовом фонде. Сайлас нашелся рядом с выходом в зал, на верхнем ярусе.

— Ты постоянно жрешь. Я вспомнил, почему начал посылать тебя на другие корабли.

— Потому что не смог прокормить всего одного кота с тяжелым, голодным детством. — Никс фыркнул и передал ему пиво и карточку.

Раздалась барабанная дробь, и в клетку с обеих сторон вошла первая пара бойцов. Один — мелкий и вертлявый, с зеленой кожей, лысый, как бильярдный шар. Второй — рослый и крепкий, весь покрытый татуировками. Никс мысленно поставил на него. Бой Риктера замыкал первый тур.

Котокоп вышел босиком, в одних низко сидящих штанах. Никс понимал, иначе носить человеческую одежду мешал хвост. Риктер сейчас выглядел как самый настоящий бандит. Полоски шерсти вдоль хребта у него не было, зато шрамов обнаружилось в избытке. На боку, пониже ребер красовался след от чьих-то явно острых зубов. С другой стороны было несколько круглых отметин в ряд — похоже, от короткой очереди в спину. На левом бицепсе выделялась широкая полоса светлой кожи — наверное, там когда-то была рана, которую не стали зашивать.

Хвост Риктера расслабленно покачивался. Никс скользнул взглядом вверх вдоль позвоночника, по крепкой шее, на темно-рыжий затылок к ушам. Риктер был спокоен. Он медленно повернулся, нашел глазами Сайласа и уставился на него. Лицо было непроницаемо, и все же сквозило во взгляде что-то очень холодное и угрожающее. Сайлас, не сводя с него глаз, отпил из стакана. Он заметно нервничал. Сколько же он поставил?

В соперники Риктеру достался мужик, больше похожий на дальнобойщика, чем на бойца. Невысокий, с пузиком и лысиной. Риктер перехватил первый же его выпад, завернул руку за спину, повалил и прижал коленом, блокируя любое движение. Бой занял меньше пятнадцати секунд.

В зале становилось душно, от дыма чесалось в носу. Молоко закончилось к полуфиналу, в котором Риктер припер к решетке какого-то фиолетового парня, да так сильно, что чуть не выдавил того с ринга. К тому времени котокоп уже взмок, кожа лоснилась от пота, короткий хвост раздраженно метался по воздуху.

— И-и-и у нас есть победитель! Кот Риктер, боец Сайласа Кэша, дамы и господа! Вы уже хотите завести себе котика, правда? Посмотрим, сможет ли этот кот озолотить хозяина! Сможет ли кто-то сегодня запустить руки в фонтан с потрясающими, чистейшими Шихейскими изумрудами? Один такой камушек с ноготь размером стоит больше тысячи кредитов! Итак, кто же сегодня выйдет против нашего чемпиона? — ведущий оглядел зал. — Кто? Не слышу!

— Бардор! — заревела толпа.

— Только не Изи, только не Изи… — Сайлас опустил пустой стакан на пол и напряженно подался вперед, уперевшись локтями в колени.

— Кого вы хотите? — громко спросил ведущий, приставив ладонь к уху.

Зал ревел, Сайлас закусил губу.

— Вы хотите увидеть нашего красавчика Бардора? Да? Нет? Или вы предпочтете, чтобы этот кот оказался в руках… — ведущий сделал паузу, набрал в грудь воздуха и оглушительно крикнул: — Изи!

— Паршиво. — Сайлас ударил кулаком по колену. — Принеси еще пива.

— Почему паршиво?

Сайлас не ответил. Поджав губы, он смотрел на арену, и Никс остался на месте. Заиграла протяжная восточная музыка, весь нижний ярус заволокло дымом, пахшим теперь чем-то терпким вроде карри или гвоздики. А потом из дыма, покачивая бедрами, выплыла девушка. Прямые черные волосы ложились ей на плечи, гладкая челка доходила до темных раскосых глаз. На ней была короткая обтягивающая маечка, черные узкие брюки и туфли на высоченных каблуках, которые она аккуратно сняла перед тем, как войти в клетку. Риктер, тяжело дышавший после боя и утиравший пот со лба, застыл на месте. Уши встали торчком и повернулись к девушке. Хвост замер. Девушка, сняв туфли, стала меньше и словно бы беззащитнее. Ростом она была Риктеру по грудь и рядом с ним выглядела совсем крошечной. На лице котокопа читалось явное недоумение — как с такой биться?

— Эй, почему это плохо? Почему Бардор был бы лучше? — Никс толкнул Сайласа коленом, привлекая к себе внимание.

— Не любит Риктер с девчонками драться, вечно с ними нежничает, боится помять слишком сильно. А эта… Посмотри на нее! Ей бы еще юбку в клетку и бант на шею. Такой достаточно просто посмотреть снизу вверх — и наш боец поплывет. А она ногами стены пробивать может — то ли скелет укреплен, то ли она целиком киборг, не знаю, но девка убийственная.

Риктер пропускал удар за ударом. Блокировал и уворачивался, но девчонка оказалась быстрой. Она скользила вокруг кота, кувыркалась в воздухе и в прыжке отталкивалась от решетки. Крошечные ножки словно вообще не касались пола. Она наносила молниеносные жалящие удары и через миг оказывалась в противоположном углу клетки. Казалось, Риктер отказывается драться. Никс скрипнул зубами. Так хорошо все начиналось, а теперь готово было ухнуть в черную дыру из-за какой-то вертлявой пигалицы.

Метким ударом она зарядила не успевшему увернуться Риктеру коленом в нос. Никс со своего места явственно услышал хруст, а потом увидел, как хлынула кровь. Нос скосило на сторону. Скверно, очень скверно. Риктер, ослепленный ударом, явно потерял ориентацию и словил второй — коленом в висок, в прыжке. Девчонка лупила в основном ногами, делая руками обманные пассы. Котокопа повело, он тяжело отступил в сторону и качнулся назад. Девчонка приземлилась на пол, присела, отводя одну руку назад и, рывком головы откинув волосы от лица, улыбнулась залу и врезала пяткой под колено Риктеру. Нога у того подогнулась, Риктер осел. Казалось, сейчас Изи его и добьет. Добавит ногой в голову, раз, другой, и кот повалится кулем на пол. Но она решила покрасоваться. Расслабилась. Улыбнулась публике, помахала, послала несколько воздушных поцелуев, поправила волосы. А потом рванула вперед, подпрыгнула, подняв одно колено выше другого, и с силой впечатала пятку прямо в кончик безвольно свернувшегося хвоста. Ох, даже Никс почувствовал как это больно! Он закинул свой хвост на колени и обнял, пряча кончик на шее.

Риктер зашипел, оскалился и рванул в сторону. Вот теперь он разозлился. Сощурил глаза, прижал уши к голове и сжал кулаки. Девчонка отскочила, оттолкнулась ногой от решетки и взмыла под потолок, но Риктер прыгнул за ней. Взлетев футов на десять, поймал ее за щиколотку и, не дав уцепиться за перекладину наверху, рванул вниз. Никс испугался, что он сейчас крутанет ее за ногу и размозжит голову о прутья клетки, как об терку. Но котокоп просто швырнул Изи на пол и больше не отпускал. Девчонка вывернулась на бок, заверещала, попыталась отбиться свободной ногой, но замаха не хватало. Риктер больше не обращал внимания на удары. Она пыталась вывернуться, царапалась, визжала, мотала головой, но сделать ничего не могла. Риктер, легко встряхнув, перевернул ее на живот, придавил коленом поясницу — слишком осторожно, как показалось Никсу — и завернул Изи руки за спину. Бой был окончен. Толпа ревела.

— Изумруды! Изумруды! Изумруды! — скандировал народ.

— Риктер! Риктер! — крикнул вскочивший Сайлас. Он аплодировал, орал, улюлюкал, грозил кому-то кулаком и выглядел совершенно счастливым.

Ведущий вошел в клетку, взял Риктера за руку и поднял ее. Зрители, повскакав с мест, кричали, свистели и размахивали руками. Кровь из носа Риктера стекала на губы и на грудь, смешиваясь с потом.

— Риктер! Ты лучший! Риктер! — орал Сайлас. — Это мой кот! Мой! Риктер!

Никс подхватил два стакана с пола и выскользнул из зала.

— Снова ты? — спросил бармен.

— Посуду принес.

— Четыре тысячи я вернул на счет.

— Я тобой приятно иметь дело, — улыбнулся Никс, распихивая негнущиеся пластинки по карманам. Не считал, соглашаясь с любой долей, какую бармен оставил себе.

Отчалив от стойки, Никс влился в хвост толпы, катившейся из зала на улицу, где тяжело дышащий Риктер хмуро сверлил глазами Сайласа, готового по сигналу нырнуть в бассейн с изумрудами. Пока ведущий заводил толпу, Сайлас ощупывал себя, прикидывая, не заправить ли куртку в штаны, чтобы больше камней насыпать за пазуху.

— Столько, сколько сможет набрать за тридцать секунд! Все готовы? Вы готовы? — ведущие обвел толпу взглядом и занес палец над кнопкой.

Сайласа уже потряхивало от напряжения, сжав губы, он не мигая смотрел на фонтан.

— Вперед! — выкрикнул ведущий.

Сайлас рыбкой нырнул через борт и приземлился животом на груду камней. Сверху ему на голову падали новые и новые изумруды. Сайлас неловко сел, не прекращая широкими движениями пловца загребать к себе камешки, он хватал их горстями, набирал в раскрытые ладони, сыпал за пазуху, распихивал по карманам. Подняв голову, открыл рот и языком распихал нападавшие изумружы за обе щеки. В безумных расширенных глазах не было ни одной мысли, лишь отражался зеленый блеск. Камешки, кредиты, новый корабль, плазменные пушки, искин последней модели, капитанское кресло с отделкой из редкой шкуры переливчатой ларии — Никс почти видел мелькавшие перед внутренним взором Сайласа мечты. От напряжения руки его почти не слушались, пальцы дрожали и сыпали мимо карманов, куртка на животе вздулась шаром.

— Время! — крикнул ведущий, и двое охранников подхватили Сайласа подмышки и вытащили из изумрудного фантана. Тот придерживал куртку снизу и зло зыркал глазами по сторонам, охраняя свою добычу. Черт, Никс понимал, человек только что получил то, что любил больше всего на свете, то к чему стремился и чего искал, ради чего рисковал — богатство. Взъерошенный Сайлас был вне себя от счастья.

Никс перевел взгляд на Риктера, тот смотрел на пирата со снисходительным пониманием и ухмылкой, словно наблюдал за котенком, топающим по грязи резиновыми сапожками.

Пока ждали орбитальный лифт и поднимались на станцию, никто из троих не проронил ни слова. Никс думал, стоит ли поделиться кредитами с Риктером. Котокоп осторожно трогал разбитый нос кончиками пальцев, но с каждым прикосновением получал новую порцию крови на футболку. Сайлас прижимал к груди охапку камешков и следил, чтобы ни один не упал.

— Возвращаемся на Фауст, — буркнул Риктер, входя на катер. Он послал запрос на отстыковку, задал автоматический старт и дрейф и скрылся в коридоре.

Сайлас ссыпал добычу в пластиковый мешок с надписью «Полиция», любовно запечатал и, бросив взгляд на монитор, ушел прятать сокровище.

Никс решил последовать его примеру. Кредиты из карманов он переложил в мешок для улик. Хотел признаться Риктеру и попросить спрятать. Вышел в коридор. Из приоткрытой двери в душевую падала полоса света.

— Давай я, нужно вправить, — услышал он голос Сайласа.

— Только попробуй! Только пальцем дотронься, руки вырву.

— Эй-эй, с целым носом хоть вырывать не запыхаешься, брат. Давай, садись на пол. Я буду очень, очень осторожен, обещаю.

— Ублюдок, — закряхтел Риктер.

Из душевой донеслось шуршание, полилась вода. Потом раздался тихий хруст и шипение. Риктер сдавленно матерился. Никс подкрался к двери. Сайлас, присев на корточки, прижимал холодное полотенце к носу сидящего по-турецки Риктера. У того затянуло кровью белки глаз, над бровью, куда прилетело коленом Изи, уже налилась шишка.

— Тише, котик, тише, — ворковал Сайлас, осторожно перекладывая полотенце свежей стороной. Кажется, он даже подул на больной нос, прежде чем прижать полотенце снова. — Изумрудов будет тысяч на сто, продам и брошу тебе на счет половину, матерью клянусь. Когда сказали, что выйдет Изи, я напрягся, но ты умница, ты…

— Да заткнись уже. Эта девчонка могла бы найти работу получше.

— Танцы, например?

— Полиция. У нее хорошие данные. Или армия.

— Голова не кружится? Посмотри на меня, посмотри, хочу убедиться, что зрачки одинаковые.

— Голова нормально, хвост проверь, кажется, позвонок сломан.

Никс отошел от двери, посмотрел на пакет с кредитами в руке и, вернувшись в рубку, спрятал его в пилотском кресле между спинкой и сиденьем.

Интересная картина. Сейчас Риктер ругался и шипел, но Никс готов был поклясться — когда тот стоял на ринге, ему нравилось. Кровь кипела в жилах, кулаки чесались. В глазах, в развороте плеч, в навостренных ушах — во всем читался драйв. Этот азарт подделать было невозможно. Риктеру нравилось, даже если он сам себе в этом не признавался.

Никс подошел к консоли. Техно-букашка послушно отлепилась от панели искина и легла в ладонь. Она дергалась, словно пыталась подпрыгнуть, но медные лапки не держали. В камбузе Никс опустил ее на стол, налил в блюдце воды, поставил напротив. Нашел недоеденную корочку хлеба от утреннего бутерброда в утилизаторе, накрошил рядом. Там же взял остатки энергобрикета и настрогал его тонкой стружкой.

Техно-букашка подползла к воде, едва перебирая лапками, забралась край блюдца и плюхнулась брюшком в воду. По воде пошла рябь, уровень стал уменьшаться. Вобрав всю жидкость, технология уже бодрее перебралась к крошкам, потопталась вокруг и засеменила к стружке. Побродила, взобралась сверху, а потом словно чихнула, разметав стружку по всему столу.

— Редкая дрянь, совершенно невозможно есть, — согласился Никс. Он нашел в шкафу сахар и насыпал щепотку рядом с техно-букашкой. Та радостно потопталась в кристалликах, налепила их на лапки и, вернувшись к блюдцу, долго смывала и вылизывала остатки воды.

— Как тебя назвать? — задумался Никс, погляживая пальцем черную спинку. Техно-букашка дернулась всем корпусом, словно икнула. Никс пересадил ее на плечо, убрал со стола крошки и, вернув ее к искину.

Хозяином букашки считался пират Сайлас, а на старых пиратских флагах красовался череп с костями в разных вариациях. Никс решил назвать техно-букашку Косточкой.

Может быть, Риктер, поостыв, согласится сделать еще несколько прыжков. На Ферру, например, чтобы познакомиться с Джейд лично. Они далеко забрались и возвращаться ни с чем к началу маршрута было бы обидно.

Глава 10. Бантики и пушистики

— Маркус!

— Разгерметизация грузового дока, разгерметизация отсеков… — в голосе АСТРЫ появились помехи, он сорвался на скрежет и свист. Никс зажал уши руками.

— Маркус! Святая Мать, Маркус! — Тая смахнула кровь с брови и потянула их капитана за рукав, оставив на белоснежной ткани кителя смазанный красный след от пальцев. — Маркус, идем же! Нужно убираться.

— Восемь, двенадцать, технический коридор пять. Закрыть переборки между… возможным… Система поддержания давления повреждена… — монотонно зачитывала список повреждений искин.

Через главный монитор пролегла огромная разветвленная трещина, но все же он пока работал и показывал индикатор загрузки.

Никс напряженно замер позади капитанского кресла, закогтив спинку, прижал уши и нервно дергал хвостом, не зная, чем помочь.

— Прошу тебя, — с отчаянием простонала Тая. Ссадина на лбу кровила, и она постоянно утиралась тыльной стороной ладони. Из носа и разбитой губы кровь уже не шла.

Когда началась тряска, Никса отбросило к стене, и он чудом увернулся от летящего в него кресла второго пилота — пустого, слава Великой Матери. Таю швырнуло на консоль, она сильно ударилась лицом и грудью.

Маркус высвободил рукав.

— Борттехник, немедленно отправляйтесь в спасательный док и займите место в капсуле.

— А ты?

— Скопирую искин и догоню вас. — Он улыбнулся. — Иди. Никс тебя проводит.

Поймав вопросительный Таин взгляд, Никс демонстративно отвернулся.

— Никс?

— Я останусь.

— Иди, с нами все будет в порядке. Дождусь полной загрузки. Мы подали сигнал, за нами вот-вот прилетят.

Тая обняла себя за плечи. Температура в рубке заметно упала. Голова чуть кружилась, значит давление и содержание кислорода тоже снижались.

— Иди, пожалуйста. — Маркус погладил ее по локтю. — Никс, проводи!

— Разгерметизация… отсеков… — ожила искин, голос все так же тонул в помехах.

Никс нехотя развернулся к двери. Тая, поджав губы и нахмурившись, пошла за ним. Похоже, она решила что-то для себя.

— Возвращайся в рубку, ты же хочешь, я вижу. — Она обогнала Никса и заступила ему дорогу.

— Спасибо.

— Эй, ты бы мог сейчас залезть в спасательную капсулу. Ты же знаешь?

— Конечно, — кивнул Никс. Корабль вздрогнул, застонал и завибрировал. Казалось, хвостовая часть отваливается, металл корпуса лопается, рвутся кабели, рассыпая искры. Тая схватилась за поручень. Никс упал на четыре точки.

— Ты справишься?

— Конечно. Увидимся. — У нее снова пошла носом кровь. Махнув на прощание, она вошла в спасательный отсек. В одной из капсул лежал серо-синий от кровопотери Джетт. Осколком стойки ему пробило бедро.

Никс не сомневался, с ней все будет в порядке. Нужно было всего лишь забраться в капсулу и нажать большую красную кнопку, остальное автоматика сделает сама. Вернувшись в рубку, Никс застыл рядом с Маркусом. Капитан был бледен, левая рука висела плетью. Слишком сильно приложился о консоль.

Откуда только взялся этот метеоритный поток? Похоже, где-то далеко-далеко взорвалось что-то большое, раскидав осколки на многие мили вокруг. Камни летели с огромной скоростью, широким веером. Их крошечный транспортник не успел сменить курс и оказался в середине потока. Бесполезно было уворачиваться, но Маркус пытался, они все пытались. Первые несколько камней оставили глубокие вмятины в обшивке, следующий сбил маневровые двигатели по левому борту. А потом, когда они уже видели чистое пространство космоса впереди, один острый ублюдок как консервным ножом вспорол им борт от середины до хвоста.

Температура падала, кислорода становилось все меньше. Нужно было сходить за маской и кислородным баллоном. Хотя бы для Маркуса. Коты плохо переносили холод. Нужно было…

— Никс, — позвал Маркус.

— Я хочу, чтобы…

— Нет.

Никс отвернулся и прижал уши к голове. В спасательном доке стояли именные капсулы и на последней свободной была фамилия Дрейк.

— Нет.

— Я капитан. Это мой корабль. Я не могу уйти, но ты не должен…

— У котов девять жизней, сэр, — лихо оскалился Никс.

— На холоде процессы замедляются. Я возьму баллон, найду одеяло и дождусь спасателей. — Маркус бледнел на глазах. Он и обычно на шутки отзывался через раз, а теперь вообще стал убийственно серьезным.

Никс чувствовал слабость. Он сполз на пол.

— Содержание кислорода… повреждения… — проскрипела искин.

Корабль тряхнуло. Дышать стало больно. Маркус вдыхал часто и неглубоко. Зеленая полоска загрузки, ползущая со скоростью улитки, добралась наконец до отметки сто. Они оба встали и пошатываясь, запинаясь побрели в спасательный док. Никс крепко обнял себя за плечи. Хвост безвольной тряпочкой путался под ногами. Перед глазами плясали серые пятна. Маркус хрипло дышал и, кажется, даже рычал.

— На флешке резервная копия искина со всеми обновлениями. Проследи, чтобы все спасательные шлюпки нашли, не забудь включить маяк. Большую… — Маркус задышал чаще и тяжелее. Взгляд стал рассеянным, на лбу проступил холодный пот. Никс поймал его, оседающего на пол. Развернул и перевалил через борт капсулы. Ноги торчали наружу. Перед глазами плыло. Свет мигал, то переключаясь на аварийный, то вспыхивая во всю яркость. Изо рта шел пар.

Он устроил капитана на спине, скрестив руки на груди, но потом все же уложил их вдоль тела, так смотрелось менее трагично. Нащупал в кармане брюк флешку, вложил ее в раскрытую ладонь.

— Девять жизней, Маркус, — Никс тяжело оперся о борт капсулы, собираясь с силами. — Сейчас. Не помню сколько осталось, голова совсем не думает. Пять или четыре. Не помню.

Времени не было. Оставался последний рывок. Совсем маленький, одно движение, дотянуться до кнопки и вынырнуть наружу, не прищемив руку.

Никс нажал. Колпак капсулы опустился с тихим шорохом, а он осел на пол рядом, кутаясь в хвост и выдыхая облака пара. На Фризе ему случалось ночевать во время переходов. Он умел ждать.

Ждал, пока погрузят руду. Ждал, пока закончится смена. Ждал, пока откроется шлюз.

Корабль затрясло сильнее. Где-то над головой лопнула труба — зашипел газ, ударила струя ледяного пара. Пол дрожал, вибрировал, уходил из-под ног.

Никс вдохнул.

Воздуха почти не осталось.

Он сжал зубы и закрыл глаза.

* * *

Никс сел раньше, чем проснулся. На мониторе тихо мерцали полетные данные — маршрут, скорость, траектория. Свет в рубке был выключен. У противоположной стены, уткнувшись лицом в сгиб локтя, спал Сайлас. Сердце еще стучало слишком быстро, воздуха не хватало. Сна не осталось ни в одном глазу. Никс встал и вышел в коридор, свернул в душевую. Из зеркала на него смотрел взъерошенный кот с дикими глазами.

Он разделся и встал под душ, позволив горячей воде смыть остатки тяжелого сна. Длинная шерсть моментально намокла, хвост отяжелел.

Он быстро вымылся, отжал хвост и волосы и встряхнулся, распушая шерстку. Включился теплый обдув. Его было мало, чтобы обсохнуть, но хотя бы вода с хвоста перестала капать. Ужасно хотелось есть. Никс с удовольствием навернул бы сейчас порцию молочной каши или лучше рыбы, чтобы сверху была сырная корочка и немного розмарина. Стакан холодного молока тоже пришелся бы кстати. Вряд ли на камбузе было что-то похожее, но может быть он найдет хотя бы полицейский обед. Резиновые блинчики или безвкусные макароны с тефтелькой под красным соусом.

Никс оделся и выскользнул из душевой. Выждал несколько минут, чтобы все, кто проснулся, пока он мылся, могли уснуть снова.

Он успел обшарить уже четыре ящика и заглядывал в пятый, когда в двери камбуза появился Риктер.

— Энергобрикеты ищешь?

— Ага, как ты догадался?

— В нижнем справа.

— Щедрость твоя не знает границ. Сколько хочешь за сэндвич, вроде того, что ты ел утром?

— Тысяча кредитов. Или два изумруда.

— Ха, изумруды! Сайлас спит с ними в обнимку.

Риктер подошел к холодильнику, набрал пароль, достал небольшой кусочек ароматной розовой ветчины, отложил и потянулся за пачкой хлеба.

Никс следил за движениями Риктера, подергивая кончиком хвоста от нетерпения.

— Люди, — фыркнул Риктер. — Обманут или передумают в последний момент. Могут совершенно искренне обещать тебе что-то, а потом окажется, что они просто рассуждали вслух, строили в уме планы. А ты тут не при чем. Болтают о том, как жить и поступать правильно, но сами так не живут и не собираются. Люди придумывают правила только для других, не для себя. — Риктер поставил перед Никсом сэндвич на тарелке, налил воды и сел за стол напротив.

— Звучит, будто ты обижен. Хнык-хнык.

— Совсем нет. Их мир, их условия.

— Почему ты работаешь в полиции? Если тебе доверили катер и одиночное патрулирование, значит, ты у людей на очень хорошем счету.

— Изучил правила и подыгрываю. — Риктер пожал плечами. — Разве ты не делаешь так же?

Никс оттяпал большой кусок сэндвича и задумался, пережевывая. Обычно он просто делал то, что хотел или то, чего требовала ситуация. Не больше и не меньше. Сперва стоял у конвейера, потом разносил посылки. Если подумать, то именно на пустынных заснеженных просторах Фриза, пробираясь станции к станции с посылкой важных запчастей для буровой, один среди вечной ночи, он впервые почувствовал свободу. Возможность отдыхать, когда устал, идти быстрее, когда можешь. Различать виды снега, прокладывать маршрут. Он видел больше, чем люди, мог определить трещину по тому, как свет фонаря отражается от наста. Тогда он впервые почувствовал, что может что-то делать сам. Почувствовал — и вышел из общей игры. Сбежал.

Но Риктер явно говорил о другом. Нашел свободу внутри системы? Научился вести дела, оставаясь внешне хорошим котокопом, получается?

— Хочешь сказать, что ты не всегда… — Никс сделал осторожную паузу. — Следуешь приказам?

— Ты слышишь, что несешь? — Риктер вскинул бровь, но в глазах заплясали черти. Он явно дразнил Никса. — Я не получил бы катер, если бы не выполнял приказы.

— Значит, я тебя не так понял. Божественно вкусно, знаешь?

— Запишу на твой счет.

— Уже сговорились о бунте или мне зайти позже? — В камбуз приплелся Сайлас, потирая глаза и отчаянно зевая. — Пушистый, ты вылил всю воду в душе.

— Ерунда. Ферра — огромная станция, там можно удачно продать изумруды. Я слышал, как ты говорил об этом, — улыбнулся Никс.

— Мы возвращаемся на Фауст. — Риктер доел сэндвич и откинулся на спинку стула. — Хочешь продолжать поиски своего Маркуса, продолжай без меня.

— Эй, эй, ну ты чего, Риктер! Мы столько заработали всего за один день. С этой штукой, прикрепленной к искину, обернемся в момент, опомниться не успеешь. Ферра здоровенная станция, может и нам, и Никсу там повезет. — Сайлас сделал себе кофе и сел за стол, убедившись сперва, что ножка стула никому не придавит хвост, и это почему-то ужасно тронуло Никса.

История с синдикатом на Малом Лебеде только начала раскручиваться и их прыжки были для пирата своего рода способом спрятаться от полиции. Сидеть на месте Сайлас Кэш физически не мог.

— Мы ничего не потеряем, если сделаем небольшой крюк в прыжок-другой. Зато можем хорошо заработать. Изумруды все равно нужно где-то продать, почему не там? — Никс забрал тарелку Риктера и поставил в мойку вместе со своей.

Тот медленно кивнул. До Ферры они должны были добраться к обеду.

* * *

— Я ничего не знаю! Не знаю! За меня есть кому заступиться! Я вызову охрану! — Джейд забилась в кресло с ногами, обняла колени, перепуганный взгляд метался от Риктера к Никсу. Почему-то именно Никс вызывал у нее больший ужас, чем одетый в штатское Риктер, хотя котокоп был крупнее.

В жизни Джейд оказалась еще мельче, чем Никс ожидал. Ее серая шерсть хоть и лоснилась, но густотой не блистала и была даже короче, чем у Риктера. Возможно, сказался плохой климат родной колонии, бедная на витамины пища или нервная работа и плохой сон. Никсу было все равно. Джейд ему не нравилась, и он не видел смысла это скрывать.

И хвост у нее был — одно название. Более чем посредственный.

— Джейд, мы здесь не для того, чтобы угрожать. Ты видела мой значок, могу показать его снова. Твой человек попал в неприятности, и мы хотим убедиться, что с ним все в порядке. Понимаешь? — объяснил Риктер. Голос звучал низко и располагающе. Не душевно, но официально доброжелательно.

— Не знаю.

— Постарайся вспомнить, с кем из друзей в военной полиции или армии он мог поддерживать отношения? Может, кто-то из сокурсников по академии остался на службе? Может, он выполнял заказы для кого-то? Перевозил оружие?

— Нет! Точно нет! Маркус бы не стал. Он, ну… он простой. Он бы не стал возить… контрабанду.

— Я ни в чем его не обвиняю. Если он действительно был выдающимся офицером, возможно, продолжал работать скрытно. Боролся с диверсантами или шпионами. Может, был агентом внедрения.

— Вы думаете, адмирал его использовал?

— Адмирал?

Джейд закусила губу, опустила взгляд, уши прижались к голове. Проболталась.

— Какой адмирал? — повторил вопрос Риктер, добавив стали в голос. Ух, Никса аж холодок по спине пробрал. «Ты же знаешь, я твой друг. Если расскажешь все, я смогу тебе помочь», — знал он эти полицейские штучки. Риктер, похоже, действительно ими владел.

— Ну, — замялось это недоразумение. — У него был один друг. Маркус долго служил под его командованием. Он показывал гало с награждения за какую-то операцию с пауками, я плохо помню.

— Это уже очень много, ты очень ему поможешь, если вспомнишь фамилию адмирала. Ты смогла бы узнать его, правильно?

— Конечно!

Риктер достал коммуникатор и с минуту что-то подбирал.

— На нашу удачу, действующих Терранских адмиралов всего двенадцать, — он подошел к Джейд и повернул комм к ней экраном. — Узнаешь кого-то?

— Вот этот.

— Кто? Покажи? — Никс заглянул в экран. С гало смотрел чернокожий мужчина с черной повязкой на глазу. — Адмирал Адам Брукс. Сможем связаться с ним?

— Попробуем. Джейд, возьми необходимые вещи, ты летишь с нами.

— Зачем? — удивился Никс.

— Я не полечу! У меня дела! — Джейд еще глубже забилась в кресло.

— Эта кошка наш главный источник информации, — отрезал Риктер, обращаясь к Никсу. — Она, а не ты, почему-то. И один раз она уже послала нас на край Вселенной. Я не собираюсь совершать ту же ошибку еще раз. Если мы опять окажемся в заднице, хочу спросить с нее лично.

— Я арестована?

— Ну, что ты, — ласково сказал Риктер, нависая над Джейд. — Ты оказываешь полиции добровольное содействие.

Если бы Никса просили о содействии таким тоном — он не стал бы перечить и уточнять, что будет, если он откажется. Просто кивнул бы и пошел следом, а в удобный момент затерялся бы в толпе. Джейд же только побледнела, вжала голову в плечи и принялась судорожно сгребать с туалетного столика в косметичку тюбики и баночки.

Через посадочный терминал они шли друг за другом — Риктер впереди прокладывал дорогу сквозь толпу, следом за ним Джейд тащила огромный розовый чемодан на магнитной подушке. Никс был замыкающим. У выхода на причал, прислонившись к стене и сложив руки на груди, их поджидал Сайлас — хмурый, как грозовая туча.

— Изумруды — фуфло. Стекляшки. Шихейцы в гробу их видали. Знал же, что на Неккаре никому нельзя верить. Сволочи, — прошипел он сквозь зубы. И, оглядев Джейд от кончиков острых тонких ушей до стройных ног в голубых джинсах и белых сандалиях, разочарованно добавил: — Я думал, ты будешь посимпатичнее.

Джейд поджала губы и возмущенно глянула на Риктера.

— Не обижай кошечку, — вступился тот. — Сразу было понятно, где-то нас кинут. Заведение не такого класса, чтобы разыгрывать по сто тысяч, ты сам не заметил?

— У них ставки на сотни, почему нет?

— Ну да, и изумрудов в фонтане на миллионы.

— Вы провоцируете, — вклинилась Джейд. — Провоцируете, да? Я знаю эту манеру. Такой красивый мужчина, хотите выглядеть холодным и колючим. Но я-то вижу, — она облизнула губы и распахнула глаза, разыгрывая наивность. — Я вижу, что вы добрый и честный человек, который не обидит кошечку в беде.

— Э-э-э… — Сайлас вскинул бровь и перевел недоуменный взгляд на Риктера. Котокоп только глаза закатил.

— Хоть пара из них настоящие? — спросил Никс. Он сочувствовал Сайласу, слишком расстроенному сейчас, чтобы поддержать этот незамысловатый флирт.

— Три. И тем цена по пятьсот кредитов.

— Ты продал? — спросил Риктер.

— Нет, конечно, я похож на идиота? Покажу их другому оценщику. Куда мы теперь?

Пока шли вдоль причала, Никс пересказал Сайласу историю про адмирала и что Риктер будет искать информацию, когда они отстыкуются.

— На флагманских судах мы с тобой уже бывали, пушистый. Будет забавно если окажется, что этот мужик один из тех, для кого мы ловили мышей, — усмехнулся Сайлас. Никс думал, что вряд ли, но мысль и правда была забавной.

— Мне нужен носильщик! — заявила та и остановилась, уперев руки в бока.

— Нет времени, киса, шевелись, — Риктер легонько подтолкнул ее в спину.

— Двое здоровенных котов, один крепкий человек, и никто, никто не может помочь! — запричитала Джейд. Ручка чемодана выскользнула из ее ладони и громко хлопнула об пол. Она топнула ногой, зашипела и наклонилась, прогнувшись в пояснице и взметнув хвост трубой. Риктеру наверняка открылся шикарный вид на крошечную, намеренно выставленную задницу, но котокоп, похоже, не впечатлился. Джейд, подхватив свое розовое чудовище, потащилась за всеми, тихо и зло шипя себе под нос.

Глава 11. Курсовая неустойчивость. Часть 1

— Кто покажет мою каюту? — Войдя в рубку, Джейд надменно огляделась.

Никс посмотрел на Риктера, тот на Сайласа, а Сайлас расплылся в улыбочке.

— Первый раз в космос, дорогуша? На чем летала раньше?

Джейд фыркнула.

— Каюта здесь всего одна, — продолжил Сайлас. — И уверен, достаться она должна была мне, как человеку, но наш капитан считает иначе. Зато он у нас добряк, гальюн на ключ не запирает. Выбирай, какой угол нравится тебе больше. Вот этот мой, у той стены спит пушистый. Можешь лечь у двери

Личико Джейд вытянулось, она поджала губы, откатила чемодан к стене и уселась на него.

— Все еще надеюсь, что вы меня разыгрываете.

— Это полиция, никаких розыгрышей. — Риктер плюхнулся в пилотское кресло. — Вы оказываете добровольное содействие. Это очень верный и благородный поступок, мэм.

— Кроме ролевых игр. — Сайлас обернулся на Джейд.

— Окееей… — протянула та, томно прикрыв глаза и закусив губу.

— Он шутит, — закатил глаза Никс. Похоже, эта кошечка и правда поверила и кажется даже не была сильно против.

— Моя доверчивость меня подводит. — Джейд со вздохом убрала прядь волос за ухо, продолжая как ни в чем не бывало улыбаться единственному человеку. — Но у вас такой голос, Сайлас, я просто не могу сопротивляться. Стоит вам только заговорить о чем-то, и я уже готова поверить. — Она перевела взгляд на Никса. — Уверена, Маркус просто бросил тебя.

Никс тихо угрожающе зашипел, и Риктер осадил их обоих коротким низким рыком, напомнив, кто здесь самый крупный кот.

— Путешествие не займет много времени, — сказал он сухо. — Приготовиться ко взлету.

— Мы все на это рассчитываем, — буркнул Никс и встал по другую сторону капитанского кресла.

Риктер, ожидая разрешения на взлет, листал на планшете какие-то картотеки. Мелькали строчки, таблички и графики — Никс ничего не успевал разглядеть.

— Плохая новость. Наш адмирал в отпуске, связаться с ним по рабочим каналам я не смогу, — заключил Риктер.

— Скинь мне полное имя и должность. В сети найдется кто угодно и что угодно. — Сайлас прислонился к креслу бедром и достал комм из внутреннего кармана куртки.

— Могу я попросить кого-нибудь налить мне воды? И, капитан, сделайте прохладнее, тут жарковато, — заявила Джейд, но никто не обратил на нее внимания.

Сайлас написал в несколько чатов, а пока ждал ответа, рыскал на форумах.

Удивительная удача. Никс совершенно случайно оказался в команде с полицейским, который мог найти что угодно в ведомственной базе, и с пиратом, который как рыба плавал в мутных водах темного сектора.

Сайласу потребовалось еще полчаса, чтобы выяснить — адмирал Брукс любил проводить свободное время на Алхибе — в райском местечке системы Волопаса. На искусственной планете, стилизованной под приятные глазу тропики, с красивейшими пейзажами, нулевой преступностью и биосканированием всех прибывающих кораблей.

— Вот так просто? И все это есть в сети? — удивился Никс, заглядывая в комм.

— Он не делал из своего отдыха особой тайны. Смотри, вот налоговая декларация за прошлый год, в ней указан дом с территорией.

— Ты залез в базу налогового ведомства? — вскинул бровь Риктер. Кончиком хвоста он похлопывал по креслу — так человеческий полицейский мог бы играть дубинкой, постукивая ею о ладонь.

— Разве? — Сайлас покачал головой. — Если бы я мог, стал бы я мотаться по космосу, Риктер? Просто один знакомый подсказал, к кому обратиться.

— Как мы попадем на планету при таком контроле на подлете? — спросил Никс.

Биосканер мог обнаружить, к примеру, что Никс должен быть мертв уже несколько лет и сообщить в ветеринарный контроль и службы по отлову. Наверняка ведь почтовая служба списала его как погибшего. Никто никогда не станет никого искать на Фризе, деваться оттуда особенно некуда, а вне станций не выжить.

Сайлас с Риктером переглянулись.

— Увидишь, — сказал котокоп. — Через полчаса выйдем на маяк. Всем приготовиться к прыжку.

— Алхиба — роскошное место, всегда мечтала побывать там, — протянула Джейд, мечтательно закатив глаза. — Розовые пляжи, пальмы, теплый песок, насекомых нет, зато много цветов. Одна моя знакомая летала туда в отпуск со своим другом. Наверное, этот адмирал очень влиятельный человек, если у него там дом. Не думала, что военные так хорошо зарабатывают… Что насчет воды? И перекусить бы я не отказалась.

— Не советую есть перед прыжком, — ответил Никс.

Никс сел у своей стены, исподволь разглядывая Джейд — просто из интереса. Обычная серая кошка, простодушная, как пятилетка и такая же откровенная. Бесхитростно мечтающая о вкусной еде, мягкой постели и богатом человеке, чтобы получать все, что хочется, стоит только надуть губы. В чем-то она могла быть даже милой. Длинные ноги, тонкая талия, узкое большеглазое личико. Нет, она определенно была симпатичной.

Джейд бросила быстрый взгляд на Сайласа, убедилась, что тот увлечен разглядыванием чего-то на планшете вместе с Риктером и показала Никсу средний палец.

— Всем приготовиться, — скомандовал Риктер. — Прыжок будет длинным. Вынырнем в четырех часах пути от Алхибы, не хочу светиться на туристическом маяке.

Никс закрыл глаза и подобрался. Когда он переживал прыжок с открытыми, сильнее мутило. Пространство словно шло рябью, вытягиваясь и изгибаясь, иногда шло широкими цветными волнообразными полосами, как северное сияние. Кто-то говорил — это особый оптический эффект из-за слишком быстрого перемещения молекул, кто-то считал, что так выглядит время. Возможно, когда-нибудь он узнает.

Никс вдруг вспомнил, что не успел покормить сахаром техно-букашку, и пожалел, что теперь поздно. Несладко ей приходилось — тащить корабль в длинный прыжок, да еще без передышки.

Никс вспомнил, как однажды, только ввалившись в сторожку на перевале Ветров, еле переставляя ноги после двухнедельного броска и не успев стряхнуть наледь с хвоста, он получил в руки новый пакет. «Слушай, ты все равно идешь на север, захвати вот это. Послезавтра оно должно быть на станции К-216». Он тогда еле удержался, чтобы не вцепиться зубами или когтями в бородатое лицо секретаря. Правда, потом встрял приятель того — забрал из рук остолбеневшего Никса пакет и потащил к печке. «Луис, парнишка устал с дороги, ты чего? Поспит, отогреется, а завтра наверстает. Давай, котяра, грейся. Будешь чай с мелиссой? Не суй хвост так близко к огню. Вот, подстели, чтобы не на пол таяло». Никс был страшно благодарен этому мелкому парню, похожему на полевку. Люди на Фризе обычно были добры к котам. Техно-букашке никто отоспаться не дал, не насыпал крошек и не погладил лапы.

Желудок скакнул к горлу, в голове замутило. Никс вспомнил рассказ Маркуса о путешествиях по маякам и о складках на ткани Вселенной. Если технология протаскивала их по изнанке, значит в месте выхода должна была оставаться дырочка. Глупость, наверное.

Корабль тряхнуло. По корпусу забарабанило, словно град лупил по стеклам, катер завибрировал.

— Какого черта? — крикнул Сайлас.

Пол накренился, и Никс поехал, тщетно пытаясь тормозить когтями. Сайлас увернулся от его ботинок, и Никс впечатался в стену. Сбоку в него врезалась Джейд. Глаза у той были круглыми, лицо побледнело, а губы отдавали синевой.

— Меня сейчас… — она крупно вздрогнула и зажала рот рукой. — Вы даже… летать нормально не… ой, как плохо!.. Координаты задать не можете! — Она испуганно прижала уши и морщила нос. — Убьюсь тут с вами, не увидев Алхибу. Не познакомившись с целым адмиралом. Ой, мать моя, кошка… Полегче!

Свет мигал, катер лихорадило.

«Как во сне. Сейчас корпус пропорет астероид», — подумал Никс, разворачивая Джейд к себе спиной и прижимая уши к голове. «Катер меньше транспортника, нет переборок, нет герметичного дока, кораблик разломает на куски. У нас не будет времени. Мы даже понять ничего не успеем», — Никс зажмурился.

— Что за херня, мы где? — заорал Сайлас и поднялся, хватаясь за пилотское кресло.

Риктер, прижав уши, сжимал штурвал так крепко, что побелели костяшки пальцев. Монитор показывал какую-то ерунду — меньше мили до поверхности. Как?

— Малый Пес?! Риктер! Мы на планете? — Сайлас вцепился в спинку.

Катер трясло, стук по обшивке не прекращался. Мигнув, погас основной свет.

— Тяги нет, теряем двигатели, — сказал Риктер. — Это космический катер, не атмосферный!

— Пусти меня! Я лучше пилотирую. Аналитику на боковой монитор, мать твою! На центральный — обзор по плотности! Мы подключим маневровые, развернем дюзы. Должно получиться!

Корабль тряхнуло, Сайлас чуть не отлетел к стене, но уцепился за подлокотник.

— Планируй! — заорал он Риктеру в дернувшееся ухо.

— На чем? — рявкнул тот в ответ.

— Крыльями, маневровыми, нос задери и планируй, штурвал на себя! — заревел Сайлас.

С невиданной силой он вытолкал Риктера из кресла, плюхнулся сам, схватив штурвал. Выглядел он дико злым. Лицо словно заострилось, глаза сощурились, губы сжались в линию. Пусть планета только попробует не покориться, пусть только бросит вызов. Сайлас Кэш и не таких объезжал!

— Это что? Песок? — спросила Джейд, прижимаясь к Никсу сбоку. Никс и не заметил, когда та успела развернуться, обвить ему шею руками и переплести хвосты. Центральный монитор показывал неоднородное рыже-коричневое марево. — Гадость какая.

Сайлас ткнул в несколько кнопок и центральный монитор стал зеленым. Сетка обрисовала острые пики чуть ниже корабля. Горы, острые как иглы, лежали впереди. Прямо перед ними выросла огромная скала с раздвоенной вершиной.

— Не ссы. Пройдем над седловиной. Лягу на левое крыло и уйду в сторону. Тягу на маневровые. Снижаемся, — Сайлас потянул штурвал на себя, выравнивая катер, стараясь хоть немного удержать высоту. Он сосредоточился на полете, глядя в монитор почти не моргая. Отклонился назад. Приборы заорали: «Опасное приближение к поверхности! Внимание!» На малом мониторе замигала красная надпись, включился аварийный свет. Значит, до поверхности оставалось критически мало. Футов сто? Джейд зажмурилась и вжалась лицом Никсу в плечо.

— Я слишком молода, чтобы умирать! — запричитала она. — Я хочу на Алхибу! На пляж! Боже, мне конец. Я сдохну в консервной банке, вместе с нищими идиотами! У вас даже шампанского нет, чтобы разбиться стильно! Неумехи!

Зеленая сетка поверхности скользнула под катером и впереди стеной встала новая гряда. Никс даже не успел удивиться, как Сайлас уже заложил поворот, навалившись на штурвал и забирая влево. Риктер, цеплявшийся за подлокотник, повторил движение, словно мог помочь машине выдержать маневр.

«Лишь бы катер не развалился», — подумал Никс. Казалось, воздух из груди выдавило перегрузкой от крутого виража. Скалы на мониторе словно вырастали из-под земли — и проносились мимо. Сайлас клонился то в одну сторону, то в другую, не мигая вперившись хищным взглядом в монитор.

— Мне плохо, — проныла Джейд.

— Потерпи, скоро сядем, — ответил Никс.

В глазах рябило от мелькания сетки на мониторе, уши закладывало от виражей. Сложно представить, как чувствовала себя Джейд.

Во всем этом радовало одно — раз уж они не рухнули сразу и не разбились в первые минуты, шансы выжить были неплохие.

— Справа и впереди плато. Глянь, — подсказал Риктер.

— Угу, будем заходить на посадку, — согласился Сайлас.

— Постарайся не прорвать брюхо, ладно?

— Нежный ты, капец просто. Коп-зануда. Я б сейчас — хоба, с разворотом по спирали, поднимая пыль и юбки зрительниц. Но ради тебя — так и быть. Не видно ни черта, что там за грунт. Прямую видимость на монитор, локаторы на малый правый, высоту крупно на левый. Продуть маневровые!

Под катером проносилась красная земля в мелких трещинах.

— Пятьдесят футов. Станция или город в ста милях, вон там. Дотянем?

— Нет. Мощности почти нет, маневровые подыхают. Попробую дать на основные, повернуть и на остаточной тяге сесть вертикально. Даже обшивку не помнем. Выбирай место.

— Лишь бы не в трещину. — Кончик хвоста котокопа мелко подрагивал, уши стояли торчком.

— Дай мне минуту.

Сайлас что-то переключил, двигатели надсадно загудели, заскрежетало под полом. Земля внизу замедлилась и через минуту почти остановилась. До поверхности оставалось двадцать футов.

— Обидно будет рухнуть после таких маневров, да, брат? — Сайлас облизал губы. Риктер не ответил. — Потихоньку, давай, снижаем тягу. Не пойму. Сопла забились? Десять футов. Уже можно аплодировать, мы точно выживем. Если не провалимся под грунт. Знал я одну планетку, там земля как корочка на хлебе. Хрустит и ломается.

— Корочка на хлебе, м-м-м, — не сговариваясь повторили коты. Где хлеб, кам и ветчина, колбаска и, если повезет, рыбка.

Только теперь Никс заметил, по обшивке больше ничего не грохочет. В кабине царила кромешная тишина. Включился основной свет.

Катер чуть тряхнуло. Они сели.

Сайлас разжал руки и откинулся на спинку, глубоко дыша.

— Признавайся, координаты неправильно задал, да? — спросил он Риктера.

— Где мы? — хрипло спросил Никс. Голос не слушался. — Как мы тут очутились?

Джейд встрепенулась, завозилась, отлепилась от Никса, отползла в сторону и села, прижавшись лбом к прохладной стене.

— Це Нег, система Малого Пса, — ответил Риктер. — Технология Сайласа подвела, забросила нас не туда, куда целились.

— Сайлас за ней не ухаживает, — со знанием дела сказал Никс. — Вот она от усталости и выдала, что смогла.

— Чего ты там мяукаешь, пушистый? — Сайлас перегнулся через подлокотник.

— У Маркуса технология бегала, а твоя с трудом лапами шевелит.

Сайлас удивленно уставился на него.

— Твой Маркус лучший во всем, да?

— Да, но я о другом. За этой штукой нужно ухаживать. Подкармливать, давать отдохнуть. А ты ее прыжок за прыжком заставляешь работать, вот и получился недолет.

— Перелет. Могла бы и в толщу планеты забросить, получается? — удивился Риктер. — Слушайте, ну вас с вашими внеземными штуками. Ты вылезать собираешься? — он пихнул Сайласа в спину, но тот не сдвинулся.

— И кто здесь живет? — тихо спросила серовато-зеленоватая Джейд.

— Колонисты. Ящеры, — пояснил Риктер. — Искусственно выведенные гибриды для работы в условиях высокой температуры, низкой влажности, пыли, радиации…

— Ой, давайте поскорее уберемся отсюда, — Джейд задрожала и, обняв, прижала к себе тощий хвост. — От радиации шерсть выпадает.

— Просто подождем помощь, — Сайлас расслабленно улыбнулся в потолок.

— Вряд ли дождемся. Мы же вырубили маяки, чтоб не отследили. Ящеры наверняка сочли нас метеоритом. Нужно проверить, что с двигателями. Получится — улетим. А нет — придется идти до станции. Всего сорок миль. Локаторы работают, буря утихает. — Риктер наконец вытолкал Сайласа из пилотского кресла и щелкнул кнопками, проверяя данные о погоде за бортом. Жарко, сухо, ветрено.

— Я пас, — сказал Сайлас. — Предпочитаю тропики.

— И правильно, людей они недолюбливают, — усмехнулся котокоп. — Я пойду, как самый сильный.

— И я. — Никс поднялся.

— Принесите мне воды! — снова потребовала Джейд.

Никс подошел к консоли и взял в руку печально неподвижную техно-букашку. Панель раскалилась, и коробочка жгла руку. Пришлось держать ее двумя пальцами за бока. Лапки не шевелились. Никс осторожно опустил техно-букашку на стол в камбузе. Налил в блюдце воды, развел несколько крупинок сахара. Поставил рядом. Потрогал пальцем блестящую спинку.

— Сдохла? — участливо спросил Риктер.

Спинка техно-букашки понемногу остывала. Никс поднял ее и осторожно опустил медными лапками в воду. Через несколько секунд лапки дернулись. Раз, другой. Технология уцепилась за края блюдца, растопырилась и опустилась брюшком в воду.

— Косточка, — сказал Никс и погладил ее по спинке пальцем. — Живучая, умница.

Что-то, тянувшее в груди скрученным узлом, вдруг отпустило, и дышать стало проще. Страшное было позади. Они справились. Даже Джейд продержалась лучше ожидаемого. Риктер был молодец, невозмутимо спокойный капитан. Как скала. Сайлас — рисковый и очень крутой пилот. Иногда казалось, что морочить головы — его главный талант, а вон как вышло. Техно-букашка всасывала воду и Никс был этому рад.

Глава 11. Курсовая неустойчивость. Часть 2

— Правда пьет. Херовый ты, Сайлас, хозяин, — сказал Риктер.

— Вот еще. Сложно вырастить только первого питомца, остальные сами друг друга воспитают. С Никсом сработало.

— Идем, проверим двигатели. — Риктер поднялся, по-хозяйски приобнял Никса за плечо и развернул к шлюзу. — И запомни: еще раз влезешь в технические дела без моего ведома — уши оторву.

— Не стоит проецировать на других те методы воспитания, которыми наградили тебя. — Никс быстро, почти ласково дернул Риктера за край рваного уха. Тот мотнул головой, прижал уши и беззлобно, скорее для порядка, зашипел. Никс довольно муркнул и толкнул его плечом — ответное кошачье «принято».

В тесной шлюзовой камере Риктер молча сунул Никсу маску-респиратор, проверил клапан и, не дожидаясь, спрыгнул вниз. Туман тут же сомкнулся за ним, проглотил силуэт.

Никс спрыгнул следом.

Здесь все было красным. Красная земля, красный воздух, красное небо, закрытое низкими тучами сотни оттенков кирпичного. Бледный свет

Туман стелился по пояс, ленивый, маслянистый, с запахом меди и железа.

Риктер уже уходил к хвосту катера, и его хвост быстро таял в этой красной мути. Никс припустил следом, но на полпути замер.

Он присел, зачерпнул горсть песка. Песок был тяжелым — не сыпался, а перетекал с ладони на ладонь липкой массой. «Радиация», — подумал Никс и, брезгливо отряхнув пальцы, задрал хвост трубой, повыше от зловредной земли.

Под ногами хрустело. Он опустил взгляд: черная, спекшаяся корка, зажаренная двигателями катера, была щедро усыпана мутными осколками. Они тускло поблескивали в багровом сумраке, похожие на осколки старых бутылок, которые ветер миллион лет обкатывал в соленой воде.

Никс поежился и догнал Риктера.

Основные двигатели катера не успели развернуться параллельно земле, замерли в полуположении и все покрылись наплывами стекла.

Риктер подпрыгнул и отломил кусок с самого краю, там, где острые обломки отходили от сопла. Раздраженно дернул хвостом — не нравилось ему то, что он видел.

— Песок расплавился. С маневровыми дело лучше, они менее мощные, но здесь беда. Никуда не улетим, пока не отобьем.

— А как взлетать в песке, чтобы снова не наплавило?

— Вот именно. У местных должен быть лифт.

— Не долетим?

— Нет, не хочу рисковать.

Никс кивнул. Он отлично слышал Риктера в динамике. А еще завывание песка, который гонял ветер. Песчинки почти сразу набились в хвост и больно хлестали по шее. Никс порадовался, что уши закрыты маской. Им бы не поздоровилось, а они Никсу очень нравились.

— Возвращаемся на катер. Попробую связаться со станцией. Но если не выйдет, двинем пешком. — Риктер отломал еще кусок стекла с двигателя и прихватил с собой. Никс поймал конец его хвоста, просто чтобы не отстать, но Риктер развернулся и зашипел. Никс поднял раскрытые ладони к лицу. «Остынь, парень, чего ты так напрягся?! Прикидываешь цены нового полицейского катера на черном рынке?»

— Сайлас, собери по четыре энергобрикета и воды на сутки в два рюкзака, — едва войдя в катер, бросил Риктер.

— Бегу, мой капитан. — заверил Сайлас, не двинувшись с места. — Что там? Как обстановочка снаружи?

Никс снял маску и повесил на руку. Риктер, стуча по клавишам панели, кратко рассказал о стекле на двигателях.

— Связи нет. Поставлю автосоединение, вдруг получится. Координаты катера и станции скину на коммуникатор.

Косточка выбежала из камбуза и зачастила лапками, подбираясь к Никсу. Он присел и подставил ладонь. Техно-букашка закружилась по ней, вздрогнула, словно чихнула. Спрыгнула, приземлившись с металлическим клацаньем, и забралась на консоль. Песок ей не понравился.

Джейд сидела на чемодане и разглядывала себя в зеркальце.

Никс вошел в камбуз. Сорок миль он одолел бы часов за двенадцать или четырнадцать, с двумя небольшими перерывами на отдых. Риктер был прав. Лучше подстраховаться и взять воды на сутки или чуть больше. Вдруг придется обходить трещины или горы, или пережидать бурю. Рюкзаки лежали в шкафу с амуницией. Никс прихватил себе одну из синих курток с надписью «Полиция» на спине. Ему совсем не понравилось, как ветер хлестал песком по шее. Он собрал воду, энергобрикеты, минимальную аптечку. Пластырь никогда не бывал лишним. Взвесил оба рюкзака в руках, сравнивая. Можно было выдвигаться.

Риктер, оглядев его с ног до головы, взял себе вторую куртку. Натянул маску и забрал рюкзак.

— Эй, ну вы сообщайте где идете, лады? — крикнул Сайлас.

— И не задерживайтесь! — крикнула Джейд, оторвавшись от приглаживания шерстки на ушах. — Здесь кругом радиация, вредная для шерсти.

— Если б у тебя ее было чуть больше, ты б не боялась потерять немного, — Никс распушил хвост и задрал трубой. Джейд закатила глаза.

За выжженным посадкой кругом земля становилась красной — твердой песчаной коркой в мелких трещинах. В воздухе носился песок, видимость была футов на десять, не дальше. Двигаться быстро, скорее всего, было опасно — можно влететь в трещину. Интересно, были ли здесь пустоты? Никс топнул несколько раз, но звуки тонули в ветре, а земля оставалась одинаково плотной. Ни кустика, ни деревца, ни камней, одна пустыня.

Риктер уверенно шел вперед, сперва постоянно глядя в комм, потом сунув тот в карман. Никс держал дистанцию в пять футов. Короткий темно-рыжий хвост терялся в красном воздухе, но синяя куртка виднелась отчетливо. Через полчаса пути Никс почувствовал, что мышцы размялись и идти стало легче. «Соскучился», — с озорной легкостью понял Никс. Он и не думал, что когда-нибудь заскучает по долгим переходам, по пустыням и метелям. Видел бы его Маркус сейчас.

Хорошо, что Никс завел трубочку из бутылки с водой на прямую подачу в маску. Достаточно было поймать ее языком, чтобы попить. Край маски проходил точно за ушами и это тоже было хорошо, сутки пути с прижатыми к голове — ему б такое не понравилось, хуже был бы только песок внутри.

— Мы взяли слишком резвый темп, — сказал Никс.

— Боишься отстать? — подколол Риктер и обернулся, чтобы посмотреть на Никса.

— Маршрут длинный. Полчаса погоды не сделают, но могут нас измотать. Наша цель дойти, значит лучше идти медленнее, беречь силы. Дольше протянем. Если чувствуешь, что сердце разгоняется или дышишь чаще, значит идем слишком быстро. Если от разговора начинаешь задыхаться — тоже. Слушай, я натоптал по Фризу тысячи миль, восемь лет там провел. От станции к станции, потом назад на почтовую базу. Приходишь, тебе говорят — у нас новый заказ, из точки в середине маршрута на станцию в конце. Ты спрашиваешь, можно ли обсушить хвост и выспаться в тепле до завтрашнего утра, и тебе говорят — спи. Потому что ни одна, ни даже две ночи не сделают погоды на длинном маршруте.

— Чего ж на снегоходах не гоняли?

— Топливо выходило слишком дорого, да еще и трещины во льду. Некоторые очень глубокие. Если ехать быстро, их не видно, особенно когда снегопад или метель. Куча народу убилась и целый ангар техники потеряли, пока не придумали для мелких посылок использовать котов. Знаешь, отнести несколько галлонов моторного масла со склада к вахтовикам или деталь для дробилки. Даже для чего-то большого дешевле выходило снарядить кошачий караван с санями, чем поднять катер.

— Вот задница.

— Темнота такая же, уверен. Может, я пойду впереди?

— Я не отдам тебе комм.

— Не доверяешь?

— Я никому не доверяю. А ты что-то слишком довольный. Погляжу на тебя через пару часов.

— Без проблем. Я только что понял, люблю пешие походы. Главное, чтобы ничего нигде не мешало. Чтобы в ботинках не было песка, а рюкзак не бил по спине. У тебя лямки туго натянуты?

Никса понесло. Он болтал без умолку, рассказывая про жизнь на Фризе, про разные приметы, про то, как свет фонаря падает на снег, про то, что аккумуляторы от мороза садятся быстрее и нести запасные приходится, согревая их на груди под футболкой. Про запасные перчатки, про страховку и ледовые кошки. Риктер слушал и даже вопросы вставлял.

— Что-то хорошее там все-таки было, а? — спросил Риктер со странной интонацией. — В том, что ты идешь, совсем один, и никто тебе не указывает.

— Что-то было, — согласился Никс.

Они остановились выпить воды и продолжили путь. Свет не менялся, ветер подгонял их в спину.

— Я был свободен, — улыбнулся Никс сам себе. — И там мы были в одной лодке с людьми. Сегодня они пустили тебя погреться и накормили своей едой, завтра ты вышел на поиск потерявшегося снегохода с геологом. Мне было шестнадцать, когда я попал на Фриз. Ни о чем не думал, пока летел туда, все равно было, куда податься. Но там все изменилось. И я изменился, понял, что хочу большего. Больше узнать, больше увидеть. Если мне понравились дороги там, может мне понравились бы и космические пути? Система огромна и кроме снежной планеты в ней есть тысячи других. Ну и вот.

Еще через полчаса пути, при очередной остановке Никс отметил, что Риктер дышит тяжело и шумно. Это было скверно. Похоже, темп для него оказался высоковат. Никс догадывался, что Риктер держится на одной воле и никогда не признается в усталости. Снова попив воды, они пошли дальше.

— А теперь ты готов променять свою свободу на команду транспортника? Снова служить людям? Поменять свободу, ради которой ты бежал из колонии, которая дает тебе возможность мотаться по космосу. Ты правда готов от нее отказаться? — Дыхание Риктера сбивалось, не то от усталости, не то от волнения. — Большинство котов — они как Джейд. Свободу эту в гробу видали, им лишь бы тепло и сыто. Но мы не такие. Ты, я… Неужели ты готов отречься от вольной жизни, дать накинуть на себя поводок? Да не поверю.

— Конечно же, нет! Вовсе я не собираюсь расставаться с вольной жизнью. Я просто хочу быть свободным вместе с ними. Быть свободным вместе с кем-то гораздо интереснее, чем одному. — Никс мечтательно улыбнулся.

— Это ты так думаешь, — фыркнул Риктер. — Что ж, надеюсь, этот твой капитан и его команда, стоят всего того, что ты ради них наворотил. И надеюсь, ты готов, к тому, что, когда найдешь капитана — он потреплет тебя по ушам и скажет: «Ой, Никс, ничего себе, какое большое дело ты провернул ради меня, но я вовсе не просил. Я просто решил расслабиться, погулять несколько дней или у меня были человеческие, не твоего ума, дела». Надеюсь, ты к этому готов. Потому что, как по мне, твоя ставка слишком высока.

— Риктер, мне жаль, что я втравил тебя во все это. Вас с Сайласом.

— Да брось, до пустыни было даже весело. Но песок — это ад. Он у меня в ушах, в хвосте, в глазах и в трусах. Ненавижу песок, но сейчас не лучший момент, чтобы соскакивать, да?

— Да уж, точно не сейчас. Нам лучше забрать правее.

— Почему? Мы точно держим курс, я проверял, когда останавливались.

— Ветер все время дует нам в спину, но справа немного сильнее, а значит каждый следующий шаг получается чуть левее, понимаешь? Мы идем не первый час и, думаю, отклонились на милю или около того.

Они притормозили. Видимость из-за песка была никакая. Похоже, общее направление они держали, но нужна была уверенность. Они склонились над коммом, голова к голове, Никс загораживал прибор руками, пока Риктер рассматривал.

— Ну что сколько прошли? — спросил Никс.

— Пятнадцать миль. Давление падает, мне это не нравится. Если начнется буря, будет негде укрыться.

Никс сглотнул. На Фризе он как-то попал в сильную метель посреди плато. Он тогда лег, вцепившись в наст чуть ли не зубами, но его все равно норовило утащить порывом. Повезло спрятаться от бури за какой-то кочкой, распластавшись под ней и прижав хвост. Как же он замерз тогда. К тому моменту, как буря закончилась, он не чувствовал ни ушей, ни пальцев, а хвост превратился в сосульку.

— На твоей карте нет той зеленой сетки? Мы могли бы найти бы гору и укрыться за ней.

— Нет. Я смотрел еще на корабле, тут все ровное, как тарелка.

— Можно взяться за хвосты или обвязаться для надежности. Я прихватил веревку.

— Позже. Пойдем быстрее. — Риктер махнул и зашагал.

Нет, это было неправильно. Неправильно было убегать от бури. Чуть раньше или чуть позже, она тебя все равно догонит. Но если убегать, то догонит обессилевшего. И размотает так, что никаких сил не останется встать и идти. Нельзя было бороться с бурей — ее можно было только переждать.

Через какое-то время ветер сменился и теперь бил в правое плечо. Идти стало труднее, приходилось наклоняться вперед, чтобы не заваливаться. Видимость упала футов до пяти. Никс едва различал впереди темно-синее пятно куртки Риктера. Тот продолжал идти на чистом упрямстве — молча, не сверяясь с картой, не останавливаясь выпить воды.

Время исчезло. Никс шел и шел, держа взглядом смутную фигуру. Песок шуршал и цокал по маске, набивался в ботинки, под одежду, в волосы и в хвост, противно прилипал ко взмокшей шее. Ворот стал натирать. Плато все не заканчивалось, кругом была лишь красная земля и песок.

— Риктер! — позвал Никс. Микрофон включился, но вместо слов он слышал только тяжелое дыхание. — Риктер! Нужно остановиться, сверить маршрут!

Ответа не было.

— Риктер!

«Кошачья матерь, чтоб тебя». — Сражаясь с ветром, Никс прибавил скорость и, нагнав Риктера, потянул за плечо, разворачивая к себе.

Глаза у котокопа были полуприкрыты, распахнутым ртом он хватал воздух, на побледневшем лице проступили крупные капли пота.

— Нужно… идти, — с трудом произнес Риктер.

— Нужно остановиться. Если ты упадешь, я тебя точно не дотащу, здоровяк. Тормозим, привал.

— Нет! — Риктер стряхнул его руку.

— Стоять, офицер Риктер! Смирно! — рявкнул Никс.

Риктер качнулся и замер. Никс вытряхнул из рюкзака веревку, обвязал Риктера за пояс и обвязался сам. Между ними получилось футов пять. Более чем достаточно.

— Садиться не будем, просто постоим немного, выпьем воды и передохнем минуту. Иди сюда. — Никс притянул котокопа к себе, позволив навалиться. Риктеру явно было хреново.

— Ты… сможешь разобраться с маршрутом? — спросил Риктер. Нашарив во внутреннем кармане комм, он вложил его Никсу в руку.

Никс кивнул. Риктер закрыл глаза.

Загородив ладонью экран от ветра, Никс рассматривал карту. Они шли восемь часов, прошли двадцать шесть миль отклонились от маршрута на три мили. Слишком много. Нужен был лишний час пути, чтобы скорректировать маршрут. Лучше бы Никс не видел таймера на экране. Ноги сразу ослабели, тело налилось свинцовой тяжестью. Им нужно было отдохнуть хотя бы полчаса, переждать бурю, не могла же она бушевать вечно. Дыхание Риктера выровнялось. Уснул стоя — понял Никс и осторожно опустил его на землю. Риктер сразу свернулся в клубок. Никс улегся рядом, стараясь отгородиться от ветра, укрыл их обоих хвостом.

Без масок они бы не дошли.

Почему ни один из них не подумал о том, чтобы повернуть назад? Может, стоило связаться с катером? Чем занимаются сейчас Сайлас и Джейд? А что, если они подали сигнал на станцию, и за ними уже прилетели. Сидят теперь, смотрят в окно на бурю и пьют холодное молоко.

Никс закрыл глаза. Делает ли Тая йогу без него? Где же Маркус? Как он? Что делает сейчас? Почему Никсу все время казалось, будто с ним случилось что-то ужасное? Если его арестовали, то скорее всего просто держат в камере. А вдруг его допрашивают, требуют рассказать, откуда у него техно-букашка, а Маркус даже не умеет ею пользоваться.

За технологию можно было здорово огрести. Те, кто ее создал, и те, кто ею владел, наверняка не были заинтересованы в распространении информации о том, что прыжки без маяков вообще возможны. Раз Маркуса уводила военная полиция, то возможно у них и произошла утечка.

Никс вздрогнул и очнулся от вязкой дремоты. Стоило сесть, как с плеч посыпался песок, пара горстей юркнула за воротник и тут же прилипла к коже. Бррр, гадость! Он зафыркал и встряхнулся.

Вокруг них с Риктером успело намести барханчиков. Стоял штиль, но красная пыль все еще висела в воздухе.

— Просыпайся! — Никс потряс котокопа за плечо. — Давай, Риктер, подъем. Пей и идем дальше.

Глава 12. Умеющий ходить по пескам

Риктер зашевелился, медленно сел и только потом разлепил глаза. Он явно не привык к долгим переходам.

— Пей воду, — велел Никс.

Он напился сам и достал комм. Катер на запрос не ответил, видимо, сигнал не проходил через песчаное марево.

Четырнадцать миль. Около пяти часов пути, если повезет.

— Связи нет. Готов идти дальше? — спросил Никс.

Риктер кивнул.

— Иди первым.

— Как твой хвост?

— Пройдет.

— Хорошо. Держи мой за кончик, ладно? Я буду знать, что ты рядом. И не забывай пить воду.

— Хорошо, мамуля, — вяло съязвил Риктер.

Они спали около часа, и теперь Никс чувствовал, что сил прибавилось. Интересно, приходилось ли Маркусу идти через бурю? И нравится ли ему вообще ходить пешком? Никс вдруг поймал себя на том, что почти ничего о нем не знает. Любимый цвет, любимая еда. Есть ли друзья, кроме команды, или корабль — это и есть вся его жизнь. Все, что Никс мог сказать о Маркусе, строилось не на фактах, а на ощущениях. Месяц назад он сам бы себе за такое дал по ушам и обозвал наивным котенком.

Но кошачье чутье — штука надежная. Сколько раз оно вытаскивало его из передряг, в которые он умудрялся вляпаться по самые уши? Не счесть. И сейчас оно говорило четко, без помех: этот капитан — тот, за кем стоит идти. Не потому, что он идеальный. А потому, что настоящий. С ним можно работать.

Никс верил своему чутью. И хотел верить Маркусу. А для этого нужно было сначала его найти.

Красное марево расступалось. Каждый шаг приближал их к станции, к спасению и к Маркусу. После отдыха, открылось второе дыхание, они взяли хороший темп.

— Риктер. Эй, Риктер! — позвал Никс. — Слушай. А чего ты хочешь от жизни? О чем мечтаешь?

На самом деле, он просто хотел услышать котокопа, узнать его состояние.

— Я хочу стоять на своей земле, — помолчав с минуту, хрипло ответил Риктер. — Хочу ферму. Не важно, в орбитальном блоке или на планете. Скорее всего, это будет далекая колония со свежим терраформированием, но я хочу выйти на крыльцо своего дома, посмотреть по сторонам и сказать: это моя земля. Я кот — и это моя земля.

— Хорошая мечта, — проникся Никс. — Очень хорошая.

Своя земля — это было весомо. Прав у котов всегда было меньше, чем у людей. Кот был либо чьим-то. Либо бродячим — слепым пятном в социальном плане. А если тебя нет, то и имущества у тебя быть не может. Получалось, что кот в любом случае не мог обладать чем-то серьезным без риска потерять собственность в любую минуту. Никс не стал об этом говорить, Риктер и сам все знал. Но в далеких уголках космоса, в молодых колониях всем было наплевать, что в землеустроительную контору приходит кто-то с документами и кредитами, а за спиной у него болтается хвост. План Риктера был не таким уж фантастическим.

— Не веришь? Думаешь, не получится? Ты с Сайласом сколько лет работал? Пять? За это время он умудрялся отправлять тебя даже на военные флагманы, с оплатой наличными. Думаешь, оформить документы на клочок земли в заднице Вселенной будет проблемой? — словно прочитал его мысли Риктер.

Никс обернулся. Риктер шагал тяжело, припадая на левую ногу. И что-то его явно беспокоило, хоть он и не подавал виду.

— Ты ведь обо мне не слышал, да? — продолжил Риктер. — Ты знал Сайласа, видел его команду, постоянно меняющуюся, заметь. Один парень сошел с дистанции, потом другой решил остаться на станции. Третий перебрал с выпивкой, и корабль ушел без него… Ты никогда не думал, что выглядеть болтливым простофилей — неплохая маскировка, когда проворачиваешь разные мутные дела. Он ведь даже капитана твоего уболтал.

— Пожалуй, — согласился Никс.

Риктер фыркнул.

— Люди хитрые и слабые. Хоть и занятные. Думаешь, у тебя все схвачено, жизнь идет по плану, и тут он выкидывает такое, от чего все встает с ног на голову.

Голос Риктера звучал неожиданно тепло. Кажется, рассуждая о том, как славно быть независимым одиночкой, он имел в виду не столько пустоту вокруг, сколько право выбирать — с кем эту независимость делить. Не с кем угодно, а с теми, кто прошел проверку делом. Такие люди встречались ему редко, но каждый оставлял след. С кем-то он делил огневую точку в засаде, с кем-то — последний баллон кислорода. И сейчас, в этом тусклом свете чужой планеты, Риктер говорил о них — не по имени, но так, будто они стояли за плечом.

Никс уловил это. Котокоп не из тех, кто разбрасывается уважением. Но если уж заслужил — оно остается с тобой навсегда.

За раздумьями Никс упустил часть рассуждений Риктера и очнулся на фразе:

— …поэтому ищешь тех, кто не сломается. Кто вытащит, даже если ты сам уже решил, что все. А если однажды кто-то из них не вернется — ты запомнишь их, но пойдешь дальше.

— Сайлас ужом из любой передряги вывернется, еще и прихватит что-нибудь ценное, — усмехнулся Никс, кивая в сторону катера.

— Я не о нем, — отрезал Риктер, но беззлобно. Помолчал и добавил уже спокойнее: — Он просто везде свой. Это другое.

Никс усмехнулся и промолчал. Если Риктеру нравится думать, что он ни в ком не нуждается — пусть думает. А Никсу нравилось быть с кем-то вместе, и он этого не скрывал. Сейчас они вдвоем с Риктером — и это хорошо. В компании не так скучно идти по красным пескам.

— У тебя уши не чешутся? — спросил Риктер.

— Нет. Как вы познакомились с Сайласом?

— Маска мала, кошачья мать, три оклада бы отдал чтобы почесать.

— У меня хвост чешется.

— Я дергаю?

— Нет, долбаный песок набился, надеюсь, шерсть не выпадет. Так что? Познакомились, как?

— У меня тогда хвост был в порядке, уши целы и шкура без единого шрама, — недовольно проворчал Риктер, и Никс фыркнул. — Только выпустился из учебки, считай. Год — ерунда для служебного кота. Приступил, значит, к полевой. Мне тогда повезло, у меня была потрясающая инструктор.

— Офицер Риктер! — догадался Никс.

— Саманта, — произнес Риктер после короткой паузы. — Саманта Риктер, да. Единственный человек, от которого я не видел ни лжи, ни изворотливости. Она была особенная. Ходила в капитанах, хотя ей оставалась пара лет до пенсии. Красивая, смелая, сильная и добрая.

Риктер некоторое время шел молча, припадая на левую ногу.

— Так что? — поторопил Никс.

— Мы разрабатывали банду торговцев всяким особенным на Миракле. Ты, наверное, и не слышал о такой станции. Знатная дыра. Одни мутанты. Вода дрянная, воздух — сплошной смог. Старая отработанная колония. У меня поручение было — приглядывать за задней дверью бара, где работали наши. Сижу у стены, как последний бездомный кот, и тут вижу ноги. Мужик какой-то встал прямо передо мной и обзор загораживает. Я на него взглянул, а он говорит: «Киса, ты тут не сиди, хвост отморозишь. Иди лучше». Пыхнул в лицо дымом и вошел в ту самую дверь, за которой я присматривал. Это и был Сайлас.

— А потом?

— А потом в переулке нарисовались пятеро с парализаторами, и ко мне. — Риктер тяжело вздохнул, переводя дыхание, и продолжил. — Я троих раскидал, ухо мне порвали, а тут из бара повалили наши клиенты, как тараканы. Пришлось действовать зубами. Уложил оставшихся — и в погоню. Скачу на четырех, морда вся в крови, ухо клоком висит, они орут. Не успел. На улице их флаер ждал. Мне потом влетело, разжаловали бы, если б было куда. Я тогда решил, что обязательно найду того чернявого, который меня кисой обозвал, хорошо его запомнил. Потом, правда, оказалось, что он был не из банды. Сайлас брезговал с требухой возиться, просто мимо шел. Распознал засаду, хотел меня предупредить, — Риктер помолчал и глухо закончил: — Саманта погибла через год, в этой же колонии. Не доглядел я. Арестовали с ней очередных отморозков, по виду просто психи, сопротивления не оказывали. Пока одного в наручники паковал, другой в нее выстрелил. Глупо вышло. И очень быстро. Раз и все.

— Стой! — скомандовал Никс.

Риктер от неожиданности врезался ему в спину. Выглянул из-за плеча.

— Что там?

— Погоди.

— Все чисто, идем, чего встал?

Никс и сам не понимал, но чувствовал — лучше оглядеться. Может, чуть темнее впереди казался песок или ладонь поймала восходящий порыв ветра. На Фризе он от чутья не отмахивался.

— Держи веревку натянутой.

Никс сделал осторожный шаг. Затем еще один, и еще. На пятом из-под ног посыпались камешки, и он отскочил. Впереди ничего не было. Земля кончилась. Никс упал на четыре точки, а затем, растянувшись на животе, подполз к краю, пытаясь разглядеть хоть что-то. Потом взял горсть земли, кинул в провал — и не услышал ни звука. Что ж, оставалось решить, идти направо или налево.

— Глубоко? — спросил Риктер.

— Похоже. Налево?

— Разделимся?

— Нет, не стоит. У нас всего один комм. Думаю, это выработка, следы по краю как от ковша экскаватора. У нас на Фризе были похожие, знаешь, огромные такие штуки с зубастыми вращающимися ковшами, загребают породу.

— Не нравится мне это. Мы сколько идем уже? Часов двенадцать?

— Вроде того. Песок садится, ты заметил? Видимость все лучше. Идем налево.

Риктер пожал плечами и, когда Никс повернулся к нему спиной, поймал кончик хвоста в ладонь. Они шли молча.

Ветер стих так же внезапно, как и налетел. Красная мгла осела, и на мгновение открылся горизонт — бескрайняя, выжженная равнина, покрытая сетью трещин, словно старая глиняная тарелка. Ни неба, ни солнца — только багровая дымка, висевшая над землей.

Никс остановился, чтобы перевести дух. Он не оборачивался, но чувствовал, как натяжение веревки ослабло. Риктер стоял в двух шагах позади, согнувшись, уперев руки в колени. Дышал он тяжело, с хрипом, но упрямо не жаловался.

— Привал, — сказал Никс, не спрашивая.

— Нет, — выдохнул Риктер. — Еще немного.

— Ты сейчас упадешь. — Никс развернулся и посмотрел на него в упор. — Садись.

Риктер посмотрел на него, и в его глазах мелькнуло что-то среднее между злостью и облегчением. Он медленно опустился на песок, вытянув больную ногу. Никс сел рядом.

Никс сделал несколько глотков. Вода была теплой и отдавала пластиком. Он закрыл глаза.

— Знаешь, — сказал Никс, разглядывая трещины в земле, — когда я работал на почте, у меня был маршрут через перевал Ветров. Там тоже была пустыня. Только снежная. И ветер такой, что сбивал с ног. Я тогда был молодой, глупый. Думал, что справлюсь в одиночку.

— И как? — спросил Риктер, не открывая глаз.

— Чуть не сдох. — Никс усмехнулся. — Меня нашел старый кот по имени Барс. Он тащил меня на себе три мили до сторожки. Я тогда весил немного, но все равно. Он не бросил меня.

Риктер открыл глаза и посмотрел на него.

— Ты поэтому решил спасти Маркуса? — спросил он. — Даже если ты его не найдешь, то не отобьешь у полиции.

— Коты часто одиночки, да, — кивнул Никс. — Но я не хочу быть совсем один. Не хочу, чтобы кто-то оставался один.

Риктер слабо улыбнулся, уголок рта дернулся вверх, но тут же вернулся на место. Он откинул голову назад, глядя в багровое небо.

— Мы дойдем, — сказал он. — Я не собираюсь сдохнуть в этой дыре. У меня ферма не куплена.

— Вот и отлично, — Никс хлопнул его по плечу. — Отдохнем пять минут и двинем дальше.

— Не смотри в комм, не трать заряд, я и так знаю дорогу. — Никс поднялся и подал ему руку. — Пошли, здоровяк.

Риктер принял руку и поднялся. Он хромал, но шел.

Никс не хотел сверяться с картой, и так зная, что они с каждым шагом все больше отклоняются от маршрута. Сейчас еще не поздно было повернуть назад, к кораблю, но через пару часов это уже будет невозможно, им просто не хватит воды. Дадут о себе знать усталость, натертые ноги и шеи. Рюкзаки будут становиться тяжелее с каждым шагом, и они начнут выкидывать барахло, даже пустые невесомые бутылки.

Через пару часов пути Риктер уже сжимал хвост еле-еле, а веревку натягивал все сильнее и начал отставать. Никс сбавил темп. Песок почти улегся и по правую руку стал отчетливо виден огромный каньон выработки. Да, перебраться через такой не хватило бы ни веревки, ни кошачьей ловкости.

Еще через час Никс достал комм. Двадцать миль до станции. Двадцать. Они удалялись. Никс скрипнул зубами.

— Паршиво? — тихо спросил Риктер. — Мы не сдохнем здесь, понял? Мы будем идти и обязательно… — Он несколько раз тяжело вздохнул. — Обязательно придем.

— Да, — согласился Никс.

С каждым шагом идти становилось все тяжелее, слабели, голова шла кругом. Нужно было сделать еще один привал и вздремнуть. Риктера шатало из стороны в сторону, он клонился к земле, засыпая на ходу. У Никса слипались глаза.

— Дай мне минуту, — заплетающимся языком проговорил Риктер и рухнул на колени.

На Фризе всегда была вода. Много-много воды в виде льда — прозрачного, голубого, серого и с зеленым отливом.

Смогут ли они встать, если лягут сейчас? Сколько воды осталось? Непослушными губами Никс нашел трубочку и, сделав глоток, понял — одна бутылка.

Риктер тяжело завалился на бок и тут же свернулся в клубок.

Никс со злостью прогнал мысль о смерти. Не здесь, не сейчас, не из-за такой ерунды. Он был слишком молод, чтобы уснуть навсегда в какой-то богами забытой дыре.

У них оставалось немного воды, много энергобрикетов. Фильтры в масках работали исправно. Это еще не конец. Они устали, Риктер с непривычки выбился из сил. Но выход был всегда, Никс это знал. Случались вещи и похуже. Когда Никсу было восемнадцать, на Фризе одному коту придавило хвост отвалившимся от скалы куском породы. А хвост у того парня был отличный. Длинный, не меньше шести футов, и пушистый. Кот тогда, достав походный нож, рубанул его себе почти по основание. Остался жалкий огрызок, едва доходящий до колен, зато парень выжил. Перетянул обрубок жгутом и дошел до сторожки на перевале.

Где-то на Алхибе сейчас отдыхал в шезлонге адмирал Брукс, и нужно было добраться до него, чтобы потом найти Маркуса и спасти. Никс представил теплое море, мягкими короткими волнами набегающее на берег. Много-много воды, до самого горизонта. Влажный тропический воздух, оседающий капельками на горячей от солнца коже.

Ничего страшного не случится если они с Риктером передохнут. Потом найдут укрытие и Никс, как самый быстрый, выйдет на разведку. Он найдет и приведет помощь, а Риктер дождется его. Все будет хорошо.

Что-то темное показалось впереди. Никс сел на песок, скрестил ноги и, обернув их хвостом, стал наблюдать. Темное приближалось — огромное, как гора, шумное и грохочущее. Горячий ветер принес запах машинного масла. А потом Никс различил крутящиеся металлические ножи и ковши, секущие и загребающее породу.

Здоровенная машина замерла футах в пятидесяти от них, из открывшейся дверцы кто-то спрыгнул на песок. Никс различил длинный хвост, волочившийся по песку. Кот? Здесь? Откуда?

— Сшшшшш, — сказал незнакомец, склоняясь над Никсом.

У него были желтые глаза с вертикальным зрачком, плоский нос, а на хвосте чешуя. Шерсть все-таки выпала. Правильно, какая шерсть, когда радиация.

— Нам нужна помощь, у нас авария, — сказал Никс, улыбаясь в желтые глаза и удивляясь про себя, как же парень дышит в мареве без маски.

— Нужен транспорт, — отчетливо сказал желтоглазый, нажав кнопку на рации, закрепленной на куртке.

Никс мотнул головой. Зрение прояснилось. Над ним стоял зоомодификант — ящер в зеленой рабочей спецовке, костный нарост на лысой голове, плотная, словно выдубленная, красноватая кожа.

От чудища, оказавшегося карьерным экскаватором, к ним бежала еще пара местных. Чешуйчатые хвосты мели по песку.

— Рад вас видеть, ребята. В комме координаты нашего катера, у нас там друзья и им нужна помощь. А пока ждем транспорт, я немного отдохну, — сказал Никс и провалился в глубокий сон, сжав комм в ладони.

Глава 13. Ящерицы торгуются

«Зачем только тащили энергобрикеты, ну какие перекусы в пыльной буре?», — всплыла в просыпающемся сознании вялая мысль. И сразу заурчало в животе. Никс завозился, пытаясь выпутаться из чего-то узкого и тесного. Оказалось — из спального мешка. Хорошо, лежал прямо на полу, иначе шлепнулся бы, так рвался на свободу.

Разлепив глаза, Никс огляделся. Прямо перед ним было окно все с тем же унылым красно-оранжевым пейзажем за ним. По серым металлическим стенам пролегли трубы и забранные в короба кабели. Потолок и пол тоже были металлические, с рельефными точками против скольжения.

Рядом, развалившись на спине, безмятежно посапывал Риктер. Из комнаты вели две двери, рядом стояли две пары ботинок. Никс высвободил из мешка ноги и хвост, размял шею и решил осмотреться. За первой дверью оказался коридор, за второй нашлась душевая.

При виде кабины и умывальника Никс аж зачесался. Кожа зудела от сухости. Казалось, еще немного и он чешуей покроется, как местные. Торопливо скинув одежду, он ступил в кабину. Развел руки, распушил хвост и прижал уши, чтобы не залило водой. Ничего не происходило. Никс не нашел сенсор, нажал единственную кнопку и зажмурился. В недрах кабины загудело, пол завибрировал. Не понимая, что происходит, Никс сильнее прижал уши и уже хотел опустить хвост, когда из щелей в полу вырвался мощный поток воздуха, чуть не подкинувший его к потолку. Никс зашарил по панели в поисках чертовой кнопки — но все прекратилось так же внезапно, как и началось. Последние песчинки втянулись в решетку вытяжки наверху.

Никс разочарованно опустил руки и хвост, дернул дверцу, но та не поддалась. Кабина гудела. Никс зажмурился.

Наконец из мелких отверстий в стенах брызнула прохладная вода. Никс наскоро помылся, шипя от холода. Едва он успел намочить хвост, как вода отключилась и сразу же открылась дверца. Никс встряхнулся, отряхнул хвост, а потом поднял одежду и, кинув ее в кабину, ударил по кнопке обдува. Уж лучше так, чем натягивать на себя шмотье, из каждого шва которого можно было натрясти стакан песка. Трюк с обдувом отлично сработал, песка не осталось.

Одевшись, Никс вышел и потряс Риктера за плечо.

— Вставай! Душ там, а я на разведку.

Тот сонно угукнул и повернулся на бок, лицом к стене.

Никс обулся и вышел в коридор. Станция оказалась обычной, типовой модульной сборки. Коридор, головной модуль побольше, в котором были бытовые помещения, от столовки до прачечной, отростки жилых капсул, в одной из которых они и спали. В хвосте — штаб, комната отдыха и медсанчасть. Через полчаса Никс уже разобрался, где что, убедился в надежности замков на ящиках и отсутствии персонала на кухне, а затем нашел административный отсек. Он не запомнил номер блока, где оставил Риктера, но потеряться тут было негде.

За дверью со стеклянным окошком стоял длинный металлический стол, упиравшийся узким краем в большое окно. За ним на прозрачных пластиковых стульях сидели Сайлас, закинувший ноги на столешницу, и скучающая Джейд с кислым выражением лица. Напротив, уткнувшись в планшеты, расположились два ящера.

Что-то явно произошло между Сайласом и Джейд — Никс чувствовал, напряжение буквально висело в воздухе. Похоже, Сайлас не оправдал ожидания кошечки. Вероятно, они успели обсудить перспективы общения и не сошлись во взглядах. Сайлас дразнил и стебался, Джейд, когда поняла, что над ней посмеялись и вовсе не собираются опекать и заваливать подарками, разобиделась и теперь всем видом показывала холодность и отсутствие интереса, даже не замечая, насколько Сайласу наплевать на это представление.

Никс толкнул дверь.

— Доброе утро!

— Пушистый! — Сайлас встал, хлопнул его по плечу. — Выспался? Я думал, вас тут уже пустили на тушенку.

— Ну, что ты. Мы, зоомодификанты стараемся друг друга поддерживать! — Никс улыбнулся во все клыки, надеясь, что это хотя бы частично правда. Никогда не имел дел с ящерами.

Джейд смерила Никса надменным взглядом и скривила накрашенные губы.

— Сколько я спал? — спросил Никс, заняв стул рядом с Сайласом.

— Сутки точно. Ну вы молодцы, конечно. Я офигел, когда к нам подрулили эти. Обрызгали чем-то двигатели, стекло от этого само отвалилось. И велели следовать за ними. Без Риктера катер не активировать, пришлось ждать платформу, чтобы оттянуть его к станции. Ехали мы, ехали, между выработками и терриконами, наслаждались видами, добрались сюда. А вы тут дрыхнете, как младенцы. Короче. Мы уже и поели, и отдохнули, и тут без дела черт-те сколько проторчали. Время не ждет, пора двигать дальше. Где Риктер?

«Тая говорила, что связи не будет пару дней. Наверняка теперь появилась, а может, и «Буревестник» уже вернулся в док», — вспомнил Никс.

Возможно, Тая уже обнаружила, что его нет на корабле. А может, пока думает, будто он прячется и не хочет говорить с ней, поэтому не выходит на связь? А сколько всего могло случиться с Маркусом за это время. Время, время, сколько они его потеряли, угораздило же Никса так долго проспать. Звонить Тае он не хотел. Не потому, что та его отругает, а скорее из страха услышать что-то плохое о Маркусе. От Алхибы их отделял всего один прыжок. Скверные новости могли и подождать.

— Эй, — встревоженно окликнул Сайлас. — Риктер в порядке? Где он?

— А, — очнулся Никс. — Спит. Что с катером?

Сайлас развел руками и обратился к ящерам:

— Уважаемые, что с нашим катером? Капитан почти проснулся, можем мы попрощаться с вашей гостеприимной планетой?

Ящеры подняли головы от планшетов и не мигая уставились на Никса своими желтыми глазами.

— Мы будем говорить с умеющим ходить по пескам. Не с тобой, примитивный носитель исходного генома. Тебя мы, возможно, захотим купить для нашего развлечения, мягкотелый, — сказал тот, который был чуть меньше и светлее.

Сайлас задрал бровь и уже открыл было рот, явно собираясь высказаться, но тут с тихим чмоком открылась дверь и появился Риктер. Сайлас окинул его быстрым обеспокоенным взглядом.

Котокоп выглядел получше, хотя на лице и в движениях все еще читалась усталость. Оглядев всю компанию и коротко поздоровавшись, опустился на стул и сразу перешел к делу.

— Во сколько обойдется ремонт? — спросил он у ящеров.

— Девятьсот кредитов за устранения наплывов. Шестьсот за тягач.

Сайлас набрал воздуха в грудь, чтобы начать торговаться, но Риктер остановил его жестом.

— И полторы тысячи за пользование орбитальным лифтом. Модель вашего катера не позволяет самостоятельно преодолеть притяжение планеты и пройти сквозь пылевое облако в высших слоях, — продолжил ящер покрупнее, внимательно глядя Никса в лицо. Даже третье веко убрал. — Мы уважаем ваш путь и вашу породу, братья. Мы готовы сделать скидку.

— Сколько? — деловито спросил Сайлас.

— Сто кредитов.

— Грабеж! Да вы с ума сошли!

— За человека мы готовы заплатить пятьсот. Значит, к оплате останется лишь тысяча четыреста.

— Наличными или переводом на счет? — спросил Никс и получил ощутимый тычок в ребра от Сайласа. Джейд откинулась на спинку и, глядя в пространство, накручивала прядку волос на палец.

— Пятьсот за постоянное пользование слишком мало, — пожала она плечиками.

— Таланты этого примитивного хуманса настолько велики? — удивился ящер поменьше.

— У него огромный опыт, — веско заметил Риктер. — Он знает миллион миллион смешных историй.

— И два миллиона кровавых!

Сайлас переводил взгляд с Никса на Джейд и наконец возмущенно уставился на Риктера. Котокоп дернул ухом, откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

— Ремонт закончен, и мы можем отправляться в любой момент? — спросил он.

— Конечно, любезнейший брат. Как только оплатите персональный лифт. Мы восхищены тем, сколько вы прошли, не будучи приспособленными к пескам, и не просим кредитов за постой. Мы впечатлены вашей стойкостью и волей, мы глубоко чтим законы гостеприимства, но ваш хуманс не стоит больше пятисот кредитов, лицо его отмечено морщинами, руки шрамами, а ноги не слишком ровны.

— Эй! — Сайлас вскочил, с грохотом опрокинув стул. — Заканчивайте этот цирк, полетели!

Никто не двинулся с места.

— Риктер!

— Специалист считает, что пятьсот — слишком мало по расценкам современных станций. Предложение уникальное. Вам исключительно повезло, что в нашем экипаже есть человек. Думаю, вы хотите его получить и можете предложить больше, — сказал Никс и, сложив руки в замок, облокотился на стол.

— Мы могли бы повязать ему бант, если бы это подняло его цену, — улыбнулась Джейд.

— Убью тебя, пушистый! — зашипел Сайлас и собирался было выбить из-под Никса стул, но Риктер прижал уши и угрожающе зашипел. Сайлас тяжело дышал и щурился, словно мог прожечь взглядом дырку у Никса в виске.

— Если серьезно, то время не ждет. — Никс повернулся к Риктеру. — Ты капитан. Умеющий ходить по пескам подчинится твоей воле.

— Готовьте орбитальный лифт. Мы подумаем, как лучше внести оплату.

— Три тысячи ровно. Мы сделаем перевод! — Сайлас достал из внутреннего кармана карту и швырнул на стол.

— Раз мы закончили с делами, — ящер побольше сделал драматическую паузу.

Пауза затягивалась. Ящер не шевелился. Тот, что был поменьше толкнул его в бок.

— Раз мы закончили с делами, позвольте пригласить вас, наших хвостатых собратьев, посмотреть наш город.

— Здесь есть города? — усмехнулся Сайлас, — Раз меня не звали, останусь в корабле.

Ящер побольше улыбнулся.

За стеклянными дверьми кабинета появилось несколько вооруженных ящеров.

— Почетные караул подогнали, — Сайлас наклонился к уху Риктера, — Соскочить уже не получится.

— Для меня активностей на это путешествие достаточно, — ответил котокоп, глядя на Никса.

Город ящериц, зарывшийся наполовину в песок, напоминал гигантский термитник. Местные жители — рептины — медлительно двигались по улицам. Иногда улицы взбирались настолько круто, что приходилось цепляться за стены. У Никса создалось ощущение, что он попал в кино в замедленной съемке. Раскаленный пыльный воздух прибивал к земле.

Старейшина С’ссхаш принимал их в зале, где стены были выложены из прохладного синего камня, но даже здесь Никс чувствовал себя как на сковородке. Верховный был стар, его чешуя поблекла, а на шее висело ожерелье из зубов пустынных червей. Он долго и цветисто рассыпался в восхвалениях пушистых братьев, подробно описывая хвост каждого и не уставал упоминать, как честь и редкость — гости на их планете. Риктер дремал. Джейд очень старалась держаться, но привалилась к плечу Никса и обмякла, дрожа ресницами. Сайлас лениво рассматривал декор зала.

— Мы хотим увидеть, на что способен наш меховой брат, — прошипел С’ссхаш, лениво слизывая влагу с собственного глаза.

Никс почувствовал, как хвост предательски дернулся.

— Ритуальное испытание чести! — улыбался С’ссхаш, — Умеющему ходить по пескам не составит труда удовлетворить наше любопытство и доказать свою смелость, силу и доблесть. Испытание называлось «Путь Солнцепоклонника».

В центре города находилась «Арена Ветров» — глубокая воронка в песке, заполненная подвижными плитами, ловушками и странными механизмами. Пока они заседали со старейшиной, Ящеры успели сползти и занять трибуны. До почетной ложи котов и Сайласа провожал отлично вооруженный почетный караул, с большим вниманием следивший за движениями гостей.

С’ссхаш взял Никса под руку.

— Правила просты, — объявил распорядитель, пощелкивая челюстями. — Меховой должен донести Яйцо Пустыни до вершины Дюны Слез. Если яйцо разобьется — гости останутся и будут ждать следующего дождя для новой попытки. Если Меховой упадет — гости останутся и будут ждать следующего дождя для новой попытки… Если Мехового съест Песчаный Заглатыватель… ну, вы поняли.

— Как часто у вас идет дождь? — светским тоном спросил Никс.

— Достаточно часто. Я видел его трижды. Прошлый раз, когда был подростком, — улыбнулся С’ссхаш и облизал глаз, — Мне повезло. Моя жена не видела его ни разу.

«Яйцо Пустыни» оказалось тяжелым, скользким каменным шаром.

— Ты справишься, парень, — шепнул Сайлас. — Я поставил на тебя пятьсот кредитов. Не вздумай проиграть!

Тронутого заботой и поддержкой, оглушенного жарой Никса подхватила под руки пара распорядителей и вытащила на арену.

Песок под ногами двигался. Тек, осыпался и пытался затянуть берцы Никса в свои глубины. Солнце палило немилосердно.

— Спокойно, — пробормотал Никс, крепче прижимая «яйцо» к груди. — Я воплощение баланса… Ой!

Плита под его ногами резко ушла в сторону. Никс совершил нелепый кувырок, едва не выронив шар. Зрители-ящерицы одобрительно зашипели.

— Прыгай на левую! На левую, пушистый! — орал Сайлас с трибуны. Риктер просто закрыл лицо рукой. Джейд с незаинтересованным видом рассеяно смотрела по сторонам, обмахиваясь веером из кусочка пластика.

Никс прислушался. Его чуткие уши улавливали щелчки механизмов под песком за секунду до того, как плита приходила в движение.

«Ну ладно, поиграем», — подумал он.

Он опустился на три точки. Одной рукой придерживая шар. Его движения стали рваными. Он прыгал с плиты на плиту, используя хвост как балансир. Когда из-под песка выскочил механический манипулятор, похожий на хвост скорпиона, Никс в прыжке оттолкнулся от него, сделав сальто назад.

Арена взревела. Даже старые ящерицы начали подпрыгивать на своих местах. Последний этап испытания назывался.

На вершине осыпающейся зыбкой дюны Никса ждал столик, на котором стояла миска с чем-то… шевелящимся. Пот лил с Никса ручьем, ноги гудели от напряжения. Песок натер все. Щиколотки, пальцы, колени. Забил уши и глаза. Яйцо скользило в руках, но Никс справился. Придерживая яйцо двумя руками у живота он кое-как, спиной вперед вполз на дюну.

— Ты донес Яйцо, наш брат, — прошипел распорядитель. — Теперь ты должен разделить с нами дар пустыни.

Никс заглянул в миску. Там, в густом фиолетовом соусе, плавали огромные, жирные личинки. Они лениво перекатывались, пуская аммиачные пузыри.

У Никса задергался глаз. Его тонкое обоняние сейчас работало против него. Желудок сжался, напоминая о прекрасном сэндвиче с ветчиной, который он ел на «Буревестнике».

— Это обязательно? — спросил он, сглатывая комок в горле.

— Без этого планета вас не отупстит, — отрезал Старейшина С’ссхаш, возникший рядом. — Это священная личинка «Кха-Зул». Она дает видение будущего. Ну, или сильную изжогу. Или мучительную смерть.

Никс оглянулся на друзей. Сайлас азартно грыз какой-то местный корень, а Риктер смотрел на него с сочувствием.

«Ради Маркуса. Ради корабля. Ради того, чтобы больше никогда не возвращаться на эту проклятую планету», — Никс зажмурился.

Он схватил самую крупную личинку. Она была холодной и склизкой. «Это просто очень креветка», — уговаривал он себя. Личинка захрустела на зубах.

У Никса челюсти свело от горечи. Искры посыпались из глаз, уши прижались к черепу так плотно, что он оглох. Но затем… затем пришел вкус концентрированной соли и чего-то похожего на очень старый, выдержанный сыр. Никс проглотил это. Затем еще раз.

— Хм, — он облизнулся. — А если добавить сюда немного соуса, было бы недурно.

Ящерицы замерли в гробовой тишине. Старейшина медленно склонил голову.

— Ты первый примат, который не выплюнул Кха-Зул. Твой дух крепок, брат. Твой желудок — еще крепче.

Нужно было сказать что-то торжественное, но челюсти как свело, так и не отпускало. Живот крутило, слезы лились из глаз и на дорожки тут же налипал песок.

Никс вытер щеку и только тут камень предательски выскользнул. Старейшина С’ссхаш, развернувшийся к толпе не видел его и не мог отдернуть кончик хвоста.

* * *

— Поверить не могу, что вы собирались меня продать! — Сайлас стоял сбоку от монитора, переводя гневный взгляд с одного кота на другого.

— Помнишь, как ты просил называть тебя «хозяином», а потом заявился на бой? Мы даже не ушли на корабль, без тебя. Ты и испугаться не успел, — сказал Риктер.

— О, мой пушистый друг, не родился еще тот, кто может напугать Сайласа Кэша.

Джейд в разговоре не участвовала, сосредоточенно копалась в чемодане, выбирая наряд для встречи с Алхибой. Что-то впечатляющее, достаточно легкое и модное, но не простецкое, нет-нет, ни в коем-случае. То ли ее напрягало общество Сайласа, то ли к Це Негу остались вопросы, но она выглядела обиженной на весь свет.

— И ноги твои недостаточно стройны, — продолжил Риктер, колдуя над сенсорной панелью.

— Прямы, — поправил Никс.

— Спелись! Охренеть, компания. А я, между прочим, никого из вас не сдавал! Выставлю твоему Маркусу счет, пушистый, так и знай. А может вообще вручу ему тебя тушкой, а хвост оставлю себе. Воротник из него сделаю.

Сайлас тяжело утопал в коридор и хлопнул дверью в душевую. Без сомнения, он собирался вылить всю воду, чтобы даже Джейд, подобравшей короткую белую маечку, больше открывавшую, чем скрывавшую, не досталось бы.

— Когда будем на Алхибе? — спросил Никс, облокотившись на спинку пилотского кресла. — И как мы собираемся пройти био-контроль? Самое время посвятить нас в план.

— Прыжок будет через час, потом еще четыре часа пути. Всему свое время, — ответил Риктер.

Никс еще немного покрутился рядом, есть ему до сих пор не хотелось, но воды он пил теперь много. В коридоре он притормозил, уставившись на технический люк. Лезть в недра корабля на полном ходу было плохой идеей и Никс, воровато оглядевшись по сторонам, лишь чуть-чуть приподнял крышку и постучал. Косточка цеплялась лапками выползла наружу, блестела и на протянутую руку не среагировала, позволила погладить себя по спине и уползла обратно. «Не голодная», — подумал Никс.

Все полки кроме той, где хранились энергобрикеты оказались заперты, но в глубине Никс нашел початую пачку соленого печенья.

Вошел Сайлас и заколдовал над кофемашиной.

— Я бы тебя там не оставил, — сказал Никс, надеясь, что Сайлас знает пароль к холодильнику и полезет за молоком.

— Но шутку я оценил. — Сайлас развернулся и прислонился к тумбе. Кофе он пил черный и крепкий, без сахара или молока. Жаль. — Что, пушистый, всего один прыжок и встретишься с капитаном?

— Надеюсь.

— Вряд ли нам еще случится поработать вместе, Маркус не станет сдавать тебя на чужие корабли. Но если понадобится помощь или найдешь интересное дельце, ты знаешь, как меня найти.

— Ага. — Никс улыбнулся и уткнулся взглядом в пачку. Внезапная дружелюбная откровенность старого пирата, его смутила. — Что бы ты сделал, если б изумруды оказались настоящими?

— Купил бы новый корабль. Команду бы нанял крутую. Развел бы дисциплину, устав написал, все дела. Может, и свой синдикат замутил бы, если б денег хватило. Снарядил бы армаду. Мундиром бы обзавелся, фуражкой с кокардой.

Никс фыркнул. Не тот человек был Сайлас, чтобы сидеть в роскошном кабинете и управлять делами синдиката, подписывая бумаги и рассылая письма. А синдикат и армада, как любая крупная организация, требовали именно этого.

— А остатки бы промотал. Вернулся б на Неккар, завалился б в Колизей, потом в Особый Дворец. Неделю б не вылезал из их терм. Ты там не был, а зря. Представляешь, круглые жемчужные ванны в полу, вода горячая и пахнет розовым маслом, а лучшие девчонки города, одетые в халатики, приносят тебе на золотых подносах вино, сыр и фрукты. Ставят на бортик, одна заходит со спины, разминает плечи. А другая — можно заказать амфибию, тогда она опускается под воду и массирует тебе ступни.

— Представляю, сколько стоит настоящий виноград.

— Ой, тебе б только жрать! — Сайлас отпил кофе. — Надо было тебе одному топать на станцию. — Сайлас посерьезнел и нахмурился.

— Почему это?

— Риктер снова хромает. Вечно ему в эту ногу достается. А теперь еще и хвост повредили. Пушистый, насколько серьезными бывают травмы хвоста?

— Очень болезненными, хвост нежное место. Но не жизненно важные. Я знал нескольких котов вовсе без хвостов. — Никс закинул свой на колени. — А что у него с ногой? Я видел, он припадает.

— Да он несколько лет назад брал какого-то торговца. Ну тот и зарядил плазмой ему в ногу. Кость в голени раздробило на мелкие куски, ее заменили на титаново-композитную, но начались проблемы с коленом. Что-то в суставе не так стыкуется, или не туда упирается, я в этом не шарю. По-хорошему, надо бы всю эту ерунду заменить на бионику, но ты ж понимаешь, сколько оно стоит. Полицейская страховка такое не покроет, так что, Риктер делает вид, будто все отлично. А недавно еще сквозное в бедро получил. И всего недельный отпуск после госпиталя дали. Не бережет Терранский корпус своих котов. Вкусные крекеры?

— Угощайся. Так он в отпуске по ранению? — Никс протянул пачку с тремя оставшимися печеньками.

Сайлас кивнул.

Риктер ему и раньше нравился, а теперь Никс чувствовал еще и глубокое уважение вместе с восхищением. Наверное, Риктер был хорошим другом. Пытался вправить Никсу мозги, хотя, казалось бы, какое ему дело до незнакомого кота. Не жаловался в трудном походе, не пытался получить поблажку за травму, не пасовал перед трудностями. Такой никогда не ударит в спину, а Никс очень ценил это в людях и котах. Хотел бы он иметь такого друга.

— Риктер отличный кот.

— Хороший, да. Крупный, крепкий, основательный, но тугодум. Такого здорово иметь в помощниках, при его исполнительности. Знаешь, я его впервые увидел, когда он в засаде сидел. Сразу понял, что полицейский кот. На нем были какие-то стремные лохмотья, но шерсть лоснилась, а хвост он на колени положил, чтоб не запачкать. Примерный мальчик, мамина радость — и в таком поганом месте. Сразу захотелось взять его домой. Там еще была мерзкая склизкая канава с гнилой водой, воняла на всю округу. А этот сидит, не морщится, ждет чего-то. Я подошел, дал понять, что явка провалена, а он и ухом не повел.

— Он не понял намека, решил, что ты наводчик. — Пользуясь тем, что Сайлас отвлекся на историю, Никс подцепил когтем пачку с крекерами и придвинул ближе.

— О да, он мне при следующей встрече подробно разъяснил.

— Ты потом долго не мог встать? — захрустел крекером Никс.

— Не, мы хорошо поговорили. Я сказал: ты здоровый котяра и, конечно, можешь выкинуть меня в шлюз без скафандра, но у меня есть предложение получше. И мы пошли в бар.

— До сих пор не понимаю, почему он согласился мне помогать. Не похоже, что это в его характере, и уж точно не в его интересах.

— Не в интересах — это да, а вот насчет характера… Спорю, он был рад, когда ты его «похитил». — Сайлас ухмыльнулся и показал кавычки пальцами. — Знаешь, он всю жизнь такой дисциплинированный, такой правильный. Железная воля, ни шагу в сторону, ни взгляда вне устава. Но пятая точка требует приключений! Я это почувствовал, когда он меня нашел. Он хочет, но знает, как правильно, и не может поступить иначе. А ты взял его в заложники, угрожал, когда он сопровождал пленного пирата. Ты обеспечил этому пирату численный перевес, хотя, вот реально, он бы нас обоих по стенкам терминала размазал тонким слоем. Но формально — он не виноват, что попал в такую историю, сечешь, пушистый? Риктер любит приключения.

— А ты основной поставщик. — Никс выцепил последний крекер и улыбнулся.

— Думаю, однажды он меня прибьет. — Сайлас откинулся на спинку стула и забросил ноги на стол. — Но не сейчас. Рассказывал он тебе про зазнобу? Про Саманту Риктер? Вечно о ней трепется. Саманта то, Саманта это, Саманта была такая храбрая, Саманта любила сладкий кофе.

— Был влюблен в нее?

— Говорит, она была красотка.

— Я думал, она собиралась на пенсию.

Сайлас пожал плечами.

— О! В полиции и армии пенсия ранняя. Сдается мне мисс Саманта Риктер была чертовски горячая штучка. Хрен знает, сколько офицеру пахать до пенсии в таком поганом месте, как та колония. Риктер сам не свой был, когда ее убили. Любил.

Никс вернулся в рубку. Джейд, закрыв глаза, массировала лицо, втирая в кожу вокруг глаз что-то белое из баночки. Риктера не было, наверное, ушел в каюту.

Никс устроился в капитанском кресле и незаметно нащупал пакет с кредитами. На месте. Внутри лежало около пятнадцати тысяч. Три, а лучше пять, стоило отдать Сайласу, остальное Риктеру. Пусть внесет на счет в пользу будущего дома.

— Внимание! Сигнал маяка синхронизирован. Команде приготовиться к прыжку, — сказал искин механическим голосом, и на мониторе загорелись цифры десятисекундного обратного отсчета.

Никс закрыл глаза и подобрался. Ощутил короткую нехватку воздуха, тело вдавило в спинку кресла. Голова закружилась, как после нескольких глотков пива, руки стали легкими, а ноги мягкими. «Скоро я все узнаю», — подумал Никс. Почему-то он не сомневался, что одноглазый адмирал знает, где Маркус, и скоро это путешествие закончится. Что бы ни ждало их в конечной точке, у них вышло славное приключение.

Катер вышел из прыжка в системе Волопаса, четко в заданной точке. Алхиба зеленой звездочкой горела на мониторе, к ней сквозь координатную сетку тянулась тонкая пунктирная линия.

Глава 14. Солнечная Алхиба

— Мне нечем дышать! Какие же вы… — прошипела Джейд, утыкаясь лицом Никсу в плечо. — У меня начнется приступ клаустрофобии, я потеряю сознание. Это ужасно! Здесь слишком жарко, у меня майка помнется, а это настоящий хлопок. Мне нужно в душ после такого.

Она ныла и жаловалась шепотом. Никс чувствовал шеей ее теплое дыхание и сладкий запах волос. По крайней мере, прижиматься к ней было куда приятнее, чем, повернув голову в другую сторону, царапать щеку о ребристую подошву ботинок Сайласа. Тот лежал молча, лишь иногда цыкая на нытье Джейд, но в какой-то момент напрягся и сдавленно чихнул.

— Долбанная шерсть! — шепотом выругался Сайлас и чихнул снова.

Джейд завозилась. Никс лежал на левом боку, «валетом» к Сайласу, худосочная Джейд устроилась между ними и безостановочно причитала, волнуясь то за майку, то за голубые джинсы, то за прическу. От возмущения она дергала хвостом, то и дело попадая Сайласу по лицу.

В каюте Риктера под спальной полкой оказался люк для хранения барахла. Пол поднимался, открывая углубление, обшитое титаном. Секрет в секрете. Риктер заверил, что с воздухом проблем не будет. По сути, они находились на техническом уровне, ниже основной палубы. Устраиваясь в титановом логове, Никс вспомнил свой сон. Получалось не похоже. Джейд ерзала, Сайлас недовольно сопел. Пахло клубничным шампунем Джейд и мятной жвачкой Сайласа.

Риктер сказал, что контроль займет около часа. Все же полицейский катер, особый док, да и досмотр не строгий, чисто визуальный. Вот зачем Сайласу нужен кот-полицейский, — догадался Никс. Вот как Риктер зарабатывает на домик. Никс предполагал, что это дорогая выпивка и некоторые виды сыра. Не живое, не опасное и уж точно не криминал. Риктер производил впечатление парня с принципами, который не стал бы связываться с какой-нибудь дрянью.

— Ты можешь не потеть? — возмущенно пискнула Джейд.

— И не линять! — прошипел Сайлас.

— Поменьше б ерзали, и все было б хорошо, — буркнул Никс.

На нем была та же одежда, в которой он ушел с Буревестника. Носы ботинок побелели, вытертые песком Це Нега, воротник у футболки стал жестким от пота, волосы растрепались. Он бы освежился, но Сайлас и правда вылил всю воду, а регенератор еще не вернул ее в систему. Впрочем, сейчас Никсу было почти наплевать. Поскорее бы добраться до Алхибы. И не задохнуться.

— Кто лапает меня за задницу? — возмутилась Джейд.

«Вот еще», — подумал Никс.

— Прости, красавица, я хотел погладить тебя по хвосту. Стресс, теснота, духота, сама понимаешь.

— Себя потискай, мужлан!

Никс фыркнул. Желание подмазаться к единственному человеку на катере у Джейд пропало. Услышав про адмирала, она потеряла всякий интерес к Сайласу и стала с ним подчеркнуто высокомерна. Задирала носик, кривила губы, отворачивалась. Смешно было смотреть.

Через несколько минут сверху раздался шорох. Они замерли и, кажется, даже перестали дышать. Никс надеялся, что это не обыск. Люк поднялся. Свет резанул по глазам, и над ними возник Риктер.

— Выбирайтесь. — Котокоп протянул руку и помог выбраться сперва Джейд, потом Сайласу.

Джейд тут же подскочила и, забыв, что лежала на живых людях и котах, от души потопталась Никсу по бедрам, ухватилась за руку Риктера и выскользнула наружу. Сайлас поднялся следом, подтянулся и выбрался. Неспешно потянувшись, Никс размял шею и плечи, выпрыгнул и повертелся на месте, заигрывая с собственным хвостом. После тесного пространства тело хотело движения. Воспользовавшись тем, что коридор пуст, он заглянул в технический люк. Постучал. Техно-букашка словно его и ждала — просочилась в щель, взбежала по руке, щекотно перебирая лапами, юркнула в рукав и устроилась на лопатке под футболкой. Что-то новенькое.

Никс вошел в рубку. Центральный монитор давал отличный визуальный обзор. Алхиба потрясала. В сиреневом небе плыли легкие оранжево-розовые облака, переливался посадочный терминал из стекла и хрома. От него по периметру отходили шарообразные доки, и вся конструкция казалась удивительно дружелюбной, наверное, из-за плавных линий и радужных переливов света на стекле. Никс не увидел ни одного острого угла, только сферические купола, полукруглые арки и витки коридоров, словно перетекающие один в другой. От терминала расходились магнитные дороги, по которым бегали крошечные голубые кабинки. Под всем этим великолепием сочно зеленела трава и вспыхивали пятна разноцветных деревьев.

Блеск в стороне привлек внимание Никса. За тонкой полосой светлого розового песка раскинулось бескрайнее лазурное море, прямо как на картинах. В нем отражались облака, а лучи солнца пронизывали воду, наверное, до самого дна. Джейд замерла с открытым ртом и шумно сглотнула, даже Сайлас залюбовался и присвистнул. Воистину райское местечко выбрал для своей дачи одноглазый адмирал.

Вернулся Риктер и занял пилотское кресло. Сайлас встал рядом. Никс тоже подобрался ближе. Они заходили на посадку, терминал приближался, затмевая море и небо. Стали различимы белые громады круизных кораблей и снующие туда-сюда одноместные катера. Облетев терминал, они вошли в почти пустой служебный док, где стояли лишь пара полицейских катеров, таких же, как у Риктера, и один темно-серый военный разведчик.

— У нас точно не будет проблем на выходе? — тихо спросил Никс.

— Корабль проходит автоматическое сканирование на предмет оружия, взрывчатки и запрещенных грузов. Система сканирует объем грузового отсека и технические полости, но не проверяет пассажиров — потому что пассажиров там по документам нет. Задача — проверить, не везет ли катер контрабанду, а не искать безбилетников, — объяснил Риктер.

— А если нас у ворот терминала спросят кто такие? — Сайлас сощурился.

— У меня есть документы на конвоирование, — Риктер похлопал по карману. — Мистер Кэш числится как задержанный, Никс и Джейд — как понятые. Выйдем спокойно, никто не прицепится.

Искин терминала пристыковал их и разблокировал выход. В залитом светом терминале было многолюдно, по стенам ковром сползали цветущие лианы, пахло сладким. Цветами и тропическими фруктами. За раздвижными дверями на выходе из терминала каждому из них надели на шею венок. Никсу достался белый, из тонко пахнущих цветов с желтыми сердцевинками.

— Поедем на поезде или такси возьмем? — деловито спросил Сайлас, отправляя свое ярко-красное цветочное ожерелье в ближайшую мусорку.

Никс чувствовал себя оглушенным. В голове было пусто, он понятия не имел, что сказать адмиралу, когда они ввалятся к тому всей компанией.

«Добрый день, сэр, я разыскиваю Маркуса Дрейка, капитана малого грузового корабля. Его увела военная полиция. Вы обязаны вмешаться, сэр!» — логическим продолжением такой речи было бы завалиться адмиралу в ноги или пустить слезу. Никс покосился на Джейд — вот у кого бы вышло с чувством. Скромная маленькая кошечка в беде, и только вы, сэр, можете стереть слезы с ее нежных щек. Никс ухмыльнулся и решил приберечь этот план на будущее.

— На поезде, — ответил Риктер, возвышавшийся над ними. Форму он надевать не стал, но футболку сменил. Счастливчик. Он перевесил свой венок на ветку ближайшего дерева и отфыркался. Да, навязчивый запах забивал нежный кошачий нос. — Доберемся, осмотримся на месте и решим, как действовать.

Магнитная дорога лишь около терминала выходила к морю, а дальше погружалась в джунгли, и за окном тянулась сплошная зеленая стена. На побережье стояли роскошные виллы, и вряд ли кто-то из хозяев обрадовался бы виду на скоростную трассу.

Станция, на которую они прибыли, была стилизована под хижину из бамбука и утопала в зарослях. Воздух здесь был влажный, жаркий и такой плотный, что казалось, его можно зачерпнуть ложкой. Они спустились по ступенькам, прошли мимо крошечной круглой площади и свернули на тропинку в джунгли. Никс не мог поверить, что это все настоящее. Живые пальмы с сочными листьями, зреющие бананы, взаправдашние попугаи, кричащие из глубин и не видимые за зеленью. Джейд притихла, подобрала тонкий хвост и старалась держаться между ними.

— Ты же хочешь вернуть Маркуса? — шепотом спросил Никс.

— Уже и не знаю, — так же еле слышно протянула Джейд. — А есть варианты? Я бы рассмотрела кандидатуры адмирала, он мне уже нравится. Чувствую, он прекрасный человек.

— Уверен, если адмирала попросишь ты, он не откажется нам помочь, а ты будешь выглядеть верной и чуткой.

— Хочешь, чтобы я тебе подыграла? — Джейд дернула ушами. — Посмотрим.

— Будь готова.

Никс уже собрался спросить Риктера, туда ли они идут, но тут тропинка кончилась и дорогу им преградили деревянные двухстворчатые ворота с табличкой «частная собственность».

— Штурм или доброе слово? — ухмыльнулся Сайлас, занося палец над кнопкой видеофона.

— Рекогносцировка, — дернув ухом, ответил Риктер и пошел вдоль живой изгороди.

— Чего? — переспросила Джейд. Она чертовски органично смотрелась среди лиан в своей короткой маечке, голубых шортах, белых сандалиях и с розовым венком на шее.

Никс стащил свой и повесил на ветку живой изгороди. Как глупо, должно быть, смотрелись белые цветы с несвежей футболкой, пыльными штанами и слишком тяжелыми для Алхибы армейскими ботинками. Он не подходил этой планете.

— Осмотрим периметр, — пояснил Сайлас и пошел следом за котокопом. — Зуб даю, ближе к берегу забора не будет.

Через пятьдесят футов вид изгороди изменился. Они нашли дыру в плотных зарослях, и Риктер уверенно полез внутрь. Наверное, здесь проходила граница участков, решил Никс и, упав на четыре точки, стал пробираться за ним. Земля, заросшая густой сочной травой, пружинила под ним.

А насекомых действительно нет, вдруг понял он. Вокруг не кружило ни единой мошки, слышны были только голоса птиц, резкие взвизги мартышек и звуки еще каких-то зверей, которых Никс не мог опознать по голосу.

Риктер впереди него притормозил, его хвост напряженно замер, и Никс увидел просвет, в котором блестело море. Риктер раздвинул ветки и стал наблюдать. Джейд проползла чуть дальше и высунула нос из-за куста. Никс догнал Джейд. За изгородью начинался пляж, плавно переходящий в свежую лужайку. Зеленый ковер тянулся вверх по склону до одноэтажного деревянного дома с широким крыльцом и огромными окнами. На лужайке стоял накрытый столик и пара глубоких плетеных кресел.

Откатилась в сторону створка двери, и на крыльцо вышел одноглазый адмирал в белой рубашке и светлых полотняных брюках. Вживую он оказался старше, чем на фото. Годы и груз ответственности оставили на его лице глубокие морщины, но единственный глаз смотрел цепко, по-военному оценивающе. Он что-то сказал через плечо — кому-то, кто находился в доме. А потом неспешно спустился с крыльца и занял одно из кресел, жестом приглашая собеседника следовать за ним.

— Что ты будешь делать в терминале? Дождись, пока вернется разведчик. Зачем лететь с тремя пересадками гражданским транспортом? Военным бортом ты окажешься на Фаусте намного быстрее.

— Поеду сейчас.

Никс замер. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле, часто и глухо. Этот голос. Низкий, чуть хрипловатый, с командирскими нотками, которые ни с чем не спутаешь. Голос, который он слышал в рубке, в коридорах, в темноте ниши под генератором.

Хвост предательски дрогнул, кончик заходил ходуном. Никс вцепился в кору дерева. В ушах зашумело — то ли ветер, то ли кровь. Он даже не моргал, боясь, что видение исчезнет. Неужели все будет так просто?

— Выпей хотя бы кофе. Несколько минут погоды не сделают. Поезд только что ушел, следующий через час.

Дверь отъехала шире, и на крыльцо вышел Маркус.

Живой. Целый. Без наручников, без следов пыток, без той страшной бледности, которую Никс рисовал в своем воображении все эти бесконечные часы. Он был в простой светлой рубашке, рукава закатаны до локтей, лицо озабоченное. Стоит на траве в пятидесяти футах, и солнце Алхибы делает его почти нереальным.

У Никса защипало в глазах. Он заморгал — быстро, зло, запрещая себе любую слабость. Не сейчас.

Маркус спустился с крыльца и пошел по траве.

Выходит, Риктер был прав. Риктер, чтоб его, был абсолютно прав. У Маркуса нашлись свои дела, свои проблемы, из-за которых он сейчас хмурится, сводя брови к переносице. Его никто не арестовывал. Никто не пытал. Он просто решал свои взрослые, человеческие вопросы. А Никс… Никс носился по галактике, воровал полицейские катера, дрался в подпольных клубах, тащился через радиацию, чтобы увидеть… что?

Что он здесь делает?

Сердце, которое только что пело, рухнуло вниз, сделав на прощание жалобное «бдзинь». Уши опустились сами собой, прижались к голове, и Никс даже не пытался их поднять.

Он дурак.

— Маркус! — взвизгнула Джейд и рванула через лужайку.

И прежде, чем кто-то успел ее перехватить, выскочила из-за изгороди и в несколько прыжков оказалась рядом, повисла у Маркуса на шее. Такая маленькая, хрупкая, с узкой спиной, тонкими руками, подрагивающим от волнения серым хвостом и радостно торчащими ушами.

— Они меня похитили, Маркус! Они меня в пустыню затащили! Это было чудовищно! — запричитала она. — Там была радиация и мерзкие ящерицы! Радиация! Мне теперь нужен особый уход за шерстью. Смотри! Смотри, как лезет пух! О, Маркус!

— Нет смысла прятаться, пошли. — Риктер подтолкнул Никса в плечо и вышагнул из зелени.

Одноглазый адмирал налил кофе в чашку и откинулся на спинку кресла, наблюдая за появлением гостей. Его единственный глаз внимательно, с прищуром, окинул компанию — оценил, просчитал, запомнил.

— Сэр! — Риктер отдал честь и вытянулся в струнку, выставив уши торчком. — Офицер Терранской полиции Риктер. Сопровождаю гражданскую поисковую команду, разыскивающую капитана Дрейка. В свободное от службы время.

«Это он ловко отрекомендовался», — подумал Никс. Не выдал ничего лишнего. Сайлас остановился в двух шагах, засунув руки в карманы.

— Добрый день, офицер. Кто ваши спутники? — спросил адмирал. Голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась привычка командовать.

— Никс! — брови Маркуса поползли вверх. Он мягко отцепил руки Джейд и в несколько широких шагов оказался рядом, сгреб своего кота в крепкое объятие. Никс не мог поднять рук, только ошалело хлопал глазами, разом вспомнив и про футболку, и про песок в волосах. Маркус пару раз хлопнул его по спине раскрытой ладонью, прежде чем отпустить. Хлопки вышли увесистыми — но Никс только довольно выдохнул.

— Простите, сэр! — Никс выпрямил спину, беря себя в руки.

Риктер неодобрительно на них покосился.

— Так вот он, потерянный кот? — приподнял бровь адмирал.

— Я связывался с Таей и Джеттом. Они завели «Буревестник» в док, когда ты не вышел на связь. Тебя там не было. Я не знал, что думать, — рассмеялся Маркус. — Растворился в пыль и мышиные споры?

— Думали, я сбежал, — хитро улыбнулся Никс. — Я видел, как тебя уводила полиция, и решил, что у тебя неприятности. Не было времени связаться с Таей, — серьезно добавил он.

— А это интереснейшая история, господа! — Сайлас шагнул вперед, сверкая улыбкой. — Сайлас Кэш, торговец и старый друг Никса. Прекрасное местечко для отдыха, сэр, просто прекраснейшее. У вас очень красивый дом.

Адмирал кивнул и указал ему на свободное кресло. Жест был вежливым, но в нем чувствовалась сталь — садись, но помни, кто здесь задает вопросы.

— Расскажите нам все, мистер Кэш. С подробностями.

Сайлас сел и, придвинув вторую чашку, налил себе кофе. Адмирал разлил по стаканам молоко и предложил котам.

— Я тоже хочу послушать. Как ты вообще здесь оказался? — Маркус потрепал Никса за ухо и сел на ступеньку крыльца. Джейд тут же оказалась рядом и обвила хвостом его щиколотку, потерлась ушком, нежно вздохнула и замурчала. Маркус привычно погладил ее между ушей.

Никс взял стакан молока и сел на траву рядом с Риктером.

Глава 15. Гавань

Рассказывать Сайлас умел. Он улыбался, будто его снимали на рекламный плакат, отпускал шуточки, обходил острые моменты и опускал сомнительные подробности. При этом умудрялся выставить их всех едва ли не героями, и только Никса — немного растерянным, но решительным. Выходило так, будто обеспокоенный кот попросил заботливого бывшего хозяина о помощи, бескорыстный полицейский Риктер проникся историей и согласился помочь, а Джейд, осознав, что послала команду не туда, рванула на поиски. Сайлас вдохновенно осуждал ужасные нравы Неккара, восхищался трудолюбивыми ящерами Це Нега и даже блеснул гражданской позицией, посетовав на мизерную полицейскую страховку для офицеров-героев. А о переходе по пустыне рассказывал так живописно, что Никс почти поверил, будто Сайлас тоже шел с ними.

Джейд практически не слушала болтовню, она улыбалась, томно смотрела на Маркуса, вытягивала длинные ноги и поглаживала хвост. Риктер с непроницаемым лицом неспешно пил молоко, и только по легким подергиваниям хвоста и ушей, которые он был явно не в силах сдержать, Никс догадывался, что котокоп внутри покатывается со смеху. Осушив свой стакан, Никс довольно облизнулся.

— Теперь моя часть истории, — сказал Маркус. — Штука, которую мы нашли, могла быть опасна. В любом случае, она не должна была попасть в чужие руки. Я решил, что разберусь с этим. — Он посмотрел на Никса. — Черт, мне нужно было рассказать тебе о планах, но я не успевал и не думал, что ты настолько деятельный. Нужно было срочно улетать, а ты так хорошо спрятался. Обычно таких проблем не возникало: если мы договаривались где-то встретиться с Джеттом и Таей, все так и выходило.

Адмирал слушал молча, лишь изредка постукивая пальцем по подлокотнику кресла. После Маркуса, Сайлас припомнил еще пару подробностей, когда он закончил, Брукс отставил чашку и пристально посмотрел на Маркуса.

— Благодарю за рассказ, господа. Но у меня есть несколько уточняющих вопросов. — Голос адмирала стал жестче, в нем прорезались металлические нотки, знакомые каждому, кто служил под его началом. — Капитан Дрейк, вы же передали найденный образец военным следователям?

— Так точно, сэр. Лично в руки представителю научно-исследовательского отдела флота.

— Похвально. — Брукс перевел взгляд на Риктера. — Офицер, вы сопровождали гражданских лиц в неофициальной операции на полицейском катере. Это нарушение устава, но, учитывая обстоятельства, возможно, я закрою на это глаза. Однако меня интересует другое: как именно вы перемещались между системами? Между Неккаром и Фаустом двенадцать маяков, а ближайший находится в сутках лета. Вы добрались за считанные часы.

Сайлас, только что расслабленно потягивавший кофе, заметно напрягся. Риктер выпрямился, его хвост замер.

— Сэр, — начал он, но Брукс жестом остановил его.

— Офицер Риктер, вы использовали гибридную технологию, которую флот не афиширует. Ту самую, что капитан Дрейк сдал в отдел исследований. — Адмирал достал из кармана небольшой планшет, пробежал по экрану пальцем. — В отчете указан один изъятый экземпляр. Однако, судя по вашей скорости, у вас был второй.

Наступила тишина. Даже попугаи в джунглях притихли.

— Сэр, — подал голос Маркус, поднимаясь со ступеньки. — Позвольте объяснить.

— Объясните, капитан.

— Образец, который использовали мои… друзья, — Маркус выделил это слово, — был при них. Они не знали, что это военная разработка. Для них это было просто средство добраться до меня быстрее. Если бы не этот прибор, Никс и его спутники могли застрять на Неккаре на недели.

— Или вообще не добраться, — тихо добавил Риктер.

Брукс смотрел на них долгим, тяжелым взглядом. Никс почувствовал, как под футболкой завозилась Косточка — будто тоже поняла, что речь о ней.

— Вы отдаете себе отчет, — медленно произнес адмирал, — что эта технология пожирает энергию корабля? Она высасывает ресурс из двигателей, из систем жизнеобеспечения, из искина. Один прыжок с таким устройством сокращает ресурс силовой установки на пять процентов. Два прыжка — и вы рискуете остаться с мертвым кораблем посреди пустоты.

Сайлас побледнел. Риктер дернул ухом, но промолчал.

— Кроме того, — продолжил Брукс, — устройства такого рода оставляют след. Невидимый для обычных сканеров, но очень хорошо различимый для некоторых инопланетных цивилизаций. Вы бы не захотели попадать на их радары.

Никс сглотнул. Под футболкой Косточка замерла.

— Однако, — Брукс откинулся в кресле и неожиданно усмехнулся, — я также вижу, что все образцы, которые были утеряны, теперь здесь. — Он кивнул в сторону Никса. — У вас под футболкой что-то шевелится, молодой человек.

Брукс раскрошил в пальцах кусочек сахара.

Никс почувствовал, как от лопатки отделилась Косточка, сползла по спине, шлепнулась на траву и, деловито перебирая лапками, направилась к столику. Влезла на столешницу и подмяла под себя горстку сахара.

— Я могу ее забрать? — уточнил Брукс, но в его голосе не было вопроса. — Разумеется, с вашего позволения, господин Кэш.

— Сэр, я… — начал Сайлас.

— Мистер Кэш, — перебил адмирал, и его единственный глаз сверкнул, — вы находитесь в розыске по нескольким мелким статьям. Я могу одним звонком отправить вас на ближайшую каторжную планету. Или я могу закрыть глаза на ваши похождения в обмен на полное содействие. Выбор за вами.

Сайлас открыл рот, закрыл, потом шумно выдохнул и кивнул.

— Я понял, сэр. Забирайте. Она ваша. Мы и собирались передать ее властям. Профильным.

— Прекрасно. — Брукс раскрошил еще один кубик сахара. — Теперь о главном. Все вы, включая капитана Дрейка и его кота, — он кивнул на Никса, — подпишете документы о неразглашении государственной тайны. Вы никогда не видели этих устройств. Вы никогда не пользовались ими. Вы понятия не имеете, как работают гибридные технологии. Если хоть слово просочится в прессу или в открытые каналы, я лично прослежу, чтобы вы провели остаток жизни в тюрьме для особо опасных преступников. Это ясно?

— Так точно, сэр! — отчеканил Риктер.

Маркус молча кивнул. Никс тоже кивнул, хотя внутри у него все сжалось. Он только что стал обладателем государственной тайны, о которой не просил.

— Документы будут через час. А пока, — Брукс снова превратился в радушного хозяина, — предлагаю насладиться отдыхом. Пляж в вашем распоряжении, в доме полно гостевых комнат. Капитан Дрейк, вы, кажется, собирались на Фауст? Военный борт уходит завтра вечером. Места для вас и вашей… команды забронированы. — Он покосился на Джейд, которая так и сидела, прижавшись к Маркусу. — Для всех, кто захочет.

— Благодарю, сэр, — сказал Маркус.

— Не стоит. Считайте это компенсацией за моральный ущерб и потраченное время. — Брукс поднялся, давая понять, что аудиенция окончена. — Отдыхайте. Вечером жду всех на ужин. Форма одежды — пляжная.

Он осторожно поймал икавшую от обжорства букашку, поднялся и ушел в дом.

Они спустились к морю. Алхиба открылась им во всей своей курортной красе. Лазурная вода плескалась у самого берега, розовый песок приятно грел ноги, а в сиреневом небе лениво кружили разноцветные птицы.

У воды стоял шезлонг, изрядно занесенный песком, в тени зонтика из пальмовых листьев.

Джейд немедленно скинула майку и шорты и с визгом бросилась в воду. Сайлас присвистнул и полез следом — якобы освежиться, но на деле чтобы покрутиться рядом.

Никс замер на кромке прибоя, наблюдая, как набегающие волны лижут розовый песок. Вода была теплой, ласковой, пахла солью и чем-то сладким — может, цветами с растущих вдоль берега кустов.

— На Це Неге песок и тут песок. А какие разные, — сказал Никс, поняв по шагам, что к нему подходит Маркус.

— Будешь плавать?

— О, я не упущу такую возможность, — Никс улыбнулся во все клыки.

— Вон там, где море темнее, — рифы. Осторожнее с ними.

Джейд и Сайлас вышли из воды, и космический пират галантно застелил лежак полотенцем. Джейд улеглась на живот, покачивая мокрым хвостом и дергая ушами. Риктер лежал на берегу чуть поодаль. Ноги омывал прибой, пальцами он зарывался в песок и медленно пересыпал его. Сайлас уселся рядом, что-то негромко рассказывая.

Никс глянул на Маркуса и, подумав «почему бы и нет», спросил:

— Я все еще в команде?

— Конечно! — Маркус улыбнулся, почесал затылок. — Если честно, не ожидал от тебя такой… преданности, что ли.

— Но все удачно сложилось.

— Да. Ты заслужил свою ветчину. Притащил Сайласа и последний потерянный образец. Брукс не скажет этого вслух, но уверен, он гору с плеч сбросил.

— Хорошо, — серьезно кивнул Никс.

— Хорошо, — согласился Маркус.

Никс скинул одежду и побежал к воде. Отплевываясь и дергая ушами, он обернулся. Маркус расстегивал рубашку и болтал о чем-то с Джейд, приподнявшейся на лежаке.

Он провел в воде больше часа. Никс быстро освоился — кошачья координация и гибкость сделали свое дело, и вскоре он уже нырял, задерживая дыхание на несколько минут. Солнце просвечивало воду до самого дна, серебрило разноцветных, непуганых рыбок. Отплыв к рифу и нырнув там, Никс встретил кальмара и одну коричневую рыбу, всю в шипах, явно ему не обрадовавшуюся.

«Лучше домик в таком месте, чем на астероиде после терраформирования», — подумал кот. Море ему нравилось. Пляж ему нравился. И сладкий теплый воздух нравился.

Когда он выбрался на берег, Сайлас и Джейд о чем-то оживленно спорили у кромки воды, Риктер загорал, развалившись на песке, а Маркус сидел в тени пальмы и сосредоточенно тыкал в планшет.

Никс плюхнулся рядом, отряхиваясь. Вода с хвоста перестала капать только через полчаса — полчаса, которые Маркус мягко, но непреклонно его отчитывал.

— Я не мог сидеть и ждать. Любой на моем месте поступил бы так же, — упрямо повторил Никс.

Маркус внимательно на него посмотрел и махнул рукой.

— Чертовы коты.

— Мы умеем удивлять, — улыбнулся Никс. — И чего ты завелся? Сам столько раз говорил, что команда своих не бросает. А раз я в команде, значит…

Маркус только головой покачал, но в глазах у него плясали смешинки.

— Значит, теперь у меня в команде есть кот, готовый пересечь полгалактики ради моего спасения.

— Очень ценный кот, — серьезно ответил Никс. — Очень дорогой кот. Уникальный северный выносливый и технически подкованный, ловкий и бесстрашный кот. Паек придется утроить.

— Договорились.

Никс довольно потянулся, разминая плечи, и снова сиганул в лазурную воду, подняв тучу брызг. Джейд недовольно взвизгнула — до нее долетели брызги.

Вынырнув и отфыркиваясь, Никс поймал себя на мысли, что, кажется, впервые в жизни по-настоящему счастлив. Не потому, что пляж, море и солнце. А потому, что он — часть чего-то настоящего. Часть команды. Часть дела.

И это стоило всех приключений на свете.

* * *

На станцию они отправились втроем той же узкой тропинкой через джунгли. Риктер шагал впереди, Сайлас следом за ним. Никс вызвался проводить. Он чувствовал себя немного виноватым, потому что место оказалось чертовски красивое, и Джейд с Никсом оставались ждать военный борт. А Сайлас и Риктер решили уехать сразу после подписания документов. Даже на ужин не оставались. Джейд, конечно, была не прочь задержаться и подольше — она уже строила глазки адмиральскому повару, обещавшему экскурсию по местным садам, раз сам адмирал перестал ее замечать.

Сайлас, впрочем, не выглядел расстроенным — напротив, не мог усидеть на месте, так хотел поскорее смыться. Внимательные взгляды адмирала явно действовали ему на нервы.

Они поднялись на пустую платформу, когда до поезда оставалось еще двадцать минут. День на Алхибе был длинным, но в ветвях над тропинкой и над платформой уже загорелись маленькие фонарики, похожие на россыпи светлячков. Сиреневый цвет неба стал густо-фиолетовым, а воздух, наполненный сладким запахом цветов, — прохладнее и словно плотнее. Никс сорвал один цветок — белый с плотными лепестками, такой же, как в изгороди адмиральского дома. На память. Расскажи кому, что кот из питомника валялся на пляже Алхибы, — не поверят же.

— Спасибо. — Никс протянул Сайласу руку.

Никаких слов не хватало, чтобы выразить всю признательность, которую он сейчас чувствовал. Без Сайласа ничего бы не получилось. Никс был счастлив и благодарен.

— Береги себя, пушистый, — подмигнул Сайлас. — Ты знаешь, где меня найти. — Он дернул Никса за руку и притянул в неловкие, но искренние объятия. — Звони, если что.

Риктер пожал ему руку. Кончик хвоста у него напряженно подергивался, носом он то и дело поводил в сторону Сайласа. Переживал, что старый космический пират прихватил сувенир из адмиральского дома?

— Без вас ничего бы не было, — начал Никс.

— Да брось! Любые извинения и благодарности становятся лучше, если преподносятся в твердой валюте, — ухмыльнулся Сайлас. — Хорошо здесь. Думаешь, смогу я купить кусочек пляжа, а, Риктер?

— Вот изумруды продашь — и сразу купишь.

— Ай, злой кот, что ты понимаешь?!

Несколько минут они пререкались. Риктер стоял, сложив руки на груди, возвышаясь над ними, а Сайлас экспрессивно жестикулировал и скалился. Никс подумал, что кот из Сайласа вышел бы очень боевой. Свободолюбивый. Он представил острые тонкие уши с кисточками у Сайласа на голове. Получилось бы ярко.

— Я хотел сказать вам кое-что.

— Если ты опять сопли распустишь, я не выдержу. Мы поняли, ты благодарен, топай уже. Пожалуйста. Рад был помочь, — воскликнул Сайлас.

— В катере, между спинкой и сиденьем пилотского кресла, лежит пачка с кредитами. Я выиграл на боях.

Сайлас вздернул бровь. Риктер заинтересованно развернул уши.

— Приятно, что ты в меня верил. Сколько там?

— Ты должен мне за ремонт! — вклинился Сайлас.

— Больше десяти тысяч.

— Пополам, делим пополам. — Сайлас потер руки. — Слушай, Риктер, вернемся на катер, я возьму деньги и отнесу в банк, сам положу на твой счет. Человеку проще, ты же знаешь. Ни у кого не вызовет вопросов человек у терминала. Да, так и сделаем. Пойду билеты на поезд куплю, скоро вернусь.

Сайлас стремительно развернулся и ушел к кассе. Риктер потянул носом воздух.

— Он заберет деньги и сядет на круизный лайнер, — сказал Никс, провожая взглядом удаляющуюся спину Сайласа.

— Я знаю, — сказал Риктер.

— И ты не против?

— Будет повод снова его арестовать и стрясти вдвое. — В голосе Риктера послышалась усмешка. — Иди, стемнеет скоро, через кусты не продерешься.

Никс кивнул, повернулся к лестнице и уже ступил на первую ступень, как вдруг вспомнил.

— Слушай, когда я вас увидел, Сайлас был в наручниках. Почему, если вы… знакомые?

— Мы не друзья. — Риктер помолчал и добавил: — Иногда его бывает слишком много. — Он вздохнул, глядя в ту сторону, куда ушел Сайлас. — Знаешь, это был неплохой отпуск, хоть я и планировал провести его по-другому. Но ты все-таки лучше не звони больше, от тебя слишком много проблем.

Никс не понял, шутит он или нет. Риктер смотрел с серьезной доброжелательностью, кончики ушей чуть заметно подрагивали.

— Я к тебе в гости приеду. На твою собственную ферму, — улыбнулся Никс.

Он сделал еще шаг, а потом развернулся и в два прыжка оказался рядом, порывисто обнял котокопа.

Риктер зафыркал и похлопал его по спине.

Никс хлопнул Риктера по спине и, скатившись по ступенькам, зашагал по тропинке.

В джунглях уже сгущались сумерки, но Никс отлично видел и в почти полной темноте. Впереди ждал дом адмирала, горячий ужин, и много-много приключений в хорошей компании.

Никс ускорил шаг. Ветки хлестали по плечам, но он только улыбался. Еще один день на Алхибе — и они отправятся домой. На «Буревестник». К Тае, к Джетту, к привычному гулу двигателей и запаху кофе в рубке.

К своей команде.

И это стоило всех приключений на свете.