James Lane
«Рожденный быть кротким»
Скачать
#NO YIFF #волк #оборотень #хуман

Рожденный быть кротким

James R. Lane.




Полная луна поднималась. И хотя Льюис Гремм не мог видеть этого, он чувствовал её могучую древнюю магию, нарастающую в его костях. Настроение Гремма тоже поднималось, ведь это была та ночь месяца, когда он мог позволить себе удовольствие, удовольствие редкое и исключительно трепетное...


Это была ночь бега Льюиса Гремма.


Только что наступил рассвет нового тысячелетия, высокотехнологичные предприятия и информационные сети возникали везде, словно сорняки на заброшенном поле. Гремм был финансовым директором небольшой, очень выгодной консалтинговой компании, расположенной на верхнем этаже старого банковского здания, стоящего на краю бухты в еще более старом городе Святой Августин, штат Флорида.

Но капиталы Гремма не умножились за сутки, как у многих его современников. Он тщательно формировал и увеличивал свои фонды много лет, на многих предприятиях и во многих странах. Большинство из них были хорошо скрыты, так как в случае возникновения вопросов об их происхождении ответить определенно было бы весьма затруднительно.

Имя Льюис Гремм тоже не было его настоящим именем, это был даже не псевдоним; просто он выбрал имя, подходящее для роли, которую он сейчас играл.

Большинство сотрудников уже отправились домой, так как рабочий день закончился. С тех пор, как Гремм возглавил собственную фирму, он часто задерживался в офисе, чтобы доделать кое какие дела.

Но не сегодняшней ночью.

Он так спешил, что даже сумел опередить Мари Коннели, местного посредника по торговле имуществом, знаменитую тем, что всегда закрывала свой офис точно в шесть часов, когда она направлялась к парадной двери в этот вечер пятницы.

- Льюис! - с удивлением окликнула она, когда он проскользнул мимо ее пышных форм у автоматизированных парадных дверей.

- Что я вижу - спешка? Вы - всегда такой точный и пунктуальный! Я и представить не могла, что вы можете куда-то опаздывать!

Гремм оглянулся, сверкнув волчьим оскалом через плечо, и, не замедляя свой бег, ответил:

- Мне сегодня надо встретить Тиффани в аэропорту, да еще успеть до этого кучу дел доделать... Чао!

- Чао. Действительно, ты несчастный трудоголик... - кисло пробормотала женщина, но Гремм уже выскочил на улицу и не мог слышать ее слов.

Симпатичный молодой человек всегда был в отличной физической форме - рассеянно отметила она, но впервые женщина видела его передвигающимся как-то иначе, чем его обычной неспешной походкой.

"Если бы мне немного сбросить вес и стать лет на двадцать моложе..." – мечтательно подумала она.

Из раскрывшихся перед ней дверей пахнул теплый, сырой вечерний воздух Флориды, и она, не выдержав, выругалась.

- Чепуха! Я еще имею шанс окрутить его.

Она смахнула своенравную прядь отбеленных волос с глаз и с сарказмом добавила:

- И после нескольких недель его невероятного аккуратизма, не упоминая уже о вони одеколона "Брут", которым он пользуется, я, скорее всего, буду готова его убить!

Пока Мари Коннели, сварливо ворча, неторопливо уходила от здания офиса, Гремм уже поворачивал за угол в конце квартала.

Минутой позже он открыл дверь своего престижного "Ford Explorer Sport", который всегда ждал своего хозяина на самой близкой из трех муниципальных парковок города.

Бросив свой модный алюминиевый кейс на пассажирское сидение и запустив двигатель, Гремм выждал точно рассчитанную минуту, позволяя двигателю прогреться, прежде чем тронутся с места. Он обращался с машиной так же бережно, как он делал все остальное в его размеренной, аккуратной жизни.

На самом деле, это не всегда было так. Ведь он не всегда был человеком…

Секундой позже Гремм покинул стоянку; его покрашенный в светло-зеленый металлик SUV с приглушенным рыком мчался вниз лабиринтом узких, обсаженных деревьями улиц, направляясь прочь из города.

Вскоре он покинул бесконечные людные улицы, выехав но шоссе, и направлялся на запад, в сторону сельских ферм и поросших кустарником районов, которые еще занимали значительную часть северо-восточной области Флориды. Мощное стерео трубило новую версию древней мелодии - рок Степпенволфа "Born To Be Mild".

Основное движения часа пик уже рассеялось; автомобили направлялись на север и юг к плотным застройкам, которые, казалось, вырастали на береговых плато словно грибы на утренней лужайке.

Но Гремм пока не собирался домой, нет, не раньше, чем он примет участие в том настоящем удовольствии, которое он позволял себе каждый месяц...


Не раньше, чем он будет бежать...


Пронизанная светом луны тьма начинала сгущаться над сельской местностью. Сейчас Гремм был достаточно далеко за городом и близок к своей цели.

Минутой позже он притормозил, затем повернул на грязную дорогу, которая закончилась перед шлагбаумом из труб, не более чем за пятьдесят футов от главной дороги. Гремм коснулся кнопки радиопередатчика HomeLink, встроенного в солнечный козырёк, и скрытый в кустах батарейный двигатель быстро закрутился, убирая шлагбаум с пути. Проехав, он снова коснулся кнопки передатчика - ворота закрылись и заперлись за ним. Быстрый щелчок расположенного на консоли переключателя полного привода подготовил SUV для короткого путешествия по изборожденной канавами, постоянно грязной дороге, и менее чем пять минут Гремм был среди сосновых и дубовых деревьев, далеко от любопытных глаз. Он остановился посреди небольшой поляны, выключил двигатель, и его лицо внезапно осветилось радостью, как у восхищенного ребенка...


Настало время для бега...


* * *



Арнольд Брюс был бродягой. Неважно, что политически правильное большинство и истекающие кровью сердца общественные работники называли его "несчастный бездомный человек" - Арнольд не был ничем большим или меньшим, как бродягой.

Он даже несколько гордился этим устаревшим званием. Хотя ему оставалось еще несколько лет до его пятидесятого дня рождения, его физический образ хорошо соответствовал ярлыку.

Арнольд Брюс и выглядел как бродяга.

Рожденный в семье, которой был не нужен, Арнольд вырос обиженным на жизнь. Как только он стал юридически взрослым, мать вышвырнула его из дома - она не хотела больше кормить бездельника, который без стеснения опустошал её кошелек, и закрыла перед ним дверь, посоветовав зарабатывать на жизнь самому.

Это не было так жестоко, как показалось сначала, вскоре молодой человек научился более менее обеспечивать собственные потребности. Воровство, рэкет и продажа легких наркотиков обеспечивали его достаточными деньгами для того, чтобы купить вещи, которые он не мог получить от матери, а в папиросах и пиве он не ограничивал себя уже с тех пор, как стал подростком.

И все же, Арнольд Брюс не был плохим человеком; просто ничего не стоящим. Многочисленные трения с законом и потерпевшими неудачу общественными службами заставляли его каждые несколько месяцев покидать насиженное место и передвигаться дальше, к следующему городу, так что бесконечная череда городов и месяцев, проведенных в них, со временем стала годами, которые превратились в десятилетия бродячего существования.

И теперь, соответственно смене сезонов, Арнольд Брюс совершал свою обычную миграцию на юг, остановившись на время, чтобы насладиться теплым климатом Святого Августина.

Достаточно далеко за пределами патрулируемых городских границ он развернул свой лохматый поролоновый матрац: в чаще карликовых пальм возле небольшого бетонного моста, который мог дать пристанище в случае случайной грозы. Это был единственный тип "дома", который он знал в течение уже многих лет. Обычно он ходил в город каждые несколько дней, чтобы получить бесплатную горячую еду в местной благотворительной кухне и помыться. Затем он слонялся без дела в офисе дневного труда, работал несколько часов на какой-нибудь черной работе, и, купив бутылку дрянного виски или кувшин дешевого вина, на попутке возвращался обратно к своему лесному жилищу.

Неухоженное тело Арнольда уже начинало сдавать. У него был хронический мокрый кашель, отвратительные бородавки и грязные пятна на коже, которые, скорее всего, были раком, и нередко его моча была окрашена красным из-за увеличенной простаты.

Еще у него были мозоли и геморрой.

Глубоко в своём, часто затуманенном, сознании, Арнольд понимал, что его дни сочтены, и его бродячая жизнь скоро кончится. Но еще он не был готов к этому. Все чаще и чаще он ловил себя на том, что тщательно ограничивает свое хмельное и курит меньше сигарет; вот и в этот особый вечер он был трезв как стеклышко, только что вернувшись "домой" после прибыльного трудового дня. С собой у него было помятые двадцать долларовых купюр в заднем кармане брюк, новая пачка "Camel" в другом, кварта солодового ликера, шесть упаковок диетического печенья, буханка пшеничного хлеба, пара банок мясного паштета и разорванная старая брошюра комиксов – все было сложено в мятый пластиковый пакет.

Арнольд Брюс был полностью готов к уикенду...


* * *



Неподалеку от того самого места, Льюис Гремм заканчивалл приготовления к бегу, и, бросив последний быстрый взгляд на джип, двинулся трусцой вдоль просеки, одной из тысяч, пересекающих сосновые лесопосадки северо-восточной Флориды.

"Это будет прекрасная ночь для бега", - думал Гремм, улыбаясь, понемногу ускоряя бег и разогревая мышцы.

Точно так же, как это было несчетное количество раз раньше...


Брюс только что выбросил мусор и отлил первый раз из нескольких ночных ходок к его импровизированному отхожему месту - под старым упавшим сосновым стволом с подветренной стороны от его лагеря - и направился обратно, скрываясь в тени деревьев, когда его внезапно пробрал странный озноб.

- Проклятье! - пробормотал он, остановившись на мгновение, чтобы растереть обветренные руки и сморщенный затылок.

- Такое чувство, словно крыса пробежала через мою могилу.

Он осмотрелся вокруг, скорее рефлекторно, чем действительно ожидая увидеть что-нибудь...

В десяти футах впереди он увидел два тлеющих красным огнём глаза, смотрящие на него из тени ветви карликовой пальмы.

Казалось, одни только глаза висят в воздухе, примерно в двух футах над землёй.

- Твою мать!! - вскрикнул человек и отпрыгнул назад, прямо в мусорную яму, не успев даже подтянуть свои стильные лохматые шорты.

Глаза мигнули, и Арнольд почему-то смог увидеть слабые очертания лица, которому они принадлежали... И о чем тут же пожалел, потому что как только он понял, ЧТО он увидел, он ощутил, как его мочевой пузырь болезненно сжался, и по левой ноге легко и быстро понеслась струйка тепла.

Глаза, как он внезапно осознал, принадлежали самому большему черному волку, которого он когда-либо видел, фактически - единственному черному волку, которого он когда-либо видел...

И тут чудовищное существо медленно вышло из-за карликовой пальмы.

Арнольд не стал напрасно тратить время; мгновенно приведя свои длинные ноги в движение, и, если учитывать его возраст и сомнительную физическую форму, понесся через лес с приличной для такого бродяги скоростью. Годы бега от жертв грабежа, копов и других, кто хотел поймать его, хорошо обучили его искусству "делать ноги", и вскоре человек проломился сквозь подлесок и неистово ломанулся вниз по одной из многочисленных просек.

Черный волк легко и плавно следовал за ним по пятам...


Хоть Арнольд, без сомнения не был марафонским бегуном, он бежал добрых пять минут, прежде чем адреналин не мог больше преодолевать его усталость, и, хрипя как умирающая волынка, он начал шататься.

Он оглянулся и, бросив один быстрый взгляд на безмолвный кошмар, следующий за ним, удивился, почему огромное животное не набросилось на него сразу. Было более чем ясно, что оно легко могло догнать утомленного старого бродягу - человек понимал это, несмотря на весь его ужас, а еще оно, казалось, сдерживает свой бег так, чтобы всё не закончилось слишком быстро.

"Слишком быстро для чего?" - думал Арнольд, а его ум мчался намного быстрее, чем подгибающиеся ноги.

Во имя Бога, что это за зверь?!

И что ему надо?!

В конце концов, человек не смог больше бежать дальше. Его ноги просто перестали ему подчиняться, а прокуренные легкие вдруг восстали, скрутив его спазматическим туберкулезным кашлем, что бросил его бесформенной кучей на обочину просеки...

И снова черный волк не напал, не рванул, не убил.

Наконец, задыхающийся бродяга справился с кашлем.

"Почему ЭТО не набросилось на меня?" - снова удивился он, как только смог протереть слезящиеся глаза и разглядеть огромного черного зверя, стоящего перед ним. Тогда-то Арнольд заметил, что волк определенно горбат, что делало странную ситуацию даже еще более причудливой. Часть утомленного мозга человека подсказывала, что огромные черные волки не водятся в субтропической Флориде, и, во всяком случае, глаза волков ведь должны быть желтыми?

Но прежде чем он смог обдумать это несоответствие, тусклые красные глаза зверя начали разгораться подобно расшевеленным каменным углям и какое-то чувство в кишках, какой-то первобытный инстинкт сообщил Арнольду, что зверь наконец приготовился броситься, рвать, убивать...

Конечно зрелище его огромных, невероятно белых зубов, блеснувших в лунном свете, когда черные губы поднялись вверх с тихим гортанным рычанием, тоже мог дать человеку кое-какой ключ к его намерениям...

Медленно, с плавным напряжением в каждом движении, красноглазый эбеново-черный монстр приблизился к обреченному человеку. Арнольд не видел поблизости даже ветки… Да что уж там! Даже импровизированная дубинка вряд ли могла помочь против такой твари.

Человек уже слышал его глубокое дыхание над собой и обреченно вжался в землю, когда адский зверь приготовился к прыжку...


"Биип-Биип! Биип-Биип! Биип-Биип! Биип-Биип!"


Пронзительный электронный сигнал был абсолютно неуместен в освещенной призрачным лунным светом сцене и совершенно не соответствовал драмматичности ситуации; а эффект, который этот звук произвел на демонического волка, был еще более невероятен.

- Дерьмо! - испуганный человек отчетливо расслышал, как существо произнесло эти слова низким, скрипучим голосом...

Он остановился; ясно слышимый вздох донесся от угольно-черной фигуры. Существо казалось разочарованным; оно отступило назад на несколько шагов – и, словно в фильме со спецэффектами, его фигура быстро исказилась, смазалась и начала течь, становясь выше и массивнее, поднялась на задние ноги; его очертания снова стали четкими, затвердели и теперь перед Арнольдом стоял... Еще более ужасающий, покрытый черным мехом монстр, несомненно, самец, но монстр, на спине которого висел небольшой черный нейлоновый рюкзак, который он быстро снял, сунул отвратительную когтистую руку внутрь и достал крошечный, отсвечивающий голубым светом цифровой пейджер.

Монстр осторожно коснулся концом когтя одной из кнопок на пейджере, прищурился угольно-горящим глазом, увидев сообщение на его крошечном люминесцентном экране, затем вернул прибор в рюкзак, снова удобно пристроил его между своими массивными плечами и поправил ремни...

А потом зверь снова обратил внимание на перепуганного, растерянного человека, лежащего у его когтистых ног.

- Ну до чего же мне не везет! - пожаловалось существо с отчетливым южным протяжным произношением.

- Одну ночь в месяц я позволяю себе небольшое удовольствие, заслуженное удовольствие - и, черт побери, оказывается, что я уже опаздываю, и у меня нет времени даже почиститься и привести себя в порядок... Фак!

Стоя, монстр был как минимум восемь футов ростом и походил на приглаженную, современную версию кинооборотня.

Глубоко в душе Арнольд был убежден, что этот оборотень не является киноподделкой; несмотря на то, что такие существа, по общему мнению, были не более чем легендой, этот кошмар был все же слишком реален. А затем порыв ветра принес Арнольду запах чего-то совершенно неожиданного...

Оборотень, пахнущий одеколоном "Брут"?!

Арнольд был озадачен. Разве он не должен пахнуть... Ну, например... Как собака?

- Т-ты к-кто? - дрожащим голосом спросил человек.

- Пошевели мозгами, старик, - цинично проворчал монстр, положив руки на бедра, словно футболист, обдумывающий следующую атаку. - Даже такой отброс общества как ты должен быть достаточно сообразителен, чтобы понять, кто я.

- Ты действительно оборотень?

- Мне что, надо поссать на дерево, чтобы убедить тебя? - презрительно прорычало черное видение, - или может тебя убедит, если я подойду и, хихикая, разорву тебе горло, а?

Существо внезапно схватилось за брюхо, в котором шумно заурчало, совсем как в человеческом, как если бы там было совершенно пусто.

- Вот черт... - пробормотал он, затем сверкнул глазами на Арнольда:

- У меня уже нет времени, чтобы убить тебя, съесть вкусные части и должным образом распорядиться остатком...

Он опять снял рюкзак с широких плеч, поспешно порылся внутри и достал пару бумажных свертков.

- Проклятые оздоровительные питательные плитки на вкус как картон! - пожаловался он, быстро их разворачивая. - Но они по крайней мере не вызывают изжогу...

Проглотив последний кусочек, он аккуратно вернул обертки в похудевший рюкзак. Вновь надевая его, он обратил внимание что человек нащупывает что-то у себя на шее.

- Не трать напрасно время с тем крестом, - небрежно заявил он. - Лично я никогда не видел, чтобы это случалось, но предположительно он будет действовать только на вампиров.

Живой кошмар наклонился, приблизив ужасную морду к лицу дрожащего человека:

- И не верь всей той чепухе о том, что серебро - это единственная вещь, которая может повредить нам!

Он засмеялся, и человек обмочился опять.

- Это, а также многие другие слухи - мифы, которые мы сами распространили и увековечили, чтобы держать твой род в страхе. Фактически, я все это время ношу серебряную драгоценность (монстр дернул левым ухом и крошечный серебряный крестик закачался на пронзившем мочку уха кольце), - а вот низкокачественное золото вызывает у меня аллергическую сыпь. И стрельба в меня серебряными пулями не нанесет больше ущерба, чем тычки кухонным ножом дизайна Марты Стюарт.*

Он снова засмеялся.

- Все это чепуха! Просто мы восстанавливаемся быстрее, чем вы сможете повредить нам, и пока мы готовы ценить эту жизнь - мы не умираем.

Арнольд прекратил свои попытки достать маленькое серебряное распятие. Как-то это уже не казалось стоящим затруднений...

- К сожалению, я должен покинуть эту маленькую вечеринку, - заявил оборотень, словно извиняясь перед деловым клиентом.

Зверь выпрямился и безрезультатно попытался расчесать свой мех.

- Одному из моих клиентов нужна кое-какая помощь, а мне еще нужно привести себя в порядок прежде чем отправлюсь в Джексонвилль. Полуночным рейсом прибывает моя подружка - если самолет не опоздает - и мне надо встретить ее в аэропорту.

Увидев в глазах Арнольда невысказанный вопрос, монстр усмешкой добавил:

- Да, она тоже оборотень, работает в Нью-Йоркской фондовой бирже. Мы собираемся провести весьма приятное время вместе в этот уикенд - и я имею в виду вовсе не вой на луну!

Затем он снова засмеялся своим замораживающим кровь смехом.

- Но одно тебе стоит запомнить! - внезапно заявил он голосом, который не оставлял места для сомнений. - Не будет ничего хорошего, если ты начнешь трепаться об этом... Об этой встрече. Никто больше не верит в нас, а у тебя нет никаких доказательств...

Черный кошмар опять нагнулся вниз, поднеся свою клыкастую морду поближе.

- Однако, - он прибавил могильного холода в голос, - если ты сглупишь и начнешь болтать лишнее, я буду считать это приглашением поохотиться на тебя - и я обещаю тебе оооочень медленную смерть!

Он сомкнул свои челюсти с многозначительным лязгом.

- Я еще долго буду неподалёку, и я знаю сотни способов заставить тебя вопить от боли...

С этими словами существо еще раз подверглось своему кино-волшебному преобразованию, возвращаясь к форме огромного черного волка с небольшим нейлоновым рюкзаком на спине.

И и уже когда оборотень повернулся и побежал назад по просеке, Арнольд отчетливо услышал, как он произнес:

- Чао!


* Марта Стюарт - известная ведущая кулинарных телепередач и дизайнер кухонного оборудования.


Перевод - Redgerra.

Редактура – Chi_Lina-chan.


Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы:
Ежова Лана «Дневник няни-оборотня»
Fugas «Антропоморф»
И. И. Печальный «Геймер »
mark
09:27 18.06.2017
Да ну и клиентура пошла не дают даже нормально на бомжей поохотится. Я че много прошу что ли.
Ошибка в тексте
Рассказ: Рожденный быть кротким
Сообщение: