Автор 1
«Свет за горизонтом»
Скачать
#NO YIFF #волк #конкурс #фантастика #милитари

Канрат стоял у монитора, имитирующего иллюминатор. Молча, бездумно, просто смотря на бескрайние просторы космоса, испещренные искорками звезд. Если бы не периодически дергающиеся уши, лаграна можно было принять за статую. Руки сцеплены за спиной, отчего на обычно безупречной темно-красной форме появились складки. Тишину командного отсека нарушали только звуки работы аппаратуры.

Лаграны командной стаи так же молча смотрели в свои мониторы. Никто не хотел нарушать тишину. Никто не хотел отвлекать молодого альфу, всего месяц как получившего назначение на новейший линкор. Все это время огромный боевой корабль шел к маленькой отдаленной планете. Единственное, чем та отличалась от десятков себе подобных, это статус пограничного мира. Здесь формально заканчивались владения Верховенства Лагран и начиналось ничейное пространство.

Никто не знал, зачем гнать в такую даль новейший линкор, да еще и без сопровождения. Никто не знал, почему на корабле двойной штат десантных стай и техники, почему на складах тройная норма расходных материалов и провианта.

Так было тридцать минут назад, до того, как Канрат вскрыл бумажный – и это в эпоху космических перелетов! – конверт с приказом Верховника.

Сначала молодой лагран пытался придумать, как донести приказ до своей огромной стаи, но после смахнул хвостом. Члены экипажа все поймут, не в характере их расы оспаривать решения Верховного Главнокомандующего. Сложнее было самому понять приказ. Осознать, что их, шесть тысяч хвостов разного возраста и положения в иерархии, бросили в неизвестность, пусть и на самом совершенном корабле Верховенства. Принять как данность простую, сухую вводную: обнаружен важный артефакт, проверить, после – отправить отчет и держать позицию.

Канрат не мог понять, что мешало отправить полноценный исследовательский флот. Неодобрение других рас? Шац! Не нужно им, лагранам, подобные подачки от «цивилизаций», бросивших их на съедение хищникам судьбы! Желание сохранить все в тайне? И как это сочеталось с отправкой мощнейшего линкора? В конце концов, самец решил, что он недостаточно опытен, чтобы понять ход мыслей Верховника. Может, и правда не было другого выхода.

И сейчас Канрат молча смотрел на монитор, не думая, просто созерцая красоту космоса. Бескрайние просторы, наполненные звездами, планетами, тайнами и открытиями. Его с детства тянуло к небесам и дальше, выше. Ему нравилось искать созвездия, придумывать им названия. Но сейчас он не чувствовал воодушевления. Не чувствовал он его и месяц назад, поняв, что вместо юркого исследовательского эсминца, о котором он мечтал все эти циклы, его поставили во главе огромной, неповоротливой, закованной в метры брони туши линкора. Но приказ есть приказ, и Канрат принял командование. Взвалил на плечи ответственность за тысячи жизней лагран, экипажа его корабля.

– Линкат, всеобщую громкую связь, – неожиданно произнес альфа. Названный самец моментально набрал команду на клавиатуре. По всему линкору раздался предупреждающий сигнал.

– Экипаж линейного корабля «Свет» Верховенства Лагран. На связи – альфа командующей стаи, Канрат. Получен приказ от Верховного Главнокомандующего.

Сотни, тысячи лагран отвлекались от работы, вслушиваясь в слова своего альфы. На корабле стало тихо, голос самца легко перекрывал шум от машинерии.

– Задача «Света» – отправиться в сектор 334-767-239. Дальний космос, ничейное пространство. Неисследованная зона. Мы будем первыми, кто увидит, что там находится.

Если раньше члены экипажа тихо перешептывались, обсуждая услышанное, то после этих слов все резко замолчали.

– Там находится неизвестный объект, изучить который – наша задача. Мы должны выполнить ее любой ценой. Никто, кроме самого Верховного Главнокомандующего не может изменить или отменить нашей миссии. Ни одна раса не может стать преградой. Ни одна битва не может стать поводом для возвращения. Таков приказ. Такова наша задача.

Тишина стала мертвой.

Канрат оправил рукава формы, закрыл глаза. Одна секунда, две… Три…

– Альфа Канрат, «Свет» на конечной точке маршрута, – доложил навигатор, до сих пор прижимающий уши. Еле слышно кашлянул. – Пространство свободно.

– Начать выполнение программы субпространственного прыжка до сектора.

– Запускаю расчет траектории, – спустя секундную задержку произнес самец, активно защелкал клавишами. – Ориентировочное время прибытия…

Пауза стала слишком долгой, чтобы быть простым ожиданием результата от компьютера. Все лаграны экипажа – громкую связь так и не выключили – напряженно ждали. У каждого было мрачное, поднимающее шерсть на загривке дыбом предчувствие.

– Рангат, – окликнул лаграна Канрат. Навигатор тихо заскулил, но, встряхнувшись, все-таки смог пригладить шерсть.

– Один цикл, три месяца, двадцать три дня. Плюс-минус месяц.

Канрат закрыл глаза. Стало слышно, как скрипят от сжатия кулаков перчатки. Кто-то глухо выругался, но тут же испуганно замолчал. Шок превратил весь экипаж огромного линкора в статуи самим себе, никто был не в силах пошевелиться. Только глухое ворчание и тихое скуление периодически нарушало тишину.

Больше цикла. Стандартный линкор был достаточно автономен, чтобы находиться в открытом космосе до десяти месяцев, на урезанном пайке – до четырнадцати, один полный цикл. «Свет», благодаря забитым под самый потолок складам, мог не возвращаться для пополнения запасов до двух циклов. Проще говоря, им действительно только и оставалось, что держать позиции у неизвестного объекта. Самостоятельно экипаж линкора до родных терриорий не доберется.

– Вперед, Рангат. Во славу.

– И к звездам… – тихо закончил девиз навигатор. – Начинаю программу прыжка.

«Свет» вздрогнул. Генератор прокола начал свою работу, искажая пространство и время вокруг корабля. Всполохи всех цветов радуги окружили линкор, прямо перед ним в пространстве появилась абсолютно черное пятно. Оно увеличивалось, вокруг появилось завихрение, словно водоворот, и точно так же оно начало затягивать «Свет» в себя. По корпусу корабля пронеслись электрические разряды, разноцветное сияние исчезло. Если бы кто-нибудь рядом слушал радиоэфир, он бы оглох от жуткой какофонии.

– Три, – все члены экипажа пристегнулись, вцепились в поручни, подлокотники, любые выступы.

– Два, – оставшийся на ногах Канрат развернулся по ходу прыжка. Эффект рывка самца не беспокоил, он знал, что ему ничто не навредит.

– Один…

Линкор был похож на хищника перед прыжком. От «напряжения» – пространственных искажений – скрипели переборки, ощутимо дрожал пол. Огромный корабль готовился нырнуть в субпространство.

– Рывок!

Это слово, команда, предупреждение отлично описывало ощущения от перехода в субпространство. Ощущение, словно от резкого прыжка, ускорения, от которого все внутренности тянет в противоположную сторону. Но все это лишь ощущения, не более – ни один предмет на корабле не шелохнулся.

– «Свет» в субпространстве, выход через тринадцать минут, – Рангат откинулся на спинку кресла, перестав прижимать уши и скалиться. Расслабленно выдохнул.

– Линкат, – альфа коротко кивнул самцу и тот тут же выключил громкую связь. – Расслабьтесь.

Лаграны командной стаи оторвались от мониторов, кто-то потянулся, протяжно поскуливая, кто-то принялся прохлопывать карманы. Несколько лагран начали обсуждать, что будет на обед. Все сбрасывали напряжение, кто как мог. Канрат же, подергав хвостом, направился к навигатору.

– Где мы выйдем? – самец примерно представлял траекторию, но этого было недостаточно.

– Звезда – голубой гигант, возможно, несколько планет. Наверняка непригодны даже к подготовке.

– Что вообще на траектории?

– Неизвестно. Есть звездная карта, да и та чем дальше – тем примернее.

– Прыгаем вслепую, – пробормотал альфа, дернул ухом. – Нехорошо…

Рангат только ушами дернул – по его мнению все задание можно было охарактеризовать как «нехорошо». Да и чего вообще ожидать от навигации в неисследованном космосе? Альфа бросил короткий взгляд на монитор, оценивая ориентировочное положение линкора относительно звезд, и отправился к своему месту, расположенному в центре отсека. Вставив идентификационный ключ, Канрат сел в кресло, бегло просмотрел данные на висящих дисплеях. Ничего, требущего его вмешательства. Линкор был огромен, хорошо автоматизирован, что было необычным ходом в Верховенстве, и в целом не особо-то и нуждался в альфе. Самца это раздражало.

В это же время в казармах десантников альфа Ниртэ пыталась придумать, чем занять полторы тысячи хвостов. Столь большой стаей ей до сих пор командовать не приходилось, штат десантников на линкоре обычно составлял шестьсот лагран, да и те все – обычные абордажники. В этот раз у них была разведка, две боевые стаи мотопехоты с техникой, своя собственная стая логистики, а так же две артстаи и танк. Для чего такая армия в миниатюре, что с ней делать и чем занять на время похода, Ниртэ не знала. В данный момент она сидела в личной каюте, бездумно елозя стилусом по планшету и болтая хвостом, но уши дергались в ответ на каждый шорох – самка вслушивалась в происходящее в отсеке. Пока было тихо, но только пока, альфа отлично понимала, что дисциплина – вещь, требующая поддержки. Сколь бы ответственны ни были ее подчиненные, они живые, разумные и не могут сутками напролет лежать меховыми ковриками, покрываясь пылью. Лаграны агрессивны, и им требуется сбрасывать ярость, ну или заменять ее на что-нибудь.

«Согласовать с альфой экипажа нелетальные бои; оценить запас противозачаточных!» – гласила первая запись в планшете.

Это был не первый поход Ниртэ и даже не второй. Фактически, самка была самым опытным офицером на всем линкоре, но офицером боевым. Она отлично справлялась с командованием малыми и крупными силами, но стоило ей ткнуться носом во что-то, отличное от грязи пехотных боев, как альфа терялась. Ей было проще спланировать захват и удержание плацдарма силами, втрое меньше численностью вражеских, чем найти занятие для нескольких стай. А тут…

Подавив тяжелый вздох – лишь уши дернулись, пытаясь прижаться, да заметно шевельнулся воротник – Ниртэ решительно встала из-за стола. Ей требовалось лично оценить обстановку в казармах, и уже после делать выводы.

Убрав планшет в сумку на бедре, самка посмотрела на себя в зеркало. Темно-серый окрас, необычно зеленые глаза, коротко стриженая грива. Среднее телосложение. Если бы не глаза – типичная лагранка. Убедившись, что выглядит достаточно опрятно, альфа покинула каюту.

В первую очередь Ниртэ решила обсудить вопрос со своими бетами. Их у нее было опять же непривычно много – сразу шестеро – да и располагались они в разных концах отсека. Можно было собрать всех на совещание, ну или просто связаться через планшет, но самка не хотела начинать поход с бессмысленного официоза. Опыт подсказывал, что солдаты и так будут соблюдать иерархию и дисциплину, но излишняя жесткость в общении сильно снижает инициативность. Такова психология лагран.

По пути к нужным секторам самка в целом проверяла состояние стаи. Размещение прошло отлично, но то было месяц назад, и теперь требовалось понять, готовы ли лаграны к столь долгому походу. Отдельным пунктом шло налаживание контактов с альфами малых и боевых стай, иногда Ниртэ украдкой подслушивала разговоры, пытаясь определить настроение солдат. Услышанное ей не нравилось.

Стая была подавлена. Десантники в принципе не любили космос, им не за что было его любить. Что высадка с орбиты, что абордаж, оба типа боевых операций предполагали шанс быть сбитым еще до огневого контакта. Солдаты предпочитали чувствовать устойчивую почву под ногами, дышать воздухом планеты, а не полагаться на ограниченный запас скафандра. Наконец, им просто не нравилось прожариваться радиацией. И альфа прекрасно понимала свою стаю, хоть и давно научилась видеть в смертельном безвоздушном ничто космос, нечто красивое.

Целый цикл, вернее два, в походе. Слишком долго, чтобы абстрагироваться, и вполне достаточно, чтобы лаграны начали проявлять агрессию. Да, в Верховенстве не принято выражать свою точку зрения, особенно если она отлична от таковой у Верховника, но разум и инстинкты не заткнешь. Ниртэ и это понимала, иначе бы не стала альфой тактической стаи.

Большинство лагран, как и полагалось, вскакивали со своих мест и вскидывали головы, хлопая ладонью по груди. Нередко самка отмахивалась, давая понять, что она не приверженец сверхжесткой иерархии, иногда она кивала, иногда – останавливалась, чтобы перекинуться парой слов. Все это позволяло ей составить полную картину, но вопреки надеждам, первичное впечатление было истинным. Среди солдат уже начались мелкие ссоры. Пока дальше чуть оскаленных клыков дело не зашло, но Ниртэ была уверена, через месяц максимум начнутся драки.

– Альфа в расположении, – буркнул высокий, массивный лагран, с ленцой коснулся груди.

– А ты все такой же хам, Грантат, – фыркнула самка, сцепив руки за спиной. Повела ушами – в секторе стало настолько тихо, что стало слышно тикание раритетных механических часов.

– А че я, мне че, по всем правилам чтоль надо? – оскалился самец и, резко шагнув к Ниртэ, сграбастал ее в объятия. Раздался слаженный полускулеж-полувздох солдат.

– Да-да, я тоже рада тебя видеть, – улыбнулась, поставив уши торчком, альфа и обняла лаграна в ответ. Десантники расслабились, но расходиться не спешили, молча – и с круглыми глазами – смотря на офицеров. – Все, прекращай стаю развращать.

– Да че стращать сразу, все норм ведь, – здоровяк фыркнул, но руки расцепил.

– Развращать, а не стращать, не путай. Ладно, давай кратко, что по обстановке?

– Рах, вот что, – буркнул резко растерявший хорошее настроение самец. Дернул хвостом в сторону, хмурясь. – Видела, кого мне дали?

– Вижу, – медленно проговорила Ниртэ, обводя взглядом втянувших головы в плечи солдат.

Молодняк. Судя по поведению, прямо из учебки, стоят ровным строем, руки по швам. Только головы вверх не задраны и глаза круглые. Впрочем, самка не сомневалась, через неделю, максимум две, Грантат научит свою стаю плохому. Говоря прямо, лагран не блистал умом, но умел чувствовать ситуацию, своих солдат, а так же тех кому он подчинялся. Альфа встретилась с ним на одной из многочисленных боевых операций, и уже спустя несколько дней они были лучшими друзьями.

– Справишься, – утверждала, а не спрашивала Ниртэ. Грантат повел ушами, скрестив руки на груди и нахмурившись.

– Вот что я скажу Нир, – голос самца резко изменился, стал глуше, ниже. – Я-то справлюсь. Но хватит ли этого?

– Это уже моя забота.

– Верю, да только… – лагран криво оскалился, отведя уши назад. Осмотрел ряды своей стаи. – Вот только не перенесут они такой долгий поход, Нир. Ветераны не переносят задержек сильных, а у молодняка вообще мозги шерстью зарастут.

– Что-нибудь придумаем, Гран. Что-нибудь придумаем. Так… – Ниртэ похлопала себя по бедру, виляя хвостом. – Я дальше в обход, а ты уж придумай, чем занять стаю. На обратном пути соберу мнения.

– Бусде.

Самка насмешливо оскалилась, поставив уши торчком, и вытянула кулак. Грантат осторожно, словно касаясь хрупкого стекла, ткнул ее своим и тоже оскалился, после чего повернулся к своей стае.

Альфа же отправилась дальше, к следующим секторам, мысленно прогоняя в голове услышанное и увиденное. И совершенно неожиданно столкнулась с бегущим лаграном в форме пилота. Оба с трудом устояли на ногах.

– Офицер Ниртэ! – радостно воскликнул самец, завиляв хвостом. – Ведомый второго крыла первой эскадрильи превосходства Ларнат! Можно выделить нам в помощь пару малых стай?

– Что конкретно требуется? – пригладила шерсть альфа, несколько подозрительно смотря на пилота. Тот навострил уши.

– Да всего по мелочи, просто требуются рабочие руки, растущие не рядом с хвостом. Нас мало, а техники и складские стаи и так заняты до последней шерстинки.

– Идешь в сектор семь, найди офицера Грантата. Скажи, чтобы выделил одну малую стаю, через некоторое время я пришлю еще несколько.

– Благодарю! – вытянулся лагран и, дождавшись кивка, умчался дальше. Ниртэ фыркнула.

– Тебе спасибо. Будет чем стаю занять… Хм… Что же все-таки произошло?..

Самка обернулась, но пилот уже скрылся за поворотом.

Сам Ларнат лихорадочно обыгрывал в уме возможные варианты развития событий. Молодой пилот не знал, как отреагирует офицер Грантат на просьбу выделить малую стаю, да еще и не подкрепленную ничем, кроме слов. Собственно, самец вообще не знал, как обстоят дела в пехотных частях. Знал лишь, что у них стаи вместо крыльев, в качестве офицеров – альфы, а не ведущие, да вертикаль в целом схожая. И… И все. Проще говоря, Ларнат беспокоился и старался выглядеть подружелюбнее.

Добежав до нужного сектора, пилот оправил форму, вдохнул, выдохнул и вошел в казарму. Быстро обвел взглядом толпы лагран, пытаясь понять, кто из них альфа.

– Альфа третьего отделения десантной тактической стаи Грантат, – раздался низкий, глухой голос слева сверху. Молодой лагран тут же повернулся в нужную сторону и вытянулся.

– Ведомый второго крыла первой эскадрильи превосходства Ларнат! Прошу выделить малую стаю для помощи в проведении работ на летной палубе!

– С альфой Ниртэ согласовано?

– Так точно!

– Я отправлю стаю.

– Благодарю! – вытянулся еще сильнее Ларнат и тут же развернулся, стремясь побыстрее покинуть казармы – десантники уже и так смотрели на него, словно он неожиданно обзавелся второй парой ушей.

– Пилоты… – тихо, очень тихо прошипел Грантат, но самец все равно все расслышал. Впрочем, предпочел не реагировать, а все же побыстрее убежать.

Нет, лагран не был трусом или паникером, таких к пилотированию космо- и воздухолетов не допускают, но все же предпочитал не рисковать понапрасну. На земле он так же беззащитен, как пехотинец в небе, и вполне естественно, что самец хотел побыстрее покинуть неприятное место.

Ну или он просто обманывал сам себя. Ларнат допускал и такой вариант.

Стараясь ни на что не обращать внимания, самец быстро покинул сектора десантников и направился к летной палубе. Свою задачу он выполнил и теперь хотел вернуться к привычному космолету и одиночеству. Он понимал, что по меркам лагран является ненормальным, но эта ненормальность позволяла ему летать. Ларнат был готов пожертвовать куда большим ради чувства свободы. Увы, эти мгновения были столь мимолетны… Единственное, о чем он искренне жалел.

Уже на палубе, сдержанно кивнув занятым своими космолетами пилотам, лагран быстро юркнул за корпус своей машины, и только тогда позволил себе расслабленно выдохнуть. Касаясь затылком холодного металла, Ларнат пытался привести мысли и эмоции в порядок. Кто бы знал, как же выматывают его все эти контакты с другими лагранами… И насколько сильно ему хотелось взмыть в небеса и остаться там. Тяжело вздохнув, самец заставил себя встать и забраться в кабину. Не садясь в кресло, он быстро осмотрелся.

Свисающий с потолка кулон в виде Ранза, звезды родного мира лагран, выглядывающего из облаков, множество наклеек на приборной панели, сейчас безжизненной. Именно это место Ларнат считал своим домом, здесь он проводил все свободное время, а иногда и больше. Он даже спал в кабине космолета – за пилотским креслом в специальных держателях был зафиксирован свернутый плед с подушкой. По уставу там должен крепиться кейс с оружием, но пилоты старались выкинуть его при первой же возможности. Толку от него не было совершенно, стрелковая подготовка все равно отвратительная, а место лишним никогда не бывает. Логика пилотов всегда ввергала в шок нормальных лагран, но Верховенство мирилось с этим. Просто потому, что все нормальные лаграны боялись высоты куда сильнее вражеского огня.

Ларнат удобно устроился в кресле и приготовился подремать, когда по палубе пронесся предупреждающий сигнал громкой связи.

– Внимание экипажу! До выхода из субпространства тридцать секунд, повторяю, до выхода из субпространства тридцать секунд!

– Ох небеса бескрайние… – самец быстро пристегнулся и вжался в спинку.

Все лаграны на борту быстро занимали свои места. Дела можно было и бросить, ничего с оставленными вещами не случится, но вот упасть и разбить нос никому не хотелось. На некоторое время линкор наполнился топотом и щелчками ремней безопасности, но следом не наступила тишина. Гул, тягучий, вибрирующий, вытеснял все звуки.

– Три…

– Два… – резко заскрипели переборки, отчего у всего экипажа встала дыбом шерсть на загривке. Такого не должно было быть.

– Один… – линкор сильно – очень сильно – тряхнуло…

– Рывок!

На этот раз это было не просто чувство, нет. По курсу движения полетели не только лаграны, решившие остаться на ногах, но и вообще все. Незакрепленные ящики на складе, космолеты на палубе, техника в ангарах… Техники, да просто находящиеся неподалеку члены экипажа принялись быстро устранять образовавшийся хаос. Взвыла боевая тревога.

– Доклад! – прохрипел Канрат, вставая с пола.

– Много внутренних проблем, незакрепленные объекты сместились, – тут же отчитался один из лагран командной стаи. – Повреждений обшивки и агрегатов нет!

– Проклятье… – альфа бросил короткий взгляд на свои мониторы, да и то автоматически. Ему не нужны были эти цифры и строки, он и так знал, что произошло. «Свет» вышел слишком близко к массивному объекту…

Скачки через субпространство – единственный известный лагранам способ сверхсветового перемещения. И если путешествия по нему, как и вход, были безопасны – насколько это слово вообще уместно в космосе – то вот выход был сопряжен с огромным риском. Если выйти слишком близко планете или спутнику, гравитационное поле разорвет корабль на части, и чем он крупнее, тем больше дистанция, на которой сработает эффект. Поэтому в исследовательские походы отправляют маленькие, максимально облегченные эсминцы.

«Свет» же был линкором, самым крупным и тяжелым в Верховенстве. Если брать планету средних размеров, то достаточно выйти на расстоянии в семьсот-восемьсот тысяч километров, чтобы его покорежило. Если же корабль выскочит на расстоянии меньше шестисот тысяч, его просто порвет на части.

– Расстояние!

– Восемьсот семьдесят от планеты!

– В полушерстинке, – выдохнул Канрат, опуская уши и позволив себе махнуть хвостом пару раз. – Отключить тревогу, организовать устранение последствий! Всему техническому персоналу, полная проверка!

Слов подтверждения не было. Лаграны получили приказ и уже выполняли его, линейный корабль стал похож на встревоженный муравейник. Работали все, включая десантников и даже пилотов. Никто не ожидал подобной встряски, но с другой стороны, они прыгнули в неизвестность – не следовало ли быть готовым ко всему? Командующая стая активно обсуждала возможные проблемы при навигации в неисследованном космосе, и чем дольше шло собрание, тем мрачнее становились лаграны. Следуя простому здравому смыслу следовало скорректировать маршрут, проложив его мимо всех планетарных систем. Вот только, в таком случае шанс пролететь мимо точки назначения становился равным ста процентам. Просто потому, что корабль из субпространства выходил не в строго заданной точке, а в сфере радиусом добрые миллион километров. К счастью, «выйти» в планету или астероид было невозможно в принципе, даже специально, но вот влететь в фотосферу звезды – запросто.

– Придется составлять усложненный маршрут, – пробормотал Канрат, прижимая уши и в десятый раз изучая звездную карту. – Прыжок вовне плоскости системы, дальше – корректирующий прыжок. Если повезет, мы не собьемся с курса и не влетим в гравитационный колодец.

– Шанс неудачи все еще слишком высок, – опустил голову навигатор. – Я советую уменьшить частоту корректировочных прыжков.

– И тогда мы точно окажемся не там, где должны быть. Я понимаю твое беспокойство, но шанс промахнуться не должен быть слишком велик.

– Эсминец разведки бы нам… – тихо прошептал лагран, прижимая уши. Остальные согласно заворчали.

– Увы, нам его не выделили. Выше хвост, Рангат. Мы справимся.

– Меня больше беспокоит другое, – пробормотал низкорослый темно-серый Шарнат, потирая кончик носа. – Топливо.

– Хватит в любом случае, разве… О… – альфа округлил глаза, прижимая уши. – О проклятье…

– Именно, – мрачно произнес самец.

– Что-то критичное? – решила озвучить общее недоумение Шангэ.

– Выход вблизи массивных объектов увеличивает расход топлива. В разы, – пояснил Рангат, начиная грызть коготь. Прервался на несколько секунд. – В этот раз мы потратили втрое больше. Если бы вышли на сорок-пятьдесят тысяч ближе – впятеро.

– В итоге у нас два варианта, – Канрат обвел взглядом свою стаю. – Либо мы идем по моему варианту, рискуя влететь в колодец или застрять на полпути, либо идем по варианту Рангата, рискуя просто заблудиться… Мы провалим задание в обоих случаях.

– В варианте Рангата мы можем попытаться нащупать нужное место, у нас будет топливо на скачки, – заметил Шарнат.

– Точно нет возможности проходить рядом с планетами? – неожиданно поинтересовалась Шангэ.

– Зачем?

– Экипаж не выдержит столь долгого похода. В нашем секторе космоса весьма высокий процент пригодных для жизни миров. Я предлагаю создать хотя бы видимость того, что мы пытаемся найти их, это улучшит психологическое состояние экипажа.

– Даже если в итоге это будут безжизненные планеты?

– Даже в этом случае.

– Хорошо, – медленно протянул Канрат, подергивая ушами.

– Я, если уж чесать против шерсти, не понимаю, как мы можем промахнуться, – заявил канонир, чуть щурясь. – Мы не можем сориентироваться по звездам?

– Была бы карта хоть на семьдесят процентов достоверной, смогли бы. Но она в общей сложности точна лишь на восемнадцать.

– Жорц.

– Именно он.

В командном отсеке повисла тишина. Каждый обдумывал ситуацию, пытался найти дыры в плане, да и просто готовился морально. У них и раньше не было выбора, но сейчас, после первого и не слишком удачного прыжка лаграны начали осознавать, насколько все плохо. Пути назад нет. Впереди неизвестность. И шанс глупо погибнуть, совершив неудачный прыжок, куда выше, чем выполнить миссию. А ведь есть еще больше шести тысяч членов экипажа, никто из которых не готов к столь долгому походу. «Свет» уже далек от родины, и вскоре отдалится еще сильнее.

– Соберите отчеты. Мы исследуем эту систему, на обратном пути нам это пригодится, – Канрат не стал говорить, что этого «обратного пути» может и не быть, это и так все понимали. – И… Пусть стая снабжения пороется на складе.

– Сомневаюсь, что Верховник смог впихнуть в нашу банку генератор антивещества, – фыркнул Шарнат, оскалился. Альфа лишь на мгновение прикрыл глаза.

– Я отдам распоряжение, – кивнула самка, отвечающая за соответствующие сектора.

– Выше хвосты, стая, – вопреки своим словам Канрат тяжело вздохнул. – У нас есть приказ. Выполним его.

Командная стая разошлась по своим местам.

«Свет» медленно шел в сторону звезды, окруженный роем космолетов. Не то, чтобы в этом была необходимость, подобные мероприятия в шутку назывались «выгулом» – пилотам космолетов требовалось время от времени совершать такие холостые вылеты просто для сохранения здравого рассудка.

Ларнат с наслаждением заложил крутой вираж, чувствуя, как перегрузка вжимает его в кресло. Как ему не хватало этой тяжести! Словно суставы с щелчками вставали на свои места, а мышцы наливались силой. Хотелось выть, гоняться за своим хвостом и вообще делать многое из того, что не свойственно разумным. Пилоту было плевать на мнение большинства, он наслаждался мгновениями свободы, эйфории.

Прямо перед носом его космолета пролетел другой, выровнялся. Крутанулся вокруг своей оси, раз, другой, покачнул крыльями. Самец оскалился и толкнул ручку тяги, принимая вызов.

От ускорения его вжало в кресло настолько, что было трудно даже двигать головой. Мимо проносились другие космолеты, они присоединялись к бешеной гонке вокруг линкора. Вираж, еще вираж, поворот! Настолько резкий, что юркий кораблик потянуло боком! Перегрузка тянет внутренности, мышцы, широкий оскал искажает морду, быстрее! Резче! Еще резче! Вокруг башен, между надстроек, на полной скорости! Еще круг, еще, ЕЩЕ! Тяжесть выталкивает воздух из легких, деревенеют ноги и руки, но резкий вдох! Снова вираж, спираль вверх от неповоротливой громады линкора, снова вниз, метр от обшивки гиганта, вираж, еще вираж!

Только ради этого стоило идти в пилоты. Хотя бы ради этого! Ларнат ликовал! Счастье переполняло его, и даже осознание, что до конца гонки остались секунды, безжалостно отсчитываемые таймером, не могло испортить резко улучшившегося настроения. Пусть другие валяются на земле и дрожат при одном только упоминании высоты! Он – пилот! Он покорил небо, как и миллионы до него! Не в этом ли смысл жизни?

– Всем пилотам, стыковка с базовым кораблем, повторяю, стыковка с базовым кораблем.

Но все хорошее заканчивается, закончился и полет. Все еще достаточно воодушевленный, Ларнат направился к сияющим на фоне темного корпуса линкора портам летной палубы. Космолеты один за другим ныряли вглубь корабля, где их хватали магнитные держатели и везли на свои парковочные места.

Лагран откинулся на спинку кресла, дергая ушами на каждый лязг и щелчок механизмов. Вслушивался в потрескивание теплоотводной системы в глубине космолета, пытался расслышать едва улавливаемый гул малого генератора. Втянул носом теплый, полный родных и привычных запахов воздух…

Раздался раздражающе громкий стук.

Стряхнув дремоту, Ларнат недовольно посмотрел на источник и испуганно прижал уши.

По ту сторону фонаря стояла офицер Ниртэ. Чуть улыбнувшись и поведя ушами, она знаками предложила покинуть космолет. Пилот повиновался. Стоило фонарю чуть приподняться, как по ушам самца ударил шум летной палубы.

– Расслабь уши, я просто поздороваться.

– По… Поздороваться? – в мыслях Ларната все смешалось. Офицер десантников просто… Решила поздороваться? С ним? С пилотом?

– Ага. Мы тут застряли надолго, так что знакомства лишними точно не будут, – самка потерла кончик носа. – Я понимаю, что неожиданно, но я сейчас много с кем пересекаюсь.

– А… Зачем?

– Ну, я уже сказала, – офицер улыбнулась, не демонстрируя клыков. – А к тебе я подошла по довольно важной причине. Как у тебя с, м-м-м, контактами в обществе?

– Плохо, – вздохнул лагран, опуская взгляд. – У меня социофобия.

Вопреки ожиданиям самца, взгляд у Ниртэ стал сочувствующим.

– Тяжело тебе… Да… Ладно, не буду тебя тогда дергать.

Самка развернулась и направилась к другому космолету. Ларнат несколько секунд собирался с духом, и все же привстал с кресла.

– А что за причина?! – пытаясь перекричать шум, спросил он. Офицер остановилась и обернулась.

– Познакомить со стаей хотела. Разнообразие, контакты, тому подобное.

– А… – пилот прижал уши, облизнул нос. – А можно… Не со всеми сразу?..

Он сам не ожидал от себя подобных слов, но, задумавшись, понял, что сподвигло его на такой шаг. Осознание. Понимание, что поход продлится минимум цикл, а вероятнее много дольше. И что он, несмотря на любовь к одиночеству, все же лагран. Ему тоже нужна стая, он тоже хочет общения. И что на борту линкора нет никого, кого он бы смог назвать хотя бы хорошим знакомым. У него самого не хватило бы храбрости с кем-то познакомиться, но раз уж сама Судьба дает ему такой шанс…

– Думаю, это можно устроить, – вернулась к космолету Ниртэ, улыбнулась. – Тогда давай знакомиться?

– Ларнат, первая эскадрилья превосходства, второе крыло, пятый номер.

– Я помню, ты представлялся. Альфа десантной стаи Ниртэ, – самка протянула руку. Лагран осторожно коснулся внешней стороной кисти ее. – Смелее, я не кусаюсь, даже в горизонте.

– В горизонте?

– Во время особых ночей, – со странной усмешкой пояснила офицер. Ларнат поджал хвост, но кивнул, показывая, что все понял. – Откуда ты?

– Я из Лагирана… А… – пилот посмотрел на солдат, занятых работой на палубе. Самка проследила за взглядом лаграна и фыркнула.

– Они не щенки, справятся. В первую встречу ты был… Хм, посмелее?

– Полчаса себя накручивал… Пытался выглядеть дружелюбнее. Просто ты… Ну, неожиданно очень подошла.

– Понятно, – задумчиво пробормотала Ниртэ, облокотилась о корпус космолета. Тихо фыркнула, навострив уши. – Ты только на первосходе летать умеешь?

– Ну… Я еще бомбоносцы пилотировал, атмосферные, штурмовые машины тоже… Транспортники пару раз. Но космолеты и воздухолеты завоевания превосходства мне больше всего нравятся.

– Быстрые?

– Свободные, – с мечтательной грустью в голосе произнес Ларнат. – Меньше привязанностей, меньше требований, больше свободы в выполнении задачи, которая почти всегда – завоевание превосходства в воздухе, любым путем… Конечно, важны тактика, работа в крыле и эксадрилии, но все равно много свободы.

– Знаешь, а ведь большинство лагран тебе бы сочувствовали. Не иметь четко поставленной цели сложно, для большинства из нас.

– Я знаю, – пилот тяжело вздохнул и, оперевшись о борт, опустил голову на скрещенные руки, постучал когтями по металлу. – Я еще и рисую иногда, когда время есть…

– Большая редкость в Верховенстве, – Ниртэ повела ушами – судя по постепенно стихающему шуму, основная часть работы была завершена – выпрямилась. – Мне пора, стая не ждет. В следующий раз я приду не одна. И… Будь собой, Ларнат. Не надо пытаться сломать себя. Ты нужен Верховенству именно таким, каким являешься. Помни об этом.

– Да… Спасибо… – лагран проследил взглядом за самкой, раздающей приказы на ходу.

Он задумался, что же послужило причиной такого неожиданного знакомства. Не то, чтобы он был против… Пилотов мало кто понимал и еще меньше было тех, кто принимал их такими, какие они есть. Но Ларнат попросту не привык к подобному отношению. Тем удивительнее было это знакомство. Легкая улыбка приподняла уголки губ лаграна. Он будет ждать следующей встречи, какой бы она ни была.

В это время в казармах нарастало напряжение. Десантникам очень, очень не понравился жесткий выход в нормальное пространство. Большинство не было знакомо с особенностями прыжков, а потому они откровенно боялись этого.

– Успокойтесь, чтоб вас крад отодрал! – рявкнул на весь сектор Грантат.

Молодые, неопытные солдаты совершенно не понимали ситуации, а потому нервничали особо сильно. У альфы банально не было времени обучить свою стаю, влиться в нее, а потому приходилось действовать грубо. Да, упадет инициативность, но она и так была околонулевой, и, что важнее, сейчас больше вредила. Грантату было необходимо хоть как-то привести свою стаю в адекватное состояние, пока лаграны не скатились в единственную возможную защитную реакцию – бездумную агрессию.

– Стая, строй! – прорычал альфа. Солдаты тут же выстроились ровными рядами. Самец обвел взглядом солдат, поморщился от вида совершенно безэмоциональных морд с остеклевшими глазами. Перестарался.

В этом и была главная проблема управления стаями. Чтобы лаграны представляли из себя хоть что-нибудь отличное от тупых биороботов, с ними требовалось долго и упорно налаживать контакт. От альфы требовались огромные познания в психологии своей расы, терпение и, самое главное, самоконтроль. Грантат был хорошим альфой, но у него не было времени. Требовалось действовать здесь и сейчас, максимально быстро и жестко. Самец надеялся, что у него будет время на устранение последствий.

– Упор лежа! Сорок отжиманий! Темп – низкий! Приступать!

Когда вся стая послушно принялась выполнять приказ, в сектор заглянула Ниртэ.

– И у тебя все плохо?

– В смысле – и у меня? – Грантат обернулся, краем глаза продолжая наблюдать за своими лагранами.

– Даже опытные потихоньку дуреют, они-то прекрасно понимают, что такое слишком долгий поход. Что со своими бетами делать будешь?

– Да какие из них беты, – самец сморщился. – Хорошо будет, если эта толпа в итоге хоть на что-то отличное от «иди-стреляй-подыхай» будет способна.

– Настолько все плохо?

– Угу.

– Не забывай, через это все проходили, – Ниртэ села на стоящий у стены ящик. – Дай им шанс.

– Дам я, дам. Сам таким же дубом был, все мы такими были, что я, не понимаю этого? Но против природы идти, надо мозги особые иметь, по меркам нашим набекрень лежащие.

– Ты это мне рассказываешь? – альфа приподняла бровь, отведя уши назад.

– Да не, мысли вслух прост. Так… А с другими бетами твоими че?

– Я их не знаю, они меня не знают, но там опытные все. От простого рыка не тупеют, с этим можно работать. Так, я чего зашла… Через два часа – общее собрание в моей каюте. Попробуем придумать, что делать. Я наладила общение с несколькими лагранами экипажа, это может помочь.

– С пилотами свести их надо, теми, что не совсем шуганные.

– Ты это мне рассказываешь?

– Шац, ну привычка, че мне делать-то?

– За речью следи, Гран. За речью, – по слогам произнесла Ниртэ, задорно скалясь. – Все, давай делами заниматься. Нечего хвостами по земле водить.

Коротко коснувшись плечами, лаграны разошлись. Самка отправилась к себе в каюту, готовиться к собранию, а Грантат продолжил работу со стаей.

Постепенно на борту линкора становилось спокойнее. Были устранены все последствия неудачного выхода из субпространства, лаграны заняли свои места. Тишиной, правда, и не пахло – все активно обсуждали то ли ошибку навигаторов, то ли картографов. Большая часть экипажа пыталась понять, как часто будет происходить подобное. Неудачные выходы случались и в известном пространстве, а ведь «Свет» направляется в неисследованный космос! Страх перед неизведанным накладывался на уже проявляющийся стресс от осознания длительности похода, и все это выливалось в повышенную агрессивность.

Лаграны – агрессивная, озлобленная раса. Больше трех столетий прошло с Большого Исхода, но он не был забыт, и никогда не будет. Потому что ненависть к иным цивилизациям все так же сильна и подогревается постоянными конфликтами. Потому что родную планету до сих пор не удается найти.

Потому что последствия Исхода продолжают усугубляться с каждым новым поколением.

Двести семьдесят лет назад с трудом карабкающимися из могилы лагранами было принято судьбоносное решение: скорректировать геном с целью увеличения плодовитости самок. Вместо одного, двух, максимум трех щенков теперь каждая лагранка без труда производила на свет до десятка. Да, три цикла они были совершенно беспомощны, слабы, почти недоразвиты, но медицина позволяла выходить их. Мера не планировалась временной, лагранам нужно было количество – войны не выигрываются без солдат. И они получили, что хотели, десятки, сотни тысяч, миллионы солдат, воспитанных в отрыве от матерей и отцов, идеальных воинов. Последствия своего решения раса осознала только спустя полтора столетия.

Первым признаком проблем стало практически полное отсутствие среди новых поколений творческих личностей. Сначала винили воспитание, после – неудачную программу обучения. И только спустя циклы экспериментов стало понятно, что вмешательством в гены лаграны фактически сбросили себя на ступень ниже в развитии. Остро встала проблема повышенной агрессивности, лаграны инстинктивно сбивались в стаи со своими вожаками во главе. Чтобы избежать ненужного кровопролития, в продукты питания стали добавляться транквилизаторы. Это привело к тотальному падению инициативности среди населения, впоследствии эффект и вовсе закрепился. И так раз за разом, цикл за циклом, пока не сформировалось современное общество. Огромная стая с Верховным Главнокомандующим во главе. Была реорганизована школа подготовки офицерского состава, которую в народе вполне заслужено называли «школой альф», появились специальные курсы повышения инициативы и развития творческого мышления.

Конечно же, были диссиденты. Лаграны-изгои, кардинально отличающиеся от основного населения. Приказом Верховного Главнокомандующего диссиденты находились под пристальным контролем всех служб, содержались в специальных лагерях. Феномен изучался, некоторые отклонения – в частности, способность проявлять инициативу и склонность к творческой и умственной работе – пытались закрепить. Большинство диссидентов становились пилотами, так как в отличие от основной массы населения они не боялись, а любили высоту и космос.

Космос… Ужас, страх и проклятье лагран. Они ненавидели космос, безжизненное, полное опасностей пространство, от которого защищала лишь обшивка кораблей. Но лаграны шли в экипажи, потому что таков приказ Верховника. Боялись, сходили с ума при слишком длительном походе, но все равно шли. Поток добровольцев был настолько мощным, что на линкорах вместо двух тысяч экипажа было шесть. Везде, где не страдала эффективность, механизация заменялась ручным трудом. Вся раса лавировала между развитием и деградацией.

Все это понимали лишь немногие члены экипажа. Некоторые альфы, командная стая, пилоты. Для остальных не было ничего необычного. Пропаганда, система обучения, воспитание, все было направлено на одну цель – взрастить беспрекословное подчинение Верховнику и вышестоящему офицеру.

Линкор совершил уже четыре прыжка. Четыре прыжка в неизвестность, все дальше от дома. Пока экипажу везло, и, по заверениям навигатора, «Свет» даже не отклонился от курса. По крайней мере, не сильно. Но настроение у лагран было отнюдь не радостное.

Альфа Ниртэ сидела за столом. Прикрыв глаза, она еле заметно подергивала ушами, прислушиваясь ко множеству звуков, наполнявших казармы. Она слышала рычание и визги, доносящиеся из второго сектора и воображение тут же дополняло их скулежом и запахами крови и ярости. Слышала зычный ор беты из четвертого сектора, низкий, вибрирующий рык из третьего. Самка одновременно радовалась плохой звукоизоляции ее личной каюты и ненавидела ее. Благодарила предков и гены за невероятно острый слух и мечтала о хороших берушах. Весь вечер лагранку раздирали противоречия.

Очередное собрание завершилось пять минут назад, но решения для главного вопроса так и не нашлось. Альфа не могла найти способа сдержать агрессивность солдат, подогреваемую страхом и паникой из-за долгого похода, и при этом не превратить их в биомашины, способные только на выполнение приказов. Да и беты тоже не могли подать дельных идей, их просто не было. Никто никогда не отправлял корабли в поход длительностью больше шести месяцев, а здесь – два цикла.

Контакты с другими членами экипажа ничего не дадут, большинство – такие же лаграны, как и солдаты. Пилотов мало и лишь единицы из них смогут общаться без вреда для собственной психики, да и смотрят на них косо. Психологов в экипаже мало, да и не смогут они нормально вычесать такую пачку хвостов.

– Что же делать… – устало выдохнула самка, опуская морду на столешницу. Плечи опустились – она позволила себе расслабиться. Хотя скорее безвольно обвиснуть…

Идей не было. Решения не видно ни под каким углом. В казармах уже начинаются беспорядки, и только жесткий контроль поможет избежать жертв.

Загорелся экран планшета.

«Приди в С8 техотдела»

«Никто не должен знать»

«Канрат»

«Захвати перекусить»

– Опять поесть забыл, что ли?.. – пробормотала Ниртэ, шаря по ящикам стола. Найдя небольшой пакетик с вяленым мясом, самка запихала его в поясную сумку, в соседнюю – планшет. Привычно взглянув в зеркало, она покинула каюту, направившись к техническому сектору.

По пути она лишь убедилась в своих опасениях. Отчетливо пахло кровью, шум не прекращался. Да, сейчас это были ругань и крики бет, но факт остается фактом – солдаты начали драться. Наверняка сыграло свою роль и понимание, что военных операций в походе не будет, нет смысла сдерживаться. Ниртэ дернула хвостом, но уши и голову старалась держать в нейтральном положении, как и шерсть на загривке. Не стоило показывать бетам, насколько ситуация ее тревожит. Вообще никому не стоило показывать свое состояние. Для солдат она должна быть альфой, той, на кого ровняются, кого ничто не может сломить или сбить с ног.

Иногда все это давило на нее слишком сильно.

Технический сектор находился на минус второй палубе, и занимал заднюю часть линкора. Насколько помнила Ниртэ из объяснений знакомых техников, это был пережиток прошлого, привычная концепция, оставшаяся от эпохи морских крупных кораблей.

Здесь тоже было шумно, но иначе. Шумела машинерия, выкрикивались команды, но не было ни намека на агрессию и уж тем более драки. Альфы местных стай не церемонились, им как раз нужна была четкость действий и полное отсутствие инициативы. Такой подход не нравился самке, не нравился вплоть до оскала и прижатых ушей, но он был необходим. Нет ничего хуже лаграна, решившего вдруг попробовать решить проблему самостоятельно. С учетом отсутствия воображения и нужных знаний такая инициатива обычно выливалась в усугубление ситуации.

Восьмой сектор. По пути Ниртэ почти никто не попадался, так, изредка встречались техники, сосредоточенно выполнявшие свою работу, да бегающие с какими-то коробками лаграны со знаками стай логистики.

Снова завибрировал планшет. Достав его, лагранка увидела всего одно сообщение.

«25шпотпл10шп4шд4у»

Нахмурившись – зачем такая секретность? – самка сделала двадцать пять шагов и посмотрела налево. Это был, похоже, технический ход, достаточно широкий, чтобы один лагран мог пройти, не запачкавшись.

«Десять шагов прямо, после – поворот направо, четыре шага до двери…» – мысленно воспроизводила построенный Канратом маршрут Ниртэ. «Четыре раза постучать…»

Раздался металлический лязг, дверь приоткрылась. Войдя внутрь, самка застыла на месте, прижав уши и поджав хвост. Инстинктивно хотелось сжаться и заскулить, подставляя горло и живот, но Ниртэ смогла подавить эти желания. Хотя бы их…

Канрат, альфа командной стаи, всего экипажа. Сейчас лагран стоял, оперевшись о стену, пачкая обычно безупречную форму и курил рилак. На полу валялось три окурка. Осунувшийся, с опущенными плечами и ушами, самец выглядел… Сдавшимся. Сломленным. И это пугало. Сильнее подавляющего огня, сильнее воя артиллерийских снарядов, воплей и визгов умирающих солдат.

– Канрат?.. – с трудом выдавила Ниртэ, шумно облизнула нос.

– Принесла поесть? – глухим, пустым голосом спросил лагран. Самка тут же вытащила из сумки пакетик с мясом. – Спасибо.

Несколько минут альфа медленно ел, смотря куда-то сквозь пол. Он не моргал, не шевелил ни ухом, но кончиком хвоста. Просто ел.

– То, что ты услышишь, тайна. Высшего уровня. Об этом не должен знать никто, кроме меня и тебя. Ясно? – Канрат посмотрел Ниртэ в глаза. Самка все же заскулила, но тут же выпрямилась. Она дрожала.

– Да.

– Слушай…

Ниртэ слушала. И чем дольше – тем больше ужаса было видно на ее морде, в позе, неосознанных реакциях.

– Ты уверен? Ты точно уверен?! – от страха и напряжения голос самки начал срываться в скулеж.

– Это мои догадки. Предположения. Но все указывает на их верность.

Повисла тишина. Канрат щелкнул зажигалкой, подпалил рилак, глубоко затянулся. Выдохнул густой, сладковатый дым через нос, приоткрыл пасть, чуть оскалившись. Взгляд лаграна оставался холодным.

– Значит так, сестренка. Делай что хочешь. Делай как хочешь. Ты выводишься из общей иерархии, подчиняешься только мне и отчитываешься только мне. Официальный приказ будет завтра с утра, а пока… Пока думай.

– Ты испачкался, – справившись с голосом и страхом заметила Ниртэ. Канрат осмотрел себя, сморщил нос.

– Жорц… Зайду в каюту и переоденусь. А пока – иди сюда, – он распахнул объятия. Самка тут же прижалась к груди лаграна, ткнувшись носом ему в подбородок.

– Мы справимся, Кан? Справимся?

– Конечно, Нир. Не можем не справиться.

– Внимание! Внимание! Внимание! Производится прыжок в плоскость планетарной системы! Повторяю, производится прыжок в плоскость планетарной системы! Всем занять свои места!

– Секунда в секунду, – фыркнул Канрат, полуприкрыв глаза. – Ладно. Дела не ждут, Нир. Пора.

Самка просто коротко кивнула, хлопнула себя по груди, вытянувшись и задрав голову и покинула помещение. Альфа же собрал все окурки, сложив их в стоящую между трубами баночку, закрыл ту крышкой. Проверил, хорошо ли она примотана проволокой. И только после, поправив, насколько возможно, форму, направился следом.

– Три… Два… Один…

– Да помогут нам высшие силы, – прошептал Канрат.

– Рывок!..

Линкор в который раз нырнул в субпространство. Что там, за метрами броневого сплава – не знал никто. Камеры передавали лишь сплошные помехи либо непроницаемую черноту, а корабли с остеклением кокпита не возвращались. Может, не выдерживал материал фонаря, может, пилоты сходили с ума от увиденного – неизвестно. Никто не знал, что же из себя представляет субпространство и почему путешествия сквозь него столь быстры. Только лаграны пользовались таким вариантом сверхсветового перемещения.

Ларнат мечтал узнать, что же там, снаружи. Он не верил, что субпространство – это просто мертвое ничто. И в то же время ему не хватало храбрости вызваться добровольцем в корпус исследования субпространства. По крайней мере пока, ведь все пилоты-добровольцы так и не вернулись. Но любопытство…

– Все мечтаешь?

Вздрогнув, лагран обернулся. Так и есть – Ниртэ. Стоит, скалится и задорно дергает ушами.

– Да, мечтаю, – упрямо сжал губы самец, прижав уши и втянув голову в плечи. Быстро осмотрелся одними глазами, просто чтобы убедиться – рядом опять никого. – А что?

– О, общение идет тебе на пользу, – самка оскалилась еще шире. – Скоро научишься огрызаться и материться.

– Может, не надо? – растеряв весь боевой настрой проскулил Ларнат.

– Надо, Лар, надо. Пока ты у нас, стая себя адекватно ведет. А так… Ну, ветер запах доносить должен.

– Угу, слухи идут, красные аж…

– Что насчет моей просьбы? – Ниртэ с интересом перебирала лежащие на столике инструменты. Осмотрела нечто, похожее на гибрид молотка, отвертки и лома, обмотанный клейкой лентой, приподняла бровь.

– Многие согласны. И… Это мое, ну, «изобретение». Чтобы все с собой не носить.

– Занятная штука, – взвесив в руке «изобретение» – килограмма полтора весит – самка положила его обратно. – Хорошо, я оповещу бет.

– А можно вопрос?

– Виляй, конечно.

– Почему ты зовешь их бетами, если они альфы?

– Альфы они в своих стаях, а для меня – беты. Такая вот дурная система, вся на иерархии. Они – альфы отделений – подчиняются мне, альфе тактической десантной стаи. Им подчиняются альфы боевых стай, тем – альфы малых.

– То есть, альфа своей стаи является бетой вышестоящего альфы?

– Ну и гаммой альфы альфы, – фыркнула Ниртэ. – Но по факту гаммами зовутся только обычные солдаты.

– А у нас…

– Я знаю. Эскадрилью возглавляет командир, сама она состоит из крыльев, возглавляемых ведущими. Обычные пилоты – номера, они же ведомые. Ведомыми чаще всего зовутся при работе в парах.

– Откуда ты все это знаешь? – у самца от удивления вытянулась морда и округлились глаза.

– Я – альфа тактической стаи, Ларнат. Мне приходится контактировать с самыми разными иерархиями, а значит, знать их просто необходимо.

– И все же, это удивительно…

– Не так удивительно, как твои рисунки, – самка взглядом указала на лежащий на приборной панели космолета планшет. Пилот прижал уши, опустив взгляд. – М? Что нарисовал хоть?

– Н-ничего…

– Не вынуждай ерошить шерсть, показывай, – Ниртэ завиляла хвостом, разве что язык не свесила.

Ларнат быстро передал планшет самке и втянул голову в плечи, словно боясь удара когтями по горлу. Удивленно посмотрев на него, лагранка перевела взгляд на рисунок и замерла, полностью – даже хвост застыл, так и не закончив взмах в сторону.

С экрана на Ниртэ смотрела… она сама. В пилотской униформе, улыбающаяся и… Такая жизнерадостная. Она ни разу не видела себя такой в отражении или на фотографиях, и тем удивительнее было смотреть на рисунок Ларната.

В планшете она стояла на фоне космолета, но какого-то нестандартного. Солдат в лагранке отметил слабую защиту, минимум точек подвески вооружения и отсутствие портов курсового вооружения.

А самка просто восхищалась хищными, острыми формами машины, тем, насколько смертоносной она выглядела. Казалось, что неизвестный космолет вот-вот сорвется с места и умчится ввысь, к звездам, чтобы начать головокружительную карусель среди врагов.

– Очень красиво, – тихо проговорила Ниртэ, с неохотой возвращая планшет лаграну. – Очень. У тебя талант, Ларнат. И яркое воображение.

– Спасибо, – прошептал самец, чуть дернул ухом. – Я… Я просто подумал, какой бы ты была… Была пилотом. И… Вот…

– Меня не тянет к небу, скорее к земле. Но… – альфа на несколько секунд замолчала. Повела ушами, дернула носом, словно принюхиваясь. – Но, думаю, была бы не против однажды попробовать.

– Ну…

– Внимание экипажу! До выхода из субпространства тридцать секунд, повторяю, до выхода из субпространства тридцать секунд!

– Только бы не дернуло, – проворчала Ниртэ, ища взглядом, за что бы ухватиться. Ларнат в это время быстро убирал инструменты в ящик.

На несколько секунд летная палуба заполнилась звуками – пилоты спешно готовились к рывку. Вскоре все затихло.

– Три…

– Ни клина ни осколка, – тихо произнесла самка, вцепившись в привинченный к полу стеллаж.

– Два…

– Чистого неба…

– Один… – линкор резко тряхнуло. – Рывок!

В этот раз «Свет» вышел нормально. Все члены экипажа расслабились, но вернуться к своим делам не успели

– Внимание всему экипажу! Обнаружена планета класс два, повторяю, обнаружена планета класс два!

«Свет» содрогнулся от воплей счастья и радости.

– Класс два… – тихо проговорил Канрат, все еще не веря в удачу. Он до рези в глазах всматривался в монитор, раз за разом перечитывая показания сканеров дальнего действия.

Класс два – планета, пригодная для немедленного заселения. Лучше только класс один, с идеальными для лагран условиями. Шанс найти планету К2 – один к ста. К1 – один к тысяче. К3 – пригодна после незначительных изменений – один к двадцати, то есть, в каждой второй-третьей системе есть такая планета.

– Такнэ, есть, чем еще порадовать?

– Можем прямо сейчас исполнять танец плодородия, – широко скалясь и держа уши торчком заявила оператор локационных систем. – Эта система прекрасна! Звезда – желтый карлик, одна планета в поясе жизни, еще две на его краях, пояс астероидов, два газовых гиганта… Наша милашка К2 – третья по счету. Две планеты на краях пояса – четвертый класс максимум. Никаких следов иных рас, с самой планеты тоже никаких сигналов.

– Рангат, сколько обычным ходом?

– Четыре часа.

– Идеально. Шангэ, составь списки.

– Все и сразу.

На несколько секунд все замолчали, уставившись на самку так, будто у той вырос второй хвост. Канрат оправил китель.

– Объясни свое решение.

– Экипаж передерется. Мы либо высаживаем всех, либо никого. Так как объявление о планете второго класса уже сделано, – самка покосилась на Линката, но тот без труда выдержал недовольный взгляд, – то у нас нет выбора.

– Первыми в любом случае спустятся десантники.

– И с ними будет больше всего проблем, – со знанием дела заявила самка. – Как всем здесь присутствующим известно, альфы пехотных частей шерсть с хвоста рвут, но вбивают в своих гамм инициативность и свободомыслие. Это благоприятно сказывается на эффективности, поэтому все отводят уши. Но как результат, пехотные части самые нестабильные психически.

– Ближе к делу, Шангэ.

– Рекомендую высадить всю десантную стаю, и, если шерсть не полетит во все стороны, объявить разгрузочную неделю. Это благоприятно скажется на всем экипаже. Конечно, необходимо оставить часть экипажа для поддержки работы линкора…

– Нет необходимости, «Свет» относится к линкорам класса «Континент», – задумчиво пробормотал Канрат.

– То, что он может войти в атмосферу и сесть на землю не значит, что это стоит делать, – заметил Шарнат. – Это – чрезмерная нагрузка на двигатели.

– В конструкцию «континентов» заложено сорок циклов взлета-посадки без капитального ремонта, – явно заучено произнес Канрат и посмотрел на главного техника. Тот на секунду склонил голову к левому плечу.

– В идеальных условиях с регулярным обслуживанием и проверками. У нас нет верфи на загривке, так что я бы рассчитывал циклов на восемь-десять.

– Еще мнения?

Лаграны командной стаи замолчали, каждый обдумывал ситуацию со своей точки зрения. Каждый по-своему взвешивал плюсы и минусы, решал для себя, что важнее. Через несколько минут большинство опустили взгляды вниз – им нечего было добавить к уже озвученному. Только Рангат хмурился, смотря то на карту системы, то на звездную. Прошло еще пять минут.

– Рангат? Что-то случилось?

– Мы находимся в секторе с точностью карты в 86%, – пробормотал навигатор. Отвел уши назад, чуть опустив уголки губ. – Тогда какого жорца мы смотрим на звезду, которой в нем нет?

Стало очень тихо. Канрат резко развернулся и направился к своему месту, посмотрел на звездную карту. Тихое, на грани слышимости, ворчание заставило встать шерсть на загривках у всех присутствующих.

– Рах, – коротко выдохнул альфа, рухнул в кресло, словно мешок с землей, уперся лбом в ладони. – Промахнулись… Промахнулись, жорц его… На радиус сектора… Минимум…

Эйфория от обнаружения пригодного для жизни мира прошла. Пришло осознание. Понимание, что они неизвестно где. Отклонились от курса настолько, что шанса вернуться домой, скорее всего, нет совсем.

– Один к миллиарду, что промах будет больше среднего радиуса, – Рангат тихо засмеялся. Резкие, лающие звуки заполнили командный отсек. – Один к миллиарду…

– Никто не должен узнать. Никто, – в голосе Канрата звучала сталь. Все члены командной стаи сжались, приказ альфы ввинчивался в мозг, его было невозможно игнорировать. – Для всех мы идем по известному маршруту.

– Да, альфа, – коротко выдохнули лаграны.

– Объявить о посадке на поверхность.

Раздался предупреждающий сигнал. Лаграны замерли в предвкушении, виляя хвостами и ожидая приказов.

– Всему экипажу приготовиться к посадке на планету, повторяю, «Свет» готовится к посадке на планету. До входа в атмосферу четыре часа двадцать пять минут.

Вопли, вой и рычание заполнили коридоры линкора. Лаграны ликовали, они, все они смогут первыми ступить на поверхность нового мира! Они, экипаж линейного корабля «Свет», нашли и включили в состав Верховенства планету второго класса, а значит, расширили границы своей территории. Но еще больше радости вызывала сама возможность оказаться вне тесных, резко ставших душными коридоров военного корабля.

Четыре часа пролетели, словно пуля, столь же быстро и с похожими последствиями. Лаграны готовились к высадке. Десантники проверяли и перепроверяли снаряжение, медицинские стаи и стаи исследования готовились как можно быстрее оценить безопасность новой планеты для лагран. Проводилась массовая вакцинация.

Вход в атмосферу планеты крупного корабля – невероятно красивое зрелище. Вытянутая громада линкора, облизываемая раскаленным, буквально горящим от трения воздухом, спускалась под строго выверенным углом, со строго рассчитанной скоростью. Рев и грохот раздираемой атмосферы разносились на многие километры вокруг, создавая впечатление надвигающегося урагана.

Требования к точности управления возрастали в десятки раз. Инерция огромного боевого корабля была проблемой и в космосе, но в атмосфере она становилась смертельно опасной. Стоило ошибиться хоть немного, и громада линкора превратится в неуправляемую гору металла, и не факт, что ее удастся вывести из смертельного пике.

Скрипел металл, «Свет» содрогался каждую секунду, словно по нему раз за разом попадали вражеские снаряды. Раздался жуткий механический вой – заработали атмосферные двигатели – и в то же время на лагран навалилась стальными лапами перегрузка. Линкор замедлялся и менял угол входа, медленно, но верно переходя из контролируемого падения в полет. Тряска начала уменьшаться, вой работающих на полную мощность двигателей – стихать. Чудовищная махина линкора длиной больше полукилометра зависла в воздухе, будто насмехаясь над законами физики.

– Отчет, – Канрат повел ушами, встал с кресла.

– Повреждений нет.

– Двигательная установка работает стабильно.

– Общий анализ завершен, атмосфера пригодна для дыхания.

– Выпустить разведчики, пусть найдут площадку для посадки.

На борту линкоров класса «Континент» находился как минимум один малый атмосферный разведчик. «Свет» же нес сразу четыре. Маленькие юркие воздухолеты с развитой аппаратурой для наблюдения и обнаружения взлетели в течение десяти минут, тут же разлетевшись в разные стороны.

Десантная стая была готова к высадке. В полном составе, со всей техникой и поддержкой, включая исследовательские стаи. Остальные лаграны просто надеялись, что им тоже позволят ступить на поверхность планеты.

– Есть место для посадки. Горное плато, в километре на юго-запад – река. Окружено лесной местностью.

– Садимся, – Канрат чуть слышно вздохнул, прикрыл глаза, отклонив уши назад. – Сразу по приземлению – высадка десантной и исследовательских стай. На закрепление и проверку условий даю один час. Далее начать выпускать экипаж. Мы проведем на планете пятнадцать дней. Ключевая задача – пополнение запасов провианта и воды, исходные корабельные запасы с этого момента считать ключевым запасом.

Закончив раздавать указания, альфа покинул командный отсек, на ходу набирая сообщение в планшете. Дергающийся хвост и упрямо прижатые уши выдавали настроение лаграна, далекое от хорошего.

«Свет» медленно, с отчетливо слышимым гулом снижался. Разведывательные воздухолеты, закончившие исследовать зону посадки, наоборот набирали высоту. Их задачей было дополнение карты поверхности планеты, поиск важных и просто интересных объектов, возможно – разумной жизни или ее зачатков. Обычная программа, начало освоения нового мира, с одним, но крайне важным изменением: лаграны не будут ждать колонизационный корабль. Хотя бы потому, что тот вряд ли когда-нибудь сможет их найти.

– Не много ли встреч? – Ниртэ чуть склонила голову набок, навострив уши.

Они вновь стояли в тесной каморке, но на этот раз на летной палубе. Как и в множестве подобных мест, здесь работала хорошая вытяжка с мощным фильтром и стояла баночка дла окурков.

– Слушай приказ, – Канрат курил, закрыв глаза и глухо, утробно ворча. Яркий признак раздражения, злости. – Плавно подведи десантников к бунту и дезертирству из Верховенства…

– Тебя кашц отымел, что ли? – в шоке выпалила самка.

– Слушай. Меня! – зарычал лагран, оскалившись и прижав уши.

Ниртэ заскулила, с огромным трудом подавив желание грохнуться на колени, подставляя горло. От усилия заболела голова, заломило суставы, но самка устояла на ногах, упрямо опустив голову и жмурясь. Вопили, кричали инстинкты, они требовали подчиниться, поднять голову. Но в глубине разума тихо шептала альфа. Ее голос был спокойным, размеренным. Отрезвляющим. Ниртэ знала, стоит ей сдаться сейчас, подчиниться, и она на всю жизнь станет бетой…

– Прости, Нир… Прости, это иногда сильнее меня, – Канрат мягко обнял лагранку, прижал себе к груди, опустившись мордой между ушей. Шумно вздохнул.

– Зачем?.. – тихо прошептала Ниртэ, прижимаясь лбом к груди самца. – Зачем такие приказы?..

– Мы промахнулись, сестрен. Промахнулись, на радиус сектора, а то и больше. Знаешь, почему скопление, в котором мы должны были находиться, всеми игнорировалось? Потому что оно пустое. Лишено даже намека на подходящие для жизни системы. А мы нашли такую сходу. Мы настолько далеко от дома, что уже никогда не вернемся, скорее всего.

– Но как же квантовая связь? Неужели мы…

– Нет никакой квантовой связи. Это ложь, страшилка для других цивилизаций. Для сверхдальней связи мы используем прыжковые капсулы. Вышвыриваем их в сторону нашей территории, в субпространство, а там их уже выбивает ингибиторами. Так и планировалось отправить отчет. Или ты думаешь, для чего нам эти огромные станции, если иные используют совершенно другие технологии сверхсвета?

– Еще одна ложь…

– Да. Мы не можем отправить сообщение, так как не знаем, в какую сторону его отправлять. Требуется сверхточное позиционирование, отправка такой капсулы схожа по сложности с попаданием пулей в иголку.

– Это ведь секрет? Почему…

– Он уже бессмысленен. Все Верховенство сейчас – это мы. Мы можем остаться здесь, на этой планете, но лаграны подчиняются только Верховнику. Я не могу приказать им отринуть приказы вожака.

– Но… Но если устроить бунт, дезертирство, высший альфа на корабле…

– Убивается или отправляется в изгнание.

– Нет! – Ниртэ отшатнулась, вырвалась из объятий лаграна. – Ни за что! Рах, я скорее сама в шлюз выброшусь!

– Кроме тебя никто не справится. Скорее всего, ты единственная на всем корабле, кто сможет стать новым вожаком для лагран.

– Жорц тебя сожри с такими идеями!

– Либо так, либо мы обречены. Все мы, все шесть тысяч двести семьдесят три лаграна. Ты готова взвалить на себя ответственность за столько жизней?

– А ты готов благородно помереть ради них?!

– Готов.

Ниртэ открыла рот… И с клацаньем захлопнула. Прижала уши, с болью смотря на мрачную морду брата, не родного, но столь дорогого. Она знала его лучше кого бы то ни было, так же, как он знал ее. И понимала – не отступит. Он все уже решил.

Канрат лишь прикрыл глаза. Он не сомневался в названой сестре, иначе бы не пришел сюда, рискуя если не всем, то очень многим. Подобные «отгулы» альфы корабля были странными, ненормальными и вызывали подозрения. Пока командная стая не обращала внимания на его отлучки, но долго это не продлится. Самец понимал, что у них нет выбора, что бы там не думали остальные. Лаграны не могут существовать без вожака. Лаграны не могут просто так взять и повернуться хвостом к стае. Большинство лагран. На такое способны только пилоты, и, при соответствующей репутации альфы, пехотные части. Случаи дезертирства за всю новую историю Верховенства можно по пальцам одной руки пересчитать, и большая часть из них была связана с тотальной, абсолютной безысходностью. Альфы просто не хотели гибели своих стай в бессмысленных по их мнению мясорубках, и уходили, сбегали… Лишь для того, чтобы быть казненными за предательство. Верховенство не прощало и не забывало.

– Брат? – голос Ниртэ вывел Канрата из задумчивости. Лагран открыл глаза, посмотрел на самку. Еле слышимое скуление, прижатые уши, опущенные уголки губ и печальные зеленые глаза.

– Тебе придется, Нир. Рано или поздно мне придется объявить о промахе при прыжке. Не факт, что мы к этому моменту сможем найти пригодную для жизни планету. Но сейчас у нас есть возможность выжить, осесть здесь. «Свет», конечно, не колонизационный корабль, но все же достаточно большой и оснащенный, чтобы обеспечить нас всем необходимым для начала.

– Я не позволю убить тебя. Изгнание – все равно что убийство, только растянутое во времени.

– И все же… – начал Канрат, но Ниртэ неожиданно прижала его челюсть. Повела ушами, чуть хмурясь, и тут резко распахнула глаза.

– Ларнат…

– Кто?

– Пилот, – коротко ответила самка, чуть скалясь. Она слышала шаги лаграна, тот неторопливо подходил к курилке. И вряд ли он просто шел мимо, разве что его вдруг заинтересовал технический лаз.

– Хм. Пусть войдет.

– Что? – лагранка резко повернулась к брату, но было уже поздно – в каморку протиснулся Ларнат.

– О, при-и-и… – пилот в шоке уставился на альфу линкора.

Канрат чуть кивнул, мысленно отмечая нестандартную реакцию. Самец и не думал подставлять горло, скорее наоборот, он опустил морду. Круглые глаза, прижатые уши, поджатый хвост, и напряжение в позе, характерное для подготовки к прыжку. Чуть напряжены пальцы, кисти частично развернуты вперед. Это было… Интересно и многообещающе. Одно дело, читать о таком, и другое – видеть лично.

Канрат приподнял уголки губ, немного склонив голову набок. Ларнат заметно расслабился, но как-то иначе реагировать не спешил.

– Познакомишь со своим другом? – альфа повернул голову в сторону самки.

– Да, его зовут Ларнат. Отличный пилот и настоящая душа компании, – Ниртэ улыбнулась, задорно поставив уши торчком.

Самец бросил сердитый взгляд в сторону Ниртэ и с легкой дрожью протянул руку, альфа коснулся его кисти своей и кивнул.

– Думаю, в представлении не нуждаюсь.

– Ну, да.

– Не бойся ты, брат не кусается.

– Даже в горизонте? – фыркнул Ларнат и тут же сжался, поняв, что и при ком ляпнул. Канрат тихо засмеялся.

– Стоит признать, в горизонте я как раз кусаюсь, – лагран оскалился и щелкнул зубами. Пилот же совсем округлил глаза, поняв, как назвала Ниртэ альфу.

– Брат?!

– Названный, – самец поправил китель, покосился на виляющую хвостом самку. – В школе подготовки офицерского состава познакомились.

– Я там проходила дополнительные курсы, – подхватила разговор Ниртэ, ткнула альфу в бок. Тот тут же протянул скрутку с рилаком. Самка закурила, затянулась. Медленно выдохнула дым. – Канрат там как раз проходил обучение на альфу командной стаи.

– А как вы тогда пересеклись? – чуть осмелев, спросил Ларнат.

– Общая столовая, общие часы физподготовки, – Ниртэ фыркнула. – Мы там быстро друг с другом знакомились, контакты с другими альфами поощрялись.

– Да, но наше знакомство началось с драки.

– Нечего было забирать последний кусок мяса из под носа!

– Ушами меньше вертеть надо потому что. В большой стае едят без очереди.

– Я тебе сейчас по ушам съезжу, как в тот раз!

– Угрожать вот не надо…

Ларнат наблюдал за перепалкой, чувствуя, как страхи уходят, а на морду сама собой наползает широкая улыбка. Было видно, что альфы друг друга знают давно и очень хорошо, и, как минимум в приватной обстановке, предпочитают оставить в стороне иерархию. Лаграну нравились такие отношения, они были… Свободными? Легкими, приятными. Ничего общего с жесткой вертикалью стаи. В какой-то момент Канрат и правда получил по уху, но в ответ лишь со смехом начал закрываться руками и просить пощады.

– То-то же! – довольно фыркнув, держа хвост вертикально и уши торчком, Ниртэ скрестила руки на груди. – О, Лар, прости, совсем про тебя забыла…

– Ничего, – поведя ушами и улыбаясь, ответил лагран. – Так когда вы решили официально связь зарегистрировать?

– В конце обучения, на общей церемонии, – Канрат потер бровь, дергая ушами. – Тогда много кто братался.

– А… – самец прижал уши, чуть поджав хвост. – А почему вы, ну, не стали парой?

– Он не в моей вкусе, – фыркнула Ниртэ, но в противовес своим словам хлопнула самца по ноге хвостом.

– Мы так и не перешли к более тесной связи, – Канрат задумался. – Зато пересчитали шерстинки каждому из тех, с кем сходились.

– А еще мне нельзя рожать. Мой дефект, – самка показала на свои глаза, -может передаваться по наследству. А какая семейная стая без щенков?

– Ох… – Ларнат вздохнул, замер. Быстро достал небольшой планшет, посмотрел на часы. Шерсть начала медленно вставать дыбом. – Язабылпродвигателипрогревяпобежал!

Пилот пулей вылетел из курилки, даже дверь за собой не закрыв. Ниртэ тяжело вздохнула, сбросив с морды веселое выражение. Закрыв дверь, она прислушалась на всякий случай, после чего повернулась к альфе.

– Зачем?

– Ты сама все видела. Хорошая пара из него выйдет, стоит заметить, – Канрат собрался было закурить, но, посчитав, сколько рилака он уже спалил, отложил скрутку и зажигалку. – Он не сможет сохранить такое в тайне. Не потому, что ненадежный, а потому что пилоты всегда делятся друг с другом таким. Это их знак доверия. Когда он сможет доверять лагранам твоей стаи, расскажет и им.

– И все же, зачем? Что даст знание о том, что мы с тобой брат и сестра?

– Мы оба – альфы, но находимся на разных уровнях иерархии. Мы пример того, что лаграны могут игнорировать ее, что наш разум и чувства выше и сильнее инстинктов. Хороший пример. И да, насчет пары я не шутил.

– Не переводи уши.

– Когда у тебя в последний раз было спаривание?

– Вот так резко? – Ниртэ глухо заворчала, но под спокойным взглядом брата сдулась. Задумалась. Нахмурилась. – Давно.

– Ты понимаешь, что это – ненормально? Вижу, что понимаешь. Присмотрись к нему.

Самка прищурилась, прижимая уши.

– Что ты задумал?

– Раскол. Часть экипажа так и так останется на этой планете. Ты знала, что популяция лагран может восстановиться при численности всего в четыре тысячи хвостов? Не знала. Генетически это заложено, еще при корректировке плодовитости. В то же время «Свету» требуется минимум членов экипажа, он хорошо автоматизирован.

– Не пущу!

– Придется. У нас нет выбора, по крайней мере, я его не вижу. Из шести тысяч членов экипажа точно будет хотя бы сотня особо упертых, кто вцепится в Верховенство и не отвернется от него. Я удержу их от опрометчивых действий, но лагранам на этой планете потребуется вожак, Нир. Иначе никак.

– Что, если ты ошибаешься? Если вы все ошиблись. Карты ведь неточные, насколько я помню, ведь есть вероятность, что мы не заблудились.

– Есть, спорить не буду.

– Смахни с морды это траурно-серьезное выражение! – рявкнула самка, вцепившись в китель Канрата. – Ты уверен, что мы не вернемся? Ты уверен?! Твои же догадки напомнить?! Хватит линялую раскидывать, прекращай!

– А если я прав? – лагран опустил руки на плечи Ниртэ. – Что, если я прав?

– Дважды промазать при нормальном навигаторе сложно, – буркнула лагранка. Она была недовольна своей вспышкой ярости, и опасалась, что их могли услышать. – Забейте в координаты или куда там эту планету. Вернемся, как только убедимся, что правда заблудились.

– Звучит разумно, – Канрат коротко кивнул, но это не убедило самку.

– Ты все равно поступишь по-своему, так?

Лагран промолчал. Он прикрыл глаза, расслабился, словно обмяк, стоя лишь благодаря самке, продолжавшей сжимать ворот его кителя. Безвольно болтался хвост. Долгие секунды лишь шум вытяжки нарушал тишину.

– Прости.

– Объясни.

– Чтобы даже твой план сработал, тебе требуется подталкивать экипаж к дезертирству. Если восстание произойдет в космосе, командную стаю просто ликвидируют. В этом случае выжившие погибнут. Поэтому восстание должно произойти на поверхности планеты.

Ниртэ отпустила самца, оскалилась, отклонив уши назад.

– Я сделаю, как ты хочешь, Кан. Но не думай, что легко от меня отделаешься.

Лагранка развернулась и ушла, громко хлопнув за собой дверью.

Канрат дрожащими руками достал скрутку, закурил. Осторожно пригладил вставшую дыбом шерсть на загривке, поправил форму. Все это он делал с закрытыми глазами, пытаясь представить, что будет после восстания. В том, что оно произойдет, и даже до окончания срока пребывания на планете, он не сомневался, Ниртэ справится.

Может быть, не объяви он тогда, что их единственной целью будет исследование объекта в дальнем космосе, все было бы иначе. Но теперь в головах лагран намертво отпечатались его же слова.

«Никто, кроме самого Верховного Главнокомандующего не может изменить или отменить нашей миссии»

Никто. Он в том числе. Экипаж скорее разорвет его на части, чем согласится отказаться от миссии и ждать здесь помощи. Да и даже самый безынициативный и полностью лишенный фантазии гамма поймет – не найдут их.

Канрат нашел в кармане бумажное письмо с приказом и смял его. Морду лаграна исказил оскал, он тихо, хрипло засмеялся.

Даже без прямого командования альфы командная стая выполняла свою работу. Линейный корабль медленно готовился к посадке. Закрывались порты, немногочисленные орудия, расположенные снизу, исчезали в глубине брони. На долгие минуты «Свет» завис над горным плато, отбрасывая огромную тень. Гудели атмосферные двигатели, от до сих пор не остывшего корпуса шло марево. И вот громада линкора начала медленно, плавно опускаться.

Секунда, две, десять… Казалось горное плато уже проминается под тяжестью огромного корабля, воображение быстро дорисовывало жуткий грохот… Который действительно разнесся по всей округе, стоило линкору коснуться земли. Под собственным весом «Свет» погрузился на несколько метров в толщу камня, и хорошо, что не провалился дальше. Спустя несколько минут все затихло.

Открылись порты десантной палубы, оказавшейся всего в шести метрах над землей, начали высаживаться первые лаграны. С летной палубы стартовали транспортники, их путь был коротким – высадить технику и вернуться. Всего за двадцать минут десантная стая окружила линкор кольцом оцепления и окопалась. Исследовательские стаи начали полноценный анализ атмосферы, почвы, всего, до чего могли дотянуться. И первичные результаты были явно отличными – на это указывали активно виляющие хвосты и радостные нетерпеливые взлаивания.

Вот один из лагран снял шлем, бросил его на землю и вдохнул полной грудью свежий, нагретый линкором воздух. Его примеру тут же последовали окружающие, и вот все находящиеся на плато лаграны уже с наслаждением и отчетливым облегчением дышали воздухом планеты. Одна из исследователей зачитывала результаты анализа командной стае, несколько малых десантных стай уже отправились в сторону леса, оценить возможность охоты.

– Альфа в отсеке!

– Махнули бы уже, – фыркнул Канрат. – Галсэ, что по складам?

– Я только что получила окончательный отчет, – самка пробежалась взглядом по тексту на планшете. – И результаты… Шерстевыдирательные.

– Подробнее.

– У нас на борту полный колонизационный комплекс. Зачем? «Континент», конечно, корабль двойного назначения и может стать эвакуационным, но с учетом нашей миссии…

– Не нам обсуждать решения Верховника, – перебил лагранку альфа, вздохнул. – Это ведь не все?

– Не все. У нас несколько добывающих комплексов быстрой развертки, а еще десять единиц разной техники, разобранной.

– Так вот почему атмосферники с такой нагрузкой работали! – воскликнул Шарнат.

– Думаю, предполагалось, что на пути следования мы можем найти подходящий для колонизации мир и основать поселение.

– А освободившееся место заполнить припасами, – кивнула Галсэ. – Так и сделаем?

– Да, пожалуй. Так и сделаем. Привлечь к работе весь экипаж, да и нам размяться не помешает, – Канрат расстегнул верхнюю пуговицу, фыркнул. – Все системы в режим ожидания.

– Есть.

На несколько минут отсек заполнился щелчком клавиш – лаграны отключали все подконтрольные системы. Линкор медленно затихал, только реактор продолжал работать. Его вообще запускали всего один раз – при спуска со стапелей, и с тех пор никогда не глушили. Экипаж медленно спускался на поверхность планеты, но радоваться было некогда – предстояла долгая работа.

На несколько дней территория вокруг линкора превратилась в одну большую стройку. Возводились дома, ангары для техники, которую собирали тут же. Разведывательные воздухолеты составляли карту потенциальных месторождений полезных ископаемых, куда тут же отправлялись стаи. Пока клочок суши, занятой лагранами, был небольшим, но Верховенство никогда не ограничивалось полумерами.

Прошло всего девять дней, но горное плато уже можно было назвать обжитым. В долине неподалеко подготовили территорию под пашню, охотничьи стаи загнали стадо травоядных, чье мясо пришлось по вкусу лагранам. На борт линкора никто не поднимался, все хотели как можно больше времени провести на свежем воздухе. Все было отлично.

Если не присматриваться.

Среди десантных стай медленно, но верно распространялись крайне противоречивые слухи. Обсуждали их очень тихо, максимально незаметно, но они все равно множились, захватывали все больше разумов. Сначала это были безобидные вопросы к альфам о сути задания, его причинах. Нормальное среди пехотинцев здоровое любопытство, обычно помогавшее лучше выполнить поставленную задачу, сейчас оно жестко пресекалось. Альфа Ниртэ прямым приказом запретила обсуждать задание Верховника. Ее беты были, мягко говоря, в недоумении, но приказ выполняли. И если молодняк даже и не думал спорить, то среди ветеранов начались брожения. Эти опытные солдаты, прошедшие не одно сражение, ненавидели неизвестность, и отсутствие четко поставленной задачи их нервировало куда сильнее необходимости лететь куда-то внутри огромной банки космического корабля. Вопросы становились все… Опаснее, на грани допустимого, но альфы малых и боевых стай не могли дать на них ответов, а альфы отделений были вынуждены отмалчиваться, а то и приказами затыкать недовольных.

Вскоре кто-то пустил слух, что они все отправлены фактически на убой, то ли как ненадежные, то ли просто из-за чьей-то глупости. Десантники в тесном кругу своих малых стай обгладывали слух со всех сторон. Кто-то заметил, что топлива на обратный путь не может хватить в принципе, линкоры не рассчитаны на такую дальность прыжков. В свою очередь лаграны из стаи логистики обратили внимание на странность проложенного маршрута, примерно три четверти прыжков производились в никуда, словно как можно дальше от планетарных систем.

Специальным приказом альфы Канрата период пребывания на планете увеличился до тридцати дней. Причиной удвоения срока стала необходимость подготовить припасы к длительному хранению. При этом всем кроме специальных охотничьих стай было запрещено покидать территорию поселения.

Это был восемнадцатый день на поверхности по корабельному циклу и шестнадцатый – по планетарному. Ниртэ собрала своих бет на борту линкора, тайно, в пустой столовой. Причина столь странного собрания была известна всем присутствующим, и она давила сильнее стотонного пресса.

– Отчет, – сухо бросила альфа, сидя за столом и уперевшись лбом в ладони.

– Скажу за всех – брожения в стаях становятся сильнее, – одноухий лагран сидел, закрыв глаза и скрестив руки на груди. – До активных действий пока далеко, но нужные нам мысли уже сформировались. Пока только у ветеранов, но они тянут молодняк за собой.

– Могу заметить, что среди пилотов даже слух о возможности оказаться вне поля зрения Верховенства вызвал чуть ли не ликование, – буркнула самка, альфа второго отделения. – Но им хватает мозгов не вопить об этом на всю округу.

– Остальной экипаж так же прошел обработку, – альфа пятого отделения тяжело вздохнул, отведя уши назад. – В целом, из-за «замечательных» решений альфы Канрата и общего курса управления командной стаи, идея дезертирства не вызывает у большинства резкого отторжения.

– Ох сомневаюсь я, что хороший путь мы выбрали… – пробормотал Грантат. Он был похож на нахохлившуюся птицу, столь же взъерошенный. – Что, если Верховный все еще смотрит на нас?

– Я знаю Канрата очень хорошо, – Ниртэ приподняла голову, посмотрела на массивного лаграна. – Если бы была хоть малейшая вероятность подобного, он бы не стал отдавать такого приказа.

– И все же, плохо все это…

– Плохо? – альфа второго отделения тихо зарычала. Ее когти со скрипом оставили на столешнице царапины. – Это, шац, не просто плохо!

– Успокойся, Элтрэ. Мы здесь не для этого.

Самка фыркнула и скрестила руки на груди, прижимая уши. На несколько минут повисла тишина.

– Итого, когда примерно мы сможем начать… Восстание?

– В течение трех дней.

Раздавшийся в столовой голос Канрата заставил лагран повскакивать со своих мест, и разбежаться в стороны, выхватить оружие. Альфа командной стаи стоял у входа, спокойный и невозмутимый, словно не на него смотрели дула шести пистолетов.

– Отставить, – скомандовала Ниртэ, первой убирая оружие в кобуру. – Три дня? Маловато, знаешь ли.

– Так надо. На третий день лаграны должны дезертировать из Верховенства и основать здесь новое объединение.

– К чему такая спешка?

– На то есть объективные причины, которые я не могу назвать во избежание… Непредвиденных ситуаций. Просто прошу – постарайтесь. От вас и только от вас зависят жизни всех этих лагран. Постарайтесь избежать излишнего кровопролития.

– Мы постараемся, – Ниртэ коротко кивнула. Несколько секунд Канрат стоял, смотря куда-то за лагран, после чего коснулся груди и покинул столовую.

– Думаю, большую часть сомнений это смахнет, – альфа помассировала переносицу. – У нас три дня, стая. Всего три. Давайте сделаем это, а о последствиях, если они вообще будут, будем думать уже после.

Нестройное, но согласное ворчание было ей ответом.

В это же время в командном отсеке шло не менее важное и собрание. Вся командная стая обсуждала слова своего альфы, измятый лист бумаги с приказом Верховного Главнокомандующего переходил из рук в руки. Шок и ужас прошли, остались лишь сосредоточенность и желание понять, что делать дальше. И пока идей не было. Вскоре пришел Канрат, сел в свое кресло, с трудом подавив желание сорвать китель и выбросить его подальше. Прежде любимая форма стала неудобной, колючей. Но пуговицы он все же расстегнул.

– У вас есть вопросы. Я слушаю.

– Что подтолкнуло тебя к выбранному пути? – Шангэ говорила медленно, тщательно подбирая слова. – Да, приказ… Ошеломляющий, но тем не менее.

– Наш промах при прыжке. Когда мы оказались здесь, в этой системе, я понял – это шанс. Шанс спасти шесть тысяч жизней. Я… Не мне оспаривать решения командования, но я не могу так. Просто не могу.

– Я выскажу общее опасение. Что, если это не промах? Если это проверка. Что тогда?

– В таком случае вся ответственность будет на мне. Постановление номер 44-15-М3, помните? Альфа и только альфа несет ответственность за дезертирство.

– Тогда уж все мы.

– Нет, все же я один. Таков закон.

– Так, – Шангэ нахмурилась, скрестив руки на груди. – Если я уши не отвернула, то причиной твоего решения стало обнаружение нами пригодного для жизни мира. При промахе. Как мы вообще можем так промахнуться? Разве прыжки не достаточно точны?

– Просто как забавный факт, – Рангат фыркнул, чуть наклонился вперед. – Если прыгнуть на расстояние меньше радиуса выхода, то есть шанс выйти позади точки входа.

– Теоретически?

– Фактически. Нам, навигаторам, этот эффект периодически демонстрируют. Шанс такого невелик, но прыжок с моментальным выходом иногда в бою даже применяется. Такой себе скачок в случайном направлении, чтобы выйти из окружения.

– Субпространство, Шангэ, это место, где не работают привычные законы, – Канрат постучал когтем по подлокотнику. – Прими как данность – мы вполне могли наткнуться на этот мир совершенно случайно.

– Вероятность все-таки слишком ничтожна, но, допустим, я верю. Предположим, что восстание пройдет успешно. На этой планете появится колония. Что дальше?

– Альфой, новым Верховником, если желаете, станет Ниртэ. Хорошая кандидатура по многим параметрам, разве что она больше боевой офицер. Впрочем, ей есть, кому помогать. Думаю, здесь смогут построить общество.

– Похожее на Верховенство один в один, – Шангэ фыркнула. – Невозможно преодолеть генетические особенности расы.

– Однажды преодолели, смогут и теперь. Мы отклонились от темы.

– Что ждет нас? – задал вопрос Линкат. – Мы умрем?

– Линкор крайне автоматизирован. Нам потребуется хвостов пятьдесят экипажа в идеале, но можем справиться и одной командной стаей.

– Скажу больше, этот жорцев линкор может идти не меньше полуцикла, управляемый всего одним лаграном, – Шарнат оскалился. – Все, что ему при этом нужно, это следить за показателями и периодически идти работать руками.

– Все в соответствии с приказом, – Шангэ тихо заворчала. – Сколько там по плану к концу похода должно было остаться в живых?

– От десяти до шестистот лагран, – сверившись с листком, ответил Канрат. – В боях больше гибнет.

– Вопрос, – Линкат поднял руку. – Если бы не промах – шел бы до конца?

Канрат несколько долгих секунд молчал, смотря в никуда, прикрыл глаза. И медленно, неохотно кивнул.

– Эти данные помогли бы в поиске решения проблемы нашей расы. Я бы шел до конца.

– Скажи, пафосные речи входят в курс подготовки альф, или ты дополнительно где-то обучался?

– Стукнуть бы тебя, Шар, да только кто тогда наше корытце чинить будет? – Канрат вздохнул, пряча смешинки в глазах.

– Нехилое такое корытце, знаешь ли, – лагран аж взъерошился от сравнения.

– Все для тебя.

– Итак, план следующий. После восстания мы со всеми оставшимися лояльными лагранами запираемся на борту линкора и поджимаем хвосты?

– Да. Три дня, стая. У нас три дня. Подготовимся. Стоит избежать большой грызни.

Канрат первым встал и направился к выходу. Следом потянулись остальные лаграны командной стаи.

Три дня. Всего три дня до события, которое, по мнению альф, должно изменить их жизни до неузнаваемости. Разделить на «до» и «после». И каждый в это время думал о своем.

Канрат пытался убедить себя, что все не так плохо. Что его решение было взвешенным, тщательно обдуманным. Что теперь он точно сможет исполнить мечту и отправиться исследовать космос, как и хотел с детства. Но сомнения грызли его, и самовнушение уже не помогало. Ведь он, возможно, своими собственными руками отправил шесть тысяч жизней на смерть. Что, если Шангэ была права? Что, если… Альфа резко дернул себя за вибриссы, тихо рыкнул – перестарался, пара волосков прилипли к подушечкам. Не время для сомнений. Рывок совершен, впереди неизвестность, но он сделал все, чтобы разогнать тьму.

Ниртэ была занята подготовкой. Финальной шлифовкой, если так можно выразиться. Ведь это будет не простое дезертирство, тихий уход с позиции с целью затеряться. Это будет… Предательство. Да, именно так. Самка, впрочем, не чувствовала ничего особого по этому поводу. Она могла честно признаться себе, Верховенство не сделало для нее ничего такого, из-за чего ей бы хотелось оставаться под его контролем. Может быть, внутренне, глубоко в недрах разума, она ждала этого восстания.

Ларнат, как и все пилоты, заперся в воздухолете. Он чувствовал напряжение, витающее в воздухе, не раз видел Ниртэ с выражением мрачной решимости на морде. Слышал шепотки лагран из пехотных стай. Он все еще не мог назваться другом кому-либо из них, но буквально полчаса назад ему прямым текстом рекомендовали где-нибудь спрятаться. Ларнат впервые увидел настоящее, искреннее беспокойство глазах гаммы, и ему это… Льстило? Разве что немного. Пилот оповестил командира эскадрильи, и тот среагировал неожиданно быстро. Что-то грядет, но что? Самец не знал и… Да и не хотел знать.

Лаграны не умеют восставать против режима. Ни разу такого не было за всю историю расы. Никто не произносил речей, никто никого не агитировал. Лаграны доверяли своим альфам больше, чем себе, в том числе и в вопросах верности и присяги. Так было со времен Великой Войны, и последствия Большого Исхода лишь усилили эту особенность лагран.

День, судьбоносный день начался непривычно тихо. Не было обычной суеты, охотничьи стаи не шли на промысел, не было смены дозорных на постах. Что там, на самих постах лагранами даже не пахло, не было их здесь в эту ночь. Ведомые своими альфами, десантники тихо окружали дом командной стаи, готовясь решить все одним резким, неожиданным ударом. Тихо, жестами, отсчитывались последние секунды до штурма. Почти бесшумно щелкали предохранители гранат, медленно спускались на тросах стаи, задачей которых была зачистка второго этажа. Остальные десантники в это время брали в окружение все поселение, занимали позиции.

Выбитая дверь с грохотом влетела внутрь, следом – граната. Брызнули осколками стекла. Грохот взрывов сотряс дом и округу, штурмующие разом ворвались внутрь… И ничего.

Внутри никого не оказалось.

Десантники начали прочесывать поселение, все встреченные лаграны тут же демонстрировали наспех сделанные повязки с символом восстания – красным кругом с крестом внутри. Дома проверили за несколько минут, настолько стремительным и беспрепятственным было продвижение десантников.

И снова – ничего. Точнее, никого. Альфы восстания хотели уже идти к пилотам, чтобы те на разведчиках осмотрели окрестности, когда низкое, вибрирующее гудение заставило всех прижать уши и повернуться к линкору.

«Свет» медленно, очень медленно поднимался с земли. Вниз летели комья грязи, отваливающейся с днища корабля, резкий, мощный и долгий порыв ветра вынудил многих пригибаться к земле, закрываться руками. Гул плавно сменился чудовищным, завывающим ревом, и огромный линкор начал набирать высоту, одновременно летя вперед. Секунда, две… Десять. Минута. Корабль набирал скорость, постепенно уменьшаясь в размерах, и вот о том, что его огромная туша была совсем рядом, напоминал лишь выдавленный в земле котлован да звон в ушах.

На долгие часы поселение погрузилось в тишину. Потрясенные лаграны просто не знали, как реагировать.

Нириэ стояла в полукилометре от поселения, смотря вслед линкору. Ветер трепал мех на ее морде, полы расстегнутой куртки. Сжатые в тонкую линию губы, полуприжатые уши, хвост, кончиком указывающий в небо. Самка стояла, сжав кулаки, из левого свисала тонкая серая цепочка. Углы кулона в виде птицы больно, до крови впивались в подушечки, но Ниртэ этого не замечала. Она просто смотрела вслед линкору.

– Удачи, брат.

– Удачи, сестра, – прошептал Канрат, теребя кулон. Лагран сидел в своем кресле, игнорируя все вокруг.

Командная стая была на редкость… Шумной, все обсуждали произошедшее. По большей части в шуточной форме, но шутки были грубыми, неуклюжими. У многих дрожали руки. Многие задавались вопросом, не обрекли ли они на смерть поселенцев, оставив их без линкора. Помимо всего прочего, боевой корабль был почти неисчерпаемым источником энергии. Его можно было распилить на материалы, запчасти, да что угодно, и все это было бы крайне полезным для лагран на планете.

– Рангат.

– А? – слушавший до этого анекдот от Шарната, навигатор на секунду оказался сбит с толку. – А, да!

– Куда можешь нас завести?

– Разве что к жорцу в гости, – самец фыркнул.

– Ну тогда давай к нему.

На борту линкора было всего сорок три лаграна. По большей части упрямцы, альфы, решившие сохранить верность Верховному Главнокомандующему, да подчиненные им гаммы.

– Ты расскажешь, зачем все это затеял? – Шарнат покрутился в кресле, смотря вверх.

– Я уже рассказывал ведь.

– Ты знаешь о чем я, Канрат. Не увиливай.

– После прыжка поймете.

– Зануда ты, Кан, – буркнул лагран, облизывая нос. Закрыл глаза. – Нет бы сразу сказать.

– Хочу сделать вам сюрприз, – пробормотал альфа, пряча глаза.

– Он нам хоть понравится? – Рангат закончил подготовку к прыжку и обернулся.

Канрат промолчал.

– Три.

Космос невероятно красив и опасен. Непредсказуем. Падок на сюрпризы. Космос умеет удивлять, огорчать, радовать, шокировать. Его нельзя изучить до конца, как нельзя посчитать все песчинки на пляже.

– Два.

Космос – это не только бои, приключения, путешествия. Иногда это выбор. Решение, от которого зависит очень многое, многие. Решение одного разумного может стать причиной колоссальных изменений.

– Один.

Канрат понял все это в тот момент, когда лично вносил правки в параметры прыжка. Незаметно, тайно, словно он – враг. Внешне невозмутимый, внутри он скулил, выл от ужаса. Ломал себя. Нет, он не причастен к промаху… Первому. Но к тому, что произойдет…

– Рывок!

Корабль затрясся, заскрипел, застонал, врываясь к субпространство на слишком высокой скорости. Командный отсек заполнился голосами паники, непонимания. Играя, Канрат призывал стаю к спокойствию.

Альфа знал, что делает.

Шесть напряженных минут полета в никуда, как считали члены экипажа. Шесть минут тихой паники.

Выход в нормальное пространство…

– Жорц.

– Он самый, – прошептал Канрат, смотря на данные с систем обнаружения.

– Как? – в шоке прошептал Рангат. – Как?! Мы же сбились с маршрута! Кто мог за нами проследить?! И как?!

– Вот и выяснилась причина, по которой ни один поход не обходится без встречи с этими уродами, – оператор огневых систем оскалился, вздыбил шерсть на загривке.

– Приготовьтесь к бою… Друзья. Мы так просто не сдадимся.

Канрат надеялся, что успел. Что проклятые иные не найдут планету с колонией. Что бой сможет затереть следы. Он сделал все, что было возможно, чтобы избежать хищников судьбы. Лагран не жалел ни о чем.

– Как давно они за нами идут?

– Похоже, с самого начала похода.

– Почему никто больше не заметил?

– Я сам случайно наткнулся, когда в перерывах перепроверял логи с систем сканирования.

– Почему не раньше?

– Надеялся, отстанут. После промаха.

– Поэтому ты так спешил? Чтобы в случае чего, встретиться здесь, подальше от колонии?

– Да.

– Знаешь, Кан… Сюрпризы у тебя хуже линялой шерсти. Пожеванной.

– Да. С юмором у меня не очень.

Линейный корабль «Свет» Верховенства Лагран шел в свой последний, безнадежный бой. Двенадцать к одному. Ни малейшего шанса.


Вместо эпилога.


– …На конечной точке маршрута нет.

– Значит, не дошли, – Верховный Главнокомандующий, высокий лагран, стоял у окна и чуть щурился от света.

– Да. Эксперимент провален… Лаграны не способны к длительным походам. План быстрого расширения границ можно смело закапывать.

– Срочный доклад! – в кабинет ворвался связист. – Разведслужба!

– Благодарю, – чуть кивнул альфа, принимая планшет. Несколько минут самец изучал написанный текст, и с каждой минутой складка на носу становилась все заметнее. – Плохо.

– Насколько? – осторожно поинтересовалась самка, докладывающая о провале эксперимента с линкором «Свет».

– Ровно в момент ухода нашего корабля с позиции снялся малый флот гладкошкурых.

– Так может, эксперимент не провален? – самка встрепенулась. – Может, не все потеряно!

– Разницы никакой. Пока они могут проследить за каждым нашим кораблем… Хмф. Всю информацию о «Свете» закрыть.

– Есть.

Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы:
Вадим Михальчук «Черная пустошь 1»
В.Н.Васильев «Волчья натура-1»
И. И. Печальный «Геймер »
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален
Ошибка в тексте
Рассказ: Свет за горизонтом
Сообщение: