Furtails
DedMazday
«Псих-2. Кимир»
#саблезуб #хуман #милитари #фантастика #магия
Своя цветовая тема

ПРОЛОГ

– Как думаешь, что там стряслось?

– Плевать, это больше не наша забота. Мы в отпуске!

– Точно! Лучше посмотрим, что за той дверью!

Проще сказать, чем сделать. Как открыть дверь без ручки, без замочной скважины, без каких бы то ни было механизмов? Спрошу-ка я мудреца Автогена и его подругу Плазменную Резку.

Чтобы добраться до них, пришлось выгрузить половину имущества. Правда, мы все равно собирались осесть в этой пещере, так что ничего страшного. Заодно достали генератор и прожектора, не в темноте же работать. Но вот все установлено и подключено. Можно начинать…

– Дай я! Я же маг огня, не ты. – Аргумент тот еще.

– Причем здесь огонь? Это плазменная горелка. К тому же ты не умеешь.

– Можно подумать, ты сварщик седьмого разряда! – Упрямства у Киры хватит на пятерых.

– Дерзай! – Я протянул аппарат Кире. – Вперед и с песней.

Кира забрала горелку, включила её и начала резать дверь. Ну, как начала… Попыталась. Металл под факелом пламени покраснел, потом побелел, но упрямо не желал плавиться.

– Жаль, что у нас нет взрывчатки. – Да, Кире только взрывчатку в руки.

– Нас бы тогда просто завалило, а дверь осталась бы целёхонькой. Жги дальше, я кое-что попробую. – Я подтащил автоген поближе. – Если металл не берёт температура, тогда его берут температура и кислород.

Я включил подачу кислорода и поднёс сопло автогена к нагретому пятну. Кажется, получилось. Появился дымок, искры сгорающего металла, и металл двери начал поддаваться. Спустя полчаса мучений от двери донёсся тихий свист.

– Что за звук? – Кира отключила горелку и посмотрела на меня.

– Воздух в отверстие затягивает, за дверью давление меньше. Ну-ка, отойди от двери.

Короткий пшик кислородом, чтобы сжечь оставшуюся переборку, и поток воздуха ощутимо толкает в спину. Пришлось прижаться к стене, а то сквозняком продует.

То ли за дверью был вакуум, то ли там очень большое помещение, но воздух всё еще втягивает в отверстие. Правда, уже не таким ураганом, видимо давление за дверью ощутимо поднялось.

Мы оттащили все инструменты подальше от двери, ветерок уже почти не ощущался, пора придумать, что делать дальше. Жаль, нет эндоскопа, чтобы посмотреть, что за дверью, может она только изнутри открывается.

Размышления прервала дверь. Она просто с громким грохотом упала на пол.

– Теперь понятно, почему не было замка, она просто не заперта…

– Я первая! – Кира не стала ломать голову, а просто побежала посмотреть, что хранит пещера Али-Бабы. – Оба-на!

Какое ещё «оба-на»? Я просто потерял дар речи, когда увидел этот корабль.


Глава 1

В том, что это именно корабль, а не самолет, сомнений у меня не было, как и в том, что это боевой корабль. Хищный стреловидный корпус с короткими толстыми крыльями и четыре турели со спаренными пушками придавали кораблю грозный вид.

Я осмотрел корабль подробнее. Темно-серого, почти черного, цвета около сотни метров в длину. Крылья обратной стреловидности начинаются от кормы и уходят вперед и вниз. Непохоже, что эти крылья создают подъемную силу, скорее они предназначены для установки оружия – я разглядел круглые лючки в передней части крыла. Два ряда по шестнадцать, итого на двух крыльях шестьдесят четыре пусковых, неслабый залп может выдать. Турели размещались: одна под кабиной, вторая сверху на корме и две на концах крыльев. Двигатели, если это двигатели, шли вдоль корабля под крылом и представляли собой трубу со штырем посередине. Наверно, что-то вроде соленоида. Такие же трубы, только меньшего размера, обнаружились в крыле и под фюзеляжем. Это уже маневровые.

– Ты долго будешь там копаться? Внутри интереснее. – Когда она успела внутрь пробраться?

Я обошел корабль и увидел открытый люк. Трапа не было, поэтому я прыгнул, используя тату-усилитель. Немного не рассчитал, блин.

– Надо повесить табличку «Место для удара головой». Пошли в кабину, что-то я не пойму как он заводится.

Я включил фонарь и пошел за ней в кабину. А тут и вправду интереснее, если бы еще что-то работало. Множество экранов располагались перед двумя креслами, но не было ни кнопок, ни рычажков, ни переключателей. Всё сенсорное что ли, а как рулить?

Я уселся в кресло. Мягкое, но узковато, и подголовник высоко. И что-то в шею упирается. Я сунул руку за спину, схватил помеху и вытащил на свет. Какой-то обруч с проводом. Провод ведёт к креслу, а обруч видимо на голову. Нейро-управление? Далеко у них техника зашла.

Я надел обруч на голову… И ничего не произошло. Совсем, видимо, корабль обесточен. Я пробежался взглядом по панели: экраны, экраны и еще раз экраны. Зачем, если есть нейро-модуль? Транслировали бы данные прямо в мозг. А вот это не экран. Я поддел когтем крышку и увидел под ней какую-то прямоугольную прорезь. Луч фонаря высветил блестящие контакты внутри неё. Больше в рубке ничего интересного.

– Ты другие отсеки уже смотрела?

– Нет, тебя жду. Полетим?

– Ты же летать боялась?

– Спасибо, вылечил. – Ну да, тот случай с парашютом мне будут долго припоминать. – Заводи уже!

– Я машину-то без ключа не заведу, тем более без бензина.

– Думаешь, кончился?

– Думаю, что даже не заливали. Корабль-то новый, ни пылинки, ни царапинки. Законсервировали когда-то, но забрать не смогли.

Мы пошли осматривать остальные отсеки. В тамбуре у люка, через который мы вошли, оказался шкафчик со скафандрами. Размером, как на ребенка, но, по идее, они должны тянутся. Ткань скафандра, в самом деле, хорошо тянулась, а еще ее не брали ни когти, ни нож. За тамбуром оказались две каюты. Обстановка скудная: стол, стул, шкафчик, кровать. Кровать была почти три метра в длину, да и потолки на корабле высокие. Высокий рост, тощие, если судить по креслу, ставлю на то, что они с планеты с низкой гравитацией. Тогда, Кимир для них не родной.

Помещение, в которое мы попали далее, скорее всего, являлось санузлом. Унитаз, похожий на земные, а вот если кабинка – душ, то откуда поступает вода? Следующее помещение – камбуз. Полка с тарелками и чашками, раздаточный автомат, стол и несколько стульев. Аскеты, чтоб их.

Больше жилых помещений не было, следующая дверь вела в трюм. Хорошо, что они все открыты, а то металл похож на тот, из которого был сделан люк. Трюм для такого корабля был не маленький. Половина длины фюзеляжа, если прикинуть. Под потолком висят кран-балки, на стенах – люки. Автоматическая подача боезапаса, как мне кажется.

Вниз вела лестница, мы спустились по ней, и попали в служебные помещения. Какие-то приборы, устройства, толстые кабели змеятся по стенам. А вот и место, куда ведут все кабеля. Если энергия поступает отсюда, значит это – реактор? Нет, это оказался не реактор, а система управления питанием. От неё к реактору шел особенно толстый кабель, толще моей ноги.

После тщательного осмотра реактора, я обнаружил четыре рукоятки, по одной с каждой стороны. Я взялся за рукоять и повернул её, что-то щелкнуло. Тогда я потянул за рукоять, и из реактора выехала… Полочка для компакт-дисков. Как её еще назвать? Длинный железный ящик, внутри прорези, по размеру подходящие для квадратной упаковки от дисков, всего восемь. Я вытащил остальные, там было всё то же самое.

– Хоть знаем, что искать.

– Но не знаем, где искать. Я только корабль и видела, там правда еще лестница была.

– Лестница?

– Ну да, обычная пожарная лестница, металлическая.

– Ну, пошли, посмотрим.

Лестница, на самом деле, была. Она уходила к какому-то мостику под потолком. Я забрался по лестнице, но наверху ничего не было. Я прошел по мостику в одну сторону, в другую. Ничего! А нет, вот штурвал какой-то.

Я сделал несколько оборотов, сверху посыпался песок, светлая полоса проступила на фоне тьмы, разгоняемой ранее лишь лучами фонарей и отраженным светом прожекторов.

В ангаре стало светлей, и стало видно, что кроме корабля больше ничего нет. Видимо, где-то есть склад с топливными пластинами и прочей амуницией. Будем искать.

Поиски пришлось отложить. Два дня мы потратили на то, что затащили, с помощью домкрата и какой-то матери, бытовку в пещеру, перегородив ею вход в ангар. Теперь чтобы попасть внутрь, надо выпиливать стену. Также перетащили все вещи из машины в пещеру, пересадили привезённые саженцы и смонтировали солнечные панели.

Следующую неделю мы носились по горам в поисках склада с ништяками, сначала на машине, потом пешком. В конце уже просто карабкались по горам, тут очень выручали символы-усилители, ведь никакого альпинистского снаряжения у нас не было. В ходе поисков меня чуть не сбросил со скалы бешеный баран. В последний момент я отправил его в полёт, пнув обеими ногами. Правда, судя по тому, как шустро он ускакал, голова, на которую он приземлился, не является для него важным органом.

Не могу сказать, что поиски увенчались успехом, но и провалом это тоже не назвать. Когда мы вскрыли еще одну дверь, то обнаружили за ней точно такой же корабль. На этом мы свернули поиски, в конце концов, есть дела и поинтересней.


***

– Хи-хи, щекотно! Нет, только не уши! Стой, кто-то приехал.

– А я-то надеялся, что мне послышалось. Кого там нелёгкая принесла?

Я взял револьвер со стола и вышел наружу. Знакомый крузер. Ну, правда, кому я еще мог понадобиться. Машина приблизилась к входу в пещеру, и из нее вышел Куратор.

– Черный Пёс? Ладно, раз уж выследил, говори, с чем пришел? – В ответ на его недоуменный взгляд пришлось пояснить. – Не ценишь ты классику, Куратор, не ценишь.

– В дом не пригласишь?

– Твоими стараниями, нет у меня больше дома. Вот, в бытовке ючусь. Ну ладно, заходи. – Я махнул ему рукой, чтобы следовал за мной, и мы прошли в дом. – Присаживайся за стол. Что тебе предложить? Чай, кофе, совесть?

– При чем здесь совесть?

– При том, что у тебя её нет! Всё, пошел нахер, ты нам больше не нужен. У нас теперь есть крутые ребята с волшебными татухами, потому вали-ка ты подальше, а мы тебе еще и счет заморозим. И к порталу не суйся, он для важных дяденек с толстыми кошельками. Но чуть что случилось, так сразу прибежали. Псих, спаси нас! Мы очень жидко обосрались! Ты же нам должен. Так?!

– С чего ты взял? Может я в гости решил зайти.

– Я Псих, а не идиот.

– Ну да! Мы обосрались! Ты это хотел услышать?!

– Почти. Давай будем говорить откровенно. Ты никогда не искал моей дружбы. Тебя охраняли твои головорезы, и тебе не нужны были такие друзья, как я. А сейчас, ты приходишь ко мне и просишь о помощи, но ты делаешь это без уважения.

– Мне теперь тебя Доном Карлеоне называть?

– Может, прекратишь паясничать и скажешь нормально, что тебе надо?

– Да ты же ни слова сказать не даешь!

– Без отговорок!

– Ты что, издеваешься?

– Только сейчас заметил? Да. Я издеваюсь. Это меньшее, что я могу сделать, после вашего предательства. Как мне еще погасить тот огонь тоски, что горит в моей груди?

– А…

– Да шучу. Похер мне. Я от вас ничего другого и не ждал. Спасибо тебе, моя паранойя, за совет хранить деньги налом. А то, мы бы тут голышом остались. Как говорят: «Ни одно доброе дело не должно остаться безнаказанным».

– А вот сейчас обидно было, знаешь?

– Это почему? На правду не обижаются. У тебя, небось, пара-тройка планов нашей ликвидации имеется?

По глазам вижу – угадал. Впрочем, чего еще ждать от спецслужб?

– На меня, между прочим, тоже такие планы есть.

– И что? Мне тебя пожалеть? Ну, иди сюда, напою тебя молочком, мультики включу.

– Хватит шутки шутить! Там, между прочим, люди погибли.

– И?

– Что «И»?

– Я тебе в первую нашу встречу сказал, что мне похер на людей. Припоминаешь? И я больше не являюсь «красной тряпкой» для тварей

– Будешь просто сидеть тут и ничего не делать? Ждать пока остальных перебьют?

– Почему же ничего не делать? Я перед отъездом такую фильмотеку собрал. И попкорна дофига. А кончатся фильмы, буду смотреть, как вас твари харчат. Шучу! Рассказывай, насколько глубока жопа, в которой вы застряли.

– И ты просто согласился?

– А что мне еще делать? Ты же будешь тут сидеть и нудить: «Помоги, ну позязя». Проще помочь, чем слушать твое нытье.

– С третьим форпостом пропала связь.

– И всё? Может у них радиопередатчик сдох?

– Группа, которая отправилась проверить эту версию, не вернулась.

– Что думаешь, Кира, поможем?

– Конечно. Мне уже интересно, какая подлянка ждет нас в награду.

– Скажи мне только одно. – Я обратился к Куратору. – Где жучок?

– В топливном баке.

– Ваш человек урал продал?

– А ты думал, что за тобой не наблюдают?

– Даже и не мечтал о подобном. Кому, думаешь, я фак в окно показывал?

Сборы много времени не заняли. Голому собраться – только подпоясаться.

– На моей поедем.

– А там на чем?

– УАЗ тебя ждет. Третий, между прочим!

– Претензии не ко мне. – Мы сели в машину к Куратору. – Кира, флешку с музыкой взяла?

– Конечно, держи.

– А где магнитола? – Вместо нее стоял пеленгатор.

– Сам видишь – нема.

– Ну, сам виноват. – Я отстучал ритм по приборной панели. – Бэк ин блэк ай хит зе сэк.


***

Мы подъезжали к пятому форпосту. Я уверен, Куратор уже сто раз пожалел о том, что у него нет магнитолы в машине.

Я осматривал форпост. Не густо. Десяток одно– и двухэтажных домиков, какие-то бараки, гараж, четыре вышки с пулеметами.

Уже темнело, потому гнать шестьсот километров по неизвестной местности я не собирался. Попробую вытянуть побольше информации из Куратора.

– У тебя есть карты? Спутник-то запускали.

– Карты есть, не очень подробные, но есть.

– Подробные Центр зажал?

– Спутник на первом витке снимал общий план. Подробнее должен был сделать на следующих. Но после первого витка связь прервалась.

– Орбиту неверно просчитали?

– Не знаю. Связи со спутником была только в тот момент, когда он висел почти над нами. Он сделал один виток, вышел на связь, пошел на второй. И все. Ни слуху, ни духу.

Весело. Злые непры научились спутники сбивать. Мы остановились у дома, который ни чем не отличался от остальных. А где вывеска «Самый главный начальник»? Вышли из машины, зашли, поднялись на второй этаж. Куратор провел нас в кабинет, открыл сейф, достал из него папку.

– Ну-с. – Я раскрыл папку и разложил карты на столе. – Что мы имеем.

Звезда класса G1, положение относительно Земли неизвестно. Планета четвертая от местного светила средний радиус орбиты 1,72 а.е. Продолжительность суток 24 часа 4 минуты 42 секунды, продолжительность года 413,15 дней. Ускорение свободного падения 11,86 метров в секунду за секунду. Масса 1,68 от массы Земли, радиус 1,18 радиуса Земли. Наклон оси полградуса, северный магнитный полюс совпадает с географическим. Очень большие полярные шапки, суша примерно треть от площади планеты. Два материка: наш, большой и заселённый, и другой, маленький и пустынный, два больших острова, архипелаг и отдельные островки.

Вот наш форпост, самый восточный. Почти всё восточное побережье материка занимают горы, только на севере, возле третьего форпоста разрыв горного кряжа километров на триста. Река, протекающая между пятым форпостом и горами, берёт начало в горах и тянется до самого океана, то расширяясь, то сужаясь. На запад от форпостов простираются прерии.

– А что с другими форпостами?

– Как только разрушились порталы…

– Саамы разрушились? А может, это вы их из-за своей жадности спалили на предельном режиме? Непры-то только раз в два дня включали. Много хоть добра навезли?

– У нас немного…

– А у других?

– А другие объявили «каждый сам за себя».

– А Центр?

– Там целая крепость. Как началось, они там закрылись и не отвечают.

– Класс! Ладно, по порядку. Что с оружием и патронами?

– Оружие у всех, плюс запас. Патронов 5,45 хоть жопой ешь…

– Они только для этого и годятся. Простую гончую еще может быть возьмут, но что покруче – нет.

– Девятимиллиметровых автоматных не много, но, кроме тебя, их никто не использует. ВОГ-25 осталось три цинка…

– Моё!

– Да забирай. Пулеметных патронов по одному боекомплекту на ствол.

– А патронного заводика у нас не завалялось?

– Не всё оборудование завезти успели. Очередь не дошла.

– Конечно, ведь элитное бухло важнее. У нас же здесь не дикий мир, на который претендует две цивилизации. Даже три.

– А кто третий?

– А людей посчитал?

– Люди и непры, кто третий?

– Саблезубые. Ты не забыл, что это их мир? С топливом что?

– На один раз до третьего форпоста добраться.

– Супер! Тут нефти нет?

– Есть, но её добычу сочли не рентабельной.

– Ну, тогда бери где подешевле.

– Ты так говоришь, как будто это я решал, что везти в портал.

– Ты. Ты же тут главный.

– Да я следом за тобой сюда попал! Сидел бы на Земле и горя б не знал!

– Да не переживай ты! Зато денег сколько заработали! Век можно не работать, всё купим! Где тут доллары принимают? Или что вы там брали? Евро? Тугрики? Сколько техники, и какой?

– Два танка, ты их сам видел…

– Погоди, погоди. Ты про эти экспонаты? – На въезде в город я видел только два ИС-3. – Им же место в музее. Где вы их откопали?

– А ты хотел Армату?

– Нет, но хотя бы на Т-72 можно было наскрести.

– Да что ты понимаешь! Тяжелый фугас от ИСа куда эффективнее против тварей, чем легкий снаряд современных танков!

– Ты меня успокаиваешь или себя? Какая еще техника есть?

– Две БМП, но они ушли к третьему форпосту.

– Считай, что их больше нет. Что еще?

– Семь БТР-70м и один ГАЗ-Тигр. Про него даже не думай!

– Нужен он мне. Тяжелый слишком. А что броня, так твари не стреляют.

– С продуктами что?

– С мясом проблем нет, в лесах дичи много, рыба в реке. Но крупы, овощи и мука заканчиваются.

– Земная флора не прижилась?

– Мы не пробовали.

– А сейчас что мешает?

– Отсутствие семян.

– Кхм. – Я аж поперхнулся. – Зато плазму приперли. – Я указал на висящий на стене телевизор, диагональ метра полтора.

– Кто бы говорил! У тебя такая же!

– Во-первых, у меня меньше, а во-вторых, я её загрузил последней. Зато у меня огромная коробка семян, два мешка кукурузы и по три мешка ржи, ячменя и пшеницы. Но я понимаю вас. Вы же сюда отдыхать, а не работать прибыли.

– Поделишься?

– Да забирай всё. Можешь еще мотокультиватор забрать и инвентарь садовый. Остальное – моё! Не трогать! Кстати, а разве Стажер не на третьем форпосте?

– Не Стажер, а Шах.

– Почему Шах? Шахматист он что ли?

– Нет, просто он гарем себе собрал, Алиса и две близняшки саблезубые.

Комнат в доме Куратора было целых пять. Похоже, экспроприировали домишко у толстосумов. Воды не было, что огорчило, так хотелось помыться перед сном. Хорошо Кире, она просто раздевается и вспыхивает, сжигая всё, что попало в шерсть. С молниями такое не прокатит, а магия огня мне упрямо не даётся.

Утром встали рано, быстро позавтракали. Куратор – жлоб, кофе зажал, последняя пачка, говорит. Вот вырастут мои кофейные деревья, ни зёрнышка ему на дам!

Сначала в гараж, потом за боеприпасами. Не на себе же их тащить. И надо проверить одну догадку.

– И-и-и-горь!

– Да я тебе сейчас башку оторву! Задолбал! – Из-под машины вылез очень злой Игорь. – Псих? Да не может быть! – Только что убить грозился, а сейчас обниматься лезет. – Вот уж кого я рад видеть! Знаешь, как меня эти кретины достали? Верни нас на Землю! Тыжтехнарь. Я автомеханик, а не специалист по межпланетным порталам. Одни деньги суют, другие знакомыми прокурорами угрожают. Козлы! Ах да, ты же за машиной пришел.

– Верно. Куратор говорил, что Тигр выдаст.

– Да его уже угробили! Дауны пьяные! – Вот облом. – Но уазик вот он. Почти такой же, как был. Только бампер из куска рельсы и цвет камуфляжный. Ты хоть его пожалей, новый взять негде.

– Ну, здравствуй, родной. – Я провел рукой по капоту автомобиля.

– Ты чего? Это другая машина!

– Это его реинкарнация.

– Какая реинкарнация? Все три машины из одной партии были.

– Ну, пока я в них не сел, души у них не было, значит – реинкарнация.

Так, машину получили. Кстати, камуфляжная раскраска куда лучше смотрится на УАЗе. Теперь можно и за боеприпасами.

В оружейке развернулась маленькая война. Если девятимиллиметровые автоматные и винтовочные и пятидесятый для револьвера выдали все, всё равно никого с таким калибром нет, то уже за ВОГи пришлось побороться. Аргумент, что из подствольника тут никто не умеет стрелять не прошел. После жарких споров удалось получить два цинка, один остался, якобы, про запас. А вот из-за охотничьих патронов и девятимиллиметровых для Кириных пистолетов я чуть не пристрелил каптенармуса.

Продукты и воду грузили в спешке. До темноты надо преодолеть шесть сотен километров.


Глава 2

Ночь провели в лесу, не доехав до форпоста километров двадцать. Встали до рассвета, позавтракали зайцем-неудачником, а теперь приближались к разрушенному городку.

В домах зияют дыры, сожженная бронетехника попадается тут и там, вышки разрушены, забор из колючей проволоки порван в нескольких местах. В воздухе кружатся мухи, привлеченные тошнотворным запахом разложения. Надеюсь, противник отсюда ушел, а то нам придется несладко.

Хочешь, не хочешь, а выходить из машины придется. Фу, ну и вонь. Солдаты на блокпосту умерли от клыков гончей, а вот этот, похоже, поймал фаербол.

Ближе к центру стали попадаться трупы тварей. Два десятка гончих, три альфы, попались еще трупы непров магов, обычных непров и каких-то непров увешанных броней и вооруженных холодным оружием, преимущественно мечами. Я поднял один – тяжелый, килограмм пятнадцать, как таким махать? Броня непров воинов была вся помята, но дыр было мало, и все от крупных калибров. А на вид простая железка.

Под одной вышкой очень уж много гильз. Я забрался наверх и осмотрел труп солдата. Очень странно! Его горло перерезано, не порвано, а именно перерезано острым ножом. Я осмотрел нож солдата – чистый, из ножен не вынимался. Да и штык-ножом калаша горло так не перерезать, он для других целей. Значит, внушение отпадает. Как же тогда убийца подобрался так близко, и не был замечен? Патроны есть и в пулемете и в автомате. Забрать что ли пулемет? Крепление на машине есть.

Решив, что огневой мощи много не бывает, я отцепил пулемет от вертлюга и стал спускаться.

У машины уже ждала Кира.

– Что узнала? – Спросил я её, закрепляя КПВТ на машине.

– В городе слонопотамы порезвились. Всю технику маги пожгли.

– Живых нет?

– Нет. Ни наших, ни врагов. И еще там саблезубые мертвые.

– Кто?

– Девчонки Шаха.

– А он сам?

– Ни его, ни Алисы нигде нет. Вообще людей в городе мало. Они их в плен забрали что ли?

– Не думаю. Им пленные не нужны. Просто зверей им взять негде…

– Ты думаешь, они их…

Я кивнул. Именно так я и думаю. Основная система порталов уничтожена ядерным взрывом, а это значит, что непры лезут окольными путями. Скорее всего, они нашли путь на второй материк. Это объясняет, почему первым пострадал третий форпост – он ближайший к побережью. Следующий – пятый. Зверей на втором материке не найти, а значит они использовали свои запасы, чтобы наловить людей для превращения их в своих верных солдат.

Это очень плохо, нас и так мало, так еще и часть людей будет драться на стороне противника. Если они прибыли со второго материка, то людей должны погрузить на лодки, или какой у них транспорт. Людей они наловили много, а значит, есть шанс, что не все еще переправлены, и их можно спасти.

– Давай в машину, едем!

– Куда?

– На побережье.

Пятьдесят километров до берега, проскочили меньше чем за полчаса. Океан завораживал. Никогда его не видел. Серые волны с шумом накатывали на песчаный берег, пахло йодом и солью, хотелось просто остаться на берегу и обо всем забыть. Но дела-с.

Вдоль берега тянулись некогда роскошные виллы. Теперь большая часть из них была разрушена, в стенах дыры, оставленные слонопотамом или проплавленные фаерболами. Местами лежали трупы местных бодигардов, и у большинства было перерезано горло.

Если здесь есть охрана, значит должны быть и камеры видеонаблюдения. Я повертел головой в поисках камер. Да есть, вдоль забора были понатыканы камеры. Все смотрят наружу. Не любят буржуи, когда за ними подглядывают. На улице было не так много трупов, но я заметил один, который лежал прямо под камерой. Осталось найти пункт видеонаблюдения.

Все охранники, виденные мной, если судить по нашивкам, принадлежали к одному ЧОП. Значит, пункт видеонаблюдения должен быть один общий. Где же он? Так, помимо заборов вокруг каждой виллы, имелся забор общий, чтобы оградить «уважаемых» людей от быдла. Дорога шла вдоль забора, к каждой вилле вело ответвление. Если есть общая дорога, значит, есть въезд один, который мы не видели из-за того, что въехали в дыру в заборе. Пункт охраны должен быть на выходе, а располагается он ближе к городу, точнее к порталу.

Мы сели в машину и направились по дороге на юго-восток. Стоп, знакомая машина. Во дворе одной виллы лежал мертвый слонопотам. Перед смертью зверь успел протаранить и перевернуть Шевроле Тахо.

Я остановил машину, и мы вышли посмотреть. Вокруг валялось множество гильз. Из чего тут стреляли? Да ничего себе, Мажор шикует. В крыше внедорожника был открыт люк, из которого торчал миниган. Вот что значит родиться в правильной семье, мне-то только раз выдали пулемет, и то когда совсем приперло. У минигана калибр маловат, конечно, но всё же тысяча пуль в одну точку даже слонопотама возьмут. Жаль, стволы погнуты, а то бы прибрал к рукам такую вещицу.

Самого Мажора, ни живого, ни мертвого, нигде не было. Может в доме спрятался? Хотя вряд ли. Человек-охотник, в отличие от саблезубого, для тварей как красная тряпка для быка. Все, кто есть в округе, все бегут урвать кусочек комиссарского тела.

Я зашел в дом сквозь пролом в стене и увидел то, что заставило меня зарычать от гнева. Вся шерсть стала дыбом. Кира, услышав мой рык и почувствовав мой гнев, вбежала следом. Теперь мы рычали на два голоса.

– Чей это дом! – Прокричала Кира, уставившись на голову саблезубого, висящую над камином. – Чей! Я убью эту тварь.

– Сейчас узнаем чей.

Я поднимался на второй этаж, там должен быть кабинет, а в нем бумаги, которые укажут личность хозяина. Сколько тут дверей! Я начал открывать все подряд: спальня, спальня, ванная, опять ванная, опять спальня, заперто. Я подергал дверь, она не открывалась. Я оттолкнулся от стены и с ускорением врезался в нее. Черт, под деревом скрывалась бронированная дверь. Точно кабинет. Я несколько раз выстрелил из револьвера, целясь в косяк, рядом с замком. Выстрелы в замкнутом пространстве сильно ударили по ушам, но гнев затмевал иные чувства.

– Сафари захотелось, твари? Я на вас самих охоту устрою!

Я вновь врезался в дверь, теперь поврежденный косяк поддался. Стол, бумаги. Фото: Мажор и еще один урод с винтовками в руках стоят одной ногой на теле саблезубого. Еще и улыбаются гниды! Так, стоп! С фото что-то не то. Точно: на фотографии серый саблезуб, а голова внизу рыжая. Молитесь уроды, чтобы непры вас раньше прикончили.

Я разбил фоторамку и положил фото в карман. Гнев мой немного утих, и я смог найти в кипе документов тот, что нужен мне.

– Хасоев Ильмах Эмиль-оглы. Да ты еще и чурка!

Тут я заметил по чему я хожу. Серая шкура. Я отпрыгнул, вставая на паркет, схватил шкуру и побежал с ней вниз. Сейчас мы тут такой погребальный костер устроим!

Мы с Кирой собрали в кучу на первом этаже всю деревянную мебель, все ковры, книги, короче говоря, все, что могло гореть. На вершине разместили шкуру и голову.

– Хорошей охоты, ребята, дичь мы скоро вам отправим.

Кира разожгла костёр, я добавил воздуха, чтобы лучше горело. Пламя взметнулось вверх, коптя потолок, хрустальная люстра запела в потоках воздуха…

А вот прерывать похоронный обряд не вежливо, даже если ты слонопотам. Видимо, я привлек его внимание, когда стрелял по двери, а теперь зверюга, проломив забор, хотя в двух метрах уже была дыра, неслась прямо на нас.

– В рассыпную!

Мы с Кирой прыгнули в разные стороны, в надежде, что тварь замешкается. Не тут-то было. Слонопотам, не сбавляя скорости, попёр на меня. Я перепрыгнул через забор, но тварь все равно следовала за мной. И в заборе появилась еще одна дыра.

– Отстань! Ты не в моём вкусе!

Я ударил слонопотама молнией, но где уж там. Магия тварей почти не берет. Меняем тактику. Убегать бессмысленно, значит, идем в атаку. Психологическую.

Я развернулся и побежал на него, прыгнул и, ухватившись за рог, повис возле морды твари. Монстр попытался раздавить меня, зажав между своим телом и головой, но я перепрыгнул ему на лоб. Вот теперь он остановился, покрутился, и вновь начал разбег. Да он же мной сейчас забор протаранит. Я выхватил револьвер, вставил его монстру в ухо и выстрелил. Дважды, для гарантии.

Тварь ткнулась мордой в землю, я упал и покатился по траве. Ну, хоть без полётов сегодня.

– И опять все интересное досталось тебе. – Вот и Кира подъехала.

– Веришь, нет, но я бы с радостью поделился. – Я отряхнулся и забрался в кабину. – Трогай!

– Есть, шеф!

Наконец-то, мы добрались до пункта охраны. Повсюду кровь, тела с перерезанным горлом, пахнет ужасно просто. Вот и пульт видеонаблюдения, к счастью, работает. Осталось разобраться.

Методом тыка определили назначение кнопок. Так, вот нужная камера, теперь ищем нужный момент. Перемотка назад, стоп, вот охранника еще нет, вперед, вперед, вот он идет, останавливается и падает, держась за горло. Снова назад, медленно, по кадрам вперед.

Вот оно! То, что я принял за дефект изображения, оказалось невидимым непром. Только небольшое искажение при движении выдавало его. Сложно поверить, но после трижды убитого некроманта, я ничему не удивляюсь. Стоит быть предельно осторожными.

Что ж, мы выяснили, как непрам удалось застать форпост врасплох. Сейчас растянем антенну и свяжемся с пятым форпостом, пусть знают об опасности.

– Форпост пять. Форпост пять. Вызывает Псих, как слышите?

– Слышим приемлемо. – Донесся из динамика голос, искаженный атмосферными помехами. – Как обстановка? Прием.

– Форпост три уничтожен, группа уничтожена, виллы на берегу уничтожены. Люди захвачены в плен. У противника замечены невидимки. Прием.

– Невидимки? – Не верит, судя по голосу. Он что, не понимает, что с таким не шутят? – Как это установлено? Прием.

– При просмотре записи с камер видеонаблюдения. Заметить можно только при движении и на близком расстоянии. Мы идем по следу полона. Конец связи.

– Удачи вам. – Донеслось из динамика, перед тем как я отключил рацию.

Все, теперь сворачиваемся и идем искать невольников.

След, оставленный многолюдной толпой, было трудно не заметить. Даже когда песчаный пляж сменился галечным, все равно, можно было идти по следу. То тут, то там попадались кусочки ткани, пуговицы, расческа, духи. Похоже, что кто-то оставил нам след из «хлебных крошек».

Галька сменилась валунами, пришлось покинуть машину и продолжить путь пешком. Хорошо, что на планете нет приливов. На мокрых камнях, давно бы голову расшиб. И так два раза чуть не упал. Как они тут людей вели?

Хотя, местами попадалась кровь. А вот и кто-то лежит. Я подошел поближе и увидел то, что некогда было красивой девушкой. Теперь же платье порвано, из тела вырваны куски плоти. За что её так? Осмотр показал, что девушка упала с камня и сломала ногу. Видимо, после этого непры отдали её на съедение гончим. Рациональные ребята, прямо фашисты.

Рядом с девушкой лежала сумочка. Я поднял её и заглянул внутрь. Там оказалась только губная помада и телефон. Вот кто оставлял нам «хлебные крошки», выходит, теперь будет сложнее отыскать похищенных.

Пока мы шли дальше, я размышлял о том, кем была та девушка. Одета стильно, но не броско, украшений минимум, губы не надуты ботексом, нет той кричащей роскоши вроде: «Эй, смотрите, я – богат!». Да и мышление другое, думала не только о себе, стараясь оставить подсказки, которые помогут спасти остальных. Эскорт-услуги с уклоном в телохранители? Скорее всего, так и есть.

Размышления о человеческих судьбах были прерваны каким-то не то стуком, не то щелканьем.

– Что это щелка…

– Сзади!

Еле успел увернуться, и жало огромного скорпиона пронеслось мимо моей головы. Скорпион снова попытался меня ужалить, но я схватил его за хвост и держал крепко, несмотря на попытки твари освободиться. Обе мои руки заняты, Кира не может стрелять, так как я стою на линии огня. Ну, он сам напросился. Я крутнулся на месте и приложил скорпиона о камень с размаху. Раздался треск хитина, тварь извернулась и попыталась достать меня клешнями. И я еще раз шваркнул скорпиона о камни. В панцире появилась видимая трещина, и теперь скорпион был между мной и Кирой, поэтому она спокойно всадила очередь ему в голову. Тварь издохла, но стала агонизировать, дергаясь еще сильнее, чем раньше. Я не стал дожидаться, когда она меня ужалит, а размахнулся и выбросил насекомое, да-да членистоногое, прочь.

– Фух, это что-то новенькое. Я таких не видела.

– А, по-моему, это был просто скорпион. Очень большой, да, но не измененный.

– Нам только измененных не хватало. Не люблю скорпионов.

– Я, вообще-то, тоже скорпион.

– Здесь земной гороскоп не работает. Здесь ты саблезубый тигр. Так что никуда ты от меня не денешься. – Еще и язык показывает вредина.

– Хулиганка!

– Сам такой!

Дальше мы шли, внимательно прислушиваясь. Если тут такие обычные скорпионы, то во что они превратятся после того, как над ними поработают непры? Даже и думать не хочу. Нечего им делать на нашем материке. Чего им вообще в своем мире не сиделось? Захватчики хреновы. Приперлись, понимаешь, а мне теперь по скалам ползать, ожидая, что они еще придумают. Всех поубиваю, к едрене фене.

Опять чуть не упал. Да, на двух ногах по камням неудобно, а на четырех лапах не получается. Задние куда длинней передних. Я как-то попробовал, так Кира полдня ухахатывалась, а потом еще две недели припоминала. Да неужели, пришли.

Впереди была небольшая, метров сто в высоту, гора. А в ней пещера, в неё-то и вели следы.

– Заходим. Как можно тише.

Через узкий проход мы попали в большой грот и притаились за камнем, чтобы осмотреться. Грот имел выход к морю, вода заполняла половину его площади, значит, лодки заплывали прямо сюда. Было темно, ночное зрение, конечно, у меня лучше, чем у человека, но невидимки… Может они отсюда ушли? Вижу клетки, в которых сидят люди, какие-то мешки, сундуки, а вот непров нигде не видать, как и тварей. Что же, подойдем поближе.

Когда мы приблизились достаточно, чтобы нас увидели, люди загомонили. Кто-то грозил всеми мыслимыми и немыслимыми карами, за то, что мы не уберегли его светлость от непров, кто-то просил помощи, воды, еды и так далее, нужное подчеркнуть. Лишь один паренек в поварском колпаке сказал то, что я хотел, а точнее очень не хотел, услышать.

– Невидимки здесь!

Черт бы их побрал. Неужели нельзя без них обойтись? Где же они?

Рядом хрустнул камешек, я обернулся и увидел мутный силуэт, замахивающийся на меня. Перехватил его руку, вторую, рядом защелкал винторез Киры. Несколько пуль попали по броне невидимки, урона не нанесли, но невидимость пропала, и я смог его осмотреть. Обычный непр, только одет в кожаную броню с кольчужными и металлическими вставками, вооружен не то кинжалами, не то стилетами. А еще он очень быстро двигался, отчего Кира не могла в него попасть.

Патовая ситуация. Руки непра я отпустить не могу, от Киры помощи не жди, ей самой помочь надо. Хотя, зачем мне руки?! Я вцепился клыками в горло непра, соленый вкус крови, хлынувшей из раны, пробудил звериные инстинкты, и я вырвал кусок плоти из шеи непра.

Кира перезаряжала винторез, и второй непр пошел в атаку. Я рванул с места, накачивая энергией символы скорости, и с разгона впечатал непра в стену грота. Убить не убил, но оглушил, после в упор разнес его голову из ВАЛа.

– Ну и шустрый гад. Был. – Кира подошла ко мне. – Ой, у тебя кровь.

– Это не моя…

– Что такое? – Киру насторожила моя пауза.

– Я от непра кусок откусил… И проглотил.

– Вкусно?

– Не знаю, не помню. Блин, тебе лишь бы пожрать.

– Да ну тебя.

– Эй! А ну-ка выпустили меня немедленно! – О, очнулись гаврики.

– Это кто там такой дерзкий? – Мои горящие глаза и окровавленная морда заставили людей отпрянуть. – Что ж ты им не дерзил? Язык в жопу и заткнулся, а как оказался в безопасности разкукарекался.

– Да я тебя в такую дыру законопачу, что ты там каждый день у параши кукарекать будешь!

Дурачок, не понимает, что Земля со всеми его «страшными знакомыми» осталась за тысячи парсек. Даже немного жаль его. Вру, не жаль. Он продолжал выкрикивать угрозы, но я не стал его слушать, а просто расхохотался.

– Смешно, смешно. – Проговорил я, вытирая несуществующие слезы смеха. – Петросян твоя фамилия? Все, дядя, вокзал уехал. Земля осталась далеко-о-о. И в данном случае ты просто придурок в клетке. Может мне тебя здесь оставить? Хотя нет, я тебя просто пристрелю, что бы не мучился. Уверен, никто тебя жалеть не будет. Ты ведь многих тут достал?

Как я и думал, никто за него не вступился. Может и вправду пристрелить мудака, а то будет гадости делать? Кстати, о мудаках.

– А где Хасоев и Мажор?

– Хасоева на лодку погрузили.

– А Мажор? Петя Пуговкин. – Пришлось пояснить, не все знают его позывной.

– Дестроера тоже забрали. – Да, сам он себя называет «Дестроером».

– Так, перед тем как вас выпустить, я должен узнать одну вещь. Вас просто посадили в клетки или перед этим что-то сделали? Поили или кормили чем-то, что-то рисовали или выжигали на коже?

– Всех заклеймили. – Сказал один парень и повернулся ко мне спиной, чтобы я мог увидеть клеймо у него на шее. – Это плохо?

– Очень. Когда на волка ставят такое клеймо, он превращается в адскую гончую.

– Мы тоже в монстров превратимся?

– Не хочу!

– Что делать?!

Да, зря я это сказал, теперь надо как-то панику унять.

– Тихо! Спокойно! – Да где уж там. Если стадо понесло, хрен его остановишь. Я достал револьвер и выстрелил вверх. – Тихо! Будем выпускать вас по одному и срезать клеймо. Может тогда пронесёт.

Всего в клетках оказалось шестьдесят два человека. На то чтобы всех освободить ушло почти четыре часа. После еще два часа пробирались по камням, а потом за пять рейсов переправили всех в поселок. Уже по темноте люди расходились по уцелевшим домам, а мы отъехали подальше от всего этого бедлама.

На следующий день похоронили убитых, привели в порядок один из домов. Все остальные провоняли трупным запахом так, что в них невозможно было находиться. Еще пара типов попробовала качать права, пришлось воспитывать. Одному сломал нос, другому – руку. Может, срастется правильно, и он не будет таким криворуким. Вот как можно было сломать молоток? Не ручку, а саму железку.

К вечеру послышался звук моторов. Сам Куратор прибыл во главе своей многочисленной армии. Ну и замечательно, теперь это его геморрой.


Глава 3

– Помнится мне, ты говорил, что у нас одиннадцать единиц бронетехники? – Мы зашли в штабную палатку.

– Ну?

– Гну! Знаешь, сколько я насчитал спорткаров?

– И сколько?

– Пятнадцать! И это только на одной вилле.

– И что с того?

– А еще у берега стоят три яхты. При этом у нас нет ни одного боевого корабля.

– И нафига они нам?

– У тебя в голове мозги или кю? Непры морем пришли, морем ушли, а мы ничего сделать не можем.

– Ну, иди, реквизируй и лови. Я-то тут при чем?

– Яхта, это конечно хорошо, но…

– Начинается…

– Надо ей вооружить, снимаем башню с танка, ставим на яхту, получаем крейсер. Или эсминец, или как его там…

– Какую башню с танка? Зенитки за глаза хватит.

– Если зенитки, то три.

– Одну!

– Три! Или я сейчас восстание подниму, скажу всем, что ты ресурсы на оборону зажимаешь и оружием приторговываешь.

– Две! И какое еще восстание? Какое оружие?

– Три! А восстание в самый раз будет. На Земле-то какой год? Семнадцатый. Г'еволюция, товаг'ищи, это вам не это!

– Две зенитки и миномет.

– Две зенитки, миномет и четыре КПВТ. Вот, у меня и чертежик имеется. – Я выложил на стол листок из блокнота.

– Это что за каракули? Что это за треугольник?

– Это. – Я повернул листок к себе. – Это корабль.

– А эти черточки?

– Это зенитки.

– А что ж ты мне про танковую башню втирал, если ты тут зенитки намалевал?

– Проси больше, получишь что надо. И еще б людей мне. Расчёты зениток, минометчик, снайпер, моторист и негр, который умрет первым.

– Какой негр?

– Который умрет первым.

– Всё! Пошел к черту! Мне некогда!

Некогда ему, можно подумать, я тут для себя стараюсь.

Яхту у владельца пришлось отбирать с боем. До чего же люди неблагодарные существа. Три дня назад умолял его из клетки, а теперь уперся. Как будто я в увеселительный круиз собрался. Пришлось предложить честный обмен: он отдает мне яхту, а я оставляю его в живых. Хотя если дела и дальше так пойдут, то я точно кого-нибудь пристрелю.

– Всё. Яхта реквизирована на нужды революции. И скажи спасибо, что обошлось без расстрела эксплуататоров.

Через два дня прибыли зенитки и прочее вооружение. И моя команда: восемь зенитчиков, минометчик, снайпер, моторист, радист и кок. Итого с нами пятнадцать человек.

– Пятнадцать человек на сундук мертвеца! Йо-хо-хо и бутылка рома! Айда, ребята, приведем это корыто в надлежащий вид.

Работа кипела, и постепенно пижонское судно становилось боевым кораблем. Белый цвет сменился серым, на носу и корме встали зенитки, миномет на верхней палубе, по два пулемета с каждого борта, а бассейн стал крюйт-камерой. Появились мачты с антеннами, пандус для УАЗа. Пока я не собирался брать машину, но в планах у меня сходить в разведку на другой материк, а там автомобиль пригодится. Еще я смешал пыль из магических кристаллов с краской и нанес изнутри на корпус символ защиты от огня и броне-символ.

– Что это ты тут делаешь?

Один из зенитчиков стоял с банкой краски на носу корабля, а секунду назад он висел, свесившись за борт.

– Ничего!

– Точно ничего? – Я качнулся в сторону и посмотрел, что же он там делал. – Чёрная Жимчужина? Через «Е», грамотей, исправляй.

Через полчаса я вернулся проверить, что же он там написал. Мать моя женщина, надеюсь со стрельбой у него лучше, чем с правописанием…

– Какая «жимчужена»? От слова «контужена»? Жемчужина! Сначала «Е», потом «И», а не наоборот! Якорь тебе в задницу!

С третьей попытки у него, всё же, вышло. Мы нашли три бутылки «Pernod-Ricard Perrier-Jouet». Две выпили, кислятина страшная, испортилось наверно, а одну разбили о борт. Бывший владелец яхты почему-то упал в обморок, как увидел это.


***

Говорят, что не бывает кошек зелёного цвета. Врут! Только на нашем корабле их целых две.

– ИК! Буэ. – Прощай, завтрак, передавай привет Посейдону. – Шампанское палёное, видимо. Буэ.

Морская наука познается быстро, так что теперь блюем только с подветренной стороны. Вот уж не думал, что окажусь подвержен морской болезни. И вроде волнение не большое, даже ветра почти нет, но вот…

Я снова перегнулся через борт, вызывая Ихтиандра, но тут почувствовал, что кто-то схватил меня за ноги. В следующую секунду я уже летел за борт.

– Стоп машина! Тревога! Капитан за бортом. – Командовала Кира, как будто это не она только что выкинула меня за борт.

И что на неё нашло? Кира размахнулась спасательным кругом и… Она точно меня убить решила. Круг конечно пробковый, но пробка, все равно, дерево, а получить в лоб тяжелой деревяшкой не очень-то приятно. Аж искры из глаз полетели.

– И зачем? – Спросил я, когда меня втянули на борт.

– Вылечить хотела. Подумала, может, получится, как с моей боязнью полетов.

Все ясно – это месть. Она же обещала придумать что-то поинтереснее. Я отряхнулся от воды, и капли полетели во все стороны.

– Эй, меня-то не надо мочить!

– Может тебя тоже искупать? Тебе же тоже не хорошо.

– Со мной всё в порядке! – По зеленой морде не скажешь. – Не подходи, укушу!

Я просто махнул рукой и пошел в каюту сушиться. Скучно на борту, вот и мается дурью, как-никак три дня уже ждем. Если сегодня непры не появятся, то пойдем к берегу, а то меня или утопят или что похуже.

До обеда не было ничего и никого, но ближе к вечеру впередсмотрящий что-то увидел.

– Воздух! Три цели!

Ура, хоть что-то. Я взял бинокль и поднес его к глазам.

– Это мега-нетопыри. – Сообщил я команде. – Плюются какой-то гадостью, так что близко не подпускаем. Зенитку не применяем, бьем из автоматов по крыльям. Как только твари окажутся в воде, они больше не опасны.

Снайпер решил повыделываться, и разнес башку твари с дальней дистанции.

– Молодец! Нарекаю тебя «Чингачгук». Сокращенно – Гук.

Ну не запоминаю я имена! Поэтому и раздаю всем клички. Так минометчик, который оказался еще и подрывником, стал Бабахом, радист – Морзе, а два зенитчика – Лёлек и Болек. Остальных пока звали «Эй, ты, иди сюда». Иногда с фамилией – «Эй, ты. Да, ты, который думает что не ты».

Твари попали под автоматный огонь и попадали в воду, истошно вопя. С воды они не взлетят, так что пусть барахтаются. А нам следует отправиться в ту сторону, откуда они прилетели. Они, явно, взлетели с корабля непров. До противоположного берега, более трёх тысяч километров.

– Приготовится к бою! Полный вперед! Курс на ост! Поднять «Весёлого Роджера»!

А вот флага у нас нет, хреновые из нас пираты. Что это было под водой?

– Кракен по правому борту! – Донесся голос впередсмотрящего.

Что? Опять? Я не хочу летать!

– У кого подствольники?

А подствольников-то и нет ни у кого. А тварь-то уже близко, ну и скорость у него под водой. Уже и щупальца тянет, пощупать хочет. И эта тварь побольше той, с которой я сталкивался на третьей АЗ.

– Гранаты в воду! Из автоматов не стрелять! Это бесполезно. Из зениток по телу, из пулеметов по щупальцам. Огонь!

Пули и снаряды вырвали куски плоти из тела твари, одно щупальце осталось плавать на поверхности воды, но сам монстр скрылся в глубине.

– Кира, командуй. А я за гранатометом.

Мой ГМ-94 и ВОГи остались в каюте, а как показала практика, это оружие эффективно против Кракена-Ктулху. Я спустился в каюту, забрал гранатомет и сумку с ВОГами. Удар по борту корабля от неожиданности сбил меня с ног. Я быстро поднялся и побежал на палубу.

На первый взгляд разрушений не было, но в щупальцах трепыхался Болек. Я прицелился из гранатомета в присоску и выстрелил. Старый прием сработал, щупальце в месте попадания измочалило, и Болек полетел в воду.

– Отсечь огнем тварь! Спасти матроса Болека!

Снаряды зенитки забили по воде, заставляя тварь вновь уйти на глубину. Пока установилось затишье, мы перезарядили все оружие и достали Болека из воды. А тварь не появлялась.

– Ушел?

– Нет, Болек, так легко ты от него не отделаешься. Ты ему понравился.

– А может, скормим Болека, и он от нас отстанет?

– Отставить ржач! Готовимся. Он нас в покое не оставит.

Удар в днище корабля показал, что я был прав. Все повалились на палубу, а из-за бортов показались щупальца гигантского осьминога. Все открыли огонь, не дожидаясь команды. Я подскочил к пулемету и стал перебивать очередями щупальца. Кира последовала моему примеру, и вскоре щупальца вновь скрылись под водой.

Я вглядывался в воду, ничего не видно, только чернильное пятно расплывается по поверхности воды. Тварь выскочила по ходу корабля и рухнула на нос. Корма ощутимо поднялась над водой, по палубе поехали плохо закрепленные предметы. Осьминог разинул пасть. Вот это мясорубка!

– Накормим яблочками гада! Гранаты в пасть!

В пасть твари полетели лимонки, а Лелек подскочил к зенитке и длинной очередью согнал монстра с корабля. Осьминог скрылся под водой, на этот раз окончательно. Всплывший пузырь от взрыва и покрасневшая вода не оставляли сомнений.

– А теперь объясним непрам, что не хорошо оставлять своих питомцев без присмотра.

– ДА!

Мы продолжили свой путь, готовясь к новому бою. Все орудия заряжены, ошметки твари выброшены в море, не хватало еще поскользнуться во время боя.

Солнышко светит, свежий ветерок, тихо урчат дизеля. Красота! Даже морская болезнь отступила.

– Корабль слева по борту!

И что там у нас? Я посмотрел в бинокль. Какой-то металлический обломок, которому придали обтекаемую форму, на верхней палубе непры, парусов нет, весел тоже. И как они двигаются? Я присмотрелся и увидел толстые канаты, ведущие от носа корабля вниз под воду. Надеюсь, их не еще один Кракен тянет?

– Как приблизимся. – Я подошел к Лелеку и Болеку. – Влепите перед их кораблем. Их кто-то тянет. – Теперь очередь снайпера. – А ты, Гук, отстреливай тех, кто в балахонах и с черными рожами. Других пока не трогай, мы их в плен возьмем.

Коротко рявкнула зенитка, перед кораблем непров всплыли кверху брюхом три крупные рыбы. Тут же забила ПТРС Чингачгука.

– На абордаж! Покажем этим сухопутным крысам, кто на море хозяин!

И как только мы поравнялись, я первым прыгнул на палубу корабля непров. Один особо борзый непр попытался схватить какую-то железку, но я ударил его молнией и показал кулак. Магов обычные непры боялись, потому сразу притихли. Я оставил их под наблюдением двух матросов, а мы с Кирой спустились на нижнюю палубу, через открытый люк.

Внизу жутко воняло, монстры в клетках набрасывались на решетки, стараясь разогнуть прутья. Сложно представить, что раньше это было человеком. Кожа стала напоминать чешую, ногти на руках превратились в длинные костяные шипы, безгубый рот пугал тонкими острыми зубами. У некоторых можно было увидеть рога на голове, шипы на спине или и то, и другое разом.

– Привет, Мажор. – В таком плаще может ходить только он. Имидж – всё, жара – ничто. – Как дела?

Тварь начала расшатывать решетку, пытаясь добраться до меня.

– А где твой друг? У меня к вам есть одно важное дело. Но сначала надо вернуть тебе человеческий облик, а то так не интересно.

Тварь взвыла, следом за ней стали выть другие. Находиться внизу стало невыносимо. Я мельком оглядел имущество непров: книги, клейма, кристаллы, и пошел наверх.

– Цепляем это корыто и идем домой!

Надеюсь, не заблудимся, штурмана-то у нас нет.


***

И все-таки мы заблудились, вышли к берегу, но увидели не песок, а скалы. Пришлось идти вдоль берега на юг. После двух часов хода показался поселок. Виллы разобрали по камешку, а на их месте вырастал форт. Повсюду суетились люди, машины везли бревна для стены.

Стена представляла собой кирпичные башни с бревнами в промежутках. Несколько башен уже были готовы, и на их вершинах можно было увидеть КПВТ или АГС. Шустро они. Как говорится: «Хочешь жить – умей вертеться».

К берегу подходили очень осторожно, не хватало еще сесть на мель. Когда до берега оставалось метров пятьдесят, в нашу сторону направился катер. Куратор явился. Любопытный.

– Что за корыто? – Он из принципа не здоровается?

– Сам ты корыто! Мы на нашей «Чёрной Жемчужине» победили самого Кракена! А ты, за неуважение к моему кораблю сейчас отправишься кормить акул! Амёба сухопутная!

– А если серьезно?

– А если серьезно, то я несколько дней ни над кем не издевался, терпи!

– То есть над ними. – Он обвел рукой мою команду. – Ты не подшучиваешь?

– Нет! Мне с ними еще жить и ходить по морям, грабить корабли и захватывать портовые городки!

– А я?

– А ты начальство, тебя нельзя не подкалывать. Забирай пленных. Может, что выведаешь.

– Пленные?

– Ага. На том корыте на палубе пленные непры. Не маги, а обычные. А внизу клетки со снорками и кровососами.

– С кем?

– Люди там бывшие. Валить я их не стал, они, все равно, в клетках. Можно попробовать срезать клеймо, вдруг снова людьми станут. С адскими гончими же вышло.

– И со слонопотамом.

– Да? А про него ты мне не говорил. Все, забирай это корыто и вали отсюда. Я отдохнуть хочу. – Я повернулся к своей команде. – Парни, вы все отлично потрудились, ну а теперь, все на берег! По кабакам и борделям! А подожди, вот еще что. – Я остановил Куратора, собравшегося перейти на борт катера.

– Что?

– Каперское свидетельство выпиши, а то тормознет рыбнадзор, а у меня из документов только усы, лапы и хвост. Оштрафуют.

– Да ну тебя…

– И где моя мороженка?

– Какая еще мороженка?

– Помнишь, как я из-за тебя мороженое уронил? Ты мне так и не компенсировал.

– Знаешь что? Иди-ка ты к черту.


Глава 4

Три дня нам никто не мешал. Команда на берегу, Куратор там же. Но всё хорошее заканчивается. Обычно раньше, чем хотелось. Началась подготовка к походу на второй материк: грузили боеприпасы, топливо, воду, провизию. Взяли на борт два гидроцикла, может быть пригодятся, и УАЗ. Пока его грузили, сначала чуть не посадили корабль на мель, а потом чуть не утопили машину. Боюсь представить, как мы будем выгружать его по прибытию.

А еще, поскольку корабли непров были металлическими, мы содрали с другой яхты радар и поставили его на наш корабль. Теперь о приближении непров мы узнаем заранее. Вообще, их корабль выглядел, как будто бы его сделали из обломка большего корабля: внутри находились переборки, в которых когда-то были двери. Хотя, если брать во внимание нашу находку в горах, это мог быть обломок не обычного корабля, а космического, очень уж легким и прочным оказался металл корпуса.

Стоит сказать, что непры подкинули еще загадок. Как выяснилось при вскрытии непров воинов и ассасинов, это те невидимки, они отличались от обычных непров, захваченных нами вместе с кораблем. Отличия внешне были почти не заметны: цвет кожи, форма ушей и глаз, а вот внутренние. Например, рёбра воинов срослись, образуя прочный панцирь вроде черепашьего, а ассасины имели другое строение ног, позволяющее им совершать молниеносные рывки. И еще и те и другие не имели половых органов, в отличие от непров магов и обычных. И за все время мы не видели ни одной женщины-непра.

Всё это мне поведал Куратор, когда пришел выгонять нас в море. Мол, мы тут дурака валяем, пока все вкалывают. Да что бы он без нас делал! Ну и хрен с ним, собственно, мне его рожа тоже надоела, а посмотреть, что на том берегу, хочется. Выходим в море!

– Отдать носовые и кормовые! Поднять якорь! Паруса! Поднять! – Ну, подумаешь, нет у нас парусов, а какая разница.

– Поднять «Безумного Роджера». – Прозвучал чей-то голос.

Безумного? Я посмотрел на вершину мачты. Вот засранцы! На мачте развевалось черное полотнище с белыми костями и черепом. Саблезубым черепом.


***

– Из-за острова на стрежень, на простор речной волны! Выплывают расписныя острогрудыя чялны! На переднем Стенька Разин со своей младой княжной! Он за борт её бросает! Опца-дрица! Ой-ой-ой!

Кажется, если я не прекращу петь, то за борт выкинут меня. Но что еще делать? Двое суток позади, двое впереди, идем крейсерским экономичным ходом в двадцать узлов. Ничего не происходит. НИ-ЧЕ-ГО! Горизонт чист, экран радара пуст. Вот и пою, а что слуха нет, так зато громко.

– Бешеный ветер рвет…

– Хватит! – Да у нас тут бунт! Ну, Гук, погоди. – Уши вянут уже.

– Скучно! Сам знаешь.

– Скучно ему. В трюме крысы бегают, а на корабле два кошака скучают.

– Пари! Если поймаю крысу, то пою, сколько захочу!

– Повышаю ставки! Если съешь, то я с тобой дуэтом спою.

– Лелек, разбей. – Ну-ну, Гук, никто тебя за язык не тянул.

Я спустился в трюм, и вправду, крысиным пометом пахнет. Вместе с яхтой притащили что ли? Шуршат по углам. Редиски. Мне за ними гонятся не с руки, размеры слишком разные, в щели я за ними не пролезу, а стрелять – неспортивно. Значит, будем лупить молниями.

– Этот корабль слишком мал для нас двоих. – Я выставил указательные пальцы, изображая револьверы, и пошел по трюму, широко расставив ноги, подражая ковбоям в вестернах. – Бах! – Первый грызун, не вовремя вылезший из укрытия, пал, пораженный молнией.

Разговор шел об одной крысе, но мне понравилось. Да и не люблю я этих голохвостых вредителей. То, что они съедают, это каплю в море, не жалко. Но вот, то, что они гадят там, где едят, совсем как люди, бесит жутко. За следующие пятнадцать минут еще три крысы попали под удар. Теперь хватит. Я забрал всех грызунов и пошел на палубу.

– Что? Не вышло? – Я держал крыс за хвосты рукой, заведенной за спину, и Гук их не видел. – Ну, зато тихо будет.

– Будешь? – Я сунул пучок грызунов под нос нашему снайперу. – Я с запасом взял.

– Ты еще должен их съесть.

– Да легко! – Я взял одну крысу в пасть и откусил ей голову. – Точно не хочешь? Ну, как знаешь. – Я вытряхнул за борт внутренности и закинул в рот оставшуюся тушку, а хвост втянул, как макаронину.

– ФУ! – Гука перекосило.

– Сам ты фу! Мясо же! Рыба уже надоела.

– Это кому моя рыба надоела? – Сзади приближалась Кира с удочкой. Весь путь она развлекалась рыбной ловлей, а весь улов шел на камбуз, чтобы не тратить свои продукты. Рыба здесь вкусная, не отравленная химикалиями, но не двое же суток подряд.

– Мне надоела. Мяса хочу, я же не дельфин.

– Я тоже хочу, но оно про запас.

– А я нашел то, которое не про запас. – Я протянул одну крысу Кире. – Будешь?

– Давай.

– Да вы что? Издеваетесь? – Гука еще сильнее перекосило, когда Кира отгрызла голову крысе.

– Зря ты отказываешься, вкусно же! А если ты съешь крысу, то тебе не придется петь со мной дуэтом. Можешь даже приготовить.

Гук усиленно замотал головой. Зря он так, его же укачает, вон позеленел уже. Придется выбросить оставшихся за борт. Я размахнулся и почти уже выбросил их, но Кира схватила меня за руку.

– Если сам не будешь, мне отдай. – Она забрала оставшиеся тушки и направилась на корму продолжать рыбачить.

Гук позеленел еще сильнее, рванул к борту и, перегнувшись через него, отправил свой завтрак к Посейдону.

– Вы оба психи!

– Псих только он. – Донесся с кормы голос Киры.

– Гук, слушай мою команду! Песню! Запе-вай! Дайте ром! Хой! Хой!

Теперь мы пели на два голоса. А куда ему деваться, спор есть спор. Перепели все песни на морскую тему, которые я знал. В конце концов, Гук охрип, а в одиночку уже не интересно. Отложим на завтра, надеюсь, голос к нему вернется. Начинало темнеть, а ночная вахта сегодня не моя, так что я отправился в каюту.

Среди ночи меня разбудил стук в дверь.

– Да?

– Псих, на радаре отметка, в тридцати милях, приближается.

– Иду.

Я встал и начал собираться. В обязательном порядке разбудил Киру, а то опять будет ворчать, что все интересное прошло мимо неё. А в том, что будет интересно, я уверен. До берега далеко, значит, это точно непры плывут.

– Далеко еще? – Я спросил у несущего ночную вахту Бабаха.

– Двадцать миль.

– Объявляй тревогу.

Несколько раз взвыл ревун, команда забегала по палубе, зенитчики занимали места у орудий, заряжали и проверяли их.

– Ночью из миномета попадешь по кораблю?

– Да я по спичечному коробку попаду!

– Ну-ну, хвастун. Иди к бабахалке своей. Как приблизимся одну мину перед кораблем, одну на палубу. Потом сюда вернешься.

Снарядов к зенитке мы потратили уже много, а из миномета еще ни разу не стреляли, так что пусть Бабах постреляет, пленные нам не нужны, девать их не куда, а палуба у прошлого их корыта была толстая, такую легкой осколочной миной не взять, значит ценности не пострадают. А у штурвала я сам постою.

Я перекинул рукоятку регулятора оборотов в крайнее положение, дизеля зарычали и корабль рванул вперёд, набирая свои тридцать пять узлов полного хода. Очень шустрый кораблик нам достался. Корабль непров стал виден невооруженным глазом, я выкрутил штурвал, разворачивая корабль, и сбросил обороты, уравнивая скорость.

Тут же наверху один за другим прозвучало два хлопка, и мины со свистом обрушились на вражеское судно.

Бабах вернулся к штурвалу, а я пошел на палубу, готовиться к абордажу.

– Приготовить кошки!

– Кошка готова!

– Да не ты, а абордажные кошки.

Корабли сближались, на палубе вражеского корабля живых не наблюдалось, что не удивительно после близкого разрыва мины. Кошки полетели, цепляясь за борт корабля непров, теперь никуда он не денется. Я перепрыгнул на палубу, следом Кира. Тут раздался громкий хлопок, и меня словно кувалдой в плечо ударило. Даже в глазах от боли потемнело. Неужели у непров и огнестрельное оружие есть?

Пока я приходил в себя от попадания, Кира пристрелила стрелка и уже обыскивала его.

– Смотри. – Она протянула мне вполне себе обычный пистолет.

Я забрал находку и повертел в руках, осматривая со всех сторон. Фух, оружие делать они не научились, это – трофей. В руках я держал никелированный Кольт 1911 с накладками из слоновой кости и гравировкой «Destroyer. Лучшему охотнику». Сам же себе и вручил. Как же, лучший он. С его-то тремя упущенными тварями и потерями гражданских в размере тридцати человек. Отобрали злые непры у мальчишки любимую игрушку.

А вообще, хорошо, что у него сорока пятый, патрон-то мощный, но пробивающее действие так себе. Был бы парабеллум – быть мне дырявым.

Больше живых на палубе не оказалось, и мы отправились вниз. Внизу, как и на первом корабле, стояли клетки. Только теперь в них были не люди, а гончие и один бронезавр. И два каких-то новых страшилища.

Я подошел ближе, чтобы рассмотреть монстров, но один из них посмотрел на меня, а потом просипел:

– Псих, помоги…

Ёкарный бабай, это же Шах и Лиса. В них с трудом можно было узнать саблезубых. Верхние клыки стали еще больше, нижние тоже удлинились и теперь торчали над верхней челюстью, шерсть приобрела черный цвет, из спины торчали костяные шипы, когти на руках превратились в длинные лезвия. А еще они были в колодках. Видимо, трансформация прошла не так, как рассчитывали непры, и Шах с Лисой им не подчинялись.

Я открыл клетку и попытался снять колодки. Они казались цельными, как же их надели? Нож их не брал, сломать рывком тоже не получалось.

– Они блокируют магию. – Прохрипел Шах.

Из револьвера стрелять нельзя – оглохнем все, поэтому я приставил глушитель автомата к колодке и высадил в нее весь магазин, проводя линию от руки к голове. Еще один магазин – еще одна линия. Теперь можно попытаться сломать. Я вернулся на палубу, подобрал чей-то меч и заодно предупредил ребят, чтобы не пугались, когда появятся Шах и Лиса.

Пока я ходил наверх, Кира проперфорировала вторую колодку. Я вставил клинок в щели и провернул его. Раздался хруст, и колодка развалилась на две части. Её участь постигла и вторую. На ногах у пленников оказались кандалы, но они был закрыты простым штырем, который я без проблем вытащил. После этого мы, срезав с загривков бывших узников клеймо, отправились на борт «Черной Жемчужины».

Несмотря на предупреждение, некоторые все же шарахнулись при виде Шаха и Лисы, а кое-кто даже схватился за оружие.

– Спокойно, это свои! Просто приболели, грипп – сами должны понимать – штука опасная, бывают осложнения. – Простенькая шутка разрядила обстановку, и парни опустили оружие. – Всё ценное, что не прикручено забрать, что прикручено – открутить и забрать. Корыто пусть болтается, нечего снаряды тратить. – Есть у меня сомнения, что 23 мм снаряд возьмет эту дуру.

Мы отвели пострадавших в свободную каюту. Пусть поспят в нормальной обстановке, сон – лучшее лекарство. Из-за шипов придется им спать на животе, ну да это все равно лучше, чем в колодках. А еще различить их можно было только по голосу – выглядели они совершенно одинаково.

Мы с Кирой дремали по очереди, приглядывая за больными, никто не знает, как протекает обратная трансформация у саблезубых. Но, к счастью, ночь прошла спокойно, а утром уже были заметны изменения: костяные наросты немного уменьшились, нижние клыки больше не выступали наружу, и теперь можно было отличить Лису от Шаха.

– Нахал! – Звонкая пощечина показала, что не стоило долго задерживать взгляд на… кхм… «отличиях». – Ой! Прости, я не хотела.

Не хотела, но влепила, еще и поцарапала когтями-лезвиями. Никогда не понимал женщин.

– Проехали. Можете что-нибудь рассказать о том, что с вами было?

По их спутанному, сбивчивому рассказу было видно, что они еще не отошли от воздействия на психику, но в целом картина складывалась. Непры напали рано утром, на рассвете. Есть у них такая черта – ночью они не воюют. Два слонопотама ворвались в город, ломая заграждения, открывая тем самым дорогу гончим, которые группами по три-четыре особи рвали защитников поодиночке. Подошедшую бронетехнику подрывали маги, а особо упорные огневые точки внезапно замолкали, как мы уже знаем из-за невидимок. В какой-то момент группа Шаха разделилась, и Лику и Мику он больше не видел. Когда я рассказал, что нашел их мертвыми, Лиса не сдержалась и заплакала, а Шах громко и зло зарычал. После появления магов, люди закрепились на центральной площади и держались какое-то время. Но несколько альфа-гончих проскочили по крышам и устроили резню в рядах защитников города. Оставшиеся целыми БТР развернули башни и из крупнокалиберных пулеметов ударили по альфам, не жалея и своих, попавших по огонь. Ситуация вновь стабилизировалась, и, хотя патронов оставалось мало, у людей появилась надежда на спасение.

Остатки гарнизона сопротивлялись, пока не появился какой-то маг. Он отличался от своих коллег красным балахоном и длинным посохом. Маг взмахнул посохом, и люди начали цепенеть, выходит, тату-антипаралич – не панацея. Шах и Лиса остались одни, но, вопреки их ожиданиям, их не убили, а пытались захватить в плен, потеряв нескольких гончих и двух магов. В конце концов, из ниоткуда появилась сеть и опутала их, после чего они получили удар по голове и потеряли сознание.

Очнулись они в пещере. Вокруг стояли клетки с людьми. Маги хватали их по одному и клеймили. Саблезубым перед клеймлением зажали нос и влили в рот какую-то жидкость. От странного питья у них сразу закружилась голова, а тело словно налилось свинцом. После клеймления их занесли на корабль и бросили в клетку. Повторно они очнулись уже в колодках в темном помещении. Изредка к ним приходил маг в красном, который водил руками, что-то бормоча, и еще один непр, приносящий раз в день воду и мясо. Мясо оказалось человеческим: руки с наманикюренными ногтями, куски кожи с татуировками, поэтому к нему они не притрагивались, пили только воду, но после воды они теряли сознание, а когда приходили в себя, тарелки оказывались пустыми. Тогда они стали отказываться и от воды, но их стали поить насильно. Сознание возвращалось к ним всё реже, и в прошлый раз они очнулись уже на корабле, когда прозвучал взрыв на палубе.

Вот такая канитель твориться. Чем дальше в лес, тем толще партизаны. Мага в красном надо мочить, как только увидим, нахер мне такое счастье.

Кира осталась в каюте, а я пошел посмотреть, что вчера удалось утащить с вражеского корабля. На палубе в беспорядке были расставлены сундуки с книгами и кристаллами, а команда щеголяла новыми тесаками в ножнах.

– И зачем они вам? Кто фехтовать умеет?

– А что тут уметь? Махнул и голова с плеч!

– Твоя. Потому что непры явно лучше умеют махать железяками, а наше преимущество в огнестрельном оружии. Как ни крути, но автомат быстрее меча и более дальнобойный, чем фаербол.

– Да пока до автомата…

Я схватил свой ВАЛ, висящий по-караульному, и направил на говорившего.

– Ты труп, а твой меч все еще в ножнах. Не лишай сам себя преимущества. У непров куда больше ресурсов, чем у нас, не стоит давать им шанс убить тебя. И смените уже стволы. Пятеркой только ёжиков гонять.

– А как же катана?

– Катана – дрянная японская копия дрянного испанского меча, сделанная из хреновой японской руды, криворукими японскими кузнецами. Не верь Голливуду.

Может, я немного предвзят, но холодное оружие я недолюбливаю. Исключение сделал только для мачете, но оно скорее инструмент.

Петь, после истории Шаха и Лисы, было бы не уместно, пойду посплю, а потом сменю Киру у постели больных.


***

Утром следующего дня мы вышли к берегу материка. Никаких признаков непров не было, поэтому мы кинули монетку, и, по результатам броска, отправились на север. Прошли около сотни миль, ничего не нашли и развернулись. Почти стемнело, когда радар засек отметки возле берега.

Когда мы приблизились, пред нашим взором предстал целый порт: пирсы, домики-склады и пять кораблей. Под покровом темноты мы приблизились и обстреляли порт из всех орудий.

Ночное нападение посеяло панику в рядах непров. Гук методично отстреливал магов, сорвавшиеся твари рвали своих бывших хозяев, зенитки разносили домики в щепку, а Бабах точными попаданиями превращал любое маломальское скопление непров в колбасный фарш. Парни знатно оттянулись, мстя за третий форпост, даже Шах с Лисой вышли посмотреть на этот праздник смерти.

Порт непров полыхал всю ночь, даже когда мы вышли утром осмотреть поле боя, кое-где полыхали огни. Полезного в лагере не осталось практически ничего, все было расколото, разрушено, размолото взрывами и снарядами. Только корабли у причала покачивались на волнах, но они были пусты, представляя ценность только в качестве металлолома. Если будет возможность, заберем.

Мы выбрали подходящее местечко, подогнали «Черную Жемчужину» кормой к берегу и выгрузили УАЗ.

– Внимание! Собираю рейд на босса! Состав: два мага, лучник. – Я показал на Гука. – Дамагер – Бабах. – И хил. Где хил, сцуко?! Нету? Ну и черт с ним, пойдем без хила. Остальным лутать порт.


Глава 5

Пока команда шерстила порт в поисках чего-либо уцелевшего, мы загрузили все необходимое и отправились искать основной лагерь. Впрочем, что его искать? Корабли от портала доставляли волоком, и они оставили хороший след на песке.

Окружающий пейзаж был весьма однообразен: песок, песок, а еще песок и, конечно, песок. Уже в первые пять минут езды материк получил звание «самый большой кошачий туалет». Казалось, что кроме песка, здесь нет ничего. Ни деревьев, ни животных, ни скал, ни рек, ни каких-либо строений. Одни только барханы, барханы, сколько охватывал взгляд.

Чем непры тут питаются? Все тащат через портал? Если так, то когда он открывается? Как обычно ровно в астрономический полдень? Похоже у них фетиш на зенит светила. Как говориться: «стоит не только солнце». Извращенцы.

Хотя, когда мы с Кирой были на их планете, то солнца не было видно за плотными тучами. Похоже, у них и вправду бзик. Как бы то ни было, мы неспешно катили по пустыне, следуя по змеящемуся следу. Песчинки шелестели под широкими колесами, довольно урчал сытым зверем двигателем, а мы крутили головами во все стороны, чтобы не упустить ничего важного.

– Вон, впереди что-то есть. – Зоркий индеец Чингачгук первым заметил чужеродный объект.

Я остановил машину и поднес к глазам бинокль. Кораблик. И непры в упряжке. Колеса они из принципа не используют? Вот я буду ржать, если внутри корабля едут слонопотамы, а непры их тащат. Хотя в такой корабль слонопотам не поместится.

– Ни магов, ни тварей. С ходу возьмем, или поосторожничаем?

– Сходу! – Киру можно было даже не спрашивать, и так понятно.

– Лучше осторожно. – От снайпера я ничего другого и не ждал. Решающий голос за Бабахом.

– Воздерживаюсь. – Да, подложил он мне свинью. Хотя я его понимаю, для миномета здесь целей нет.

– Значит с ходу, но тихо и осторожно. Гук, бери мой ВАЛ, не будем шуметь, вдруг еще кто-то рядом. Погнали.

Я начал разгон, Кира и Гук высунулись из окон и приготовились стрелять. Как только мы достаточно приблизились, они открыли огонь. Когда мы подъезжали к кораблю, живых вокруг него уже не было.

– Мазила. – Кире не смогла не поддеть Гука.

– Оружие не знакомое, пули круто идут.

– Придумывай отговорки, придумывай. Скажи еще, что это из-за того что ты сидел дальше.

Гук замолчал, правильно, спорить с Кирой, что на потолок плевать.

Мы остановились около корабля, я забрал свой автомат и вышел из машины. Непры лежали неподвижно, было тихо, но я все равно был настороже. Вроде чисто, я запрыгнул на борт корабля, и тут тоже чисто. Тогда я пошел вниз. Гончие, сидевшие в клетках, зарычали при моем появлении. Вот это юмор, твари едут, непры везут. Оставлять их нельзя, а тратить патроны жалко, поэтому я взял из кучи хлама меч и стал тыкать им в тварей. Нет, я ни разу не мечник. Я плюнул, выбросил железяку и перестрелял гончих.

– Тебя там не съели часом? – Спросила Кира, когда я показался из люка.

– Не дождешься! Нет здесь ничего интересного.

– Может заминировать? – Раздался голос Бабаха. Ну да, он остался не у дел. Я вел машину, Кира и Гук стреляли. Ему осталось только смотреть.

– Чем минировать собрался?

– Да просто лимонки под тела засунуть. Перевернут, и привет.

– Действуй, но без фанатизма. Гранаты могут пригодиться.

Пока Бабах предавался любимому делу, мы с Кирой зарядили опустевшие магазины. Как-то мало патронов остается. Цинк почти закончился, остался еще один. На этом все. Если Куратор не запустит патронный цех, то придется менять оружие. Или переделывать пятерку в девятку.

Бабах закончил свое черное дело, и мы продолжили путь. Неужели они не могут перенести портал поближе к морю? Зачем тащить корабль через полпустыни? Похоже, что у них «проблемы непров шерифа не волнуют». Маги у них ленивые и заносчивые, а обычные непры считаются даже не вторым сортом, а хуже тварей. А может быть порталы стационарные, как на первом материке. У них, правда, есть маги, которые могут создавать порталы сами, но, видимо, они очень редки. И хорошо, как вспомню того деда некроманта, так шерсть дыбом. Скотина такая, только с третьего раза сдох.

Когда солнце застыло в верхней точке, до меня донёсся отголосок открытия портала. Очень далеко, больше сотни километров. И, похоже, я прав насчет фетиша непров.

Примерно на половине пути между берегом и точкой открытия портала, перед нашими глазами предстало неказистое серое здание. На первый взгляд никого нет. Мы подъехали ближе и убедились в этом. Похоже, здесь ночуют сухопутные бурлаки. Середина пути.

В здании обнаружились запасы воды и мяса. Мясо было в каких-то ящиках, испещренных разными символами. Судя по тому, что в ящиках было холодно, это нечто вроде магического холодильника. А вот мясо, подозрительно напоминало человеческое. Или быть может, непрское. Воду тоже пить не стоит, но вот на анализ я бутылочку набрал. Главное потом из нее случайно не выпить.

После стоянки нам попался еще один «корабль пустыни», который также был атакован нами. В нем оказалось все то же самое, что и в предыдущем.

Когда мы почти доехали до того места, где, как мне казалось, был портал, я свернул с дороги и заехал за бархан, так чтобы нас не было видно с дороги.

– Вы остаетесь тут. – Сказал я Гуку и Бабаху. – А мы на разведку. Если что позовем. – Я достал из бардачка карманную рацию и повесил на пояс.

Всё-таки мы будем куда как незаметнее, чем они. Шерсть песчаного цвета, да и камуфляж от солнца и многочисленных стирок потерял цвет и из лесного стал пустынным.

Мы пошли налегке, все-таки мы только посмотреть идем. В случае чего убежим, а ребята нас подберут. Когда мы поднялись на вершину бархана, стала видна башня. Высокая, метров тридцать, какого цвета она была неизвестно, но за многие года местное светило окрасило её в белый цвет. Эта башня не производила впечатления крепостной башни, а скорее авиа-диспетчерской. Её венчала широкая восьмиугольная площадка, накрытая крышей, держащейся на тонких трубках по углам. Если представить, что там были стекла, то точь-в-точь диспетчерская вышка аэропорта. Или космодрома.

Мы забрались на вершину очередного бархана, с которого открылся вид на весь лагерь непров, и принялись наблюдать. Обосновались непры основательно. Вокруг лагеря шла трёхметровая каменная стена, на которой светились магические символы. По углам на два метра над стеной возвышались башни, на которых дежурили маги. Вдоль стены, как изнутри, так и снаружи, бегали мои любимые собачки. Целых три адских альфы. За периметром теснились строения, собранные из разного металлического хлама: несколько навесов, под некоторыми из них стояли корабли, домики разных размеров для магов и обычных непров, загоны для тварей. В центре лагеря возвышалось кольцо десятиметрового диаметра, видимо, это и есть портал. Материал кольца оставался для меня загадкой, он был серого цвета, но не блестел, как металл, а был похож на пластик. Вот только откуда пластик у непров. Металл понятно: остался после эпохи, когда они шли по техническому пути, но пластик за многие годы должен был разложиться.

Очень угнетал тот факт, что в лагере было чересчур много магов. Я насчитал около пяти десятков, а это только те, что снаружи, причем в их числе было пятеро магов в красном.

– Кира, приведи Бабаха, только тихо. Пусть посмотрит, прикинет куда стрелять.

Кира кивнула и сползла вниз с бархана. Я же продолжил наблюдать. Лагерь жил, словно большой муравейник. Непры сновали туда-сюда, выходили и заходили из одного здания в другое. На первый взгляд, никакой системы в их передвижениях не было, но я все-таки надеялся её обнаружить.

Сзади раздались шаги. Я бросил быстрый взгляд за спину, Бабах идет. Я повернулся к нему и показал жестом, чтобы не шумел. Бабах сделал виноватое лицо, но шаги тише не стали. Хотя, для человека, он идет достаточно тихо. Я-то в берцах куда громче топал, не сравнить с тем, что сейчас.

– Что тут? – Бабах вполз на вершину бархана.

– Весь этот лагерь, кроме белой башни и вон той круглой фигни, надо будет сравнять с землей.

– Когда? – Бабах забрал у меня бинокль и теперь разглядывал лагерь.

– Завтра, как стемнеет.

– А почему так поздно?

– Хочу посмотреть, как портал работает. Я таких еще не видел.

Бабах еще полчаса рассматривал лагерь, потом достал блокнот и стал что-то в нем черкать, бормоча под нос. Когда он ушел, мы продолжили наблюдение за лагерем. Я наметил одного непра и проследил его маршрут. Потом проследил за несколькими другими непрами. Все они двигались по одному маршруту, посещая все здания одно за другим в каком-то странном порядке. Что бы их движения ни значили, но как только стемнело, вся беготня прекратилась.

Солнце село и стало гораздо прохладнее. На берегу это было не так заметно. Появившийся ветер перебирал шерсть на загривке и неприятно холодил. Пришлось возвращаться в машину.

Еще до рассвета мы вновь заняли места на наблюдательном пункте. Лагерь оживал, непры двинулись по привычному для них маршруту, маги заняли свои места на башнях. Очень интересно, я не заметил когда они ушли, надо будет начать штурм позже.

Ближе к полудню наметилось движение возле портала. К порталу начали стягиваться маги с кристаллами в руках. Я внимательно запоминал их действия. В общем-то, ничего сложного не было, в кольце имелось четыре ниши, и непры просто поставили в них кристаллы в порядке: левый нижний, правый верхний, левый верхний, правый нижний. Портал начал светится, сначала тусклый, он постепенно набирал яркость, и через десять минут с начала ритуала засветился очень ярко, мигнул, и пространство внутри кольца затянула серая пленка. Через несколько секунд из портала появились непры-бурлаки, а за ними нос очередного корабля. Когда корабль полностью вышел из портала, маги убрали кристаллы из ниш одновременно.

После раздачи волшебных пенделей непрам, маги вернулись к своим делам, а бурлаки потащили свою ношу по пути к морю. Дождавшись, когда они достаточно удалятся от лагеря, мы двинулись им вслед, и еще один мертвый караван украсил волок.

Теперь осталось только дождаться темноты.


***

Под покровом ночи мы занимали места. Бабах остался с машиной, миномет он установил прямо в кузове, если что-то пойдет не так, то он сможет нас забрать. Гук со своим слонобоем ушел на южную сторону лагеря. Пожалуй, ему сегодня придется тяжелее всех – ночного прицела у него не было. Нам-то он не нужен, а Бабах рассчитал все еще при свете дня.

Маги на башнях покинули свои посты и направились в домики. Странно у них ведется караульная служба. Сказывается, что маги считают себя «элитой элит» и не утруждают себя ночным бдением. Ну, мы не гордые, мы и ночью побегаем, зато потом днем выспимся, а эти болваны сегодня уснут навечно.

– Начали. – Сказал я в рацию, когда прошло полчаса с тех пор, как последний непр скрылся в здании.

На западе хлопнуло, и первая мина со свистом обрушилась на лагерь. Над стеной мигнул синий купол, и мина взорвалась в воздухе. Я уже хотел командовать отбой, но вторая мина пробила барьер и взорвалась посреди скопления домов, обрушивая их хлипкие стены.

С юга забила винтовка Гука, убивая адских гончих, которые остались снаружи стены. Мины теперь сыпались одна за другой, местами разгорался пожар. Сквозь звуки разрывов и крики боли послышался рык адской альфы. Тварь перемахнула через стену, но пуля противотанковой винтовки в затылок упокоила монстра.

Лагерь уже был основательно перепахан, поэтому я скомандовал Бабаху отбой. Теперь наша очередь. Мы перемахнули через забор и двинулись по лагерю, держась тени и добивая редких уцелевших, которых было всего ничего.

Без особых помех мы подошли к башне. Я дернул дверь. Заперто. Дверь выглядела мощно и солидно, такую только взрывчаткой открывать. Но открывать её не пришлось. Она сама открылась, и из башни вышел… Я даже не знаю что сказать. Ближайшая аналогия – Халк, который зачем-то нацепил на себя силовую броню. Бугай покрутил огромным мечом, приглашая меня на бой.

И я рванул с места, в прыжке загнал нож в глазницу гиганту, но уже занесенный меч разрубил меня на две неравные половинки, а упавший амбал раздавил меня в лепешку.

Я помотал головой, отгоняя наваждение. Глупости все это, еще доктор Джонс доказал, что лучшая техника фехтования – выстрел в голову. Из-за размеров воина, я не стал рисковать и разнес его тыкву из револьвера. Голова просто взорвалась внутри шлема, и тот упал на землю.

– Большой, маленький… Главное – у кого пушка! – Переиначил я известную цитату и спрятал револьвер в кобуру, сдунув дымок со ствола.

Теперь посмотрим, что он сторожил. В башне хранились разные штучки непров: кристаллы, книги, инструменты для пыток, разложенные по ящикам и сундукам. Но вот два ящика явно были не из этой оперы. Во-первых, они были пластиковые, у них были удобные ручки и защелки, во-вторых, на них были надписи, которые не имели ничего общего с письменностью непров.

Один ящик, размерами, примерно, два на метр на метр, весил около двухсот килограмм, а внутри оказался заполнен металлическими цилиндрами в пачках по 64 штуки. Очень похоже на снаряды. Я припомнил размеры пушек корабля, найденного в горах, похоже, что это снаряды для них. Я попытался поднять второй ящик, но, не смотря на то, что он был размером с микроволновку, я не смог его поднять даже с магическим усилением. Тогда я открыл ящик, в нем оказались черные коробочки, на вид пластиковые, четыре стопки по восемь в два ряда. Итого шестьдесят четыре. У бывших владельцев корабля, похоже, была восьмеричная система счета.

Я достал одну коробочку и открыл ее, внутри оказалась тяжелая, почти пятнадцать килограмм, пластина, как раз подходящая по размеру к реактору корабля. Хана непрам, орбитальная бомбардировка рулит! Хотя ракет я здесь не вижу, но и то хлеб.

– Бабах, подъезжай к башне, по пути Гука забери. – Сказал я в рацию.

Когда все мы собрались, в голову мне пришла интересная мысль.

– Бабах, а ты не хочешь стать Трах-Бабахом?

– В смысле?

– В смысле, как насчет того, чтобы ядрён-батон сбацать?

– Ты где-то плутоний достал?

– Ну, плутоний, не плутоний, но в том, что это ядерное топливо, я уверен.

Я отвел Гука и Бабаха в башню и показал находки. В течение следующего часа мы перетаскивали пластины машину, следом туда отправился ящик со снарядами. УАЗ ощутимо просел на заднюю ось.

– Смотри, объясню задумку. – Я присел и начал чертить когтем на песке. – Одну пластину кладем на землю, сверху ставим табурет или стол, вторую пластину подвешиваем точно над первой, а третью, со слоем взрывчатки сверху, прикрепляем к столу. Насыпаем сверху на стол камней, потом выставляем детонатор на пятнадцать минут, запускаем открытие портала и сваливаем на всех парах. Взрывчатка вбивает все пластины в один сэндвич, критическая масса превышена, и БУМ!

Бабах всерьез задумался. А что тут думать? У нас все равно останется пятьдесят шесть пластин. Пять куда-то дели непры, а может, их и до них не было. Ничего не теряем, кроме ста грамм пластида.

Бабах всё-таки согласился, и вместе с Гуком приступил к исполнению задуманного. А я и Кира стали готовиться к открытию портала. Но вот приготовления закончены, мы запускаем портал, Бабах запускает таймер.

– Запрыгиваем в машину и валим отсюда!

Никого упрашивать не пришлось. Мы рванули оттуда на максимальной скорости, благо непры хорошо утоптали тракт.

– Время! – Бабах засек время до взрыва, осталось совсем чуть-чуть.

Я заехал за бархан, остановил машину и выключил массу, отключенная электроника должна меньше пострадать. Глаза все закрыли, но все равно стало светло как днем. Мы вернулись на тракт и продолжили путь. В зеркале заднего вида отражался столб синего света рядом с гигантским грибом.

– Не слишком ли гриб большой?

– Сейчас проверим. – Гук выставил большой палец, закрывая им гриб. – Твою ж мать… Гони!

А куда гони? Это не формула один, и так уже идем под сто шестьдесят. Ударная волна двигается куда быстрее, вскоре она нас догнала и врезала по машине. Нас протащило несколько десятков метров, как я смог удержать машину на тракте, ума не приложу.

Радостные крики раздались в салоне, опасность миновала, фронт ударной волны обогнал нас. Надо бы предупредить ребят на корабле, но рация сдохла, как и вся тонкая электроника: магнитола, телефон, фотоаппарат.

На берегу царила суета, но вроде бы все на месте.

– Что там случилось? – Как только мы подъехали к порту, вокруг нас собралась вся команда, не было разве что только Шаха и Лисы.

– Да так, пустяк. Бабах с зарядом переборщил.

Задерживаться здесь не стоило, поэтому мы быстро загрузили машину на борт и отчалили. Не думаю, что непры отстанут от нас, но передышку мы получили. Используем это время, чтобы подготовиться.

– Проверим как там больные? А-то я их не видела. – Кира подошла ко мне.

– Пошли. Странно, что они пропустили взрыв. Не случилось ли чего?

Мы спустились вниз и подошли к двери. Из каюты доносился какой-то шум. Я хотел было открыть дверь, но прислушался и услышал из-за неё стоны, вздохи и скрип. Не, они больше не больные. Выздоровели окончательно.

– О! Да! – Донеслось из каюты.

– Так! Я тоже так хочу! – Кира схватила меня за руку и потянула в сторону нашей каюты.


Глава 6

До рассвета шли на полном ходу, стараясь уйти подальше от берега. Не знаю, насколько грязной вышла бомба, но у меня нет желания светиться по ночам. Оно, конечно, красиво, но сильно демаскирует.

Ближе к полудню из своей каюты показались-таки Шах с Лисой. Быстро же они пришли в норму, все излишества исчезли, теперь о трансформации напоминал только более темный цвет шерсти.

– А вы вчера такое пропустили. – Сказал я подошедшей парочке.

– Мы заняты были. Немножко.

– Да, я слышал. Но все же, не каждый день удается увидеть ядерный взрыв.

– Ядерный взрыв? – Лиса очень удивилась. Да, плохо она меня знает. Иначе бы не удивлялась. Всё-таки для меня это уже второй взрыв. – А откуда бомба?

– Бабах из табуретки сделал.

– Я серьезно спросила.

– А я серьезно ответил. Не веришь мне, спроси Бабаха.

В кои-то веки говорю правду, а мне не верят. Обидно. Пойду лучше курс прикину, а то опять выйдем не туда. У нас из всех навигационных инструментов только компас. Такая навороченная система спутниковой навигации, а ни одного спутника не ловит. Куда смотрит общество защиты прав потребителей?

Ну-с, какие тут ориентиры? Ага, вода, вода, а еще вода. Ни мха на деревьях, ни муравейников.


***

Ориентиров я не нашел, так что нет ничего удивительного в том, что мы опять заблудились. В этот раз, для разнообразия, мы вышли к берегу южнее. Правда, не поняли этого сразу, так что сначала мы уплыли еще южнее, а потом долго возвращались на север. И к порту вышли только к вечеру.

Форт еще сильнее подрос, теперь он, пожалуй, мог бы выдержать атаку непров. Надо будет нанести на стены символы, срисованные со стен лагеря непров. Главное не перепутать с символами с холодильника, а то выйдет морг, вместо укрепления.

Мы с Кирой выгрузили УАЗ и, забрав Шаха с Лисой, отправились в форт. Куратор, наверно, уже от любопытства весь извертелся. Ну, что сказать, его ожидает вечер сюрпризов.

– Нас не ждали, а мы приперлись! – Начал я, когда наша клыкастая компания ввалилась в новый кабинет Куратора. – Да ты, я смотрю, в феодалы записался? Стол дубовый? А где медвежья шкура, камин, трон?

– Я твою шкуру повешу, если не прекратишь.

– Тогда тебе придется меня убить, и ты не узнаешь кучу новостей. А еще я тогда очень сильно обижусь, сильнее даже, чем за мороженку.

– Да ты достал уже! Сколько можно?!

– Вот пока не вернешь, буду доставать тебя. Так что приручай местных коров, если они тут есть, и штампуй пломбиры. Денег заработаешь…

– Ты закончил?

– Да. С тобой уже не интересно. Иммунитет появился, надо новую игрушку найти. Ладно, я пошел.

– Куда?!

– Поздно уже, спать пора. Ты же не хочешь слушать.

– Стоять! Рассказывай!

– Так точно, хер Майор! Докладаю: уничтожен порт с пятью кораблями, стоянка каравана, три корабля, большой лагерь непров. Также ядерным взрывом уничтожен портал.

– Что ты сейчас сказал?

– Уничтожен портал.

– Раньше.

– Уничтожен лагерь непров.

– Нет, между тем и этим.

– Ядерный взрыв.

– И где же ты достал бомбу?

– Ой, ты знаешь, Бабах такой спец. Он ее из табуретки сделал.

В ответ в меня полетела карандашница. Еще один Фома неверующий.

– Хватит надо мной издеваться!

– Кто издевается-то? У него спроси, если мне не веришь. Табуретка, камни, взрывчатка и полцентнера ядерного топлива.

– Боюсь спрашивать, где ты ее взял.

– И не спрашивай. Теперь моя очередь спрашивать. Пленных допросили? Что узнали? Чего им надо от нас, вообще? Куры, млеко, яйки?

– Ничего мы не узнали. Они по-нашему не понимают. Только один нарисовал интересную схемку. – Куратор достал из ящика стола листок. Я подошел, чтобы рассмотреть его.

– Ну и что тут такого? Просто чертеж солнечной системы.

– Вот эта планета – Куратор указал на четвертую планету на рисунке. – наша, а вот эта третья от солнца – планета непров.

– Да быть не может! Это существенно меняет дело!

– У тебя межпланетный лазер в кармане?

– Нет, только космический корабль. Я серьезно! – Куратор опять попытался чем-то в меня запустить. – Мы нашли его, когда по горам лазили. А у непров отобрали топливо и снаряды для него. Пятьдесят шесть пластин в ящике, должно было быть шестьдесят четыре – на две полных заправки, но пяти уже не было, а три мы взорвали.

Ух, тишина-то какая установилась. Только стрекота сверчков не хватает для полноты картины.

– Где корабль? – Через три минуты обрел-таки Куратор дар речи.

– В горах, пятнадцать километров от нашего дома на юг. Пещера ведет к подземному хранилищу.

– Где топливо и снаряды?

– В машине у меня.

– Сдашь сейчас на склад, а завтра с утра выезжаем, не проспи. А вас, я попрошу остаться. – Это он Шаху и Лисе. Тоже мне Мюллер.

Как только сбросили ящики, сразу направились прочь от форта. Очень уж много народу там, лучше в лесу переночуем, заодно разомнемся.

Не одни мы этой ночью решили отправиться на охоту. На выезде из форта нас подрезал Тахо. Как эта машина еще ездит?

– Видел кто за рулем? – Мне показалось, или Кира реально разозлилась?

– Не успел разглядеть. Кто?

– Мажор!

– Во дела, еще недавно в клетке сидел, а тут уже на охоту намылился.

А на кого эта тварь поохотиться решила? Ошибается мелкий уродец, сегодня охотник не он. Я повел машину к лесу, а потом, выключив фары, повернул вслед за внедорожником Мажора.

– Что мы за ними ползем? Давай просто протараним?

– Нельзя. У него рамный внедорожник в два раза тяжелее нашего.

– Тогда догоним и расстреляем.

– Он бронированный, а из пулемета стрелять слишком громко. Внимание привлечем.

– И что будем делать?

– Подождем. Фары засвечивают ему глаза, так что они нас не увидят. Должны же они выйти из машины.

В свете фар Тахо мелькнула фигура саблезубого. Внедорожник начал разгоняться, а из окна показалась фигура пассажира с ружьем. Времени не осталось, придется действовать напролом.

Грянул выстрел, зарычал раненый саблезуб. Я не выдержал и вдавил педаль газа в пол. УАЗ разогнался и ударил Шевроле в зад. Полетели осколки бампера, человек в окне дернулся и, выронив ружье, исчез в салоне.

– Если высунется, стреляй!

Тахо начал разгоняться, удаляясь от подстреленного зверя. Я свернул влево и стал догонять, идя параллельно. Мы поравнялись, и Кира прицелилась в Мажора, тот не выдержал и прибавил скорость, стараясь оторваться от нас. Мы неслись по полю на огромной скорости, тяжелые машины стали неустойчивыми. Собственно, этого я и добивался. Я резко вырулил руль вправо и ударил Тахо в заднюю часть кузова. Машину Мажора развернуло поперек дороги, дорожные колеса потеряли сцепление с травой, на которой уже выступила вечерняя роса. Тахо пошел юзом, но почти сразу инерция перевернули машину на бок, и он покатился по траве.

После трех оборотов внедорожник остановился, лежа на левом боку. Я остановился рядом, вышел из машины, достал канистру с солярой из кузова и подошел к покалеченному автомобилю.

– Сейчас вы открываете люк и выбрасываете все оружие, или я спалю вас внутри этой консервной банки!

Люк открылся, и на траву полетело разнообразное оружие: два дробовика, автомат Калашникова золотой окраски, пять пистолетов, три винтовки. Ничего себе арсенал.

– Все оружие! – Сказал я, отвинчивая пробку от канистры.

После моих слов из люка выпало еще два пистолета. Мы закинули все оружие в свою машину и взяли люк на прицел.

– А теперь вылезайте сами.

Мажор и Хасоев, а это был именно он, с пыхтением и стонами выбрались через люк в крыше.

– Э! Ти чё бэсприделишь?! Ти уася кито такой! – Хасоев начал заговаривать зубы, с каждым словом делая маленький шаг. Он меня за идиота считает?

– Стой на месте!

– Ти зачэм на нас наехал? У нас знаишь кито…

Я не стал слушать кто у него «кито», а прострелил ему колено. Сказано же было стоять на месте. В ответ в мою сторону понеслось множество ругательств на смеси русского и не-русского.

– И что с ними делать? – Да Кира, хороший вопрос. Месть это блюдо, которое подают холодным, но тут что-то я совсем остыл.

– А позови-ка того, на кого они охотились.

– Хорошая мысль.

Кира громко рыкнула, в ответ донесся рык в той стороне, откуда мы приехали. Через какое-то время показались два саблезубых, один из них шел, прихрамывая на одну лапу.

– Доброй охоты, братья… и сестры. – Раненый саблезуб оказался самкой.

– Доброй охоты и вам. Эти двое давно нападают на нас. Они убили двух наших.

– Я знаю, поэтому-то я их и ловил. Они ваши. Делайте с ними всё, что пожелаете.

Нашего мысленного разговора ублюдки не могли слышать, но вид подошедших саблезубых их насторожил. Мажор рванулся с места, пытаясь что-то достать из-за пояса, но упал, придавленный тяжелыми лапами.

– Мы хотим забрать их в стойбище племени.

Желание клиента – закон! Пока Кира вытаскивала пулю из лапы и зашивала рану, я связал обоих горе-охотников и протянул веревку от каждого к двум концам толстой палки. Один саблезубый взял палку в пасть и двинулся в сторону леса, волоча уродов за собой, а второй последовал за ним, следя чтобы пленники не сбежали.

Нам же предстояло замести следы. Мы перевернули Тахо на колеса, покидали все оружие Мажора и Хасоева внутрь. Я сел в машину и повернул ключ в замке, стартер с хрустом провернулся, но двигатель все же завелся. Очень живучий агрегат, даже жаль бросать, как и оружие, среди которого присутствовали прямо-таки коллекционные образцы. Но все это улики.

Тахо мы утопили в реке, после чего вернулись поближе к форту и устроились на ночлег. Денек выдался суетливый, а завтра рано вставать. Очень уж интересно посмотреть, что получится из нашей затеи с кораблем.


Глава 7

Колонна машин уже ждала нас за стеной форта. Ну, как колонна… Два джипа, видимо реквизированные у толстосумов, с пулеметом и АГС и Урал. Возле грузовика стояли Куратор и пилот. Решил с Сессны на космический корабль перейти?

– Ты где фару разбил?

– Я разбил фару? – Я посмотрел на машину. Блин, бампер-то у нас из рельса, с решеткой из толстых труб, защищающей фары, но на самом бампере было две противотуманных фары. И правая была разбита. – И в самом деле, разбил. Чертов олень.

– Какой олень?

– Да из леса выскочил перед машиной, и мы его сбили.

– И где он сейчас?

– Съеден. – Я похлопал себя по животу.

– А потом что было?

– А что было потом, то тебя не касается, грязный извращенец. – Вмешалась Кира в наш разговор.

– К чему вообще этот допрос? Ты лучше скажи, ты все пластины взял?

– Все.

– Ну и зря. Бери тридцать две. Больше всё равно не влезет. Остальные про запас.

Куратор согласился и скомандовал выгрузить часть пластин. Пусть будут, может, еще ядрен-батон слепим.

– Я с тобой поеду. – Куратор уселся на заднее сиденье. – Какого черта, тут столько шерсти!

– Ты ко мне сел, что бы опять меня доставать? – Спросил я, двигаясь следом за Уралом.

– Ты ничего не перепутал?

– Нет, вроде бы. А что?

– Это ты меня постоянно достаешь!

– Ну вот, еще и наговариваешь на честного чело… Кхм, на честного меня. И вообще! Где мое мороженое?

– Да подавись ты! – Куратор полез в свой портфель и достал из него пластиковый судок.

– Мороженое! – Я забрал у него судок и быстро открыл. – Обманщик. Это фруктовый лед, а у меня был пломбир. Ты мне все еще должен. – Сказал я, возвращая пустой судок. – Тьфу, еще и с косточками.

Я откусил еще кусочек, а остальное отдал Кире.

– И ты ничего не хочешь мне рассказать?

– Нет, но могу спеть.

– Петь не надо, к тому же у тебя-то есть магнитола.

– Она сгорела. Как и рация, и остальная электроника. Так о чем, по-твоему, я должен тебе рассказать?

– В лесу нашли Тахо Мажора.

В лесу? Как же, ври дальше. Он в реке.

– И что?

– И он не вернулся утром в форт.

– И что?

– И когда ты врешь, ты опускаешь уши. Чуть-чуть, но заметно.

Вот же… Чекист, одним словом. Не замечал такой черты за собой.

– И что?

– И кое-кто орал на весь эфир на ломанном русском, что его убивают, насилуют.

– Я никого не убивал, и уж тем более не насиловал.

– Может, все-таки, расскажешь?

– Ладно, Шерлок Холмс. Эти два урода охотились на саблезубых. Я их выследил и отдал на суд.

– Ты отдал двух человек на суд животным?

– Они разумны.

– Сообразительным животным.

– Я достаточно общался с саблезубыми, чтобы убедиться в том, что они разумны. А вот разумность человека, у меня под вопросом. Под определение «сообразительные животные» попадают 95% человечества. И вообще, ты должен мне спасибо сказать.

– За что?!

– За то, что не будет мести со стороны саблезубых. Но помощи от них теперь не ждите. Они будут держаться подальше от людей, а я за вас просить не буду.

– За нас?

– Да. За вас.

– Ты себя больше человеком не считаешь?

– Нет. Я теперь «сообразительное животное».

На этом разговор прервался. Куратор молчал, я же разглядывал окрестности. Неплохо они тут развернулись. Целина распахана, кое-где уже виднеются зеленые ростки. Лес в округе вырубается и свозится на строительство форта. Черт, Урал плетется как беременная черепаха. Неужели, нельзя было взять джип побольше, или два.

Солнце уже склонилось к западу, а мы только-только добрались до пятого форпоста. Людей здесь не осталось, все перебрались в форт, вслед за ушедшими туда войсками. В небе над нами прошелестел беспилотник.

– Почему ты не сказал, что у тебя есть беспилотники?

– Потому, что у нас их нет. – Куратор помрачнел.

– А это чей тогда?

– Не наш, определенно.

Фонтан земли, взметнувшийся перед головной машиной, прервал обсуждение. Из-за покинутого форпоста показалась колонна, состоящая из двух танков и трех бронеавтомобилей. И танки не сравнить с нашими музейными экспонатами, это что-то совсем лютое. Длинная пушка большого калибра, кажется 152 миллиметра, угловатый корпус, управляемый дистанционно пулемет.

– Это что за монстры?

– «Черный орел». Прототип.

Танки держали нас на прицеле. Мелькнула мысль шарахнуть их магией, но разбилась о нанесенные на броню символы. Бронеавтомобили подъехали ближе, и из одного вышел хлыщ в костюмчике.

– Сдавайтесь, сопротивление бесполезно.

– Русские не сдаются! Накося-выкуси. – Я высунулся из машины и показал средний палец хлыщу. – Свали с дороги! У нас дела!

– Не глупите. Отдайте топливо и снаряды. Мы лучше знаем, как ими распорядиться.

Так вот что им надо. Крысы решили сбежать с корабля.

– Обломитесь! Все равно, без ключа у вас ничего не выйдет.

– Ключ у нас уже есть, отдайте топливо и останетесь живы.

– Слышь, Хумангус, не пойти ли тебе в задницу?

– Отдай им, хрен с ними. – Сзади на плечо легла рука Куратора. Я схватил ее, и взял на излом.

– Ты с ними заодно? – Спросил я, сдавливая ладонь. – Как они узнали? Кроме нас троих, знали только Шах и Лиса, а их я здесь не вижу.

– Это не я.

– А знаете что? Ждите, сейчас принесу. – Я направился в сторону Урала. Сейчас сгребу все пластины в кучу и закончу все это безобразие.

– Стоять! – Пулеметная очередь ударила в землю передо мной. – Выйдите из машины. – Обратился он водителю Урала и пилоту, который ехал вместе с ним.

– А как же я? Вы обещали взять меня с собой! – Заговорил пилот.

– Павел Геннадьевич, зачем вы это сделали? – Спросил удивленный Куратор.

– У меня семья на Земле осталась, пойми, я должен был…

– Ах, ты ж, сука! Вот так значит? Я ношусь по всей планете, пытаясь спасти ваши задницы, а ты рушишь последнюю надежду на победу, из-за того, что тебе домой захотелось?! Да я тебя! Своим руками!

Еще одна очередь в землю прервала мой монолог. Хлыщ скомандовал своим людям забирать Урал. Грузовик в сопровождении броневиков отправился в сторону гор, а танки остались сторожить нас.

– Ну, что? Предали тебя твои хозяева? – Я подошел к пилоту, которого не стал брать с собой хлыщ. – Ну, ничего, найдешь новых.

Пилот ничего не ответил, а склонив голову, побрел в сторону форпоста. Танки все так же неподвижно стояли, только ствол пулемета провожал одинокую фигуру.

Солнце опускалось все ниже, и когда уже почти стемнело, танки запустили двигатели и двинулись по следам ушедшей колонны, продолжая держать нас на мушке. Мы выждали немного и последовали за ними.

– Это все твоя вина! – Сказал я Куратору.

– Почему моя?

– Ты предателя проглядел, прошляпил радио-переговоры. Хреновый из тебя чекист. Откуда они узнали место, где спрятан корабль?

– Я не знаю.

До пещеры оставалось совсем немного, когда корабль показался над горой. К моему удивлению, он не взмыл в небо, а полетел на север на низкой высоте. Вскоре до нас донеслись звуки стрельбы.

– Нет! НЕТ! Не может быть!

– Что такое? Зачем они стреляют туда? А, там же твой дом.

– Там второй корабль! Уроды! Украсть один, вам мало! Надо еще и второй уничтожить! Трусы! Козлы трусливые!

Я развернул машину и рванул к своему дому. Чудом не вылетел с горной дороги. Остальные машины так не гнали и отстали от нас.

Из пещеры шел дым, я схватил огнетушитель из машины и побежал в дом. Стена, закрывавшая вход в ангар, была пробита в нескольких местах, раскаленные осколки влетели в дом и подожгли кровать, ковер, занавески. Струя углекислоты сбила пламя, я пробил огнетушителем дыру в стене и пролез в ангар.

На стенах сколы, в корабле дыры, одна створка крыши оказалась повреждена до такой степени, что не выдержала и упала на корабль, перебив его посередине.

– Нихрена себе. – Куратор пролез следом. – И ты молчал?

– Потому и молчал, что знаю вашу натуру. Главное урвать побольше, а после нас хоть потоп.

– Может можно его отремонтировать?

– А, ну да, у тебя же докторская степень по специальности «ремонт убитых в хлам кораблей погибших цивилизаций». Вперед и с песней! Вот только видишь вон ту огромную железяку? Знаешь что под ней? Под ней реактор. И даже если у корабля есть система самовосстановления, без реактора нет энергии для ее работы. Все! Финита! Аллес капут! Вали отсюда! – Я вытолкал Куратора обратно в дом. – Проваливай. Я нашел вам сокровище, а вы потеряли шхуну, я не хочу иметь ничего общего с такими идиотами! – Я вытолкал его из дома и, закрывая дверь, добавил. – И без мороженого не возвращайся!


Глава 8

Я из последних сил бежал по темному длинному коридору, а за мной по пятам гналась альфа гончая. Таких огромных я еще никогда не видел, ее шаги сотрясали землю, а взгляд просто выжигал душу. Из оружия у меня остался только револьвер. Я прицелился в гончую, но выстрелить не смог – заклинило спусковой крючок. Он не поддавался даже на миллиметр, казалось, что он составляет одно целое с рамой. Оставалось только бежать.

Внезапно навстречу мне выбежала Кира, я попытался предупредить её, но челюсть свело судорогой, и я только что-то невнятно промычал.

Из темноты коридора выскочила еще одна гончая, она схватила Киру и начала рвать её на куски.

– НЕТ! – Только и смог я прокричать, как первая гончая схватила меня и начала трепать из стороны в сторону. – Нет! Нет! Нет!

– Проснись! Да проснись же ты! – Кира сидела на кровати рядом со мной и трясла за плечи, пытаясь разбудить. Это только сон!

– Как же я люблю тебя! – Я заключил Киру в объятья. – Никому тебя не отдам! Никогда!

– Ого. Неслабо тебя торкнуло. Что снилось?

– Кошмар. – Я продолжал держать ее в объятьях, но руки мои опускались ниже. Я взялся за Кирину футболку, намереваясь снять ее, но тут в дверь постучали. – Да он издевается.

Я достал из-под подушки револьвер и пошел к двери.

– На твоей могиле напишут: «Вечно не к месту»! О, привет, Грор.

– Доброй охоты. Прости меня, но я принес дурные вести.

– Насколько дурные?

– Неправильные вернулись. Они напали на степное племя. Сегодня прибежал один из степняков, он сейчас в нашем стойбище.

– Как такое может быть? Мы же взорвали портал, да и на берегу форт, сначала они бы напали на него.

– Они пришли с юга. Много неправильных людей и больших неправильных волков напали на стойбище и убили многих, те, кто выжил, уходят сюда.

Куча магов и альф приперлась с другой стороны, откуда не ждали. Как бы мой кошмар вещим сном не оказался. В любом случае надо все разузнать.

Мы быстро собрались, Грор запрыгнул в кузов УАЗа, и мы двинули по направлению к стойбищу племени саблезубых.

– Грор, видишь эту пещеру. – Я сделал небольшой крюк и подъехал к пустому ангару. – Если найдешь такие пещеры или подобные железки, – Я показал рукой на люк, когда-то закрывающий вход в ангар. – сообщи мне, пожалуйста.

– Племя живет в такой.

– Серьезно? А что там есть? Или оно было пустое, когда вы его нашли?

– Было пустое. Сейчас в нем мы.

Последний отрезок пути шли пешком. Машине тут точно не пройти. Да и человек без снаряжения не пройдет. Я сам-то перепрыгивал эти расщелины только благодаря магическим усилителям. А вот Грор перемахивает их с поразительной легкостью, хоть и вырос центнеров на восемь.

Стойбище племени раскинулось на площадке перед входом в ангар. Вокруг носились мелкие, относительно остальных, подростки, а саблезубые постарше спали, умывались или облизывали кости, бараньи, кажется. Может, и тот бешеный баран попался им на обед? Большие лапы саблезубых не были приспособлены для работы, но в стойбище попадались искусственные вещи: подстилки из шкур, кости с выточенными рисунками, каменные фигурки.

Грор повел нас внутрь ангара. А этот больше, чем тот, из которого угнали корабль. На стенах царапины от когтей, образующие рисунки, в центре зала выложены камни. Если присмотреться, то можно узнать созвездия неба Кимира.

– Доброй охоты. – Поприветствовал нас Седой.

– Доброй охоты, Седой. А где посланник?

– Он без сознания, от ран и долгого бега. Но он успел мне все рассказать. Ты готов услышать?

– Готов.

Ох, блин, зачем я это сказал? По голове словно врезали медным тазом. Но зато теперь я увидел все, что видел Урх, так звали посланника. Его племя отдыхало после ночной охоты, как вдруг он почуял чужеродный запах. Буквально из ниоткуда появились адские альфы и напали на стойбище. Твари нападали по двое-трое на одного, и в рядах саблезубых появились первые потери. Самцы встали заслоном, давая время самкам увести детенышей в безопасное место.

Твари пытались последовать за самками, но защитники племени мертвой хваткой вцеплялись в тварей, обездвиживая их. Казалось, что монстров удастся одолеть, но тут появились маги непров, в саблезубых полетели фаерболы. Огромные хищники превращались в живые костры, битва превратилась в бойню. Урх остался последним самцом в своем племени, старый вожак, умирая, отправил его донести весть до остальных племен. Урх побежал в сторону, противоположную той, куда ушли самки с детенышами, уводя за собой тварей. Через какое-то время твари отстали, и на этом воспоминание заканчивается.

Удобный способ передачи данных. Как будто сам там побывал. До сих пор в носу стоит запах крови и паленой шерсти.

Значит, вся эта кутерьма с нападениями с моря оказалась отвлекающим маневром. Это очень, очень погано. Черт знает, что непры подготовили для нас. Надо возвращаться.

Когда мы вернулись в машину, я попытался связаться с форпостом. Вот только забыл, что рация сдохла. Мы вернулись домой, загрузили припасы и отправились к пятому форпосту.

Вот только никого здесь уже не было. Даже технику, брошенную угонщиками, забрали.

Я нацарапал на стене послание: «Непры на юге. Уехал на разведку. Псих». И мы отправились к разрушенному стойбищу.

Машина пожирала километры, мы уже спустились с предгорий на равнину, теперь лес и луга сменила степь. Стало теплее, хоть солнце и клонилось к закату. Мы переночевали в машине, а утром продолжили свой путь, и уже через полтора часа подъехали к стойбищу.

Трупы тварей гнили на поляне, а вот саблезубых кто-то забрал. Не думаю, что за ними вернулись свои. Я присмотрелся к следам, оставшимся от волочения тел. Так и есть, на редких клочках земли без травы можно было разглядеть следы от обуви. Вряд ли это люди, да и следы были без рисунка.

Мы направились по следу непров. Вскоре вдалеке показалась темная точка на фоне светло зеленой травы. Укрытие среди степи отыскать непросто, поэтому мы остались на месте, решив понаблюдать издалека.

Вот это махина! И когда они её отгрохали. Крепость на добрых двадцать метров возвышалась над степью. Стены её были собраны из разнокалиберных кусков металла, и они просто светились магией. Большего с такого расстояния не рассмотреть. Я стал присматривать хоть какое-то укрытие. Ничего, кроме небольшого холма на западе от крепости.

Пришлось заложить большой крюк, чтобы подойти к холму так, что он закрывал нас от возможных наблюдателей на стенах. Мы оставили машину у подножия холма и ползком поднялись на его вершину.

Вблизи крепость производила еще более жуткое впечатление. Стали видны рваные края металла, синие блики пробегали по стенам, разнообразные твари и непры ходили по вершине стены. Рассмотреть, что находится внутри крепости, не позволяла высота стен, но виден был краешек портала, подобного тому, что был в пустынном лагере, но теперь он был куда больше. Тридцать метров высоты. Это же какую тварь можно провести через него?!

Наблюдения прервала группа из пяти альфа-гончих, спешащих в нашу сторону. Мы быстро запрыгнули в машину и поехали прочь от крепости.

Как это ни странно, но гончие не только не отстали, но казалось, что они догоняют нас. На спине одной из тварей сидел маг-погонщик. От его рук исходили синие нити, ведущие к тварям. Видимо он их ускоряет.

– Попробуй мага пристрелить! – Крикнул я Кире.

Она высунулась из окна и выпустила очередь в мага. Но одна из гончих прыгнула наперерез, приняв пули на себя. Винтореза оказалось недостаточно для альфы.

– Давай к пулемету.

– Он же назад не стреляет!

Вместо ответа я рванул ручник и вывернул руль, разворачиваясь. Теперь мы ехали задом наперед, и твари сокращали разрыв. Кира перелезла в кузов и открыла огонь из пулемета. Крупнокалиберные пули просто разорвали мага и серьезно ранили гончую.

КПВТ оказался полезен в борьбе с альфами. В лоб их не брал даже он, но пулемет отлично отрывал передние лапы. Теперь за нами гналась только одна тварь, но лента кончилась, и Кира принялась её менять.

– Тормози!

Откуда тут разлом? Я ударил по тормозам, и машина встала в считанных сантиметрах от обрыва.

Последняя тварь врезалась в УАЗ, и хотя она тут же получила очередь из пулемета, но свое черное дело она сделала. Машина сдвинулась, задние колеса свесились вниз, и теперь мы балансировали на краю.

– Давай перелазь на капот, я следом.

Кира аккуратно перелезла через крышу и встала на капот. Машина чуть-чуть наклонилась вперед, и я, почти не дыша, открыл дверь.

– Прыгаем!

Мы спрыгнули на землю одновременно. Машина все еще висела на краю. Надо спасти ее. Я снял лебедку со стопора и пошел с тросом к ближайшему дереву.

Равновесие нарушили канистры с топливом: они поехали по кузову и со стуком врезались в задний борт. Кира попыталась восстановить равновесие, наступив на бампер, но этого оказалось не достаточно, и они рухнули вниз.

Я рванул к дереву и только успел защелкнуть карабин, как трос резко натянулся, больно ударив меня по руке и содрав кожу. Тут же трос чуть ослаб, а со дна разлома послышался грохот.

– Нет! Нет! Только не это! – Я подбежал к краю ущелья и заглянул вниз. – Фух, не пугай так меня. – Во время рывка бампер оторвало от машины, и теперь он болтался на тросе, с намертво вцепившейся Кирой.

– Тебя не пугать?! – Донеслось снизу. – Да я тут чуть не описалась со страху. Его не пугать! Вытаскивай, чего уставился?

Ругается, значит, в порядке. Я вернулся к дереву и, взявшись за карабин, потянул трос на себя. Пришлось полностью вытащить бампер наверх, а потом разгибать сведенные судорогой пальцы.

– Это рекорд! – Сказала Кира, когда перестала трястись после случившегося.

– О чем ты? – Спросил я.

– Эту машину мы угробили еще быстрее, чем предыдущие.

– Так себе достижение, честно говоря.

Вместе с машиной на дно ущелья отправились все наши припасы, а еще пулемет, гранатомет, снайперская винтовка и дробовик. Я уж не говорю, что мы остались посреди степи, поблизости от вражеской крепости и вдалеке от своих.

– Куда пойдем?

– Поблизости только седьмой форпост. Каких-то двести километров на север. Для бешеной собаки сто верст – не крюк. А мы чем хуже?

– Не говори мне о собаках! Тем более о бешеных.

– Ладно, идем уж.


Глава 9

– Кира, ты где?

Вчера мы до темноты прошли около тридцати километров. А вот сейчас я просыпаюсь, а Киры рядом нет.

– Кира!

– Я здесь! – голос донесся глухо, как из бочки. – Помоги мне.

Я пошел на голос. Неподалеку от места нашего ночлега из земли торчала изогнутая буквой «Г» труба, а из трубы торчала Кира. Её винторез лежал тут же на траве.

– Это ж как тебя-то угораздило?

– Вытащи меня!

– Сейчас, только налюбуюсь. – Я подошел ближе и взял ее чуть пониже талии. – Вечно ты находишь приключения на свою… пятую точку.

– Хватит мять мою точку! Вытаскивай меня!

– А сама никак?

– Я зацепилась за что-то. Тут решетка была, или что-то вроде. Вытаскивай, а не то хвост оторву!

– Было бы что отрывать. Кстати, на ум пришла одна народная мудрость…

– Вот мне сейчас твой тон совсем не понравился.

А что не так с моим тоном? Мечтательно-возбужденный, как раз по ситуации.

– Как говорят: «Хорошо зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается».

– Я твою коллекцию боевиков удалю!

– Это удар ниже пояса! Ой, подожди. Планы изменились.

Я внезапно почувствовал запах непров, они где-то рядом. Невдалеке раздался вой гончих, поэтому, вместо того чтобы вытащить Киру, я схватил её за ноги и затолкал в трубу. Следом я закинул наши автоматы и прыгнул сам.

Спуск был недолгим, да и приземлился я на что-то мягкое. «Мягкое» обругало меня матом и пнуло лапой.

– Негодяй! Всю попу помял, выкинул неизвестно куда, а теперь раздавить меня пытаешься!

– А не надо лезть, куда не следует! Вот!

– Как не надо?! Интересно же!

– Любопытство сгубило кошку. Кстати, где это мы? Темно как у непра в жопе.

– Все-то ты знаешь, всюду бывал.

Я не стал отвечать, а достал фонарик и осветил помещение. Столы, стулья, полки, повсюду пыль и запустение. С потолка свисают провода, над нами решетка, висящая на одной петле.

– Пойдем, посмотрим? – Кира уже побежала в сторону двери.

– Нет, тут останемся. Смотри, какое живописное местечко.

Я направился следом. Кира тронула дверь, и та рассыпалась в пыль.

– Сколько же лет этому месту?

За дверью оказался длинный коридор. Мы пошли от одной двери к другой, но везде были лишь ветхие остатки былой роскоши. Так мы дошли до конца коридора и вышли к лестнице. Верхний пролет был засыпан, к тому же рано уходить из такого интересного местечка.

На втором этаже, со знаком «минус», все оказалось так же, как и на первом. А вот на третьем отличия сразу бросились в глаза. Во-первых, тут была дверь. Железная, закрытая, с электронным замком.

– Сава, открывай, медведь пришел. – Я постучал по двери прикладом. – Ты пароль не знаешь?

– Откуда? Хотя я знаю способ, как открыть.

– Нет! – Поздно, Кира уже выстрелила в замок. Сенсорная панель хрустнула и задымила.

– А в кино прокатывало.

– В кино и инопланетные корабли с помощью мобилки угоняли, а мы как безрукие несколько дней мучились, и все безрезультатно.

– Ну, замкни пару проводов…

– Замкни пару проводов. Замкни пару проводов. Знать бы еще какие! – Я поковырялся в панели. – Здесь их дофига! Блин! – Какой-то провод долбанул меня током. – Ты на кого наехал, медный?

Я взялся одной рукой за ударивший меня провод, другой рукой за корпус замка, а затем пропустил ток через них. В замке заискрило, запахло горелой изоляцией, а дверь чуть-чуть приоткрылась.

– Вот! Я же говорила, надо просто замкнуть пару проводов.

– Молодец, возьми с полки пирожок. Там их два, твой – посередине. Я открыл дверь и зашел в очередной коридор. – Похоже, тут был магнитный замок. Я вышиб пробки, и дверь открылась.

– Не приписывай себе мои идеи! Я молодец, ты тоже, но чуть меньше. Вот настолько меньше. – Кира развела руки в стороны, на всю длину.

– Хорошо, следующую дверь открываешь ты!

Мы пошли по коридору, заглядывая двери. За одной оказалось что-то вроде казармы: двухэтажные нары, шкафчики между ними, спортинвентарь в углу. Я порылся в шкафчиках, но в них была только труха, бывшая, видимо, когда-то формой.

Следующая комната оказалась оружейной. Множество пирамид с оружием футуристического вида стояли за мощной решеткой. К счастью, решетка тоже имела магнитный замок, работающий от той же сети, что и дверной. Кира тут же увешалась оружием, как новогодняя елка.

– Ты бы проверила для начала, стреляет ли оно.

Кира пощелкала кнопочками на оружии, но никакого эффекта не было.

– Может, просто патронов нет?

Я взял из пирамиды один ствол, отщелкнул магазин и осветил его фонарем. Интересно, магазин делился на две части: спереди маленькие металлические стрелки, сзади – контакты. Рельса или гаусс?

– Заряди. – Кира тоже рассмотрела контакты на магазине и теперь протягивала его мне.

– Я похож на зарядку?

– Ну, с дверью же вышло!

– Вышло сломать дверь. Батарею я тоже могу сломать, но боюсь, она взорвется в руках.

Следующие полчаса ушли на то, чтобы проверить все стволы, но ни один не стрелял.

– Да это просто не честно! Столько ништяков, и ни один не работает.

– Успокойся, пошли лучше зарядку поищем.

В следующем помещении оказалась еще одна казарма, а вот за ней…

– Отпади мой хвост. – Я разглядывал карту спутниковую местности на огромном экране, висящем не стене следующей комнаты.

Я подошел к экрану и провел по нему пальцем – изображение сдвинулось. Тогда я дотронулся двумя пальцами и развел их в стороны. Земля стала ближе. Местность была похожей на ту, где мы находились. Я начал просматривать карту. Вот этот чертов разлом, я еще уменьшил масштаб, вот машина на дне…

– Обалдеть, да это же не просто карта, это трансляция со спутника!

– Ну-ка, подвинься. – Кира оттеснила меня от карты. – Я тоже хочу посмотреть.

– Давай-ка рассмотрим крепость непров поподробнее.

– Подожди, я хочу рассмотреть, что на первом форпосте сотворили. Жлобы, понахватали всего и не делятся.

Вот это громадина! Целая цитадель, а не форпост. Высокие монолитные стены, башни с автоматическими пушками, множество ангаров, гаражей, три вертолетные площадки, взлетная полоса и техника, техника, техника. Танков я насчитал десятка три, бронетранспортеров под сотню, а уж народу…

Вот если бы они еще и с тварями боролись, а не корабли чужие угоняли, было бы вообще замечательно.

Я занял место у карты и начал искать крепость непров. Вот они, голубчики. Стены я уже видел, а вот то, что все пространство за ними занимали вольеры, стало для меня неприятной новостью. Особенно, если учесть, что в клетках были одни адские альфы.

– Надо выбираться отсюда, и предупредить седьмой форпост. Пусть уходят в форт на берегу, иначе их сомнут.

– И шестой форпост. Тогда под ударом окажется первый, и им придется делиться.

– Здравая мысль. Пошли искать выход.

За следующей дверью оказалось какое-то техническое помещение, а в крайней нас ждал сюрприз.

– Чур, я поведу! – Воскликнула Кира, как только увидела броневик.

– Заведи сначала.

– Ты заводи, а я поведу. Ты уже сколько машин разбил?

– Ни одной! Одну разбил осьминог, другую сжег некромант, а третью ты уронила.

– Я?!

– Ну не я же? Я вообще в двадцати метрах был, когда все произошло.

– Да ну тебя.

А броневичок-то солидный. Корпус со скошенным носом, гусеницы, башня с двумя орудиями: одно большого калибра, и одно маленького. Через дверь-трап на корме мы попали внутрь. Два ряда по четыре кресла вдоль стен, спереди два места, перед левым два рычага, перед правым один джойстик, ряд кнопок между ними. Подход к управлению в стиле функционального минимализма. Мне нравиться. Осталось запустить эту штуку.

– Смотри, тут и зарядка есть. – Кира показывала пальцем на ниши в стенах, в которых были контакты, как раз под батарею оружия.

– Опа. – Я выдвинул «полку для дисков», только тут она была всего одна, и лишь на две пластины. – А вот на чем работает эта шайтан-машина.

– Осталось сбегать в форт за топливными элементами.

– Может здесь есть?

Мы принялись обыскивать гараж. Нашли снаряды для орудий броневика, какие-то запчасти, пульт от ворот, но не топливо. Я нажал на кнопку на пульте, ворота открылись, а за ними оказался какой-то темный туннель.

– Нет здесь пластин! Вот же! И бросить жалко, и забрать не получается!

– Спокойствие, только спокойствие! Есть одна идея.

– Какая?

– За мной, сейчас все покажу. – Мы вернулись в техническое помещение. – Вот смотри, такие же ручки как на реакторе корабля.

Я взялся за одну, попробовал повернуть. Ничего.

– Резче дергай!

– Не, дело не в этом. Просто реактор запущен, а значит, действует блокировка. Но пластины могут быть тут.

И они тут были. Еще один ящик, вроде того, что был найден в лагере непров, стоял между стеной и реактором.

– Какой-то он легкий. – Я открыл ящик и стал выбрасывать из него пустые коробочки. – Да мне всего две штучки надо!

Есть, две полные коробочки нашлись на дне ящика. Мы вернулись в броневик, загрузили пластины в реактор. Тут же ожили экраны перед креслами, правда показывали они темноту, но я пощелкал кнопочками и включил фары.

– Поехали! – Кира заскочила в кресло водителя и толкнула рычаги.

Броневик тут же рванулся вперед и врезался в стену.

– Тише, а то новый рекорд поставим.

Я уселся в кресло слева, покрутил джойстик. Башня отреагировала на движение джойстика и с тихим шелестом повернулась, изображение на экране сдвинулось. Я прицелился в стену и нажал на гашетку. Ничего не произошло, только на экране замигала пиктограмма. Видимо снарядов нет.

Пока я возился со снарядами, перетаскивал их внутрь и заряжал орудия, Кира умчалась в оружейку. Вернулась, таща на себе десяток разнообразных стволов и множество магазинов.

– Ты бы сходил, себе что-нибудь взял. – Сказала она, сваливая оружие в десантном отделении.

– То есть это ты все себе взяла?

– Конечно! Что, я буду для тебя тяжести таскать? Вот еще!

– Предлагаю компромисс. Пойдем вместе и заберем все, что найдем.

В общем, такой вариант устроил обоих, и через час оружейка опустела. Мы погрузились в броневик и двинулись по темному туннелю.

Через полчаса впереди забрезжил свет, и мы выехали из тоннеля под открытое небо. Мы попали в тот самый разлом. Видимо туннель впереди обвалился, и земля осела.

Через пять минут езды по дну ущелья, мы подъехали к разбитому УАЗу. Машина лежала на продавленной крыше, задний борт смять, кузов гармошкой.

– Посмотрим, может, что уцелело? – Предложил я.

– Пошли.

Мы вышли из броневика и направились к пикапу. Как ни странно, но из оружия пострадал только пулемет. Мы перетащили все, что уцелело в новую машину, а сам УАЗ прицепили тросом и перевернули на колеса.

– Думаешь, заведется?

– Как знать. – Я сел в УАЗ. Потолок стал ощутимо ниже.

Я повернул ключ в замке, и двигатель сразу завелся. Чудеса. Дальше больше, машина ехала, пусть её вело в сторону, а карданный вал стучал по корпусу, но всё-таки ехала!

Кира на броневике отправилась вперед разведывать дорогу. Вскоре дно ущелья стало повышаться, и мы выбрались на ровную поверхность. Я вышел из машины и подошел к броневику.

– Предлагаю оставить УАЗ здесь, а самим смотаться к крепости и устроить кровавую мстю.

– Обеими руками «За», но я поведу.

– Да, пожалуйста. – Ответил я, усаживаясь на место стрелка. – Я зато постреляю.

На этот раз к крепости мы подъезжали не таясь. Я прицелился в мага на башне и выстрелил из маленького орудия. Прощелкала короткая очередь, а перед стеной показалось легкое свечение купола. Опять чертов купол! Я снова выстрелил. На этот раз из большой пушки. И снова купол поглотил выстрел.

Тогда я зажал гашетку, и длинная очередь ударила в стену. И опять лишь легкое свечение в месте попадания. Но теперь нас заметили, и в нас полетели огненные шары.

– Поехали отсюда. – Сказал я.

Кира повела броневик прочь от крепости. Нас пытались преследовать гончие, но с ними-то пушка справлялась отлично. Забираем машину и едем на седьмой форпост. И пусть теперь в Цитадели разбираются с этим геморроем.


Глава 10

– Что? Серьезно?

Скажу честно: седьмой форпост меня удивил. Я ожидал увидеть развалины, коттеджный поселок, форт, или даже целую крепость. Но уж точно не городок в стиле «Дикого Запада», словно сошедший с экрана вестерна. Деревянные домики вдоль единственной улицы, тюрьма, церковь, мэрия и, разумеется, салун. Коновязь с лошадьми в наличии. Правда лошади давно подохли, что немного смущает, и теперь над ними вовсю кружат мухи. Не хватает только перекати-поля и двух ковбоев на площади. А вот мы совсем не вписываемся в картину, со своим броневиком и помятым внедорожником на прицепе.

Мы остановились возле салуна, если где и есть люди, то только там. Как только мы вышли из броневика, тут же запах перегара ударил в нос.

– Весело тут, как я посмотрю.

– Ты иди, посмотри, что там, а я на шухере постою.

– Что? Запах не нравиться? Мне вообще-то тоже. – Приятного, и в самом деле, мало. Перегар перебивал даже запах гниющих туш. Похоже, здесь с самого обрыва бухают. – Но надо, всё-таки, узнать, что тут произошло.

– Узнай, потом мне расскажешь. А мой нос этого не вынесет! – И Кира закрылась в броневике. Фи, какие мы нежные. – Сам такой. – Прозвучало у меня в голове.

Как бы то ни было, я толкнул пендель… пендаль… дверь и зашел в салун «У неуловимого Джо». Картина Репина «Нажрались». Пьяные ковбои, спящие на деревянных столах, пьяный пианист под пианино, пьяный бармен за стойкой и пьяные девицы в пышных платьях, спящие в обнимку с перилами лестницы, ведущие на второй этаж. И повсюду бутылки, бутылки и бутылки, а еще пепельницы, плевательницы, окурки. А запах-то, запах! К перегару, который был слышен и на улице, добавился запах пота, табачного дыма, а еще, по-моему, тут кто-то сдох. На люстре, сделанной из тележного колеса, гирляндами висят бюстгальтеры, трусы, причем стринги соседствуют с семейками в горошек, носки и много чего еще, что не рассмотреть, из-за висящего в воздухе дыма. Хоть топор вешай.

Оглядев всю эту картину, я, пытаясь не поскользнуться на многочисленных бутылках, направился к стойке. Жаль, нет сапог со шпорами, тогда бы картина была полной.

– Бармен, есть тут кто адекватный?

– Ик! Тут, ик, есть только виски! – Бармен уставился на меня затуманенными глазами и попытался открыть бутылку с виски.

С третьей попытки у него это удалось. Он набулькал чуть-чуть в стопку, после чего присосался к бутылке и, опустошив ее наполовину, рухнул на пол. Замечательно. Тут на плечо мне легла чья-то рука, и кто-то заплетающимся языком задал мне главный вопрос жизни, Вселенной и вообще.

– Ты меня уважаешь?

– Нет. – Я развернулся к говорившему.

Колоритный персонаж: на голове чепчик, рожа синяя, из синего носа свисает длинная сопля, рубашка заправлена в трусы. Женские, кружевные, надетые поверх брюк и револьвера в кобуре.

– Да, ик, ты хоть знаешь, ик, кто я? – Ковбой попытался достать револьвер, но из-за трусов это у него плохо получалось. – Я Грязный Гарри! Самый, ик, быстрый стрелок на всем Диком Западе!

– Я в этом сомневаюсь! – Я достал свой револьвер и воткнул ствол ему под нос.

Гарри дернул головой и повесил свою соплю мне на револьвер, вот же зараза!

– Бешеный Билл?! – В его глазах отразился ужас. – Здесь бешеный Билл, спасайся, кто может! – Он попятился назад, наступил на бутылку, проехался на ней назад, после чего с грохотом свалился на пол.

– Ты там жив? – Я подошел к нему, осматривая на предмет повреждений.

Самый быстрый стрелок Дикого Запада не ответил мне, вместо этого он нащупал руками бутылку, отвесил ей смачный поцелуй и, обняв «возлюбленную», захрапел.

В сумасшедшем доме день открытых дверей. Что они тут устроили? Тематический парк развлечений? Похоже на то, если судить по стоимости бутылок на полках за барной стойкой. Я вытер ствол револьвера о рубашку Грязного Гарри и направился на улицу.

Следующим пунктом назначения я определил мэрию. На этот раз Кира пошла со мной, всё-таки любопытство пересилило брезгливость. На двери мэрии висела записка: «Ушел в салун, буду через пять минут». Иными словами мэр этого славного городка тоже находится в состоянии «нестояния». Дверь была закрыта, но я выбил ее ударом плеча, и мы зашли внутрь.

Внутри оказался вполне обычный офис начальника. Тамбур со столиком секретаря, а за дверью сам кабинет с большим столом в виде буквы «Т», на котором лежали бумаги, ноутбук-огрызок последней модели и разные мелочи, вроде пепельницы, папье-маше, подставки под канцелярские принадлежности, на стене полочки со всевозможными грамотами и сертификатами, шкаф с мини-баром.

Я порылся в бумагах на столе: договора, накладные, а вот и прайс-лист. Стригите меня налысо! Денек в парке развлечений «Дикий-Дикий Вест» стоил как мой месячный заработок в былые времена. И это без учета аренды лошадей, сбруи, оружия, я уж не говорю о прайс-листе за сафари. От пяти тысяч вечнозеленых за волка, до сорока за слонопотама. Ну, хоть саблезубых в списке нет, уже это хорошо.

В тюрьме, куда мы зашли после мэрии, выводил носом рулады пьяный шериф. Как он оказался в камере, история умалчивает. Но пусть и за решеткой, все-таки блюститель закона устроился с комфортом: ящики виски, мешок закуски, вода, комфортная двуспальная кровать. Мамзель в комплекте, такая же пьяная, как и шериф.

Оставалось лишь надеяться, что служитель культа блюдет трезвость. Впрочем жила она ровно до того момента, как распахнулись двери церкви. В нос ударило амбре покруче чем в салуне. От одного запаха закружилась голова. Мы прошли мимо рядов лавок, дошли к кафедре, где обнаружился пастор, в обнимку с монашкой.

– Святой отец, вы согрешили. – Ноль внимания. Пришлось чуть-чуть подопнуть его, чтобы сонное недоразумение разлепило-таки глаза. – Проснись и пой! Кое-кто проспал второе пришествие, и теперь будет вечно гореть в аду!

– А-а-а-а! Демоны! – Пастор вскочил и начал креститься левой рукой. – Изыди, слуга дьявола! Чур, меня, чур! – Он попятился, наступил на рясу, упал и пополз на спине, отталкиваясь локтями и ногами. – Во имя отца, и сына, и святого духа! Аллах Акбар!

Выкрикнув последнюю, ни к селу, ни к городу, фразу, пастор рванул прочь с низкого старта, выбив головой дверь, которая, к слову, открывалась наружу.

– Что это только что было? – Спросил я, когда дар речи вернулся ко мне. – Толи лыжи не едут, толи я ничего не понимаю.

– Какие лыжи? Причем здесь лыжи? Что вообще здесь происходит?

– Просто, либо они, либо мы сошли с ума. Ничем другим объяснить творящийся здесь бедлам я не могу.

– И что нам делать? Оставить их тут?

– Оставлять нельзя. Жалко, пожрут их твари, потом будут похмельем мучиться. Примчится Гринпис, будет тут мозги канифолить. Почто, мол, зверушек в обиду дали, почто не защитили?

– Какой Гринпис? Какие мозги? Какие зверушки? – Кира начинала злиться. Даже кисточки на ушах занялись синим пламенем. – Надо мной-то не издевайся! Говори нормально! А то, как дам в бубен, неделю звенеть будет!

– Кира, ты – чудо! – Я, на радостях, лизнул ее в нос. – Звон! Колокольня!

Я побежал на колокольню, которая находилась на крыше церкви. К счастью, колокол тут присутствовал. Я схватился за веревку и начал тянуть за нее, раскачивая язык. Раздался первый басовитый «Бом», и тогда я закричал так громко, как только мог.

– Индейцы! – Кричал я в перерывах между ударами. – Тревога! Краснокожие угнали скот! Индейцы!

Актеры парка, видимо, уже основательно вжились в роль и отреагировали на поступившую информацию, соответственно их роли. Иным словами из салуна повалил народ. Кто-то выбегал, кто-то выходил, другие выползали, а иных выносили на руках… Но все, абсолютно все, стреляли в воздух из всего наличествующего оружия. Несколько пуль просвистели в опасной близости от меня, а одна даже расщепила доски стены, обдав меня фонтаном щепок. Какой идиот раздал этим идиотам боевое оружие?

– Где индейцы?! – Раздались снизу первые голоса.

– Вперед! За скальпами! – Прокричал «шахтер» со связкой динамита. – Взорвем всех гадов! – Он поджег фитиль от сигареты и бросил шашку перед собой. К счастью, взрыва не последовало. Ну, хоть динамит оказался бутафорским.

– Надерем зад, краснокожим! – Пора спускаться, а то и впрямь ринутся в ответный набег.

Переживал я не зря, когда я спустился, ковбои уже седлали лошадей, несмотря на то, что они уже месяц как сдохли.

– А ты кто такой? – Задал мне вопрос Грязный Гарри. Когда уже успел забыть?

– Я тут единственный адекватный человек. Несмотря на то, что Псих, и не человек.

Послышался скрип пропитых мозгов, но все-таки сказанное мной оказалось сложным для того, кто только что вышел из месячного запоя.

– Ложная тревога, парни! Идем в салун, я угощаю!

Допустить, чтобы они снова нахрюкались, я не мог. Поэтому я ворвался в салун поперед толпы и выпустил магазин автомата по полке со спиртным. Сзади раздался раздраженный ропот, но плевать. А вот на что не плевать, так это на звуки взводимых курков.

– Ты сейчас что сделал? Коврик, ты, молью недоеденный! – А вот сейчас обидно было.

– Слушай сюда, лысая обезьяна. – Я тоже умею в расизм. – Сейчас вы все сваливаете баиньки, а уже утром я буду выслушивать ваши извинения и благодарности. Потому что вы, дебилы, скоро пойдете на корм тварям! Не лупай глазами! Вспомни, где ты находишься, и какой мир тебя окружает!

Бесполезно. Ошибка 404 – мозг не найден. Я толкнул заводилу, и вся толпа повалилась на землю, словно домино.

– А с тобой, будет отдельный разговор. – Я схватил самого борзого за шкирку и потащил к поилке. – Вот только протрезвеешь слегка. – Я сунул его голову в воду и держал там примерно полминуты. – Ну как? – Я посмотрел в глаза бухарику. – Мало. Продолжим.

Водные процедуры продолжались еще почти десять минут. Наконец, в глазах его мне удалось заметить проблески разума.

– Хватит! Утопишь!

– Очнулся, алкаш? Вы сколько уже бухаете?

– Как связь с Землей прервалась, так все клиенты на первую АЗ свалили, а мы решили посидеть немного, подумать за рюмочкой.

– И что надумали?

– Не помню. А какое сегодня число?

– Завтра юбилей – пятьдесят дней с момента обрыва.

– Сколько? – Он выпучил глаза до такой степени, что казалось, что они выпадут из глазниц.

– А сегодня сорок девять. Тебя как звать-то?

– Вася. Василий.

– Бонд. Джеймс Бонд. А мне представился Грязным Гарри.

– Да? Не помню. – Удивился Вася. – Это роль моя такая.

– Значит так, Грязный Вася. Сейчас ты помогаешь нам отрезвлять остальных. Кстати надо где-то отловить пастора и вытащить шерифа из тюрьмы. А утром мы отсюда сваливаем.

– А зачем отсюда уходить? Тут жилье, еда, вода в скважине.

– А затем, что в двухстах километрах отсюда крепость непров.

– Кого?

– Непров. – Во дает человек, живет в мире, о котором ничего не знает. – Это те злобные гады, что весь прошлый год на Землю монстров засылали. А теперь они здесь. И помощи вам ждать не откуда. Единственный вариант для вас, это уйти в форт на побережье.

На то, чтобы привести в чувство всех поселенцев, пришлось потратить весь день. Последние купания уже проходили в «романтической обстановке» – под светом звезд. Пастора нашли сидящим на крыше мэрии. Он громко ругался, вещал о втором пришествии, великом суде и призывал всех покаяться. А вот, чтобы вызволить шерифа, пришлось броневиком пробить стену тюрьмы.

Утро встречало меня кислыми хмурыми рожами. Всего эпический запой пережило сорок три поселенца, которые теперь собрались на центральной площади, громко споря. Пора вмешаться, а не то либо передерутся, либо снова напьются.

– Тихо! – Я вышел перед толпой. – В чем причина недовольства? – Спросил я мэра.

– Транспорта нет.

– Совсем нет?

– Есть фургон. Телега с тентом, а лошади сдохли.

– А Бэтси? – Прозвучал чей-то голос из толпы?

– Какая еще Бэтси? – Спросил я.

– Не слушайте этого придурка! Он херню несет. – Раздались в толпе недовольные голоса.

– Я не вас спрашиваю. – Я повернулся к парню, который упоминал о «Бэтси». – Это лошадь твоя, или что?

Вместо ответа парень развернулся в сторону прерий и закричал так, что мне завидно стало.

– БЭ-Э-Э-ЭТСИ-И-И!

Сначала ничего не происходило. Но потом на горизонте появилась темная точка. Она стремительно приближалась, и вскоре стало ясно, что это слонопотам.

– Все назад! В укрытие! – Я рванулся было в сторону броневика, но парень преградил мне дорогу.

– Не надо, это моя Бэтси, она добрая!

Бэтси была уже рядом, и стало видно, что это слонопотам, но не ГМО, а обыкновенный, не тронутый непрами. Зверюга протрусила на площадь, сбавила скорость и подошла к парню, ткнувшись мордой в его ладонь. Он же достал из кармана морковку и протянул слонопотаму. Бэтси аккуратно, одними губами, взяла морковь с ладони и задорно захрустела.

– Видите! – Паренек погладил зверя по морде. – Я же говорил, что она добрая. Она нас и повезет.

Народ снова загудел. Все-таки слонопотама боялись, ведь даже без трансформации это был очень крупный зверь, притом родственник носорогов. В чьи достоинства кроткий нрав явно не входит.

Всё-таки выход был найден. Фургон прицепили к броневику, а Бэтси потянула УАЗ, на капоте которого сидел Юрка Дрессировщик, так звали парня. После погрузки всего необходимого в дороге, в ходе которой мною было разбито пятнадцать контрабандных бутылок, мы все-таки покинули этот дикий городок. Наш странный караван начал долгий путь в форт.


Глава 11

Чтоб я еще когда-нибудь пошел караваном с гужевым транспортом? Да никогда! Ну, что стоило прицепить фургон и машину к броневику? Спокойно бы утянул! Нет, блин, повелся, как идиот.

Согласен, Бэтси скотина тяговитая, но очень уж неторопливая, когда дело заходит о дальнем переходе. Неделю уже плетемся, и только сегодня форт, наконец-то, показался на горизонте. Один плюс только от долгой поездки – разобрались с броневиком.

Кроме экранов, как выяснилось, он имел и обычные окошки, прикрытые щитками, которые теперь были открыты. А еще, мы прогнали через зарядное устройство все магазины, вынесенные из оружейки бункера, так что теперь можно сэкономить запас патронов. Все найденное оружие стреляла маленькими металлическими стрелками без оперения или шариками. Причем я на пробу зарядил вместо родного боеприпаса кусочек железной проволоки «шестерки», которыми снаряжал патроны к обрезу. Как ни странно, но он пришелся как родной, и оружие без проблем стреляло ими. Хлопок от перехода на сверхзвук у рельсотрона не очень громкий, в целом, он стрелял даже тише, чем мой автомат. Все-таки автоматика, доставшаяся ВАЛу от АК, очень громко лязгает, как её не смазывай.

А вот с энергетическими пистолетами вышла проблемка: кроме батареи в магазине присутствовал баллончик для газа. Какой газ в нем использовался неизвестно, но вряд ли это был природный газ. А другого у меня нет. Как приедем, подарю все пистолеты Куратору, пусть придумывает, что с ними делать.

Форт с нашего последнего визита еще подрос. Теперь стены достигали почти десятиметровой высоты, на башнях постоянно находились люди возле орудий, а вдоль стены тянулся ров, перекрытый подъемным мостом. Рядом с воротами, вкопанные по самую башню, стояли раритетные танки, а новые, брошенные угонщиками моего корабля, повстречались нам ранее на аванпосте по пути к форту.

А снаружи стены разрастался город: избы и срубы окружали форт, тремя концентрическими кольцами, у ворот раскинулся рынок-барахолка. Прямо, целый средневековый город, даже кузница имеется. И откуда, только, столько народу взялось? Или это я не обращал внимания?

На въезде в форт нас уже ждали, видимо, с аванпоста предупредили. Бэтси оставили за стеной, людей забрали, даже за побитым УАЗом приехал грузовик и увез его в мастерскую. А нас оставили без внимания. Ну и ладно, зайду сам к Куратору, есть у меня к нему пара вопросов…

– Ты опять машину угробил? Сколько можно-то? Здесь их взять неоткуда! – Вот, блин, только зашел в кабинет, и сразу с порога в меня летят упреки.

Пока Куратор распинался насчет машины, я разглядывал свои когти. Да, не мешало бы подровнять… Напильник, что ли для этих целей завести? А то отросли так, что теперь полностью не скрываются. Еще и всяка бяка налипла: кровь, земля, машинное масло. Я стянул со стола ластик и шершавой его половинкой принялся оттирать грязь. Вроде отходит. Я подышал на когти и потер их об шерсть на другой руке. Хоть чуть-чуть поприличней стало.

– Ты меня вообще слушаешь? – Голос Куратора на повышенных тонах заставил обратить на него внимание.

– Нет. – Честно ответил я. – Ты все равно ничего полезного или интересного не сказал. Позови, как перейдешь к извинениям и благодарностям. – И я продолжил прерванное занятие, у меня еще на левой руке когти не почищены.

– Каким извинениям? Каким благодарностям?

– Это риторический вопрос? Нет? Странно, я был лучшего мнения о твоих умственных способностях. Или у тебя просто склероз? Так я напомню. Извинения: за угон корабля, за разрушение второго. Благодарности: за ручного слонопотама, за сорок три профессиональных актера, что я тебе привез. Ты же теперь можешь свой театр открыть.

– Скорее цирк, клоун уже есть.

– Можешь и цирк. Кстати, почему ты мне клоуна не показывал? Ладно, не важно. – Я махнул рукой. – И не забудь поблагодарить нас за найденный бункер.

– Какой бункер?! Почему ты о нем не рассказал?

– Почему? Дай-ка подумаю… А точно, потому, что ты с порога на меня наехал по поводу машины, и не давал сказать ни слова. А машина, между прочим, только слегка помята, она даже едет сама! Просто ради экономии пришлось Бэтси запрячь.

– Какая еще «Бэтси»?

– Так я не понял. Тебе про Бэтси или про бункер знать надо? Сидишь тут путаешь меня, как путана. И где мое мороженое?

– Да отстань ты со своим мороженым! Говори, что за бункер?

– Бункер, как бункер. Запасы оружия, которые мы вывезли, в ангаре броневик, который мы угнали, реактор, система связи со спутником…

– Где он находится? – Куратор достал из стола карты и расстелил их на столе.

– Ну-ка, подвинься. – Я перешел на другую сторону стола. – Вот седьмой форпост, вот тут – Я ткнул ручкой в карту, отметив точку. – крепость непров, вот эта чертово ущелье, куда упала машина. А ущелье это образовалось из-за того, что разрушился тоннель, ведущий к ангару в бункере. Что находится с другой стороны тоннеля, я не знаю. Очень уж там непры злые, пришлось ноги сделать.

– Про крепость поподробнее.

– Поподробнее, значит. Стены метров двадцать в высоту, внутри огромный портал, туева хуча непров и альфа гончих. Стены защищены барьером, который пушка броневика не берет. Больше ничего не узнал, говорю же, пришлось тикать. Могу только сказать, что твари особенно опасны, когда рядом погонщик. Мы от гончих на машине не смогли сбежать, так быстро они бегут, пришлось бой принять. Тогда и машину потеряли.

– Ну, а со спутником что?

– В бункере монитор висел, я думал, то карта простая, а оказалось, что это картинка со спутника в реальном времени. Мы там на первый форпост глянули… Там целая Цитадель. С большой буквы, и никак иначе. Так что пусть они и разбираются с непрами. Седьмой форпост теперь пуст, так что цель номер один – Цитадель.

– Ну, а как вас, вообще, туда занесло?

– Саблезубые сообщили. Вот мы и поехали разобраться. А вот теперь моя очередь задавать вопросы! Какого черта, я видел предателя в крепости?

– Какого предателя?

– Того самого, который о корабле разболтал. Почему ты ничего не сделал?

– А что, что я с ним должен был сделать?

– Ну, даже не знаю… – Я изобразил задумчивость. – Можно, например, расстрелять, повесить, отрубить голову, на кол посадить. Мало ли способов?

– Между прочим, у него была веская причина. Как бы ты сам поступил, если бы, например, Киру взяли в заложники?

– Кхм. – Я даже ластик выронил от подобного вопроса. – Во-первых, его семью никто в заложники не брал, они тихо-мирно живут на Земле вдали от всей это кутерьмы. Во-вторых, ты ставишь меня перед выбором между единственным любимым существом в этом гребаном мире и кучкой уродов, которые вечно пакостят мне? Ответ, я думаю, очевиден. Ну и, в-третьих, Киру в заложники? Не делай мне ха-ха. Земля пухом тому, кто попытается такое провернуть. Верно? – Я обратился к Кире.

– Скорее, мир его праху. – Кира подняла руку, объятую пламенем.

– Неудачный пример, короче говоря. Нас, вообще, можно только убить. Причем обоих сразу, иначе получишь полный абзац. Еще вопросы?

– Есть один. За что ты так людей-то не любишь?

– Тебе пример привести? Запросто…

– Про корабль молчи!

– Да легко. Значит так, послушай одну поучительную историю. Жил-был мальчик, тихий, мирный, никого не трогал. Как-то мальчик поехал кататься на велосипеде, но увидел, что чей-то дом горит. Мальчик был добрым, а потому помог старушке, которая жила в том доме, выбраться. А что сделали люди? А люди украли у мальчика велосипед, при этом сами обвинили его в том, что он залез в дом, чтобы что-то украсть, а пожар устроил, чтобы замести следы. Здорово, правда? Какая мораль сей истории, спросишь ты? А мораль проста: люди – уроды.

– Детская психологическая травма, кто бы сомневался. Но если, как ты говоришь, люди – уроды, то зачем ты им помогаешь?

– Не ищи логику в поступках того, чье прозвище «Псих». Я – часть той силы, что вечно хочет зла, но совершает благо. Как-то так. И вообще, довольно психоанализа, дядюшка Фрейд! Займись лучше чем-нибудь полезным! – Я развернулся и направился к выходу.

– Стой!

– Что еще?

– Броневик оставь.

– Это, блин, с какого перепугу? Можешь УАЗ забрать, а броневик – моё!

– Нам топливо экономить надо, а ты все равно здесь останешься.

– Пип! Неверно, и ваше очко уходит в зрительный зал! Мы в лесу пока поживем. Если понадобимся, просто выйди на поляну, встань на пенек и три раза прокукарекай.

– Я бы на твоем месте, лучше остался в таверне. Там и комнаты. И еда. – Вот скотина! Знает чем можно привлечь внимание Киры. Её теперь за уши не вытащить из форта.

– Откуда здесь таверна? Зачем здесь она? У нас, вроде как, крепость не для антуража, а для защиты от непров. А тут таверна! Прямо парк развлечений «Артур и рыцари круглого стола».

– В таверне останавливаются те, кто не живет все время в форте: твои пираты, рыбаки, работники лесопилки и каменоломни…

– Охренеть, у тебя есть каменоломня, а ты не знаешь что с предателями делать… В любом случае, на таверну у нас нет денег! А патронами я платить не буду!

– Патроны оставь себе, а деньги… – Куратор открыл ящик стола и достал оттуда пачку бумажек. – Вот.

– Круто! Фантики. – Я вернулся к столу, взял одну бумажку и стал ее разглядывать. – Слушай, а почему не листики с деревьев? Их вообще дофига, никаких проблем с печатным станком. Нарвал листочков, пожрал пирожков их песка. Никаких проблем!

– Хватит ёрничать! Все принтеры я конфисковал, а от руки такое не нарисовать. Фантики, не фантики, а хождение имеют. Номинал равен количеству патронов калибра 5,45, которое можно получить, обменяв купюру в Арсенале.

Ну, это меняет дело. Я сгреб деньги со стола и пересчитал их.

– Две тысячи? Да это же меньше двух цинков! Совсем ты нас не ценишь. Смотри, перекупят конкуренты! Будешь тогда локти кусать, что фантиков пожалел. Сам, небось, тысяч пять в день тратишь? Девятка-то по какому курсу идет?

– Три к одному. И девятки пока нет.

– Пока? Или вообще? Или ты знаешь, где её искать? А ну, колись! А не то моргалы выколю! – Я выставил указательный и средний пальцы и протянул руку в сторону Куратора.

– Остынь, Доцент. Завод мы запустили. Пока только 5,45 и охотничьи патроны.

– Михалыч, ты дебил?

– Это почему, это я дебил?

– Потому что! Я тебе, о чем говорил? В крепости непров туева хуча альфа гончих, которых твоя мелкашка, даже не щекочет. Четырнадцать с половиной надо! И много! На худой конец, двенадцать и семь.

– На тот момент у меня не было этой информации.

– Зато у тебя была информация, что пятерка только против ежиков годиться. Ты их давно видел? Гони пулеметные патроны. И, кстати, что с горючкой?

– Все известные месторождения нефти возле перв… Цитадели. Но мы тут растение нашли, очень похоже на рапс.

– Биодизель? И как, хватает?

– Только на хозяйственные нужды. Для военной техники используем старые запасы, но они быстро тают.

– Хрен с тобой. Забирай броневик. И где твоя таверна?

– Она не моя! Сразу за воротами.

Таверной оказалось двухэтажное здание напротив блошиного рынка. Первый этаж бревенчатый, второй набран из толстых досок, под большим навесом с торца расположились несколько длинных столов с лавками. Все основательное, из толстых досок. Высушенную древесину найти проблема, так что несколько лавок пошли пропеллером. Ну, мебель это не главное. Главное то, что запахи едва не заставили нас захлебнуться слюной еще на подходе к заведению.

– Эй, идите к нам! – Шах с Лисой, как выяснилось, тоже решили пообедать, и теперь приглашали нас присоединиться. – Где вы пропадали?

– Дела были. – Мы присели к ним за стол, бросив сумки под лавки. – Сами-то чем занимались?

– А мы в море были, вчера вернулись только. Все, непры кончились.

– Ошибаешься. – К нам подошла официантка, я сделал заказ, и как только она ушла, продолжил. – Они еще толком не начинались. В степи на юге такая крепость стоит, что просто «Ой».

– И что теперь? – Услышанное их явно расстроило. – Что делать будем?

– Ничего. – Я вгрызся в принесенное мясо. Жареная оленина, да с кисленьким ягодным соусом, да с молоденькой картошечкой! Лепота! И никаких консервантов. – Запасаемся попкорном и ждем, пока непры сцепятся с Цитаделью.

– С кем, с кем?

– Ш шитателью! – Пожрать не дают нормально. – С первым форпостом. Дай пожрать, сам рассказывай.

– А что рассказывать? Сходили к тому материку, промеряли излучение. Чуть выше нормы, к слову. Покрутились вдоль берега и назад.

– А ответь-ка мне на один вопрос. – Лиса, наконец-то, заговорила. А я думал, она со мной не разговаривает. – Почему у нас детей завести не получается?

– Ну и вопросики. – Я чуть не подавился даже. – И почему ты думаешь, что я знаю ответ на твой вопрос?

– Ну, вот пока ты вопросом на вопрос не ответил, я не была уверена. А теперь отвечай!

– Ладно! Ладно! Сама напросилась. Седой мне что-то пытался объяснить, я не особо разобрался… Но, вроде бы, есть у саблезубых такая черта, как невозможность зачатия при близкородственных связях.

– А причем здесь близкородственные связи? – Теперь уже Шах вмешался в обсуждение.

– Видишь ли, тут такое дело… Я как-то отправил на анализ наши образцы ДНК. Не в контору, а в частное учреждение. Так вот… Согласно результатам этого анализа, мы с Кирой близнецы. Соответственно, вы тоже.

Шах прыснул морсом, закашлялся и покраснел так, что через шерсть стало видно. А Лиса выдала:

– Вот только пошути про инцест!

– Нам ли об этом шутить?

После такой информации от меня отстали, и я смог-таки поесть в спокойствии. В относительном.

– Кис-кис-кис. – Раздалось сзади. Это что за оригинал там выискался?

– Если обезьянка хочет бананчик, ей достаточно попросить. – Ответил я, не поворачивая головы. – Для такой забавной зверушки всегда найдется.

– Ты чё сказал, мля? – Конфликта ищут? Так я же не против.

Я встал из-за стола, оглядел противника. Ну что тут сказать? Ушлепок и прихлебалы.

– Я сказал: вынь хер у себя из ушей и вставь себе в рот! Чтобы лучше слышал и меньше трындел!

– Да ты хоть знаешь, с кем ты разговариваешь? – Вылезла вперед одна из шестерок.

– Ну, уж точно не с тобой! Вам я скажу только одно: «Можете поцеловать невесту». – И я резко столкнул шестерок лбами. Раздался хруст, треск. Похоже, чуть-чуть переборщил. Надеюсь, они живы. Хотя неважно, невелика потеря. – А вот ты! – Я ткнул пальцем в ушлепка. – Теперь скажи мне, кто же ты такой? Чем знаменит? Что хорошего сделал?

– Да ты знаешь кто мой отец?!

– Что? То есть, ты хочешь сказать, что все твои достижения состоят в том, что ты самый быстрый сперматозоид? То есть все, что ты сделал, это проскочил быстрее всех из яиц своего отца-козла в мамашу-блядь?! Я тебя правильно понял?

Вместо ответа он достал пистолет. Я не стал ждать, а рванул оружие из его руки. Раздался выстрел, звон простреленной посуды, люди попрятались кто куда, а парень истошно заверещал.

– Не скули, тварь! – Ненавижу таких уродов!

Я выпнул его на улицу, и навел на него его же пистолет. Между спусковым крючком и скобой болтался палец. Так вот почему он так орет.

– Стоять! Руки вверх! – А вот и стражи порядка. Патруль, состоящий из трех человек, прибежал-таки на звук выстрела.

– Все улажено, спокойно. Забирайте этого дебила и валите. – Я развернулся и пошел обратно, надеясь продолжить прерванный обед.

– Стоять! – Раздалось сзади. Он это мне что ли? – Стой, кому говорят. – Сзади прогрохотала очередь, судя по тому, что дырок в моей шкуре не прибавилось, в воздух.

– Ты ничего не перепутал? – Я развернулся. На меня были направлены стволы патрульных. – Вот ваш нарушитель спокойствия, забирайте его и валите!

– Это сын уважаемого человека! – Ну, вот опять за старое. – А что ты за мутант, я не знаю! – Вот зря он так, нормально же общались.

– Я мутант?! Я МУТАНТ?! – Теперь я был по-настоящему зол. – А ты кто такой? Кто ты, я тебя спрашиваю?!

– Брось оружие! – Интересно, он глухой или тупой?

– Бросить? Мне бросить оружие?! Мне не нужно оружие, чтобы вас перебить! – Десять молний, по одной с каждого пальца, сорвались в землю, на миг ослепив патрульных. – Поэтому отвечай мне, кто ты такой!

– Я тот, кто обеспечивает порядок! – А пафоса-то, на дивизию хватит.

– Нихрена ты его не обеспечиваешь! Всякие подонки, ничем не занятые, слоняются по городу, мешают отдыхать людям после трудового дня или дальнего рейда. А ты вместо того, чтобы пристрелить бездельников, нападаешь на тех, кто, на самом деле, обеспечивает порядок. Ты вредитель или предатель, скажи-ка мне? И вообще, где ты был сорок дней назад?!

– Я… – Я не видел его раньше, так что, скорее всего, он один из тех, кто был на корабле непров. – Я был в плену.

– Да неужели?! И как ты сбежал из плена?! Как?! Достань язык из задницы и отвечай!

– Никак, меня спасли.

– Ах, значит, спасли?! А кто это сделал?! Кто?! – Старший патруля как-то поник, я подошел к нему и схватил за воротник. – Я это был! Тупая, ты, неблагодарная скотина! И нет, я не жду от вас, уродов, благодарности! Но можно, хотя бы, не тыкать в меня стволом и не называть меня «мутантом»?! – Я разжал руки, и старший упал на дорогу.

И меня еще спрашивают, за что я не люблю людей? Вот за такое и не люблю. Весь аппетит испортили!

– А вы чего уставились?! – Рявкнул я на собравшихся зевак. – Свалите нахрен! Концерт окончен!

Я расплатился за обед и ночлег, забрал ключ от комнаты, и мы с Кирой, забрав вещи, отправились наверх. Лучше бы в лесу переночевали.


***

В очередной раз убеждаюсь, что утро добрым не бывает. Кто там так барабанит?

– На голову кастрюлю надень и постучи по ней! – Я поднялся с кровати и, потягиваясь, направился к двери. – Десять часов утра! У кого там нет совести совсем?

– У тебя нет. – Выпалил Куратор, как только я открыл дверь. Ну да, кто же еще может меня будить в такую рань. – Ты что вчера устроил?

– Дай-ка подумаю. – Я почесал затылок. – После того как я ушел от тебя, я перекусил, а потом спать отправился. А почему ты спрашиваешь?

– И больше, ты хочешь сказать, ничего не делал?

– Еще я твою работу выполнял. Так ты меня поблагодарить пришел? Можно было и без этого, обойдусь.

– Поблагодарить?! – Он даже покраснел. С чего бы это? – Да после твоей выходки, на меня, знаешь как, насели? Твою голову требуют!

– И кто посмел?! Ты же, вроде, как главный?

– Вот именно, что «вроде»! Тут знаешь, какие люди жили?

– Какие жили, такие больше не живут! Почему я должен тебе прописные истины объяснять? Все что у них было, осталось на Земле, а тут у них нет ничего и никого! Ноль без палочки! А у тебя армия! Привыкай, что теперь ты тут главный! А всех дармоедов – расстрелять! Или дай мне список, я сам займусь!

– Ты что, совсем… – Узнать что я «совсем», помешала автоматная очередь, прозвучавшая за окном.

– Где тот урод, что посмел наехать на моего сына?! – Хриплый, прокуренный голос донесся с улицы. – Выходи, или я ее грохну!

Я достал рельсотрон из сумки, подошел к окну и, открыв ставни, оглядел собравшихся внизу братков. Большой черный джип и пятеро лысых мужиков с автоматами. Привет, девяностые, давно не виделись! Ладно, хоть без малиновых пиджаков, но огромные перстни и золотые цепи в наличии. Тот, у кого была самая толстая цепь, держал за волосы официантку таверны, нацелив на нее автомат.

– Эй, чучело, я здесь. – Произнес я и, как только братки переключились на меня, выстрелил в главаря.

Еще два выстрела достали тех, кто стоял перед машиной, те же, кто стоял за джипом, открыли огонь по мне. Точнее, по тому месту, где я был, так как я уже упал на пол и отполз подальше от огня. Доска-пятидесятка плохая защита от пуль, а вот толстые бревна первого этажа, калашу-мелкашке не взять. Хорошо, что у них не 7,62.

Пули стучали по подоконнику, осыпая нас деревянной трухой.

– Ай! – Вскрикнула Кира. – Рикошетом зацепило.

– Ну, как тебе начало дня? – Я подполз к Куратору. – А все ты виноват!

– Я?

– Ну не я же?! Надо было их грохнуть сразу, как только обратная трансформация прошла, а ты пожалел, еще и имущество вернул. Ты, хоть, перед ними не извинялся за доставленные неудобства?

Он промолчал, похоже, что всё-таки извинялся. Я подполз к кровати и достал из-под подушки револьвер. Из-за окна донеслись звуки отсоединяемых магазинов. Пора!

– Ты что задумал?! – Крикнула вдогонку Кира.

Но было уже поздно. Я разогнался, запрыгнул на подоконник и, резко оттолкнувшись от него, выпрыгнул на улицу. Сальто вперед, два выстрела – две разлетевшихся башки. Смотрелось бы круто, если бы не приземление на задницу.

– Больно, блин! – Я поднялся, потирая отбитые ягодицы. Надеюсь, этого никто не видел?

Я оглянулся по сторонам. Вроде никого, а от посетителей таверны я скрыт джипом. Когда буду рассказывать кому-либо об этом моменте, скажу что приземлился на ноги. И я затер лапой следы приземления.

Патруль появился только сейчас. Где они были, когда эти дебилы из автоматов палили? И опять целятся в меня.

– Отставить! – Куратор появился из таверны. Вовремя, не то трупов прибавилось бы.

– Ты цел? – Кира вышла следом за ним.

– Цел, цел. Сама-то как?

– Царапина, к вечеру заживет.

Вот такие вот чудеса магического самолечения – пулевое ранение зарастает быстрее, чем отбитый зад. Я похромал к таверне, но остановился, не дойдя пары метров.

– Тебе еще помощь нужна? – Развернулся я и обратился к Куратору. – Мне не сложно.

– Нет, спасибо! Сам справлюсь!


Интерлюдия.

Форпост №1. 73 дня с момента уничтожения портальной системы.

В крепости было неспокойно. Утром разведчики доложили о встрече с неприятелем, и больше от них сообщений не было, а сейчас пришло сообщение из района добычи нефти, что их атакуют.

Народ из окрестных поселений бежал под защиту стен. Люди были на грани паники. Вернуться на Землю не было никакой возможности, а ждать помощи от других форпостов не стоило: западные форпосты отказались предоставить подкрепление, а восточные не выходили на связь уже более месяца.

Однако гарнизон крепости был уверены, что выстоят. Высокие толстые стены, с магическим барьером, множество оружия и военной техники, а также собственные маги. Пусть маги людей уступали непрам в мастерстве, но зато они могли поддерживать барьер неограниченное время, сменяя друг друга. Остается только расстреливать тварей с безопасного расстояния.

Люди продолжали прибывать, транспорт с беженцами шел через ворота сплошным потоком. Большинство окрестных поселков уже эвакуировалось, оставалось дождаться только нефтедобытчиков со второго района.

Вскоре машины с нефтяниками показались на горизонте. Уралы неслись на предельной для них скорости, но все равно не могли оторваться от преследующих их тварей. Скорость и размеры гончих стали неприятным сюрпризом для людей, собравшихся на стенах и наблюдавших за погоней. Стрелять по тварям никто и не подумал, расстояние еще было велико, и была опасность зацепить своих.

Внезапно одна из гончих совершила рывок и запрыгнула в кузов последнего грузовика. Тент заходил ходуном, прорвался, и из прорехи выпрыгнула тварь и запрыгнула на капот машины. Грузовик вильнул, перевернулся и покатился по земле, погребая под собой монстра. Оставшиеся твари прибавили скорость и стали бросаться под колеса машин. Лишь один Урал смог увернуться от столкновения, остальные же, наехав на неожиданное препятствие, переворачивались, и оставшиеся твари тут же нападали на тех, кому удалось выжить при аварии. В конце концов, очередь из автоматической пушки смешала в кучу и своих, и чужих.

– Закрыть ворота! – Раздалась команда на стене.

Грузовик всё же успел проскочить между створками, закрывающихся ворот, но за ним в крепость проскочила одна из гончих и принялась рвать тех, кому не посчастливилось оказаться рядом с воротами.

Затрещали автоматы, гулко захлопали ружья, но пули рикошетили от пластин на шкуре адской альфы и только ранили других людей. Выстрел из противотанкового ружья остановил тварь, но многие уже были мертвы к тому моменту. Как от клыков и когтей твари, так и от «дружественного» огня.

Меж тем, к крепости приближалась вражеская армия. Было заметно, что непры хорошо подготовились к этому сражению. После уничтожения основного потока Кимир – мир непров, у неприятеля возникли проблемы с численностью пушечного мяса. Поэтому они брали качеством. Адские гончие достигли невиданных ранее размеров, слонопотамы обросли толстыми пластинами, которые, казалось, может взять только бронебойный снаряд, и острыми шипами по всему телу. Кроме тварей, в войске присутствовали и сами непры: воины трехметрового роста, закованные в броню и с огромными мечами, и маги. Последних было особенно много. Тут и там группки непров в черных, красных и синих балахонах ходили меж рядов войска, махали руками, поили тварей какими-то зельями или проводили некие ритуалы над броней и оружием воинов.

– Огонь! – Прозвучала общая команда.

Раздались выстрелы, и земля перед вражеским войском потонула в огне. Несколько минут гремела канонада, а когда развеялся дым и осела пыль, пред взором защитников предстала перепаханная земля, на которой в целости и сохранности стояла армия неприятеля. Те из землян, кто обладал магическими способностями, могли бы рассмотреть легкое голубоватое свечение купола, прикрывающего непров.

Некоторые из магов позаскакивали на спины тварям, и весь мутировавший зверинец рванул в сторону крепости. Пули почти не наносили вреда, а тяжелые орудия не успевали наводиться из-за выписываемых тварями зигзагов. А ровные колонны воинов, под защитой магических барьеров приближался к стенам. В это время первые гончие уже достигли стен и попытались запрыгнуть, но на мгновенье вспыхнувший барьер отбросил их назад.

В стане врага наметилось перестроение. Те воины, что несли щиты, подняли их вверх, и на них забрались непры в синих балахонах. Маги одновременно подняли вверх кристаллы, которые держали в руках, и стали покачивать ими из стороны в сторону, попутно что-то бормоча. Кристаллы пульсировали, все ярче и ярче, и, после очередной вспышки, символы на стенах крепости выгорели, барьер мигнул в последний раз и потух.

Твари рванули вверх по почти отвесным стенам, запрыгнули на вершину и побежали по ней, разрывая и сбрасывая вниз защитников крепости. Редкие выжившие в ужасе бежали, не замечая, как их товарищи ни с того ни с сего падают, держась за перерезанное горло.

Снизу ударили башенные орудия бронетранспортеров, теперь, когда маги были за стеной, твари не были прикрыты барьером, и тридцатимиллиметровые снаряды пробивали гончих насквозь. Но и людей на стене больше не было, а ворота уже сотрясались под мощными ударами с той стороны.

Орудия на башнях стены еще были целы, но твари уже вошли в мертвую зону, а барьер, поставленный магами перед основной армией непров, продолжал гасить удары снарядов. Поэтому люди стали отходить в детинец, оставляя за собой мины и прочие взрывающиеся сюрпризы.

Ворота детинца едва успели закрыться, как упала створка внешних ворот, не выдержавшая многочисленных ударов бронированных лбов слонопотамов. Ситуация принимала плачевный оборот, и командование приняло решение бросить в бой резервы: три МИ-24 взлетели с территории детинца и отстрелялись ракетами по оставшимся тварям. Кумулятивные боевые части ракет прожигали дыры в тварях, но барьер оказался им не по зубам.

Вертолеты ушли на перезарядку, минометы забили из-за стен детинца, а в это время на глубине пятнадцати метров кипел спор.

– Я еще раз повторяю! Снаряды не проверены, они могут нас всех прикончить!

– Ты бы предпочел, чтобы нас прикончили твари?

– Нет, но неужели нет другого способа?

– Есть один…

– Ну, вот и действуйте, а я не хочу нести ответственность за возможные разрушения!

– А придется! Либо твои магические мины, либо ядерный фугас! Что выберешь? – Собеседник не ответил, и мужчина скомандовал стоящим рядом солдатам. – Забирайте!

Солдаты погрузили контейнеры с боеприпасами на тележку, и покатили ее к лифту.

Между тем, наверху вертолеты взлетали для повторной атаки. Но стоило только боевым машинам показаться над стеной, как в их сторону метнулись ждавшие своего часа нетопыри.

Летучие мыши-переростки не могли просто пробиться сквозь броню «крокодилов», но они одна за другой врезались в вертолеты, закрывая обзор, забивая винты и турбины.

Полыхнула и задымила турбина одного из вертолетов, который тут же отстрелял боезапас, не целясь, и ушел со снижением за стену. Двум другим повезло меньше, их кабины были густо залеплены телами тварей, так что у пилотов не было возможности что-либо разглядеть, и машины столкнулись в небе над полем боя, рухнув прямо на скопление магов неприятеля.

Барьер не выдержал свалившихся на него многотонных обломков и погас. В образовавшуюся брешь, тут же ударили из всех орудий. Брешь стала разрастаться, но уцелевшие красные маги собрались в круг, вспыхнули кристаллы, мигнул и погас светящийся столб в центре круга, и люди на стенах словно окаменели. Один лишь человек не потерял возможность передвигаться, он подбежал к миномету, куда буквально за секунду до этого подвезли тележку с контейнерами с нестандартной маркировкой, отщелкнул замки контейнера, вынул из мягкого нутра одну единственную мину и закинул ее в ствол…



Глава 12

И зачем мы остались в форте? Здесь же от скуки можно подохнуть! Ну, сначала, я нашел занятие – вытребовал со склада магические кристаллы, перетер их в пыль, правда, сжег мельницу при этом, ну да не моё – не жалко. Потом три дня ходил с ведром волшебной краски и расписывал магическими символами всё, что под руку попадет: стены форта, ворота, технику. Еще теперь в таверне появился неубиваемый ящик-холодильник, за который мы получили бесплатное питание и проживание. Что было весьма кстати, так как во время моего третьего визита к Куратору, тот не стал меня слушать, а сразу начал кидаться в меня тяжелыми предметами. Денег не дал, так еще и мороженое зажал скупердяй этакий. Так что финансы поют романсы.

Потом была совместная поездка с Шахом и Лисой к местным саблезубым, где Алиса всех заколебала расспросами о размножении саблезубых. И зачем ей дети? Время совсем не подходящее для них. Самим бы уцелеть, для начала. Кончилось все тем, что один молодой нахальный самец вызвался помочь ей с зачатием. Пришлось удерживать разозлившуюся Лису, чтобы та не натворила дел. Нервная девушка, все-таки. Я только попросил саблезубых сообщить мне, если найдут артефакты древней цивилизации, и предупредить о появлении в округе непров, и увел нашу компанию к машине. К слову, Шах и Лиса после освобождения из плена, так и не вернули свой прежний цвет, а остались темно-серыми, почти черными. Так что Лиса теперь не рыжая, а, скорее, черно-бурая.

По возвращении в форт, я узнал удивительную новость: ухари с лесопилки умудрились порвать гусеницу на броневике, который был отдан им на время в качестве трелёвщика. Как у них получилось разорвать цельную, без деления на траки, ленту из прочного, но гибкого металла, остается загадкой. А теперь броневик громыхал по лесу новыми гусеницами, снятыми с разутого ИСа. Которые, как это ни странно, подошли к ведущему колесу инопланетной техники. Правда пришлось укорачивать, но хоть будет запас траков.

За время нашего вынужденного безделья Игорь почти привел в порядок УАЗ. Правда теперь от него мало что осталось, машина сильно изменилась. Ходовая встала на легкую раму, на которую была установлена старая кабина, а кузов был просто сварен из листов металла. Крыша над вторым рядом сидений переделана, в ней сделан круглый люк, в котором была установлена турель с КПВТ. Теперь можно стрелять прямо из машины и во все стороны. На месте переднего бампера появился отвал, наподобие паровозного, а новые лебедки крепились прямо к раме. Чтобы потяжелевшая машина не потеряла в динамике, была установлена более производительная турбина. Вообще, сначала Игорь хотел впихнуть под капот новый бензиновый мотор от какой-то иномарки, но я настоял на старом. Во-первых, кондовый отечественный дизель не так привередлив, во-вторых, с бензином у нас проблемы, и, в-третьих, мотор должен рычать как зверь, а не визжать, словно истеричная сучка. Правда, это все чего мне удалось добиться, так как после очередного моего совета меня вытолкали из гаража, матерно попросив не мешать работать специалистам.

Чтобы совсем не закиснуть от безделья, подрядились на добычу мяса для таверны. В ходе охоты, как-то проследили за местным родичем земного лося, который вывел нас на берег реки, из которого выступали соляные кристаллы. Короче говоря, и мясо, и приправа. Что как нельзя кстати, а то соль привезенная с Земли уже кончается, а на выпаривание из морской воды нет ни лишних рук, ни ресурсов. Да и недосол мяса, сначала не замеченный из-за различных соусов, начал надоедать. Вот и сейчас мы только вернулись с охоты и выгружали туши возле служебного входа таверны.

– Простите… извините… – Раздался сзади голос.

Пацан лет тринадцати-четырнадцати топтался за спиной, пытаясь привлечь внимание. Странно, обычно современные малолетки чересчур уж наглые, не то, что этот. Откуда он тут вообще взялся? Я думал, тут нет детей. И это уж точно, не сынок одного из толстосумов.

– Чего тебе?

– Вас просил зайти Сергей Михайлович.

– Кто? Не знаю таких. А, ты о Кураторе. – Совсем забыл, как его зовут. – Чего ему надо? Передай ему, что пока мороженое не добудет, может меня не звать. – Я захлопнул борт грузовика. – Что стоишь? Иди, иди. Цигель-цигель.

– Он сказал, что это очень важно.

– Если важно, пусть сам приходит! – Я развернулся и направился в таверну. Делать мне больше нечего.

Мы поднялись к себе в комнату, оставили оружие и переоделись. Кира осталась приводить прическу в порядок, говорил же ей, чтобы не высовывала голову из окна, а она не послушала и нахватала веток. Я же спустился в обеденный зал, сделал заказ и стал ждать.

– И как это понимать? – Интересно, Куратор, вообще, может начать разговор не с упрека?

– Ба! Какие люди и без охраны! Чем обязан? Да шучу я, ничем я тебе не обязан. А вот на тебе должок!

– Не начинай! Верну я тебе мороженое!

– Да я не о мороженом. Ведь все! Все, что нажито непосильным трудом: три корабля космических, три магнитофона, три портсигара, куртка замшевый! Три!

– Ты закончил? – Он посмотрел по сторонам, а потом сказал. – А где Кира?

– А она покурить вышла. – Сразу после его вопроса Кира вышла из двери, и, поднеся на секунду указательный палец к губам, стала подкрадываться.

– Как покурить? Что курить? Она же…

– Бабайка! – Кира положила ему руку на плечо и рявкнула прямо в ухо.

Куратор подпрыгнул на месте, чуть-чуть не достав до балки, народ в зале фыркал и посмеивался, уткнувшись в тарелки.

– Второй раз! Дай пять! – Я подставил ладонь, и Кира хлопнула по ней, после чего уселась за стол, рядом со мной. – Ай-яй-яй, теряешь хватку. – Обратился я к ошалелому чекисту. – То предателя проворонил, теперь вот диверсанта проспал. А если бы там враги были?

– С такими союзниками… Никаких врагов не надо! – Выпалил он в ответ. – Вы что? Специально издеваетесь?

– Да! – Крикнули мы хором.

– Короче, собирайтесь.

– Ты нас прогоняешь? Броневик верни тогда!

– Нет, вы летите на первый форпост.

– Пип, неверный ответ, вы – самое слабое звено, зрительный зал входит в ваше очко. Счет один-ноль в пользу телезрителей, а вы получаете в лоб хрустальной совой! Никуда мы не летим!

– Нет, летите. На первый форпост напали позавчера, они собирают всех.

– Каждый сам за себя! Забыл? И, заметь, не я это объявил! Сами отобьются!

– Они уже отбились…

– Тогда тем более нет смысла туда лететь!

– Отбились, но с потерями. Второго раза могут не пережить.

– И я упорно не могу понять, причем же тут мы? Ну не переживут, так не переживут, я это переживу.

– Ты же хочешь мороженое?

– Хочу! Но не хочу подыхать за уродов, что кинули меня. Кинули нас всех, сами заперлись в крепости, а как их пощупали за мягкое вымя, тут же надумали объединить все силы для своей защиты!

– В любом случае, вертолет уже летит сюда…

– Так чего ты стоишь? – Я перебил его. – Объявляй тревогу! Зенитки на позиции! Воздух! Огонь на поражение!

– Прекрати! – Блин, зачем так орать? Теперь в ушах звенит. – Они хотят обменяться информацией.

– Чудно! Впусти меня в радиорубку, я им все расскажу. Все расскажу, все выскажу, пошлю всех туда, куда им самое место!

– Ты же знаешь, что не всю информацию можно доверить эфиру.

– Нас подслушивают? А кто? Непры, ЦРУ, ФБР, китайцы, а, может, марсиане? Или ты от других людей информацию утаиваешь? На тебя не похоже, про корабль-то, вон, всем разболтал.

– Если бы ты рассказал им про армию непров, таких потерь могло бы не быть! А секреты стоит хранить, чтобы не было паники!

– Во-первых, я сказал тебе об армии, это ты должен был их предупредить, у меня все равно рация сгорела. А, во-вторых, о панике: ты тут разорался, посреди таверны, в которой бывает половина города! И знаешь, я, пожалуй, слетаю, если что не понравиться, я разнесу там все, до чего не добрались непры. А твой долг с этих пор вырастает до невообразимых размеров! Все! Не мешай! Не видишь: мы кушаем!

После обеда пришла пора сборов. Взяли только огнестрельное оружие, рельсотроны останутся в комнате, не буду вводить людей в соблазн отжать у нас инопланетные пушечки. Вместо них я взял с собой гранатомет, вдруг все-таки придется прорываться с боем. Ну, вот не доверяю я им. Опять какую пакость задумали, очевидно же.

Когда мы спустились и вышли на улицу, уже можно было расслышать звук вращающихся лопастей. Вскоре и сама машина показалась из-за леса. Маленький пассажирский вертолет приблизился к форту, завис в воздухе, выбирая место для посадки, и начал снижаться. Когда мы подошли к севшему вертолету, увидел Куратора, который уже ждал нас.

– Прибыл лично убедиться, что мы тебя покидаем? Ну ладно, прощай. Разберут нас на органы злые дяденьки-ученые. – Я посмотрел на его каменное лицо. – Совсем тебе не жалко нас! Как ты будешь спать-то после такого?

– Хватит паясничать! Не надоело?

– Нет! – Еще бы мне надоело, это же мое любимое развлечение – бесить людей. – И кстати, где мое мороженое?

– Да на! Подавись! – Он открыл дверь вертолета, достал оттуда ведерко и протянул его мне.

– Что там? – Я забрал ведерко и открыл его. – Да не может быть! Мороженое! – Я понюхал содержимое. – Вроде натуральное.

– Натуральное, натуральное!

– Ну вот, часть долга погасил. Остался пустяк. Всего два каких-то затрапезных корабля. А кстати, Шах с Лисой не летят?

– Летят, их и ждем.

Через пять минут черно-бурая парочка изволила-таки явиться. Мы сели в вертолет, загудел, набирая обороты, пропеллер, и машина оторвалась от земли, беря курс на первый форпост. В четыре морды быстро слопали мороженое, пилотам я даже не предлагал, нечего им отвлекаться от управления, пейзаж под нами был довольно однообразным, а потому я задремал, убаюканный мерными хлопками винта.

Проснулся от того, что поменялся звук, вертолет прибыл к месту назначения и теперь снижался над вертолетной площадкой. Я посмотрел в иллюминатор. М-да, дела. Основная стена вся в выщерблинах, одна створка ворот лежит на земле, местами попадаются остовы техники, часть зданий разрушена, а внутренняя стена крепости оплавлена, будто тут бушевало адское пламя. Причем основные повреждения вроде бы нанесены оружием землян. Они тут с ума посходили и друг в друга палили?

Вертолет уже опустился на землю, и больше я не мог разглядеть, что находиться за стеной. Двигатель замолк, лопасти замедляясь вращались по инерции, а к нам уже спешили люди с оружием. Почетный караул или конвой? А, может, сразу расстрельная команда?

– Сдайте оружие! – Сказал старший конвоя, как только приблизился к нам.

– Во-первых, почему не по уставу? Подошел, отдал честь, представился: «Рядовой Залупа, прибыл сопровождать почетных гостей». Во-вторых, сдать оружие? Ты совсем нюх потерял, щенок?

Солдаты только потянулись за оружием, а на них уже смотрели все наши стволы.

– Двинься хоть на миллиметр, и я тебе яйца отстрелю. – Процедила сквозь зубы Лиса, опустив один из своих пистолетов так, чтобы он был направлен на обозначенный орган.

– Заводи вертушку. – Крикнул я пилоту, не сводя глаз с конвоя. – Нам тут делать нечего, верни туда, откуда забрал, и больше мы с вами дел не имеем! Живо! – Я нацелил револьвер на пилота, продолжая держать на мушке обреза хама из конвоя.

– Юдин, ты что творишь, дебила кусок? – Прокричал некто через рацию в кармане старшего. А следом на Юдина полился такой поток брани, что стало ясно – с той стороны у микрофона сидит потомственный грузчик, отслуживший на флоте сапожником. – Проводи гостей в мой кабинет, а потом проваливай на очистку.

Не знаю что и от чего надо было очищать, но Юдин скривился, как будто съел килограмм лимонов за раз.

– Следуйте за мной. – Юдин развернулся и направился в сторону близлежащего здания. Мы же остались на месте.

– Ты кое-что забыл! – Крикнул я ему вслед. Он развернулся, недоуменно уставившись на меня. – А где волшебное слово?

– Пожалуйста, следуйте за мной.

На этот раз мы пошли за ним. Я только гранатомет из вертолета забрал. Стырят еще, всякие чуды-юды. Мы прошли в небольшое строение, зашли в лифт и отправились вниз. Понастроили бункеров, блин. Как отсюда выбираться в случае чего? Лифт остановился, мы дошли до двери, которая отъехали внутрь стены при нашем приближении.

– Проходите, присаживайтесь. – Раздался голос из кабинета. – Ты еще здесь? – Теперь тот же голос обращался к Юдину. – Свалил живо!

Мы прошли в просторный кабинет, расселись вдоль Т-образного стола. Собственно, кроме стола и стульев вокруг него другой мебели в помещении не было. Только сейф – мощный, тяжелый. Под стать своему хозяину. На кресле за столом восседал широкоплечий коренастый мужчина пожилого возраста. Короткие седые волосы и борода с бакенбардами обрамляли морщинистое лицо со шрамом под левым глазом, а вот сами глаза были живые, молодые, серые словно бы стальные.

– Ну, и что вам от нас понадобилось? – Прервал я затянувшееся молчание. – Даже интересно.

– Нам понадобилось? – Ответил он вопросом на вопрос.

– Не нам же. Нам ваши проблемы до лампочки! Сами сказали: «Каждый сам за себя». Ну, раз вам ничего не нужно, то мы пойдем. Дела знаете ли. – Я поднялся из-за стола, следом и остальные последовали моему примеру.

– Стойте! Да, нам нужна информация.

– Информация дорого стоит. – Сказал я, вновь присаживаясь за стол. – А у вас уже, большой долг! Очень большой!

– Это когда же он появился? – Спросил с улыбкой хозяин кабинета.

– Кажется… Дайте-ка подумать… – Я почесал затылок, помассировал виски, подержался за подбородок. Иным словами, всячески изображал задумчивость. – Да точно! Он появился в тот день, когда ВАШИ люди угнали МОЙ корабль и уничтожили второй МОЙ корабль!

– Не могу же я нести ответственность за их…

– Можете! – Я перебил его. – Вы над ними главный, не так ли? Или, может, стоит подобрать на эту должность кого-то, кто будет ей соответствовать?

– Ну, хорошо, предлагаю обмен. Информацию на информацию. Вам же интересно, что произошло здесь?

– Нет. Я и так знаю. Пришли непры с тварями, прорвали вашу оборону, и, чтобы они не вошли во внутренний периметр, вы жахнули вакуумной бомбой или, может быть, даже ядрен-батоном.

– Не совсем…

– Ну, значит, тогда чем-то магическим. Ведь у вас есть маги. Я знаю – есть. Видел черномордых по пути сюда. Вначале решил, что это непры, но у этих носы еще на месте. И вот мы опять вернулись туда, откуда начали. Вам нечего нам предложить.

– Ошибаетесь. У нас есть карта…

– Острова сокровищ? Чушь! Если бы там было что-то ценное, вы бы это уже забрали. А если не можете, значит, что-то вам мешает, а поскольку ресурсов у вас куда больше, то нам там делать нечего.

– Зато у вас есть машина предтеч.

– Кого-кого?

– Предтечи. Так мы их называем.

– Как оригинально! И откуда вы узнали о броневике? Говорил же, крот у нас есть.

– Нет никакого крота. Звягинцев мне сам о ней сообщил. По поводу карты. У нас есть координаты объекта предтеч, но там все еще активна система обороны. Наша техника для нее легкая мишень, но вот ваш броневик она может пропустить. Я предлагаю вам координаты, а взамен мы получим половину того, что вы найдете там.

– За вычетом четырех кораблей!

– Почему четырех. – Собеседник вытаращил глаза. – Речь шла о двух.

– Правильно. Два и так мои, и еще два с вас, в качестве компенсации. А еще с вас боеприпасы. Много!

– Много это сколько?

– Четыре грузовика. В основном патроны к КПВТ, а еще мины восемьдесят миллиметра, снаряды для зениток двадцать три миллиметра…

– Хватит, я понял! Я свяжусь со Звягинцевым и отправлю ему, все что нужно.

– Я список составлю, а то он опять продешевит. – Я стянул со стола листок и карандаш и начал записывать необходимое. – А еще к нашему оружию прямо сейчас. Взамен я скажу вам, откуда пришли непры.

– Секундочку. – Хозяин кабинета порылся в ящике стола и достал карту.

– Вот. – Я забрал карту и отметил на ней точку, потом подумал и отметил еще и ущелье. – А вот здесь на дне ущелья располагается вход на объект дохлых инопланетян. – Не нравится мне слово «Предтечи». – Из интересного там реактор и карта, точнее изображение со спутника. И поаккуратнее там. Крепость у непров тот еще крепкий орешек. Ваша Цитадель, перед ней, как песчаный замок по сравнению с самой Цитаделью.

– Цитадель? Любопытно. Кстати, это мы здесь инопланетяне, а не Предтечи.

– Хватит их так называть! И нет, эта планета им не родная. Их строение указывает на то, что они выросли на планете с пониженной гравитацией.

– И много вам известно об их строении?

– Не много. Высокие, тощие, четыре пальца.

– Четыре пальца? Откуда такие подробности? Вы нашли скелет? – Было видно, что он заинтересовался.

– Нет, просто у них восьмеричная система счисления. Повсюду натыкаюсь на числа восемь, шестнадцать, тридцать два или шестьдесят четыре. И теперь ваша очередь отвечать. Откуда ваши люди узнали, где корабль? Предатель сам не знал и не мог им сообщить. И куда они улетели?

– Улетели они на Землю. А откуда они узнали, они мне не сообщали. Я стал здесь главным, только после их побега.

Значит, все начальство дружно убежало. Что же им такого стало известно, что они рискнули выползти из бункера и устроить налет на нашу колонну? Впрочем, чего уж тут гадать. Я забрал карту с координатами объекта дохляков, мы попрощались с главой Цитадели и, дождавшись дозаправки и загрузки вертолета, отправились домой. Посмотрим, что за объект прячется в горах на севере.




Глава 13

Сразу же отправиться, конечно, ну получилось. Сначала ждали пока вернут броневик. Не дождались, пришлось ехать и отбирать. Тоже мне новаторы, блин, придумали использовать технику древней цивилизации, чтобы бревна из леса тягать. На себе бы тащили, бугаи. Вон, у меня до сих пор рука болит. Дубы– колдуны стоеросовые с железными челюстями. А Кира зачем-то у них бензопилу отобрала. С учетом просмотренных неделю назад «Зловещих мертвецов» данное обстоятельство меня насторожило. Как бы руку кому-нибудь не отпилила. С неё станется.

В общем, броневик мы все-таки забрали, но теперь пришлось передать его для установки рации. Конечно, она должна быть и на самом броневике, но вряд ли кто из нас умеет пользоваться инопланетными радиостанциями. Я точно нет. Ну, и заодно попросил магнитолу поставить. Куратор, видимо вспомнив мой «концерт по заявкам», сразу же согласился, что, дескать, без магнитолы никуда. Надеюсь, сегодня мы все же выедем.

– Здорово, черно-бурые! – Мы спустились в обеденный зал таверны, а Шах и Лиса уже ждали нас там.

– Привет, рыжие.

– Мы песчаные! Из рыжих тут только Лиса, и то бывшая. – Мы присели к ним за стол и заказали себе завтрак, заодно попросив собрать провианту в дорогу. – У меня тут руки дошли до одной интересной цидулки. Хочешь послушать?

– А чего не почитать? – Спросила Лиса.

– Воды больно много. – Я достал из кармана свернутые трубочкой листки. – Трактат сей называется «Докладная записка о магии».

– А откуда он у тебя? – Шах оторвался от кружки с… кофе? Нет. Я принюхался – ячмень жареный. А жаль.

– Да так, когтем случайно зацепил, когда карту брал. А заметил только в вертолете. Не возвращаться же из-за какой-то бумажки.

– К когтю значит? – Недоверчиво и с ехидцей в голосе переспросила Лиса. – Ну-ну.

– Не веришь? А зря! – Я выпустил когти правой руке и протянул ее над столом. – Вот. Острые, зря я что ли алмазный надфиль спи… добыл. Слушать то будем?

– Будем, будем. – Пробурчали в один голос чернобурки.

– Значит так. – Я развернул листы. – В данном исследовании… вода… вода… Так. Магосфера – магическая оболочка планеты, позволяющая черпать из нее энергию для заклинаний и хранящая в себе психоментальные привязки рун. До определенного момента Земля почти не имела магосферы, но после открытия первого портала она начала образовываться под сильным влиянием магосферы Неприи. Это они так мир непров обозвали. – Пояснил я и продолжил чтение. – Руны – магические символы, несущие в себе образ состояния или действия, сформированный под влиянием коллективного самовнушения многих поколений. Короче, руны работают потому, что непры верят в то, что они работают. И пока первая тварь не принесла на Землю кусочек своей магосферы, они ничего не значили. А вот если мы напишем, например, на заборе волшебное слово из трех букв и будем дружно верить, что оно, допустим, комаров отпугивает, то через пару-тройку поколений можно будет забыть о комарах напрочь.

– Что-то я не видела тут комаров.

– Ну, значит, работает метода! Читаем дальше. Вода, вода, кругом вода. – Я пролистал записи в поисках нужного места. – Маги делятся на две категории: с врожденными и приобретенными способностями. Маги с приобретенными способностями, обычно, способны изучить больше заклинаний, в то время как врожденные маги могут практиковать магию только в пределах своей стихии. Однако следует заметить, что стихийные маги не подвержены разрушающему влиянию магии, поскольку не пропускают энергию сквозь себя, а тонкими манипуляциями управляют напрямую энергией своей стихии, за счет чего их разрушительная мощь выше. Однако врожденным магам не доступны защитные заклинания, кроме рун-оберегов. – Листаю дальше. – Следует отметить различие в механизме работы рун, нанесенных на тело мага, в виде тату или рисунка. Усилительные руны на маге с приобретенными способностями обеспечивают постоянное усиление порядка двадцати-тридцати процентов и не требуют энергии, в тоже время, руны врожденных магов работают только в заряженном состоянии, но обеспечивают усиление в три и более раз. Различий в работе защитных рун не выявлено. Так же следует заметить, что маги врожденные не восприимчивы к чужому руническому воздействию, так называемым аурам. Из вышесказанного следует, что каждый охотник является врожденным магом. Это объясняется тем, что они были носителями магосферы Земли, а потому игнорировали воздействие руны «парализующий ужас», поскольку попросту не знали о ней. – Я разобрал записку по отдельным листкам и некоторые из них выложил на стол. – Вот тут есть некоторые руны. В принципе мы их все видели и используем, только значение не у всех знали. Вот, например. – Я ткнул в один листок. – Магический барьер. Надо будет набить его.

– Врожденные маги, значит. – Произнес Шах. – А почему мы раньше не могли колдунство творить?

– Потому, что на Земле не было и крохи магической энергии. Ну, а еще мы просто не знали, что маги, пока не попробовали. Ты, кстати, нашел свою стихию?

– Мы оба водники. – Ответила за него Лиса.

– Дождик, дождик пуще! – Решил я ее подразнить.

– Будешь прикалываться – приморожу твою задницу к скамейке! – Парировала она.

Кира в это время согнулась на скамейке, прикрывая рот и сдерживая смех.

– Дед Мороз и Снегурочка! – Все-таки не выдержала и выпалила она.

– Придурки! – Лиса прижала уши к голове и оскалилась, гневно раздуваю ноздри.

– Здорово, блохастые. – Раздался сзади голос.

– Кто ты, и куда ты дел Сергея Михайловича? – Я развернулся и задал вопрос существу, которое пыталось выдать себя за Куратора. – Все знают, что он со мной не здоровается из принципа!

– Кто ты такой? – Задало встречный вопрос существо. – Все знают, что Псих не называет меня Сергеем Михайловичем.

– Один-один. Че приперся? Кстати, ты – жулик!

– Почему это, я – жулик?

– Потому, что мороженое привезли на вертолете, и пошло оно в счет оплаты нашего рейда. Так что ты мне все еще должен!

– А ха-ха не ху-ху? Ничего я тебе не должен! Даже корабли! Я уже знаю, что ты их на Серова перекинул.

– На кого?

– Серов. Ты же с ним разговаривал и не знаешь, как его зовут? Кстати, он просил вернуть документ.

– Да на тебе, забирай. – Я сгреб листки и пихнул их в руки Куратору. – Отксерь только. И да, я не знаю его имени. Потому, что со мной обычно не здороваются, не представляются. Только претензии выставляют и оружие требуют! Если я еще раз, один только долбанный раз, услышу, что кто-то требует от меня сдать оружие, тут же пристрелю! И ты мне должен! За тот геморрой, что по твоей милости свалился на мою голову!

– Там где геморрой, там обычно головы нет. Иди, забирай уже свой броневик и катись на поиски сокровищ. Рация там, вода, еда, боеприпасы, даже родную целую гусеницу повесили на борт.

– Лучше бы их там было две родных, да на своем месте! Вот как можно было порвать её, как? И ты мне еще за гусеницу должен! Вовек не рассчитаешься!

– Да что ты заладил: «Должен! Должен!». Кому я должен, я всем прощаю. Ты и так бензопилу у них унес. Зачем она тебе?

– Это за моральный ущерб, а не за материальный. И что за глупые вопросы? Бензопила нужна, чтобы деревья пилить. Все! – Я замахал на него руками. – Не порти аппетит, доедим и уедем.


***

Второй день пути подходит к концу. До этого вечера мы ехали без остановки, руля машиной по очереди, а спали, расстелив спальники, прямо внутри броневика. Но если карта не врет, осталось недалеко, потому сегодня мы остановились для ночлега. Мало ли что нас ждет впереди, стоит всем отдохнуть перед неизвестным.

Мы выбрались из машины, потягиваясь и разминаясь после долгой дороги.

– Ух, наконец-то тишина. – Прошептала Лиса. – Как же эта махина гремит!

– Это ты на мотолыге не ездила. – Возразил я ей. – Вот уж где грохот, так грохот. А вообще, машина была бесшумной, пока одни дровосеки гусеницу не порвали.

– Я этих дровосеков… В других «секов» превращу.

– Интересно, как ты собралась это делать? Точнее, чем? – Спросил я, почесываясь.

– Узнаешь, блохастик.

– Это нервы. Блох у нас быть не может.

– Это почему же?

– Вот почему! – Я пропустил разряд по своей шкуре. – А Кира просто сжигает.

– Кира, а на нем тоже сожги. – И чего Лиса так меня не любит?

– Сжигала уже. – Ответила она, вытаскивая спальник из броневика.

– Я думал, что только своя магия не вредит. – Шах подключился к разговору.

– При «определенных» условиях Кирин огонь мне не страшен. – Ответил я. – Правда, кровать сгорела.

Я и Кира отошли от броневика, расстелили спальник. Приятно, знаете ли, полежать на земле после жесткого металла. Еще бы не шумел кое-кто.

– Вы можете не шептаться? – Не выдержал я всё-таки.

– Да что ты понимаешь?! – Прокричала Лиса. – Кира, ты от него хоть раз комплимент слышала?

– А зачем? – Подобный ответ сильно удивил Лису.

– Чего? – Переспросила она после продолжительного молчания.

– Того! – Ответил я. – У нас, вообще-то, ментальная связь. Зачем говорить о чувствах, если они общие?

– А почему у нас такого нет? – Задал вопрос Шах.

– Потому, что у тебя была связь с Ликой, а у Лисы с Микой. Или наоборот.

Ох, зря я о девчатах напомнил. Сразу наступила неловкая тишина. Я обнял покрепче Киру, и почти сразу заснул.

А утро следующего дня началось, с тихих шагов. Я было насторожился, но принюхался и понял, что подкрадывался ко мне Шах. Я притих, поджидая пока он не подойдет ближе, и, как только почувствовал дыхание возле своих ушей, резко выдернул руку из спальника и схватил челюсти Шаха.

– Вот только заори что-нибудь, язык вырву!

– Ммшти. – Промычал он. – Как догадался, что это я? – Спросил он, когда я разжал ладонь.

– Ну, а кто же еще так топает, имея подушечки на лапах? Это уметь надо! К тому же, кроме тебя тут нет никого, кому бы я подъем командовал. Мстительный ты, оказывается! А я-то тебя, дурака, спасал.

– От кого же? – Он еще и удивляется.

– От меня. – Сказала Кира, потягиваясь в спальнике. – Хочешь узнать, как чувствует себя курица-гриль? – После этих слов желудки дружно заурчали.

Точно, пора бы и о завтраке подумать. Мы выбрались из спальника и встряхнулись. Я принюхался, поводил ушами. Никого.

– Жаль, придется вяленым мясом довольствоваться.

– Чем тебе вяленое мясо не угодило? – Раздался сонный голос Лисы.

– Ничем, просто сырое лучше. – Ответил я.

– Ты каннибализм, часом, не практикуешь? А то говорят, Мажор куда-то пропал. Может это ты его съел?

– Ты каннибализм с людоедством не путаешь? – Уточнил я. – Чтобы стать каннибалом мне придется тебя съесть! И нет, Мажора я не ел. Я не каннибал, и не людоед.

– Он непроед! – Вставила Кира.

– Ну, Кира, блин! Всего-то раз было! И то случайно.

– Не хочу знать, как это произошло. – Сказала Лиса. – У меня и так уже аппетит пропал!

– Ну, вот и замечательно! Тогда ты садись за рычаги, а мы на ходу поедим! Все, собираемся и катим навстречу приключениям!

Быстро собрали вещи, Лиса села на место мехвода, и мы отправились к объекту. Вскоре из-под травы проступили остатки древней дороги, а через пару километров мы уже гремели гусеницами по полноценному шоссе.

– Вот начиная отсюда помедленнее. – Я указал пальцем на остов бронетранспортера, лежащий поперек шоссе.

Лиса сбавила скорость, и мы осторожно двинулись вперед. Стоило нам только, объехав подбитую машину, пересечь некую невидимую черту, как по экранам побежали строки текста.

– И что тут написано? – Спросил Шах, сидящий на месте стрелка.

– Не знаю. – Я подошел ближе, что бы рассмотреть символы поподробнее. – Я тот урок прогулял.

– Там написано, что нам конец. – Сказала Кира, указывая пальцем на поднимающиеся из-под земли цилиндры.

Внезапно цилиндры разделились вдоль на три части, и боковинки развернулись к нам, явив расположенные на торцах ракетные пусковые.

– Гони за БТР! – Крикнул я.

По экрану больше не бежали строки, лишь какой-то большой красный символ мигал по самому центру. Броневик рванулся назад, но первая ракета уже ушла в нашу сторону.

Мигнуло защитное поле, поглощая энергию взрыва. Потом еще раз. На третий раз взрыв тряхнул броневик, и нас развернуло боком.

– Вот же, уроды! – Помянул я придурков-лесорубов, разглядывая на экране гусеницу, растянувшуюся по дороге.

После четвертого взрыва, часть дорожного полотна просела, и мы заскользили по наклонившейся поверхности. Единственная уцелевшая гусеница не смогла удержать нас. Последовало короткое скольжение, затем несколько секунд свободного падения, и мощный удар, впечатавший меня в стену машины.



Интерлюдия

То же время, на 2500 километров южнее.

Два бронеавтомобиля двигались по степи. Пока неприятель не был обнаружен, но экипажи машин нервничали, следы огромной армии еще оставались на земле, напоминая о недавнем столкновении.

– Далеко еще? – Спросил водитель головной машины у своего командира.

– По карте мы на месте. Останови-ка.

Машины остановились. В первой открылся люк, и из него показалась голова с приставленным к глазам биноклем. Человек покрутился на месте, осматривая окрестности, нервно хихикнул.

– Кто-то бампер потерял. – Голова исчезла, закрыв за собой люк. – Правее возьми.

Машины тронулись, подъехали к краю ущелья и остановились. Командир вышел из машины, попинал бампер ногой и заглянул вниз.

– Высоковато. – Он повернулся к бойцу, вышедшему вслед за ним. – Мне кажется, или, на самом деле, соляркой пахнет?

– Пахнет. – Подтвердил он и тоже заглянул за край ущелья. – Вон канистры лежат внизу. С них и вылилось, наверное. Навернулся кто-то сюда.

– Навернулся… – Ответил командир, осматривая дно ущелья в бинокль. – Там внизу следы, нам тоже надо как-то спуститься. Едем дальше на юг, там, вроде бы, глубина меньше.

Люди позапрыгивали в броневики, и те отправились дальше. Через полкилометра дно ущелья вышло на уровень земли, и машины свернули на колею, которую оставила какая-то гусеничная машина. Вскоре показалось отверстие в земле, куда нырнула колонна. Секунду было темно, но мощные фары разогнали тьму, явив экипажу бронеавтомобилей рукотворный тоннель, конец которого терялся где-то за границей освещенного пространства.

Какое-то время машины тихо катили по ровной дороге, рокот двигателей, усиленный эхом от стен, и монотонный пейзаж смазали ощущение времени. Но вот впереди показались открытые ворота, и броневики, проехав сквозь них, оказались в просторном ангаре.

– Стоп машина! – Прозвучал приказ командира. – Выходим, осматриваемся. И попробуйте закрыть ворота! – Прокричал он, выйдя из машины, чтобы его услышал экипаж второго броневика.

Люди с оружием высадились из машин. И если одиннадцать из них крепко держали автоматы в руках, то оставшиеся пять держались за оружие двумя пальцами словно бы с брезгливостью.

– Кэп! – Крикнул один из бойцов. – Тут кнопка у ворот.

– Ну, нажми.

– Вы с ума сошли?! – Прокричал один из «брезгливых». – Нельзя бездумно нажимать все подряд! Немедленно отойдите! Сначала надо проверить!

– Поздно! – Сказал человек у ворот и нажал кнопку. Ворота стали закрываться. – Вот видите, профессор, ничего не произошло.

– Тупые солдафоны. – Пробурчал под нос «профессор».

Несколько солдат по команде покинули ангар и направились в коридор, заглядывая в каждую дверь. В это время остальные выгружали из машин кофры с оборудованием под постоянную болтовню о том, что следует беречь тонкое оборудование.

– Доклад! – Произнес командир в рацию.

– Чисто! Нашли два жилых помещения, одно с картой и одно с каким-то агрегатом. Остальные пустые. И еще лестница наверх.

– Проверьте, что там.

– Есть!

– Действуйте-злодействуйте. – Обратился командир к ученым.

Те похватали свои приборы из кофров и разбежались по комнатам.

Через пару часов вся суета улеглась. Ученые столпились возле реактора, солдаты оборудовали штаб в комнате с картой, только связист тянул провод к телефону от радиостанции, установленной на третьем этаже, антенну от которой вывели наружу через дыру в потолке.

– Второй первому, второй первом, как слышите. – Проговорил связист в трубку.

– Второй на связи! Слышимость хорошая! Прием.

– Готово, Кэп! – Он протянул трубку командиру.

Тот оторвался от карты и поднес трубку к голове.

– Второй, цель в двадцати километрах, азимут 173. Пристрелочный давай.

– Есть пристрелочный двадцать – сто семьдесят три.

В это время на позиции второй группы, состоящей из танка, САУ и двух РСЗО, «Грады» готовились к пуску. Поднялись и повернулись пусковые, и две ракеты, с перерывом в несколько секунд ушли в небо.

– Первый недолет 200, второй левее 150. – Донеслось из динамика радиостанции. – Залп по готовности.

Пусковые чуть-чуть сдвинулись, поправляя прицел, и машины окутались пылью, поднятой в воздух массовым залпом. Потом наступила тишина. Все ждали, что же получиться.

– Цель не поражена. Магическим бей. – Донеслось из рации.

Зашевелилась самоходная гаубица. Повернулась башня, поднялась пушка, и первый пристрелочный снаряд улетел в сторону крепости непров. После корректировки, туда же отправился и магический снаряд.

В бункере командир первой группы наблюдал, кусая губы и скрестив пальцы, за крепостью на большом экране. Вот в месте попадания вспух огромный сияющий шар, лопнул, и пламя забушевало на весь экран.

– Получите, гады! – Выкрикнул Кэп. – Съели? – Но тут его лицо начало меняться. – Нет! Нет! Суки!

Пламя утихло, и теперь можно было разглядеть нетронутую крепость посреди островка выжженной земли.

– Второй цель не поражена! Возвращайтесь на базу, мы остаемся. Прием. – Произнес он упавшим голосом в трубку.

– Цель не поражена, возвращаюсь на базу. Понял. Конец связи.

Командир вернулся к карте и принялся осматривать окрестности.

– Твою ж мать… – Только и смог он сказать, рассматривая на экране еще одну крепость. Гораздо больше первой.


Глава 14

Темно, очень темно, лишь иногда проскакивает искра в районе приборной панели, пахнет горелой изоляцией, кровью и почему-то сгущенкой. А еще жутко болит голова. Я потрогал затылок, потом поднес руку к носу и лизнул ее. Вот откуда запах крови. Еще и тошнит. Черт, были бы мозги, заработал бы сотрясение.

Я начал потихоньку шевелиться, прислушиваясь к ощущениям. Ноги-руки вроде целы, только на грудь что-то давит. Я стал ощупывать себя, но наткнулся на кого-то еще. Под руки попала шерсть, а это, похоже, магазин в кармашке, еще один и… грудь. Женская.

– Кира? – Прохрипел я.

– Что? – Раздался стон слева от меня.

Если Кира там, то чьи же…

– Руки убрал, пока не оторвала! – Прозвучал голос Лисы, лежащей на мне сверху.

– Да больно ты мне нужна. – Я резко убрал руки с груди на талию и подтолкнул Лису, помогая ей встать.

– Кобель! Облапал меня, воспользовавшись моей беспомощностью. Еще и оскорбляет. – Последовала пауза, а за ней возмущенный вопль. – Какого хера, у меня вся задница липкая?! Когда успел только, извращенец?

– Чего? – Я зажег дугу между пальцами, чтобы хоть что-то разглядеть.

– Того! – Лиса сунула мне под нос руку, испачканную в чем-то белом. – Что это?

– Это? – Я понюхал руку, потом лизнул, отчего Алиса резко её отдернула. – Сгущенка.

– Какая еще сгущенка?

– Вот какая. – Я пошарил руками по полу, который когда-то был стеной, поднял раздавленную банку и помахал ею. – Это, между прочим, был НЗ. Я её почти три месяца с собой возил, пока кое-кто её не раздавил своей огромной… кормой.

Пока Лиса задыхалась от злости, я отправился откапывать Киру, которую завалило в углу.

– Кира, ты не кошка. Ты – хомяк.

– Это почему же я хомяк? – Спросила она, когда я помог ей подняться.

– Все к себе сгребла. Надо, не надо, главное загрести.

– А мы уже приехали, да? – Раздался, наконец-то, голос Шаха.

– Приехали, приехали. Дверь открой.

– Сейчас. – Послышалась возня, потом щелчок, и луч фонаря осветил приборную панель. – Да где же она? – Шарил руками по панели Шах. – Вот нашел. – Щелкнул переключатель, но дверь осталась на месте. – Не работает.

Он повернулся, и в свете фонаря стали видны разрушения: все наши вещи перемешались в кучу, что-то разбилось, рация свисала с потолка на последнем проводке.

– А люки? – Спросил я.

– Сейчас попробую. – Шах повернул ручку и толкнул люк. – Уперлось во что-то. – Он высунулся в щель и, просунув туда же руку с фонариком, осмотрелся. – Тут стена.

– Значит надо как-то открыть кормовой. – Я толкнул дверь. Потом с усилением. – Не поддается.

– Отойди. – Лиса направила на дверь пистолет.

– Нет! Не пробьет. Ты толщину-то видела? А даже если и пробьет, то я не пролезу в дырку от пули, а ты с твоей жо… – Теперь пистолет был направлен на меня. – Шучу, шучу.

Я стал вспоминать, как крепилась дверь. Два шарнира снизу, и ни тяг, ни поршней. Значит, механизм в шарнирах.

– Эй, отморозки, идите-ка сюда.

– Что ты там промяукал?

– То! Вы до какой температуры сможете охладить?

– Не знаю, не проверяли. – Ответил Шах.

– Придется проверить сейчас. Морозьте тут и тут. – Я показал примерное положение шарниров. А сам принялся рыться в вещах.

– Вот твой рюкзак. – Протянула мне Кира мои вещи. – Что ищешь?

– Глушитель к револьверу. Ни разу пока им не пользовался, слишком уж громоздкая конструкция выходит, но если я буду стрелять тут, то оглохнем. Нашел. – Я достал из рюкзака трубу глушителя и стал прикручивать её к револьверу. – Как там дверца?

– Всё, больше мы не сможем. Но инеем покрылась

– Тогда отходите. – Я подождал, пока они отойдут в сторону, и выстрелил по замороженным точкам.

Переохлажденный металл разлетелся осколками во все стороны, я толкнул дверь ногой и вышел из броневика. Посмотрел вверх… Метров тридцать высота. Не разбились в лепешку только потому, что проломили перекрытия двух этажей.

– А говорят, что танки не летают. – Пробормотал Шах, вглядываясь вверх.

– Летают. – Подтвердил я. – Но только вниз.

Броневик лежал на боку, прижавшись к стене, последняя гусеница порвалась при приземлении, левый край носа разворочен, в дыре можно разглядеть обломки электромотора и оплавленные провода. Эта колымага больше не поедет.

– Ни окон, ни дверей, полна жопа огурцов. Где двери? Тут стена, там стена и там стена.

– Дверь тут. – Кира светила фонариком куда-то между броневиком и стеной.

– Ну, значит, остается только один путь. Я на разведку. – Сказал я и запрыгнул на край пробитого перекрытия. – Тут тоннель! – Крикнул я вниз.

Стоило мне крикнуть, как впереди раздался какой-то визг. Искря и завывая механизмами, из потолка выдвинулась турель – уменьшенная копия ракетницы вверху. Я выстрелил по ней из ВАЛа, турель окуталась силовым барьером и развернула орудия. Я выхватил револьвер, с которого пока не успел снять глушитель, и выстрелил по орудию турели. На этот раз тяжелая пуля преодолела барьер, и поврежденное орудие, закоротило и разнесло на куски.

– Ты там без меня веселишься? – Донесся снизу Кирин голос.

– Вроде того. – Я спрыгнул обратно. – Внутри система защиты тоже действует, и с этой поры общаемся только телепатически. Лучше не шуметь.

Я вернулся к броневику и начал рыться в своем рюкзаке. ВАЛ плохо берет щиты, так что стоит собрать револьвер. Я отыскал приклад и рукоять от него, присоединил, потом подумал и добавил еще подствольный фонарь и коллиматорный прицел. Забрал все патроны от него, лучше к ВАЛу меньше возьму. Всех вещей все равно не взять.

– Шах, бери мой гранатомет, от АК-74 тут толку не будет. Оставьте их здесь. Лиса и Кира, берите рельсотроны. Кира, зачем тебе бензопила?

– Врукопашную пойду! – Она потрясла бензопилой.

– Ну, вот сама её и неси.

Мы собрались, запрыгнули наверх, и пошли по туннелю. Больше нам турели не попадались, и мы относительно спокойно, если не считать паутину, постоянно лезущую в лицо, дошли до входа на объект. Ворота, закрывавшие проход, были перекошены, так что мы просто проползли под ними.

Темень и запустение встречали нас. На полу лежал толстый слой пыли, скрывающий звуки наших шагов, и шли мы почти бесшумно, только Кира пыхтела, но бензопилу не бросала.

– Стоять! – Скомандовал я. – Тут бревно.

– Ну, бревно и бревно. Какая разница? – Спросила Лиса.

– Большая. Лес-то далеко. – Я потыкал стволом в бревно. – Черт, оно шевелиться.

Бревно изогнулось и уставилось на нас своей змеиной мордой. Пуля из рельсотрона Лисы скользнула по огромной голове рептилии, оставив глубокую борозду в чешуе. Теперь змея разозлилась. Она рванула в нашу сторону, мы сиганули врассыпную, спасаясь от змеиной пасти.

– Я разберусь! – Кира завела бензопилу и ринулась в атаку.

Змея повернула голову на источник звука и совершила резкий рывок. Бензопила оказалась в пасти твари и скрылась внутри, после того как гигантская анаконда дернула головой. Пару секунд из нутра рептилии доносился звук двигателя, но пила булькнула и заглохла.

– Шах, отойди назад на тридцать метров! – Крикнул я вслух, чтобы отвлечь змею от остальных.

– Я что на труса похож? – Он-то зачем кричит?

– Ты похож на идиота! Ближе тридцати метров предохранитель в гранате не даст ей взорваться!

– Бегу! – Ну, наконец-то. – Готов.

Я в очередной раз увернулся от зубастой пасти, остановился и зарычал. Змея в ответ громко зашипела, широко раскрыв пасть. Сзади раздался хлопок, и я тут же упал на пол. Раздался приглушенный взрыв, змея в конвульсиях задергалась. Я еле увернулся от морды рептилии, как меня приложило её хвостом. Не люблю летать! Я пролетел несколько метров, сбил девчонок, и уже втроем мы рухнули на Шаха.

– Страйк! – Раздался снизу голос придавленного гранатометчика.

– Никому сумочка из змеиной кожи не нужна? – Спросил я.

– Мне!

– И мне!

– Хорошо, снимайте шкуру, потом сошью.

– Тогда не нужна.

Мы разобрали кучу-малу и подошли ближе к успокоившемуся трупу.

– Тут точно больше чем тридцать восемь попугаев! – Сказал Шах.

– Как бы не тридцать восемь метров.

– Ну, Лиса, это ты загнула. – Ответил я. – Но метров двадцать точно есть. – Я пошел к туше и отрезал кусок. – Кому свежего мяса? – Лиса скривилась, Шах замотал головой, только Кира разделила со мной трапезу. – Зря отказываетесь. Вкусно. А если еще засолить и засушить, то будет обалденная закуска.

Кусок кожи я все-таки отрезал. Потом что-нибудь сделаю. А пока стоит разведать объект.

Больше нам не попалось ни живности, ни турелей, только обломки древней аппаратуры и рассыпающиеся бумаги. К вечеру мы прошли весь объект насквозь, не найдя ничего полезного, и вышли на улицу. Вечерело, стало прохладнее, поднявшийся ветер перебирал шерстинки, на безоблачном небе появлялись первые звезды.

– Может, пойдем в тот ангар? – Предложила Кира. – Поспим, а с утра продолжим.

Возражать никто не стал, и мы отправились в большой металлический ангар, расположенный напротив основного здания.

– Ого! – Шах задрал голову вверх, разглядывая стоящий в ангаре корабль. – У вас такой же был?

– Нет. – Ответил я. – Совсем не такой. Тут совершенно другой стиль. Возможно это даже корабль другой цивилизации.

Этот корабль разительно отличался от ранее найденного. Размер у них был почти одинаковый, но этот корабль имел более широкий фюзеляж, крыльев у него почти не было, так, короткие отростки с большими пушками на концах. И весь корабль производил впечатление грубой силы. Кроме больших курсовых пушек я насчитал десяток уцелевших турелей.

Именно уцелевших. Корабль явно побывал в бою, перед тем как оказаться здесь: проплавленные дыры в обшивке, сбитые турели, антенны, вырезанный люк. Похоже, корабль брали штурмом. Значит, здесь исследовали трофеи.

Сон, если у кого-то он и был, тут же пропал. Все ринулись внутрь корабля. Внутри отличия стали еще сильнее. Потолки ниже, проходы шире, а пилотское кресло было таким удобным, как будто его делали для меня. И тут присутствовали многочисленные кнопочки, переключатели, рычаги и рукояти управления.

– Это определенно корабль другой цивилизации. – Я указал на приборную панель. – Видите? Надписи на одном языке, а под ней надпись от руки на языке… Предтеч. Это трофейный корабль. А тут был какой-нибудь военный НИИ, потому и охрана на входе.

– Какая разница, он же разбит в хлам. – Возразила Лиса.

– Не скажи, ты просто не видела наш второй корабль. Вот там, точно, в хлам. Пошли, посмотрим что внутри?

Мы вышли из рубки и отправились осматривать корабль. Нашли каюты с удобными широкими лежаками. Если бы от них еще что-то осталось кроме металлического каркаса, то было бы вообще замечательно. Душ, кают компания, несколько помещений непонятного назначения, пустой трюм. А вот в технических отсеках не оказалось ничего, все было вырезано и куда-то убрано. Интересно, но следов боя мы внутри не обнаружили. Неужели все умерли от разгерметизации?

Вдоволь набегавшись по кораблю, мы устроились в каютах прямо на полу. Завтра нас ожидает долгий путь.


***

– Ты хоть знаешь, куда мы идем?

– Лиса, ты уже третий день подряд задаешь этот вопрос! – Вспылил я. – Мы идем на юг! Как подойдем ближе, тогда и будем целиться точнее. Мимо океана, точно не пройдем.

– Так какого черта, мы идем по горам?

– Мы идем по горам потому, что мы были в горах. Идти по лесу, кстати, ничуть не лучше. Тут хоть тропа.

– Где ты тут тропу увидел?

– Мы по ней идем. У тебя с нюхом проблемы?

– Да чую я, что ты три дня не мылся! Причем здесь это?

– Если бы ты хоть на секунду поумерила ненависть ко мне, то ты бы поняла, что тут пахнет не мной, а другими саблезубыми! Это их тропа, и мы идем в гости.

Наконец-то тишина. И что я ей сделал? Ничего плохого, наоборот, свел её с суженым. Я, правда, на другой результат рассчитывал, но всё же, всё же. Если есть рядом саблезубые, то, почему бы, в гости не зайти? Отдохнем, перекусим, пообщаемся. Может, что интересное узнаем.

К обеду мы всё-таки добрались до стойбища племени. Перед этим нас встретил молодой самец, от которого по дороге мы узнали, что непры тут не появлялись, дичи много, скоро он отправится в другое племя и приведет оттуда себе самку, а, может, даже две, старшие самцы со старейшиной на охоте, а его с другим молодняком оставили охранять племя. Воистину, болтун – находка для шпиона.

В стойбище оказалось немноголюдно. Вернее, немногомордно. Я послонялся, порасспрашивал о непрах и артефактах, сам поделился новостями. Тут мне в затылок ткнулся влажный нос. Я обернулся и увидел перед собой самочку, кого-то она мне напоминает.

– Сделай, пожалуйста, мне так же. – Она показала когтем на Лису, заплетающую косички на гриве другой саблезубой.

– Хорошо. Ложись на землю, а то я не достану. – Когда она улеглась, я принялся сплетать длинные шерстинки на загривке в маленькие косички. – Кого-то ты мне напоминаешь. Как тебя зовут?

– Кирра. – Почти как Кира. – А кого я тебе напоминаю?

– Точно, Кирину мать. – Как я мог забыть, они же практически одинаковые. – Её Киарой звали.

– Это моя сестра. – Самочка повернула ко мне голову. – Мы с ней в один день родились, только мы ушли в разные племена. А где она? – По-моему молчанию она все поняла. – Она умерла? Как?

Я вспомнил, как Седой передавал мне воспоминания Урха, и попытался провернуть такое же. По «зависшей» саблезубой понял, что получилось.

– Что это был за зверь? – Спросила она, отойдя от просмотра.

– Это тварь непров. – Я отправил воспоминания и о них. – Но когда-то он был волком.

– А ты там не так выглядел, как сейчас.

– Это долгая история. – Сказал я, вплетая проколотую гильзу в прическу. Еще бы перышко найти. Я закончил с одной стороны и перешел на другую.

– Ой, а у тебя тут кровь. – И меня, не спрашивая моего мнения, принялись вылизывать.

Сначала я попытался вырваться, но потом понял, что проще расслабиться и получать удовольствие. Даже замурчал, чего обычно со мной не бывает.

– Кхм, как это понимать? – Кира стояла рядом, недовольно прижав уши.

– Как, как… Это ты у своей тетки спроси.

– У моей тетки? Погоди. – До неё дошел смысл сказанного. – Кирра? Мама о тебе рассказывала. – И она ринулась обнимать вновь обретенную родню.

А меня уронил мордой в землю. Но я не в обиде. Пусть пообщаются. К тому же и самцы возвращаются, гонят добычу перед собой. Саблезубые, как и все кошки, немного ленивы, вот и эти гонят баранов своим ходом, чтобы не тащить на себе, а убивают их тут молодые – тренируются.

Старейшина этого племени оказался под стать Седому, такой же огромный и покрытый шрамами. После моих рассказов и подарка в виде нескольких стреляных гильз, которые стали очень популярны, после прически Кирры – Лисе даже полбарана предлагали за три гильзы, и чего она отказалась? – он поведал мне о паре мест, в которых можно было найти артефакты. Одно было совсем рядом, вот мы завтра туда и отправимся.



Глава 15

– То мы идем на юг, то обратно на север. Ты хоть знаешь, куда мы идем?

Лиса была жутко злой. Неудивительно, впрочем, она сама виновата, ведь все племя пришло в её «парикмахерскую». Всем понравились косички на гриве, поэтому ей пришлось полночи их заплетать. Мы-то в отличие от черно-бурой парочки прекрасно выспались, несмотря на… или скорее даже благодаря тому, что Кирра использовала нас как подушку. Все-таки она самая крупная самка в племени, да и из самцов только трое, включая старейшину, превосходили ее размерами, потому нас никто не рискнул потревожить. И еще меня «домыли», теперь не было тех мерзких сосулек на шее, в которые превратилась шерсть, смешавшаяся со свернувшейся кровью. А в благодарность я оставил Кирре все гильзы и доплел косы с другой стороны. В кои-то веки гильзам нашлось применение, а то дома и в комнате таверны их уже скопилось достаточно, но ни одного патрона я пока не снарядил.

– Мы идем на один из древних объектов, о котором мне рассказал Гар. Может, мы найдем там что-то, на чем сможем добраться в форт.

– Почему бы не пойти в тот, который по дороге?

– Потому что если там ничего нет, придется либо далеко возвращаться, либо бросать этот объект. И вообще, хватит меня пилить, я не твой муж!

Первый объект, к которому мы сейчас идем, находился в тридцати километрах на северо-восток от стойбища племени. Пока мы прошли половину пути, а Лиса уже успела порядком надоесть. Начинаю понимать каково приходиться тем, кому волей-неволей доводится общаться со мной.

– Мы сегодня есть будем? – М-да, ненадолго её хватило.

– Мы уже ели перед выходом, а до обеда еще далеко.

– Как вы можете есть сырое мясо?

– Легко. – Ответил ей я.

– И с аппетитом. – Добавила Кира.

– Там же яйца глистов!

– Между прочим. – Ответил я. – Саблезубые знают травы, избавляющие от них. – Вот, например, то. – Я указал на растение, пустившее корни в тонком слое земли, нанесенном ветром в щель между камнями. Когда мы дошли до чудодейственной травки, Лиса сорвала его, скомкала листья и стала их жевать. – Ой, я перепутал. Это от других мелких паразитов. – И, глядя на недоуменную морду лица, пояснил. – Противозачаточное.

Лиса скривилась и выплюнула зеленую кашицу, но этого ей показалось недостаточно, и она стала тереть язык пальцами.

– Я тебя когда-нибудь прибью. – Процедила она.

– Встань в очередь. – Я остановился и скинул рюкзак. – Привал. Не то боюсь, меня съедят.

– Я не ем всякую гадость!

– Да что ты знаешь о гадости? – Спросил я и отправил пакет воспоминаний о бое с невидимкой. С каждым разом это выходит все проще. Скоро можно кинотеатр открывать.

– Фу! – Только и смогла сказать Лиса и рванула в кусты с позеленевшей мордой.

Пока она пыталась избавиться от несуществующего мяса, я достал из рюкзака котелок и баночку с молотым кофе, которую берег до этого момента. Дома-то у нас большой запас кофейных зерен, на несколько лет хватит до того момента, как вырастут мои деревья. Но вот в форте кофе закончился давно, и его заменили ячменем, оставшимся после посадки, или пробовали дары местной флоры.

– У тебя был кофе, и ты молчал? – На запах вылезла из кустов Лиса.

– Не помню, чтобы я обещал сообщать тебе обо всем, что у меня есть. – Ответил я, помешивая напиток в котелке на огне горелки фирмы «Кира». – Эх, сюда бы сгущеночки добавить… – Мечтательно протянул я. – Такая вкуснота бы вышла.

– И долго ты мне будешь напоминать о той банке? – Спросила Лиса, подставляя кружку под котелок.

– А ты у Куратора спроси. – Посмеиваясь, ответила за меня Кира.

– О чем?

– О мороженом. – Ответили мы хором.

– Серёжа. – А Шах-то у нас оказывается Серёжа. Только сейчас узнал его имя. Хотя для меня он всё равно остается «Стажером». – Надо найти сгущенку, или мне придется кого-то убить.

– Серёжа? – Ухмыльнулся я. – А скажи-ка мне, Серёжа, когда ты стал подкаблучником? – Тот лишь виновато развел руками. Всё, пропал мужик. – Всё, привал окончен!

Сытая Лиса больше не доставала меня своими вопросами. Ну, ничего, либо я приучу их к сырому мясу, либо больше не буду брать с собой. Хищники они или где? Пора бы и привыкнуть к дикому миру, а то всё ещё мыслят земными категориями. Долой налёт цивилизации, да здравствует одичание!

Мы поднимались выше в горы, лес редел, травы и кустарники почти полностью исчезли, лишь редкие лианы попадались на пути. С увеличением высоты становилось прохладнее, я даже пожалел, что моя шкура практически не имеет подшерстка. Впрочем, пока терпимо, а к вечеру мы либо устроимся на ночлег на объекте, либо спустимся обратно в стойбище. Лиса там не все косички заплела, ведь кое-кто из племени остался охранять стадо. Удивительно, но у этих саблезубых наличествует стадо горных баранов, которое они гоняют по горным пастбищам, защищают от других хищников вроде тех же волков или крупных птиц, а раз в два дня отделяют от стада несколько особей и гонят их к стойбищу. Причем травоядные настолько привыкли к данному порядку, что точно не ожидали, что в стойбище их ждет смерть. Как-никак, они считали саблезубых своими защитниками. Наивные.

Впереди показались строения. Время основательно поработало над ними: стены в трещинах, из которых вьется плющ, окна выбиты, на крыше раскинулась небольшая роща. Но, по крайней мере, тут должно быть безопасно. Саблезубые несколько раз оставались здесь на ночевку, и никто не пытался их атаковать. Мы подошли к ограде, от которой теперь остались только редкие металлические столбы, обошли уцелевшие ворота и оказались на территории комплекса. Никто не стрелял в нас, не орала сирена, не скрипели древние механизмы. Всегда бы так!

– Куда пойдем, господа товарищи? – Спросил я остальных. – В самое большое здание или, может быть в ближайшее, а как насчет ангара?

– Ангар! – Ответила Кира.

– Ангар, вдруг там транспорт? – Предположил Шах. – Надоело пешком ходить.

– Ну, в ангар, так в ангар. – Согласился я с большинством. – Три – за, один воздержался.

Мы прошли по плитам, сделанным из похожего на пластик материала, в щелях между которыми густо проросла трава до небольшого ангара. Корабль здесь не поместиться, а вот какой-нибудь броневичок, запросто. Ангар сохранился куда лучше, чем остальные строения. Все-таки этот металл, который использовался в некоторых зданиях и технике исчезнувшей расы, обладал отличной сопротивляемостью внешним факторам. Ни следа окисления или ржавчины, над ним не властны ни дождь, ни ветер, одни только ракеты.

– У вас машина Предтеч, вы легко попадете на объект. – Пробормотал я.

– Ну, мы все-таки туда попали. – Отозвался Шах на мое бурчание.

– Только броневик потеряли и чуть не разбились, а потом нас чуть не сожрала та змеюка! А в остальном все нормально! – Я потянул ручку двери на себя, и та осталась у меня в руках. – Какой идиот сделал пластиковые ручки на металлической двери! – Выкрикнул я, выбрасывая прочь крошащийся кусок пластмассы.

– Нечего на ручку пенять, коли руки кривы!

– Лиса, цыц! У меня руки золотые! – Сказал я, а потом добавил про себя. – Только растут не из того места.

Я вставил нож в щель между дверью и косяком и надавил на рукоять. Нож тихо звякнул, и рукоятка осталась у меня в руках.

– Точно не из того места! Пусти меня!

– Вот же, ушастая. Да, пожалуйста, посмотрим, как у тебя получится! – Я отошел от двери, уступая место Лисе.

Та попыталась потянуть дверь на себя, потом толкнула, пнула, выматерилась, еще раз пнула. Конечно, меня забавляли её попытки, но дверь-то надо открыть!

– Да я тебя сейчас! – Лиса прицелилась в дверь из пистолета, почему-то про рельсотрон за спиной она не подумала, и несколько раз выстрелила.

Взвизгнули, рикошетя, пули, но дверь не сдвинулась ни на миллиметр. Зато сзади раздался знакомый скрип.

– В укрытие! – Я развернулся и прокричал, показывая на поднимающийся из земли цилиндр автоматической турели. – Не стоим!

Мы попадали на землю, пытаясь спрятаться за плитами дороги. В это время турель развернулась в боевое положение и принялась поливать пространство перед нами огнем. Маленькие быстрые снаряды проносились над нами или врезались в плиты, высекая крошево из них. Я потянул из-за спины револьвер, который был всё ещё увешан модулями и больше не помещался в кобуру, и, прячась в траве, пополз в сторону, чтобы выстрелить без риска превратиться в дуршлаг. Не знаю какая у этой турели была система обнаружения, но, в отличии от сбитого прицела, она работала, и теперь орудие стреляло только в мою сторону.

– Отвлеките кто-нибудь этот металлолом! – Прокричал я, вжимаясь в землю, дабы не поймать шальной снаряд.

Справа захлопали пистолетные выстрелы, пули застучали по дороге в стороне от меня, и я смог выглянуть из-за укрытия. Турель уже выглядела побитой, стреляло только одно орудие, к счастью, оно располагалось с моей стороны. Я прицелился в металлический кожух, по которому, судя по всему, поступали боеприпасы, и выстрелил. Пуля перебила кожух, орудие еще несколько раз выстрелило и замолкло. Я осторожно поднялся, поглядывая по сторонам, но больше активных турелей не было.

– Эй, а я открыла дверь! – Прозвучал ехидный голос Лисы.

Я оглянулся и увидел, что створки ворот ангара была в дырах, а дверь болталась на одной петле.

– Дверь открыла турель, а ты нас чуть не убила!

– Но включила-то её я!

– Включить всякий может, а вот чтобы выключить, нужны мозги, которых у тебя явный недостаток!

– Кого это ты тупой назвал, дебила кусок?

– Тебя! Тупая ты курица!

– Брейк! – Влез между нами Шах. – Всё хорошо, всё закончилось! Пойдем, посмотрим что там.

Я развернулся и направился внутрь, Лиса попыталась проскочить вперед, но вместо этого мы застряли в дверях. Нет, надо от них избавляться. Пусть лучше форт охраняют, а не то мы друг друга перестреляем.

– Тебя не учили женщин вперед пропускать?

– Ты бы всё равно застряла, с такой-то жопой. Она у тебя еще не слиплась? Вон сколько сгущенки на тебя ушло!

– Я не толстая! – Она толкнула меня, и я буквально влетел внутрь. – Одна машина моя! – Лиса вломилась следом.

А в ангаре были автомобили. Шестиколесный грузовик с платформой, которому порядком досталось от турели, а за ним легкий открытый внедорожник на четырех больших колесах.

– Забирай грузовик.

– С хрена ли?

– Твоя турель его побила, ты его и бери! А джип наш! И ты вообще не хотела сюда идти!

Я не стал выслушивать, что она обо мне думает, а отправился осматривать находку. Небольшой четырехместный автомобиль, короткий капот, большие колеса, в которых располагаются электромоторы, сиденья узковаты. Лиса туда точно не поместиться. На раме из труб располагается крепление для оружия с разъемом для подачи питания. Из органов управления только руль, две педали и несколько переключателей. Под капотом автомобиля оказался реактор, вроде того что стоял на броневике, тоже под две пластины. Лобовое стекло толстое, с боку к нему идут провода, видимо, оно же является экраном для вывода информации. Особого внимания заслуживали колеса: они не были ни резиновыми, ни металлическими, а состояли из какого-то пористого материала, который, как было заметно, проминался под весом машины, но не поддавался, как бы я на него не давил, ни на микрон.

– Эй, я тут пластины нашла! – Выкрикнула Кира откуда-то из противоположного угла ангара.

– Вот, Лиса, бери пример! Пока ты тут воздух сотрясала, кое-кто нашел топливо для машины!

– Для моей машины! – Закричала Лиса.

– Для твоей ищи сама, а мы заправляем свой джип и убираемся отсюда! Вот только осмотрим строения.

Пока Лиса вновь грозила мне всеми небесными карами, я вместе с Кирой зарядил в реактор две пластины, а потом по одной перетащили оставшиеся десять к машине и уложили их в ящик, который сунули между задними сиденьями. Следом в багажник отправились наши рюкзаки.

– Я поведу? – Спросила Кира, садясь за руль.

– Да, пожалуйста. – Ответил я, активируя реактор.

Лобовое стекло покрылось разнообразными символами, загорелись и погасли фары, когда Кира пощелкала переключателями.

– Трогай! – Сказал я.

Машина резко дернулась назад и врезалась в стену, оставив на той вмятину.

– Ты педали путаешь? – Поинтересовался я.

– Это не я! – Кира замотала головой. – Я на правую нажала. Это Дохляки что-то перепутали. Сейчас левую попробую.

На этот раз машина плавно тронулась с места и, объехав грузовик, подъехала к воротам. Бампер уткнулся в преграду, Кира прибавила газу, и машина, пробуксовывая, начала со скрипом отодвигать створку. Как только машина выехала наружу, я подбежал к ней и запрыгнул на пассажирское сиденье.

– Эй, вы тут решили остаться? – Крикнул я, обернувшись.

– Погоди, кажется, грузовик на ходу! – Донёсся из ангара голос Шаха. – Тут только корпус помят и стекла выбиты, но все механизмы целы.

Я вылез из машины и вернулся в ангар. Шах махал мне рукой, указывая куда-то под кабину. Когда я подошел ближе и посмотрел туда, то увидел такой же реактор как на машине, на первый взгляд целый.

– Ты понимаешь, что если он поврежден, то мы можем взлететь на воздух? – Спросил я Сергея.

– Я предпочту рискнуть.

Ну, вот и ладушки, если грузовик поедет, то его мы отдадим в форт на хозяйственные нужды, а джип останется при нас. Я пошел обратно к внедорожнику, жестом поманив Шаха за собой.

И вот пластины заняли своё законное место, я выдохнул и задвинул топливоприёмник. Ну, что ж пока мы целы.

– Левая педаль – газ, правая – тормоз. – Сказал я Лисе, которая уже сидела на месте водителя.

– Сама знаю! – Огрызнулась она, нажала педаль, и грузовик, рванувшись с места, врезался в закрытую створку.

Раздалась ругань отбившей лоб Алисы, грузовик сдал назад, так резко, что я еле успел убраться с его пути. Лиса выкрутила руль и, на этот раз медленно, покатила вперед, выруливая на дорогу. Ждать она нас не стала, а сразу двинулась к большому зданию. Мы же сели во внедорожник и отправились следом.

В большом здании, в очередной раз, оказались лишь бесформенные кучки пластика, бывшие когда-то мебелью, и побитая аппаратура. Ну, и еще следы ночевки саблезубых на первом этаже: кости, клочки шерсти и выцарапанные на стенах рисунки. Малое обрадовало нас больше.

– Так вот куда делось оборудование с того корабля. – Произнес я, разглядывая агрегаты неизвестного предназначения, подключенные к какой-то аппаратуре. – Знать бы еще, что из этого, чем является.

– А зачем нам это? – Задал вопрос Шах.

– Как зачем? – Удивился я его вопросу. – Вот реактор нам бы точно пригодился. А то гоняем дизель-генераторы, чтобы форт электричеством обеспечить.

– Надо просто поискать что-то, куда можно засунуть пластины. – Внесла Кира предложение.

– Нет. Не думаю, что здесь используются такие же пластины, как у Дохляков. – Всё, прижилось название. По крайней мере, это лучше, чем «Предтечи». – Сначала надо найти топливо. Ищите большие защищенные ящики.

– Пока вы там болтали, я уже нашла. – Лиса, до этого сидевшая на ящике, встала и открыла его. – Пластины Дохляков лежали в таком же ящике, а значит, защиту он обеспечивает. Тяжелая. – Она сунула руку в ящик и достала из него какую-то коробку.

Материал похож на тот же, из которого сделаны шкатулки для отдельных топливных пластин, но форма другая. Лиса раскрыла коробочку, и мы смогли увидеть отливающий синевой металлический цилиндр высотой в семь сантиметров и примерно двенадцать в ширину. Мы, не сговариваясь, принялись осматривать агрегаты на наличие подходящих под цилиндры ниш или отверстий. Вскоре, на одном из агрегатов Кира потянула за какой-то рычаг, и из корпуса выехали семь металлических цилиндров, в которых имелись углубления, в которые поместились бы цилиндры.

– Оно? – Спросил я. – Больше нигде нет ничего подобного?

– Нет. – Последовал ответ Шаха и Лисы.

Мы попытались приподнять реактор, чтобы вынести его и погрузить в машину. Не тут-то было. Казалось, он весит несколько тонн, несмотря на малые размеры. В конце концов, Лиса въехала задом на грузовике, проломив стену, и встала прямо под тем местом, где этажом выше располагалась комната с оборудованием. После нескольких часов поисков, мы отыскали-таки несколько тросов и, проломив пол в комнате, спустили на них, используя внедорожник как противовес, реактор и ящик с топливом в кузов грузовика.

– Куда теперь? – Спросил я. – В форт, или на второй объект заглянем?

– Мы в форт, а ты катись на все четыре стороны!

– Алиса, я тоже тебя очень люблю! – Подразнил я её. – Ну, и замечательно, будет у тебя время найти баночку сгущенки. А мы пока покатаемся. – Я обратился к Шаху. – Гранатомет только отдай. А рельсотроны можете оставить.

Мы перераспределили оружие и вещи по машинам, покрепче закрепили опасный груз в кузове грузовика. И отправились спать. Потому как, пока мы возились с погрузкой, основательно стемнело, а кататься по горам в такую темень, опасно даже с кошачьим зрением. А артефакты никуда не денутся, ждали несколько тысяч дней, подождут и еще денёк.



Глава 16

Поутру мы покинули негостеприимные развалины и, спустившись на тропу, разошлись, каждый отправился своим путем. Шах с Лисой повезли добычу в форт, а мы направлялись на другой объект. Внедорожник хорошо шел по горам, электродвигатели обеспечивали хорошую динамику, а колеса легко регулировались под любые условия горизонтальным ползунком на панели. Перевод его в левое положение до упора уменьшало ширину колес, и делало шины очень твердыми и почти лысыми, а в крайнем правом обеспечивалось максимальное сцепление за счет увеличения площади, ребристого протектора и «пониженного давления». Можно было установить любое промежуточное положение в зависимости от дорожного покрытия. Эдакий высокотехнологичный аналог системы регулировки давления в шинах. Кроме того, на панели присутствовал и вертикальный ползунок, который менял высоту клиренса, поднимая или опуская машину на магнитной подвеске.

– А что тебе вообще сказал Гар? – Спросила Кира, когда до очередного объекта Дохляков оставалось несколько километров.

– Сказал что там опасно и нет ничего интересного, поэтому они далеко не заходили.

– Если там нет ничего интересного, то зачем мы туда едем?

– Это для них нет ничего интересного, им железки ни к чему. Или ты просто боишься туда лезть?

– Я боюсь?! – Она широко раскрыла глаза от удивления. – Когда я вообще чего-нибудь боялась?

– А как же боязнь полетов? – Поддел её я.

– Это не считается! Всего два раза было! А потом я уже не боялась.

– Ну, тогда и не задавай глупых вопросов. А то ты меня напугала. – Я перехватил её удивленный взгляд и пояснил. – Чтобы Кира и не хотела посмотреть, что находиться в неизведанном месте! Ты не заболела? – Я потрогал её нос. – Вроде, в порядке.

– Не трогай нос! – Кира дернула головой. – Хватит с меня и покусанных ушей.

– Ушки! – Я сделал вид, будто хочу укусить её за ухо. Кира отпрянула в сторону и резко крутанула руль.

– Прекрати, пока очередную машину не разбили. – Сказала она, возвращая машину на прежний курс. – Хватит и броневика, сколько вещей там осталось. Может, вернемся?

– Кира, похоже, что ты всё-таки хомяк!

– Можно подумать, что тебе вещей не жалко.

– Жалко. – Ответил я. – Но это не повод скармливать ракетной турели ещё и внедорожник.

– Тоже верно. – Сказала она, останавливая машину. Мы на месте.

Дорожное полотно, недавно проступившее сквозь наносы песка и мелкие камушки, уходил вглубь скалы, превращаясь в тоннель. Я вышел из машины и осмотрел окрестности. На первый взгляд, никаких следов оборонительных устройств.

– Кира, переставь машину так, чтобы из туннеля в неё не попали. – Сказал я. И, дождавшись, когда она выполнит мою просьбу, достал обрез и выстрелил в воздух.

Выстрел раскатисто прогремел, многократно отражаясь от скал. Где-то с вершин запрыгали вниз камушки, грозя обернуться обвалом, но никакой другой реакции не последовало. Хотя, если в нас не стреляют сейчас, то это вовсе не означает, что так будет продолжаться дальше. Я махнул рукой, подзывая Киру, дождался пока она подъедет, и, как только я запрыгнул в машину, мы въехали в туннель.

Лучи света ударили из фар, отгоняя тьму, и очертили освещенный круг, в котором можно было разглядеть гладкие стены и потолок, словно выплавленные в скале. Возможно, что так оно и было, лазер какой-нибудь или еще что-нибудь. По мере удаления от входа всё чаще стал появляться мусор на дороге. Большей частью это были кости, клочки шерсти и обрывки шкур. Какой же хищник тут живет, что огромные саблезубы считают его опасным?

– Останови. – Попросил я.

Стоит подготовиться, поэтому я достал из кобуры револьвер, с которого вчера снял весь обвес, и положил на панель перед собой гранатомет, который до того лежал на заднем сиденье.

– Боишься? – Не удержалась от подколки Кира.

– Опасаюсь. Не нравиться мне запах. – А запах, и вправду, был отвратительным. Гниющее мясо и испражнения, зверь, проживающий здесь, не отличался чистоплотностью.

Дальше мы двигались осторожнее. Кира хоть и храбрилась, но я-то чувствовал, что она нервничает, да и сам я предпочел бы не встречаться с тем, кого обходят стороной саблезубые. Вскоре впереди показались ворота, одна створка, накренившись, висела на одной петле, и под ней мог протиснуться довольно крупный зверь, но не наш внедорожник.

– Тормози. – Я вышел из машины и, пройдя пару метров, заглянул за ворота. – Гони! – Я тут же выскочил обратно и запрыгнул на капот машины, вцепившись в лобовое стекло.

Кира, не спрашивая о причинах моего отступления, вжала педаль в пол, и машина, набирая скорость, задним ходом покатила прочь от выскочившего следом за мной гигантского медведя. Почему на этой планете столько зверей-переростков? Столько видов, схожих с земными, но при этом раза в два больше. Местная лиса больше земного волка, а уж медведь… Зверюга четырехметрового роста, с трудом протиснувшись под перекошенными воротами, устремилась за нами. К счастью, угнаться за нами он не мог, и, пробежав сотню метров, косолапый развернулся и пролез обратно в свое логово.

– Вот же громадина! – Воскликнула Кира, останавливая машину. – Что делать будем?

– Не знаю. – Я перебрался с капота на сиденье. – Возвращаться с пустыми руками? Так Лиса засмеет. А валить этого медведя на анаболиках? У тебя в кармане гаубицы нет?

– Сейчас поищу. – Кира сунула руку в карман, поперебирала лежащую там мелочь и достала кукиш. – Вот, только это. У тебя у самого есть гаубица. – Она показала на мой револьвер, который я все еще держал в руках.

– Ты видела башку этого гада? Там же просто танковая броня. А пока я буду искать слабое место, эта тварь меня сожрет. Это тебе не слонопотам.

– А может магией сжечь? – Задумалась Кира, но потом помотала головой и сказала. – Нет, шкуру жалко.

– Сдалась тебя эта шкура. Она же вся вылиняла, там целые проплешины.

– Ну, это меняет дело! – Нет, Кира всё-таки хомяк. – Тогда ты садись за руль, а я зажгу. – И она подняла вверх горящую руку.

Мы поменялись местами, я медленно подъехал к воротам и стукнул бампером в ворота. Раздался металлический гул, за ним недовольное ворчание с той стороны, и зверь, высунув голову из-за ворот, уставился на нас и злобно оскалился, демонстрируя нам огромных размеров зубы.

Тут же в морду мишке ударила струя пламени. Запах паленой шерсти перебил все прочие, зверь громогласно зарычал и кинулся на нас, мимоходом срывая ворота с последней уцелевшей петли. Я рванул машину назад, держа дистанцию, позволявшую Кире жечь огромного хищника без опасности попасть в его пасть. Через несколько секунд зверь уже был полностью охвачен пламенем и, из-за сильной боли, больше не обращал на нас внимания. Поэтому я прижался к стене и остановился, пропуская объятого пламенем медведя мимо машины.

– Гринписа на тебя нет! – Повернулся я к Кире.

– Им же лучше, целее будут. – Спокойным тоном ответила она. – Поехали уже. Трофеи смотреть.

– Хомячок! – Не удержался я. – Что съесть не успею, то хоть понадкусываю.

– Ну, хомяк и хомяк, главное, что не жаба. Двигай уже!

Ну, я и подвигал. Переехал упавшие ворота и въехал внутрь ангара, точно такого же, как тот, в котором был найден броневик. Только в этом стоял один лишь внедорожник точно такой же, как наш, но с пушкой. На первый взгляд машина выглядела целой, поэтому я подъехал к ней, остановился и, предварительно достав две топливных пластины, вышел из внедорожника.

Новый автомобиль оказался рабочим, и, как только пластины заняли место в реакторе, его лобовое стекло запестрело бегущими строчками текста на языке Дохляков. Знать бы еще, что там написано…

Оставив машины в ангаре, мы прошли через дверь, и оказались в таком же коридоре, что был в бункере возле крепости непров. Свет нигде не горел, поэтому я включил фонарь и направился первым делом в реакторную. Реактор стоял на своем месте, целый и невредимый, только все его топливные ячейки оказались пусты. Всего их было шестнадцать, а у нас осталось всего десяток, минус две во втором внедорожнике, поэтому я не стал пытаться его запускать, а отправился осматривать остальные комнаты.

Все здесь оказалось, как и в прошлом бункере, только в оружейке, где уже хозяйничала Кира, было гораздо меньше оружия, половина пирамид пустовала, но зато здесь было еще одно орудие для внедорожника, которое мы тут же установили на его законное место. Все оставшееся оружие мы перетаскивали и раскладывали по двум машинам, правда стрелять из него мы не могли, так как все батареи были разряжены, а зарядное устройство мы в машинах не нашли. Это может стать проблемой, так как единственное зарядное устройство погибло вместе с броневиком.

– Может стоить оставить оружие здесь? – Задал я провокационный вопрос.

– Даже не думай! – Кира обняла охапку стволов, которые несла из оружейки.

– А как мы их будем заряжать? – Спросил я её.

– Зарядником! – Ответила она, но потом вспомнила о броневике и задумалась. – Может где-то здесь есть?

А, и вправду, зарядное устройство должно быть и в самом бункере. Не в машинах же заряжать? Первым делом мы обыскали оружейку, и зарядник нашелся. Вот только был он вмонтирован в стену. Пришлось изрядно повозиться, прежде чем удалось его достать. И сразу же, как только мы его достали, на глаза попались еще два зарядных устройства. По закону подлости – переносных. Больше на первом этаже не было ничего полезного, хотя Кира пыталась прихватизировать из казармы пару матрасов, но они рассыпались прямо в её руках.

А после того, как мы открыли дверь с торца коридора и вышли на лестницу, появились первые отличия. Во-первых, этажей было всего два, а не три, как в прошлый раз, во-вторых, на втором этаже присутствовала относительно целая мебель, на которой лежали бумаги, часть из которых пережила многолетнее запустение.

– Подойди-ка сюда. – Кира светила фонарем на один из столов.

– Что там? – Я отвлекся от перебирания рассыпающихся бумаг и подошел к ней.

– Осторожно. – Она перехватила мою руку, не дав прикоснуться к большому листу, лежащему на столе. – Осыпается. – Она указала на поврежденный уголок карты.

А то, что это именно карта, сомнений не было. Я спустился к машине и забрал оттуда новенький фотоаппарат, который занял место сгоревшего при взрыве, и, вернувшись к Кире, сфотографировал карту. После этого я попытался забрать её с собой, но ветхая бумага рассыпалась в труху от первого же прикосновения. Больше в бункере не оказалось ничего интересного, и мы, уже на двух машинах, отправились в форт. Только сделали крюк, чтобы заехать в стойбище и предупредить племя о медведе, труп которого мы не нашли, возможно, что он остался жив.


***

Вчера поздно ночью мы вернулись в форт и, отложив все дела на утро, завалились отдыхать. А сегодня нам предстояло разобраться со всеми ими. И первый, и самый важный пункт – завтрак! Мы спустились в обеденный зал, где уже собралось немало народу, и подсели за стол к Шаху и Лисе.

– Приятного аппетита. – Простая вежливость ошарашила Лису лучше, какой бы то ни было колкости. – Как вы это пьете? – Спросил я, принюхавшись и ощутив запах ячменного кофе-заменителя.

– И это заявляет тот, кто заваривает чайный пакетик четыре раза! – Съязвила Лиса.

– Вообще-то, семь. Я же не англичанин какой-нибудь, чтобы над лишним листочком в заварнике дрожать, а вот кофе это святое!

– Нет у тебя ничего святого!

– Кроме кофе. А где ваш грузовик? – Спросил я Шаха.

– Забрали. На хозяйственные нужды, мол, когда понадобиться, тогда и заберем.

– Я предполагал такое. Именно поэтому…

– Именно поэтому и отдал его нам! – Перебила меня Лиса.

– Именно поэтому, – Я спокойно продолжил. – я и привез вам такой же внедорожник, как у нас. – Я указал на два одинаковых автомобиля, что стояли рядом с таверной. А вам для меня сгущенки жалко!

– Да подавись ты! – Лиса со стуком поставила банку на стол. А я-то надеялся подольше её этим побесить.

– Эй, у меня был «Молоко сгущенное цельное», по госту. – Я покрутил банку в руках. – А это… – Я перехватил полный ненависти взгляд. – Тоже сгодиться.

– Что еще нашли? – Поинтересовался Шах.

– Вот поедим и пойдем к Куратору, там все узнаете. – Ответил я, приступая к трапезе.

Сразу несколько зайцев одним камнем. Во-первых, не придется пересказывать несколько раз, во-вторых, с экрана фотоаппарата всё равно ничего не разобрать, а принтер есть только у Куратора, и, в-третьих, я помучаю любопытную Лису. Черно-бурые быстро покончили с завтраком, но я не торопился, степенно вкушал яства, растягивая удовольствие, и встал из-за стола только тогда, когда Алиса готова была взорваться от раздражения.

Внутрь форта мы отправились на двух машинах. Сначала скинули на склад все находки, а потом подъехали к зданию, в котором находился кабинет нашего самого главного начальника.

– Ваша светлость, дозвольте свежие вести донести до вашей милости. – Сквозь приоткрытую дверь я обратился к начинающему феодалу.

– Дозволяю! Подь сюда, холоп!

– От холопа слышу! – Я широко распахнул дверь и втолкнул в кабинет всю компанию, после чего зашел сам. – Вот возьми. – Я протянул фотоаппарат Куратору. – Последние семь фотографий в трёх экземплярах.

– Что там? – Спросил он, подключая фотоаппарат к ноутбуку.

– Карта сокровищ. На этот раз настоящая, а не та ерунда, что выдал Серов. Ты уже знаешь о судьбе броневика?

– Слышал. Можно его вернуть?

– Нет. – Ответил я, следя за тем, как принтер выплевывает листы. – Там очень злая система обороны. К тому же, броневику досталось, один двигатель в хлам, энергия не подается, да и дверь мы выломали, чтобы выбраться. Но зато мы добыли два внедорожника и грузовик.

– Два? – Переспросил Куратор, раскладывая листки на столе.

– Два. Второй мы нашли. Пригодиться. Ездить придется много. – Я показал на карту. – Вот смотри. Во-первых, здесь обозначены портальные точки. – Я указал когтем на шесть точек, образующие правильный шестиугольник с седьмой в центре. – А это значит, что они тут очень давно. И кроме них, есть много чего. Вот эти три точки возле пятого форпоста – три ангара. В двух были корабли, третий пустой, в нем саблезубые живут. Вот точка возле первого форпоста. Что там я не знаю, но теперь становиться понятно, как угонщики нашли точное расположение кораблей. Вот здесь, – Я показал на точку возле седьмого форпоста. – бункер с картой. А вот эти три точки – три объекта, на которых мы побывали.

– И остается еще много точек. – Куратор, подперев подбородок ладонями, рассматривал карту. – И ты хочешь по ним пробежаться.

– Хочу. Половину возьмем мы, половину – Шах с Лисой. Только надо подготовиться. Во-первых, поменять бы расположение педалей в машине.

– Путаешь? – Ехидно спросил меня Куратор.

– Не я путаю, а Дохляки. У них левая – газ, правая – тормоз. А, во-вторых, нужны теплые вещи. – Я показал на точки далеко от экватора. – Там может быть холодно. Одна так, вообще за полярным кругом.

– Зачем тебе теплые вещи? У тебя шерсть есть.

– Это летняя шерсть, а есть ли зимняя, я не знаю. Да и в любом случае, когда она отрастет, я уже обратно вернусь и буду дико линять. – Я провел ладонью по руке, подцепив несколько выпавших шерстинок, и высыпал их перед Куратором. – Остается определиться, кто поедет на юг, а кто – на север.

– Мы на юг! – Выпалил Лиса. Ну, да никому не охота мерзнуть – точка в заполярье находилась на севере.

– Мы можем решить это по-мужски. – Шах выставил кулак.

– А давай! – Ответил я.

– Вы еще подеритесь. – Куратор вмешался не к месту.

– Не мешай! – Рявкнул я на него. – Давай. Камень, ножницы, бумага, раз, два, три! – Черт, у меня бумага, у Шаха – ножницы. – Мне понадобиться теплая куртка, очень теплая! – Обратился я к Куратору.

– На складе заберешь. Я распоряжусь. – Он раздал нам наши экземпляры карты. – Идите, готовьтесь.

Первым делом я отогнал разгруженный, даже топливные пластины уперли, внедорожник Игорю, попросив его попробовать поменять местами педали и установить хотя бы тент. А после мы вернулись на склад, где получил «куртку».

– Я это не надену. – Сказал я кладовщику, возвращая ему две роскошные норковые шубы.

– Ты записался в защитники животных? – Спросил он. – Хорошие шубы.

– Во-первых, должна же быть хоть какая-то солидарность среди хищников. Во-вторых, я не хочу выглядеть, как чертов сутенёр! – Выкрикнул я. – Ты бы мне еще золотые цацки предложил напялить! Дай нам простые теплые куртки и тулупы.

– У меня нет ни того ни другого!

Шубы пришлось всё-таки забрать, я, конечно, против убийства только лишь ради шкуры, хотя в то же время спокойно отношусь к одежде из животных, выращенных на мясо, но зверушки-то уже убиты, а мерзнуть я не хочу. Куртки я всё-таки нашел. Купил у бывших охранников их форменные куртки. Всё-таки когда они пришли сюда, на Земле была зима, а здесь всегда тепло, вот и лежали они без дела. Отодрать нашивки, и можно носить. Остается только дождаться переделки машины, и можем выдвигаться в путь. И хрен я что Серову отдам!



Интерлюдия

Форпост №4. 92 дня с момента уничтожения портальной системы.

Под лучами восходящего светила сумрак нехотя покидал поселение людей. На улицах появились первые поселенцы, зашевелились на постах караульные, греясь в лучах восходящего солнца после прохладной ночи. Нельзя сказать, чтобы поселок был беззащитным, но и полностью безопасным его не назвать. Лишь частокол из невысоких бревен окружал его, ощетинившись стволами пулеметов на вышках. Два бойца вышли из дежурки возле ворот, открывая их, чтобы выпустить в поле первых рабочих.

– Слышал, о чем вчера старлей с капитаном говорили? – Спросил один из привратников своего напарника.

– Не-а. – Замотал тот головой. – Баб, наверно, обсуждали. – После этих слов он зажмурился, вспоминая последний поход в бордель. – Сейчас бы парочку сюда. А то скучно!

– Баб они тоже обсуждали. И ты прав – здесь бы они лишними не были. – Согласился первый. – Но еще они говорили, что непры на нас прут.

– И как они об этом узнали, если они из кабака не вылазят? – Скептически нахмурил брови второй. – Сон вещий был?

– Не. – Отмахнулся первый. – Говорят, радиограмма от первого форпоста пришла.

– Да врут они все. Они же в самом центре, и о непрах узнают в последнюю очередь. Просто им своего добра мало, так они на наше покушаются, мол, присоединяйтесь к нам, вместе легче. Вот только приедем мы туда, и что нас ждет?

– Что?

– Отберут у нас всё и на параши отправят.

– Думаешь? – Недоверчиво спросил первый.

– А то! Липа это все. Нет никаких непров. Их ядрен-батоном чпокнули, больше они к нам не сунуться. Зуб даю! Уже третий месяц прошел, а мы ни одного не видели.

– Тогда зачем мы тут стоим?

– От зверья охраняем, и для порядку! Или ты хочешь в поле пахать?

– Не. Я уж лучше тут постою. – Ответил он и облокотился на ворота.

Время текло неторопливо, солдаты слонялись возле ворот, пинали камушки на дороге, временами что-то жевали. Каждая травинка, растущая возле форпоста, давно была им знакома, и окружающий пейзаж успел им порядком поднадоесть. Время от времени бойцы хлопали себя по карманам, пытаясь отыскать несуществующие сигареты. Но они, как и кофе, чай, специи и прочие земные продукты закончились месяц назад или еще раньше. Форпост жил тем, что добывали охотники в лесу или выращивали на полях крестьяне. Понемногу, некогда современный поселок, становился всё более похожим на средневековый городок со своей стражей, феодалом и подневольными рабочими, вынужденными кормить всех остальных, чтобы остаться в защищенной крепости.

– Эй, смотри. – Один из караульных указывал куда-то вдаль. – Кто там несётся?

Другой оторвался от своего чрезвычайно важного занятия – ковыряния земли носком ботинка – и подошел к напарнику.

– Что? Где? Не вижу я ничего. Опять у тебя глюки с похмелюги.

– Сам ты глюк, Кривой! Бежит зверюга какая-то. Если сам не видишь, возьми бинокль.

Кривой зашел в караулку и вернулся к воротам с биноклем в руках, который тут же поднес к глазам, вглядываясь вдаль.

– Тигр бежит. – Сказал он. – Слышь, Штырь, что ему тут надо?

– Тебя за жопу укусить! – Ответил Штырь. – Отъел ляхи на казенных харчах.

– Это не я пайку под подушкой жрал. – Огрызнулся Кривой. – Слышь, а он к нам чешет. – Он опустил бинокль и взялся за автомат.

– Погодь. – Штырь подошел к напарнику и опустил ствол его автомата в землю. – Они, вроде как, дрессированные, может он типа почтовый.

– Я ничего не заказывал. – Кривой попытался вырвать автомат из рук второго караульного.

– Прэвэд! – Пока солдаты спорили, саблезубый добежал до ворот. И поверг охранников в шок, поздоровавшись с ними.

Хотя сами саблезубые общались телепатически, но всё-таки они имели и зачатки устной речи, каждый мог, как минимум, произнести имя своё и других членов племени. Понять их было сложно, всё же не все звуки могло воспроизвести звериное горло. Так, например, саблезубые обычно не делали различий между звонкими и глухими согласными, а все шипящие заменялись одним звуком, напоминающим не то «Ш» не то «З», в зависимости от размера зверя, звук «Й» у них отсутствовал вовсе, но зато имелось целых четырнадцать вариаций звука «Р». Часть саблезубых, проживших некоторое время на Земле, выучила русский язык, и некоторые из них вернулись на Кимир, обучая здесь другие племена.

– Прикинь, Кривой, он разговаривает! – Прервал затянувшееся молчание Штырь.

– Нэбры идуд. Близко. Дам. – Сказал зверь, после чего указал лапой на запад.

– И этот о непрах. – Очнулся и Кривой. – Может, его с Центра подослали?

– К гадалке не ходи. – Ответил Штырь и замахнулся прикладом. – Пшёл отсюда!

Саблезубый пожал плечами, совсем как человек, развернулся и умчался вдаль, выбивая лапами пыль из дороги. Появление зверя внесло небольшую сумятицу в монотонную службу, и караульные провели время в обсуждении появления странного посланника, пока их не сменили, после чего они отправились завтракать. После завтрака оба хотели направиться в бордель, но взревевшая сирена помешала их планам осуществиться. Парни встали посреди улицы, удивлённо озираясь.

– Вы какого хрена еще здесь?! – Рявкнул на них пробегающий мимо офицер. – Живо на стену!

Солдаты занимали места на мостах, идущих вдоль частокола, готовясь отразить нападение. Среди прочих и Штырь с Кривым поднялись наверх и укрылись за толстым бревном, опасливо поглядывая из-за него на приближавшееся войско непров.

– Походу, это серьезно. – Пробормотал Штырь, провожая взглядом выехавшую из ворот бронетехнику. – Ну, да они им вломят. Я уверен. Вон, даже танки выехали.

Кривой не ответил, он с ужасом смотрел на подходящие к крепости черные колонны. Штырь продолжал успокаивать себя, утверждая, что против танков у непров нет шансов, но только до тех пор, пока первый выстрел танковой пушки не пропал зря, разорвавшись в воздухе перед вражеской армией.

Колонны неприятеля быстрым шагом приближались к крепости, танки и бронетранспортеры стояли у них на пути, непрерывно поливая их огнем, впрочем, бесполезно. Враги подходили всё ближе, пока из их рядов не полетели первые огненные шары. Фаерболы раз за разом ударялись в броню земной техники, и вот первый бронетранспортер зачадил и загорелся, экипаж спешно покинул машину, но только для того, чтобы сгореть в магическом пламени. Остальные машины начали отходить к крепости, но враги усилили натиски, и уже танк поддался магическому воздействию, прогремел взрыв боекомплекта, ослепив людей на стенах яркой вспышкой, и тяжелая башня отлетела в сторону. Оставшаяся техника подошла к стенам, упершись в ворота, которые никто не спешил открывать. Хотя тонкие деревянные стены, обеспечивали лишь иллюзию безопасности, но люди предпочли оставить своих собратьев на погибель, только бы не расставаться с нею.

– Кривой, как же это так? Не может этого быть! Кривой! Ответь! – Штырь уставился на друга, но тот только сползал по стене, хлюпая горлом и заливая все вокруг кровью. – Диман, тебя зацепило, где, когда?

Он нагнулся, пытаясь помочь, хотя уже и было поздно, зажал горло рукой и уже хотел позвать на помощь, как что-то коснулось его шеи. Поток крови хлынул на Кривого, заливая его с ног до головы. Штырь опустился на колени, последний раз вдохнул и упал замертво.


Час спустя. Там же. Лорд Бабар.

Лорд клана Бас был доволен: поселение Ущербных было уничтожено быстро и без потерь. Все воины, если их можно было называть этим словом, были убиты, а рабы захвачены в плен для превращения. Теперь можно будет посылать их вместо своих подчиненных, не считаясь с потерями, ведь Ущербные любезно предоставят еще. Мерзкие уродцы, даже удивительно, что когда-то они произошли от Древних, как и мы – могучие Барросы, отвратительно белые, не владеющие даже намеком на Великую Силу, пытающиеся заменить её своими трещащими палками.

Лорд брезгливо перевернул оружие Ущербных, разглядывая непонятный ему механизм. Как только подобная безделушка может быть опасной? Легкая, тупая и неудобная: ни порезать, ни ударить толком. Даже удивительно, почему Ущербные еще не уничтожены. Безмозглые Гаси! Это их вина!

Самый никчемный клан. Ни территорий, ни сильных магов, одни деградировавшие отщепенцы, сборище неудачников! Как они смогли отыскать и запустить древнюю систему межмировых путей? Они должны были поставить в известность Совет Лордов, но вместо этого они влезли в новый мир сами. Но и тут они проявили свою потрясающую тупость. Вместо того чтобы освоить новый мир, они позарились на еще один. Откусили кусок, который не моли проглотить и привлекли внимание Ущербных. И вместо того, чтобы накопить силы и стереть их с лица земли, они посылали исчадий по одному, привлекая к себе внимание и даря Ущербным время на подготовку. Неудивительно, что те ответили, да еще как! Совершенно не укладывается в голове, как смогли эти белые гурги создать Древний Огонь.

Но всё-таки они смогли, и только когда столица Гаси сгорела в великом пламени, только тогда стало известно обо всём Совету Лордов. Но вместо того чтобы поручить дело самым могучим воинам и магам, Совет отдал новый мир Гари и Балсо. В итоге одни лишились единственных своих ворот и всех магов-портальщиков из-за того, что Ущербные вновь применили Древний Огонь. А Гардар положил свою армию под стенами главной крепости Ущербных. И теперь остатки его клана носа не высунут из своей крепости, из-за постоянных набегов.

Но теперь Бас берется за дело, наплевав на мнение Совета. Они там все лишились разума, раз поручают такое дело конченым идиотам. Но я покажу им как надо воевать!

– Я – лорд Бабар, – Закричал повелитель клана Бас. – клянусь духами предков, что покончу с Ущербными!



Глава 17

Сегодня чертов юбилей – сто дней, как накрылась медным тазом система порталов. А ещё сегодня пятый день, как начался снег. Благо внедорожник подготовили к дальней поездке: педали теперь стояли на своих местах, поставили нормальные фары, с дальним и ближним светом, взяли с собой электрочайник, подключенный через инвертор к бортовой сети, выкинули, чертовы сиденья на полпопы и поставили вместо них одно широкое, установили двери и крышу, топорные, со щелями, заполненными монтажной пеной, но тепло держали. Хотя это уже не так важно потому, что мы уже на второй день путешествия по заснеженной пустоши проснулись обросшие зимним подшерстком. Видимо, такой быстрый рост обусловлен магическими способностями. Теперь наша шерсть стала заметно светлее, гуще и теплее, а подушечки на лапах обросли длинной шерстью, позволяющей ходить по снегу не проваливаясь. Странно, но на Земле я такого не заметил, хотя там мы раскатывали на Урале с включенной печкой и носили куртки..

Первые три объекта мы нашли легко, если бы там еще было что-то полезное, то было бы совсем замечательно. Но там мы нашли только всё то же оружие, что на предыдущих объектах. Несколько экземпляров и боеприпасы к ним мы забрали, а остальное бросили, если ничего не найдем, то всё равно сможем забрать на обратном пути. По правде сказать, я не уверен, правильно ли мы едем, так как ориентиров на ровной белой поверхности снежной пустыни почти не было, лишь изредка попадались торосы и провалы, в один из которых мы чуть не упали. Знал бы, что будет так скучно – взял бы ноутбук с фильмами, пусть за ним и пришлось бы возвращаться в наше логово.

– Котя. – Иногда я – «Котя», вот только означать это может только одно. – Я замерзла.

– Выпей чаю. – Ответил я, не отрываясь от управления. Замерзла она, как же! Скучно просто.

– Не хочу! Согрей меня! – Кира подвинулась на сидении, прижимаясь ко мне.

– Если мы будем так греться каждый раз, то наша поездка будет еще более долгой. Ты – маг огня, в конце-то концов. И я не железный!

– Ну, пожалуйста. – Она изобразила «взгляд кота в сапогах».

– Я обещаю, что мы раньше остановимся на ночь. Но пока светло, давай уедем подальше?

Что ж, пока я отделался обещанием. Правда, теперь я, похоже, ночью спать не буду. Поэтому я прибавил ходу, чтобы к ночи достичь-таки таинственного объекта. Знать бы еще, как его откапывать из-под этой кучи снега. И где копать? Я пустил Киру за руль и взялся за изучение карты. Правда, самому непонятно, что же я хотел там найти. Ну, точка, ну, посреди белого пятна, ну символы там какие-то. Вот только мне от этого ни горячо, ни холодно, вру – холодно. Читать по-дохлому я не умею, системой навигации внедорожника пользоваться тоже не умею. Может поискать проводника?

– Кира, а саблезубые тут водятся? – Спросил я Киру, которая до сих пор изображала обиду из-за облома.

– Не знаю, я тут не была никогда. Было бы здесь что-то, что можно съесть, водились бы, но я пока дичи не видела.

– Я тоже. – Кивнул я и продолжил изучать карту. – Я не знаю куда ехать! – Я кинул карту на приборную панель. – Эта точка при таком масштабе может означать круг радиусом в десяток километров. И ни одного ориентира.

– Ты что сдаешься? – Спросила Кира с ехидцей.

– На слабо берешь? – Я вздохнул. – Не знаю. Может, тут и нет больше кораблей? Что вообще было на этой планете? Какая-то путаница. Тут – магические порталы, там – космические корабли, а еще разумные звери, живущие первобытнообщинным строем, злобные пришельцы-волшебники и люди, которые что-то знают, но вместо того чтобы рассказать об этом, угоняют наш корабль. – Из-за своего монолога я не сразу обратил внимание, что Кира отклонилась от прежнего курса. – А ты куда?

– Там что-то есть. – Она указала на что-то впереди.

Я присмотрелся, но увидел только красное пятно. Хотя, на белом-то снегу оно смотрелось чужеродно. И ставлю свою шкуру – это кровь.

– Кровь?

– Кровь. Кажется. Нет, я уверенна, что это кровь. А значит, там кого-то съели.

Мы приближались, пятно становилось всё больше, и теперь было видно, что это на самом деле кровь. Ну, хоть шкура моя останется при мне. А вот из шерсти, которая выпадет, когда вернемся в форт, я свяжу Куратору свитер. Пусть носит и вспоминает обо мне. Постоянно! Это будет очень колючий свитер!

Когда подъехали ближе, то кроме крови увидели еще и ошметки шкур, мяса, осколки костей. Точно тут кого-то съели. Вот только саблезубые обычно аккуратнее. Мы вышли из машины и начали искать следы. Возле жертвы все было затоптано, но следы вскоре нашлись. Три следа кошачьи, а один похож на медвежий. Это что? Саблезубые тут мишку схарчили? Мы вернулись в машину и отправились по следам.

Примерно через пятнадцать минут путь нам преградил выпрыгнувший из ниоткуда белый саблезуб. Из-за длинной густой шерсти, и без того немаленький хищник, выглядел еще больше. Сначала зверь грозно зарычал, уставившись на наш автомобиль, но когда я вышел из машины, он принюхался, опустил вздыбленную шерсть и громко фыркнул.

– Доброй охоты, брат. – Поздоровался я с ним.

– Доброй охоты, мой маленький теплолюбивый братик. – Они испытывают неприязнь к тем, кто не живет в снегах? – Что привело вас в наши холодные края?

– Поиски. – Коротко ответил я. – Подробнее я бы хотел поговорить со старейшиной.

– Не дорос ты до разговора с взрослыми. – А вот это невежливо!

Я быстро, благо опыт уже имелся, сделал нарезку из воспоминаний о боях – преимущественно с адскими альфами, как наиболее опасным противником – и отправил ему. Зверь удивленно присел на задних лапах, осмысливая увиденное.

– И как такой маленький может победить такого большого? – Скептически, несмотря на то, что сам все видел моими глазами, спросил саблезубый.

– Чем больше шкаф, тем громче падает. – Пришлось очень постараться, чтобы впихнуть простую истину в телепатический язык мыслеобразов.

Уррг всё-таки проводил нас в стойбище, которое располагалось в огромной трещине во льдах, перекрытой сверху толстым настом утрамбованного снега. Все саблезубые, проживающие здесь, отличались большими размерами и белым цветом шерсти. Отличал я их только по запаху, который у каждого зверя свой. Весь оставшийся день ушел на то, чтобы пересказать все наши приключения на этой планете. Все племя, не избалованное зрелищами, приняло неказистый рассказик на «Ура». От старейшины этого племени я узнал о месте, где мог находиться объект Дохляков. А вот ночью, которую мы провели в ледяной пещере вместе с остальным племенем, мне всё-таки пришлось исполнить обещание. И никакого стеснения – нас-то никто не стеснялся. Похоже, за полярным кругом признают только один способ согрева.


***

По «саблезубым картам» ориентироваться у меня получало куда лучше. Словно встроенный GPS, только на море почему-то не работает. Но на суше – выше всякий похвал, к объекту мы вышли сразу же, хоть он и находился на приличном расстоянии. Два дня ехали, хотя если бы не перерывы на «обогрев», то могли быть на месте еще вчера вечером.

Как бы то ни было, но мы всё-таки добрались. И тут нас ждал жесткий облом. Нет, не облом, а Облом всех обломов. Объект находился под водой. Оказывается, мы уже довольно долго ехали по льду, покрывавшему океан. Вот откуда здесь белые медведи – они живут на поверхности льда, а охотятся на подледных обитателей, попадая в воду через пещеры. А белыми медведями лакомятся саблезубые. Но черт с ними с медведями! Как нам на объект-то попасть?

В ледяной пещере был только небольшая будочка, в которой находился лифт и лестница, ведущие вниз, непосредственно на сам объект. Который был затоплен. Вода поднималась почти к самому входу. Никогда не нырял в прорубь, а тут-то еще холоднее будет. И шерсть не поможет, только ко дну меня потянет, когда намокнет.

– Думай, башка, картуз куплю! – Я постучал себя по лбу. – Не хочу я в ледяную воду лезть!

– Прекрати, последние мозги выбьешь. – Кира перехватила мою руку. – Успокойся, думай о хорошем.

– Мне подобные внушения не помогают. – Сказал я, но бить себя перестал. – Что мы можем сделать? Всего два выхода: лезть или не лезть и вернуться ни с чем. Ни аквалангов, ни гидрокостюмов у нас нет. Я рискну.

Я пошел к машине и вытащил оттуда шубы и одну топливную пластину, потом поставил чайник и подготовил термос. Как вылезу, надо будет быстро согреться. Как только чайник вскипел, я залил термос и начал снимать с себя вся экипировку и одежду, оставил только ножны с ножом и кобуру с револьвером, прямо поверх шерсти.

– М, стриптиз. – Кира облизнулась. – А продолжение будет?

– Будет, когда вернусь. Ты только учти – вода-то очень холодная, не жди многого. – Я нервно улыбнулся.

– Может лучше я? – Спросила Кира. – Сам же говорил, что из нас двоих маг огня это я.

– Вот именно. Если я буду без сознания, ты меня вытащишь и отогреешь. Главное помни – шерсть, если что, отрастет. – Я вернулся к машине, взял веревку и обвязал себя вокруг пояса. – Там могут быть воздушные мешки, в которых можно будет вздохнуть. Если не будет, то я три раза дерну, и ты меня вытащишь. Если будет, то буду дергать по одному разу каждые десять-пятнадцать секунд. Если дергать не буду – вытаскивай сразу. Поняла?

– Ты лучше передавай мне всё, что видишь.

– Буду, но и по веревку помни. – Я лизнул её в нос напоследок, взял в руку пластину, которая послужит мне утяжелителем, и прыгнул в шахту лифта.

Бр-р. Ледяная вода мигом пропитала шерсть и обожгла кожу, особенно досталось чувствительному носу. Я чуть не вскрикнул от боли, но пластину уже тянула меня на дно. Дернул за веревку и пошел по коридору, который предстал передо мной. Под сводчатым потолком оказалось немного воздуха, и я всплыл, оттолкнувшись от пола, делая судорожный глоток затхлого воздуха, после чего пошел дальше не забывая дергать за веревку.

Всё-таки я себя переоценил. Воздух попадался под каждым сегментом коридора, но все двери были заперты, а их конструкция подсказывала, что открываются они вверх. Я попробовал одну приподнять, но дверь не сдвинулась ни на миллиметр, а из-за напряжения стало сводить переохлажденные мышцы. В конце коридора, всё же оказалась дверь, но веревка толи кончилась, толи где-то зацепилась. Очень не хотелось бросать дело, когда награда может быть так близка, поэтому я отвязался и вошел в комнату.

– Немедленно вернись! – Раздалось у меня в голове.

Только я не хотел оставлять трофей, который уже был перед моими глазами – маленький пластиковый ящичек на полке открытого сейфа. Я рванул к нему, схватил и поплыл обратно. Только я схватился за веревку, как судорога пронеслась по всему телу, парализуя мышцы, и от болевого шока я потерял сознание.

Пришел в себя в машине, Кира, крепко прижавшись ко мне, грела меня своим теплом в дополнение к курткам и шубам, в которые мы были укутаны. Всё тело била крупная дрожь, зубы выбивали чечётку с такой силой, что казалось странным, что они не развалились, а еще ужасно пахло мокрой шерстью. Кира, увидев, что я пришел в себя, потянулась за термосом, налила полную кружку горячего крепкого черного чая с огромной дозой сахара.

– Если ты еще раз – Выговаривала она меня. – выкинешь что-нибудь подобное, я сама тебя прибью! Понял!

А что я мог, кроме как кивнуть, потягивая горячий чаёк? Ничего. Поэтому я продолжил прихлебывать из кружки, размышляя о том, что меня дернуло сунуться в ледяную воду.

– Стоило оно хоть того? – Спросила Кира, когда я допил чай.

– Сейчас и узнаем. Где контейнер? – Спросил я её.

– Не знаю, наверно внизу остался. – Ответила она, но, увидев, как изменилось моё лицо, добавила. – Шучу! На заднем сиденье.

Я протянул руку, достал ящичек и попытался его открыть. Ящик не открывался, тогда я рванул используя руны – как я стал называть символы, после прочтения записки – силы. Ящик развалился, и его содержимое выпало на пол.

– Так вот ты какой, золотой ключик! – Довольным голосом произнес я, вертя в руках ключ от корабля Дохляков.



Интерлюдия

Шах и Лиса. 8000 км к югу от форпоста №3. 109 дней с момента уничтожения портальной системы.

Саблезубая парочка пробиралась по тоннелю, заполненному мутной воняющей тиной болотной водой по грудь. Иногда, впрочем, попадались места и поглубже, и тогда исследователи подземелий полностью исчезали под водой, только руки с поднятым над головой оружием возвышались над зловонной гладью.

– Я ненавижу его! Ненавижу! – Закричала Лиса, выныривая после очередной ямы и сбрасывая с головы водоросли. – Он всё специально подстроил. А ты повелся!

– Милая, хватить вешать всех собак на Психа. – Возразил Шах. – Уверен, что им приходиться не лучше, чем нам.

– Пошел ты к черту со своей мужской солидарностью! – Она не унималась, а наоборот распалялась всё сильнее. – Он знал, что здесь будет такая задница, потому и подстроил, что бы ты «выиграл». Почему он такой козел?

– Вообще-то, вы с ним очень похожи. – Сказал было Шах, но тут же был сбит с ног, и скрылся под водой, пуская пузыри.

– Хочешь сказать, что я такая же, как этот мудак? – Лиса приподняла его над водой, удерживая рукой за горло.

– Отпусти. – Прохрипел Шах, пытаясь разжать стальную хватку подруги. – Задушишь же.

Алиса разжала ладонь, и парень рухнул в воду, подняв волну.

– Так я повторяю свой вопрос… – Начала грозно Лиса.

– Оба вы нормальные. – Шах поднялся, потирая горло. – Это всё ваши маски, чтобы никто не трогал. А на самом деле ты добрая. – Он подошел к Алисе и обнял её, прошептав на ухо. – Просто колючая, как ёжик. Я-то знаю.

– Всё-то ты знаешь. – Пробурчала она, но вырваться из объятий и не пыталась. – Психолух доморощенный.

– Не бурчи. Тебе не идет. – Он отпустил её и направился вперед по тоннелю. – Пойдем уже, должны же мы хоть что-то найти?

– Если и здесь ничего не будет, то я его точно прибью!

Её, впрочем, можно было понять. Как-никак, предыдущие четыре объекта не принесли ничего, кроме проблем. На первом объекте были одни лишь развалины, которые образовались из-за вошедшего в разнос реактора, взрыв которого несущую стену, отчего весь бункер просел под тяжестью грунта. Радиационный фон был в пределах нормы, всё-таки времени прошло немало, но когда-то радиация породила мутации у крыс, наводнивших бункер после катастрофы. Некоторые из них оказались удачными и закрепились в генах грызунов, породив новый вид, который, к счастью, нигде кроме данного бункера не встречался. И как только парочка спустилась под землю по чудом уцелевшей шахте лифта, на них тут же навалилась толпа визжащих и кусающихся голых крыс размером с дворнягу. Острые зубы грызунов оставляли следы даже на металле рельсотрона, не говоря уж про шкуры авантюристов, посмевших потревожить крысиное царство. Шах с Лисой чудом выбрались из шахты и, под постоянными атаками, рванули к машине. Напоследок особо наглая крыса отхватила кусок колеса от внедорожника. Умный материал перераспределился, заращивая повреждение, но теперь одно колесо было заметно уже других.

Второй и третий объекты подарили только несколько рельсотронов, которых и без того было достаточно: вся охрана форта уже перешла на них, так что можно было бы назвать поиски удачными, если бы не огромный медведь на одном объекте и волчья стая на другом. Четвертый объект оказался административным зданием, всё убранство которого превратилось в пыль, кроме металлической сетки под потолком, которую облюбовали летучие мыши, рванувшие сквозь дверной проём, как только открылись двери. И хотя вреда летуны не нанесли, Лиса еще долго ругалась, вспоминая хлопанье мерзких кожистых крыльев по её лицу.

А пятый объект встретил их болотом. Вход в туннель располагался ниже уровня земли, и поэтому был заполнен натекшей после дождей водой. Возле входа под яркими солнечными лучами поверхность воды была усеяна разнообразными водяными растениями, которые со временем отмирали, обеспечивая живущие в темных глубинах бактерии пищей, переваривая которую они и образовывали тот незабываемый разложения.

Дно туннеля стало подниматься, и, все промокшие и озябшие, Шах с Лисой выбрались-таки на сухую поверхность. Спустя несколько минут, впереди показалась развилка, оба ответвления которой кончались темнотой, куда не добивали лучи фонарей, и парочка встала в нерешимости перед шагом в неизвестность.

– Налево пойдешь – коня потеряешь, налево пойдешь – голову сложишь. – Задумчиво произнес Шах. – Коня у нас нет, поэтому налево.

– Всё бы тебе налево! Кобель! – Высказалась Лиса, но последовала за ним.

Спустя еще минуту, они уперлись в тупик, который, при ближайшем рассмотрении, оказался круглой металлической нашлепкой на металлической переборке, перегораживающей туннель. По краю нашлепки не было видно никаких креплений, следов сварки тоже не было замечено, но, тем не менее, оторвать пластину не вышло. Шах постучал стволом автомата, который взял вместо рельсотрона из-за боязни испортить электронику во влажном нутре туннеля. По звуку, издаваемому пластиной, стало ясно, что она имеет порядочную толщину.

– Пошли назад? – Спросил Шах.

– Ещё чего! – Возмутилась Лиса. – Открываем!

– И как, если не секрет?

– Так же, как открывали дверь броневика. – Она подошла к нашлепке и, приложив к ней ладони, стала быстро понижать температуру металла. – Что стоишь? Помогай!

Шах присоединился к ней, и вскоре вся пластина покрылась инеем. Температура окружающего воздуха понизилась настолько, что в воздухе сконденсировалась влага, повиснув мельчайшими капельками, которые на лету замерзали и осыпались на пол ледяной крупой.

– Ещё чуть-чуть, и можно будет выстрели… – Лиса не успела договорить, так как в этот момент пластина громко хрустнула, и мощный воздушный поток вбил и их и осколки пластины внутрь большого темного помещения.

– Что это было? – Шах с трудом поднялся с земли. В ушах звенело, а перед глазами мельтешили светлячки.

– Не знаю. – Раздался со стороны слабый голос.

Послышалась возня, после зашевелился луч света от фонаря, который до этого лежал на полу, и в свете мощной галогенной лампы перед удивленными взорами авантюристов предстала громада корабля.

– Джек-пот! – Прозвучали два голоса одновременно.


Глава 18

Обратный путь занял у нас гораздо меньше времени, всего-то неделю. И вот мы, изрядно полинявшие – как я и предполагал, зимняя шерсть сошла с нас на второй день поездки по теплым землям – въезжаем в форт, ставший для нас если не родным, то хотя бы привычным. Внедорожник сильно нагружен оружием, которое мы подобрали на обратном пути, а на особом месте – под сиденьем, на мягком мешке, забитым шерстью – покоится ключик. Как обычно, приехали мы под вечер, поэтому, забив на Куратора, сразу отправились спать. Я только договорился с уборщицей таверны о том, что она свяжет мне свитер. У нас с Куратором вроде одинаковый размер одежды, правда, я от постоянного ношения тяжелого снаряжения стал чуть пошире в плечах, ну да ладно.

Поутру мы тоже не особо торопились идти на доклад, так что к нам опять явился мальчонка-посыльный. Гонять его туда-сюда мы не стали, а отправились-таки в замок Лорда Прибрежных земель. Не сразу, но отправились.

– О, всемогущий… – Начал было я подготовленную речь, но, взглянув в красные от недосыпу глаза, осекся. – Рассказывай.

– Четвертый форпост уничтожен. – Хмуро ответил Куратор.

– Как? Почему четвертый-то? Шестой же ближе! – Удивился я.

– Они пришли с другой стороны. – Начал рассказывать майор. – В двухстах километрах к западу от четвертого форпоста есть еще одна крепость непров. Куда больше той, откуда пришли войска, напавшие на Цитадель.

– Откуда информация? – Спросил я его.

Что-то странное происходит. Они тут разведку наладили? Да ну, бред.

– В бункере сидит команда из Цитадели. – Начал он объяснять. – И мониторит все передвижения врага.

– И они не могли предупредить? – Это подло даже для них. – Решили показать пример другим форпостам? Типа присоединяйтесь, или вас сожрут?

– Их предупредили! И не только мы: за час до атаки к воротам подбежал саблезубый и о чем-то поговорил с охраной. Вот только они никому не поверили.

– Или они тебе соврали. – Сказал я.

– Серов бы не стал им врать! – Чего это он так вскипел? – Он настоящий офицер!

– Я правильно понял, что человек, который приложил все силы, для того чтобы реализовать своё желание покомандовать, не стал бы врать?

– Что?! – Врум-врум. Завелся. – Офицер это тот, кто готов жизнь отдать ради отчизны!

– Чужую.

– Свою!

– Это было давно и неправда. А сегодня, офицер это тот, кто не умеет ничего делать, все портит, и решает: «А из меня офигенный командир! Я же всё знаю!». Одна, сука, извилина на всех, а нет же: «Я, не я! Головка от буя! Я – илита, белая кровь, голубая кость, а вы – быдло».

– Это не…

– Заткнись! – Закричал я. – Моего мнения ты не изменишь. Можешь только окончательно испортить моё мнение о тебе. Кстати, вы еще не установили реактор?

– Нет. – Вроде успокоился, но рожа всё равно красная. – Он в Цитадели.

– Что, прости? – Я переспросил его. – Мне послышалось, или ты на самом деле сказал, что вещь, которую мы с таким трудом добыли, ты ни за что ни про что отдал кому попало?

– Не кому попало, а…

– А тому, кто, сука, впарил мне неверную информацию! – Теперь уже я начал заводиться и кричать на Куратора. – Тому, из-за кого мы потеряли еще и броневик, тому кто и так уже должен дохрена и больше, ты отдал бесценную вещь! Знал бы, увез бы к себе! И поздравляю! Тебе удалось окончательно испортить моё мнение о тебе.

– Зачем он нам? – Начал он оправдываться. – Нам взамен прислали турбину с генератором, мы их на реке установили, нам хватает энергии.

– Ты тупой или у тебя склероз?

– У меня хорошая память, и я не тупой!

– IQ сколько?

– Сто сорок!

– Тебе единичка показалась. – Сказал я. – Я тебе, о чем говорил?

– Когда?

– Тогда, когда по твоей вине раздолбали мой корабль.

– Ты всё орал на меня, что я виноват. – Он издевается что ли? Это, вообще-то, моя привилегия.

– А ещё я сказал, что для ремонта нужен реактор. И когда я его нашел, ты подарил его незнакомым дядькам.

– А ещё ты сказал, что нужен ключ! – Всё-таки не склероз. Помнит гад.

– Я сказал – я нашел. – Я вытащил из наплечной сумки контейнер и раскрыл его. – Куда ручонки тянешь?! – Отпрянул я от стола. – Руками не смотреть. А то опять куда-то уедет. Ты лучше верни реактор, как хочешь, но верни.

– А ничего, что он другой системы? – Попытался пойти в атаку Куратор.

– Не твоя забота! – Возразил я ему. – Контроллер-то цел. И скажи своему Серову, что я с ним больше дел не имею!

– Он не мой! И ты не забыл о договоре?

– Договор выполнен! Он дал координаты, но там пусто. Так что половину от ничего он может смело забирать. И ещё к его долгу приплюсовывается полброневика. Так и передай! И не разбазаривай мои находки! Их я нашел! По данным агентурной разведки! Ни ты, ни твой Серов, помощи в их поисках не оказали! – Опять меня понесло. – Не вы ныряли в ледяную воду! И да! Пожалуйста!

После этих слов мы вышли, напоследок я так громко хлопнул дверью, что, кажется, сломал косяк. Валить надо отсюда. Чем дольше нахожусь среди людей, тем больше шанс, что я кого-то грохну. Не могу понять: все люди уроды, или это просто мне так тотально не везёт?

После визита к неблагодарной сволочи, я безвылазно просидел в комнате таверны, даже вниз не спускался. Совсем уже нервы ни к чёрту. Когда через четыре дня грузовик – этот урод ещё и грузовик им отдал, хотя верещал: «Для хознужд! Для хознужд!» – привез реактор, я всё-таки покинул своё убежище. И мы, забрав готовый свитер, отправились попрощаться.

– Я на секундочку. – Произнес я, проскальзывая в кабинет, под тяжелым взглядом Звягинцева. – Вот. – Я подошел к столу и протянул свёрток. – Прощальный подарок.

– Куда это ты меня спровадить хочешь? – Попытался он пошутить.

– Никуда. – Ответил я. – Я забираю грузовик с реактором, чиню корабль, а после этого расстреливаю крепости непров. – Я сделал паузу. – И больше ко мне не обращайтесь! Любого, кого увижу возле моего дома, пристрелю!


***

Самым сложным в починке оказалось, кто бы мог подумать, передвинуть дом. Потому что иначе затаскивать реактор внутрь ангара пришлось бы через верхний люк. Сам ремонт прошел как-то буднично. Первым делом вставил ключ на положенное место, а то вдруг противоугонка сработает. Потом кабели были оторваны от того, что осталось от родного реактора, и через трещину в обшивке протащены наружу, где мы припаяли их к коннекторам от нового реактора при помощи плазменной сварки. А место соединения было закрыто самым высокотехнологичным способом: камера от Урала была распущена на полосы, которыми мы замотали кабеля, всё это было пропитано клеем. А для пущей надежности поверх всего этого безобразия было намотано два рулона синей изоленты.

Когда приготовления были закончены, к реактору, который уже запустили в Цитадели, мы подключили наши самодельные кабеля. Ярко вспыхнули искры, от контроллера донесся тревожный звон.

– Упс. Полярность перепутали. – Сказал я, меняя кабеля местами.

На этот раз никаких спецэффектов не было. Хотя, может быть, контроллер просто сгорел. Чтобы проверить это, мы поднялись в рубку, освещенную теперь множеством экранов, по которым бежали строки, несущие какую-то информацию, которая, впрочем, была нам недоступна.

– Ну-с. Приступим. – Я выдохнул и уселся в неудобное кресло.

Кира уселась во второе, и мы одновременно надели обручи на голову. В голову словно воткнули раскаленный штырь, и в тоже время я услышал голос.

– Язык. Известный. Нет. Язык изучить. – Сказал тот, после чего раскаленный штырь начал вращение, пытаясь просверлить мои мозги. – Русский язык – изучен и установлен. Установлена десятеричная система счисления. Получены новые системные единицы: время: секунда – 9 192 631 770 периодов излучения, соответствующего переходу между двумя сверхтонкими уровнями основного состояния атома цезия-133.

Боль в голове поутихла, и я нашел в себе силы, чтобы удивиться. Эту цифру я бы никогда не вспомнил, но вот электронный мозг корабля вытащил её у меня из головы. В это время мозг корабля продолжал выуживать у меня из головы остальные величины. Метр он получил через скорость света и секунду, килограмм через массу электрона. Далее последовал элементарный заряд, а все остальные величины получались из предыдущих.

– Произвожу первичное сопряжение пилота и орудийного оператора. – Снова прозвучало у меня в голове. Теперь штырь в моей голове расплавился и жидким металлом растекся по телу. – Сопряжение установлено. Мастер-ключ можно удалить.

Металл покинул мой организм, правда оставалось ощущение, что у меня сломана спина и дыры по всей шкуре.

– При полном сопряжении пилот и оператор ощущают корабль, как продолжение собственного тела – откликнулся бортовой компьютер на мои мысли. – Отключить полное сопряжение?

– ДА! – Выкрикнул я, и тут же мне стало легче. – Назови себя.

– Ударный фрегат флота Рари, класс – Вальри.

– Дата производства?

– Данных нет.

– Как выглядели Рари?

– Данных нет.

– Название системы?

– Данных нет.

– Какие данные есть вообще?

– Только стандартная прошивка. Это первый запуск корабля. Получены коды допуска из мастер-ключа.

– А если бы я запустил тебя без ключа? – Спросил я, вытаскивая ключ из панели. Пригодиться еще.

– Охранные директивы предписывают не впускать посторонних на борт, а в случае их проникновения – уничтожить. – М-да, выходит, что угонщики спасли нам жизнь.

– В стандартную прошивку входит язык Рари? – Я подумал, что было бы неплохо получить возможность читать документы Дохляков-Рари.

– Да. – Ответил компьютер. – Загрузить?

– Будь любезен.

Машу ж вать! Если первая передача воспоминаний от Седого ощущалась как удар тазом по голове, то тут была целая ванна! Чугунная, на которую сверху упал рояль.

– Жеваный крот! Как башка болит! – Произнес я, держась за голову.

– Это ты по-каковски? – Спросила Кира, отрываясь от собственного диалога с кораблем.

– По рарски! – Ответил я, только сейчас понимая, что предыдущие слова были сказаны мной не по-русски.

Взгляд Киры поплыл, видимо, она тоже загружала язык, а я же вернулся к нашей главной проблеме: корабль-то сломан.

– Доклад о состоянии. – Скомандовал я.

– Энергоустановка – состояние неизвестно.

– Твой реактор уничтожен, ты подключен к внешнему источнику. – Пояснил я.

– Целостность корпуса нарушена, повреждены несущие конструкции. Повреждение систем активной защиты 55%. Орудийные системы – повреждения 47%, отсутствует боекомплект. Система жизнеобеспечения – повреждения 73%, ограниченная работоспособность. Система навигации работоспособна, отсутствуют карты. Система связи работоспособна, коды допуска в наличии. Система саморемонта работоспособна, отсутствуют материалы.

– Ты можешь использовать плиту, упавшую на тебя?

– Да.

– А остатки старого реактора?

– Да.

– Сколько время займет ремонт?

– Ожидаемое время ремонта 308 суток. Процесс можно ускорить, если убрать створку люка с корпуса корабля.

– Средств для этого у нас нет, поэтому приступай к ремонту самостоятельно.

– Приступаю. Нано-роботы выпущены, начат демонтаж бортового реактора.

– У тебя есть свободные клеммы на контроллере? – Задал я насущный вопрос. А то надоело экономить электричество.

– Есть. Клеммы номер 13 – земля, и номер 15 – питание.

– Сможешь подать на них ток с напряжением 220 вольт и частотой 50 герц?

– Да. Подать?

– Подожди, пока подключу провода.

Я снял обруч с головы и отправился в дом. Остается протянуть кабель, и ждать окончания ремонта с комфортом. Столько фильмов не смотрено! А тут целых 308 дней. Надеюсь, непры за это время всех не сожрут.



Глава 19

– Ну, кто же так стреляет?! Мазила! Глаза разуй! – Кира всегда очень эмоциональна при просмотре фильмов. – Он же рядом стоит, обезьяна косорукая.

– Кира, милая моя, успокойся. – Я взял в руку её ладошку и тихонько погладил. – Это же злодеи, им не положено в героя попадать. Иначе этот идиот слишком быстро сдохнет, и усё! Кина не будет!

– Нам бы таких противников. – Мечтательно произнесла она. – Было бы куда проще.

– Для этого надо было искать героя. Но тебе не повезло. Остался только я.

– А мне другого и не надо! – Она прильнула ко мне, ожидая ласки, но с этим придется повременить.

– Погоди. – Я поставил фильм на паузу и прислушался. – Едет кто-то. Обещал же пристрелить!

Я вышел из дому с револьвером в руках. Ну, так и есть: внедорожник Рари приближался к нашему дому. Я прицелился в него и выстрелил. Машина окуталась маревом щита, частично погасившего энергию пули, которая лишь оцарапала капот и, срикошетив, ушла в сторону.

– Ты совсем двинулся тут в одиночестве? – Из машины донесся раздраженный голос.

– Во-первых, я обещал пристрелить любого, кто посмеет сюда ко мне заявиться! – Начал я. – Во-вторых, я не в одиночестве! И, в-третьих, двинуться я могу не от отсутствия людей, а только от их наличия!

– Успокойся, людей здесь нет! – Из машины появился Шах. – Может, уберешь оружие?

– Если хочешь жить, лучше не произноси этих слов. – На шум из дома вышла Кира. – Пойдемте внутрь.

Командирша, ёк макарёк. А меня спросить? Я махнул рукой и вернулся внутрь. Пусть что хотят, то и делают. Не знаю, как относиться к Шаху с Лисой. С одной стороны, вроде бы, люди, а с другой – совсем не люди. Да и прошли вместе немало. Я сходил в спальню, забрал кобуру с тумбочки и прицепил её на бедро, пока Кира усаживала гостей на кухне.

– Незваный гость, хуже татарина, хуже только незваный татарин. – Сказал я, подходя к шкафчику с посудой. – С чем приперлись?

– Почему сразу приперлись? – Изобразила удивление Лиса. – Может просто мимо проезжали, решили в гости зайти.

– Куда вы могли «мимо проезжать» в восьми сотнях километров от ближайшего жилья?

– Мы в форт не заезжали еще… – Начал было Шах, но я его перебил.

– У вас пустая машина, вы чистые, и вы не знали, где я живу.

– Мы с Куратором разосрались. – Ответила Лиса. – Кстати, милый свитерок у него. – Сказав это, она ехидным взглядом уставилась на меня. – Сам связал?

– Нет, нашел человечка.

– Но шерсть твоя?

– Наша. – Ответил я, открывая шкафчик с запасами, из которого на меня вывалился мешок, стукнув меня по носу. Чудом успел поймать.

– Ну, ты и затарился. – Лиса разглядела надпись «Coffee» – А мы значит, должны ячмень хлебать.

– Вам никто затариваться не мешал. И ячмень, к слову, тоже мы привезли. – Ответил я, возвращая мешок на место, и беря вместо него другой – початый. После засыпал зерна в кофемолку, из-за шума которой образовалась пауза в разговоре.

– Вообще, мы в тот же день, что и Звягинцев сюда приехали, он же нас и предупредил, причем налегке. – Ответил Шах.

– Можно даже сказать, что зайцем. – Добавила его подруга. – В кузов грузовика запрыгнули.

– И зачем? Стоять! – Это я попытавшемуся убежать кофе. – Сидели бы на Земле, в тишине и спокойствии?

– Или бы нас разобрали на органы для изучения. – Парировала Лиса, принимая из моих рук чашку горячего, исходящего паром напитка.

– Она в чём-то права. – Сказала Кира, утаскивая чашку из-под носа у Шаха.

– Эй! – Возмутился тот. – Это моё кофе! Ай! – И он тут же получил ложкой в лоб от меня. – За что?

– За то! Это свежемолотый, свежесваренный кофе, а значит, «Он». А оно, это всякое «Глист-Кафе» и «Якобы кофе». Проверочное слово: говно.

– Зануда. – Пробормотал он, забирая другую чашку.

– Кстати, если вы разругались с Куратором, то кто вам рассказал о том, где нас искать. – Поинтересовался я. – И почему поругались?

– Потому, что он козёл! – Так охарактеризовала его Лиса. В принципе, я с ней согласен. – А как узнали… Скажем так, я была очень убедительна! – И она состроила кровожадную ухмылку.

– Охотно верю. А как съездили? – Пусть поболтают, а я пока кофе попью. А то, что это за дела, я всего один глоток сделал.

– Это сюрприз! Так что сначала вы. – Ну, если Шах хочет услышать мой рассказ, то пусть ждет, пока я допью. – Ну, ладно! – Я не торопился, так что он не выдержал первым. – Мы нашли корабль! – И он сделал паузу, ожидая ответа. Но я только пожал плечами. – И мы его запустили!

– И вы его сломали. – Сказал я, допивая кофе и ставя чашку на стол. – Потому что он попытался вас убить.

– Откуда знаешь? – Шах удивился.

– Я же говорила, что всё он гад знает, только не делится! – Опять претензии от Лисы. – Ты, наверное, и по-дохлому читать умеешь?

– Умею. – Совершено спокойным тоном ответил я. – Кстати, Дохляки, на самом деле, Рари. Так они себя называли.

– А чего раньше не говорил? – Казалось, что Шаха нельзя было удивить сильнее, но оказалось, что это только казалось.

– Потому что не умел.

– И кто же тебя научил?

– Лисонька, откуда столько любопытства? – Задал я ответный вопрос, но потом всё-таки ответил. – Мой корабль научил.

– Ты его запустил? А почему он вас не пытался убить? А ты же говорил, что он сломан, как починили? – Засыпала она меня вопросами.

– Забрали реактор, который мы тогда нашли, и прилепили его сюда. Не убил, потому что у нас есть ключ, и он по-прежнему сломан: до окончания ремонта триста дней.

– Ну, у нашего только дыра в обшивке и силовой кабель перебит. Надо же было как-то выбраться. – Пояснил Шах. – А еще рядом с ангаром у нас склад. Там всё есть, и топливо, и боеприпасы. Хорошо, что мы в него только пластины зарядили, так что он нас просто попытался задушить, а не пристрелил.

– Ну, значит, чиним ваш корабль, заряжаем его, и разносим в пух и прах планету непров.

– А потом можно будет отсюда свалить.

– Шах, зачем тебе отсюда валить? Непров выбьем, а людей тут сколько? Тысяч семь, максимум? Запрограммировать корабль на отстрел всех лысых и двуногих и жить, не заботясь об идиотах. Собираемся, и завтра в путь. Ну, вам-то нет нужды собираться, всё при вас.

– Есть проблемка… – Промямлил он. – Пока мы были у Звягинцева, всё энергетическое оружие выгрузили, а потом мы сорвались с места, возвращаться было не с руки, и…

– И у вас ничего нет?

– Есть автоматы и пистолеты, но 5.45 сам знаешь.

– Знаю, бедные родственнички, знаю. – Я пошел в спальню, поманив жестом остальных за собой.

– Ну, и траходром. – Высказал Шах своё мнение о нашем ложе.

– Кобелина. – Отреагировала Лиса, стукнув его в бок. – Только об одном и думаешь! Вполне себе уютное семейное гнёздышко.

– И вы оба неправы! Во-первых, это логово, а не гнездо, а, во-вторых… – Я потянул за ручку, вытаскивая из кровати огромный выдвижной ящик с оружием. Я предполагал, что табельное у нас могут отобрать, потому подготовился и на этот случай. – Вот вам, получите и распишитесь. Нелицензионная копия СВТ-40, более известная, как FN FAL. – Я протянул им две автоматические винтовки.

– А почему у тебя тут все натовское? – Удивилась Лиса.

– Потому что его проще достать, чем отечественное.

– У тебя тут еще и взрывчатка? – Шах без спросу взял брикет и поднес его к носу. – Вкусно пахнет.

– Стоять! – Не дал я ему её лизнуть. – Пахнет ароматизатор, а сама C4 ядовита.

– И дорого всё это удовольствие обошлось? – Поинтересовалась Алиса. – Оружия-то дохрена.

– Почти бесплатно. Всего-навсего, обменял на сто грамм порошка из высушенного хера адской альфы.

– Чего? У них же нет половых органов.

– Дельное замечание, Шах, вот только об этом мало кто знает. Так, берем всего и побольше, грузимся, потом вы получаете ванной по башке, а утром выезжаем.

– Ванной по башке? – Удивились черно-бурые.

– Верьте мне, это самый быстрый способ выучить язык Рари.


***

– Ты заметил, что Лиса как-то изменилась по отношению к тебе? – Спросила Кира, ведя наш электрогрузовик следом за внедорожником черно-бурых.

– Ещё бы я не заметил. Видимо, у неё новый объект для ненависти появился. И я даже знаю, кто он. Знать бы еще, чем Куратор ей так насолил.

Кира пожала плечами и подъехала к остановившемуся автомобилю. Машины стояли на возвышенности, а впереди простилалось болото, уходившее в темный зев туннеля. Всё, как они и рассказывали.

– И чего стоим? – Я высунулся из грузовика и поинтересовался. – Вход там?

– Там, но мы не хотим опять лезть в болото. – Теперь ваша очередь!

– Ладно, тогда вы забираете грузовик и едете туда, где может располагаться люк в крыше ангара. – Я вышел из машины и, забравшись в кузов, выкинул оттуда объемистый баул.

– Что там? – Спросила Лиса.

Вместо ответа я развязал верёвочки на бауле и вытащил из него резиновую надувную лодку, насос и деревянные сиденья для нее.

– Вы жулики! – Возмутилась Алиса. – Мы значит, должны мокнуть, а вам выпадает романтическое путешествие.

– Ага, по каналам Венеции. Там говорят, так же воняет, был кто? – Я спросил присутствующих, но все только пожали плечами. Значит, не были. – Кира, где весла?

– Ищу! – А пока она возилась в кузове, я собрал лодку, и стал накачивать её ножным насосом.

Эх, вот оно преимущество двигателя внутреннего сгорания – накинул шланг на трубу, газу поддал, и лодка накачана. А с этими электромобилями, качай, блин, вручную. Всё-таки лодку я накачал, вставил весла в уключины, и мы отправились вглубь, а Шах с Лисой в это время уже укатили искать люк.

– В каждой двухместной лодке обитают два загадочных существа. – Произнес я, гребя веслами. Стоило потренироваться, а то скорость не ахти какая.

– Это, какие же? – Заинтересовалась Кира.

– Гребибля и Гребубля.

– Это ты к чему?

– Да так, вспомнил просто.

– Ты не болтай, ты греби… – Кира осеклась. – Зараза! Запутал, гад.

Зловонное болото осталось позади, и мы, достигнув берега, вытащили лодку и направились по туннелю. Добрались до развилки и, свернув налево, через несколько минут добрались до ангара. Внутри валялись осколки входной двери, возле корабля, в днище которого теперь зияла дыра, стояла тележка, нагруженная коробочками для хранения топливных пластин. Корабль был такой же, как и у нас – фрегат класса Вальри. Лучи наших фонарей забегали по стенам, и вскоре штурвал, открывающий люк, был найден.

– Метров двадцать. – Посмотрел я вверх. – Как забираться будем?

– Ты подсади, а я запрыгну. – Кира, как обычно, все решила сама и уже снимала оружие и разгрузку, чтобы их вес не мешал прыжку.

В принципе, других способов забраться я не вижу, поэтому я положил фонарь на землю так, чтобы он освещал мои руки со сцепленными в замок ладонями. Приготовился сам и подал сигнал Кире. Она разогналась, прыгнула, отталкиваясь лапами от моих ладоней, а я толкнул её вверх, так сильно, как только смог. Суммарных усилий хватило для того, чтобы она долетела до места назначения. Впрочем, судя по металлическому звону и громким ругательствам, тут скорее перелёт.

– Что за звон? – Поинтересовался я, поднимая с земли фонарь.

– Голова моя пустая звенит! – Самокритично, ничего не скажешь.

Луч осветил Киру, сидящую на металлических мостках рядом со штурвалом и держащуюся за голову. Я приподнял фонарик, освещая пространство над ней, и увидел помятый короб вентиляции. Странно, у нас такого не было. Или может просто не заметили когда осматривали в первый раз, а потом было уже поздно – ангар был порушен вандалами.

Кира поднялась и подошла к штурвалу. Первый оборот, и сверху на меня посыпалась земля. Второй оборот, и появилась синеватая полоска неба чрезвычайно яркого, после мрака подземелий. Кира продолжала крутить штурвал, створки люка разъезжались всё дальше, открывая вид на две наших машины, и стоящих рядом Шаха и Лису.

– А где лестница? – Прокричал сверху Шах, когда люк полностью открылся, и его шум больше не мешал нам говорить.

– Какая лестница? – Он мне не говорил, ни про какую лестницу.

– Чтобы к штурвалу добраться. На складе есть лестница, прямо возле входа.

– Ты сказал идти налево! Мы и пошли. – Прокричал я. – О лестнице ты ни слова не сказал!

– Я… – Шах махнул рукой. – Сказал, не сказал… Какая разница? Забрались же.

– Я головой ударилась, из-за тебя! – Кира погрозила ему кулаком. – Хана тебе, понял?

Закончив обсуждение кто, кому и о чём не сказал, мы спустили вниз инструменты и запчасти, и приступили к ремонту. Первым делом следовало установить ключ на законное место. Проблема заключалась в том, что корабль герметизировал все отсеки, дабы заморить неудавшихся угонщиков. Поэтому мы встали перед выбором: пилить рубку или пробиваться сквозь внутренние двери. Делать новую дыру во внешнем корпусе мы не стали, поэтому пошли внутренним маршрутом. Через час работы мохнатых холодильников, внутренние двери на пути к рубке были разрушены, и теперь можно было запускать реактор. Точнее он уже был запущен. Следовало только восстановить разорванный силовой кабель, и здесь просто нельзя было обойтись без плазменной сварки, резины и синей изоленты. Теперь, после установки ключа, рубка приветственно мигала экранами, на которые выводилась вся информация о корабле, и, после ваннотерапии, мы могли её прочитать.

– А ты уверен? – Шах хотел надеть обруч на голову, но я его остановил. – Помнишь изучение рарского… рарийского… Короче, помнишь изучение языка Рари? Когда эта штука будет грузить русский из твоей головы, будет гораздо хуже.

Он опасливо вернул обруч на место, и мы с Кирой уселись в кресла, надевая обручи на себя.

– Производится первичное сопряжение пилота и орудийного оператора. – Раздался в моей голове голос на Рари. – Сопряжение выполнено.

– Установи русский язык, десятеричную систему счисления и земные величины. – Скомандовал я, и вновь ощутил раскаленный металл в своей голове. Но пытка вскоре закончилась, и символы на экранах сменились на русские буквы. – Доклад!

– Энергосистема в норме. Заряд 6,25% – Понятно, две из тридцати двух пластин заряжены. – Целостность корпуса нарушена. Требуется ремонт.

– Выполняй! – Скомандовал я.

– Системы активной защиты в норме. Орудийные системы в норме, боекомплект отсутствует. Система жизнеобеспечения в норме. Система навигации работоспособна, отсутствуют карты. Система связи работоспособна, коды допуска в наличии. Система саморемонта работоспособна, отсутствуют материалы.

Мы оставили корабль заделывать дыры, а сами отправились на склад, до вечера перетаскивая ящики с боекомплектом и ремнаборами. Как только ящики со снарядами и ракетами оказались в трюме, тут же из ниш в стенах вынырнули манипуляторы, распихав боекомплект по мини-конвеерам, которые доставили его к орудиям и пусковым установкам. После чего компьютер доложился о готовности к бою. И мы не став терять времени, закинули запасной боекомплект и топливо, и корабль стартовал.

Эх, отвались мой хвост! Вот это ощущения! Из-за полного сопряжения я чувствовал корабль как собственное тело. Шерсть – силовые поля, броня – шкура, реактор – сердце, а двигатели – мышцы. Орудиями заведовала Кира, но я тоже слышал её чувства, так что сейчас мы представляли собой слияние двух организмов и машины, образующее опаснейшего космического хищника. Я немного покрутился возле планетки, привыкая к ощущениям, а после вывел корабль на орбиту и снял обруч, оставив голосовое управление.

Вид планеты из космоса завораживал: огромное зелёное поле материка постепенно скрывалось во тьме, облака плыли надо всем этим великолепием, белыми перинами укутывая землю, оставляя лишь возможность гадать, что же прячется под ними? И этот вопрос вернул меня с небес к делам более «приземленным».

– Корабль. Блин. Почему мы не дали имя кораблю? – Я обратился к окружающим.

– Не успели. – Попытался оправдаться Шах, остальные же просто молчали.

– Может, «Клык»? – Предложила Кира, и после получения одобрительных кивков, обратилась к кораблю. – Фрегат, серийный номер «как-вас-там», отныне ты именуешься «Клык»!

– Принято. – Не знаю, что хуже: то, что он говорит казенными фразами, или если бы он использовал тот вариант русского языка, что получил у меня? Не, нафига нам саркастичный корабль.

– Клык, тут должны быть спутники, как минимум один точно есть. Попытайся получить у них информацию.

– Найдено три спутника, получаю информацию. Получен доступ к спутникам-наблюдателям.

– Отлично. Теперь используй спутники и найди мне большие скопления живых существ. И нанеси их на карту.

Сразу же после моей команды, перед нами возникла голограмма с картой материка, которую густо усеивали точки. Очень много точек.

– Покажи тех существ, что живут в этих точках. – После этих слов развернулась еще одна голограмма с изображениями живых существ. – Вот эти – союзники. – Я ткнул пальцем в изображение саблезубого, и большая часть точек позеленела. – Вот эти – нейтралы. – После этого четыре отметки на карте, обозначающие уцелевшие форпосты, стали синего цвета. – Вот – эти враги. – Две отметки крепостей непров покраснели. – Оставшиеся точки убери, это простые животные.

После этого карта очистилась от лишних отметок, и стало заметно большое зеленое пятно на западном побережье. После моей просьбы, развернулась еще одна голограмма, явив нам целый город саблезубых. Надо будет как-нибудь его посетить. Ну, а пока, наведаемся-ка мы на планету непров.

– Клык, сколько займет путь до третьей планеты в этой системе? – Поинтересовался я.

– Около двух часов. – Быстро, однако.

– Следуй к третьей планете, а потом вставай на орбиту. – Отдал я команду, а потом поинтересовался. – Какая у тебя скорость?

– Двигатели позволяют развивать ускорение до четырех километров в секунду за секунду, вплоть до скорости, составляющей 32% от скорости света. По достижении этого значения, вследствие флюктуаций МР-поля тяга двигателей падает почти до нуля.

– Что за МР-поле? – Задал я вопрос.

– Нет терминов для объяснения.

Хоть и хотелось узнать больше о загадочном поле, но тут уж ничего не поделать. Попробуйте-ка объяснить питекантропу принцип работы СВЧ-печи. Для него волны бывают только на воде. Наверняка, Клык бы мог объяснить на языке Рари, но яснее от этого не стало бы. Два часа пролетели незаметно, всё-таки не каждый день доводится любоваться красотами дальнего космоса. Но вот наш тур по просторам системы подошел к концу, и корабль включил реверс двигателей, останавливаясь и выходя на высокую орбиту черной планеты с широкими кольцами, вроде тех, что опоясывают Сатурн.

Плотные свинцовые облака, бегущие по небу серыми стаями, надежно скрывали планету от взглядов, и даже электронные средства наблюдения пасовали перед ними. А вот когда я отдал команду на использование активных систем обнаружения, случилось неожиданное: по экранам пробежали тревожные символы, взывала коротко сирена, и Клык пояснил ситуацию:

– Фиксирую работу систем наведения. Поступил сигнал: «Запретная зона. При приближении или совершении враждебных действий вы будете уничтожены».

– Да там уже наверно ничего не осталось. – Махнул рукой Шах.

– Зафиксированы прицельные маркеры девяноста трех орудий противокосмической обороны и двух орбитальных крепостей. – Не разделил Клык оптимизма.

– А просканируй-ка кольца. Из чего они состоят. – Обратился я к компьютеру.

– 75% классифицируются как обломки боевых кораблей.

– Нахрапом их не взять. – Подвел я итоги нашего вылета. – Ну, давайте хоть крепости их разнесем, что ли.


Интерлюдия

Крепость клана Бас. Лорд Бабар.

Последние рабы из поселения Ущербных сегодня закончили трансформацию. Теперь сотни злобных и свирепых созданий готовы были ринуться в бой на своих бывших соплеменников. Но всё-таки основная их задача – посеять ужас в сердцах Ущербных, а основной урон будет нанесён могучим войском клана. Все они: двадцать тысяч воинов, пять тысяч магов, в том числе более двух сотен Высших, и почти десять тысяч улучшенных зверей, готовы были к походу на главный оплот Ущербных. После того, как крепость падет, мелкие поселения не продержаться и дня.

Лорд радостно оскалился, предвкушая скорую победу. Скоро он будет восседать на троне из черепов мерзких недоразвитых уродцев, посмевших покуситься на его планету. Его, и ничью другую! Совет Лордов пусть заткнется, безмозглые, бесполезные болтуны. Пока они предавались пустопорожней болтовне, он сделал всю работу, и пусть только они попробуют покуситься на его трофей!

– Напыщенные глупцы! – процедил он сквозь зубы. – Ничего, я и с вами разделаюсь!

– Похвальное рвение. – Раздавшийся голос вывел лорда из задумчивости.

– А, это ты, брат. – Разглядел он вошедшего. Ну, кто еще, кроме младшего брата-чудака, мог посметь потревожить лорда в его покоях во время подготовки к выходу войска. – Что ты хотел?

– Я хотел тебе помочь…

– Не приставай ко мне со своими изобретениями. У меня нет на них времени!

– Я могу тебе его сэкономить. – Вкрадчиво произнес маг в зелёном балахоне. – Если я запущу своё устройство, то все Ущербные станут твоими верными рабами в мгновение ока. А войско лучше приберечь для Совета.

– И что же ты хочешь?

– Пустяк, всего-то десяток другой кристаллов Силы. И больше я тебя не потревожу.

– Что ж. – Лорд задумался. Несколько десятков кристаллов не такая уж и большая цена за собственное спокойствие. А уж если поделка братца сработает так, как он думает… – Бери и проваливай!

Лорд подопнул ногой сундучок, выталкивая его из-под стола. Маг подхватил заветный груз и тут же скрылся. Брат всегда был чудным, отвергая каноны, он создавал собственные заклинания, которые порой были опасны для него самого. Но магом он был сильным, этого у него не отнять.

Бабар вернулся к составлению планов предстоящей атаки, но был прерван осторожным стуком в дверь.

– Лучше бы новостям быть важным, иначе тебе не поздоровиться! – Гневно произнес повелитель клана Бас. – Входи!

– Мой господин, – Поклонился вошедший. – Вы просили сообщить, если появиться Древний Огонь…

– Так чего ты медлил! – Лорд пнул нерасторопного слугу и сорвался с места, поспешив выйти во двор крепости.

Бабар поднялся на крепостную стену и всмотрелся вдаль. Древний Огонь уже ощущался, но источник его рассмотреть пока не удавалось. Лорд начертил пальцами в воздухе руну-слово «Взор», и тот час же даль приблизилась к нему, явив стальную птицу, летящую к его крепости.

– Вам это уже не поможет, Ущербные. – Произнес Лорд, приготовившись сотворить очень древнюю магию. Очень опасную магию, но иного выхода он не видел.


Глава 20

Скажем прямо, магия против технологии спасовала в очередной раз. Даже как-то не интересно, две ракеты, и крепость непров превратилась в оплавленную землю. Теперь мы направлялись ко второй крепости, лежащей далеко на северо-западе от первой, по пути делая ставки на то, сколько ракет мы потратим на вторую: три или четыре. Крепость уже была видна в не экранах, ракеты заряжены, осталось только задать им программу и выдать залп…

– Внимание! Ядерная реакция вышла из-под контроля! Отстрел реактора через три, два…

– Полный залп! – Прокричал я.

Все шестьдесят четыре ракеты покинул пусковые шахты, устремившись к крепости. Часть из них полетит просто по прямой, но крепости этого должно хватить. В тот же момент корабль тряхнуло: сработали вышибные заряды, выкидывая вошедший в разнос реактор за борт. Сразу же появились ощущения огромной скорости, притупленные до того работавшим гравикомпенсатором. Корабль по крутой дуге пошел вниз, набирая вертикальную скорость и задирая нос, всё-таки аэродинамика, несмотря на обводы, была у него на уровне кирпича. В дополнение ко всему погасли экраны, и Клык больше не отвечал на запросы. Не могли аккумуляторы поставить, халтурщики!

– Держитесь за что-нибудь, посадка будет жесткой! – Обернулся я к стоящим Шаху и Лисе.

Потом подумал, встал и, схватив упирающуюся Лису за талию, усадил её в кресло. Пусть эти кресла и не анатомические, и даже без ремней, но удар они хоть немного, но смягчат, а сам я встал в проходе, упершись руками и ногами, а спиной прижался к спине Шаха, повторившего мои действия.

Земля уже была довольно близко, и спустя миг корабль резко тряхнуло, корму подкинуло, мы с Шахом стукнулись затылками, отчего я чуть не прикусил язык, а Кира подпрыгнула в кресле, вцепившись в оторванные подлокотники. После удара нос снова опустился, воткнувшись в землю, нас кинуло вперед, вырвав из прохода, и мы впечатались в броневое стекло рубки. Корму задрало еще выше так, что корабль на какой-то миг встал вертикально, а потом накренился еще сильнее и перевернулся. Все мы оказались на потолке, издавая стоны и ругательства.

– Жесткая посадка. Согласна. – Кира встала с меня и протянула мне руку.

– Все целы? – Я помог подняться Лисе и, подойдя к Шаху, протянул ему руку.

– Мля! – Вскрикнул он, как только попытался пошевелить рукой. – Кажется, сломал. – Сказал он, баюкая руку. – Что вообще произошло?

– Кажется, нам пустили реактор в разнос. – Вот тебе и «магия против технологии». – Причем с приличного расстояния. Надеюсь, ракеты их, всё-таки достали.

Я оставил девчат хлопотать над раненым и отправился на разведку. Идти приходилось по потолку. К счастью, Клык перед отстрелом энергоустановки открыл все внутренние двери, иначе бы мы оказались заблокированы. Главный шлюз был закрыт, но у него имелся и ручной привод, так что я откинул потайную панель и, взявшись за скрытый за ней штурвал, принялся его вращать. Пришлось приложить немалые усилия – корабль основательно увяз в земле, но, так или иначе, дверь открылась, и я выполз наружу.

Я забрался на днище корабля и, достав бинокль, посмотрел в сторону крепости непров. Над оплавленной землей поднимался пар, башни оплывшими свечами таяли, превращаясь в бесформенные глыбы. И только нетронутая арка портала возвышалась посреди выжженной пустыни!

Я выругался под нос и развернулся, направив бинокль на место, куда предположительно упал реактор. В том месте над землей поднималось марево, но больше подробностей разглядеть не представлялось возможным из-за леса, лежащего между нами и эпицентром катастрофы. М-да, загадили природу, ладно, что хоть ветер на восток, так что для нас нет пока угрозы схватить дозу облучения, но всё-таки стоит поторопиться, до полудня недалеко, и если явиться подкрепление, то нам достанется по самые помидоры. Машины остались у ангара, а из патронов у нас только то, что было в разгрузках.

После «осмотра достопримечательностей» я подошел к дыре в днище, пробитую вышибными зарядами, и заглянул внутрь. Энергоустановка отсутствовала, в том числе и контроллер питания, но ящик с запасным топливом остался на месте, не зря его к стене принайтовили. Я спустился в технический отсек и раскрыл ящик. Вес пластин вырвал крышку у меня из рук, и они с грохотом посыпались на потолок. К счастью, коробочки остались закрытыми, а то так и до взрыва недалеко. Одну за другой я закинул четыре пластины наверх и покинул отсек.

– Идите сюда! – Позвал я друзей, которые уже выбрались из корабля, и теперь озирались по сторонам.

Подумать только! Впервые за долгое время я кого-то назвал другом… Похоже, заболел.

– Чего тебе надобно, старче? – Спросила Лиса, первой подходя к дыре в днище.

– Берите по пластине, будем взрывать портал. – Я выдал каждому по коробочке, а четвертую взял сам. – Шах, ты же взял взрывчатку? – А то я не видел, что в брикете, который он вернул на место после демонстрации арсенала, не хватало большого куска.

– Взял! – Он достал левой рукой из нагрудного кармана жилетки большой шмат взрывчатки со следами когтей.

– А детонаторы?

– Не взял. – Он виновато опустил уши, но потом они вновь радостно взлетели вверх. – Но можно же выстрелить!

– Во-первых, пластичная взрывчатка чихать хотела на выстрелы. – Сказал я и добавил тише. – Вроде бы. Во-вторых, я собирался использовать её для инициации ядерного взрыва, а с нескольких километров никто из нас всё равно не попадет в маленькую точечку.

– Есть граната! – Кира вытащила из подсумка лимонку.

– И то хлеб, используем запал. Но у нас будет только три секунды, а значит, надо взрывать с той стороны. До полудня не так много времени, так что стоит поторопиться!

Мы выдвинулись к тому, что осталось от вражеской крепости, стараясь двигаться как можно быстрее. По пути я забрал у Шаха FN FAL, отдав ему на время свой револьвер и пригрозив, что хвост ему оторву, если он его потеряет.

Портала мы достигли вовремя, даже успели отдохнуть и в последний раз проверить всё оружие до начала процесса запуска. Как только серая мутная пленка затянула внутренне пространство арки, я сунул голову внутрь и огляделся. Внутри было темно, а рядом никого не было. Видимо, это место наподобие того, где мы были в наш прошлый визит на Неприю.

– Заходим внутрь. – Я махнул призывно рукой и первым перешел на ту сторону.

Едва оказавшись внутри, мы тут же скрылись за аркой портала, так как издалека уже слышались шаги. Я прижался к арке, и меня словно током тряхнуло. Я снова прижался, и на этот раз перед моим взором предстало место, откуда мы только что пришли. Неужели портал можно перенастроить?

Я попытался слиться с древним артефактом, представляя перед собой поверхность Луны. Ничего не получилось. Либо оттого, что я там не был, либо оттого, что нельзя открывать порталы туда, где не выжить, а может, была еще какая-то причина. Я повторил свою попытку, на этот раз выуживаю из глубин памяти очень яркий образ, виденный множество раз. Кажется, на этот раз всё получилось. Я быстро выбрался из-за арки и сунул голову в портал. Есть! Вышло! Я вернулся в укрытие и злорадно захихикал.

– Чего смешного? – Спросила Лиса.

– Да так. – Отмахнулся я. – Потом расскажу.

Не время для разговоров. Войско непров уже показалось в туннеле, и первые маги заходили в портал. На мгновение я даже испугался, когда одна адская альфа попыталась сунуться за арку. Но маг-погонщик окликнул тварь, и та прошествовала через портал. Войска все прибывали, а мы сидели, притихнув словно мыши.

Но, спустя несколько минут, топот затих, от арки перестали исходить волны магической энергии, и мы выбрались из укрытия.

– Стоило бы поблагодарить тебя за дорогу в новые миры. – Прозвучал в моей голове голос. – Но я лучше убью тебя. Как только закончу.

Мы все разом обернулись, видимо, не я один слышал голос, но никого не было рядом.

– Где ты, трус! – Прокричал я, шагая по тоннелю.

– Это не имеет значения. Тебе все равно до меня не добраться. Но я не далеко, ты можешь подойти и насладиться зрелищем гибели твоего вида.

Мы продвигались по туннелю, и вскоре достигли центрального зала, в котором громоздилось просто немыслимое месиво из пьедесталов, ажурных арок и подставок под кристаллы. Всю эту махину пересекали золотые провода, а в центре восседал странный непр в балахоне зелёного цвета, и над всем этим безобразием переливался купол магического барьера.

– Ты не Ущербный… – Удивился непр, как только я вышел на свет.

– Конечно, я же идеален! – Высказался я. – А вот ты – неправильный.

– Я Бабай – величайший маг среди всех Барросов! – Ой, а пафоса-то, пафоса…

– Я бабай, и ты бабай, ты мне мозги не бабай! – Подразнил я его. – Слезай оттуда, барбос. Обещаю, убью не больно.

В ответ он громко захохотал. А вот сейчас обидно было. Он что меня всерьез не принимает? Я нажал на спусковой крючок, винтовка громко застучала, пересекая купол линией попаданий. Только эффекта от этого ноль. Ну, если не считать того, что Бабайка теперь ржала как конь.

– Готовим бомбу! – Обратился я к остальным, винимая коробочку с топливной пластиной. – Посмотрим, как он переживет ядерный взрыв!

– Вам тоже не спастись от Древнего Огня! – Прокричал он, с удивлением уставившись на ядерное топливо.

– Ошибаешься. – Ответил я, раскатывая при помощи фонаря С4 в тонкий блин. – Мы просто уйдем.

– Нет. – Закричал он, и повел рукой.

Я отпрыгнул от купола, опасаясь пакости, Лиса тоже, а вот Кира и Шах замешкались, и теперь стояли по щиколотку в камне. Как они ни старались, выбраться они не могли. Кроме того этот урод покусился на моих друзей, что меня нереально разозлило.

– Слушай, Бабайка. – Я подошел к барьеру и удар по нему кулаком. – Ты посмел обидеть мою любимую и моего друга! А значит, теперь я буду убивать тебя больно!

– Ты жалкий червь! – Опять засмеялся маг. – Ты ничего не знаешь о магии, тебе никогда не преодолеть щит, поставленный мной, жалкий червяк!

Вот это он зря. Я всё же врожденный маг, если верить той докладной записке. А это значит, что мне подвластна целая стихия.

– Посмотрим! – Я вонзил когти в барьер.

Магический щит вспыхнул, по руке словно молотком врезали, а гнусный вредитель снова заржал. От этого я разозлился до предела, молнии засверкали между шерстинками, с каждой секундой разгораясь все сильнее, оставляя ветвистые следы на металле оружия и снаряжения. Теперь он воспринял меня всерьез, но всё равно ничего не предпринимал, не отрываясь от манипуляций со своим устройством. Я вновь ударил по щиту, на этот раз моя ладонь, охваченная разгулявшимися молниями, преодолела барьер. В меня полетел фаербол, но не долетел нескольких метров, взорвавшись от ответного удара током.

– Я не червяк! – Кричал я, воткнув вторую руку в щит. – Я – чертов Зевс! Я – Громовержец. Стихия! Молния это я!

Я растянул руками дыру в барьере до такого состояния, что смог пролезть в неё. Теперь я был внутри купола, маг дернулся было, но я рванулся к нему, обхватив его голову руками. Острые когти проткнули кожу, впившись в кости черепа, густая красная, почти черная, кровь потекла по его лицу, капая на пол и будоража во мне звериные инстинкты своим запахом. В тоже время молнии продолжали бить во все стороны, калеча артефакт, прожигая дыры в одежде моей и мага.

– Мой брат отомстит! – Прохрипел он.

– Он уже мертв! – Выкрикнул я и сжал его голову так, что она лопнула, расплескивая мозги по всему куполу, а безголовое тело рухнуло на пол.

Падая, труп зацепил какой-то кристалл, тот упал, после чего устройство засветилось очень ярко, и от всех пьедесталов ко мне потянулись струи магической энергии. Вся эта фантасмагория длилась пару секунд, после чего кристаллы погасли и рассыпались в прах, купол погас, а от меня в сторону портала унесся синий сгусток магии. Не имею ни малейшего понятия, что бы это значило, но никаких изменений в себе я не заметил.

– Пораскинь-ка мозгами. – Обратился я к трупу. – Тебе стоило сразу меня убить, Бабайка. Вот она главная проблема всех злодеев – они очень любят поболтать.

– Ты зачем с ним разговариваешь? – Спросила Лиса. – Он тебя не слышит.

– Зато он не перебивает. – Ответил я. – Мертвый герой, знаете ли, прекрасный слушатель. Не понимаю я всех этих злодеев. Нет бы, убить героя, а уже мертвому рассказать свой план. Нет же, начинают болтать и упускают момент, когда очередной рыцарь без страха, упрек и мозгов, выберется из ловушки.

– Хочешь сказать, что он герой?

– С его стороны – да. Мозгов-то у него не хватает. А это главный признак героя. – Я скинул с пьедестала последний уцелевший кристалл, после чего купол погас, и я смог выйти к остальным. – Выбираемся из камня, устанавливаем бомбу, включаем портал и валим отсюда.

При помощи ножей, прикладов, стволов и какой-то матери мы освободили из каменного плена Киру и Шаха. После, разобрав один из пьедесталов, соорудили поблизости от портала ядрену-табуретку на манер той, что сооружал Бабах. Я актировал портал, установив точку выхода возле нашего дома. Все собрались у портала, Лиса, как наименее пострадавшая выдернула чек, и мы рванул на ту сторону.

Яркое полуденное светило ослепило нас после мрака подземелий. А пока мы приходили в себя, над нами разливалось сияние, сигнализирующее о том, что накрылась очередная портальная система. Вряд ли непры успокоятся, как-никак теперь для них это дело принципа, но сразу они вернуться не смогут, что даст нам время для поиска оружия против них в арсеналах Рари.

– А куда ты всё же отправил войско непров. – Повторила Лиса заданный ранее вопрос.

– Ну… – Я помялся. – Американцы же хотели кусочек нового мира. Вот я и выбрал яркий образ для настройки портала – статую Свободы.


Эпилог

Неизвестная система. Борт угнанного фрегата.

– Чертовы кошаки! – Ругался пилот корабля. – Чертов корабль! Чертово начальство, решившее свалить с такой уютной планеты. И из-за чего?!

– Да кто бы знал. – Ответил оператор орудийных систем. – Вроде бы та планета спорная территория.

– Да то когда было? Там все враждующие сторону уже вымерли, небось. Жили бы себе, не тужили. Но вместо этого мы третий месяц болтаемся в космосе, рискуя задохнуться! Где вообще та Земля?!

Хотя корабль имел собственную систему рециркуляции воздуха, но всё-таки она не была рассчитана на полсотни человек, запертых внутри в течение длительного времени. Концентрация углекислого газа уже приближалась к опасной отметке, и надо было искать кислородную планету, чтобы провентилировать отсеки. Вот только такие планеты не часто встретишь на просторах галактики. Но, впрочем, рано или поздно людям должно было повезти.

– Внимание! – Раздался голос из динамиков. – Пятая планета этой системы имеет подходящий состав атмосферы. 74,3% азота, 24,6% кислорода, 0,7% углекислого газа, 0,4% остальные примеси. Притяжение 1,5g, средняя температура 38 градусов по Цельсию.

– Жарковато. – Высказался оператор. – Да и углекислого газа что-то многовато. Я уж не говорю про полуторную силу тяжести.

– И так сойдет. – Отрезал пилот и отдал команду кораблю. – Садимся!

– Слушаюсь. – Корабль запустил двигатели, выходя из дрейфа и беря курс на планету.

Несколько часов спустя угнанный фрегат вышел на орбиту корабля, проводя первичное сканирование. Результаты его не понравились бортовому компьютеру, и корабль, включив двигатели, двинулся прочь от планеты.

– Ты куда, тупая железяка?! – Выкрикнул пилот, надевая обруч нейросвязи на голову, дабы посадить корабль самостоятельно.

Объяснить причины своего маневра корабль не успел, невидимый глазу луч мощного лазера рентгеновского диапазона скользнул по маленькому фрегату, разрезая его буквально пополам. Мертвые куски металла, окутанные облаками обледеневшего в космической пустоте воздуха, увлекаемые инерцией, уплывали прочь от негостеприимной планеты.

Внимание: Если вы нашли в рассказе ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter
Похожие рассказы: DedMazday «Псих. Земля», DedMazday «Псих-4. Ренегат», NonSemper «Призван, чтобы...? - 2»
{{ comment.dateText }}
Удалить
Редактировать
Отмена Отправка...
Комментарий удален
Ещё 23 старых комментария на форуме